Статья 'Изменения конфигурации регионального лидерства в Латинской Америке (2016-2020 гг.)' - журнал 'Международные отношения' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > Требования к статьям > Политика издания > Редакция > Порядок рецензирования статей > Редакционный совет > Ретракция статей > Этические принципы > О журнале > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Международные отношения
Правильная ссылка на статью:

Изменения конфигурации регионального лидерства в Латинской Америке (2016-2020 гг.)

Еремин Аркадий Алексеевич

кандидат исторических наук

старший преподаватель, кафедра Теории и Истории Международных отношений (ТИМО), Российский Университет Дружбы Народов

117198, Россия, г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, 10/2

Eremin Arkadiy Alekseevich

PhD in History

Senior Educator, the department of Theory and History of International Relations, People's University of Friendship of Russia

117198, Russia, g. Moscow, ul. Miklukho-Maklaya, 10/2

eremin-aa@rudn.ru
Барсегян Асмик Арменовна

аспирант, кафедра Теории и Истории Международных отношений (ТИМО), Российский Университет Дружбы Народов

117198, Россия, г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, 10/2

Barsegian Asmik Armenovna

Postgraduate student, the department of Theory and History of International Relations, People's University of Friendship of Russia

117198, Russia, g. Moscow, ul. Miklukho-Maklaya, 10/2

asmikbarsegian1997@mail.ru
Простаков Дмитрий Игоревич

аспирант, кафедра Теории и Истории Международных отношений, Российский Университет Дружбы Народов

117198, Россия, г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, 10/2

Prostakov Dmitry Igorevich

Postgraduate student, the department of Theory and History of International Relations, People's University of Friendship of Russia

117198, Russia, g. Moscow, ul. Miklukho-Maklaya, 10/2

Prosb32@mail.ru
Кунцев Василий Дмитриевич

аспирант, кафедра Теории и Истории Международных отношений, Российский Университет Дружбы Народов

117198, Россия, г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, 10/2

Kuntsev Vasiliy Dmitrievich

Postgraduate student, the department of Theory and History of International Relations, People's University of Friendship of Russia

117198, Russia, g. Moscow, ul. Miklukho-Maklaya, 10/2

1032196101@rudn.ru

DOI:

10.7256/2454-0641.2021.1.34814

Дата направления статьи в редакцию:

04-01-2021


Дата публикации:

11-01-2021


Аннотация: В статье анализируются позиции Бразилии и Аргентины в Латинской Америке в период с 2016 по 2020 годы, показана новая расстановка политических сил в регионе в свете последних президентских выборов. Анализируются внутриполитические последствия так называемого «правого поворота», подвергается оценке преемственность Аргентины и Бразилии во внешней политике с учетом смены политических курсов. Особое внимание в работе уделено влиянию эпидемии распространения коронавирусной инфекции (COVID-19) на лидерский потенциал Аргентины и Бразилии в регионе. В ходе исследования авторы основываются на системном подходе, который способствует более комплексному анализу обозначенной темы.   Актуальность научного исследования определяется, прежде всего, сменой политических режимов и внешнеполитических курсов в странах Латинской Америки, а также вызовами и угрозами, с которыми сталкивается регион в последние годы. Основываясь на приведенных в статье фактах и проведенном анализе, авторы дают оценку изменениям в иерархии регионального лидерства в регионе и приходят к выводу, что Бразилия теряет свои позиции в Латинской Америке, в то время как Аргентина сумела уйти от «правой» политики и имеет возможность задавать тренды относительно нового «левого поворота» в странах региона.


Ключевые слова:

Латинская Америка, Бразилия, Аргентина, правый поворот, левый поворот, региональное лидерство, пандемия коронавируса COVID-19, Маурисио Макри, Альберто Фернандес, Жаир Болсонару

Abstract: This article analyzes the positions of Brazil and Argentina in Latin America over the period from 2016 to 2020, as well as describes the new alignment of political powers in the region in light of recent presidential elections. Analysis is conducted on consequences of the so-called “rightward turn” for the domestic policy; assessment is given to the succession of Argentina and Brazil in foreign policy considering the shift of political vectors. Special attention is paid to the impact of COVID-19 pandemic upon the leadership potential of Argentina and Brazil in the region. The relevance of this work is first and foremost defined by the shift of political regimes and foreign policy vectors in the countries of Latin America, as well as by challenges and threats faced by the region in recent years. Based on the provided facts and conducted analysis, the authors assess the changes in hierarchy of regional leadership in the region, and conclude the Brazil loses its positions in Latin America, while Argentina was able to shy away from the “rightward” policy and set the trends for the new “leftward turn” in the region.


Keywords:

Latin America, Brazil, Argentina, right turn, left turn, regional leadership, COVID-19 coronavirus pandemic, Mauricio Macri, Alberto Fernandez, Jair Bolsonaro

Введение

Исторически Бразилия и Аргентина считались наиболее вероятными кандидатами на роль регионального лидера в регионе ЛКА. Более того, в отношениях этих во многом схожих стран вполне можно выделить целые периоды активного соперничества за статус лидера Латинской Америки. При этом оба государства еще со времен установления демократии и демонтажа военных диктатур вели активный поиск уникальных подходов к реализации региональной и глобальной политики. Вершиной теоретической и практической базы для формирования внешней политики Бразилии стала сформулированная в 1980-ых годах концепция «автономизма», делавшая ставку на проведение независимой от США и других гегемонов политики. Со стороны Аргентины тоже существуют уникальные теоретические подходы: в начале 1990-ых один из виднейших ученых-политологов аргентинского происхождения Карлос Эскуде ввел в научный оборот свою знаменитую концепцию «периферийного реализма», объяснявшую мировую политику через призму неореализма с точки зрения слабого развивающегося государства. Обе концепции были впоследствии активно применены на практике, в результате чего куда более успешной в обеспечении статуса регионального лидера оказалась Бразилия, на годы вперед обеспечив преемственность концепции «автономизма» и закрепив за португалоязычной страной общепринятое лидерство в ЛКА [1].

Лидерство Бразилии в особенности ярко проявилось во время левых правительств, нацеленных на регионализацию внешней политики страны и обеспечения внешнеполитических интересов через интеграцию. Однако масштабные политические процессы, охватившие Латинскую Америку с 2016 года, изменили облик многих стран региона, а также саму конфигурацию региональных отношений. Триумф «правых», а также тяжелая экономическая обстановка и пандемия коронавируса ознаменовали трансформацию в иерархии регионального лидерства, в которой позиции Бразилии более не кажутся столь прочными, как за несколько лет до этого. Нарушение преемственности политики Бразилии с приходом к власти по результатам президентских выборов 2018 года Жаира Болсонару наряду с серьезной экономической рецессией ослабило позицию страны как в регионе, так и на мировой арене. Аргентина, в свою очередь, как страна, преодолевшая крен «вправо» значительно раньше, имеет реальную возможность изменить собственное место в региональной политике Латинской Америки, продемонстрировав самостоятельную внешнюю политику, а также способность эффективно противостоять таким глобальным угрозам, как пандемия COVID-19.

Смена политических курсов в странах региона

С конца XX века Латинскую Америку захлестнула волна так называемого «левого поворота», что проявлялось в электоральном успехе левых сил в странах региона: Аргентина, Бразилия, Боливия, Чили и других [2]. Первым триумфом для левых в регионе стала победа Уго Чавеса в президентской гонке в Венесуэле в 1998 году [3, с. 283].

«Левые силы» сменили либерально-консервативные режимы – идеологических монополистов региона до конца 1990-х гг., что стало возможным в связи с разочарованием населения в политике «правых» [4, с. 3]. Массовые протестные движения привели к демонтажу авторитарных режимов в Латинской Америке и приходу к власти «новых левых» [5, с. 6].

Однако в 2016 году ситуация начала меняться с возникновением тренда кризиса «левых» и социалистических идей, который повлек за собой «правый поворот» в странах Латинской Америки. Правые силы одержали победу в выборах в Аргентине, Бразилии, Гватемале, а также составили серьезную конкуренцию действующему правительству Венесуэлы [5, с. 6].

На сегодняшний день страны, в которых к власти пришли правые и правоцентристские силы, производят почти 60% ВВП Латинской Америки, на их территориях проживает основная часть населения континента. Данный факт определяет значимую роль правых в политике региона на ближайшие годы [6, с. 3].

«Правый поворот» во многом ознаменовал налаживание контактов некоторых стран Латинской Америки с США – Аргентины, Бразилии, Колумбии и Чили. Новые политические лидеры с самого начала выражали заинтересованность в стратегическом партнерстве со Штатами. В особенности отличились Маурисио Макри, пришедший к власти в Аргентине в конце 2015 года, и Жаир Болсонару, пришедший к власти в Бразилии в 2019 году [7, c. 82].

Большую роль в трансформации политической ситуации в Латинской Америке сыграли, в том числе, социальные противоречия и эпидемия распространения коронавирусной инфекции.

С 2019 года Латинская Америка оказалась охвачена масштабной волной общественного недовольства, основанной на кризисе неолиберальной модели развития, нарушении прав человека, коррупции, а также экономическом упадке [8, c. 46].

Начиная с весны 2020 года весь мир столкнулся с угрозой распространения COVID-19. Пандемия выявила серьезные проблемы в странах Латинской Америки: скудное финансирование сферы здравоохранения, нехватку рабочей силы и требуемого оборудования, а также политическую разобщенность, проявляемую в неспособности властей скоординировать действия по борьбе с опасным вирусом [8, c. 39].

Аргентина

Аргентина известна своей динамичной историей смены правящих режимов. С 1976 по 1983 год в стране повсеместно правили военные, затем наступила эпоха псевдодемократии. Очередная смена политического курса произошла с приходом к власти Нестора Киршнера в 2003 году. Эпоха так называемого «киршнеризма» длилась более 10-и лет. Нестора Киршенра на посту президента сменила его жена – Кристина Фернандес де Киршнер, правившая два срока подряд [9, c. 31-32].

Приход к власти представителя оппозиционной партии Маурисио Макри в Аргентине ознаменовал «поражение киршнеризма» [10, c. 61]. В его предвыборной программе особое внимание уделялось корректировке экономике страны посредством либерализации. В сфере внешней политики Макри подчеркивал необходимость восстановления связей с США, которые были заморожены при предыдущих президентах [10, c. 63].

Примечательно, что Макри в июле 2018 года предпринял беспрецедентный в современной латиноамериканской истории шаг – дал согласие на размещение трех военных баз США на территории Аргентины. К слову, две из них по плану должны быть размещены на Огненной Земле и Кокете, непосредственно граничащими с Антарктикой [7, c. 82].

С 2019 года ситуация в корне изменилась с возвращением к власти в Аргентине перонистов – президентом по результатам выборов стал левоцентрист Альберто Фернандес [11, c. 6]. В отличие от своего оппонента – Маурисио Макри – Фернандес не является проамериканским политиком. Таким образом, виден обратный от новых властей Бразилии поворот в отношениях с Вашингтоном.

В период президентства М. Макри в Аргентине наблюдалось серьезное ухудшение основных макроэкономических показателей, таких как внешний долг (вырос со 181,2 до 283,6 млрд долл.) и инфляция (увеличилась с 27,5 до 57,2%) [12]. Придя к власти в 2019 году, Фернандес получил в наследство находящуюся в хаосе экономику страны, а также одну из самых слабых мировых валют [13].

Подобный экономический спад вызвал острую социальную напряженность в стране. 13 февраля 2019 года тысячи аргентинцев вышли на марш протеста против голода и повышения тарифов в столице [14].

С самого начала пандемии COVID-19 правительство Аргентины предприняло серьезные меры по борьбе с распространением вируса. Жесткий карантин значительно ограничил выход жителей столичного региона на улицу, передвигаться на общественном транспорте могли лишь работающие в обеспечивающих критически важные сферы жизни организациях [15].

В Аргентине были приостановлены занятия во всех образовательных учреждениях и отменены рейсы в те страны, где было выявлено набольшее количество случаев заражения. Показательно, что подобные меры были предприняты еще когда в стране было зафиксировано всего 45 случаев заражения новым коронавирусом [8, c. 44].

Стране удалось избежать коллапса медицинской системы несмотря на то, что страна вошла в число 15-и государств с наибольшим числом заболевших. Однако важно отметить тот факт, что по состоянию на конец августа 2020 года число смертей было намного меньше, чем у соседних стран – Бразилии, Чили и Колумбии [15].

Фактический реванш перонистов и уверенное движение в сторону «левых» взглядов может не только существенно повлиять на внутриполитические процессы, но и на возрастание роли Аргентины в регионе и на мировой арене. Откровенная проамериканская политика Макри сменилась болезненным ударом по интересам США – планы Штатов по превращению Аргентины в свой военный плацдарм в Латинской Америке находятся под угрозой.

Бразилия

Победа Болсонару в Бразилии ознаменовала не только сдвиг для самой страны, но и для всего региона [16, c. 71]. Правые популисты воспользовались сменой настроения в электорате, что было обусловлено самым глубоким кризисом за всю историю страны [17, c. 52]. Неудивительно, что ответственность за трудности возлагалась на левые силы, которые правили в Бразилии с 2003 по 2016 гг.

К настоящему моменту промежуточные результаты президентства Болсонару достаточно противоречивы, однако вектор внешней политики полностью ориентирован на США, что продиктовано не только интересами деловых кругов государства, но и личными симпатиями нового президента к главе Штатов Дональду Трампу, с которого он брал пример для подражания («Я – поклонник Трампа. Он хочет сделать Америку великой, а я хочу сделать великой Бразилию») [17, c. 55]. Данное утверждение подтверждается введением новых жестких санкций против социалистической Венесуэлы, а также перенос посольства в Израиле из Тель-Авива в Иерусалим [16, c. 77]. Подобный шаг был предпринят США в 2018 году [18]. Новый бразильский лидер с приходом к власти сразу же предпринял попытки реализовать выдвинутую канцлером страны Рио Бранко еще в начале XX века идею «негласного партнерства» Бразилии и США [7, c. 82]. Также важно подчеркнуть, что Трамп, согласно появившимся 1 августа 2019 года данным, «назначил» Бразилию основным стратегическим союзником Штатов вне НАТО [7, c. 82].

Если ранее в научной среде Бразилия признавалась латиноамериканским лидером, то с приходом к власти Жаира Болсонару и потерей преемственности во внешней политике, а также с возвращением к власти в Аргентине киршнеристов наблюдаются серьезные изменения в структуре регионального лидерства в Латинской Америке [1]. Однако на это оказали влияния не только взаимоотношения с США.

Несмотря на существенный экономический потенциал Бразилии, основанный на обширной территории, географическом положении и богатстве природными ресурсами, в последние годы так же наблюдается значительная рецессия в экономике страны – пожалуй, самая длительная за промежуток в 70 лет. Начиная с 2011 года ВВП Бразилии стремительно сокращается, лишь в период с 2016 по 2017 год отмечается небольшой прирост (+14,34%) [19].

Фактически не имея опыта ведения внутренней и внешней политики, Жаир Болсонару неоднократно провоцировал конфузы правительства. К примеру, еще до выборов 2018 года, будучи кандидатом в президенты, Болсонару высказался о возможной приватизации нескольких компаний, что привело к серьезному падению основного индекса биржи бразильского Сан-Паулу Bovespa на 2,8% до 83679 пунктов [20].

На фоне негативных тенденций наблюдается рост недовольства населения Бразилии политикой нового правительства и Болсонару в частности. Так, женщины выступают против сексистских высказываний главы государства, индейцы Амазонии требуют прекратить расширение добычи ископаемых в лесах [21, c. 109]. В декабре 2019 года более 53% опрошенных в Бразилии не одобряли деятельность Болсонару на посту президента, а уровень доверия к нему снизился с 55% до 49% [22].

В июне 2019 года, накануне начала футбольного Кубка Америки, по всей стране прошли массовые протесты, спровоцированные новой пенсионной реформой. Это была первая массовая акция за период президентства Жаира Болсонару [23].

Президент Бразилии с самого начала пандемии стал ярым противником карантина, самоизоляции и социального дистанцирования [24, c. 23]. Будучи лидером страны, призванным возглавить кампанию по борьбе с вирусом, Болсонару высказывался следующим образом: это всего лишь «легкий грипп», «ну, что ж поделать?», «а что вы от меня-то хотите?», «все мы когда-нибудь умрем, кто-то раньше, кто-то позже, и неважно, если это случится сейчас», «спортсмены резистентны к вирусу», «бразильца не так-то просто заразить: если он (житель фавелы) выживает после погружения в нечистоты, то и COVID-19 не заразится» [24, c. 22].

Игнорируя тот факт, что Швеция серьезно пострадала от эпидемии, Болсонару последовал «шведской модели», которая предполагала отсутствие «тирании тотального карантина» [24, c. 23]. Результатом подобных решений стал тот факт, что Бразилия вошла в список стран наиболее подверженных распространению коронавирусной инфекции [8, c. 41]. В то время как Аргентина ввела ограничительные меры в виде приостановления занятий в образовательных учреждениях и частично отменила международное авиасообщение еще на начальном этапе распространения COVID-19, руководство Бразилии избрало совсем иной путь. Пренебрежение рекомендациями ВОЗ и Минздрава страны, проведение публичных встреч и акций, а также конфликт президента и региональных властей по вопросу подхода к борьбе с пандемией поставили Федеративную Республику Бразилия на грань социально-политического кризиса [25, c. 112].

Эпидемия коронавируса серьезно ударила по экономике государства. По прогнозам Всемирного банка, опубликованным 15 апреля 2020 года, ВВП Бразилии к концу 2020 года сократится на 5%, а госдолг вырастет на 10% по сравнению с показателями за 2019 год. Также возрастет доля людей, живущих за чертой крайней бедности, более чем на 2% [26].

Ключевые макроэкономические показатели Бразилии в 2019-2020 гг.

Показатель

2019

2020 (прогноз)

ВВП, изменение в %

1,1

-5,0

Инфляция, %

3,7

3,4

Баланс федерального бюджета, % ВВП

-6,5

-8,9

Государственный долг, % ВВП

75,8

85,9

Счет текущих операций, % ВВП

-2,7

-1,4

Уровень крайней бедности, %

4,4

7,0

Источник: составлено согласно данным World Bank

Заключение

Посредством анализа текущей ситуации в латиноамериканском регионе можно сделать вывод о неоднозначности вопроса регионального лидерства. Трансформация политики стран в результате «правого поворота» внесла существенные коррективы в конфигурацию лидерства Латинской Америке. С одной стороны, политическая конфигурация внутри Бразилии и резкий крен в сторону зависимости от США сводят на нет тот прогресс, которого добились за предыдущие десятилетия все «левые» администрации, о чем свидетельствует сворачивание множества интеграционных процессов по всему региону. К этому же можно добавить и объективное нежелание или неспособность Бразилии взять на себя роль лидера в сложный момент короновирусной эпидемии, болезненно ударившей по странам региона. С приходом к власти Жаира Болсонару Бразилия потеряла преемственность во внешней политике, оказавшись в довольно сложной ситуации. Экономическая рецессия (несмотря на то, что Бразилия занимает 9 место в мире по объему ВВП [27, с. 100]), усугубленная радикальной политикой новой власти, в том числе и в отношении эпидемии коронавируса, подрывает авторитет государства как в регионе, так и на международной арене. Социальные противоречия и снижение доверия к правительству ставят вопрос об отрицательной оценке исхода «правого поворота» в Бразилии. Уже сейчас очевидно, что перед лицом явной глобальной угрозы безопасности, которой является COVID-19, Бразилия не смогла де факто подтвердить собственное лидерство в Латинской Америке [8, c. 43].

В противовес этому Аргентина смогла уйти от «правой» политики сближения с США с уходом Маурисио Макри и с приходом к власти Альберто Фернандеса, а следовательно, имеет возможность идти среди первых и задавать тренды относительно нового «левого поворота» в странах региона. В этой связи особенно важным может оказаться формирование новых интеграционных группировок, идеологом и основной движущей силой которых вполне может стать Аргентина [28, c. 115]. В этой связи немаловажно и то, что Аргентина оказалась способна выработать и применить более эффективный и сбалансированный подход к противодействию угрозе COVID-19, минимизировав при этом репутационные потери среди населения насколько это только возможно. Это, в свою очередь, может оказаться недвусмысленным знаком для множества стран латиноамериканского региона, до сих пор находящихся в поиске рабочих подходов к борьбе с вышеозначенной угрозой безопасности.

Библиография
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
References
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Статья посвящена текущему региональному статусу доминирующих стран Латинской Америки - Бразилии и Аргентины, как ключевым игрокам на международной арене. Автором достаточно подробно и исчерпывающе обоснована актуальность исследования, продемонстрированы черты, которые сближают два исследуемых государства, а также отличают их друг от друга и позиции, которые они занимают в регионе ЛКА: демонтаж военных диктатуры, уникальные подходы к реализации региональной и глобальной политики. В представленном исследовании обстоятельно используются новейшие теоретические и практические разработки зарубежных ученых, подходы политологов и исследователей международной политики, прописана методология и концептуальный аппарат исследования. Сама статья написана на достаточно высоком научном языке, имеет четкую и последовательную структуру, несет явную практическую значимость и представляет собой пример качественного и детально проработанного исследования. Тематические подзаголовки позволяют легко ориентироваться в логике повествования и описания текущей геополитической ситуации в Латинской Америке. Библиография исследования выглядит вполне современной, автор использует новейшие источники по теме, обращаясь к фундаментальным теоретическим работам российских и зарубежных авторов, также задействованы периодические издания и публикации. Однако немного странным выглядит тот факт, что в статье не используются источники бразильских и аргентинских авторов. Тем не менее, имеющейся литературы вполне достаточно для того, чтобы достигнуть обозначенной цели исследования – проанализировать ключевые изменения в конфигурации регионального лидерства в регионе ЛКА на современном этапе. При этом автор анализирует как многочисленные политические аспекты, так и структуру экономик ведущих стран региона, ключевые вызовы и угрозы, с которыми столкнулись государства на фоне распространения пандемии. Несомненным достоинством публикации является тот факт, что автор достаточно емко резюмирует произошедшие преобразования в странах-лидерах Латинской Америки, в том числе применительно к взаимоотношениям с ведущими мировыми державами, описывает наиболее значимые угрозы и проблемы для стран-лидеров в регионе.
Несмотря на обстоятельный анализ действий региональных властей в эпоху распространения коронавирусной инфекции, повлиявших на экономическую ситуацию как в Бразилии, так и в Аргентине, автору не удалось в достаточной мере описать существующие модели лидерства на международной политической арене, которые разрабатывались в современной политологической литературе (этой проблематикой в частности занимались С. Хантингтон, Н.И. Гусева, Л.Е. Гринин, А.А. Слинько и Е.В. Строгая, И.В. Минакова и др.). Типы международного лидерства в неолиберальной модели мирового порядка, например, рассматривались в работах М.В. Буланова. Отсутствие стандартизированных моделей лидерства не позволяет дать полную картину, по каким параметрам могут быть оценены экономические и политические показатели ведущих стран латиноамериканского региона с точки зрения их влияния на мировую политику. Не приведена характеристика деятельности государств в международных организациях, таких как БРИКС, ООН и др. Несмотря на это, статья несомненно представляет значительный интерес для читательской аудитории журнала «Международные отношения» и может быть рекомендована к публикации.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.