Статья 'Правовая политика Российской Федерации и Китайской Народной Республики в сфере цифровизации национальной валюты ' - журнал 'Право и политика' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > Требования к статьям > Политика издания > Редакция журнала > Порядок рецензирования статей > Редакционный совет > Ретракция статей > Этические принципы > О журнале > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Право и политика
Правильная ссылка на статью:

Правовая политика Российской Федерации и Китайской Народной Республики в сфере цифровизации национальной валюты

Конопий Анна Сергеевна

Преподаватель, кафедра теории и истории государства и права, Южный Федеральный Университет

344002, Россия, Ростовская область, г. Г. ростов-На-Дону, ул. Горького, 88

Konopiy Anna Sergeevna

Educator, the department of Theory and History of Statr and Law, Southern Federal University

344002, Russia, Rostovskaya oblast', g. G. rostov-Na-Donu, ul. Gor'kogo, 88

konopy-anna@mail.ru
Борисов Борис Андреевич

Студент, кафедра теории и истории государства и права, Южный Федеральный Университет

344002, Россия, Ростовская область, г. Ростов-На-Дону, ул. Горького, 88

Borisov Boris Andreevich

Student, the department of Theory and History of Statr and Law, Southern Federal University

344002, Russia, Rostovskaya oblast', g. Rostov-Na-Donu, ul. Gor'kogo, 88

sic.borisout@gmail.com

DOI:

10.7256/2454-0706.2021.7.35968

Дата направления статьи в редакцию:

17-06-2021


Дата публикации:

24-06-2021


Аннотация: Предметом исследования являются цифровые национальные валюты Китайской Народной Республики и Российской Федерации. С наступлением новой цифровой эры происходят неизбежные объективно продиктованные цифровые трансформации всех сфер общественной жизни. Финансово-банковская сфера требует законодательно-цифрового урегулирования уже длительное время, как на территории России и Китая, так и на территориях других государств, путем введения фиатной электронной валюты. Одно из наиболее перспективных направлений развития — создание и введение в оборот новых форм валют, которые бы признавались публичной властью в качестве легального средства платежей и могли бы подвергаться эффективному надзору со стороны государственных органов. Методологической основой исследования являются общенаучные методы познания, методы индукции и дедукции. Новизна исследования заключается в одновременном сравнительно-правовом изучении опыта, а также стадий внедрения цифровой национальной валюты как в Российской Федерации, так и в Китайской Народной Республике. Также в статье поднимается актуальный вопрос о целесообразности введения цифрового рубля в российскую действительность, в связи с чем раскрывается успешный опыт правительством Китая, государства, которое тысячу лет назад впервые изобрело бумажную валюту, а теперь одно из первых в мире вводит в оборот цифровую валюту наравне с наличными деньгами. Зачастую понятие «цифровая валюта» приравнивается к криптовалютам и платежным системам, в связи с чем авторами представлен сравнительный анализ вышеуказанных терминов. Исследование законодательства России и Китая в сфере цифровой валюты, а также сложившейся практики внедрения новой денежной формы в экономику государства, позволило выявить преимущества и недостатки нововведения.


Ключевые слова:

цифровой рубль, цифровая валюта, цифровизация, финансовое право, цифровизация экономики, цифровой юань, национальная валюта Китая, Центральный Банк РФ, Народный Банк КНР, цифровое банковское законодательство

Статья подготовлена при финансовой поддержке гранта РФФИ №19-011-00820 (а) «Правовая политика российского государства, ее приоритеты и принципы в условиях цифровой экономики и цифрового технологического уклада: концептуальные, методологические, отраслевые аспекты цифровизации права и правового регулирования».

Abstract: The subject of this research is digital national currencies of the People's Republic of China and the Russian Federation. The advent of the new digital era entails inevitable, objectively dictated digital transformations of all spheres of social life. The financial and banking sector in Russia, China, and other countries, is in need for legislative-digital regulation by implementing digital fiat currency. One of the most promising vectors of development is the creation and introduction of new forms of currencies into circulation, which would be recognized by public authority as a legal means of payment, as well as subject to effective oversight by government bodies. The novelty of this research lies in the comparative legal analysis of the experience, as well as the stages of implementation of digital national currency in the Russian Federation and the People's Republic of China. The article raised a pressing issue on feasibility of introducing digital ruble into the Russian reality, and thus, discusses successful experience of the Chinese government that a millennium ago was first to invent paper currency, and now is one of the world leaders to introduce digital currency alongside cash money. The concept of “digital currency” is often identified with cryptocurrencies and payment systems, which prompted the authors to conduct a comparative analysis of these terms. The analysis of Russian and Chinese legislation in the area of digital currency, as well as the established practice of implementing a new monetary form into the country’s economy, allowed outlining the pros and cons of such innovation.


Keywords:

digital ruble, digital currency, digitalization, financial law, digitalization of the economy, digital yuan, the national currency of China, Central Bank of the Russian Federation, People's Bank of China, digital banking legislation

Введение

С быстрым развитием индустрии Blockchain и ускоренным цифровым ростом вопрос внедрения цифровой валюты становится одним из самых актуальных во всем мире, в связи с чем центральные банки Великобритании, США, Канады, Сингапура, Японии занимаются разработкой цифровой валюты.

Всеобщая цифровизация российского законодательного и китайского правоприменительного опыта демонстрируют необходимость дальнейшего развития финансово-правовой составляющей экономической сферы. Одно из наиболее перспективных направлений развития — создание и введение в оборот новых форм валют, которые бы признавались публичной властью в качестве легального средства платежей и могли бы подвергаться эффективному надзору со стороны государственных органов.

Данные изменения обусловлены одновременно несколькими факторами. Прежде всего, мировые изменения в сфере платежного рынка отвечают запросам граждан и бизнеса на повышение безопасности операций с валютами, увеличение скорости совершения платежей и переводов, введение элементов прозрачности в предпринимательский оборот, а также снижение затрат на поддержание инфраструктуры в финансовой сфере. Более того, возрастание степени цифровизации сектора оказания государственных услуг и в целом межведомственного взаимодействия также требует безопасного механизма движения денежных средств. При этом в отечественной [9, с. 180-186] и зарубежной [16, с. 128-153] доктрине цифровые валюты в том либо ином виде не раз становились предметом многочисленных исследований.

Руководствуясь вышеизложенными факторами, уже в октябре 2020 года Центральный банк РФ (далее — ЦБ РФ) в докладе для общественных консультаций [11] впервые раскрыл основные положения о проекте цифрового рубля, а также предложил респондентам ответить на ряд вопрос в отношении дальнейшего развития национальной цифровой валюты. Государственный регулятор предложил направлять все значимые замечания и предложения на адрес электронной почты рабочей группы по цифровому рублю. Не свойственная в целом государственному регулятору стремление проконсультироваться с гражданами демонстрирует серьезный подход ЦБ РФ к проработке проблематики внедрения цифрового рубля в России.

Так, уже в апреле 2021 года Банком России была опубликована Концепция цифрового рубля [5] (далее — Концепция), в которой впервые проводится системное изложение ключевых позиций относительно механизмов его функционирования. Несмотря на то, что представленная Банком России Концепция во многом была воспринята неоднозначно [10]. Данный документ представляет наибольший интерес для данной работы, поскольку фактически является единственным источником, затрагивающим проект национальной цифровой валюты.

А Китайская Народная Республика приступила к исследованию цифровой валюты еще в 2014 году, а в 2020 году Центральный Банк КНР уже вводит электронную оплату цифровой валюты Digital Currency Electronic Payment (далее DCEP) или электронный юань, называемый e-CNY в фазу тестирования в Шэньчжэнь, Сучжоу, Сюнъань и Чэнду [15], а в 2021 году в Шанхае, Хайнане, Чанше, Циндао, Даляне и Сиане [13].

1.1 Модель цифрового рубля: основные аспекты функционирования.

Цифровой рубль представляет собой третью форму российской национальной валюты и будет применяться наряду с наличными и безналичными рублями, обладая при этом рядом существенных преимуществ.

Концепция предполагает деления позитивных аспектов цифрового рубля на три группы — для граждан и бизнеса, для финансового рынка и для государства. В целом позитивные черты цифрового рубля укладываются в рамки потребностей современного общества, которые были изложены выше, однако пока непонятно, насколько в действительности проект, предложенный Банком России, сможет удовлетворить подобные запросы общества.

Концепция цифрового рубля представляет четыре потенциально возможные модели реализации цифрового рубля, которые обусловлены различными механизмами его функционирования. В работе будет исследована исключительно одна модель (модель D в Концепции), поскольку именно она обладает наибольшим спектром преимуществ и широтой применения. Это подтверждает, в том числе, и экспертное мнение Банка России, а также мнение опрошенных респондентов.

Данная модель построена двухуровневым способом: Центральный Банк предоставляет кошельки на платформе цифрового рубля финансовым организациям, а они, в свою очередь, открывают кошельки клиентам и осуществляют по ним различные операции на поддерживаемой ЦБ РФ платформе цифрового рубля. Цифровой рубль в таком случае представлен в качестве токенов, т.е. находящихся на цифровых кошельках клиентов уникальных цифровых кодов, которые будут выпускаться Банком России.

Важно понимать, что использование блокчейн технологии и категории токенов существенно повышает безопасность применения цифрового рубля. В данном аспекте ЦБ РФ выбрал, пожалуй, наилучший способ сущностного представления национальной цифровой валюты — она будет представлена записью в регистре, распределённую в цепочку данных (блокчейн-цепочка), которая будет состоять из множества блоков данных, постороннее внесение изменений в которые будет невозможно.

Проще говоря: при максимальной прозрачности операция, проводимых с цифровым рублем (движение каждого «блока» данных можно отследить), будет обеспечена и его максимальная безопасность от злоумышленников.

Более того, разработанный программный модуль, встраиваемый в мобильные приложения финансовых организаций, будет обеспечивать прямое взаимодействие клиента с платформой цифрового рубля. Однако непонятно, каким образом будет осуществляться «встраивание» одного программного модуля в совершенно разные приложения финансовых организаций.

Концепция накладывает и важное ограничение на клиентов — лицу может быть открыт только один кошелек на платформе цифрового рубля. Данное положение позволит обеспечить многофункциональность данного кошелька, поскольку к нему должны иметь доступ одновременно все финансовые организации, в которых обслуживается клиент. Невозможно обеспечить эффективное взаимодействие множества субъектов по отношению к большому количеству разных источников активов, и именно поэтому в данном аспекте Концепция полностью отвечает цели введения цифрового рубля, пусть и немного проигрывает в своей диспозитивности безналичным денежным средствам.

Что еще более важно — средства на кошельках клиентов находятся непосредственно на платформе цифрового рубля и не отражаются на балансе финансовых организаций. В случае их банкротства средства на кошельке остаются доступны клиенту через любую другую организацию, в которой он обслуживается. Данный механизм позволяет исключить дополнительные способы защиты прав владельца активов. Например, полностью отпадает необходимость в страховании денежных средств на счету, поскольку потеря доступа к ним по причине проблем у конкретной финансовой организации невозможна.

Введение национальной цифровой валюты предполагает возможность ее бесшовной конвертации с формат безналичных и наличных денежных средств. Концепция такую возможность предусматривает и устанавливает вариант с конвертацией цифрового рубля на безналичных денежные средства при помощи соответствующей финансовой организации, в которой обслуживается клиент.

Немаловажную роль в Концепции занимает и возможность осуществления повышенного контроля за течением бюджетных средств благодаря полной прозрачности проводимых операций. Планируется открытие кошелька на платформе цифрового рубля Федеральному казначейству, которое будет осуществлять учет и проведение операций посредством цифрового рубля в счет обеспечения деятельности бюджетных организаций.

Все остальные процедуры в рамках функционирования цифрового рубля (осуществление переводов, пополнение кошелька и так далее) в принципе базируются на уже применяемых в сфере безналичных платежей механизмах, поэтому отсутствует необходимость в их детальном рассмотрении.

1.2 Проблемы функционирования цифрового рубля в рамках представленного проекта.

Концепция предусматривает ряд положений, которые вызывают много вопросов при применении на практики.

Прежде всего, Банк России предполагает возможность офлайн-переводов цифрового рубля без доступа к интернету. В таком случае на мобильном устройстве клиента будет располагаться отдельный офлайн-кошелек, которые будет пополняться из средств онлайн-кошелька. Конструкция офлайн модели движения денежных средств обуславливает множественные проблемы в сфере безопасности, поскольку пользователь, обладающий физическим носителем данных в форме телефона, имеет полный доступ к его техническому и программному функционированию. Применение подобной технологии офлайн функционирования требует повышенного внимания и дополнительной проработки со стороны Банка России, поскольку на данный момент Концепция не в полной мере отвечает на вопросы о том, как будет осуществляться обеспечение безопасности и стабильности оборота цифрового рубля в подобных условиях как с правовой, так и с технической точки зрения.

Представленный прототип платформы цифрового рубля представляет собой необходимость обеспечения со стороны удостоверяющего центра Банка России регистрации и сертификации ключей кредитных организаций, используемых для проведения платежей с применением цифрового рубля. Подобная структура пусть и обладает повышенной степенью контроля, однако вызывает много вопросов в части оперативности взаимодействия ЦБ РФ непосредственно с финансовыми организациями. В настоящее время Банк России стремится минимизировать собственную нагрузку, поскольку как государственный регулятор обладает огромным перечнем обязанностей по контролю за финансовой сферой РФ. Например, в 2020 году Банк России перестал рассматривать жалобы граждан на банки, хотя подобный функционал в полной мере отвечал потребностям потребителей в РФ [1]. Из-за чрезмерной бюрократизации процессов взаимодействие по такой структуре может привести к повышенным временным затратам на выполнения банальных операций, поскольку многие функциональные процессы на площадке цифрового рубля осуществляются при непосредственном участии Банка России. Безусловно, указанные процессы могут быть и должны быть автоматизированными, однако полностью исключить фактор возникновения технических неполадок с учетом современного развития технологий в России представляется невозможным, что уже неоднократно подтверждалось опытом существующих государственных цифровых сервисов и платформ [8].

Более того, необходимо приступить к разработке законопроектов, регулирующих цифровой рубль с точки зрения правового воздействия. На данный момент существующая Концепция устанавливает лишь идейные механизмы функционирования национальной цифровой валюты, не вдаваясь в подробности ее экономической и финансовой регламентации.

2.1 Отличительные особенности цифрового юаня как национальной валюты Китая.

С появлением в 2019 году цифровой валюты Libra многие государства задумались о введении своей цифровой фиатной валюты. Национальный Банк Китая рассматривает Libra как угрозу юаню и внутренним платежным системам Китая. Поскольку Facebook не включил юань в число своих резервных валют, всемирное использование цифровой валюты Libra может привести к оттоку капитала из Китая и ослаблению юаня.

Главное отличие фиатной цифровой валюты DCEP, не зависимой от технологии blockchain, от любой криптовалюты заключается в том, что первая выпускается национальным эмитентом фиатных денег, а ее конфиденциальность, целостность данных, аутентификация и шифрование основываются на методе криптографии, который является ключевым элементом обеспечения вышеперечисленных основ.

С целью установления уникальности цифровой валюты необходимо проанализировать ее основные преимущества. DCEP, являясь денежным средством, хранится на электронной платформе Национального Банка в отличие от WeChat и Alipay, которые получая валюту из уже существующего банка, выводят ее и затем помещают на свою платформу. Единая национальная банковская платформа позволяет избежать совершение незаконных действий со стороны третьих лиц, а также повышает уровень цифровой безопасности. При этом платежные сервисы компаний Alibaba, Tencent и коммерческие банки не отойдут в сторону, поскольку будут рассматриваться в качестве «посредников», предоставляющих услуги по использованию цифрового юаня. Национальный банк предоставит возможность финансовым и нефинансовым организациям подключать цифровой кошелек с цифровыми юанями к электронным кошелькам организаций.

С точки зрения удобства, при совершении транзакций через Digital Currency Electronic Payment отсутствует необходимость использования стороннего посредника. Работа с платежными сервисами WeChat и Alipay напрямую зависит от состояния сети, что делает невозможным завершение платежа в случае отсутствия подключения к сети Интернет. Когда как достичь оплаты через электронный кошелек можно и без сети или банковского счета с использованием технологии ближней связи (NFC). Технология NFC может обеспечить отдаленные сельские районы с легким доступом к DCEP Транзакции происходят мгновенно, без необходимости в банке или другом посреднике. Они защищены надежным шифрованием. Этот подход быстрее, дешевле и теоретически более безопасен, чем нынешняя система SWIFT, при которой транзакции могут совершаться несколько дней и которая в последнее время стала подвергаться многомиллионным кражам.

2.2 Опыт КНР по внедрению цифровой национальной валюты.

Китайская Народная Республика лишь в самом начале реализации плана, разрабатываемого с 2014 года, по внедрению цифрового юаня на всей территории государства. Цифровая валюта Центрального Банка была разработана с целью оцифровки наличных денежных средств и выпуска электронной валюты для полной замены наличных денег. В вопросе распространения цифровой валюты на всей территории КНР значительную роль играют коммерческие банки, имеющие развитую инфраструктуру, совершенную систему IT-услуг. Народный банк уже заключил соглашение о распространении цифровой валюты с такими банками, как Commercial Bank of China, China Construction Bank, Agricultural Bank of China и Bank of China [6]. В данном случае DCEP будет использовать двухуровневую монетарную систему, в которой первый уровень заключается в выпуске Народным Банком Китая DCEP для коммерческих банков и других учреждений, как Alibaba, Tencent и UnionPay, а второй уровень подразумевает распределение цифрового юаня от вышеупомянутых посредников конечным пользователям, таким как компании и частные лица. Таким образом, Народный Банк Китая будет выпускать цифровой юань, а конечные пользователи будут приобретать валюту через программные кошельки, предоставляемые финансовыми посредниками, находящиеся на устройства Интернет вещей (IoT).

В январе 2021 году правительство Китая приступило к пилотированию цифровой валюты Народного банка. В рамках успешной тестовой версии обладателям цифровых юаней Пекина была предоставлена возможность оплачивать через электронный кошелек билеты на метро линии Дасин, а также товары в определенном магазине [3]. А сельскохозяйственный банк Шэньчжэня запустил доступ к цифровому юаню в банкоматах, чтобы помочь гражданам адаптироваться к оцифровке наличных денег [7]. Более того, согласно CNBC порядка 40 миллионов цифровых юаней, что составляет 6,2 миллиона долларов, будут разыграны среди жителей Пекина. Желающим получить «красный пакет» на 200 юаней необходимо подать заявку на участие в лотерее через одно из двух приложений [14]. А Пекинские Олимпийские игры 2022 года предоставят Китаю глобальную платформу для освещения электронного юаня, что дает ей огромное преимущество первопроходца в вопросе цифровой валюты. Научно-исследовательский институт цифровой валюты Народного Банка Китая уже достиг стратегического сотрудничества с рядом компаний для совместного продвижения различных пилотных испытаний DCEP. Учитывая существующие цифровые платформы Китая и успех пилотных программ, нетрудно представить, что DCEP будет легко принят китайскими потребителями, как только он будет официально запущен.

2.2 Законодательное закрепление цифрового юаня.

В настоящее время не существует закона, регулирующего DCEP, хотя ожидается, что Китай вскоре разработает стандарты и руководящие принципы для цифрового юаня. 22 июля 2020 года «цифровая валюта» была упомянута в Заключении о предоставлении судебных услуг и защите для ускорения совершенствования социалистической рыночной экономической системы в Новую эпоху Верховного народного суда Китая и Национальной комиссии по развитию и реформам. В соответствии с заключением цифровая валюта начала приобретать некоторую правовую защиту [2]. В октябре 2020 года Народный банк Китая в проекте закона «О Народном банке Китайской Народной Республики» впервые предложил юань как в физической, так и в цифровой форме, что в будущем обеспечит правовую защиту выпуска фиатных цифровых валют [3]. Предполагается, что цифровой юань и бумажный юань будут иметь эквивалентную ценность и покупательную способность. Законопроект подтверждает, что, кроме DCEP, существует широкий запрет на производство и продажу цифровых токенов взамен юаня. Однако использование DCEP может вызвать проблемы, связанные с защитой данных и кибербезопасностью. Действующий Закон Народного Банка Китая и Положение об администрировании юаня не содержат никакой защиты личной информации пользователя. Согласно действующему китайскому Закону о кибербезопасности, личная информация защищена [4], хотя нет никаких конкретных правил, направленных на личную информацию, собранную во время использования DCEP. С запуском DCEP ожидается, что будут приняты дополнительные правила и стандарты для устранения рисков кибербезопасности и утечки пользовательских данных, которые могут возникнуть в результате использования цифровой валюты.

3. Выводы.

Цифровой рубль на данный момент, безусловно, нуждается в дальнейшем изучении и анализе механизмов его введения в российскую действительность. Однако уже на данный момент концептуальные основы, заложенные Банком России, позволяют говорить о наличии определенных перспективных направлений развития национальной цифровой валюты, которые позволят существенно упростить многие сферы экономического взаимодействия в РФ.

Невозможно представить полную цифровизацию общественной жизни без одной из наиболее важных ее сфер — финансовой. Банк России в данном аспекте представил системный и аналитический материал, устанавливающий проект цифрового рубля, однако полноценно судить о его качественной составляющей возможно будет лишь с представлением правовых норм, которые будут всесторонне регламентировать практическую реализацию национальной цифровой валюты в России.

В отличии от цифрового рубля цифровой юань на сегодняшний момент представляет серьезную угрозу дипломатическим, информационным и экономическим интересам Соединенных Штатов и их союзников. Цифровой юань поможет Китаю интернационализировать свою валюту, продвигая юань в качестве конкурента или альтернативы доллару США, позволит Китаю расширить экономическую деятельность, как внутри страны, так и за ее пределами, а также ослабит позиции международной системы SWIFT, основанной на долларе, предоставив ей альтернативу. Цифровой юань поможет Китаю обойти западные санкции, позволяя пользователям торговать крупной валютой на международном уровне без использования системы SWIFT.

Цифровая система юаня, реализуемая с помощью блокчейна и других технологий, создаст возможность государственного контроля, где каждая транзакция будет записываться и отслеживаться через цифровые кошельки пользователей. Ничто не помешает Китаю, как централизованному владельцу блокчейна, свободно вести наблюдение за любыми данными, собранными через систему. Народный Банк Китая и финансовые учреждения будут иметь возможность немедленно заморозить любые цифровые юани или счета, участвующие в подозрительных операциях. Такая цифровая система поможет бороться с совершаемыми на данный момент массовыми экономическими преступлениями. Таким образом, видится целесообразным учитывать Правительству Российской Федерации успешный многолетний передовой цифровой опыт Китайской Народной Республики по внедрению цифровой национальной валюты, с учетом существующих цифровых законодательных пробелов Китая.

Библиография
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
References
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предмет исследования довольно интересный и посвящен правовой политике РФ и КНР «…в сфере цифровизации национальной валюты». Методология исследования – ряд методов, правильно используемых автором: сравнительно-правовой, анализ и синтез, логика и др. Актуальность обоснована автором во введении к статье и выражается в следующем: «С быстрым развитием индустрии Blockchain и ускоренным цифровым ростом вопрос внедрения цифровой валюты становится одним из самых актуальных во всем мире, в связи с чем центральные банки … занимаются разработкой цифровой валюты». Научная новизна обоснована в исследовании автора. Стиль, структура, содержание заслуживают особого внимания. Исследование имеет все необходимые структурные элементы: актуальность, постановка проблемы, цели и задачи, предмет, научная новизна, методология и выводы. Стиль работы хороший, она легко читается и носит исследовательский характер. Содержание отражает существо статьи. Автор логично подводит читателя к существующей проблеме. Он акцентирует внимание читателя на предмете статьи. Он показывает, опираясь на исследования оппонента, что «…возрастание степени цифровизации сектора оказания государственных услуг и в целом межведомственного взаимодействия также требует безопасного механизма движения денежных средств». Далее автор переходит к анализу предмета статьи, используя ссылки на исследования оппонентов: «…цифровые валюты в том либо ином виде не раз становились предметом многочисленных исследований …». Автор отмечает «Не свойственная в целом государственному регулятору стремление проконсультироваться с гражданами демонстрирует серьезный подход ЦБ РФ к проработке проблематики внедрения цифрового рубля в России», «Несмотря на то, что представленная Банком России Концепция во многом была воспринята неоднозначно [10]. Данный документ представляет наибольший интерес для данной работы, поскольку фактически является единственным источником, затрагивающим проект национальной цифровой валюты …» и отмечает, что КНР «приступила к исследованию цифровой валюты еще в 2014 году, а в 2020 году Центральный Банк КНР уже вводит электронную оплату цифровой валюты Digital Currency Electronic Payment (далее DCEP) или электронный юань, называемый e-CNY в фазу тестирования в Шэньчжэнь, Сучжоу, Сюнъань и Чэнду [15], а в 2021 году в Шанхае, Хайнане, Чанше, Циндао, Даляне и Сиане [13]…». Переходя к анализу вопросов, исследуемых в разделе «1.1 Модель цифрового рубля: основные аспекты функционирования», автор правильно показывает, что «…Цифровой рубль представляет собой третью форму российской национальной валюты и будет применяться наряду с наличными и безналичными рублями, обладая при этом рядом существенных преимуществ». При этом автор отмечает: «Концепция цифрового рубля представляет четыре потенциально возможные модели реализации цифрового рубля, …. В работе будет исследована исключительно одна модель (модель D в Концепции) …» и разъясняет ее суть: «Цифровой рубль в таком случае представлен в качестве токенов, т.е. находящихся на цифровых кошельках клиентов уникальных цифровых кодов, которые будут выпускаться Банком России», «разработанный программный модуль, встраиваемый в мобильные приложения финансовых организаций, будет обеспечивать прямое взаимодействие клиента с платформой цифрового рубля…». Автор ставит вопрос: «Однако непонятно, каким образом будет осуществляться «встраивание» одного программного модуля в совершенно разные приложения финансовых организаций …», однако делает правильный вывод: «…отпадает необходимость в страховании денежных средств на счету, поскольку потеря доступа к ним по причине проблем у конкретной финансовой организации невозможна». Переходя к анализу вопросов, исследуемых в разделе «Проблемы функционирования цифрового рубля в рамках представленного проекта», автор правильно показывает, что «…Применение подобной технологии офлайн функционирования требует повышенного внимания и дополнительной проработки со стороны Банка России, поскольку на данный момент Концепция не в полной мере отвечает на вопросы о том, как будет осуществляться обеспечение безопасности и стабильности оборота цифрового рубля в подобных условиях как с правовой, так и с технической точки зрения». При этом автор отмечает: «необходимо приступить к разработке законопроектов, регулирующих цифровой рубль с точки зрения правового воздействия …». Примеры подкрепляются ссылками на источники. Анализируя вопросы «Отличительные особенности цифрового юаня как национальной валюты Китая», «Опыт КНР по внедрению цифровой национальной валюты» и «Законодательное закрепление цифрового юаня», автор правильно показывает, что «…Банк Китая рассматривает Libra как угрозу юаню и внутренним платежным системам Китая», «DCEP, являясь денежным средством, хранится на электронной платформе Национального Банка…». При этом автор отмечает: «… достичь оплаты через электронный кошелек можно и без сети или банковского счета с использованием технологии ближней связи (NFC). Технология NFC может обеспечить отдаленные сельские районы с легким доступом к DCEP Транзакции происходят мгновенно, без необходимости в банке или другом посреднике…», «Этот подход быстрее, дешевле и теоретически более безопасен, чем нынешняя система SWIFT, при которой транзакции могут совершаться несколько дней и которая в последнее время стала подвергаться многомиллионным кражам», «Народный Банк Китая будет выпускать цифровой юань, а конечные пользователи будут приобретать валюту через программные кошельки, предоставляемые финансовыми посредниками, находящиеся на устройства Интернет вещей (IoT)», «Учитывая существующие цифровые платформы Китая и успех пилотных программ, нетрудно представить, что DCEP будет легко принят китайскими потребителями, как только он будет официально запущен». Автор, на основе данных оппонентов, делается вывод: «Законопроект подтверждает, что, кроме DCEP, существует широкий запрет на производство и продажу цифровых токенов взамен юаня. Однако использование DCEP может вызвать проблемы, связанные с защитой данных и кибербезопасностью», «Действующий Закон Народного Банка Китая и Положение об администрировании юаня не содержат никакой защиты личной информации пользователя. Согласно действующему китайскому Закону о кибербезопасности, личная информация защищена [4], хотя нет никаких конкретных правил, направленных на личную информацию, собранную во время использования DCEP». В заключение автор подводит итог: «…на данный момент концептуальные основы, заложенные Банком России, позволяют говорить о наличии определенных перспективных направлений развития национальной цифровой валюты, которые позволят существенно упростить многие сферы экономического взаимодействия в РФ», а «Цифровой юань поможет Китаю обойти западные санкции, позволяя пользователям торговать крупной валютой на международном уровне без использования системы SWIFT …» и «…Таким образом, видится целесообразным учитывать Правительству Российской Федерации успешный многолетний передовой цифровой опыт Китайской Народной Республики по внедрению цифровой национальной валюты, с учетом существующих цифровых законодательных пробелов Китая». Как нам кажется, приведены конкретные, однозначные и дающие для практики и теории выводы. Необходимо констатировать, что журнал, в который представлена статья является научным, и автор направил в издательство статью, соответствующую требованиям, предъявляемым к научным публикациям, в частности для научной полемики он обращается к текстам научных работ оппонентов. Библиография достаточная и содержит определенное количество современных научных исследований российских и китайских ученых, к которым автор обращается. Это позволяет автору правильно определить проблемы и поставить их на обсуждение. Он, исследовав их, раскрывает предмет статьи. Апелляция к оппонентам в связи с вышесказанным присутствует. Автором используется материал других исследователей. Выводы – работа заслуживает опубликования, интерес читательской аудитории будет присутствовать.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.