Статья 'Влияние представлений о социальных угрозах и рисках на конструирование образа будущего России (опыт регионального исследования)' - журнал 'Социодинамика' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Социодинамика
Правильная ссылка на статью:

Влияние представлений о социальных угрозах и рисках на конструирование образа будущего России (опыт регионального исследования)

Туркулец Светлана Евгеньевна

доктор философских наук, кандидат социологических наук

профессор, кафедра Уголовно-правовые дисциплины, Дальневосточный государственный университет путей сообщения

680021, Россия, Хабаровский край, г. Хабаровск, ул. Серышева, 47, ауд. 3348

Turkulets Svetlana Evgenievna

Professor, the department of Criminal Law Disciplines, Far Eastern State Transport University

680021, Russia, Khabarovskii krai, g. Khabarovsk, ul. Serysheva, 47, aud. 3348

turswet@rambler.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Туркулец Алексей Владимирович

доктор философских наук

профессор, кафедра Уголовно-правовые дисциплины, Дальневосточный государственный университет путей сообщения

680021, Россия, Хабаровский край, г. Хабаровск, ул. Серышева, 47, ауд. 3348

Turkuletc Aleksei Vladimirovich

Doctor of Philosophy

Professor, the department of Criminal Law Disciplines, Far Eastern State Transport University

680021, Russia, Khabarovskii krai, g. Khabarovsk, ul. Serysheva, 47, aud. 3348

tual63@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Листопадова Евгения Вячеславовна

кандидат социологических наук

доцент, кафедра Уголовно-правовые дисциплины, Дальневосточный государственный университет путей сообщения

680021, Россия, Хабаровский край, г. Хабаровск, ул. Серышева, 47, оф. 3348

Listopadova Evgeniya Vyacheslavovna

PhD in Sociology

Docent, the department of Criminal Law Disciplines, Far Eastern State Transport University

680021, Russia, Khabarovskii krai, g. Khabarovsk, ul. Serysheva, 47, of. 3348

ugpd@rambler.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-7144.2021.1.34843

Дата направления статьи в редакцию:

12-01-2021


Дата публикации:

21-01-2021


Аннотация: Объектом настоящего исследования выступают социальные угрозы и риски как факторы, влияющие на формирование образа будущего России.Предметом исследования является общественное мнение дальневосточников - представителей поколений X, Y и Z о современном состоянии и перспективах российского общества. Целью исследования следует считать выявление особенностей мнения представителей разных поколений дальневосточников в определении социальных рисков, обусловленных новыми внешними и внутренними угрозами, при конструировании образа будущего России. Авторы на основе анализа научно-теоретических источников и данных собственного эмпирического исследования предприняли попытку конструирования универсального образа будущего России, характерного для представителей разных поколений россиян. Новизна исследования состоит в изучении общественного мнения разных поколений дальневосточников о будущем России с учетом рисков и угроз (в представлении данных поколений), экстраполяции результатов эмпирического исследования на процесс конструирования образа будущего России. Научная значимость полученных результатов заключается в том, что путем выявления особенностей мировосприятия образа будущего России разными поколениями возможно осуществление конструирования обобщенного образа, который может стать интегрирующим фактором в процессе реализации социальной активности российских граждан.Прикладная значимость результатов исследования состоит в том, что они помогут обществоведам в их дальнейших теоретических изысканиях, конструировании прогнозов и сценариев будущего российского общества, а современным политикам - в разработке программ социальных реформ.


Ключевые слова: будущее России, социальные риски, социальные угрозы, теория поколений, образ будущего, конструирование, социальная справедливость, солидарность, доверие, общественное мнение

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ и ЭИСИ в рамках научного проекта № 20-011-31021

Abstract: The object of this research is the social threats and risks as the factors that impact the formation of Russia’s image of the future. The subject of this research is the public opinion of residents of the Far East – representatives of generations X, Y and Z on the current state and prospects of the Russian society. The goal consists in identification of peculiarities of the opinion among the representatives of different generations of residents of the Far East in determination of social risks caused by new external and internal threats in the context of creation of Russia’s image of the future. Leaning on the analysis of scientific theoretical sources and data of the own empirical research, the authors attempted to construct a universal image of the future of Russia, typical to the representatives of different generations of Russians. The novelty of this work lies in the analysis of public opinion of expressed by the representatives of different generations of residents of the Far East on the future of Russia, taking into account the risks and threats (in their perception), as well as in extrapolation of the results of empirical study upon the process of formation of Russia’s image of the future. The scientific value of the acquired results is defined by fact that determination of peculiarities of the worldview of different generations regarding Russia’s image of the future allows creating a generalized image that may become an integrating factor in the process of implementation of social activity of the Russian citizens. The practical importance is that the obtained result would help social scientists in their further theoretical research, forecasts and envisioning scenarios on the future of Russian society, and modern politicians – in elaboration of the projects of social reforms.



Keywords:

solidarity, social justice, construction, image of the future, generational theory, social threats, social risks, Russia's future, the trust, public opinion

ВВЕДЕНИЕ

Стремление к лучшему будущему характерно для каждого человека, каждого общества. Поиск путей и средств совершенствования социальной жизни происходил на всех этапах развития человеческой мысли. Наибольшую активность подобные исследования приобретают в эпоху кризиса, переоценки ценностей, утраты общественных идеалов. В настоящее время представляется необходимым на основе изучения социальных угроз и рисков, являющихся препятствиями на пути формирования оптимального социального состояния, сконструировать образ будущего России. Однако следует учитывать различия в восприятии угроз и рисков представителями разных поколений, поскольку они социализировались в условиях, характерных исключительно для определенного социально-исторического периода развития. В связи с этим целесообразно осуществить конструирование образов будущего России с позиции представителей поколений X, Y и Z, являющихся в настоящее время наиболее социально активной частью населения.

ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ

Вопросы будущего социума обсуждаются сегодня во всем мире учеными разных научных направлений. Регулярно проводятся международные конференции, симпозиумы, на которых представляются обоснованные социальные прогнозы, презентуются сценарии развития будущего [1]. Зарубежными учеными констатируется неудачная попытка неолиберальных социальных проектов, приведших к усугублению неравенства, межнациональным и межгосударственным конфликтам, истощению ресурсов, глобальному потеплению и т.п. [2]. Отмечается, что новые информационные и коммуникационные технологии способствуют ускорению глобализации. Вместе с тем, по мнению исследователей, они направлены не столько на интеграцию и объединение, сколько на разобщение, и способствуют тому, чтобы препятствовать свободному обмену [3].

Важно, что в основе всех прогнозов и проектов будущего, как правило, лежат глубокие научные исследования новых вызовов и угроз, с которыми мир в целом и Россия, в частности, могут столкнуться в ближайшее время [4]. Можно говорить о большом количестве и разнообразии новых социальных вызовов (например, распространение пандемии COVID-19, имеющее катастрофические и в целом еще не до конца осознанные последствия гуманитарного характера [5] и другие), но, прежде всего, они касаются социокультурной сферы, оказывающей значительное влияние на все другие сферы жизнедеятельности общества. Так, российские ученые утверждают, что «“реформаторские эксперименты” в области образования и науки привели к тому, что в стране все острее чувствуется нехватка квалифицированных врачей, инженеров, ученых. В ближайшей перспективе нас ожидает серьезный “вызов невежества”» [6, с. 34]. На этом фоне происходит деформация каналов и механизмов трансляции культурно-духовного наследия [7]. Речь идет о том, что школьное образование, средства массовой информации, иные социальные институты, прежде успешно осуществлявшие функции просвещения молодежи в плане формирования ее общекультурной эрудиции, в современных условиях развития российского общества перестали отвечать этому предназначению. «Сегодня богатейший духовный опыт России практически не играет роли в воспитании подрастающего поколения» [8, с. 198]. Сегодняшний кризис российского общества касается, прежде всего, разрушения нравственных ценностей и моральных норм, утраты культурных традиций, исторической памяти, наличия социальной нестабильности и неопределенности, неуверенности в завтрашнем дне и т.п. Эти проблемы напрямую связаны с понятиями социальных рисков и угроз.

Обращаясь в контексте данного исследования к проблеме социальных рисков, следует подчеркнуть ее междисциплинарный характер. Наибольшее развитие исследования социальных рисков получили в экономической теории, теории менеджмента, психологии, правоведении. Вместе с тем именно социологические и социально-философские работы, посвященные данной проблеме, демонстрируют ее комплексный характер, задействуют для ее изучения методологический инструментарий различных наук. В контексте нашей работы среди ученых, чей вклад в изучение социальных рисков является неоценимым, в первую очередь следует назвать У. Бека, Э. Гидденса, Н. Лумана. Они исходят в своих исследованиях из установки, что современное общество есть не что иное, как «общество риска» [9; 10; 11]. На международном уровне сегодня созданы профессиональные сообщества – Международное и Европейское общества анализа риска (Society for Risk Analysis). В России с 2004 года существует Российское общество анализа риска [12, с. 9]. Среди отечественных социологов, обратившихся к изучению социальных рисков, особо следует назвать О.Н. Яницкого, разработавшего новое направление, получившее название «социология риска» [13].

В нашем исследовании под социальными рисками понимаются социально значимые опасности, причины возникновения которых имеют общественный характер и индивидуальная защита от которых в большинстве случаев невозможна [14]. Понятие социальных угроз, как правило, используется в «связке» с понятием социальных рисков, поскольку традиционно под ними понимаются факторы или причины социальных рисков [15]. В данной работе словосочетание «социальные угрозы и риски» используется в качестве устоявшегося выражения, где понятие «угроза» рассматривается как причина нарушений социальной безопасности.

Следует подчеркнуть субъективный характер социальных рисков, поскольку они формируются в сознании людей, на исторически конкретном этапе развития общества. Кроме того, их восприятие различается у представителей разных поколений. Для конструирования образа будущего России следует осуществить анализ нескольких «срезов» существующих оценок нынешнего и будущего состояния российского социума.

Для проведения эмпирических исследований мы опирались на теорию поколений, разработанную в конце ХХ века историком Уильямом Штраусом и экономистом, а также специалистом в области демографии, Нилом Хоувом, описывающими повторяющиеся поколенческие циклы американской истории. На основе теории поколений получили популярность идеи о том, что люди определенной возрастной группы склонны разделять свой особый набор убеждений. По мнению ученых, социальное поколение — это некая совокупность людей, рожденных в один двадцатилетний период и обладающих тремя общими критериями: возрастное положение в истории, что подразумевает под собой переживание одних и тех же исторических событий в примерно одинаковом возрасте, общие, единые верования, модели поведения и ощущение причастности к данному поколению [16]. Каждый период, определяющий то или иное поколение, в соответствии с данной теорией, длится примерно 20 лет. Вместе с тем, эти периоды весьма условны и различаются в зависимости от социально-экономических, геополитических и иных условий и вех развития той или иной страны. Важное место в теории поколений занимает идея смены противоположных периодов: кризиса и подъема [17]. По нашему мнению, в настоящее время наиболее социально активными являются люди поколений X, Y и Z. С учетом специфики развития российского общества мы используем следующую условную градацию: поколение X – родившиеся с 1963 по 1980 гг., поколение Y – родившиеся с 1981 по 1995 гг., поколение Z – с 1996 гг. Такая градация определена нами в силу специфики этапов новейшей российской истории. Первый этап связывается с расцветом эпохи «застоя», второй с ее крахом и возникновением "культурной травмы" (П. Штомпка), третий обусловлен формированием новой российской ("постсоветской") действительности. Именно эти социальные условия оказали определяющее влияние на процесс социализации представителей поколений X, Y, Z.

Конструирование образа будущего с учетом социальных угроз и рисков позволяет наметить основные направления социального развития. Кроме того, по мнению С.Г. Кара-Мурзы «образ будущего собирает людей в народ, обладающий волей. Это придает устойчивость обществу в его движении, развитии. В то же время образ будущего создает саму возможность движения (изменения), задавая ему вектор и цель» [18, с. 11]. О перспективах и образе будущего России сегодня говорят и пишут не только ученые, но и политики, журналисты и т.п. Googl-поиск, по ключевым словам, показывает более 339 млн ссылок на тему «образ будущего России». Вместе с тем, кроме профессиональных интересов существуют проекты возможного будущего в повседневной жизни каждого человека [19]. Анализ теоретических исследований, изучение общественного мнения представителей разных поколений по вопросам образа будущего России будет содействовать конструированию универсального образа, способного стать некоторым интегрирующим духовным началом российского общества.

МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

В ходе исследования были использованы теоретические и эмпирические методы. На первоначальном этапе был проведен библиографический обзор и критический анализ научных работ, посвященных проблемам социальных угроз и рисков, вопросам прогнозирования и конструирования образа будущего России. В качестве основного эмпирического метода был использован социологический опрос (анкетирование). Анкета разработана авторами данной статьи. В анкете были предусмотрены как закрытые, так и открытые вопросы, позволяющие респондентам предлагать свои варианты ответов, поскольку предусмотреть все или даже наиболее общие позиции общественных оценок современного состояния российского общества и перспектив его развития практически невозможно. Опрос был проведен в онлайн-формате путем рассылки приглашений на электронные адреса студентов и преподавателей российских дальневосточных вузов (Хабаровска, Комсомольска-на Амуре, Владивостока, Южно-Сахалинска). Сложность задач, стоящих перед исследователями, определила содержание вопросов и вариантов ответов, что потребовало привлечения именно студенческой молодежи от 17 до 25 лет (в силу их наибольшей социальной активности) и преподавателей высших учебных заведений дальневосточных вузов 25-57 лет (в силу их профессиональной, общекультурной подготовленности и эрудиции, жизненного опыта и социальной активности). Объем выборочной совокупности исследования составил 930 респондентов, репрезентирующих представителей поколений X, Y, Z российского дальневосточного региона.

Обработка результатов анкетирования осуществлялась авторами данной статьи с помощью googl-сервисов и Microsoft Excel.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Эмпирический материал, используемый для иллюстрации теоретических положений, обобщений и выводов, был получен путем анкетирования, проводимого в рамках реализации проекта, поддержанного РФФИ. Объем выборки составил 930 человек из числа студентов и преподавателей российских дальневосточных вузов. Анкетирование в условиях пандемии (ноябрь-декабрь 2020 г., январь 2021 г.) проводилось не очно, а с помощью интернет-ресурсов путем распространения анкеты, размещенной на googl-диске, по адресам электронной почты студенческих групп и преподавателей. Анкетируемым было предложено указать в анкете свой год рождения, а затем ответить на вопросы, связанные с оценкой современного состояния российского общества и его перспектив. Основной гипотезой исследования было положение о том, что восприятие социальных угроз и рисков, а также образа будущего России у представителей поколений X, Y и Z различается в связи с тем, что становление и формирование их личности происходило в конкретных социально-исторических условиях. Вспомогательными гипотезами исследования стали утверждения о том, что современное российское общество характеризуется глубоким морально-нравственным кризисом, а также о том, что государственная политика в социокультурной сфере воспринимается российским обществом в целом негативно.

Ниже мы проанализируем ответы респондентов на наиболее показательные вопросы в плане оценок актуального состояния российского общества, рисков, угроз и перспектив его развития.

Вопрос о том, как опрашиваемые оценивают современную социокультурную ситуацию в России, по сути, стал отправной точкой для последующих размышлений и ответов респондентов.

Таблица 1.

Как Вы оцениваете современную социокультурную ситуацию в России?

X

%

Y

%

Z

%

Российское общество успешно развивается в направлении идеалов морали, нравственности, духовности и патриотизма

10

3,3

9,7

Российское общество, заимствуя "западные" ценности, развивается в направлении общества потребления, индивидуализма и массовой культуры

41,7

25,6

30,5

Россия находится в состоянии духовно-нравственного кризиса, утраты самобытной культуры и национальной идентичности

35

52,2

34,5

Россия развивается по евразийскому сценарию, с учетом культуры и традиций Европы и Азии

5

8,9

5,4

Затрудняюсь ответить

5

7,8

14,9

Другое

3,3

2,2

5

Ответы на данный вопрос демонстрируют определенное единодушие поколений X, Y и Z в том, что Россия находится в состоянии духовного кризиса и развивается преимущественно в направлении заимствования «западных» ценностей. Следует подчеркнуть крайне критическое отношение респондентов (особенно представителей поколения Y) к утверждению о том, что российское общество движется по пути развития идеалов морали, нравственности, духовности. Представляется очевидным, что сложившаяся ситуация никому не вселяет оптимизма. Это проявляется и в свободных ответах, которые указали опрошенные в варианте «другое» (орфография и пунктуация сохранена):

- «Россия бедна не только как страна, но и нравственно. Национализировать ее не имеет смысла, дайте отличный уровень образования, чтобы уехать из нее»;

- «по моему мнению, Россия сейчас переживает кризис в плане культуры и социума из-за нежелания меняться, а так же из-за закостенения по отношению к любому новшеству со стороны верхушки власти»;

- «жуткий упадок по всем направлениям»;

- «Россия находится в состоянии глубокого нравственного кризиса, но не в силу чуждых влияний, а в силу обесценивания общечеловеческих гуманистических ценностей»;

- «большая часть общества России переживает уникальную для нашей страны форму деградации, отрекаясь от всех предлагаемых культурных моделей. Ни западная модель социального развития, ни евразийская не способны описать характер процессов, что претерпевает наше общество. Мы потеряли самобытность и при этом не приняли полностью иные ценности. В России наблюдается уникальная мешанина из различных антиценностей (потребительского отношение к жизни, отрицание к морали, широкое распространение отчаяния, всеобщая апатия и бездействие). Конечно, часть людей успешно развивается, принимая культуру других стран и сохраняя лучшее из своей, но упадническое большинство мешает всеобщему социальному прогрессу. Культурная жизнь в России одновременно переживает и редкие очаги огромного прогресса и процветания, и в подавляющем количестве городов отмирает, не способная выжить»;

- «Россия пытается позаимствовать всё у всех и при этом сохранить национальную идентичность. Из-за отсутствия единого плана государства по развитию происходит расхождение взглядов даже у людей придерживающихся провластной позиции»;

- «Российское общество должно сменить вектор развития, иначе оно погрязнет в мракобесии и вернётся в средние века»;

- «социокультурная ситуация приближает Россию к ее краху»;

- «Россию нельзя назвать однородной страной, уж слишком наша столица отличается от других городов, отличаются и люди и ценности в других городах. Россия всегда была самобытна, к сожалению, мы не оправляемся от предыдущего кризиса, как начинается новый, порождающий утрату моральных, нравственных, культурных ценностей. Будущее поколение не имеет доверия, а старое уже не может жить по современным стандартам общества, так как не понимает их»;

- «морали и нравственности в России давно нет»;

- «духовные ценности России давно лежат на дне».

Удивительно, что свои ответы предлагали в основном представители поколения Z, хотя традиционно в процессе анкетирования они ограничиваются закрытыми вариантами, чаще других выбирают ответ «затрудняюсь ответить» и не тратят времени на размышления.

В развитие предыдущего был задан вопрос, связанный с ассоциациями, которые возникают у респондентов при обращении к образу современной России.

Таблица 2.

Какое из нижеприведенных словосочетаний ассоциируется у Вас с современной Россией? (укажите не более трех)

X

%

Y

%

Z

%

Мое Отечество, Родная страна

31,7 +36,7=68,4

22,2+ 45,6=67,8

22,2+42,3=64,5

Справедливое государство

6,7

2,2

4,2

Правовое государство

1,7

5,6

11,5

Евразийская цивилизация

15

6,7

5

Тоталитарное государство

10

24,4

21,5

Антинародное государство

45

37,8

39,7

Государство с богатым прошлым и убогим будущим

46,7

52,2

14,2

«Служанка» западного мира

15

14,4

15,9

Затрудняюсь ответить

3,3

4,4

11

Варианты «Мое Отечество» и «Родная страна» выбрали подавляющее большинство опрошенных. Это говорит о единстве в приверженности к своей стране представителей разных возрастов и поколений. Вместе с тем, справедливым назвали российское государство совсем небольшое число респондентов, то есть представители разных поколений разделяют мнение о несправедливой сущности современного российского государства. Правовым государством Россию назвали 11,5 % представителей поколения Z в отличие от совсем небольшого количества представителей поколений X и Y. Думается, что для поколения Z данная характеристика ассоциируется больше с формально-конституционным признаком, чем с подлинной сущностью российского государства. В антинародной характеристике государства сошлись во мнении очень многие опрошенные, что демонстрирует независимую от возрастных особенностей разных поколений критическую оценку официальной государственной социальной политики. Представляется интересным согласие поколений X и Y в оценке России как государства с богатым прошлым и убогим будущим. Вместе с тем, только 14,2 % представителей поколения Z согласны с этим утверждением, что позволяет говорить о наличии у современной молодежи надежды на лучшее будущее.

Таблица 3.

Что нужно России, чтобы стать сильным государством? (укажите не более трех)

X

%

Y

%

Z

%

Развивать собственное производство

76,7

57,8

47,6

Осуществлять справедливую социальную политику в отношении собственного народа

55

54,4

65,3

Обеспечивать законность и правопорядок в обществе

33,3

31,1

40,6

Активно сотрудничать с наиболее развитыми государствами, даже в ущерб суверенитету

0

6,7

13,3

Вернуться к политике закрытого государства, заниматься вопросами внутреннего развития, а не безвозмездной поддержкой стран бывшего СССР

13,3

26,7

18,7

Нужно прекратить разбазаривание сырья и внутренних ресурсов

36,7

46,7

48,8

Следует больше средств вкладывать в цифровые и нанотехнологии

11,7

12,2

21,7

Развивать военную мощь и силовые институты

11,7

5,6

9,2

Необходимо снизить уровень коррупции в государстве

43,3

58,9

63,3

Возродить и развивать духовно-нравственные идеалы общества и национально-культурную идентичность

31,7

17,8

19,5

Затрудняюсь ответить

1,7

1,1

4,2

Единодушие представителей разных поколений видно в ответах «Развивать собственное производство»; «Осуществлять справедливую социальную политику в отношении собственного народа»; «Обеспечивать законность и правопорядок в обществе»; «Нужно прекратить разбазаривание сырья и внутренних ресурсов»; «Необходимо снизить уровень коррупции в государстве». Все это показывает общность во взглядах на стратегические цели развития России респондентов разных возрастов, воспитанных в различных условиях, но стремящихся к единой цели формирования экономически сильного, справедливого, честного, духовно развитого общества. Что касается ответа «Активно сотрудничать с наиболее развитыми государствами, даже в ущерб суверенитету», то здесь, мало кто из представителей поколений X и Y рассчитывает на внешнюю поддержку, а вот молодое поколение несколько иначе оценивает ситуацию, 13,3 % опрошенных из числа поколения Z возлагают надежды на Запад. Ответ «Следует больше средств вкладывать в цифровые и нанотехнологии» выбрал каждый пятый из числа представителей поколения Z, что почти в два раза больше, чем представителей поколений X и Y. Очевидно, что молодое поколение в большей степени готово поддерживать развитие цифровых технологий, чем старшие, так как с ними во многом связывают свои представления о будущем России.

К числу социальных угроз и рисков современной России респонденты практически единодушно отнесли бедность и социальное неравенство («да, безусловно» и «скорее, да» выбрали 83,3 % представителей поколения X, 90,1% - представителей поколения Y и 84,2% - представителей поколения Z). Такое же единодушие наблюдается и в отрицании справедливого характера российского государства. Общественное мнение независимо от возраста респондентов сходится в критической оценке социальной сущности государства, поскольку за последние 30 лет россияне убедились в том, что рассчитывать следует только на самих себя. В развитие предыдущих вопросов был задан вопрос о существовании несовпадения запросов общества и элиты. Ответы также доказывают общность взглядов представителей разных поколений на наличие такого несовпадения (Х – 96,6%; Y – 86,6%; Z – 85,5%).

Следующие два вопроса взаимосвязаны друг с другом и демонстрируют установку россиян разных поколений на неуверенность в завтрашнем дне.

Таблица 4.

Можно ли утверждать, что у российских граждан отсутствуют долгосрочные перспективы, связанные со своей страной?

X

%

Y

%

Z

%

Да, безусловно

35

35,6

34,9

Скорее, да

35

37,8

34,6

Скорее, нет

11,7

14,4

12,7

Однозначно, нет

10

3,3

3,8

Затрудняюсь ответить

8,3

8,9

14

Таблица 5.

Можно ли утверждать, что для российского общества и россиян характерна неуверенность в завтрашнем дне?

X

%

Y

%

Z

%

Да, безусловно

50

54,4

44

Скорее, да

34,9

36,8

31,3

Скорее, нет

11,7

3,3

13,1

Однозначно, нет

1,7

3,3

4,2

Затрудняюсь ответить

1,7

2,2

7,4

Сходство в критической оценке собственных перспектив в своей стране позволяет утверждать, что общественное мнение в целом не удовлетворено тем, в каком направлении развивается российское государство. Неуверенность в будущем характерна для подавляющего большинства респондентов.

Таким образом, данные эмпирического исследования позволяют утверждать, что наша гипотеза о том, что восприятие социальных угроз и рисков, а также образа будущего России у представителей разных поколений принципиально различается, не получила подтверждения. Напротив, можно судить о преемственности основных ценностных ориентаций в российском обществе. Вспомогательные гипотезы полностью подтверждены, поскольку респонденты единодушно признали наличие духовно-нравственного кризиса в российском обществе и в целом негативно относятся к официальной государственной политике в социокультурной сфере.

ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ

В макросоциологическом контексте вопросы социального проектирования будущего России поднимали такие ведущие отечественные социологи, как В.И. Жуков [20], С.А. Кравченко [21], А.В. Тихонов [22], Н.В. Романовский [23], В.А. Ядов [24], О.Н. Яницкий [25] и другие. Наряду с этим исследователи обращают внимание на тенденции в массовом сознании, которые стали развиваться в постсоветское время: антиисторизм, фальсификация прошлого, стереотипы общества потребления и др. Все это формирует отношение общества к социальным идеалам, которые, по своему предназначению, должны выступать ориентиром, интегрирующим прошлое, настоящее и будущее. Образ будущего России может быть сконструирован исключительно на основе глубокого анализа общественного мнения о том, какое место занимала Россия в прошлом и занимает сегодня на мировой арене, какие вехи социокультурного развития российского государства оказывают влияние на формирование имиджа России и каковы ее перспективы в плане достижения оптимального, достойного, с точки зрения россиян, уровня развития. Проведенное исследование позволяет выявить некоторые тенденции восприятия социальных угроз и рисков, определяющих векторы дальнейшего развития российского общества, представителями разных поколений. Наши идеи созвучны работам К.Д. Чадаевой [26], которая указывает на то, что изучение возрастной динамики структурных элементов образа будущего позволяет построить модель, определяющую специфику представлений о будущем в разных возрастах. В современных социологических исследованиях угроз российскому обществу учеными особое внимание уделяется: вопросам формирования новых социальных слоев (прекариат), нового образа общества без «массового труда», экономического роста и влиятельного среднего класса [27]; проблемам чрезмерного неравенства доходов в постсоветской России, что ведет к усилению социальной напряженности [28]; разнообразию социальных и экономических условий, культур и субкультур, технологических и социальных укладов различных российских регионов, которые способствуют расколу российского общества в вопросах необходимости перемен или сохранения стабильности [29]. Все эти исследования направлены на определение тенденций общественного развития, выявление препятствий формированию достойного будущего России. Наряду с осуществлением теоретических изысканий социологи регулярно проводят эмпирические исследования, в которых предпринимают попытки формирования образа желаемого будущего. Результаты социологических опросов и фокус-групп фиксируют растерянность населения, его неуверенность и боязнь будущего: «В массовом сознании образ желаемого будущего пребывает в размытом, аморфном состоянии и связан преимущественно с ренессансом советского прошлого» [30, с. 44]. Вопросы поиска, конструирования образа будущего России важны, прежде всего, в контексте выяснения особенностей механизма социальной идентификации молодого поколения. В зависимости от того, как молодыми людьми расставлены приоритеты в оценке социальных угроз и рисков, в отношении к перспективам развития российского социума, они в той или иной степени осуществляют собственную идентификацию, включаясь в процессы социального взаимодействия. В наших прежних публикациях [31] мы уже обращали внимание на то, что наряду с социально-экономическими и социально-политическими факторами особое влияние на процесс социализации и идентификации молодежи оказывают внутригрупповые и межличностные взаимодействия, которые так же могут быть отнесены к числу социальных угроз, поскольку имеют тенденции негативного влияния на формирование социальной идентичности. Здесь весьма важно учитывать социально-психологические особенности личности, ее способность к социальной активности, наличие самосознания, умение противостоять негативным проявлениям социальной среды. Нередко жизненные стратегии молодых людей напрямую зависят от того, как их оценивает общество в лице различных социальных групп. Иногда негативная оценка (стигматизация) со стороны окружающих, а также самостигматизация становятся вызовом, который выступает импульсом для поиска новой поведенческой модели, способной раскрыть перспективный потенциал личности [32]. Все это, в свою очередь, сказывается на формировании образа желаемого будущего.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенное исследование позволяет утверждать, что у представителей поколений X, Y, и Z имеется общая аксиологическая платформа, обусловленная социокультурными реалиями российского общества. Это нашло отражение в единодушной позитивной оценке России как родного Отечества и весьма негативном восприятии российского государства и его программ по стратегическому развитию общества.

Несмотря на то, что почти все опрошенные были единодушны в критическом отношении к долгосрочным перспективам, связанным со страной, на основе результатов исследования можно судить о наличии потенциала социальной активности у представителей разных поколений в достойном ответе на вызовы современности.

Таким образом, основываясь на выявленной в нашем исследовании преемственности россиян разных поколений в оценке социальных рисков и угроз, можно сконструировать обобщенный образ будущего России: развитое собственное производство; бережное отношение к национальным богатствам; развитие цифровых и нанотехнологий; справедливая социальная политика; государство для народа; законность на всех уровнях власти; высокий уровень морально-нравственного развития общества; духовное единство российского народа, основанное на общности прошлого, настоящего и будущего.

Библиография
1.
British Journal of Sociology. Special Issue: Piketty Symposium. 2014. Issue 4. P. ii–ii, 589–747.
2.
Urry J. What is Future? Cambridge: Polity Press, 2016.
3.
Schulz M.S. The Futures We Want. Global Sociology and the Struggles for a Better World // Global Dialogue. Vol. 5. Issue 2 (June, 2015). Р. 7–8.
4.
Будущее: по материалам форума Международной социологической ассоциации // Социс. – 2016.-№ 12. – С. 139-143.
5.
S. Turkulets, A. Turkuletc and others Expression of social stigmatization during the pandemic // Journal of Critical Reviews, 2020, 7 (14), 2837-2846. doi: 10.31838/jcr.07.19.540
6.
Демиденко С.Ю. Российское общество: взгляд в будущее (материалы «круглого стола») // Социс. – 2017.-№ 6. - С. 25-43.
7.
Шестопал Е.Б., Селезнева А.В. Социокультурные угрозы и риски в современной России // Социс. - 2018. - № 10. - C. 90-99.
8.
Сафуанова З.А. Социальные риски в молодежной среде: проблемы и пути решения // Вестник Башкирского университета. Философия, социология, культурология и политология. – 2011. – Т. 16. - № 1. – С. 198-200.
9.
Бек У. Общество риска. На пути к другому модерну. – М.: Прогресс-Традиция. 384 с.
10.
Гидденс Э. Судьба, риск и безопасность // THESIS. 1994. Вып. 5. С. 40−102.
11.
Луман Н. Понятие риска // THESIS. 1994. Вып. 5. С. 4−160.
12.
Мозговая А.В. Риск как социологическая категория // Социология: 4М. – 2006. - № 22. – С. 5-18.
13.
Яницкий О.Н. Социология риска. – М.: Издательство LVS, 2003. 192 с.
14.
Никулина М.А., Джамалова Б.Б., Колодиев М.Ю., Шулова Е.Ю. Социальные риски в современном российском обществе: философская рефлексия // Современные исследования социальных проблем. – 2018. – Т. 10. № 2. – С. 48-64. DOI: 10.12731/2077-1770-2018-2-48-64
15.
Зубок Ю.А., Чупров В.И. Угрозы в трансформирующейся среде обитания как фактор социальных рисков: прогнозирование и регулирование // Социс. – 2017. - № 5. – С. 57-67.
16.
Ожиганова Е.М. Теория поколений Н. Хоува И В. Штрауса. Возможности практического применения // Бизнес-образование в экономике знаний. – 2015. - № 1. – С. 94-97.
17.
Исаева М.А. Поколения кризиса и подъема в теории В. Штрауса и Н. Хоува // Знание. Понимание. Умение. – 2011. - № 3. – С. 290-295.
18.
Кара-Мурза С.Г. Управление развитием: предвидение и проектирование будущего // Управление развитием: от прогнозирования будущего к его конструированию (идеи, методы, институты). Материалы научного семинара. Вып. 9. М.: Научный эксперт, 2011. 88 с.
19.
Измоденова Н.Н. Образ будущего России: социальное воображаемое // Труды Кольского Научного центра РАН. -2018. – Т. 9. - № 7-14. – С. 96-101.
20.
Жуков В.И. Россия в глобальной системе социальных координат: социологический анализ и прогноз // Социологические исследования. 2008. № 10. С. 29-40; №12. С.3-14.
21.
Кравченко С.А. Социологическая теория: дискурс будущего // Социологические исследования. 2007. №3. С. 3-12.
22.
Тихонов А.В. Российское общество как новая социальная реальность и метапроект отечественной социологии // Социологические исследования. 2009. № 12. С. 16-25.
23.
Романовский Н.В. Будущее как проблема современной социологии // Социс. 2015. № 11. С. 13-22.
24.
Ядов В.А. Некоторые социологические основания для предвидения будущего российского общества // Россия реформирующаяся / под ред. Л.М. Дробижевой.-М.: Academia, 2002.
25.
Яницкий О.Н. Социальные ограничения модернизации России // Социологические исследования. – 2010.-№ 7. – С. 17-28.
26.
Чадаева К.Д. Образ будущего в разных возрастах // Известия Тульского государственного университета. Гуманитарные науки. 2013. № 2.
27.
Мартьянов В.С. Наше рентное будущее: глобальные контуры общества без труда? Социс. 2017. № 5. С. 141-153.
28.
Варшавский А.Е. Чрезмерное неравенство доходов – проблемы и угрозы для России. Социс. 2019. № 8. С. 52-61. DOI: 10.31857/S013216250006136-2
29.
Пантин В.И. Российское общество в начале XX и начала XXI вв.: проблемы и риски. Социс. 2019. № 11. С. 120-130. DOI: 10.31857/S013216250007456-4
30.
Глухова А. В.Сиденко О. А.Сосунов Д. В.Щеглова Д. В. В поисках желаемого будущего – российская внутриполитическая повестка дня. Социс. 2020. Т. 46. № 2. С. 46-52. DOI: 10.31857/S013216250008493-5
31.
Turkulets S., Listopadova E. and others The Process of Stigmatization as a Desocializing Factor //Advances in Social Science, Education and Humanities Research, volume 198 / International Conference on the Theory and Practice of Personality Formation in Modern Society (ICTPPFMS-18).-Published by Atlantis Press. 2018. – Р. 8-13.
32.
Turkulets S., Listopadova E. and others Ambivalence of social stigmatization of young people in the Russian Far East // Humanities & Social Sciences Reviews, 2019, 7(4), 433-439.
References (transliterated)
1.
British Journal of Sociology. Special Issue: Piketty Symposium. 2014. Issue 4. P. ii–ii, 589–747.
2.
Urry J. What is Future? Cambridge: Polity Press, 2016.
3.
Schulz M.S. The Futures We Want. Global Sociology and the Struggles for a Better World // Global Dialogue. Vol. 5. Issue 2 (June, 2015). R. 7–8.
4.
Budushchee: po materialam foruma Mezhdunarodnoi sotsiologicheskoi assotsiatsii // Sotsis. – 2016.-№ 12. – S. 139-143.
5.
S. Turkulets, A. Turkuletc and others Expression of social stigmatization during the pandemic // Journal of Critical Reviews, 2020, 7 (14), 2837-2846. doi: 10.31838/jcr.07.19.540
6.
Demidenko S.Yu. Rossiiskoe obshchestvo: vzglyad v budushchee (materialy «kruglogo stola») // Sotsis. – 2017.-№ 6. - S. 25-43.
7.
Shestopal E.B., Selezneva A.V. Sotsiokul'turnye ugrozy i riski v sovremennoi Rossii // Sotsis. - 2018. - № 10. - C. 90-99.
8.
Safuanova Z.A. Sotsial'nye riski v molodezhnoi srede: problemy i puti resheniya // Vestnik Bashkirskogo universiteta. Filosofiya, sotsiologiya, kul'turologiya i politologiya. – 2011. – T. 16. - № 1. – S. 198-200.
9.
Bek U. Obshchestvo riska. Na puti k drugomu modernu. – M.: Progress-Traditsiya. 384 s.
10.
Giddens E. Sud'ba, risk i bezopasnost' // THESIS. 1994. Vyp. 5. S. 40−102.
11.
Luman N. Ponyatie riska // THESIS. 1994. Vyp. 5. S. 4−160.
12.
Mozgovaya A.V. Risk kak sotsiologicheskaya kategoriya // Sotsiologiya: 4M. – 2006. - № 22. – S. 5-18.
13.
Yanitskii O.N. Sotsiologiya riska. – M.: Izdatel'stvo LVS, 2003. 192 s.
14.
Nikulina M.A., Dzhamalova B.B., Kolodiev M.Yu., Shulova E.Yu. Sotsial'nye riski v sovremennom rossiiskom obshchestve: filosofskaya refleksiya // Sovremennye issledovaniya sotsial'nykh problem. – 2018. – T. 10. № 2. – S. 48-64. DOI: 10.12731/2077-1770-2018-2-48-64
15.
Zubok Yu.A., Chuprov V.I. Ugrozy v transformiruyushcheisya srede obitaniya kak faktor sotsial'nykh riskov: prognozirovanie i regulirovanie // Sotsis. – 2017. - № 5. – S. 57-67.
16.
Ozhiganova E.M. Teoriya pokolenii N. Khouva I V. Shtrausa. Vozmozhnosti prakticheskogo primeneniya // Biznes-obrazovanie v ekonomike znanii. – 2015. - № 1. – S. 94-97.
17.
Isaeva M.A. Pokoleniya krizisa i pod''ema v teorii V. Shtrausa i N. Khouva // Znanie. Ponimanie. Umenie. – 2011. - № 3. – S. 290-295.
18.
Kara-Murza S.G. Upravlenie razvitiem: predvidenie i proektirovanie budushchego // Upravlenie razvitiem: ot prognozirovaniya budushchego k ego konstruirovaniyu (idei, metody, instituty). Materialy nauchnogo seminara. Vyp. 9. M.: Nauchnyi ekspert, 2011. 88 s.
19.
Izmodenova N.N. Obraz budushchego Rossii: sotsial'noe voobrazhaemoe // Trudy Kol'skogo Nauchnogo tsentra RAN. -2018. – T. 9. - № 7-14. – S. 96-101.
20.
Zhukov V.I. Rossiya v global'noi sisteme sotsial'nykh koordinat: sotsiologicheskii analiz i prognoz // Sotsiologicheskie issledovaniya. 2008. № 10. S. 29-40; №12. S.3-14.
21.
Kravchenko S.A. Sotsiologicheskaya teoriya: diskurs budushchego // Sotsiologicheskie issledovaniya. 2007. №3. S. 3-12.
22.
Tikhonov A.V. Rossiiskoe obshchestvo kak novaya sotsial'naya real'nost' i metaproekt otechestvennoi sotsiologii // Sotsiologicheskie issledovaniya. 2009. № 12. S. 16-25.
23.
Romanovskii N.V. Budushchee kak problema sovremennoi sotsiologii // Sotsis. 2015. № 11. S. 13-22.
24.
Yadov V.A. Nekotorye sotsiologicheskie osnovaniya dlya predvideniya budushchego rossiiskogo obshchestva // Rossiya reformiruyushchayasya / pod red. L.M. Drobizhevoi.-M.: Academia, 2002.
25.
Yanitskii O.N. Sotsial'nye ogranicheniya modernizatsii Rossii // Sotsiologicheskie issledovaniya. – 2010.-№ 7. – S. 17-28.
26.
Chadaeva K.D. Obraz budushchego v raznykh vozrastakh // Izvestiya Tul'skogo gosudarstvennogo universiteta. Gumanitarnye nauki. 2013. № 2.
27.
Mart'yanov V.S. Nashe rentnoe budushchee: global'nye kontury obshchestva bez truda? Sotsis. 2017. № 5. S. 141-153.
28.
Varshavskii A.E. Chrezmernoe neravenstvo dokhodov – problemy i ugrozy dlya Rossii. Sotsis. 2019. № 8. S. 52-61. DOI: 10.31857/S013216250006136-2
29.
Pantin V.I. Rossiiskoe obshchestvo v nachale XX i nachala XXI vv.: problemy i riski. Sotsis. 2019. № 11. S. 120-130. DOI: 10.31857/S013216250007456-4
30.
Glukhova A. V.Sidenko O. A.Sosunov D. V.Shcheglova D. V. V poiskakh zhelaemogo budushchego – rossiiskaya vnutripoliticheskaya povestka dnya. Sotsis. 2020. T. 46. № 2. S. 46-52. DOI: 10.31857/S013216250008493-5
31.
Turkulets S., Listopadova E. and others The Process of Stigmatization as a Desocializing Factor //Advances in Social Science, Education and Humanities Research, volume 198 / International Conference on the Theory and Practice of Personality Formation in Modern Society (ICTPPFMS-18).-Published by Atlantis Press. 2018. – R. 8-13.
32.
Turkulets S., Listopadova E. and others Ambivalence of social stigmatization of young people in the Russian Far East // Humanities & Social Sciences Reviews, 2019, 7(4), 433-439.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

В центре внимания автора представленной статьи – образ будущего России.
Актуальность темы и своевременность подготовки соответствующей научной статьи отвечают трендам развития науки и значимости затрагиваемых в материале проблем развития государства. Образ России – это довольно привлекательная тема для современных междисциплинарных исследований. В статье тем более речь идет об образе будущего России. Честно сказать, вряд ли кто может прогнозировать образ будущего целого государства. Для этого необходимо опираться на глубокую методологию, а также привлекать результаты верифицируемых эмпирических исследований. В случае, если автор статьи следует данному обстоятельству в представленной работе, то вполне вероятно, могут быть получены эвристически значимые данные, востребованные в современной науке, а главное – дающие представление об образе будущего России.
В содержательном плане статья имеет свою логику, выделены в ней и структурные части. Полагаю, более оправданным будет являться перенос раздела «Постановка проблемы» сразу после «Введения». Об этой части исследования следует сказать особо. Она всегда выполняет две важных функции: 1) свидетельствует о том, насколько автор является сведущим в рассматриваемой теме, как он в ходе анализа источников и подходов умеет выделять преимущественные исследовательские позиции в разрезе рассматриваемой темы; 2) показывает, умеет ли автор вписать свой подход, заявленный в научной работе, в широкий контекст исследований, проводящихся в данном направлении или по смежной проблематике. К сожалению, представленный раздел «Постановка проблемы» выглядит скудно, никак не свидетельствует о результатах анализа проблематики со ссылками на авторитетные научные источники, не обобщает основные направления в исследованиях, а кроме того, не показывает, каким образом в научный дискурс будет вписан предлагаемый автором подход. Очевидно, что при таком слабом представлении о сущностных чертах рассматриваемой проблематики вряд ли можно рассчитывать на то, что автор может получить релевантные результаты, которые будут иметь научную ценность.
Вызывают вопрос и методы исследования. Автор опирается на теорию поколений, но не указывает ее авторство, не приводит ссылку. Не совсем ясно, почему автор решил, что влияние представлений о социальных угрозах и рисках на конструирование образа будущего России возможно исследовать с учетом мнений студентов и преподавателей российских дальневосточных вузов. Полагаю, что, конечно, студенты и преподаватели могут иметь свое мнение на этот счет, но тогда и в названии нужно отразить, что речь идет о представлениях субъектов образовательного процесса. Не совсем адекватным является локус исследования – почему автор остановился именно на дальневосточных вузах? Возникают сомнения и по поводу самого опроса. В статье не приведено описание данного метода, не определена выборка, база исследования, не указан вклад автора статьи в проведение данного исследования, не описан инструментарий и т.д. Отсутствие такого описания исследовательской части не позволяет дать оценку верификации исследования, и потому описанные дальше в статье его результаты я оцениваю скептически. Думаю, что и у потенциальных читателей этот скепсис может также возникнуть, а значит, статья не вызовет интерес и утратит свой коэффициент полезного действия. Не менее скептически я отношусь к предложенной автором градации поколений: X – 1963-1980 гг., поколение Y – 1981-1995 гг., поколение Z – 1996-2003 гг. Убедительных аргументов здесь автор не предлагает.
Но все же об интерпретации эмпирических данных следует сказать в настоящей рецензии несколько слов.
Так, в статье указано, что «основной гипотезой исследования было положение о том, что восприятие образа будущего России у представителей поколений X, Y и Z различается, прежде всего, по такому критерию, как отношение к частной собственности, рыночной экономике и ценностям общества потребления». Следуя этому утверждению, можно понять, что социальные угрозы и риски, которые рассматриваются в статье как основа конструирования образа будущего России, сводятся к указанным терм критериям. Полагаю, что автору следовало бы еще в начале своей работы или же при описании инструментария четко определиться с объемом и содержанием понятий «социальные угрозы и риски», в противном случае эта триада выглядит очень уязвимо. Поэтому и в этой части исследования автору не удалось обосновать свой выбор, вряд ли только собственность и рыночная экономика исчерпывают содержание социальных рисков и угроз. В этой части автору следует серьезно доработать статью.
Статья перегружена табличным материалом: всего 9 таблиц. Это явно недопустимо для небольшой статьи. За таблицами не следует должный анализ.
Статья, таким образом, выглядит не готовой к публикации. Автору необходимо не просто формально доработать материал, а внести серьезные изменения.



Результаты процедуры повторного рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предметом исследования рецензируемой статьи является региональная специфика восприятия социальных угроз и рисков в процессе конструирования образа будущего России.
Методология исследования основана на междисциплинарном характере подходов теории социальных рисков в контексте менеджмента, психологии, правоведения. Методологический инструментарий включает базовые посылки в изучении социальных рисков У. Бека, Э. Гидденса, Н. Лумана, доказывающих объективный характер современного социума, как «общества риска». Кроме того, в работе использована теория поколений, описывающая повторяющиеся поколенческие циклы.
Актуальность статьи бесспорна, так как анализ теоретических исследований, изучение общественного мнения представителей разных поколений по вопросам видения будущего России призван конструировать универсальный и оптимальный образ страны. Научная значимость подобных исследований подтверждается острой необходимостью поиска интегрирующего потенциала российского общества.
Научная новизна статьи заключается в том, что образ будущего России проанализирован на основе детального анализа общественного мнения трех разных возрастных и социокультурных когорт населения дальневосточных территорий. Авторами представлен имидж России, прогнозируются тенденции его изменения. Предложено описание оптимального уровня функционирования современного российского общества на основе социального проектирования.
Структура статьи отвечает стандартным требованиям. Подробно представлено введение в проблему, теоретический анализ научных подходов, определяющих теоретико-методологическую базу исследования. Стиль описания научный. Представлен поэтапный анализ данных, проверяющих и обосновывающих эмпирические гипотезы.
Содержание рецензируемой статьи связано с анализом оценок трех поколений россиян дальневосточного региона в контексте социокультурной ситуации в России. Авторы анализируют критерии и индикаторы сильного государства, по - мнению студенческого и педагогического сообщества. Приводится анализ и оценка населением долгосрочных перспектив российского общества. Авторы констатируют, что сходство в критической оценке собственных перспектив в своей стране позволяет утверждать, что общественное мнение в целом не удовлетворено тем, в каком направлении развивается российское государство.
Данные эмпирического исследования, значительная выборка которого, позволили авторам получить объективные данные о том, что существует преемственность основных ценностных ориентаций в российском обществе. Кроме того, изучение возрастной динамики структурных элементов образа будущего, позволяет построить модель, определяющую специфику представлений о будущем в разных возрастах.
Библиографический список статьи отличается объемностью, достаточно современной литературой, наличием зарубежных источников, анализ которых повышает научно-методический уровень статьи
В качестве вопросов и замечания к авторам необходимо заметить следующее:
1. Опрос студенческой молодежи и педагогической общественности, на наш взгляд, определяет некоторую специфичность ответов, которую можно было бы избежать при опросе разных категорий населения, что могло бы повысить объективность полученных результатов.
2. Определенная заданность авторами анкеты в большей степени только негативных образов российского общества, приводит к ожидаемым результатам. Наличие большего варианта разнообразных альтернатив, способствовало бы несколько иным результатам.
3. Приведенные таблицы, требуют названий, а также наименования строк и столбцов, что могло бы повысить информативность таблиц.
Данные замечания носят дискуссионный характер и не снижают значимость статьи.
Выводы статьи свидетельствуют об успешном решении социально и научно-значимой проблемы. Представлены новые результаты по конструированию образа будущего России. Сделана попытка охарактеризовать особенности механизма социальной идентификации разных поколений страны.
Статья представляет широкий читательский интерес, рекомендуется для социологов, специалистов в области риска, всех, кто интересуется проблемами современного российского общества.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"