Статья 'Формы реализации права народов на самоопределение в условиях федеративного устройства России' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Формы реализации права народов на самоопределение в условиях федеративного устройства России

Анисимов Алексей Иванович

аспирант, Северо-Западный институт управления - филиал Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации

199034, Россия, г. Санкт-Петербург, линия 7-Я в.о., 16-18

Anisimov Aleksei Ivanovich

Post-Graduate Student at North-West Institute of Management, Branch of the Russian Presidential Academy of National Economy and Public Administration

199034, Russia, g. Saint Petersburg, liniya 7-Ya v.o., 16-18

alekseianisimov3@gmail.com
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-7136.2018.2.25357

Дата направления статьи в редакцию:

03-02-2018


Дата публикации:

13-03-2018


Аннотация.

Статья посвящена анализу форм реализации народами права на самоопределение в пределах Российской Федерации. Автор на основе анализа существующих классификаций форм реализации права на самоопределение, а также федерального и регионального законодательства приводит свою классификацию форм реализации права на самоопределение. Выделяется три основные формы: создание субъекта федерации с титульной нацией, образование в пределах субъекта национальных административно-территориальных образований, а также создание народами, дисперсно проживающими на территории России, национально-культурных автономий в форме некоммерческих организаций. В целях всестороннего изучения форм реализации права на самоопределение автором проанализированы конституции республик, входящих в состав России, а также уставы национальных районов. Проведенный анализ выявил наличие проблемы неоднородности форм реализации права на самоопределение. На международном уровне самоопределение рассматривается как право, принадлежащее всем народом вне зависимости от его статуса. Однако существующие в России формы реализации отличаются крайней степенью неравнозначности. Одни народы имеют возможность реализовывать как культурный, так и политический аспекты права на самоопределение в пределах отдельного субъекта РФ. В тоже время другие народы могут заниматься только вопросами сохранения своей культуры и национальной самобытности в рамках самостоятельно созданных некоммерческих организаций. Автор приходит к выводу о необходимости реформирования форм реализации права на самоопределение народов.

Ключевые слова: Право на самоопределение, Народ, Реализация права самоопределения, Федеративное устройство России, Самоопределение народов, Конституция, Титульная нация, Национально-культурная автономия, Национальный район, Республика

Abstract.

The article is devoted to analysing the form of exercising the national right to self-determination within the Russian Federation. The author bases his article on the analysis of existing classifications of rights to self-determination and federal and regional laws and offers his own classification of rights to self-determination. In particular, he describes three basic forms of exercising the right to self-determination: creation of a federative constituent with a dominant ethnic group, creation of natioinal territorial and administrative divisions, and creation of national cultural autonomic units (non-commercial organisations) by ethnic groups that live in Russia. In order to carry out an in-depth analysis of execution of the right to self-determination, the author analyzes constitutions  of the republics that constitute the Russian Federation, as well as charters of national districts. The results of the analysis demonstrate such problems as irregularities of execution of the right to self-determination. At the international level self-determination is viewed as the right granted to all nations disregarding their status. However, in Russia national rights to self-determination vary a lot. Some ethnic groups have the right to execute their cultural and political rights to self-determination within the territory of a particular constituent of the Russian Federation while others have the right to preserve their culture and national identity only within independently established non-comnmercial organisations. At the end of the article the author makes a conclusion that there is a need to reform the national right to self-determination. 

Keywords:

Konstitution, Self-determination of nations, Russian federative structure, Realization of the right to self-determination, Nation, Right of self-determination, Titular nation, National-cultural autonomy, National district, Republic

Право народов на самоопределение является всеобще признанным. Оно гарантируется нормами международного и внутригосударственного права. Все страны поддерживают приверженность этому праву и гарантируют создание условий для его соблюдения и эффективной реализации.

Однако, являясь достаточно сложным по своей правовой природе, а также слабо нормативно урегулированным, право на самоопределение порождает спорные ситуации при его реализации на практике. Само право не может быть признано гарантированным, если не имеет юридических механизмов воплощения в реальных правоотношениях. В противном случае такое право не будет иметь большего воздействия, чем идея или концепция. Поэтому важным вопросом является определение возможных форм реализации права.

Существуют разные подходы к определению форм реализации права на самоопределение. Например, Блищенко И. считает, что право на самоопределение осуществляется в форме федеративного устройства, конфедеративного устройства или в форме политической независимости [1]. Тиунчик И.В. выделяет две большие группы форм реализации права на самоопределение: этнокультурное и политическое самоопределение [2].

Интересным является подход Абасовой З.Т., согласно которому в России существуют две формы самоопределения: деструктивное и конструктивное самоопределение. При этом под деструктивным понимается самоопределение в форме отделения от государства путем присоединения к другому государству или создания своего собственного государства. Форма конструктивного самоопределения предполагает реализацию путем создания автономных административных образований в унитарном государстве или образование самостоятельного субъекта в федеративном государстве, а также путем создания национально-культурных автономий [3].

Стоит отметить, что приведенная выше классификация на деструктивные и конструктивные формы реализации права на самоопределение является лишь иным названием принятого в международном праве деления на внутреннее и внешнее самоопределение, где внешнее связано с изменением статуса и границ существующего государства, а внутреннее позволяет реализовывать право на самоопределение в пределах конкретного государства. При этом внешнее самоопределение не всегда носит деструктивный характер. В мировой практике существуют примеры реализации права на самоопределение в виде отделения от государства и создания нового самостоятельного государства, не связанные с жестокими войнами и кровопролитием. Например, отделение Сингапура от Малайзии.

Существование разных точек зрения дает автору основание представить свою классификацию форм реализации права на самоопределение в Российской Федерации на основе действующего законодательства. Следует учитывать, что самоопределение является коллективным правом, поэтому оно не может быть реализовано одним человеком в отрыве от той группы, которой принадлежит данное право. В связи с этим мы понимаем под формами реализации определенные механизмы, которые подразумевают под собой коллективное объединение людей, в целях реализации права на самоопределение. Иными словами, это такие формы организации народов, в которых они совместно признаются как субъект самоопределения.

В российской действительности на настоящий момент можно выделить такие формы реализации права на самоопределение, как образование субъекта с титульной нацией в пределах Российской Федерации, создание автономных административно-территориальных единиц в составе субъекта Российской Федерации, а также создание национально-культурных автономий. При этом даже из названий указанных форм реализации права на самоопределение становится очевидным, что они не являются равнозначными. Остановимся на каждой из них более подробно.

Говоря о создании субъектов с титульной нацией, мы, прежде всего, понимаем создание республик в составе Российской Федерации. Республики наделены несколько большим объемом полномочий в сравнении с остальными субъектами государства, созданными исключительно на основе территориального принципа. В связи с этим представляется интересным изучение вопроса отображения права на самоопределение в текстах конституций республик, входящих в состав Российской Федерации.

Право народов на самоопределение в большинстве конституций закреплено в преамбуле документа, реже оно включается в текст первых статей документа. В зависимости от контекста, в котором указывается право на самоопределение, все конституции республик можно разделить на три группы.

К первой группе относятся республики, конституции которых вообще не содержат ссылки на право на самоопределение народов. К ним относятся конституции Адыгеи, Хакасии, Калмыкии и Мордовии. В конституциях Карелии и Республики Коми хотя и нет указания на право на самоопределение, при этом в тексте документов прямо прописано, что образование республики обусловлено проживанием на их территории карелов [4] и народа коми [5] соответственно. В целом такие положения конституций Карелии и Республики Коми полностью подтверждают, что создание этих субъектов обусловлено реализацией народом права на самоопределение.

Ко второй группе относятся конституции подавляющего числа республик. В преамбулах 10-и конституций республик Российской Федерации есть одинаковое положение: «исходя из общепризнанного права на самоопределение народов». Такое положение есть в конституции Татарстана, Чечни, Дагестана и др. На наш взгляд, такая формулировка с одной стороны является косвенным упоминанием, поскольку право на самоопределение называется в числе иных предпосылок формирования республики как отдельного субъекта в составе России. Но с другой стороны другие субъекты не содержат подобных формулировок в своих учредительных документах, что в очередной раз подчеркивает исключительность республики как субъекта Российской Федерации.

К третьей группе относятся пять конституций, которые, на наш взгляд, наиболее полно отображают факт реализации народом своего права на самоопределение народов путем создания самостоятельного субъекта в составе России. К этой группе относятся конституции Якутии, Ингушетии, Марий Эл, Удмуртии и Башкортостана. В каждой из этих конституций прямо указывается, что республика создана в рамках реализации соответствующим народом своего права на самоопределение. Одним из ярких примеров является конституция Удмуртии, в первой статье которой указано: «Удмуртия – государство в составе Российской Федерации, исторически утвердившееся на основе осуществления удмуртской нацией и народом Удмуртии своего неотъемлемого права на самоопределение [6]».

Стоит отметить тот факт, что конституция самой молодой республики в составе России вообще не содержит ссылки в своем тексте на данное право. Таким образом, конституция Крыма отличается от уставов субъектов России, созданных на основе территориального принципа, лишь ссылкой в преамбуле документа на референдум от 16 марта 2014 года, а также на наличие нескольких государственных языков, при этом упоминания о создании субъекта в результате реализации народом своего права на самоопределение – нет.

Если говорить об уставных документах таких уникальных субъектов России как автономные округа, то, к сожалению, ни в одном уставе не содержится упоминание о праве на самоопределение, хотя они во многом тоже созданы на основе национального принципа формирования субъектов.

Другой формой самоопределения народов в России является создание национальных территориально-административных единиц в составе субъектов Российской Федерации. Их создание обусловлено компактным проживанием представителей определенного народа, при этом такая компактность проживания и численность этого народа не позволяет создать самостоятельный субъект с титульной нацией.

В этой группе форм реализации права на самоопределение можно выделить создание национальных районов и национальных городских (сельских) поселений. В Омской области и Алтайском крае созданы Азовский немецкий национальный район и Немецкий национальный район соответственно. Это районы компактного проживания российских немцев – национального меньшинства, народ которого имеет самостоятельное и независимое государство.

Стоит отметить, что уставы этих национальных районов не содержат особых положений, которые бы объясняли причину создания национального района, а также ссылок на реализацию народом права на самоопределение. Эти уставы ничем не отличаются от уставов иных муниципальных районов. Хотя стоит отметить, что это общая тенденция уставных документов муниципальных образований, которые являются полной копией федерального законодательства по вопросам полномочий органов местного самоуправления и которые похожи друг на друга по структуре и содержанию. Тем не менее, создание таких национальных муниципальных районов положительно отображается на реализации народом своего права на самоопределение. В частности, в немецких национальных районах в школах проходит обучение, в том числе и на немецком языке, есть районная национальная газета, выходящая в печать на немецком языке. Таким образом, наличие национального статуса позволяет району с титульной нацией реализовывать свое право на самоопределение, выражающееся не только в культурном аспекте, но также и в возможности самостоятельного решения вопросов местного значения путем реализации полномочий местных органов самоуправления.

Еще одной формой реализации права на самоопределение народов является создание национально-культурной автономии. Развитие института национально-культурной автономии в России обусловлено принятием в 1996 году Федерального закона «О национально-культурной автономии». Статья первая указанного закона определяет национально-культурную автономию как форму национально-культурного самоопределения, представляющую собой объединение граждан Российской Федерации, относящих себя к определенной этнической общности, находящейся в ситуации национального меньшинства на соответствующей территории, на основе их добровольной самоорганизации в целях самостоятельного решения вопросов сохранения самобытности, развития языка, образования, национальной культуры, укрепления единства российской нации, гармонизации межэтнических отношений, содействия межрелигиозному диалогу, а также осуществления деятельности, направленной на социальную и культурную адаптацию и интеграцию мигрантов [7].

Как отмечают многие авторы принятие этого закона являлось существенным шагом в направлении защиты прав и свобод народов, проживающих на территории России [8]. По своей сути национально-культурная автономия является самой оптимальной формой реализации права на самоопределение народами, проживающими на территории разных субъектов Российской Федерации. Такая форма позволяет народам строить свою систему национально-культурных автономий в пределах России, а также решать вопросы сохранения культурного самосознания.

К сожалению, национально-культурная автономия имеет ряд недостатков, которые не позволяют на должном уровне реализовывать народами свое право на самоопределение через эту форму.

Во-первых, само название данного института права говорит нам о том, что в рамках этой формы может быть реализован только культурный аспект самоопределения народов. Таким образом, народы, которые не имеют субъекта с титульной нацией или национальной административно-территориальной единицы и которые могут создавать только национально-культурные автономии, лишены политической стороны реализации права на самоопределение. Национально-культурные автономии, создаваемые в форме общественных организаций, лишены какой-либо возможности иметь своих представителей в органах муниципальной или государственной власти соответствующего уровня.

Во-вторых, жесткие законодательные рамки регулирования организационно-правовой формы и системы национально-культурных автономий зачастую являются механизмами, ограничивающими права народов на создание национально-культурных автономий. Законом предусмотрено создание местных, региональных и федеральных национально-культурных автономий. При этом в пределах одного субъекта может быть создана только одна региональная автономия соответствующего народа. Таким образом, складывается ситуация, когда местные национально-культурные автономии, созданные позднее региональной не имеют другого выбора, как войти в состав ранее созданной региональной автономии. При этом следует учитывать, что даже в пределах одного субъекта у представителей одного народа могут быть разные представления развития и поддержания культуры своей нации.

Конституционный суд РФ в своем постановлении №5-П от 3 марта 2004 года признал не противоречащей Конституции РФ норму права, предусматривающую создание в пределах одного субъекта только одной региональной национально-культурной автономии [9].

При этом в особом мнении судья Кононов А.Л. отметил, что мотивы обоснования Постановления Конституционного суда РФ лежат в сфере интересов публичной власти и определяются как ее обязанности по оказанию финансовой поддержки и координации деятельности национально-культурной автономии. В таком понимании национально-культурные автономии оказываются для государства и местных властей не целью, а всего лишь объектом применения средств, т.е. очередным финансовым и организационным обременением, которое следует свести к оптимальному минимуму «не более одного»[9].

Таким образом, национально-культурная автономии является достаточно прогрессивной формой реализации народами своего права на самоопределение, в тоже время она имеет ряд недостатков, которые требуется устранить. При этом у лиц, занимающихся развитием национально-культурных автономий, есть более категоричные мнения. Так, Уразаев Ф.Я., сопредседатель Федеральной национально-культурной автономии татар, отмечает, что национально-культурные автономии образованы для обмана международного и общественного мнения. Пока не восторжествует толерантность, искусственно созданные национально-культурные автономии ничего не смогут добиться [10].

Подводя итого, следует отметить, что существующие формы реализации права на самоопределении в Российской Федерации имеют существенно отличающиеся конституционно-правовые статусы с разным объемом полномочий. При этом, такая ситуация с одной стороны обусловлена существующими реалиями устройства Российской Федерации, а с другой имеет дискриминационный характер по отношению к отдельным народам. Право на самоопределение и, прежде всего, существующие формы его реализации нуждаются в развитии и в более полном правовом регулировании, которое позволило бы устранить пробелы и противоречия в действующем законодательстве, выявленные при проведении настоящего исследования.

Библиография
1.
Блищенко И. Содержание права народов на самоопределение // Право народов на самоопределение: идея и воплощение: материалы науч.-просвет. Семинара. Москва. 22-23 марта 1997 г. / сост. А.Г.Осипов. М.: Звенья. 1997. 222 с.
2.
Тиунчик И.В. Проблемы самоопределения народов: общепризнанные международные политико-правовые нормы и российская модель: дис. … канд.полит.наук. М. 2012. 230 с.
3.
Абасова З.Т. К вопросу о формах реализации права народов на самоопределение в Российской Федерации // Актуальные проблемы российского права. 2015. №3 (52). С. 46-50.
4.
Конституция (Основной Закон) Республики Карелия (принята ВС КАССР 30.05.1978) (ред. от 19.05.2016 №2023-ЗРК) // СПС «КонсультантПлюс». П.5. Ст.1
5.
Конституция Республики Коми (принята Верховным Советом Республики Коми 17.02.1994) (ред. от 23.10.2015 №67-РЗ) // СПС «КонсультантПлюс». Ст.3
6.
Конституция Удмуртской Республики (принята постановлением Верховного Совета УР от 07.12.1994 N 663-XII) (ред. от 14.10.2015 №64-РЗ) // СПС «КонсультантПлюс». Ст.1
7.
Федеральный закон от 17 июня 1996 г. №74-ФЗ «О национально-культурной автономии» (ред. от 04.11.2014 №336-ФЗ) // СПС «КонсультантПлюс»
8.
Скатулина Е.В., Овчинников В.А. Национальные меньшинства и право на национально-культурную автономию // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Общественные науки. 2009. №4(12). С.23-31.
9.
Постановление Конституционного Суда РФ от 03.03.2004 N 5-П «По делу о проверке конституционности части третьей статьи 5 Федерального закона «О национально-культурной автономии» в связи с жалобой граждан А.Х. Дитца и О.А. Шумахер» // СПС «КонсультантПлюс».
10.
Уразаев Ф.Я. Федеральная национально-культурная автономия татар России на рубеже XX – XXI веков // Вестник. 2009. №2(26). С.168-170
References (transliterated)
1.
Blishchenko I. Soderzhanie prava narodov na samoopredelenie // Pravo narodov na samoopredelenie: ideya i voploshchenie: materialy nauch.-prosvet. Seminara. Moskva. 22-23 marta 1997 g. / sost. A.G.Osipov. M.: Zven'ya. 1997. 222 s.
2.
Tiunchik I.V. Problemy samoopredeleniya narodov: obshchepriznannye mezhdunarodnye politiko-pravovye normy i rossiiskaya model': dis. … kand.polit.nauk. M. 2012. 230 s.
3.
Abasova Z.T. K voprosu o formakh realizatsii prava narodov na samoopredelenie v Rossiiskoi Federatsii // Aktual'nye problemy rossiiskogo prava. 2015. №3 (52). S. 46-50.
4.
Konstitutsiya (Osnovnoi Zakon) Respubliki Kareliya (prinyata VS KASSR 30.05.1978) (red. ot 19.05.2016 №2023-ZRK) // SPS «Konsul'tantPlyus». P.5. St.1
5.
Konstitutsiya Respubliki Komi (prinyata Verkhovnym Sovetom Respubliki Komi 17.02.1994) (red. ot 23.10.2015 №67-RZ) // SPS «Konsul'tantPlyus». St.3
6.
Konstitutsiya Udmurtskoi Respubliki (prinyata postanovleniem Verkhovnogo Soveta UR ot 07.12.1994 N 663-XII) (red. ot 14.10.2015 №64-RZ) // SPS «Konsul'tantPlyus». St.1
7.
Federal'nyi zakon ot 17 iyunya 1996 g. №74-FZ «O natsional'no-kul'turnoi avtonomii» (red. ot 04.11.2014 №336-FZ) // SPS «Konsul'tantPlyus»
8.
Skatulina E.V., Ovchinnikov V.A. Natsional'nye men'shinstva i pravo na natsional'no-kul'turnuyu avtonomiyu // Izvestiya vysshikh uchebnykh zavedenii. Povolzhskii region. Obshchestvennye nauki. 2009. №4(12). S.23-31.
9.
Postanovlenie Konstitutsionnogo Suda RF ot 03.03.2004 N 5-P «Po delu o proverke konstitutsionnosti chasti tret'ei stat'i 5 Federal'nogo zakona «O natsional'no-kul'turnoi avtonomii» v svyazi s zhaloboi grazhdan A.Kh. Dittsa i O.A. Shumakher» // SPS «Konsul'tantPlyus».
10.
Urazaev F.Ya. Federal'naya natsional'no-kul'turnaya avtonomiya tatar Rossii na rubezhe XX – XXI vekov // Vestnik. 2009. №2(26). S.168-170
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"