Статья 'Элементы теории управления в «прожектах» графа П.И. Шувалова.' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция и редакционная коллегия > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Genesis: исторические исследования
Правильная ссылка на статью:

Элементы теории управления в «прожектах» графа П.И. Шувалова

Соловьев Константин Анатольевич

доктор исторических наук

профессор, кафедра истории государственного и муниципального управления факультета государственного управления, Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова

119991, Россия, г. Москва, ул. Ломоносовский Проспект, 27, оф. 2

Solovev Konstantin Anatol'evich

Doctor of History

Professor, the department of History of State and Municipal Administration, M. V. Lomonosov Moscow State University

119991, Russia, g. Moscow, ul. Lomonosovskii Prospekt, 27, of. 2

ksoloviov@spa.msu.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-868X.2021.3.33542

Дата направления статьи в редакцию:

26-07-2020


Дата публикации:

01-04-2021


Аннотация: Предметом исследования является процесс выработки теоретических представлений о том, каким должен быть механизм государственного управления в России XVIII в. В задачи данной статьи входит выявление в текстах проектов реформ, подготовленных графом П. И. Шуваловым, положений о целях и принципах государственного управления, а также анализ его взглядов на процесс реформирования государственных и общественных институтов. Базовый метод исследования — текстологический анализ проектов реформ, предлагаемых Шуваловым в 1750-х гг. В текстах П. И. Шувалова рассмотрены такие элементы теории управления, как цель управления, его предмет, инструменты и сам процесс выработки управленческих решений.   Результатом стало выявление соотношения двух концептов: «благо государства» и «общее благо», в качестве целей государственного управления. Принципы государственного управления, которые формулировал Шувалов, в полной мере соответствовали тем, что выдвигались мыслителями европейского Просвещения. При анализе механизма принятия решений, выявлен единый алгоритм, в котором присутствуют несколько стадий разработки реформ: а) определение проблемы, которую надо решить, с использованием инструментов государственного управления; б) установление причин возникновения этой проблемы; в) предложение по решению проблемы, г) детализация выдвинутого предложения, с указанием на инструменты, которые необходимо использовать государству.


Ключевые слова: история России, история государственного управления, история управленческой мысли, государство, Шувалов, общее благо, правление Елизаветы Петровны, XVIII век, исистория реформтория реформ, управление

Abstract: The subject of this research is the development of theoretical representations on the mechanism of public administration in Russia of the XVIII century. The goal is to determine in the texts of draft reforms prepared by Count P. I. Shuvalov the provisions on the objectives and principles of public administration, as well as to analyze his views on the process of reforming state and social institutions. In the texts of P. I. Shuvalov examines such elements of public administration theory as the administrative objectives, its subject matter, instruments, and administrative decision-making process. It allowed establishing correlation between the two concepts: “the good of the state” and “the common good”, as the goals pursued by public administration. The formulated by Shuvalov principles of public administration fully corresponded to the principles advanced by the philosophers of the European Enlightenment. The conducted analysis decision-making mechanism reveals a universal algorithm, which implies several stages of development of the reforms: a) outlining the problem that needs to be solved using the instruments of public administration ; b) determining the causes of this problem; c) proposing solution to the problem, d) discussing the proposed solution, indicating the instruments that need to be implemented by the state.



Keywords:

common good, Shuvalov, state, history of managerial thought, history of public administration, history of Russia, the reign of Elizabeth, XVIIII century, history of political thought, governance

Личность, государственная деятельность и взгляды графа Петра Ивановича Шувалова (генерал-фельдцейхмейстера, конференц-министра, сенатора), постоянно находилась в фокусе внимания тех исследователей, которые изучали историю политики, экономики, военного дела России, в период правления Елизаветы Петровны. Его возможности влиять на принятие государственных решений самого высокого уровня, определялись набором его должностных полномочий и, в еще большей степени, неформальным положением при дворе Елизаветы, которое достигло своего максимума к середине 1750-х гг. Как отметил автор биографической статьи в «Русском биографическом словаре», со времен его бытности камер-пажом П. И. Шувалов «являлся одним из трех лиц, которые составляли интимный круг Елизаветы» [16, с. 490]. Но П. И. Шувалов был не просто статусной фигурой в системе российской власти (как, например, его родной брат Александр Иванович). В середине XVIII в. он играл роль своеобразного «генератора реформ», предлагал «прожекты», затрагивающие самые разные сферы государственной жизни. Не случайно один из наиболее компетентных знатоков этой эпохи Ю. В. Готье, характеризовал П. И. Шувалова, как «несомненно самого крупного и способного государственного человека елизаветинского царствования» [4, с. 135].

Две темы (помимо собственно личных качеств Шувалова) более всего интересовали исследователей: его политические взгляды и классовая направленность предлагаемых им изменений. Те из них, кто анализировал политические воззрения П.И. Шувалова, неизменно соотносили эти воззрения с характеристикой российского абсолютизма середины XVIII в. Для одних взгляды Шувалова и предлагаемые им реформы – продолжение модели «регулярного государства» Петра I [4, с. 142; 5, с. 134]. Для других – начало нового этапа в развитии российской государственности – «просвещенного абсолютизма» [2, с. 35, 6, с. 305]. Что же касается характеристики классовой ориентированности «прожектов» Шувалова и его государственной деятельности, то здесь разброс мнений довольно велик: от позиции заявленной С.О. Шмидтом: «”Способы” Шувалова – это попытки оградить дворянство от народного недовольства и укрепить его господствующее политическое и экономическое положение в государстве» [19], до высказывания С. М. Троицкого о том, что Шувалов предлагал «некоторые меры, учитывающие интересы формирующейся буржуазии», в противовес группе братьев Воронцовых «отстаивающих политику узкодворянских привилегий» [15, c. 143].

Идеи и предложения П. И. Шувалова в области государственного управления, находились на периферии интересов научного сообщества. Долгое время доминировало мнение, выразителем которого стал С. Ф. Платонов: «Властолюбивый интриган и нечестный стяжатель затмевали в нем государственного деятеля» [10, с. 132]. Как справедливо отметил исследователь и публикатор проектов П. И. Шувалова: «В … сознании современников закрепился образ временщика, человека несдержанного и мстительного, изобретавшего проекты для собственного обогащения и поддержания своего придворного статуса. Этот образ оказался цельным, выстроенным известными мемуаристами эпохи, что обеспечило высокую степень его воспроизводимости в различных исторических сочинениях» [1, с. 91]. В последнее время (особенно после выхода в свет монографии С. В. Андриайнена) взгляд на деятельность Шувалова становится более уравновешенным, но изучение его достижений в сфере управление, видимо еще впереди.

Задача данной статьи – выявление и анализ управленческих воззрений графа П.И. Шувалова, в том виде, как они представлены в его «прожектах» середины – второй половины 1750-х гг. И, для начала, необходимо обозначить условия появления этих проектов. Наиболее важные из этих условий: осознание российской элитой необходимости новых управленческих решений и выдвижение, в качестве своеобразного «интегратора» новых идей нашего персонажа. Первое что отмечается в историографии, в качестве факторов, способствовавших формированию этих условий – это объективный процесс смены поколений. В течение 1740-х гг. постепенно уходили из жизни (или уходили на покой) деятели «петровской» эпохи, сподвижники отца императрицы, на которых она старалась опираться в первые годы своего правления. Выход на авансцену нового поколения государственных деятелей был зафиксирован «ротацией кадров» 1753 г. [9, с. 357] Показательно, что, приблизительно с этого времени, П.И. Шувалов становиться особенно активен в продвижении своих проектов.

Вторым фактором стало осознание бесперспективности управленческой деятельности, базирующейся на принципах, декларированных в начале 1740-х гг. В отечественной литературе не раз отмечалось, что провозглашенное, после переворота 1741 г., возвращение к политике и формам управления Петра I обернулось усилением «крепостничества и всеобщей регламентацией» [9, 349] и такого рода «реставрация» вступала в противоречие с потребностями современности. Как отметил Е. В. Анисимов, «практика довольно скоро показала, что реставрировать прошлое, пусть недавнее и весьма славное, а также жить по его законам невозможно» [2, с. 31]. С этим мнением согласен и А. Б. Каменский: «… к концу 1740-х гг., по-видимому, стало очевидным, что дело не в искажении преемниками Петра его наследия, а, напротив, в недостатках созданной им системы. Между тем был исчерпан арсенал ставших уже привычными методов ее корректировки путем издания грозных указов и осуществления незначительных изменений в структуре органов управления, перераспределении их функций» [6, с. 290]. Соответственно, то поколение государственных деятелей, которое шло на смену «сподвижникам Петра» должно было ощущать все более настоятельную потребность в переменах.

Отчетливой точкой, фиксирующей поворот от «реставрации» и сохранения «петровского наследства» к разработке новых управленческих идей стало собрание Сената 11 марта 1754 г., на котором, в присутствии императрицы, П. И. Шувалов произнес речь о необходимости создания нового Уложения [12, с. 220]. Заключительный абзац текста этой речи содержит оценку предшествующих лет работы органов государственного управления и предполагает серьезные изменения в этой деятельности: «Ваше Императорское Величество с начала государствования уже тому двенадцать лет, которое Боже благослови продолжением, как о том повелеть соизволили, но по бессчастию нашему, чтобы тем совершенное удовольствие и желание Вашего Императорскаго Величества исполнить сподобились и такие законы имели, которые б всякому без излишка и недостатка ясны и понятны были достигнуть не могли, следственно тем благополучием верноподданные рабы пользоваться лишены» [20, 48].

П. И. Шувалов стал и провозвестником необходимых изменений, и тем государственным деятелем, ко эти изменения предлагал в виде разного рода «прожектов» и «пропозиций». Его карьера, первоначально, развивались в традиции «случайных людей» у власти. Будучи причислен ко двору Елизаветы он, до своих 30 лет, не имел возможности проявить себя ни в военной службе, ни в дипломатии, ни на государственных постах. Активное участие в государственном перевороте 1741 г. и женитьба, в следующем году, на «конфидентке» императрицы М. Е. Шепелевой привели его к вершинам государственной власти. Но если в начале 1740-х гг. он, будучи одним из довольно значительного числа деятелей, приближенных к престолу, еще только набирался опыта государственного управления, то с 1745 г., когда он подал в Сенат «мнение об уравнении цен на соль» [14, с. 445], П.И. Шувалов начинает претендовать на одно из лидерских мест в системе управления. И в 1750-е гг. именно он становится главным действующим лицом всех российских преобразований, чему, во многом, способствовало возвышение его двоюродного брата И.И. Шувалова. Установлено, что 1753-1755 гг. П. И. Шувалов «подал 22 предложения, что составляет 35% от всех учтенных проектов» [1. с. 205].

И мы, с большой долей вероятности, можем говорить, что совокупное действие отмеченный выше объективных и субъективных факторов (смена поколений в управленческой элите; осознание необходимости в изменении той модели управления, которая была выстроена в 1740-е гг.) совпало с расцветом интеллектуалах сил и активизацией реформаторской активности у одного из самых способных государственных деятелей в окружении Елизаветы Петровны.

Оставляя за рамками политическую и классовую направленность реформаторский деятельности П. И. Шувалова, а также само содержание предлагаемых им перемен, сосредоточимся на том, каким он видел характер управленческой деятельности , то есть ее цели, принципы и механизм разработки управленческих решений.

Здесь приходится оговорить, что одного цельного текста, посвященного управлению, П. И. Шувалов не писал. Для того чтобы понять его управленческие взгляды нам необходимо выбрать те фрагменты его текстов, в которых он обращался к интересующей нас тематике. А среди них наиболее важные это:

- Предложения «О разной государственной пользы способах», представленные на рассмотрение Сената 7 октября 1754 г. (далее - Предложения);

- Проект создания в России высшей военной школы датируемый 16 октября 1755 г. (далее - Проект);

- Записка графа Петра Ивановича Шувалова о своей деятельности, составленная, по мнению публикатора «позже августа 1758 г.» (далее — Записка) [20, с. 318].

В этих и некоторых других «пропозициях» можно отыскать отдельные элементы его управленческих воззрений, что, возможно, позволит их реконструировать и систематизировать. Начинать, вероятно, следует с базовых элементов теории управления: целеполагания и принципов. И здесь возникает необходимость установить, как применял П. И. Шувалов концепт «польза», ставший, со времен Петра I ключевым маркером, в оценке «прогрессивности» управленческих воззрений. Этот концепт в России XVIII в., применялся двояко: как польза государству, и как польза населению, в рамках концепции «общего блага» в ее европейском варианте. У одних авторов эти понятия соединялись, у других были разведены. У П. И. Шувалова этот концепт мы встречаем в Предложениях «О разной государственной пользы способах» в следующем виде «[автор] твердую надежду имеет, что Высокоправительствующаго Сената присудствующия как и прежде неусыпно стараться изволили пользы империи в действо производить...» [20, 52] «Пользы империи» - это, без всякого сомнения тот вариант концепта «польза», который относится к государству, а не к концепции «общего блага», пусть даже в «расплывчатом плане» [7, с. 350].

О том, что П. И. Шувалов мог, в теории, признавать важность концепции «общего блага» может говорить другой фрагмент тех же предложений: «Подлежащее до главной силы государственной к приведению ее в лутчую силу и состояние, то есть народа положенного в подушной оклад, которой действительно поправляется пользуясь высочайшими Е.И.В. милосердиями вспоможении и облехчении, а потому что оная главная сила есть империи, всегдашняго требует о себе размышления, чрез что б по разным обстоятельствам нашед, что ей вредительно изобретенными способы, отвращая, полезное установлять, он, в том упражняясь, многое находит: в чем всеобщей вред есть, в свое время представлять не оставил, по которым и в течении находятся те дела» [20, с. 48-49]. На первый взгляд, здесь речь идет о желании внедрить меры, которые должны способствовать улучшению жизни российского населения и, прежде всего, крестьян. И есть соблазн понять эти слова, как попытку реализации концепции «общей пользы». Но если выстроить ряд ключевых понятий, используемых в этом фрагменте, то поучится следующее: «главная сила государственная» - «народ, положенный в подушный оклад» - «главная сила империи» - «всеобщий вред». Этот семантический ряд говорит нам о том, что «народ» у Шувалова — это не конечная цель управления («общее благо»), а ресурс для достижения конечной цели управления — блага империи. А если так, то плохие условия жизни народа — это вред, наносимый империи, поскольку от этих плохих условий уменьшаются (или теряют свои качества) те ресурсы, которые находятся в распоряжении государства.

Концепт «общая польза» также использован Шуваловым в тех же Предложениях в том месте, где он предлагает учредить пограничную стражу и «поручить то содержание по государственной границе фарпостов во особливую дирекцию знатной из первых двух классов высокоповеренной персоне, которой бы единственно будучи тем одним делом обязан толь наивящее по своему разсмотрению простирался и все предосторожности к общей пользе употребить мог» [20, с. 54]. Контекст, в котором использован концепт «общей пользы» явно указывает, на то, что «общая польза» у Шувалова – это польза государственная. В других предложениях Шувалова «общая польза», почти всегда, либо сливается с государственной, либо выступает, как дополнение к пользе государства. Выглядит это так:

Предложение

Соотношение «общей пользы» и пользы государства

«По всем видимым обстоятельствам для удовольствия полков и общенародныя пользы, нужда совершенная требует порядочное основание учинить во учреждении тройных магазеинов. Первые для удовольствия полков, другие капитальные для балансу в цене на хлеб внутри государства, третьи при портах, дабы всегда при случае всякой надобности, а наипаче (от чего боже сохрани), ежели в некоторых местах недород последует, чтоб иметь надежной ресурс от запасных магазеинов и содержать цену хлеба в равновесии по состоянию времени, ибо безсумнительно всякому какое изобилие благословением божим во многих местах Российского государства родится хлеба и какою дешевою ценою по множеству оного бедныя земледельцы принуждены продавать на платеж государственных податей, так что напоследок едва сами нужное пропитание имеют» [20, с. 57-58].

«Общенародная польза» вторична, по отношению к пользе государства.

Оной канторе для государственной экономии пристойно быть при Высокоправительствующем Сенате, в которой присудствовать нескольким персонам известного состояния, коей не токмо о приращении всяких государственных доходов стараться, но и о пользе всенародной и их прибытках, изыскивая к тому всевозможныя способы, иметь попечение[20, с. 68].

«Польза всенародная» дополняет государственную.

«В ту кантору позволить подавать всякого звания людям о внутренних государственных пользах и выдуманных удобнейших способах прожекты, которые оной разсматривать»,

Присутствует только государственная польза.

«… смотря урожаю и умолоту и применясь к торговым продажам, такую цену, коя б могла крестьянству с пользою быть, и в том их многотрудную крестьянскую работу наградить, и оне податьми в казну чрез продажу своего хлеба за домашними росходы и Семены могли б без тягости оплатиться, а не так, как доныне в некоторых местах хотя хлеба и великой по благости божией урожай, но по дешевости оного крестьянин семьянистой не в состоянии податей деньгами оплатить, а кроме продажи хлеба способу не имев к получению денег, за доимку принужден иногда и в рабочую пору под караулом сидеть...» [20, с. 68]

Забота о благе крестьян прямо связана с их возможностью платить в казну.

«В коем году за положением на весь в то дело употребленной капитал в шести процентах излишняя сумма останется, оную при назначении цен на предбудущей год расположить на всякой хлебородной уезд по разсмотрению урожая и умолота в прибавок со опробации Правительствующаго Сената, дабы тою всеобщею пользою из высокомонаршей милости всеавгустейшей государыни императрицы, истинной матери отечества и самодержицы, вернопод данной под державою Ея цветущей народ интересоватца мог». [20, с. 69.].

Реализация государством идеи «общего блага».

«... разве кто отменныя услуги в пользу государства окажет, то таковые за особливые Проекты универсального характера их прилежности могут награждены быть по самой справедливости...»

Ярко выраженная концепция пользы государству.

«И так, двойная польза, то есть сохранение казенного интереса и народная польза последует» [20, с. 73].

Прямое выражение концепции «двух вариантов пользы».

… а положившим сие за основание признать надлежит, что коммерцией от времени до времени непосредственно к государственной и народной пользе умножить следует» [20, с. 76].

Прямое выражение концепции «двух вариантов пользы».

«Когда с помощью Божией коммерция поправлена и в лучшее состояние приведена будет, тогда всю против нынешнего дохода получаемую прибыльную сумму каждый год отдавать в комиссариат для замены подушного сбора, а комиссариату сколько оной суммы получить, рассчитав складывать почему придет с души из подушного оклада, через что народ в такое состояние придет, как польза государственная сопряженная с его пользой требуют» [20, с. 77].

Идея «сопряжения» государственной пользы и «общей» пользы.

Мы видим здесь, что рассуждениях Шувалова о «пользе» государственный интерес всегда стоит впереди. «Общая» польза у него – результат важный, но дополнительный. И сама эта «польза» рассматривается скорее как сбережение ключевого ресурса для государства – людей обложенных подушной податью. И, как представляется, прав М. А. Киселев, который проанализировав одну из «записок» Шувалова 1761 г., пришел к выводу о том, что у того «оказались переплетенными «польза отечества», интерес административный и дворянский сословный интерес, который до начала 1760-х годов находился в тени расплывчатого — в социальном плане — «общего блага» [7, с. 351].

Что касается принципов управленческой деятельности, то в Записке 1758 г. он пишет о них так: «Итак, сколько обязательств — присяги, неменьше собственное стремление оказать услугу Самодержице моей, Государыне, и любезному отечеству было причиною неутомленного обращения в делах государственных. Беспристрастные дела помогли преодолевать встречающиеся трудности, ибо все, что производил — сделано в бесконечность, на утвержденном мною в себе правиле, которого основания есть: 1) Закон гражданский, 2) Добрая совесть, 3) Польза общества» [20, с. 233]. Без всякого сомнения, мы можем провести знак равенства между тем, что Шувалов называет «основания» того «правила», которое он сам себе утвердил и тем, что мы сейчас считаем принципами управленческой деятельности. В современной научной литературе «определяющая роль принципов государственного управления» описана так:

«а) принципы выступают в качестве официальных ориентиров для управленческой практики, так как они закреплены в законодательных актах и направляют поведение участников управленческих отношений ...;

б) принципы являются исходными установками (первоосновами) для правового регулирования управленческих отношений … ;

в) принципы придают стабильность правовым установкам государственного управления. Закрепляя в законодательстве руководящие идеи в области управления общественными процессами, государство, таким образом, обеспечивает создание как фундаментальной правовой основы для всего механизма государственного управления ...;

г) принципы управления оказывают воспитательное воздействие на государственных служащих ...» [3, с. 21]

Попробуем «наложить» современные представления о принципах управления на «основания правила» управления П.И. Шувалова:

Функции современных принципов государственного управления

«Основания» Шувалова

функция «ориентир», закрепленный в «законодательных актах»

«закон гражданский»

функция «первоосновы» (фиксация базовых представлений о целях, задачах и характере управления)

«добрая совесть»

функция «стабилизации» процесса управления

«... сделано в бесконечность»

«воспитательная» функция

«польза общества».

Мы видим, что представления о том, как должны работать принципы управления, у Шувалова близки к тем, что существуют в современности, пусть и сформулированы в иной лексике. Наполнение этих принципов, конечно, сильно отличается от того понимания, которое существует сейчас, особенное если сравнивать «основания» Шувалова с концепцией управления конца ХХ в. New Public Management, которая «рассматривает государство как систему сервисных функций, соответственно, деятельность государственных служащих сводится к оказанию услуг («сервисное государство»)» [13, с. 47]. Но в конкурирующей с этой концепцией модели Good Governance, возвращающей государство от «сервисных» к «управленческим» началам, в числе девяти базовых принципов, мы можем видеть те, что перекликаются с шуваловскими. Это принцип «стратегического видения» («сделано в бесконечность» у Шувалова), «ответственность всех участников процесса» («добрая совесть») и «верховенство закона» [8, с. 54].

В текстах Шувалова нет полного списка предметов государственного управления. Но в Записке он обозначил шесть направлений собственной деятельности или, как сам он назвал их: «предметов попечения»: «1) О беспредельной услуге моей Всемилостивейшей Самодержице; 2) О доходе государственном; 3) О состоянии войск; 4) О законах гражданских; 5) О облегчении народа, положенного в подушный оклад, яко главной силы государственной; 6) Вообще о пользе Отечества» [20, с. 233]. Позиция первая в этом списке – очевидная дань ритуалу восхваления императрицы, сложившимся при дворе Елизаветы Петровны [18, с. 49], театрализации управленческой деятельности, при которой «на высший законодательный уровень поднимались и частные вопросы придворного быта» [17, с. 72]. Позиции 2 («о доходе государственном») и 5 («о облегчении народа, положенного в подушный оклад») составляют один предмет. Таким образом, из шести «предметов попечения» остаются три крупные сферы предметов управления: а) сфера законодательного регулирования общественных отношений, б) сфера ресурсов государственного управления, в) сфера безопасности. Последняя сфера (обозначенная как «состояние войск») была прямым предметом государственной деятельности И.П. Шувалова, как генерал-фельдцейхмейстера. Первые же две для Шувалова были важны по должностям сенатора и конференц-министра и, что не менее важно, по внутреннему убеждению.

Далее у нас есть возможность установить, как П. И. Шувалов представлял сам механизм управления. В своем Проекте «О создании в России высшей военной школы» он описывает собственный метод решения государственных дел: «Я, обращаясь в розных государственных материях, розыскивая ищу причины какия в них есть: 1) которыя подают повод к общему вреду, 2) чтоб познавать недостатки; потом по первому изыскиваю способ чрез средство пресечь их без истребления рода человеческаго, отнятием к тому случая, в разсуждении сохранения и самых обыкших в том обращении, не токмо тех, которые бы могли по слабости поползнутся, видя к тому случай» [20, с. 177].

Мы видим, что сам Шувалов выделяет в механизме управления две стадии. Первая стадия: выявление «недостатков» в жизни общества («поводов» к «общему вреду»). В его описании механизма управления эта стадия выглядит так: «Равномерно узнать недостатки, в какой бы оныя материи ни состояли, в подробность их не входя невозможно, следственно поправление или приведение в лутчее состояние, быть не может. Того ради свободною и беспристрастною мыслию следует входить в существо рода того зла или материю, и искать причины от чего происходит, или чево недостает...» [20, с. 177-178]. Если сопоставить эту методологию с широко принятым, в современном управлении, так называемым SWOT-анализом, то легко заметить, что из четырех ориентиров этого метода (сильные стороны, слабые стороны, угрозы и ограничения), в анализе, проведенном Шуваловым, присутствуют два: анализ слабых сторон (собственно «недостатков») и анализ ограничений («причины от чего происходит»). Ниже, мы увидим, что он использовал и другие ориентиры в анализе управленских проблем.

Вторая стадия механизма управления: «пресечение недостатков». Эта стадия описана так: «По второму стараюсь то изобретать, чем что к совершенству ближе привести, сему основанию последуя, по розным материям поданных дела сочинял; те самыя по действу своему доказатели сей системы, ибо я так мышлю, что в числе немалом народа вкорененное какое-либо зло, ни чрез какую строгость совсем искоренено быть не может, а истребление народа бесчисленное, притом не одни винные» [20, с. 177]. Соответственно механизм управления, предлагаемый Шуваловым включает в себя как общую для деятелей XVIII в. концепцию «исправления нравов» (причем Шувалов настаивал на ее мягком варианте) так и его собственный подход к решению государственных дел, на основе предварительного анализа, ориентированного на а) выявление недостатков в действующей системе социальных отношений, б) причин этих недостатков, в) способов устранения этих причин.

Иллюстрацией применения предложенного механизма могут служить предложения, по реформированию административного аппарата государственного управления регионального уровня. Исходная точка в разработке предложений: выделение объекта управления, в качестве которого обозначена «главная сила государственная» - податное население [20, с. 48-49]. Затем следует необходимое, для Шувалова, определение причин, по которым наносится «вред империи в разсуждении главной силы государственной». В перечне этих причин, последним – шестым – пунктом значится: «от неспособных в губерниях, правинциях и городах присудствующих, чрез то от оскудения в правосудии» [20, с. 50]. «Присутствующие» здесь – это обобщенное наименование всех чиновников, служащих в «присутственных местах».

Далее в методологии Шувалова следует анализ, в данном случае, угроз и ограничений, возникающих вследствиеобнаруженной им «неспособности» региональных чиновников: «Из повседневных обстоятельств видимо: коль великое множество от некоторых губернаторов и воевод с товарыщи бедным поселянам и безгласным помещикам происходит притеснения и обид. Домогаясь тем себе прибытка, некоторые от лакомства, а большею частию таковые всему народу вредительные поступки принуждены употреблять от совершеннова недостатку и, отлучены будучи от своих деревень, за неимением положенного жалованья к нужному пропитанию своему, от чего бывают всегдашние следствия, а чрез то следует народная гибель и вред государству» [20, с. 71].

Анализ конкретных предложений по совершенствованию системы регионального управления, в свое время, провел Ю.В. Готье. Его вывод: «нельзя не заметить, что его можно свести к двум основным положениям: создается отдельный корпус служащих по областному управлению, достаточно многочисленный обеспеченный окладами; параллельно ему действует трехстепенный институт комиссаров, также как и областные правители, подчиненный сенату, но через посредство «конторы государственной экономии»» [4, с. 141]. Предложения по формированию двух «параллельных» систем организации региональной власти Готье назвал «теоретичными» [4, с. 142]. В жизнь они, в том виде, в каком были изложены, претворены не были. Но нас, как раз, интересует теория: как предполагаемая конструкция должна была «устранить» недостатки системы существующей. Эти недостатки обозначены как а) слабая подготовка управленцев регионального уровня («неспособность»); б) самоуправство и коррупция («притеснение и обиды»); в) невозможность отстоять права жителей в суде. Шувалов предлагает два системных решения. Первое – в логике централизованного бюрократического управления. Оно содержит три позиции: а) повышение оплаты труда региональных государственных служащих, б) создание системы профессионального обучения, в) регионализация системы управления, в рамках которой замещение всех должностей, вплоть до губернаторской, происходит за счет тех чиновников, которые подготовлены в данном регионе и служат именно там. Решение второе, новаторское: создание дополнительной системы региональной власти – земских комиссаров, которые «единственно имеют быть для защищения всех поселян от разных обид и притеснений» [20, с. 73]. Последняя позиция находилась вне логики бюрократического управления (тяготеющего централизации), поскольку создавала ситуацию своеобразного «разделения властей» на региональном уровне государственного управления. Таким образом в одном предложении сталкивались (или должны были сочетаться) два принципа: централизации управления и разделения властей.

Можно попытаться определить алгоритм, предлагаемый Шуваловым, для решения проблем, встающих перед государственным управлением.

Элемент алгоритма

Конкретизация данного элемента, в рамках рассматриваемой проблемы

Определение проблемы.

Плохое качество регионального управления: коррупция; злоупотребление властью («притеснения и обиды»).

Установление причин возникновения проблемы

Финансовое положение дворян, занятых в региональном управлении («отлучены будучи от своих деревень, за неимением положенного жалованья к нужному пропитанию своему»).

Предложения по устранению проблемы, на уровне принципов

1. Принцип бюрократического управления.

2. Принцип регионализации правления.

3. Принцип разделения властей.

Детализация принципиальных предложений

1.1. Резкое повышение окладов: «Как губернаторам, воеводам с товарыщи, так и всем канцелярским служителям в городах определить, разсматривая состояние мест, довольное жалованье, которым бы они безбедно себя содержать могли и за тем не имели б уже притчины домогательства и притеснения чинить для лихоимства их подчиненным» [20, с. 71].

1.2. Ужесточение наказаний за должностные преступления: «И быть оным губернаторам и воеводам с товарыщи безсменно, разве кто явится в преступлении законов, то с таковым и поступать яко с преступником законов без всякого милосердия» [20, с. 71].

2. 1. Создание института «юнкеров» в системе регионального управления.

2.2. Введение практики должностного продвижения в системе регионального управления от «юнкеров» до губернаторов, с параллельным отсевом «неспособных» и «неприлежных» [20, с. 72].

3. Предложение структуры управления, во главе с «земскими комиссарами», с точным расчетом количества штатных единиц и источниками содержания этого нового аппарата.

Для того, чтобы убедиться в том, что отмеченный выше алгоритм был использован П.И. Шуваловым и при разработке других «прожектов», рассмотрим содержание проекта «О создании комиссии о коммерции», выделив в нем структурные элементы этого алгоритма:

Элемент алгоритма

Конкретизация

Определение проблемы.

Необходимость повышения жизненного уровня населения России: «Когда основатель империи бессмертной славы отец и государь оба слова произнес, сказав, надлежит трудиться о пользе и прибытке общем как внутри, так и вне государства, что нам Бог перед глаза кладет отчего облегчен будет народ. … заключение мое облегчением народа и тем в приведении его в сильнейшее состояние полагает его главной силой государственной, доказанное утвержденное и конфирмованное, что оно то совершенно и есть» [20, с. 75-76].

Установление причин возникновения проблемы

Одной из ключевых причин бедности населения является подушная подать. Но именно подушная подать, вместе с рекрутским набором, обеспечивают существование армии: «Тако посему далеко бы добился оттого чему долг меня отечеству обязывает, буде бы не пожелал чтоб народ положенный в подушный оклад от сего платежа совсем был свободен, а великим числом уменьшился бы побор с сего рекрут с тем чтобы через разумные способы и средства казна от сего не понесла убытку, а войску не уменьшили» [20, с. 76]. Возникает конфликт между интересами податного населения (как помним – главного ресурса государства) и интересам государственной безопасности.

Предложения по устранению проблемы, на уровне принципов

Постепенная отмена подушной подати, с переходом на экономические формы пополнения государственного бюджета: «...коммерцией от времени до времени непосредственно к государственной и народной пользе умножить следует» [20, с. 76]. Это означало бы переход от чисто бюрократических принципов в управлении к экономическим.

Детализация принципиальных предложений

1. Создание нового органа управления: «Учредить при Сенате комиссию о коммерции, в которую определить таких людей, коих бы знание коммерческих дел, сопряженное с знанием принадлежащих к сему обстоятельств благонадежными делало».

2. Изучение зарубежного опыта: «Велеть оным рассуждать, каким образом с казенной и общей пользой коммерцию российскую распространить в чужестранные области, например на каком основании учредить конторы в главных наших портах, особливо всякого продукта, как разделить российских купцов компаниями; как их привлечь к произведению действительного торга выпискою чрез конторы на свои имена из других областей товаров; какие взять потребно предосторожности от контор иностранных и от их комиссионеров, чтоб оные помешательства и подрыва в торгах не учинили, и как приохотить иностранное купечество, чтоб более торгу с нами производило».

3. Принятие административных решений:

(3.1.) «По рассмотрении всего российского купечества как из них для торгу к санкт-петербургскому некоторых переселить, как иностранных купцов перевесть для торгу к Петербургскому порту, как посылать в чужие края купеческих детей для коммерческих дел и кредиту; рассмотреть фабрики наши, какие нужны для государства и вновь в заводе; как посылать консулов в иностранные государства; как строить купцам корабли и ими пользоваться; казенным товарам оставаться ли в казенном содержании или быть в вольной продаже...»

(3.2) «Также и из коммерц-коллегии какие к распространению коммерции дела есть и рассматривать. Но как невозможно будет сперва приступить к предписанию точности положения не сделав прежде плану, по которому бы определить, о чем после чего рассуждать надобно, то потребно чтоб комиссия прежде всего как скоро учредится, оный сочинила и Правительствующему Сенату к апробации представила».

(3.3) «Когда с помощью Божией коммерция поправлена и в лучшее состояние приведена будет, тогда всю против нынешнего дохода получаемую прибыльную сумму каждый год отдавать в комиссариат для замены подушного сбора...» [20, с. 77].

Таким образом, мы можем утверждать, что в качестве целей «прожектов» П.И. Шувалов выступали и «благо государства», и «общее благо». Но «благо государства» у него означало главную цель, достижение которой всегда имелось в виду. Что же касается «общего блага», то это цель дополнительная. Она определялась в единой связи с «благом государства». Кроме того «общее благо» могло выступать и в качестве принципа государственного управления (управлявшего функцией «воспитания»), и в качестве одной из задач . Иными словами, место понятия «общее благо» в системе управленческих взглядов П.И. Шувалова не было определено.

Принципы государственного управления, которые для себя формулировал Шувалов, в полной мере соответствовали тем, что выдвигали мыслители европейского Просвещения. Эти принципы не вызывают отторжения и в нашей современности. Что же касается механизма принятия решений, то здесь просматривается единый алгоритм , в котором присутствуют несколько стадий разработки предложений («прожектов»): а) определение проблемы, которую надо решить, с использованием инструментов государственного управления; б) установление причины возникновения этой проблемы; в) предложение по решению проблемы, г) детализация выдвинутого предложения, с указанием на инструменты, которые необходимо использовать государству.

Библиография
1.
Андриайнен С. В. Империя проектов: государственная деятельность П.И. Шувалова. Спб.: Изд-во СПбГУЭФ, 2011. 239 с.
2.
Анисимов Е. В. Россия в середине XVIII века. М.: Мысль. 1986. 237 с.
3.
Братановский С. Н., Деменчук Д.В. Принципы государственного управления // Гуманизация образования. 2018. № 6. С. 20-28.
4.
Готье Ю. В. История областного управления в России от Петра I до Екатерины II. Т. II. М.-Л. 1941. 472 стр.
5.
Ешевский С. В. Очерк царствования Елизаветы Петровны // Сочинения С. В. Ешевского по русской истории. М., 1900. С. 3-160.
6.
Каменский А. Б. От Петра I до Павла I: реформы России XIII века. Опыт целостного анализа. М.: РГГУ. 2001. 575 стр.
7.
Киселев М. А.«В пользу отечества и в авантаж главному государственному члену, то есть дворянству» записка П. И. Шувалова об артиллерийском и инженерном образовании // «Регулярная академия учреждена будет...»: Образовательные проекты в России в первой половине XVIII века. М.: Новое издательство. 2015. С. 346-362.
8.
Красильников Д. Г., Сивинцева О. В., Троицкая Е. А Современные западные управленческие модели: синтез New Public Management и Good Governance // ARS ADMINISTRANDI. 2014. № 2. С. 45-62.
9.
Курукин И. В. Эпоха «дворцовых бурь»: Очерки политической истории послепетровской России, 1725-1762. Рязань. 2003.
10.
Платонов С. Ф. Лекции по русской истории. Вып. III. Спб., 1899. 616 с.
11.
Польской С. В. «На разные чинны разделяя свой народ». Законодательное закрепление сословного статуса русского дворянства в середине XVIII века // Cahiers du monde russe. 2010. No 51. P. 303–328. https://journals.openedition.org/monderusse/9190 (дата обращения: 20.07.2020).
12.
Рубинштейн Н. Л. Уложенная комиссия 1754–1766 гг. и ее проект нового Уложения «О состоянии подданных вообще» // Исторические записки. М., 1951. Т. 38. С. 208-251.
13.
Смотрицкая И. И. Стратегические подходы к повышению эффективности институтов государственного управления // ЭТАП: экономическая теория, анализ, практика. 2018. № 1. С. 45-60.
14.
Соловьев С. М. Сочинения в 18 книгах. Кн. XI. М.: Мысль 1993. 620 с.
15.
Троицкий С. М. Русский абсолютизм и дворянство. Формирование бюрократии. М.: Наука. 1984. 394 с.16 Фурсенко В. В. Шувалов П.И. // Русский биографический словарь. Т. 23. Спб. 1911. С. 490-503.
16.
Фурсенко В. В. Шувалов П.И. // Русский биографический словарь. Т. 23. Спб. 1911. С. 490-503.
17.
Чирскова И. М. Быт императорского двора, вопросы нравственности и благотворительность в культурной политике Елизаветы Петровны // Вестник РГГУ. Серия: Литературоведение. Языкознание. Культурология. 2019. № 5. С. 66-84.
18.
Шмидт С. О. Внутренняя политика России сер. XVIII в. // Вопросы истории. 1987. № 3. С. 42-58.
19.
Шмидт С. О. Проект П. И. Шувалова 1754 г. «О разных государственной пользы способах» // Исторический архив. 1962. № 6. С. 100-118. http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Russ/XVIII/1740-1760/Schuwalow_P_I/projekt_gos_polzy_07_10_1754.htm (дата обращения: 20.07.2020).
20.
Шувалов П. И., Шувалов И. И. Избранные труды. М.: РОССПЭН. 2009. 338 с.
References (transliterated)
1.
Andriainen S. V. Imperiya proektov: gosudarstvennaya deyatel'nost' P.I. Shuvalova. Spb.: Izd-vo SPbGUEF, 2011. 239 s.
2.
Anisimov E. V. Rossiya v seredine XVIII veka. M.: Mysl'. 1986. 237 s.
3.
Bratanovskii S. N., Demenchuk D.V. Printsipy gosudarstvennogo upravleniya // Gumanizatsiya obrazovaniya. 2018. № 6. S. 20-28.
4.
Got'e Yu. V. Istoriya oblastnogo upravleniya v Rossii ot Petra I do Ekateriny II. T. II. M.-L. 1941. 472 str.
5.
Eshevskii S. V. Ocherk tsarstvovaniya Elizavety Petrovny // Sochineniya S. V. Eshevskogo po russkoi istorii. M., 1900. S. 3-160.
6.
Kamenskii A. B. Ot Petra I do Pavla I: reformy Rossii XIII veka. Opyt tselostnogo analiza. M.: RGGU. 2001. 575 str.
7.
Kiselev M. A.«V pol'zu otechestva i v avantazh glavnomu gosudarstvennomu chlenu, to est' dvoryanstvu» zapiska P. I. Shuvalova ob artilleriiskom i inzhenernom obrazovanii // «Regulyarnaya akademiya uchrezhdena budet...»: Obrazovatel'nye proekty v Rossii v pervoi polovine XVIII veka. M.: Novoe izdatel'stvo. 2015. S. 346-362.
8.
Krasil'nikov D. G., Sivintseva O. V., Troitskaya E. A Sovremennye zapadnye upravlencheskie modeli: sintez New Public Management i Good Governance // ARS ADMINISTRANDI. 2014. № 2. S. 45-62.
9.
Kurukin I. V. Epokha «dvortsovykh bur'»: Ocherki politicheskoi istorii poslepetrovskoi Rossii, 1725-1762. Ryazan'. 2003.
10.
Platonov S. F. Lektsii po russkoi istorii. Vyp. III. Spb., 1899. 616 s.
11.
Pol'skoi S. V. «Na raznye chinny razdelyaya svoi narod». Zakonodatel'noe zakreplenie soslovnogo statusa russkogo dvoryanstva v seredine XVIII veka // Cahiers du monde russe. 2010. No 51. P. 303–328. https://journals.openedition.org/monderusse/9190 (data obrashcheniya: 20.07.2020).
12.
Rubinshtein N. L. Ulozhennaya komissiya 1754–1766 gg. i ee proekt novogo Ulozheniya «O sostoyanii poddannykh voobshche» // Istoricheskie zapiski. M., 1951. T. 38. S. 208-251.
13.
Smotritskaya I. I. Strategicheskie podkhody k povysheniyu effektivnosti institutov gosudarstvennogo upravleniya // ETAP: ekonomicheskaya teoriya, analiz, praktika. 2018. № 1. S. 45-60.
14.
Solov'ev S. M. Sochineniya v 18 knigakh. Kn. XI. M.: Mysl' 1993. 620 s.
15.
Troitskii S. M. Russkii absolyutizm i dvoryanstvo. Formirovanie byurokratii. M.: Nauka. 1984. 394 s.16 Fursenko V. V. Shuvalov P.I. // Russkii biograficheskii slovar'. T. 23. Spb. 1911. S. 490-503.
16.
Fursenko V. V. Shuvalov P.I. // Russkii biograficheskii slovar'. T. 23. Spb. 1911. S. 490-503.
17.
Chirskova I. M. Byt imperatorskogo dvora, voprosy nravstvennosti i blagotvoritel'nost' v kul'turnoi politike Elizavety Petrovny // Vestnik RGGU. Seriya: Literaturovedenie. Yazykoznanie. Kul'turologiya. 2019. № 5. S. 66-84.
18.
Shmidt S. O. Vnutrennyaya politika Rossii ser. XVIII v. // Voprosy istorii. 1987. № 3. S. 42-58.
19.
Shmidt S. O. Proekt P. I. Shuvalova 1754 g. «O raznykh gosudarstvennoi pol'zy sposobakh» // Istoricheskii arkhiv. 1962. № 6. S. 100-118. http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Russ/XVIII/1740-1760/Schuwalow_P_I/projekt_gos_polzy_07_10_1754.htm (data obrashcheniya: 20.07.2020).
20.
Shuvalov P. I., Shuvalov I. I. Izbrannye trudy. M.: ROSSPEN. 2009. 338 s.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Рецензия на статью
"Элементы теории управления в «прожектах» графа П.И. Шувалова"

Название соответствует содержанию материалов статьи.
В названии статьи условно просматривается научная проблема, на решение которой направлено исследование автора.
Рецензируемая статья представляет научный интерес. Автор не разъяснил выбор темы исследования и не обосновал её актуальность.
В статье некорректно сформулирована цель исследования («Задача данной статьи – выявление и анализ управленческих воззрений графа П.И. Шувалова, в том виде, как они представлены в его «прожектах» середины – второй половины 1750-х гг.»), не указаны объект и предмет исследования, методы, использованные автором.
Автор условно обозначил результаты анализа историографии проблемы и не сформулировал новизну предпринятого исследования, ограничившись замечанием о том, что «идеи и предложения П. И. Шувалова в области государственного управления находились на периферии интересов научного сообщества» и при этом, что «изучение его достижений в сфере управление, видимо еще впереди». Отсутствие указания в статье на научную новизну, на взгляд рецензента, является недостатком.
При изложении материала автор избирательно продемонстрировал результаты анализа историографии проблемы в виде ссылок на актуальные труды по теме исследования. Апелляция к оппонентам в статье отсутствует. Список использованных источников и литературы автор оформил некорректно.
Автор не разъяснил выбор и не охарактеризовал круг источников, привлеченных им для раскрытия темы.
На взгляд рецензента, автор грамотно использовал источники, выдержал научный стиль изложения, грамотно использовал методы научного познания, соблюдал принципы логичности, систематичности и последовательности изложения материала.
В качестве вступления автор пояснил читателю, что Шувалов «играл роль своеобразного «генератора реформ», предлагал «прожекты», затрагивающие самые разные сферы государственной жизни», сообщил, что «помимо собственно личных качеств Шувалова» исследователи заинтересовали «его политические взгляды и классовая направленность предлагаемых им изменений».
В основной части статьи автор сформулировал и прокомментировал, избирательно опираясь на актуальную научную литературу, условия появления «проектов» Шувалова: «осознание российской элитой необходимости новых управленческих решений», «осознание бесперспективности управленческой деятельности», основанной на возвращении «к политике и формам управления Петра I». Автор описал содержание речи Шувалова в Сенате в 1754 г. «о необходимости создания нового Уложения».
Далее автор представил читателю фрагментарные биографические сведения о Шувалове, заключив, что с 1745 г. «начинает претендовать на одно из лидерских мест в системе управления», «в 1750-е гг. именно он становится главным действующим лицом всех российских преобразований».
Затем автор заявил о намерении сосредоточиться «на том, каким он видел характер управленческой деятельности, то есть ее цели, принципы и механизм разработки управленческих решений», и намерении «выбрать те фрагменты его текстов, в которых он обращался к интересующей нас тематике» с целью, «возможно», «реконструировать и систематизировать» «управленческие воззрения» Шувалова. Автор, прежде всего, обратился к оценке понимания Шуваловым «концепта «польза», обстоятельно разъяснил, что «народ» у Шувалова — это не конечная цель управления («общее благо»), а ресурс для достижения конечной цели управления — блага империи» т.д. и что «общая польза» у Шувалова – это польза государственная». Автор представил читателю результаты анализа текстов Шувалова в таблице («Предложение» – «Соотношение «общей пользы» и пользы государства») для обоснования своих выводов. Автор согласился с М.А. Киселевым в том, что у Шувалова «оказались переплетенными «польза отечества», интерес административный и дворянский сословный интерес».
Далее автор перешёл к описанию «принципов управленческой деятельности», указанных в трудах Шувалова, представив вновь в таблице «наложение современных представлений о принципах управления на «основания правила» управления П.И. Шувалова».
Следующие сюжеты автор посвятил «предметам государственного управления» и «механизму управления». Автор обосновал свой частный вывод о том, что «механизм управления, предлагаемый Шуваловым включает в себя как общую для деятелей XVIII в. концепцию «исправления нравов» (причем Шувалов настаивал на ее мягком варианте) так и его собственный подход к решению государственных дел, на основе предварительного анализа, ориентированного на а) выявление недостатков в действующей системе социальных отношений, б) причин этих недостатков, в) способов устранения этих причин».
Затем автор представил выводы Ю.В. Готье, изучившего «конкретные предложения по совершенствованию системы регионального управления», и заключил, что «в одном предложении сталкивались (или должны были сочетаться) два принципа: централизации управления и разделения властей», а также заявил о намерении «определить алгоритм, предлагаемый Шуваловым, для решения проблем, встающих перед государственным управлением», вновь представив результаты проведённого им анализа в двух таблицах («Элемент алгоритма» – «Конкретизация данного элемента, в рамках рассматриваемой проблемы»).
В статье встречаются ошибки/описки, как-то: «военного дела России, в период», «Его возможности влиять на принятие государственных решений самого высокого уровня, определялись», «ко эти», «отмеченный выше объективных» и т.д.
Выводы автора носят краткий обобщающий характер, обоснованы, сформулированы ясно.
Выводы позволяют оценить научные достижения автора в рамках проведенного им исследования. Выводы отражают результаты исследования, проведённого автором, в полном объёме.
В заключительных абзацах статьи автор сообщил, что «в качестве целей «прожектов» П.И. Шувалов выступали и «благо государства», и «общее благо» т.д., что «место понятия «общее благо» в системе управленческих взглядов П.И. Шувалова не было определено». Затем автор сообщил, что «принципы государственного управления, которые для себя формулировал Шувалов, в полной мере соответствовали тем, что выдвигали мыслители европейского Просвещения» т.д. и что в его «механизме принятия решений» «просматривается единый алгоритм, в котором присутствуют несколько стадий разработки предложений («прожектов»)» т.д.
На взгляд рецензента, потенциальная цель исследования автором достигнута.
Публикация может вызвать интерес у аудитории журнала. Статья требует незначительной доработки.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"