Статья 'Роль текстовой скрепы «Теперь о…» в организации структуры текста' - журнал 'Litera' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Litera
Правильная ссылка на статью:

Роль текстовой скрепы «Теперь о…» в организации структуры текста

Ван Цяоши

аспирант, кафедра русского языка и литературы, Дальневосточный федеральный университет

690922, Россия, Приморский Край край, г. Владивосток, Русский остров нп Аякс п 10, Корпус 8

Wang Qiaooshi

Postgraduate student, the department of Russian Language and Literature, Far Eastern Federal Univeristy

690922, Russia, Primorskii Krai krai, g. Vladivostok, Russkii ostrov np Ayaks p 10, Korpus 8

1904642718@qq.com
Шереметьева Елена Сергеевна

доктор филологических наук

доцент, кафедра русского языка и литературы, Дальневосточный федеральный университет

690922, Россия, Приморский Край край, г. Владивосток, Русский остров нп Аякс п 10, Корпус В

Sheremetyeva Elena Sergeevna

Doctor of Philology

Docent, the department of Russian Language and Literature, Far Eastern Federal University

690922, Russia, Primorskii Krai krai, g. Vladivostok, Russkii ostrov np Ayaks p 10, Korpus V

e.sheremetyeva@gmail.com

DOI:

10.25136/2409-8698.2021.4.35483

Дата направления статьи в редакцию:

08-04-2021


Дата публикации:

15-04-2021


Аннотация: Текстовая скрепа «Теперь о…» является средством оформления дистантной когезии в тексте. Она совмещает в себе признаки грамматического и лексического средства связи, что обусловлено ее структурой: наличием постоянного грамматикализованного компонента «теперь о» и свободно замещаемой позиции при предлоге. В структуре текста скрепа оформляет переход к новой микротеме в составе макротемы, при этом выполняет либо проспективную, либо проспективно-ретроспективную функцию. При проспективной функции основную формальную нагрузку выполняет грамматикализованный компонент скрепы, при проспективно-ретроспективной – оба компонента, при этом распределяются функции:свободный компонент скрепы выполняет роль ключевого слова и осуществляет дистантную ретроспективную когезию, грамматикализованный компонент «теперь о» в силу своей семантики оформляет отношения проспекции. Текстовая скрепа «Теперь о…» может взаимодействовать с другими логическими скрепами и оформлять связь самостоятельно, что свидетельствует о ее функциональной самодостаточности. Результаты исследования могут быть использованы в лексикографической практике при разработке и создании словарных статей для словаря служебных слов русского языка, в редакторской деятельности, в практике преподавания синтаксиса русского языка, филологического анализа текста, а также преподавания русского языка как иностранного.


Ключевые слова: служебные слова, текстовая скрепа, текст, синтаксис текста, когезия, проспекция, ретроспекция, связность текста, микротема, макротема

Abstract: The binding element “Now about...” is a means of formation of distant cohesion in the text. It combines the features of grammatical and lexical means of connectivity, which is substantiated by its structure: presence of the permanent grammaticalized component “now about” and substitutable position for preposition. Within the structure of the text, the binding element performs the transition to a new micro-theme as part of the macro-theme, while fulfilling a prospective or a prospective-retrospective function. In terms of prospective function, the formal role is played by grammaticalized component of the binding element, and in terms of prospective-retrospective – both  components; the functions are allocated as follows: free component of the binding element serves as a keyword and fulfills distant retrospective cohesion, while grammaticalized component “now about” due to its semantics, forms the relations of prospection.  The binding element “Now about...” may interact with other logical bonds and also form connectivity, which testifies to its functional self-sufficiency. The acquired results can be applied in lexicographic practice for the development and creation of lexical entries for dictionaries of functional words of the Russian language, in editorial activity, in teaching the syntax of the Russian language, for philological analysis of the text, as well as in teaching Russian as a foreign language.



Keywords:

continuity of text, retrospection, prospection, cohesion, text syntax, text, text clip, function words, microtheme, macroheme

Пространство текста организуется на основе самых разных языковых средств, одним из которых являются текстовые скрепы как непосредственные участники формирования структуры текста.

Объект настоящего исследования – текстовая скрепа «Теперь о…» . Цель исследования – выявление специфики функционирования названной скрепы в роли организатора структуры текста.

Материалом исследования послужили публицистические тексты разных жанров, первоначально извлеченные из Национального корпуса русского языка [8]. В ходе работы к анализу привлекались полные тексты статей, найденные с помощью поисковой системы Яндекс.

Термин «скрепа» и, в частности, «текстовая скрепа», в русистике используется как в широком, так и в узком значениях. Наиболее широкий охват единиц, по отношению к которым применяется данный термин, находим в ставшей классической работе М. И. Черемисиной и Т. А. Колосовой «Очерки по теории сложного предложения»: «все аналитические показатели будем называть не словами, а функтивами, а конкретнее – скрепами» [18, с. 136]. Исходя из предложенной в указанной работе схемы, термин «скрепа» используется по отношению ко всем связующим средствам как союзного, так и прономинального типа [18, с. 138].

В узком значении использует термин «скрепа», а точнее «текстовая скрепа» А. Ф. Прияткина: «для названия лексико-фразеологических единиц, служащих выражению отношений между частями текста» [13, с. 90]. А. Ф. Прияткина специально отмечает, что те служебные единицы, по отношению к которым предлагается использовать термин «скрепа» («текстовая скрепа»), не совпадают с союзами, дискурсивными и модальными словами. Термину «текстовая скрепа» придается «специальное значение» [13].

Кроме термина «текстовая скрепа» в русистику начала XXI века вошел термин «скрепа-фраза», который, также в зависимости от подхода, применяется либо к узкому, либо к широкому кругу связующих средств.

А. Ф. Прияткина выделяет скрепу-фразу в составе текстовых скреп, и ее главным, определяющим признаком считает «интонационный признак отдельного высказывания («интонация точки»)» [12, с. 530].

Существенно иначе использует этот термин О. И. Филимонов, относя в класс скреп-фраз большое количество разных по структуре и функциям единиц, обладающих союзным характером и выполняющих функцию межфразовой связи [16, с. 7].

В настоящей работе термины «текстовая скрепа» и «скрепа-фраза» используются в узком значении, в соответствии с точкой зрения А. Ф. Прияткиной: «Текстовая скрепа – это слово или фразеологизм, находящийся, как правило, в начале высказывания, создающий связь высказываний и обозначающий определенный тип отношений» [14, с. 135]. Такое понимание текстовых скреп нашло отражение в исследованиях Е. А. Шнырик [19], П. М. Тюрина [15], Е. В. Откидыч [9], Е. Н. Гускиной и Е. А. Стародумовой [4], Н. Ю. Пилюгиной [11].

Текстовые скрепы как отдельный класс служебных единиц во многом формируется и пополняется за счет знаменательной лексики, проходя разные стадии грамматикализации. Важным в таких случаях является степень закрепленности за той или иной единицей текстовой функции – функции связи высказываний в тексте. Существенным является и степень устойчивости формальной структуры скрепы, если она состоит более чем из одного элемента.

Текстовая скрепа «Теперь о…» сформировалась на базе предикативной структуры, в которую входит наречие «теперь» и глагол речи «поговорить», управляющий предложно-падежной формой о N6 с объектным значением: «теперь поговорим о…» . Процесс, приводящий к образования скреп подобного типа, А. Ф. Прияткина определила как «минимизация предикативных структур» [12, с. 538]. В результате данного процесса возникли такие скрепы, как «Далее.» , «Для примера.» , «К слову» и ряд других.

Текстовые скрепы типа «Теперь о…» А. Ф. Прияткина рассматривает «как модель со свободным компонентом» [12, с. 537]: в них есть позиция имени объекта, которая может заполняться любым существительным. Поэтому она представляет собой не полностью грамматикализованную структуру. В то же время такие единицы не могут рассматриваться как полнознаменательные: у них нет совмещения функции связи и функции члена предложения.

В ходе проведенного анализа нами был установлен ряд лексических модификаций скрепы «Теперь о…» [2], среди которых выделяются два типа: непредикативные структуры с синонимичными предлогами «Теперь про…», «Теперь насчет…», «Теперь по поводу…» и предикативные структуры с глагольными формами: поговорим теперь о…, обратимся / перейдем теперь к…, рассмотрим теперь…, посмотрим теперь на… . Они обладают общей семантикой изъяснительности и функционируют как средства связи на уровне текста. Скрепа «Теперь о…» определена нами как основной вариант: она в количественном отношении значительно преобладает над всеми остальными названными модификациями.

Поскольку в настоящей работе более подробно будет рассмотрена роль текстовой скрепы «Теперь о…» в организации структуры текста, необходимо остановиться на основных понятиях теории текста.

Текст является одним из наиболее сложных объектов изучения. Лингвистика текста, как самостоятельное направление, выработала собственную понятийную систему, нашедшую отражение в специальной терминологии.

Наше исследование относится к синтаксису текста, поэтому важными для нас являются центральные понятия теории текста: связность, когезия, ретроспекция и проспекция, а также понятия и термины, относящиеся к вопросам выделения в структуре текста смысловых и формальных компонентов, в частности, тема, макротема, микротема.

Связность относят к числу основополагающих категорий текста, которая проявляется «в линейной последовательности знаков, начиная от объединяемых во внутренней речи компонентов пропозиции и кончая наборами высказываний, оформленных как самостоятельные предложения» [7, с. 13]. При этом отмечается, что сцепляться могут не только элементы, следующие в тексте непосредственно друг за другом, но и находящиеся «на некоторой дистанции друг от друга» [17, с.135].

С понятием «связность» тесно связано понятие «когезия». Термин «когезия» для обозначения форм связи частей текста вслед за западными лингвистами предложил использовать И. Р. Гальперин [3, с. 74]. Классическим стало его определение когезии: «это особые виды связи, обеспечивающие континуум, т. е. логическую последовательность, (темпоральную и/или пространственную) взаимозависимость отдельных сообщений, фактов, действий и пр.» [3, с. 74]. Среди средств когезии И. Р. Гальперин выделил грамматические (традиционные средства связи, используемые и в тексте: союзы, союзные слова, дейктические средства) и логические, не являющиеся традиционно-грамматическими средствами связи. В то же время указывается, что грамматические средства «переакцентируются и таким образом становятся текстовыми, т. е. приобретают статус когезии» и именно «в логических средствах наблюдается одновременная реализация двух функций: грамматической и текстообразующей» [3, с. 79].

Еще два понятия непосредственно взаимодействуют с понятием «связность»: ретроспекция и проспекция. Одни исследователи, в частности, И. Р. Гальперин, рассматривают ретроспекцию и проспекцию как лингвистические категории [3, с. 106-112], другие, например, С. Г. Ильенко, считают их частным случаем связности [6, с. 366]. Этим понятиям уделено значительное место в работах по теории текста. Наиболее соответствующим проблематике нашего исследования мы считаем определение, данное Н. П. Перфильевой: «ретроспекция – это конструктивно-деструктивные отношения сегментов текста, которые обеспечивают динамику развертывания содержания текста посредством отсылки назад, к предшествующему контексту, к введенной ранее информации, являющейся актуальной для развертывания авторской мысли и дистантно расположенной по отношению к месту отсылки» [10, с. 171]. Соответственно, проспекция «отражает коммуникативную стратегию говорящего в плане перспективы развертывания высказывания» [10, с. 174]. Кроме того, Н. П. Перфильева вводит понятие «ретроспективно-проспективные отношения» [10, с. 176].

Если связность реализуется через разные виды когезии, то смысловая целостность (цельность) текста обеспечивается единством темы. Несмотря на некоторое различие в терминологии, все исследователи сходятся во мнении, что существует общая тема (гипертема, макротема, глобальная тема) и ряд ее составляющих: «Текст расчленяется на иерархическую сеть тем, подтем, субтем и микротем» [5, с. 168]. Из всех терминов, называющих составные части темы, наиболее востребованным оказался термин «микротема».

Обратимся к рассмотрению роли скрепы «Теперь о…» в формировании структуры монологического текста.

Текстовая скрепа «Теперь о…» относится к логическим средствам когезии. С ее помощью оформляется последовательность изложения в тексте. Сразу нужно отметить, что данная текстовая скрепа является именно текстообразующим средством, однако это не лишает ее грамматического статуса.

Существуют разные способы выражения когезии. Лексическая (лексико-семантическая) когезия осуществляется с помощью лексического повтора или повтора семантического, строящего на основе синонимии, антонимии, гиперо-гипонимии или ассоциативном ряде.

О грамматической когезии говорят в том случае, если связь осуществляется дейктическими средствами и дискурсивными словами разного типа [7, с. 6]. Кроме того, как один из видов грамматической когезии рассматриваются синтаксические способы оформления связности, включающие широкий набор конкретных средств [7].

Текстовая скрепа «Теперь о…» представляет собой такое средство оформления связности фрагментов текста, в котором одновременно реализуются и лексические, и грамматические способы реализации когезии. Это связано со структурой скрепы: постоянный компонент «Теперь о…» свидетельствует о ее грамматическом характере, возможность свободного замещения валентности предлога позволяет использовать в качестве средства связи широкий, практически не имеющий ограничений пласт лексики.

Скрепа занимает типичное для текстовых скреп местоположение – в начале нового абзаца и вводит новую микротему.

Анализ фактов показал, что скрепа «Теперь о…» актуализирует переход к новой информации, однако в большинстве случаев новая информация – это один из аспектов описания уже обсуждавшегося ранее объекта или предмета речи. Другими словами, вводимый фрагмент текста – это всегда новая микротема, но являющаяся одной из подтем общей темы (макротемы).

Рассмотрим роль скрепы в организации проспективных и ретроспективных отношений.

В ходе работы было установлено, что скрепа «Теперь о…» всегда выполняет проспективную функцию , она всегда является знаком того, о чем пойдет речь в последующей части текста, располагающейся непосредственно после скрепы. Проиллюстрируем данную функцию примерами из нескольких газетных текстов.

(1). Публикация А. Кнедликова «Проверка микрофона» (Труд-7, 2002.12.19) [8]. Начало статьи (зачин) вводит макротему, суть которой можно сформулировать как «раньше было лучше»: в России каждое предыдущее поколение живет лучше последующего. Поэтому <…> мы барахтаемся в воспоминаниях. Далее идет несколько абзацев, каждый из которых представляет собой новую микротему, введенную лексико-синтаксическим способом: Определенно, раньше было лучше. <…> _/ Милиционера раньше боялись только воры, теперь - все, кроме них. <…> _/ А как мы отдыхали! <…> _/ Нет, про водку я не забыл. <…> _/ Теперь о главном. О закуске.

Из приведенного примера видно, что скрепа «Теперь о…» вводит микротему, никаким образом эксплицитно не обозначенную в левом контексте. Это одна из микротем в общем ряду, ее место логически вытекает из общего хода воспоминаний: отдых → водка → закуска.

(2). Публикация «Что там на дорогах?» («Уральский автомобиль» (Миасс), 2004.01.17) [8]. Макротема публикации заявлена в названии. Сфера действия скрепы ограничена одним абзацем, в котором речь идет о статистике ДТП на дорогах Южного Урала. Начало абзаца: «А наступивший год, судя по первой январской статистике, будет для городского отдела ГИБДД нелёгким. <Представляется статистика ДТП в сравнении с прошлым годом.> Теперь о самом страшном. К середине января 2004 года уже два человека погибли на дорогах, а пятнадцать участников дорожного движения получили ранения». Подтема абзаца «количество ДТП на дорогах Южного Урала» развивается в абзаце в двух микротемах: статистика ДТП в целом и число пострадавших в ДТП. Скрепа вводит вторую из названных микротем и выполняет только проспективную функцию.

(3). Публикация Н. Киселева «Астра распустилась» (Известия, 2006.03.22) [8]. Макротема статьи: «новинка автомобильного рынка – легковая машины Astra». Начало публикации: Opel начал официально поставлять нам трехдверные Astra с двухлитровым мотором. На что способна новинка, проверял обозреватель "Известий" Никита Киселев. Далее в нескольких абзацах следует характеристика машины по разным параметрам, после чего вводится еще один абзац, начинающийся скрепой: Ну а теперь о самом интересном, о цене. После этой фразы дается информация о цене и текст, показывающий плюсы и минусы машины, из которых читатель сам должен сделать вывод, насколько цена соответствует качеству. Микротема «цена» никак не обозначена в предшествующем контексте, скрепа выполняет проспективную функцию.

Однако значительно чаще скрепа устанавливает проспективно-ретроспективные отношения. Валентность предлога заполняется существительным, которое так или иначе возвращает к микротеме или одной из микротем в предшествующей части текста, при этом в подавляющем большинстве случаев скрепа связывает дистантно расположенные компоненты текста. Примеры:

(4). Публикация С. Поповой «Техоблом» (Труд-7, 2007.07.19) [8]. Макротему публикации можно сформулировать так: «представители высших уровней власти и научно-технический прогресс». С самого начала публикации весь предшествующий скрепе текст содержит описание умений высокопоставленных чиновников и известных политиков пользоваться такими достижениями современности, как мобильный телефон, компьютер, интернет и прочее. В одном из абзацев дается речь одного из политиков, который признается: «Я смогу сменить колесо на авто» , но при этом сообщает, что остальными из обсуждаемых технических новшеств плохо пользуется. Через абзац следует: Теперь о взаимоотношениях с авто. Скрепа вводит новую микротему, развитие которой занимает два предложения: «Молодой (43 года) председатель Комитета по законодательству Госдумы Павел Крашенинников: - Я не вожу автомобиль». После чего происходит возврат к информации о взаимоотношениях ряда политиков с мобильным телефоном и интернетом. В данном случае валентность предлога замещается словосочетанием, в которое входит ключевое слово авто , отсылающее к предшествующему контексту. Функция скрепы – проспективно-ретроспективная.

(5). Публикация И. Хакамады «Каникулы отменяются» (Известия, 2013.09.10) [8]. Макротема – «отмена налоговых льгот для малого бизнеса», соответственно центральное ключевое слово всей публикации – малый бизнес . Второй абзац начинается фразой: Малому бизнесу не везет с историческим моментом . В двух следующих абзацах называются причины, приведшие к решению об отмене налоговых льгот, после этого следует абзац, который вводится скрепой: Теперь о системной невезухе для малого бизнеса. Скрепа вводит новую микротему, новый аспект рассмотрения проблемы. Валентность предлога заполнена именной группой, в состав которой входят повторяющиеся ключевые слова, объединяющие подтему «невезение малого бизнеса», состоящую из двух микротем: «невезение с историческим моментом» и «системное невезение». Этот текст является примером участия скрепы «Теперь о…» в организации проспективно-ретроспективных отношений в тексте с рядом параллельных микротем, развивающих одну макротему.

(6). Публикация А. Милкуса «Ребенок в детдоме обходится бюджету в 100 тысяч рублей ежемесячно» (Комсомольская правда, 2014.01.22) [8]. Макротема публикации – «нерентабельность содержания детских домов», ключевое слово – сироты , заявленное в первом предложении публикации. Это предложение фактически является зачином, недифференцированным обозначением макротемы публикации. Далее следует уже конкретизированная микротема «сироты, живущие дома», через абзац вводится новая, основная подтема, поворот к ней актуализирован союзом «а», входящим в состав скрепы: А теперь о сиротах, которые не живут в семьях. Таким образом, в отличие от текста (5), в тексте (6) скрепа вводит блок микротем, развивающих одну подтему общей макротемы.

Из приведенных примеров видно, что ретроспективный характер отношений эксплицируется с помощью повторяющихся лексических элементов – дистантно расположенных ключевых слов одной микро- или макротемы. Таким образом, в таких текстах наблюдается когезия дистантного типа.

В случае проспективно-ретроспективной функции у компонентов скрепы наблюдается распределение функций: постоянный грамматикализованный компонент «теперь о» направлен на оформление отношений проспекции, свободно замещаемый компонент скрепы является связующим звеном ретроспективного характера.

Проведенный анализ значительного по объему материала показал, что чисто ретроспективную функцию скрепа «Теперь о…» выполнять не может.

Предшествующий – левый – контекст скрепы может быть структурирован с помощью лексических или лексико-семантических средств, с помощью других текстовых скреп, указывающих на последовательность изложения, а также рубрикацией или просто абзацами, в которых отсутствуют явные вербально выраженные показатели связности. В таких случаях скрепа «Теперь о…» либо встраивается в общий ряд грамматических средств связи и взаимодействует с ними в организации общей темы, либо функционирует самостоятельно. Примеры:

(7). Публикация Д. Великовского «Как из пробки сделать пляж» («Русский репортер», 2015) [8]. Тема статьи – описание автомобиля Kia Sportage. Его характеристика выстраивается с помощью скреп «Во-первых…», «Во-вторых…», «В-третьих…», «А еще…», «Теперь о главном…», «Что до минусов…» . В этом тексте скрепа «Теперь о…» является одним из средств логической связи фрагментов текста. Каждая скрепа вводит новую микротему, но все они тесно связаны между собой и являются единым блоком, создающим связность текста, передающим логику развития мысли.

Следующий пример демонстрирует разнонаправленное действие тех же самых скреп.

(8). Публикация А. Кулигина «Царицынский сыр-бор» (Труд-7, 2007.04.11) [8].

В первом абзаце введено ключевое слово – дворцово-парковая зона. В абзаце представлены и основные микротемы, в дальнейшем обсуждаемые в статье. Одна из микротем: обустройство дворцово-парковой зоны Царицыно. Между абзацем с ключевым словом (дворцово-парковая зона ) и вводимым скрепой абзацем располагается вставочный с точки зрения содержания макротемы абзац о политической оценке «яблочниками» (поднявшими вопрос о парковой зоне) ситуации с демократическими свободами в России и действительной (по мнению автора статьи) ситуации с этими свободами. Вставным абзац делают начальные и заключительные текстовые скрепы: «Вообще эти люди…» «Но это так, к слову» . Абзац структурирован с помощью скреп «Во-первых…», «Во-вторых» : «Вообще эти люди часто и охотно говорят о сворачивании демократических свобод в России, и в Москве в частности. Во-первых, объективности ради следует заметить, что сама проведенная "яблочниками" акция была несанкционированной, и милиция имела полное право разогнать митингующих. Однако никто их и пальцем не тронул. Во-вторых, в советское время о несогласии с решениями властей можно было разве что на кухне шептаться. Сейчас же в Москве не то что дом построить, дерево срубить нельзя без ритуальных проклятий в свой адрес. Но это так, к слову. _/ Теперь о парке.» Микротема «ситуация с парком» развивается в трех абзацах. Далее следует новая микротема («вмешательство политики»), введенная с помощью скрепы «И о грустном» .

В тексте (8) взаимодействуют скрепы «Это так, к слову» и «Теперь о…» . Обе скрепы участвуют в выстраивании логики рассуждения, при этом первая сигнализирует о завершении рассуждения-вставки, вторая сигнализирует о возврате к центральной теме текста. Что касается скреп «Во-первых…» и «Во-вторых…» , то они функционируют только в составе вставки и не участвуют в оформлении связи между микротемами общей темы текста.

Необходимо отметить, что для скрепы «Теперь о…» нельзя выделить наиболее частотные блоки, в которых она кооперируется в другими текстовыми показателями. Можно указать на семантическое взаимодействие между связующими средствами в том случае, когда предшествующая микротема вводится лексикой, указывающей на продуманную Говорящим последовательность расположения информации: Сначала… Теперь о…; Для начала … Теперь… Теперь о…; Начну/Начнем с… Теперь о… .

Однако в проанализированном материале такие блоки не частотны, так же, как и блок с другими логическими скрепами. Этим скрепа «Теперь о…» отличается, например, от скрепы «И последнее» , для которой взаимодействие со скрепами «Во-первых…» и «Во-вторых…» очень характерно [1]. Этот факт позволяет утверждать, что текстовая скрепа «Теперь о…» обладает самостоятельной функциональной значимостью.

Для скрепы «Теперь о…» важен левый контекст, особенно в случае, если она выполняет проспективно-ретроспективную функцию. Его можно определить как подпадающий под сферу действия скрепы. Дистантно расположенные ключевые слова ограничивают эту сферу действия с двух сторон. Скрепа является сильным показателем дистантной когезии. Что касается правого контекста скрепы, то он нерелевантен для скрепы «Теперь о…» . Сфера действия скрепы заканчивается введенным с ее помощью словом, сочетанием, предложением. Именно в этом заключается ее роль – роль введения микротемы. В то же время у данной скрепы нет замыкающей функции, в отличие от скреп «И последнее», «Итак», «Таким образом» или «Это к слову».

Итак, по результатам исследования можно сделать следующие основные выводы. Скрепа «Теперь о…» является одним из текстообразующих средств оформления связности в тексте. В ее структуру входит постоянный грамматикализованный компонент и компонент, свободный с точки зрения лексической, реализующий валентность предлога. Роль скрепы в тексте связана с оформлением проспективных или проспективно-ретроспективных отношений. Формирование проспективных отношений обусловлено семантикой грамматикализованного компонента «теперь о», ретроспективные отношения осуществляются с помощью свободного компонента скрепы, осуществляющего когезию дистантного типа. Текстовая скрепа «Теперь о…» может взаимодействовать с другими скрепами логического характера, однако такое взаимодействие для нее не является обязательным. Это свидетельствует о ее самостоятельной функциональной значимости.

Библиография
1.
Ван Ц. Функции текстовой скрепы «и последнее» // Мир науки, культуры, образования, 2019. № 6 (79). – С. 494-497.
2.
Ван Ц., Шереметьева Е. С. Текстовая скрепа «Теперь о…»: лексические модификации и специфика функционирования // Филологические науки. Вопросы теории и практики, 2020. № 7 (13). – С. 129-134.
3.
Гальперин И. Р. Текст как объект лингвистического исследования. – М.: Наука, 1981. – 140 с.
4.
Гускина Е. Н., Стародумова Е. А. Текстовая скрепа впрочем: контекстные модификации // Научный диалог, 2018. №5. – С. 60-70.
5.
Жинкин Н. И. Замысел речи // Язык. Речь. Творчество. – М.: Лабиринт, 1998. – 168 с.
6.
Ильенко С. Г. Текстовая реализация и текстообразующая функция синтаксических единиц // Русистика. Избранные труды. – Санкт-Петербург: Изд-во РГГУ им. А. И. Герцена, 2003. – С. 359-375.
7.
Милевская Т. В. Связность как категория дискурса и текста (когнитивно-функциональный и коммуникативно-прагматический аспекты): автореф. дис. … доктора филол. наук. – Ростов-на-Дону, 2003. – 42 с.
8.
Национальный корпус русского языка. – Режим доступа: http://www.ruscorpora.ru/new/.
9.
Откидыч Е. В. Функционирование текстовых скреп «Кстати» и «Между прочим» в монологическом и диалогическом тексте: автореф. дис. … канд. филол. наук. – Владивосток, 2017. – 19 с.
10.
Перфильева Н. П. Метатекст в аспекте текстовых категорий: монография. – Новосибирск: Новосибирский. гос. пед. ун-т, 2006. – 284 с.
11.
Пилюгина Н. Ю., Шереметьева Е. С. Текстовая скрепа ТАК ИЛИ ИНАЧЕ: типы конструкций и функционально-семантический потенциал // Научный диалог, 2019. № 5. – С.123-138.
12.
Прияткина А. Ф. Скрепа-фраза (о новой модели организаторов текста) А. Ф. Прияткина // Русский язык сегодня. Вып.2. Сб. статей / Отв. ред. Л. П. Крысин. – Москва: Азбуковник, 2003. – С. 529-539.
13.
Прияткина А. Ф. Текстовые «Скрепы» и «Скрепы-фразы» (О расширении категории служебных единиц русского языка) / А. Ф. Прияткина // Предложение. Текст. Речевое функционирование языковых единиц. – Елец: ЕГУ им. И. А. Бунина, 2002. – С. 90-100.
14.
Прияткина А. Ф., Стародумова Е. А. Текстовые скрепы в «Словаре служебных слов» // Сибирский филологический журнал, 2015. № 2. – С 134-141.
15.
Тюрин П. М. Текстовые скрепы «Таким образом» и «Итак» в современном русском языке: особенности функционирования и семантики. – Владивосток: Дальневост. федерал. ун-т, 2016. – 202 с.
16.
Филимонов О. И. Скрепа-фраза как средство выражения синтаксических связей между предикативными единицами в тексте: дисс. … канд. филол. наук. – Ставрополь, 2003. – 190 с.
17.
Филиппов К. А. Лингвистика текста: Курс лекций. – СПб: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2003. – 336 с.
18.
Черемисина М. И. Очерки по теории сложного предложения / М. И. Черемисина, Т. А. Колосова. – Новосибирск: Наука, 1987. – 197 с.
19.
Шнырик Е. А. Семантико-синтаксические особенности текстовой скрепы в результате в сравнении с производным предлогом в результате + N2 // Вестник АТАПРЯЛ. – Владивосток, 2010. №1. – С. 99-102.
References (transliterated)
1.
Van Ts. Funktsii tekstovoi skrepy «i poslednee» // Mir nauki, kul'tury, obrazovaniya, 2019. № 6 (79). – S. 494-497.
2.
Van Ts., Sheremet'eva E. S. Tekstovaya skrepa «Teper' o…»: leksicheskie modifikatsii i spetsifika funktsionirovaniya // Filologicheskie nauki. Voprosy teorii i praktiki, 2020. № 7 (13). – S. 129-134.
3.
Gal'perin I. R. Tekst kak ob''ekt lingvisticheskogo issledovaniya. – M.: Nauka, 1981. – 140 s.
4.
Guskina E. N., Starodumova E. A. Tekstovaya skrepa vprochem: kontekstnye modifikatsii // Nauchnyi dialog, 2018. №5. – S. 60-70.
5.
Zhinkin N. I. Zamysel rechi // Yazyk. Rech'. Tvorchestvo. – M.: Labirint, 1998. – 168 s.
6.
Il'enko S. G. Tekstovaya realizatsiya i tekstoobrazuyushchaya funktsiya sintaksicheskikh edinits // Rusistika. Izbrannye trudy. – Sankt-Peterburg: Izd-vo RGGU im. A. I. Gertsena, 2003. – S. 359-375.
7.
Milevskaya T. V. Svyaznost' kak kategoriya diskursa i teksta (kognitivno-funktsional'nyi i kommunikativno-pragmaticheskii aspekty): avtoref. dis. … doktora filol. nauk. – Rostov-na-Donu, 2003. – 42 s.
8.
Natsional'nyi korpus russkogo yazyka. – Rezhim dostupa: http://www.ruscorpora.ru/new/.
9.
Otkidych E. V. Funktsionirovanie tekstovykh skrep «Kstati» i «Mezhdu prochim» v monologicheskom i dialogicheskom tekste: avtoref. dis. … kand. filol. nauk. – Vladivostok, 2017. – 19 s.
10.
Perfil'eva N. P. Metatekst v aspekte tekstovykh kategorii: monografiya. – Novosibirsk: Novosibirskii. gos. ped. un-t, 2006. – 284 s.
11.
Pilyugina N. Yu., Sheremet'eva E. S. Tekstovaya skrepa TAK ILI INAChE: tipy konstruktsii i funktsional'no-semanticheskii potentsial // Nauchnyi dialog, 2019. № 5. – S.123-138.
12.
Priyatkina A. F. Skrepa-fraza (o novoi modeli organizatorov teksta) A. F. Priyatkina // Russkii yazyk segodnya. Vyp.2. Sb. statei / Otv. red. L. P. Krysin. – Moskva: Azbukovnik, 2003. – S. 529-539.
13.
Priyatkina A. F. Tekstovye «Skrepy» i «Skrepy-frazy» (O rasshirenii kategorii sluzhebnykh edinits russkogo yazyka) / A. F. Priyatkina // Predlozhenie. Tekst. Rechevoe funktsionirovanie yazykovykh edinits. – Elets: EGU im. I. A. Bunina, 2002. – S. 90-100.
14.
Priyatkina A. F., Starodumova E. A. Tekstovye skrepy v «Slovare sluzhebnykh slov» // Sibirskii filologicheskii zhurnal, 2015. № 2. – S 134-141.
15.
Tyurin P. M. Tekstovye skrepy «Takim obrazom» i «Itak» v sovremennom russkom yazyke: osobennosti funktsionirovaniya i semantiki. – Vladivostok: Dal'nevost. federal. un-t, 2016. – 202 s.
16.
Filimonov O. I. Skrepa-fraza kak sredstvo vyrazheniya sintaksicheskikh svyazei mezhdu predikativnymi edinitsami v tekste: diss. … kand. filol. nauk. – Stavropol', 2003. – 190 s.
17.
Filippov K. A. Lingvistika teksta: Kurs lektsii. – SPb: Izd-vo S.-Peterb. un-ta, 2003. – 336 s.
18.
Cheremisina M. I. Ocherki po teorii slozhnogo predlozheniya / M. I. Cheremisina, T. A. Kolosova. – Novosibirsk: Nauka, 1987. – 197 s.
19.
Shnyrik E. A. Semantiko-sintaksicheskie osobennosti tekstovoi skrepy v rezul'tate v sravnenii s proizvodnym predlogom v rezul'tate + N2 // Vestnik ATAPRYaL. – Vladivostok, 2010. №1. – S. 99-102.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Рецензируемая статья относится к работам синкретической направленности, то есть автор сориентирован на претворение разных граней лингвистического порядка в конкретной ситуативной среде. Заголовок исследования предметно ориентирует на верификацию роли текстовой скрепы «теперь о…». Считаю, что подобная направленность интересна, нетривиальна, материал же может быть востребован в филологической сфере. Автор отмечает: «текст является одним из наиболее сложных объектов изучения. Лингвистика текста, как самостоятельное направление, выработала собственную понятийную систему, нашедшую отражение в специальной терминологии», а данное исследование «относится к синтаксису текста, поэтому важными для нас являются центральные понятия теории текста: связность, когезия, ретроспекция и проспекция, а также понятия и термины, относящиеся к вопросам выделения в структуре текста смысловых и формальных компонентов, в частности, тема, макротема, микротема». Точность используемых в ходе анализа терминов говорит об умении исследователя теоретический уровень сводить с собственно практическим. На мой взгляд, методология работы современна; отсылки к трудам дешифровки текстовых скреп наличны, это нашло отражение в исследованиях Е. А. Шнырик, П. М. Тюрина, Е. В. Откидыч, Е. Н. Гускиной, Е. А. Стародумовой, Н. Ю. Пилюгиной и других. Обзор сделан в рамках научного стиля, противоречий не выявлено. Стоит обозначить, что в статье преемственность взглядов является одной из черт авторской наррации. Точка зрения, высказанная в работе, аргументирована и объективна, суждения емки: например, «текстовая скрепа «Теперь о…» относится к логическим средствам когезии. С ее помощью оформляется последовательность изложения в тексте. Сразу нужно отметить, что данная текстовая скрепа является именно текстообразующим средством, однако это не лишает ее грамматического статуса», или «анализ фактов показал, что скрепа «Теперь о…» актуализирует переход к новой информации, однако в большинстве случаев новая информация – это один из аспектов описания уже обсуждавшегося ранее объекта или предмета речи. Другими словами, вводимый фрагмент текста – это всегда новая микротема, но являющаяся одной из подтем общей темы (макротемы)», или «В случае проспективно-ретроспективной функции у компонентов скрепы наблюдается распределение функций: постоянный грамматикализованный компонент «теперь о» направлен на оформление отношений проспекции, свободно замещаемый компонент скрепы является связующим звеном ретроспективного характера» и т.д. Иллюстрации, которые взяты за основу анализа разноварианты – это, на мой взгляд, показывает полновесное функционирование скрепы «теперь о…» в разных типах текстах (А. Кнедликов, Н. Киселев, С. Попова, И. Хакамада, А. Милкус…). Цель работы достигнута, ряд задач – решен, текст не нуждается в правке и доработке, наличного объема достаточно. Выводы по тексту созвучны основным магистралям анализа: «скрепа «Теперь о…» является одним из текстообразующих средств оформления связности в тексте. В ее структуру входит постоянный грамматикализованный компонент и компонент, свободный с точки зрения лексической, реализующий валентность предлога. Роль скрепы в тексте связана с оформлением проспективных или проспективно-ретроспективных отношений…». Формальные требования издания учтены, библиография полновесна. Материал самостоятелен, оригинальность и новизна отражаются в концептуальности взгляда на проблему функционирования скрепы «теперь о…» в наличных текстовых формах. С учетом сказанного рекомендую статью «Роль текстовой скрепы «Теперь о…» в организации структуры текста» к открытой публикации в журнале «Litera».
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"