Статья 'Правовой режим недропользования в Австралии' - журнал 'Административное и муниципальное право' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > Требования к статьям > Политика издания > Редакция > Порядок рецензирования статей > Редакционный совет > Ретракция статей > Этические принципы > О журнале > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Административное и муниципальное право
Правильная ссылка на статью:

Правовой режим недропользования в Австралии

Манин Ярослав Валерьевич

кандидат юридических наук

доцент кафедры правоведения и практической юриспруденции Института общественных наук Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации

119571, Россия, г. Москва, Вернадского проспект, 82, корпус 2

Manin Iaroslav

PhD in Law

Associate Professor, Department of Legal Studies and Practical Jurisprudence, Institute for Social Sciences of The Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration

119571, Russia, Moscow, Vernadsky Prospekt, 82, building 2

manin-yv@ranepa.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2454-0595.2021.2.34270

Дата направления статьи в редакцию:

06-11-2020


Дата публикации:

18-03-2021


Аннотация: Предметом исследования являются австралийские федеральные и региональные нормативные правовые акты, регулирующие недропользование, объектом - общественные отношения в сфере оборота земель, недр и использования природных ресурсов в Австралийском Союзе. Автором приводится система и структура нормативного правового регулирования, а так же управления недропользованием в Австралии, в работе содержится перечень источников австралийского природоресурсного права, анализируется их содержание. Особое внимание уделяется юридическому режиму эксплуатации недр континентального шельфа Содружества, лицензированию пользования недрами, роли английской монархии в реализации права собственности на землю его субъектами, полномочий по управлению недрами.   Научная новизна исследования заключается в раскрытии правового режима недропользования в Австралийском Союзе в свете обновления австралийского природоресурсного законодательства, конституционной и административной реформ. Автором представлена актуальная работа, отражающая экономический интерес Российской Федерации и отечественных организаций топливно-энергетического комплекса в регионе - Океания. Статья может быть использована в рамках сравнительного правоведения, в законотворческом процессе, в учебных и иных целях, она содержит выводы. Концептуальным представляется заключение автора о сохранении в Австралии публичного правового режима недропользования, особенно в части оборота лицензий и долей в них.


Ключевые слова:

недропользование в Австралии, управление недропользованием, природоресурсное право Австралии, собственность на недра, лицензирование недропользования Австралии, континентальный шельф Австралии, иностранные инвестиции, структура администрирования недропользования, австралийское право недропользования, земли Короны

Abstract: The subject of this research is the Australian federal and regional normative legal acts that regulate subsoil use. The object is public relations in the sphere of land turnover, subsurface and natural resource management in the Commonwealth of Australia. The author describes the system and structure of normative legal regulation, as well as subsoil use in Australia. The work contains a list of sources of the Australian natural resources law; analysis of their content is carried out. Special attention is given to the legal regime of exploitation of subsoil resources of the continental shelf of the Commonwealth of Australia, licensing of subsoil use, the role of British monarchy in exercising the right of ownership of land by its subjects, and the authority for subsoil management. The scientific novelty of this article consists in the disclosure of legal regime of subsoil use in the Commonwealth of Australia in the context of amendments to Australian natural resources legislation, constitutional and administrative reforms. This work reflects the economic interest of the Russian Federation and domestic organizations of the fuel and energy complex in the Oceania Region, which defines its relevance. The presented materials can be used within the framework of comparative jurisprudence, lawmaking, for educational and other purposes. The author concludes on the preservation of public legal regime of subsoil use in Australia, namely with regards to turnover of licenses and shares therein.


Keywords:

Australia Subsoil Using, Subsoil Using Management, Australia Natural Resource Law, Natural Resources Field Property, Australia Subsoil Use Licensing, Australian Offshore, Natural Resources Investments, Natural Resources Management Structure, Australia Mining Law, Crown Lands

Континент Австралия и примыкающие к нему акватории образуют природную кладовую, освоение легко извлекаемых запасов которой в благоприятном климате весьма перспективно для человечества. Российская Федерация имеет стратегические интересы в этом экономическом районе, отечественные недропользователи уже получили доступ к ряду месторождений, однако, с ними соперничают региональные национальные компании, а также крупнейшие мировые игроки из Соединенных Штатов Америки, Китайской Народной Республики, Канады, Бразилии, Германии, Нидерландов, Франции и других стран. Знание законов о недрах и недропользовании государств рассматриваемой части света – Океании открывает доступ к эксплуатации их подземных богатств, а Австралийского Союза – ещё и формирует представление об одном из лучших правовых режимов природопользования в Мире, [1][2] о котором и пойдет речь далее.

Изучение природы названного континента началось 19 апреля 1770 года с высадки команды британского корабля «Endeavour» под военным командованием капитана Джеймса Кука. В 1788 – 1901 годах соответствующая территория была занята основанными на ней британскими колониями, образовавшими федерацию в 1901 году. Она по сей день остаётся доминионом Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии, в котором самостоятельная система законодательства и государственного управления только развивается.[3] Австралийский Союз управляет недропользованием посредствам взаимодействия властных структур[4] и разграничения их компетенции[5] на основании Конституции Австралии 1901 года (Commonwealth of Australia Constitution Act).[6]

Австралия de jure имеет монархическую форму правления, эволюционно перерождающуюся в демократическую республику. По существу (de facto) Австралийский Союз – это конституционная монархия: государство возглавляет английская королева, представленная генерал-губернатором. Ей принадлежит исполнительная власть, законодательную власть осуществляет трехзвенный федеральный парламент, состоящий из Королевы, Сената и Палаты представителей. Конституция Австралии и акты федерального парламента имеют приоритет над региональными конституциями и законами, ничтожными в случае противоречия союзным нормам. Парламент и федеральное правительство полностью контролируют нормотворческий процесс на местах и могут отменять правовые предписания нижестоящий органов. Верховный суд Австралии обладает полномочиями по отмене решений нижестоящих судов, которые обязаны руководствоваться его практикой.[7] Таким образом, Австралийскому Союзу присуща централизация власти, свойственная унитарным государствам. Федеративное устройство необходимо в основном для сохранения власти монарха, предоставляющего больше финансовых прав только регионам ослабевания своего фактического влияния, а не всему доминиону, с возможностью отзыва или сокращения предоставленных прав при изменении внутриполитического климата.[8] Вестминстерский статут 1931 года (The Statute of Westminster)[9][10] и другие[11] конституционные акты определяют Австралию как королевство.

Долгое время отношения недропользования и иные отношения в Австралии регулировались британским общим правом непосредственно и колониальными актами[12], поэтому, нами не выявлено австралийских федеральных конституционных норм о недрах и недропользовании, соответствующее регулирование осуществляется на уровне австралийского законодательства и права Соединенного Королевства. При этом материнское (британское) право заслуживает отдельного внимания. Австралийский Союз состоит из восьми субъектов федерации: шести штатов (Западная Австралия[13], Южная Австралия[14], Квинслэнд[15], Новый Южный Уэльс[16], Виктория[17], Тасмания[18]) и двух территорий (Австралийская столичная территория[19], Северная территория[20]). Конституционные акты членов Союза содержат нормы, регулирующие природоресурсные отношения, однако, они должны рассматриваться в совокупности с общесоюзными нормами. Кроме того, значительную роль в установлении правового режима недр играет судебный прецедент, как элемент британского наследия.[21] Межштатная комиссия, создание которой предусмотрено в статье 101 Конституции Австралии, по сообщению Циремпиловой Е.Б. [22], упразднена, следовательно, она не участвует в управлении природными ресурсами, как это происходит в Соединенных Штатах Америки на основании interstate compacts.

Австралийский Союз принял следующие нормативные правовые акты в сфере недропользования в пределах своих конституционных полномочий: Закон «О недрах континентального шельфа Австралии» 1994 года (Offshore Minerals Act 1994)[23]; Закон «Об углеводородах континентального шельфа Австралии и парниковых газах» 2006 года (Offshore Petroleum and Greenhouse Gas Storage Act 2006)[24]; Закон «О доходах от месторождений углеводородов континентального шельфа Австралии» 2006 года (Offshore Petroleum (Royalty) Act 2006)[25]; Закон «О регулятивных сборах с месторождений углеводородов континентального шельфа Австралии и парниковых газах» 2011 года (Offshore Petroleum and Greenhouse Gas Storage (Regulatory Levies) Act 2011)[26], направленный на реализацию приведенного выше закона 2006 года; и другие, при этом многие акты XIX и XX веков утратили силу.

Суверенные права в отношении континентального шельфа Австралийского Союза осуществляет Федеральный исполнительный совет (Federal Executive Council), под руководством генерал-губернатора Австралии (Governor-General of Australia) Дэвида Харли (David Hurley), назначенного Елизаветой II на этот пост 1 июля 2019 года. В его состав входит австралийское правительство (Cabinet of Australia), возглавляемое премьер-министром (Prime Minister of Australia) Скоттом Моррисоном (Scott Morrison) с 24 августа 2018 года, на правах совещательного органа. Таким образом, нормативно-правовое регулирование недропользования на континентальном шельфе осуществляет федеральный парламент, стратегическое управление ресурсами морских акваторий - союзный коллегиальный орган исполнительной власти. При этом природные ресурсы, законно извлекаемые из недр морского дна, принадлежат эксплуататору соответствующего месторождений полезных ископаемых.

Изначально право собственности на недра в австралийских колониях принадлежало Короне (Crown Estate), то есть составляло государственную публичную собственность монарха, в то же время в британских законах выделялась и выделяется частная собственность суверена на недра. Первым

колониальным актом, устанавливающим правовой режим земель и недр был Закон «О землях короны» 1861 года (Crown Lands Acts 1861).[27] Он закреплял право собственности английской короны на земельные участки и содержащиеся под ними драгоценные металлы и минералы, однако, претерпел существенные изменения в 1989 году, но действует до сих пор.[28] После внесения поправок ископаемые золото, серебро уголь и углеводороды остались собственностью короны, но содержание понятия «земли короны» изменилось. Конституционные акты субъектов австралийской федерации содержат указание на то, что землями короны распоряжаются органы исполнительной власти членов Союза согласно распределению между ними земель. Следовательно, de jure в Австралии землями, не переданными в частную собственность юридических и физических лиц, владеет королева Англии, а de facto распоряжаются органы исполнительной власти двух уровней, в то время как в ряде других государств – членов Британского Содружества Наций собственностью короны распоряжается соответствующая комиссия (Crown Estate Commissioners)[29] под контролем парламента Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии. Общесоюзные о региональные конституционные нормы относят полномочия по принятию нормативных правовых актов, устанавливающих режим земель короны и их недр, к ведению парламента Австралийского Союза и парламентов его частей, в зависимости от того, за кем королевские земельные участки закреплены исторически. Однако напомним, что Парламент Союза обладает полномочием по отмене актов, принятых локальными законодательными органами.

Собственность Короны на землю и недра в Австралии можно охарактеризовать как собственность английского монарха, переданную для администрирования органам исполнительной власти этого государства, систему которых возглавляет королева Англии. Подобная модель имеет тенденцию к провозглашению собственности на недра и землю государственной собственностью федерации и субъектов, но может произойти и откат назад к возвращению полномочий собственника и администратора земель Короне. Обратный процесс в настоящее время маловероятен, поскольку число сторонников республиканской формы правления чуть меньше половины от общего числа лиц, имеющих право на участие в референдуме, число ярых роялистов незначительно, но оно может возрасти. Исследователи политического режима Австралии утверждают, что при Елизавете II монархия в доминионе сохранится, как и собственность короны на природные ресурсы. Возможно появление на австралийском континенте нескольких государств под властью Короны и без: республик. Подобное уже случалось в Северной Америке, когда Соединенные Штаты отвоевали независимость, а Канада осталась британским протекторатом.

Принцип акцессии так же размывается в Австралийском Союзе, как и в Соединенных Штатах Америки одновременно с ослабеванием абсолютной монархии. Явление подобно «туману, который ранее обволакивал всё вокруг, а теперь развеивается и дымка воспоминаний об утре» Австралии. Если раньше Короне принадлежали австралийские земли и недра под ними, то теперь земли могут находиться в обороте в отрыве от прав на находящиеся под ними недра. Если частный собственник приобретает земельный участок, то он покупает только поверхность без недр, право собственности на которые остается у Короны. Покупка недр под приобретаемым земельным участком оговаривается отдельно в договоре купли-продажи и оплачивается дополнительно. Это значит, что на недра возникает частная собственность. Оборотоспособность недр в отрыве от земли – это дело практики, административного и судебного усмотрения, поскольку существует пробел в праве, который создан умышленно, для гибкости управления. Между тем, участки недр, содержащие стратегические виды полезных ископаемых, могут находиться только в королевской собственности. Такой же режим недр установлен в прибрежной полосе и в отношении недр под союзными объектами. Земли над стратегическими участками недр если и оборачиваются, то отдельно от соответствующих им недр.

Режим собственности австралийских аборигенов регулируется законами членов Союза, например, Законом «О земельных правах аборигенов» 1976 года (Северная Территория) (Aboriginal Land Rights Act 1976)[30] и другими. Земельные права учитываются в специальных регистрах, к примеру, в Южной Австралии используется система Торренса (Torrens Title System)[31]. Региональное управление земельных титулов (Lands Titles Office) ведет электронный реестр собственников и сделок с недвижимостью на основании Закона Южной Австралии «О недвижимости» 1986 года(Real Property Act 1886).[32] Аналогична ситуация в области учета земельных прав в остальных частях Союза. Имеются другие примеры действующих региональных актов в сфере недропользования: Закон Северной территории Австралии «О полезных ископаемых» 2010 года (Mineral Titles Act 2010); Положение Северной территории Австралии «О правовом режиме видов полезных ископаемых» 2011 года (Mineral Titles Regulations 2011); Закон Северной территории Австралии «Об управлении горным хозяйством» 2001 года (Mining Management Act 2001); Закон Северной территории Австралии «О приобретении полезных ископаемых» 1953 года (Minerals (Acquisition) Act 1953); Закон Северной территории Австралии «О нефти» 1984 года (Petro Act 1984); Закон Южной Австралии «О недрах» 1971 года (Mining Act 1971); Закон Южной Австралии «Об инспекции шахт и работ» 1920 года (Mines and Works Inspection Act 1920); Закон Южной Австралии «О полезных ископаемых континентального шельфа» 2000 года (Offshore Minerals Act 2000), Закон Южной Австралии «О разработке полезных ископаемых» 1995 года (Mineral Recourses Development Act 1995); Закон Тасмании «О разработке полезных ископаемых» 1995 года (Mineral Recourses Development Act 1995); Закон Тасмании «О добывающей промышленности зон стратегической активности» 1993 года (Mining (Strategic Prospectivity Zones) Act 1993); Положение Тасмании «О минеральных ресурсах» 2016 года (Mineral Resources Regulations 2016); Закон Виктории «О полезных ископаемых» 1990 года (Mineral Resources (Sustainable Development) Act 1990); Положении Виктории «О полезных ископаемых (устойчивое развитие, добывающие отрасли)» 2019 года (Mineral Resources (Sustainable Development) (Extractive Industries) Regulations 2019) и так далее.[33]

Offshore Minerals Act 1994 в действующей редакции от 1 ноября 2016 года устанавливает правила недропользования в морской среде и содержит разграничение предмета ведения между прибрежными штатами и федерацией. Прибрежные штаты осуществляют нормативное правовое регулирование и управление недропользованием в пределах первых трех миль территориального моря Австралийского Союза. Он, в свою очередь, реализует полномочия в области нормотворчества относительно оставшейся части территориального моря и континентального шельфа, управляет эксплуатацией недр соответствующих акваторий. Для управления месторождениями, находящимися в пределах региональной и федеральной акватории одновременно, создаются совместные органы. Недропользователь контактирует только с тем органом государственной власти Австралии, в чьей компетенции находится выдача лицензии по конкретному участку недр, а не с совместным федерально-региональным органом, хотя именно он принимает решения по рассматриваемым участкам. При отсутствии общего органа управления смежными участками решение по ним принимает уполномоченный федеральный министр, но недропользователь взаимодействует с органом управления континентальным шельфом прибрежного штата, запрашивающим позицию союзного министра.

Указанный выше закон применяется в системе с Законом Австралии «О прибрежных водах» 1980 года (Coastal Waters (State Title) Act 1980)[34] который провозглашает, что морское дно в границах внутренних морских вод принадлежит прибрежному штату на праве собственности, а к компетенции парламентов прибрежных штатов относится законодательное регулирование деятельности на шельфе (параграф 51). Между тем, суверенные права в отношении континентального шельфа Австралии принадлежат Короне и осуществляются через органы Союза. Разграничение предметов ведения между федерацией и её субъектами по предмету нормативного правового регулирования и управления континентальным шельфом осуществляется Законом Австралии «О континентальном шельфе». Дополнительное нормативное правовое регулирование в акваториях предусмотрено специальными федеральными законами об освоении морских месторождений углеводородов, принятых в XXI веке. Особые права на шельфе предоставлены Северной территории Австралии, они закреплены в The Coastal Waters (Northern Territory Title) Act 1980[35]. Таким образом, за пределами первых трех морских миль австралийского континентального шельфа управление и нормативное правовое регулирование осуществляется на основании Offshore Minerals Act 1994, то есть фактически федерацией. В этой области допускается дополнительное совместное союзно-региональное законодательное регулирование и управление. На практике оно применяется для решения общих экологических проблем, совместного финансирования шельфовых проектов, а также освоения общих месторождений. Заметим, что совместное ведение применяется по остаточному принципу – за рамками регулирования названного выше общесоюзного акта. Ответственный министр Австралийского Союза является совместным органом по управлению внешним континентальным шельфом (за пределами акватории штатов). Внутренний континентальный шельф управляется ответственным государственным министром прибрежного штата, при этом в отношении этой же акватории предусмотрено создание федерально-регионального органа совместного управления, решения которого исполняет министр штата. Такое же деление континентального шельфа государства и похожая модель администрирования в Соединенных Штатах Америки, что не в полной мере соотносится с Конвенцией ООН по морскому праву 1982 года.[36]

Исследуемые акты имеют принципиальное значение для разграничения полномочия между администрациями штатов и исполнительными органами Австралийского Союза. Недра в Австралии предоставляются по общим федеральным принципам и в законодательстве штатов могут различаться лишь отдельные детали, процедурные моменты, поскольку они принимаются парламентами штатов по образцу: на базе типовых проектов Союза.

На континентальном шельфе Австралийского Союза недропользование осуществляется на основании: во-первых, лицензии на разведку полезных ископаемых (an exploration licence); во-вторых, лицензии на удержание (a retention licence); в-третьих, лицензии на добычу полезных ископаемых (a mining licence); в-четвертых, лицензии на выполнение работ (a works licence). Лицензия выдается в отношении блока недр или нескольких блоков, при этом выплачиваются лицензионные платежи на основании отдельного закона для каждого вида пользования морскими недрами: Offshore Minerals (Mining Licence Fees) Act 1981)[37]; Offshore Minerals (Exploration Licence Fees) Act 1981[38]; Offshore Minerals (Retention Licence Fees) Act 1994[39]; Offshore Minerals (Works Licence Fees) Act 1981[40]. Лицензии выдаются их постоянным или временным держателям по решению ответственного Министра Содружества либо государственного министра прибрежного штата в зависимости от того, в чьем ведении находится акватория, где расположен блок недр.

Лицензией вправе обладать несколько держателей, их лицензионные права могут выражаться в долях или процентах в пределах 100%, допускается передача лицензий или долей в них одному либо нескольким лицам, в том числе одному из владельцев доли в лицензии. Совмещенные лицензии не выдаются, однако, применяется правопреемство лицензий: в день, следующий за датой истечения срока действия разведывательной лицензии, её обладатель становится обладателем добычной лицензии.

Лицензии выдается на конкурсной основе, однако, ответственный федеральный министр может зарезервировать блок, опубликовав информацию об этом в специальном бюллетене, исключив тем самым участок недр из числа тендерных и стандартных блоков. Похожие институты имеются в Российской Федерации – резервные участки недр, участки недр нераспределенного фонда, участки недр федерального значения. Субъектом права пользования недрами континентального шельфа Австралийского Союза может являться любое лицо, как физическое, так и юридическое, а также предприниматели без образования юридического лица, корпорации, независимо от принадлежности к иностранным государствам. Лицензия на удержание выдается владельцу разведывательной лицензии на период оформления добычной лицензии, что соответствует в международной практике праву первооткрывателя месторождения на получение преимущественного разрешения его разрабатывать. Как и в большинстве государств, в Австралии, законно извлеченное из участка недр полезное ископаемое становится собственностью держателя лицензии на него.

Совместный союзно-республиканский орган управления недропользованием может прекратить разведывательную лицензию на законных основаниях, так и на основании административного усмотрения с выплатой компенсации Союзом или без такового. Подобное решение может быть обжаловано в верховный суд субъекта, с которым федерация создала совместный орган управления недропользованием, а решение регионального суда – в Верховный Суд Австралии. Заметим, что лицензия прекращается сразу на всю дискретную область, которая может включать до 500 блоков, частичное прекращение лицензии не допускается, но работы могут быть приостановлены на части лицензионного участка или полностью. До окончания австралийской судебной реформы XXI века рассматриваемые решения обжаловались в Высокий суд Лондона, а его решения и решения судов австралийских субъектов – в Палату Лордов Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии.

Шельфовая лицензия также прекращается по истечении срока действия: разведывательная выдается сроком до 4 лет с возможностью трёхкратного продления до двух лет каждый. Удерживающая лицензия выдается сроком до пяти лет, продлить её можно один раз не более чем на 5 лет. Добычная лицензия предоставляет одновременное право разведки в пределах лицензионного участка в силу прямого указания на то в законе и выдается сроком до 21 года с возможностью однократного продления на такой же максимальный срок. Лицензия на работы выдается сроком до 5 лет, предельный срок продления - 5 лет, вилы работ указываются в разрешении. В законе предусмотрено, что не только держатель лицензии (коллектив держателей), но и его партнеры осуществляют фактическое недропользование. Для доступа к эксплуатации блоков, выполнению подрядных работ, партнеры владельца лицензии указываются в заявке на получение права пользования недрами, особенно оператор месторождения, а так же в лицензии, - в зависимости от роли того или иного партнера. Заявитель, претендующий на стандартный или тендерный блок, должен удовлетворять финансовым и техническим требованиям, критериям безопасности, экологичности, то есть иметь реальную возможность ведения экономической деятельности на континентальном шельфе. Заявки подаются в правительство субъекта или уполномоченное федеральное министерство в зависимости от подведомственности акватории, по общим блокам (блокам совместного ведения) – в правительство прибрежного штата, но, повторимся, решение по таким заявкам принимает созданный совместный орган, а при его отсутствии – уполномоченный федеральный министр. Значимой особенностью Offshore Minerals Act 1994 является включение в него описания административных процедур лицензирования недропользования на континентальном шельфе, схем разграничения предметов ведения и управления между правительствами регионов и Союза. Кроме того, отметим приложение карт, отсылку к другим законам с описанием системно применяемых норм, их толкований и комментариев, необходимых для правильного понимания воли законодателя, как прекрасный пример юридической техники для стран, стремящихся к хорошему качеству, прозрачности, четкости правового режима недр, его стабильности. Закон устанавливает требования к сделкам, совершаемым с лицензиями.

Федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим нормативно-правовое регулирование и управление континентальным шельфом Австралийского Союза, является Министерство промышленности, науки, энергетики и ресурсов Австралии (Department of Industry, Science, Energy and Resources).[41] Ответственным Министром Содружества по смыслу Offshore Minerals Act 1994 выступает Министр ресурсов, вод и Северной Австралии (Minister for Resources, Water and Northern Australia) – Кейт Питт (Keith Pitt) c 6 февраля 2020 года. Функции министра осуществляет министерство (Department of Industry, Science, Energy and Resources), возглавляемое одновременно четырьмя федеральными министрами, как бы это ни было парадоксально. К их числу относится: во-первых, Карэн Андрюс (Karen Andrews) – министр промышленности, науки и технологий с 28 августа 2018 года (Minister for Industry, Science and Technology); во-вторых, Ангус Тэйлор (Angus Taylor) – министр энергетики и ограничения выбросов с 29 мая 2019 года (Minister for Energy and Emissions Reduction); в-третьих, Михаэлия Кэш (Michaelia Cash) – министр занятости, профессионального обучения, малого и семейного бизнеса с 29 мая 2019 года (Minister for Employment, Skills, Small and Family Business). Offshore Minerals Act 1994 предполагает возможность передачи полномочий ответственным министром в области управления континентальным шельфом другим государственным министрам Содружества, что не лишает его самого полномочий. Приведенная правовая конструкция интересна и тем, что все перечисленные нами министры одновременно являются членами разных палат общесоюзного австралийского парламента. Они реализуют функции парламентского контроля в области шельфового недропользования.[42]

Исполнительная команда министерства состоит из государственных секретарей и их заместителей, которым подчиняются различные структуры: от отделов и управлений этого органа до федеральных агентств, ему подведомственных, и прочие внутренние и внешние структуры. Соответствующая схема администрирования представлена на официальном сайте с указанием имен и фамилий руководящего персонала.[43] Национальное агентство по контролю над оборотом нефти и газа Австралии (National Offshore Titles Administrator, Australian Government) осуществляет надзор за пользованием недрами в морской среде, выбросами в атмосферу.[44]

Региональные правительства имеют свои министерства, занимающиеся организацией недропользования. К примеру, министерство недропользования, промышленного регулирования и безопасности Правительства Западной Австралии (Department of Mines, Industry Regulation and Safety, Government of Western Australia);[45] министерство сырьевых отраслей промышленности, парков, водных ресурсов и окружающей среды (Department of Primary Industries, Parks, Water and Environment, Tasmanian Government);[46] министерство сырьевой промышленности и ресурсов Северной территории Австралии (Department of Primary Industry and Resources, Northern Territory);[47] министерство сырьевой промышленности и регионов Южной Австралии (Department of Primary Industry and Regions, South Australia);[48] министерство природных ресурсов Виктории (Department of Mining and Resources, Victoria State Government);[49] министерство сырьевой промышленности Нового Южного Уэльса (Department of Primary Industry, New South Wales)[50]; министерство сельского хозяйства и сырьевой промышленности Квинслэнда (Department of Agricultural and Primary Industry, Queensland Government);[51] министерство сельского хозяйства, водных ресурсов и окружающей среды Столичной территории Австралии (Department of Agriculture, Water and the Environment, Australian Capital Territory)[52] и другие. Многие члены Австралийского Союза имеют несколько государственных органов субъекта федерации, осуществляющих нормативное правовое регулирование и управление недропользованием. Их специализация следующая: во-первых, твердые полезные ископаемые (включая уголь) и эксплуатация их месторождений на суше; во-вторых, недропользование в морских акваториях; в-третьих, освоение участков недр, содержащих любые карбоны, за исключением угля, как на суше, так и в морских районах; либо углеводороды только в пределах сухопутной территории, внутренних морских вод и первых трёх миль континентального шельфа; или нефть и природный газ территориального моря (в рамках реализации совместного ведения Содружества и прибрежного региона).

Лицензирование пользование недрами месторождений твердых полезных ископаемых осуществляется государственными органами субъектов федерации в области геологии и недропользования, если участок недр расположен в границах соответствующего региона либо в пределах трех морских миль континентального шельфа прибрежного члена Союза. Многие из этих органов перечислены в предыдущем абзаце, поскольку реализуют комплексные полномочия на суше и в акваториях. Федеральное и региональное законодательство, регулирующее освоение недр, содержит аналогичный режим недропользования шельфовым месторождениям. Исключение составляют объекты реализации права пользования недрами: морские блоки недр формируются иначе, нежели сухопутные участки, но принципы освоения месторождений едины для всей Австралии.

Особенностью Австралийского Союза является оборот геологической информации о недрах земли. Она открыта для всех и доступна в сети Интернет, равно как информация о конкурсных участках недр публикуется на сайтах уполномоченных органов, заявки на участие в тендерах подаются в электронном виде через сервисы на сайтах государственных органов. Подобная система прозрачна, минимизирует коррупцию, позволяет предпринимателям добросовестно конкурировать за доступ к недрам.

Энергетический совет Австралии (Energy Council, Council on Energy and Resources)[53] координирует деятельность союзных и региональных органов государственной власти в области энергетики и природных ресурсов, входит в Кабинет Австралии. Совет контроля над иностранными инвестициями (Foreign Investment Review Board, Australian Government)[54] принимает решения об участии иностранного капитала в стратегических отраслях экономики. Он действует на основании Закона Австралии «О зарубежным приобретениях и поглощениях» 1975 года (Foreign Acquisitions and Takeovers Act 1975); Закона Австралии «О взимании сборов за иностранные приобретения и поглощения» 2015 года (Foreign Acquisitions and Takeovers Fees Imposition Act 2015); Закона Австралии «О реестре иностранной собственности на воду или землю сельскохозяйственного назначения» 2015 года (Register of Foreign Ownership of Water or Agricultural Land Act 2015); Положения Правительства Австралии «О зарубежных приобретениях и поглощениях» 2015 года (Foreign Acquisitions and Takeovers Regulation 2015); Постановления Правительства Австралии «О взимании сборов за иностранные приобретения и поглощения» 2015 года (Foreign Acquisitions and Takeovers Fees Imposition Regulation 2015); Правил ведения реестра иностранной собственности на воду и земли сельскохозяйственного назначения 2017 года (Register of Foreign Ownership of Water or Agricultural Land Rules 2017). Приведенные акты опубликованы в регистре федерального законодательства Австралийского Союза.[55] Австралийское налоговое управление (Australian Taxation Office, Australian Government)[56] осуществляет налоговое администрирование недропользователей, контролирует уплату в бюджеты различных уровней лицензионных сборов и иных платежей за пользование недрами. Их можно просчитать на налоговом калькуляторе сайта названного нами федерального налогового ведомства. Охрана окружающей среды при освоении природных ресурсов осуществляется на основании Закона Австралии «О защите окружающей среды и сохранении биоразнообразия» 1999 года (Environment Protection and Biodiversity Conservation Act 1999), а также Положения Правительства Австралии «О защите окружающей среды и сохранении биоразнообразия» (Environment Protection and Biodiversity Conservation Regulations 2000); Главных соглашений Содружества и штатов по окружающей среде (Heads of agreement on Commonwealth and State roles and responsibilities for the environment). Реализация этих актов возложена на министерство сельского хозяйства, водных ресурсов и экологии (Department of Agriculture, Water and the Environment, Government of Australia).[57]

Исследование правового режима недропользования в Австралийском Союзе позволяет сделать следующие выводы: во-первых, собственность на землю и недра Австралийского Союза принадлежит английскому монарху, но в связи с размывание принципа акцессии земля оборотоспособна в отрыве от королевских недр и может выкупаться в частную собственность; во-вторых, недра, при покупке земельного участка над ними, могут отчуждаться Короной вместе с ним за дополнительную выкупную плату и переходить в частную собственность; в-третьих, земли и недра Короны распределены между федерацией и её субъектами; нормативное правовое регулирование недропользованием под землями, находящимися в ведении Союза, осуществляет австралийский парламент, а управляет ими правительство Содружества; нормативное правовое регулирование недропользованием под землями, переданными австралийским регионам, осуществляет парламент соответствующего члена Союза, а администрирует правительство соответствующего штата или территории; в-четвертых, Австралийский Союз осуществляет суверенные права на континентальный шельф Австралии, которые принадлежат английскому монарху, совместно с прибрежными регионами в соответствии с распределением полномочий, установленных федеральным законом; в-пятых, прибрежные члены Содружества осуществляют нормативно-правовое регулирование недропользования и управляют им в пределах первых трех морских миль австралийского континентального шельфа, в отношении оставшейся части реализуют полномочия по остаточному принципу; в-шестых, для реализации административной компетенции Австралийского Союза и его прибрежного члена ими создаются совместные органы исполнительной власти по управлению австралийским континентальным шельфом за пределами его первых трех морских миль; в-седьмых, приведенная правовая модель недропользования свидетельствует о вероятном разделении Австралии на отдельные государства с различной степенью подчинения английской монархии, но при сохранении ею суверенных прав в отношении континентального шельфа и права собственности на земли и недра Короны материка Австралия и ряда островов в Океании, находящихся в настоящее время в составе Австралийского Союза; в – восьмых, право пользования недрами в Австралии предоставляется на конкурсной основе или в результате открытия месторождения – первооткрывателю, а также заявителю на свободный участок без проведения тендера или конкурентно; в-девятых, лицензии на право пользования австралийскими недрами оборачиваются, в них выделяются доли их держателей, при этом разрешение на эксплуатацию недр носит публично-правовой характер, а изменение состава недропользователей и их партнеров (операторов, подрядчиков) на лицензионном блоке или участке недр происходит в административном, а не в гражданском правовом порядке, оно подлежит государственной регистрации; в-одиннадцатых, геологическая информация о недрах Австралии открыта и доступна в сети Интернет, а заявки на получение к ним доступа подаются в электронной форме через сайты органов государственной власти, что является примером для других государств.

Библиография
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
30.
31.
32.
33.
34.
35.
36.
37.
38.
39.
40.
41.
42.
43.
44.
45.
46.
47.
48.
49.
50.
51.
52.
53.
54.
55.
56.
57.
References
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
30.
31.
32.
33.
34.
35.
36.
37.
38.
39.
40.
41.
42.
43.
44.
45.
46.
47.
48.
49.
50.
51.
52.
53.
54.
55.
56.
57.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предмет исследования в представленной статье, как следует из ее наименования, составил правовой режим недропользования в Австралии. Заявленные границы исследования слишком широки и нуждаются в уточнении – фактически статья носит характер краткого обзора организационных и правовых аспектов недропользования в Австралии.
Методология исследования в тексте работы ученым не раскрывается. Исходя из анализа содержания статьи, автором использовались всеобщий диалектический, логический, исторический, формально-юридический, герменевтический методы исследования.
Актуальность темы исследования, избранной автором, обозначена им следующим образом: во-первых, Россия имеет свои стратегические интересы в сфере разработки австралийских месторождений полезных ископаемых; во-вторых, австралийский правовой режим недропользования считается одним из наиболее эффективных в мире, а значит, ознакомление с ним будет весьма полезным для отечественного законодателя и правоприменителей. Добавим к этому то, что особенности государства и права Австралии, а также соответствующих государственных и правовых феноменов являются недостаточно изученными – научных работ, напрямую посвященных данным вопросам, не так уж много.
В чем состоит научная новизна работы, автором прямо не указывается, но предполагается, что она должна состоять во введении в арсенал отечественной правовой науки новых интересных данных, имеющих юридическое значение – зарубежный опыт всегда представляет повышенный интерес для ученых и практиков хотя бы в плане возможности совершенствования отечественного законодательства и правоприменения. В настоящей статье автор на основании анализа солидного количества источников (57) выявил и перечислил 11 особенностей правового режима недропользования в Австралии. Недостаток работы состоит в том, что автором не осуществлен критический анализ австралийского законодательства в сфере недропользования (не выявлены его достоинства и недостатки) и не сделаны рекомендации по совершенствованию отечественного законодательства, что позволило бы значительно углубить содержание статьи и повысить ее теоретическую и практическую ценность.
Научный стиль работы выдержан автором в полной мере.
Структура работы вполне логична. Во вводной части работы автор обосновывает актуальность избранной им темы исследования. В основной части статьи ученый предоставляет краткие сведения об Австралии с теоретико-правовой точки зрения, после чего переходит к обзору государственных органов управления недропользованием, а также соответствующей нормативно-правовой базы и ее содержания. Статья завершается выводами по результатам проведенного исследования.
Содержание статьи в целом соответствует ее наименованию, но не лишено некоторых недостатков.
Во вводной части статьи, помимо обоснования актуальности избранной темы исследования, автору необходимо обозначить проблемы, на которых он намерен остановиться, и указать фамилии ученых, которые так или иначе затрагивали данные проблемы в своих исследованиях (отметить степень изученности данных проблем).
Представленная статья носит поверхностный, описательный характер. Безусловно, для отечественной правовой науки представляет значительный теоретический интерес ознакомление с теми или иными положениями законодательства зарубежных стран, но подобное ознакомление должно иметь более отдаленную цель заимствования положительного зарубежного опыта российской теорией и практикой. К сожалению, автор при написании статьи не использовал сравнительно-правовой метод исследования. Рекомендуется восполнить этот пробел (т.е. сопоставить правовой режим недропользования в Австралии и в России, осуществить критический анализ его содержания, сделать рекомендации по совершенствованию отечественного законодательства и (или) правоприменительной практики).
Автор не всегда переводит специальные термины на английском языке (к примеру, «interstate compacts»). Между тем это затрудняет понимание для потенциальных читателей, не владеющих английским языком на уровне автора.
Библиография исследования с формальной точки зрения достаточна и представлена 57 источниками, в том числе законодательством Австралии, диссертационными работами Е. Н. Барышникова, Е. М. Вахтинской, А. А. Крюкова, Е. В. Муратовой, Е. Б. Цыремпиловой, монографией Н. С. Скоробогатых, научными статьями, данными из сети Интернет и др. Несмотря на внушительный список источников, автором не осуществлен их подробный критический анализ, что повлекло за собой поверхностность изложения материалов и недостаточную степень самостоятельности исследования. В связи со сказанным ученому рекомендуется осуществить более тщательное ознакомление с источниками, использованными при написании статьи, и дополнить их перечень теоретическими работами А. А. Арямова, Я. В. Манина, Т. С. Токтабаева, А. Э. Цоя, Е. А. Юдина и др.
Апелляция к оппонентам как таковая отсутствует. Ученый ссылается на ряд теоретических работ исключительно в подтверждение высказываемых им суждений. В научную дискуссию ученый не вступает, в результате чего складывается впечатление, что затрагиваемые в статье вопросы к дискуссионным не относятся (что не соответствует действительности).
Выводы по результатам исследования имеются (их 11) и полностью соответствуют содержанию исследования. Автор называет особенности правового режима недропользования в Австралии («… во-первых, собственность на землю и недра Австралийского Союза принадлежит английскому монарху, но в связи с размыванием принципа акцессии земля оборотоспособна в отрыве от королевских недр и может выкупаться в частную собственность; во-вторых, недра, при покупке земельного участка над ними, могут отчуждаться Короной вместе с ним за дополнительную выкупную плату и переходить в частную собственность; в-третьих, земли и недра Короны распределены между федерацией и её субъектами; нормативное правовое регулирование недропользованием под землями, находящимися в ведении Союза, осуществляет австралийский парламент, а управляет ими правительство Содружества; нормативное правовое регулирование недропользованием под землями, переданными австралийским регионам, осуществляет парламент соответствующего члена Союза, а администрирует правительство соответствующего штата или территории…» т.д.). Однако выводы носят описательный характер.
Интерес читательской аудитории к представленной статье может быть проявлен со стороны специалистов в области теории государства и права, компаративистики, конституционного права, административного права, административного процесса, экологического права, земельного права. Статья рекомендуется к опубликованию.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.