Статья 'Виды оснований для исключений из нормы об исчерпании внутренних средств правовой защиты, признанных в международном праве' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Виды оснований для исключений из нормы об исчерпании внутренних средств правовой защиты, признанных в международном праве

Шовкринский Артур Юсупович

аспирант, кафедра помощник депутата Государственной Думы ФС РФ, Проектно-изыскательский и научно-исследовательский институт "Союзморниипроект"

125319, г. Москва, Большой Коптевский пр., д. 3

Shovkrinskii Artur Yusupovich

postgraduate student, Assistant to the Deputy of the State Duma of the Federal Assembly of the Russian Federation, the Project Survey and Scientific Research Institute "Soyuzmorniiprojekt"

125319, Russia, Moskva, Bolshoi Koptevskiy pr., 3.

cool.poz@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2305-9699.2014.5.11876

Дата направления статьи в редакцию:



Дата публикации:

1-5-2014


Аннотация.

Автор исследует виды оснований для исключений из нормы об исчерпании внутренних средств правовой защиты, признанных в международном праве. В частности рассматриваются такие основания как: недоступность внутренних средств правовой защиты, неэффективность внутренних средств правовой защиты, неоправданная задержка в осуществлении правосудия и др. Исключение из действия правила исчерпания внутренних средств правовой защиты основано, прежде всего, на положениях указанных международных договоров.Автор констатирует, что чаще всего освобождение заявителей от обязанности исчерпания внутренних средств правовой защиты связано с недостаточностью средств на оплату защитника. Автор отмечает, что отсутствие процессуальных гарантий справедливого и публичного судопроизводства независимого, беспристрастного суда характеризует такие средства судебной защиты как неэффективные, неоправданная задержка в рассмотрении дел судами и другими органами также является основанием, освобождающим от обязанности реализации правила исчерпания внутренних средств правовой защиты. Наконец, автор отмечает, что в общем международном праве допускается неприменение того или иного средства правовой защиты, если это приведет к повторному нарушению прав или продолжению их нарушения, что также может привести к неприменению правила об исчерпании внутренних средств.

Ключевые слова: международное право, европейское право, Совет Европы, Европейский суд, судебная практика, исчерпание средств, судебная защита, внутренний правопорядок, международные суды, внутригосударственные суды

Abstract.

The author studies the types of ground for exclusions from the norm on the exhaustion of the domestic means of legal protection, as recognized in the international law. In particular, he analyzes such grounds as the lack of access to the domestic means of legal protection, inefficiency of domestic means of legal protection, unjustified delay in  justice, etc. The exception from the rule of exhaustion of domestic means of legal protection is based upon the provisions of international treaties. The author states that usually exempting the claimant from the obligation to exhaust the domestic means of legal protection has to do with the lack of funds for payment to the legal representative.  The author notes that the absence of procedural guarantees of fair and public judicial proceedings, fair and impartial court characterizes the means of judicial protection as being inefficient, an unjustified delay in dealing with the case by the court or other bodies may also serve as grounds for exemption to the rule of exhaustion of the domestic means of legal protection.  Finally, the author notes that in the general provisions of international law it is possible to exempt from the application of certain means of legal protection, if it shall lead to the repeated or continued violation of rights, and it may also lead to the situation where the rule on the exhaustion of the domestic remedies may not apply.

Keywords:

international law, European law, the Council of Europe, the European Court, judicial practice, exhaustion of remedies, judicial protection, domestic legal order, international courts, domestic courts

а) Недоступность внутренних средств правовой защиты

Пострадавшее лицо должно исчерпать только те средства внутренней правовой защиты, которые соответствуют критерию доступности. Следовательно, это предполагает, что физическое лицо, гражданин иностранного государства, или юридическое лицо, имеющее национальность иностранного государства, не должны реализовывать те местные средства правовой защиты, которые являются недоступными в рамках конкретной правовой системы. В свою очередь, доступность внутренних средств правовой защиты может характеризоваться такими признаками, как открытость таких средств и удобство доступа к ним.

В практике национальных административных и судебных учреждений могут быть случаи, когда то или иное средство правовой защиты соответствует критерию доступности, но не является применимым в конкретном случае. В таких случаях международные судебные учреждения и органы могут квалифицировать такие средства правовой защиты как не соответствующие критерию доступности. В частности, в практике Комитета по правам человека ООН некоторые средства правовой защиты неоднократно признавались неисчерпаемыми в силу отсутствия их доступности, поскольку в национальном законодательстве не были предусмотрены процедуры их реализации[2].

Таким образом, в практике международных органов выражается не теоретическая возможность исчерпания внутренних средств правовой защиты, а возможность применения норм национальных законодательств в конкретном процессе. Соответственно, зачастую из норм национальных законодательств можно вывести, что то или иное средство правовой защиты не является доступным. В частности, в Сообщении Комитета по правам человека ООН № 70/1980 было постановлено, что заявление назначенного государством адвоката для представления прав и законных интересов обвиняемого о недоступности экстраординарных мер по пересмотру дела, является достаточным доказательством о признании таких мер недоступными в международном порядке[3].

Такая правовая позиция Комитета по правам человека представляется достаточно интересной: предполагается, что вне зависимости от фактических обстоятельств дела только один факт назначения государственного защитника, который заявляет ходатайство в связи с недоступностью внутренних средств правовой защиты, является достаточным для признания их недоступными самим Комитетом. Соответственно, здесь важно также не само по себе заявление или ходатайство любого адвоката, а только адвоката, который был назначен самим государством. Очевидно, адвокат, назначаемый государством, понимается как агент такого государства, то есть лицо или организация, которой поручено исполнить некие действия от лица государства.

В практике Комитета по правам человека ООН и Европейской комиссии по правам человека были дела, когда действия государства квалифицировались как лишающие заявителя доступа к внутренним средствам правовой защиты. В частности, Комитетом по правам человека неоднократно отмечалось, что если адвокат защиты был заключен под стражу или исчез, средства правовой защиты в таком государстве являются недоступными, в случаях, когда такие факты связаны с действиями государств[4]. К подобному выводу также приходила Европейская комиссия по правам человека в ряде дел[5,23].

Таким образом, в соответствии с правовой позицией Комитета по правам человека в тех делах, где заявитель не имел достаточных контактов с защитником, там это является значимым фактором для определения доступности внутренних средств правовой защиты. Вместе с тем при определении доступности или недоступности внутренних средств правовой защиты Комитет рассматривает все обстоятельства дела. Так, в деле Монтеро против Уругвая Комитет по правам человека постановил, что, если исчерпание внутренних средств правовой защиты ставится в зависимость от выполнения чрезмерных и обременительных условий, то такие средства местной защиты не должны реализовываться[6].

Указанная правовая позиция находит свое отражение в ст.46 Американской конвенции о правах человека 1969 года[7]. Правило исчерпания внутренних средств правовой защиты и иных условий для обращения в Межамериканскую комиссию по правам человека[8] не применяются, если:

a) национальное законодательство соответствующего государства не предоставляет должной возможности для судебной защиты права или прав, которые согласно заявлению были нарушены;

b) стороне, заявившей о нарушении ее прав, было отказано в доступе к средствам судебной защиты в национальных судебных органах или ей препятствовали в их полном использовании; или

c) при неоправданной задержке в принятии решения при обращении к вышеназванным средствам.

Межамериканская комиссия по правам человека также признавала средства внутренней правовой защиты недоступными в связи с состоянием нужды и недостаточными финансовыми средствами у заявителя[9].

Однако Комитет по правам человека ООН и Европейская суд по правам человека по этой проблеме выражали противоположное мнение[10]. В большинстве дел эти учреждения не рассматривали непосредственно вопрос финансовой обеспеченности заявителей и в одном из дел Комитет по правам человека прямо отметил, что вопрос недостаточности финансовых средств у заявителя не имеет отношения к делу[11].

Таким образом, в целом и Комитет по правам человека, и Европейский суд по правам человека неоднократно отмечали, что недостаток финансовых средств у заявителя не является обстоятельством, освобождающим его от обязанности исчерпания внутренних средств правовой защиты.

Межамериканская комиссия по правам человека, прежде чем определить собственную позицию, направила запрос в Межамериканский суд по правам человека. Суд, давая консультативное заключение по этому вопросу, выразил иную правовую позицию, нежели Комитет по правам человека и Европейский суд[12].

В запросе Межамериканской комиссии по правам человека содержались следующие вопросы:

1) освобождается ли заявитель, который находится в бедственном финансовом положении, от обязанности исчерпания внутренних средств правовой защиты?

2) в случае, если такое освобождение признается правомерным, то какие критерии следует применять Комиссии при оценке приемлемости жалобы?

Отвечая на эти вопросы, Межамериканский суд по правам человека осуществил системное толкование Американской конвенции о правах человека 1969 года. В своем консультативном заключении Суд отметил, что в ст. 46 Конвенции перечислены основания освобождения от обязанности исчерпания внутренних средств правовой защиты. Вместе с тем Суд связал уяснение и разъяснение смысла норм ст. 46 Конвенции с другими ее положениями. Прежде всего, Суд считал, что следует принимать внимание ст. 1 Конвенции «Обязанность по уважению права»:

«1. Государства-участники настоящей Конвенции обязуются уважать права и свободы и обеспечивать всем лицам в рамках юрисдикции свободное и полное использование таких правил и свобод без дискриминации на основе расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических и иных убеждений, национального или социального происхождения, экономического положения, рождения или любых иных социальных условий.

2. Для целей настоящей Конвенции «лицо» означает всякого человека».

Наряду с этим, по мнению Суда, должны приниматься во внимание положения ст. 8 Конвенции, которые касаются права на справедливый суд. В соответствии с этой статьей, каждый человек имеет право на рассмотрение его дела с должными гарантиями и в разумный срок компетентным, независимым и беспристрастным судом, заранее созданным в соответствии с законом, с тем, чтобы были рассмотрены доказательства в любом обвинении уголовного характера, выдвинутого против него, или с целью определения его прав или обязательств гражданского, трудового, денежного или иного характера.

Эта статья устанавливает презумпцию невиновности. Каждый обвиняемый в совершении серьезного преступления имеет право считаться невиновным до тех пор, пока его вина не будет установлена в соответствии с законом. Во время рассмотрения дела в суде каждое лицо имеет право, на основе полного равенства, на следующий минимум гарантий:

a) право обвиняемого на бесплатную помощь переводчика, если он не понимает или не говорит на языке судопроизводства;

b) срочное и подробное информирование о выдвинутых против него обвинений;

c) достаточное время и условия для подготовки своей защиты;

d) право обвиняемого защищать себя лично или с помощью выбранного им защитника, иметь свободные и конфиденциальные беседы со своим защитником;

e) неотъемлемое право на помощь защитника, обеспеченного государством за плату или без оной в соответствии с национальным законодательством, если обвиняемый не может защищать себя или нанять своего собственного защитника в период, установленный законом;

f) право защиты допрашивать свидетелей, явившихся в суд, и добиваться вызова в качестве свидетелей, экспертов или других лиц, которые могут высказаться по фактам;

g) право не быть принуждаемым к даче показаний против себя или к признанию себя виновным; и

h) право на обжалование судебного решения в вышестоящий суд.

В соответствии со ст. 8 специально оговаривается, что признание вины обвиняемым может иметь силу только в том случае, если оно сделано без какого-либо насилия.

Согласно п.4. ст. 8 обвиняемый, оправданный не подлежащим апелляции решением суда, не может привлекаться к суду по этому же самому делу.

Уголовное судопроизводство ведется публично, за исключением случаев, когда это противоречит интересам защиты справедливости.

В соответствии со ст. 24 все равны перед законом, и, как следствие этого, все имеют право без дискриминации на равную защиту.

Таким образом, Межамериканский суд по правам человека на основании перечисленных статей выразил следующую правовую позицию. По мнению Суда, ст. 8 содержит право обвиняемого на защиту лично либо через адвоката, и если по каким-либо причинам обвиняемый отказывается от адвоката или не может лично его нанять, то ему предоставляется государственный защитник, что составляет его неотъемлемое право как личности. Соответственно, обвиняемый может лично защищать свои права в суде, но только в тех случаях, когда это прямо предусматривается законом. Если обвиняемый отказывается от защитника или не может себе этого позволить, то он вправе выбрать того адвоката, который ему представляется подходящим. В случаях, когда обвиняемый ни защищает себя, ни нанимает адвоката для ведения дела в суде согласно срокам, определенных в законодательстве, он имеет право на адвоката, назначенного государством, вне зависимости, оплачивается его труд или нет как это установлено законами государств. Это то, что гарантируется Конвенцией в рамках уголовного судопроизводства. Однако поскольку не предполагается, что защитник будет работать бесплатно, обвиняемый, который не сможет оплатить труд защитника, а государство не освободит его от такой обязанности, будет дискриминирован на основании его экономического положения.

Таким образом, по мнению Межамериканского суда по правам человека, ст. 8 Конвенции предполагает наличие в уголовном судопроизводстве защитника, что обеспечить справедливое судебное разбирательство. В государствах, где нуждающимся лицам не предоставляются бесплатные защитники, в то время как предусмотрено обязательное участие в соответствующих процедурах, такие процедуры не могут считаться средствами защиты, которые должны быть исчерпаны.

Даже в тех случаях, когда в отсутствие возможности оплатить труд защитника обвиняемый принуждается к своей собственной защите, может быть установлено нарушение ст. 8 Конвенции, если будет установлена причинно-следственная связь между отсутствием защитника и правом на справедливое судебное разбирательство.

Вместе с тем положения ст. 8 Конвенции не распространяются на гражданский, арбитражный и административный процессы, но только на уголовное судопроизводство. Однако для этих видов процесса все-таки устанавливаются соответствующие гарантии справедливого судебного разбирательства, как и в уголовном судопроизводстве. В связи с этим следует отметить, что индивидуальные обстоятельства дела: его характер, значение и особенности конкретной национальной правовой системы - относятся к факторам, которые позволяют определить, нужен ли защитник, представляющий интересы в конкретном деле или нет.

Отсутствие защитника в уголовном процессе - не единственный фактор неплатежеспособности обвиняемого, который учитывается при исчерпании внутренних средств правовой защиты. Могут быть обстоятельства, когда государство предоставит бесплатного защитника, но не покроет возникающие судебные расходы, что может нарушать ст. 8 Конвенции. В таком случаю будут действовать освобождения от обязанности исчерпания внутренних средств правовой защиты, которые закреплены в ст. 46. В то же время всегда следует принимать во внимание обстоятельства конкретного дела и особенности правовой системы государства.

Суд отметил, что в своем запросе о консультативном заключении Комиссия сообщала о многочисленных петициях к ней, связанных с тем, что заявители не могли позволить себе защитника в уголовном процессе или оплату судебных издержек. На основании анализа всех представленных Суду дел, был сделан вывод, что если обвиняемый не может оплатить услуги защитника или судебные расходы, то он освобождается от обязанности по исчерпанию тех средств правовой защиты, где это есть. Что касается судебных расходов, то государствам следует обеспечить таким лицам альтернативные механизмы.

Таким образом, Межамериканский суд по правам человека определенно выразил правовую позицию, согласно которой недостаток финансовых средств на оплату услуг защитника или судебных расходов, обвиняемый освобождается от обязанности исчерпания внутренних средств правовой защиты. Однако в правовой позиции Суда выражается необходимость исследования всех сопутствующих обстоятельств дела: является ли процесс гражданским или уголовным, требуется ли по закону наличие защитника в уголовном деле наряду с особенностями правовой системы государства.

В Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. нет положений, которые бы позволили интерпретировать их столь расширительно, как это было осуществлено Межамериканским судом по правам человека. Вместе с тем Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г. содержит ряд положений, схожих с нормами Американской конвенции о правах человека 1969 г., что позволяет относить неплатежеспособность заявителя к основаниям, освобождающим от обязанности исчерпания внутренних средств правовой защиты. В частности, согласно ст. 14 Пакта, все лица равны перед судами и трибуналами. Каждый имеет право при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого ему, или при определении его прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе, на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Каждый обвиняемый в уголовном правонарушении имеет право считаться невиновным, пока виновность его не будет доказана согласно закону. Наряду с этим каждый имеет право при рассмотрении любого предъявляемого ему уголовного обвинения как минимум на перечисленные в Пакте гарантии на основании полного равенства, включающие следующее:

a) быть в срочном порядке и подробно уведомленным на языке, который он понимает, о характере и основании предъявляемого ему уголовного обвинения;

b) иметь достаточное время и возможности для подготовки своей защиты и сноситься с выбранным им самим защитником;

c) быть судимым без неоправданной задержки;

d) быть судимым в его присутствии и защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника; если он не имеет защитника, быть уведомленным об этом праве и иметь назначенного ему защитника в любом таком случае, когда интересы правосудия того требуют, безвозмездно для него в любом таком случае, когда у него нет достаточно средств для оплаты этого защитника.

В соответствии со ст. 26 Международного пакта о гражданских и политических правах «все люди равны перед законом и имеют право без всякой дискриминации на равную защиту закона. В этом отношении всякого рода дискриминация должна быть запрещена законом, и закон должен гарантировать всем лицам равную и эффективную защиту против дискриминации по какому бы то ни было признаку, как-то расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного положения, рождения или иного обстоятельства».

Наряду с этим согласно ст. 5 Факультативного протокола к Международному пакту о гражданских и политических правах устанавливается, что Комитет рассматривает сообщения с учетом всех письменных данных, представленных ему отдельным лицом и заинтересованным государством-участником.

В то же время Комитет не рассматривает никаких сообщений от лиц, пока не удостоверится в том, что:

a) этот же вопрос не рассматривается в соответствии с другой процедурой международного разбирательства или урегулирования;

b) данное лицо исчерпало все доступные внутренние средства правовой защиты.

Это правило не действует в тех случаях, когда применение таких средств неоправданно затягивается.

Комитет сообщает свои соображения соответствующему государству-участнику и лицу.

Таким образом, все перечисленные положения явно свидетельствуют о возможности освобождения заявителей от обязанности исчерпания внутренних средств правовой защиты в силу недостаточности средств на оплату защитника. Вместе с тем данные положения не обязывают Комитет во всех случаях недостаточных финансовых средств у заявителей освобождать их от исчерпания местных средств защиты, но предоставляют возможность и право признать действие такого освобождения.

б) Неэффективность внутренних средств правовой защиты

Наряду с недоступностью местных средств правовой защиты их неэффективность также является основанием для освобождения заявителя от обязанности их исчерпания. Вместе с тем каждый случай предположительной неэффективности внутренних средств правовой защиты должен рассматриваться индивидуально с учетом всех обстоятельств. Наряду с этим отсутствие конвенционного закрепления всех обстоятельств, когда внутренние средства правовой защиты являются неэффективными, не является препятствием для действия указанного исключения, поскольку его сила основывается также на международном обычном праве. Соответственно, суд или другой орган вправе освобождать заявителя от исчерпания внутренних средств правовой защиты, основываясь как на нормах международных договоров, так и на международном обычном праве с учетом всех конкретных обстоятельств дела. Так, Межамериканская комиссия по правам человека определила, что нерегулярный характер деятельности военных судов Чили и закрытый характер таких процессов с нарушением принципов уголовного судопроизводства (в частности, состязательности сторон), представляют серьезные препятствия для защиты прав заявителей. Следовательно, нет обязанности исчерпать такие средства правовой защиты[13].

Кроме того, эта Комиссия также выражала правовую позицию, согласно которой отсутствие независимого и беспристрастного судопроизводства, и судопроизводство, которое ведется в условиях режима чрезвычайной ситуации или военного положения, не могут признаваться эффективными средствами правовой защиты, особенно в тех случаях, когда они имеют место уже после окончания чрезвычайной ситуации или военного положения. В дополнение к этому Межамериканская комиссия по правам человека заявила, что, если существующие средства правовой защиты не могут защитить права всех заявителей, а только некоторых из них, то такие средства следует квалифицировать как неэффективные.

В связи с этим следует отметить, что Комитет по правам человека выразил мнение, что отсутствие процессуальных гарантий справедливого и публичного судопроизводства независимого, беспристрастного суда характеризует такие средства судебной защиты как неэффективные[14].

Европейская комиссия по правам человека также выражала позицию по вопросу критерия неэффективности внутренних средств правовой защиты. Так, в одном из дел было установлено, что если предмет иска заключается в недопущении незаконного выдворения за пределы территории государства (что нарушает положения Конвенции 1950 г.), постановления суда, которые не предусматривают применение временных мер по этому вопросу, являются неэффективными[15].

В практике Европейской комиссии по правам человека неоднократно поднимался вопрос об «объективной нецелесообразности» как признака неэффективности внутренних средств правовой защиты. Однако на этот вопрос однозначного ответа со стороны Комиссии не последовало, поскольку

такой ответ, по мнению Комиссии, не может быть дан в общем виде, а зависит от конкретных обстоятельств.

В некоторых делах Европейская комиссия и Суд приходили к выводу, что там, где есть сомнения в успехе реализации внутренних средств правовой защиты, они все равно должны быть исчерпаны[16,17].

В деле Kjeldsen v . Denmark Суд признал часть жалобы неприемлемой, поскольку оспаривание нормативного правового акта, изданного министром образования Дании, не лишает автоматически объективной целесообразности дальнейшее движение дела; в то время как оспаривание акта парламента лишает часть иска такой целесообразности. Соответственно, Суд решил, что иск может быть приемлемым частично – в части оспаривания правового акта министра образования, поэтому в данном случае внутренние средства правовой защиты должны быть задействованы[18].

в) Неоправданная задержка в осуществлении правосудия

В сфере защиты прав человека неоправданная задержка в рассмотрении дел судами и другими органами является основанием, освобождающим от обязанности реализации правила. В связи с этим следует отметить, что во многих международных договорах такое основание прямо закреплено. Так, согласно ст.5 Факультативного протокола к Международному пакту о гражданских и политических правах устанавливается, что правило исчерпания внутренних средств правовой защиты не применяется, «когда применение таких средств неоправданно затягивается».

Конвенционные положения, закрепляющие основания освобождения от исчерпания внутренних средств правовой защиты, находят свое отражение также в обширной практике международных органов по защите прав человека. В частности, в одном из дел Комитет по правам человека постановил, что нет необходимости в исчерпании внутренних средств правовой защиты, поскольку арестованный заявитель не мог добиться рассмотрения своего дела в компетентном суде в течение четырех с половиной лет[19].

Межамериканская комиссия по правам человека также неоднократно постановляла, что неоправданная задержка в рассмотрении дела по существу освобождает заявителей от исчерпания таких внутренних средств правовой защиты[20].

Что касается Европейской комиссии по правам человека, то она также признавала правомерность освобождения от исполнения правила в связи с неоправданной задержкой в осуществлении правосудия, хотя Конвенция 1950 г. напрямую не предусматривает этого. В таких случаях она напрямую обращалась к общепризнанным принципам и нормам международного права. Например, в деле Х против ФРГ 1959 г. Комиссия рассматривала этот вопрос и пришла к выводу, что неоправданная задержка в осуществлении правосудия освобождает заявителей от обязанности по исчерпанию внутренних средств правовой защиты. Правда, в конкретном рассматриваемом деле Комиссия такой ситуации не усмотрела[21].

В деле Де Беккер против Бельгии Европейская комиссия по правам человека постановила, что средства правовой защиты не должны быть исчерпаны заявителем, поскольку ему после освобождения из заключения пришлось бы потратить еще пять лет для исполнения данного правила[21].

г) Другие исключения

Следует отметить и некоторые другие, не столь часто встречающиеся исключения из нормы об исчерпании внутренних средств правовой защиты.

В общем международном праве допускается неприменение того или иного средства правовой защиты, если это приведет к повторному нарушению прав или продолжению их нарушения. Представляется, что это исключение может распространяться и на область защиты прав человека.

Наряду с этим в практике Европейского суда по правам человека были выработаны ограничения в применении нормы об исчерпании внутренних средств правовой защиты в зависимости от обстоятельств дела. К ним относятся: 1) приоритетные условия; 2) законодательные меры и административные практики; 3) длящаяся ситуация.

1)приоритетные условия

В деле Австрия против Италии стороны пришли к соглашению, что при нарушении положений Конвенции 1950 г. заявитель освобождается от обязанности исчерпания внутренних средств правовой защиты[22]. Европейская комиссия по правам человека согласилась с таким соглашением участвующих в деле государств. Вместе с тем пределы действия подобного исключения не ясны, в частности, применяется ли оно только к индивидуальным жалобам или распространяется также на споры между государствами-участниками Конвенции.

2)законодательные меры и административные практики

В первом деле Кипра[24] государство-истец утверждало, что государство-ответчик нарушило положения Конвенции 1950 г. в отношении законодательных и административных практик на Кипре. Вместе с тем Европейская комиссия по правам человека постановила, что этот спор является по своему существу межгосударственным и не затрагивает положения Конвенции 1950 г. в контексте защиты прав человека. Кроме того, в данном деле нет пострадавших лиц, и неизвестно, насколько оспариваемые нормы могут нарушать положения Конвенции.

При рассмотрении вопроса о законодательных и административных мерах Комиссия связала их с критериями доступности и эффективности внутренних средств правовой защиты. В частности, не все административные меры государства-участника Конвенции 1950 г. будут являться недоступными или неэффективными, а только те, которые носят повторяющийся характер и официальное попустительство. Вместе с тем при этом существует непростой предмет доказывания со стороны заявителя, поскольку нужно доказать не только повторение административных решений, но повторяющиеся фактические обстоятельства, нарушающие положения Конвенции, и которые признаются государством «по умолчанию».

Таким образом, согласно практике Европейской комиссии по правам человека для признания внутренних средств правовой защиты неэффективными нужно иметь в наличии два условия: нарушение прав конкретного физического лица и установленный факт наличия административной практики со стороны государства. Вместе с тем недостаточно установленного факта наличия административной практики государства: она должна нарушать права и законные интересы физического лица.

Европейская комиссия по правам человека выражала также свою правовую позицию относительно потерпевших, которые подают жалобы в Комиссию. В связи с этим к этой категории относятся не только потерпевшие лица, которым нанесен прямой ущерб, но и косвенный.

3)длящаяся ситуация

В практике международных судебных и административных учреждений возникал вопрос, касающийся определения того, следует ли ставить вопрос об исчерпании внутренних средств правовой защиты в ситуации, когда заявитель находится в заключении неоправданно долгое время. Согласно ст. 5(3) Конвенции 1950 г. каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с положениями этого международного договора незамедлительно доставляется к судье или к иному должностному лицу, наделенному, согласно закону, судебной властью, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд.

Аналогичное положение содержится в ст. 7(5) Американской конвенции о правах человека: «каждый задержанный должен без промедления предстать перед судьей или официальным лицом, уполномоченным по закону осуществлять судебные функции, и имеет право на судебное разбирательство в пределах разумного времени или освобождения без ущерба для продолжения процессуальных действий. Освобождение может быть обусловлено гарантиями его будущей явки в суд».

Таким образом, возможное исключение из действия правила исчерпания внутренних средств правовой защиты основано, прежде всего, на положениях указанных международных договоров. Следовательно, международные суды могут определять действие исключений в конкретных делах в соответствии с нормами международных договоров, а не только на основании международного обычного права. Так, в деле Штогмюллер против Австрии Европейский суд по правам человека постановил, что при наличии длительного заключения под стражей заявитель не должен продолжать исчерпывать внутренние средства правовой защиты, обжалуя первоначальное и заключительное решение национального судебного учреждения. Среди прочего, в этом деле Суд постановил следующее. «Что касается судопроизводства (в международном суде), оно может включать требования, относящиеся к фактам, возникшим после подачи жалобы; международное право, на которое ст. 26 Конвенции (в ранее действующей редакции) определенно указывает, вовсе не требует соблюдения раз и навсегда установленной процедуры исполнения правила об исчерпании внутренних средств правовой защиты, на чем, очевидно, настаивают правительства. Международное право допускает применение только тех средств правовой защиты, которые не только доступны для физических лиц, но и эффективны, т.е. способны удовлетворить заявленные требования»[25].

В другом деле Суд постановил, что «было бы излишне формальным требовать от заявителя предоставлять Комиссии каждый раз новые заявления, после того как постановляются итоговые решения [национальными органами власти], в которых ему отказано в освобождении из-под стражи. Это вовлекло бы Комиссию и Суд в бессмысленные множественные судопроизводства, которые могли бы парализовать их работу»[26].

В связи с рассмотренными исключениями из правила исчерпания внутренних средств правовой защиты следует указать также на обстоятельства, не освобождающие от его реализации. Отсутствие у заявителя знания о наличии того или иного внутреннего средства правовой защиты не освобождает от обязанности исчерпания таких средств. Кроме того, сомнения в эффективности средств правовой защиты, не подкрепленные соответствующими доказательствами и доводами, также не освобождают заявителя от обязанности исчерпания внутренних средств правовой защиты[27].

К другим обстоятельствам, не освобождающим заявителей от исчерпания внутренних средств правовой защиты, относятся: мнение защитника о их неэффективности; предполагаемое (не доказанное) отсутствие условий для применения правила; плохое состояние здоровья заявителя, его почтенный возраст; недостоверная информация, полученная от работника судебного учреждения; экстрадиция или выдворение заявителя с территории государства-ответчика. В практике Европейской комиссии по правам человека и Европейского суда по правам человека все эти обстоятельства не признавались в качестве оснований, освобождающих от исчерпания внутренних средств правовой защиты.

Библиография
1.
F. Sudre, Droit européen et international des droits de l’homme, PUF; 6ème éd., 2003.
2.
Communication No. 8/1977. HRC Selected Decisions. P. 48
3.
Communication No. 70/1980. HRC Selected Decisions. Р. 131.
4.
Communication No. 29/1978. HRC Selected Decisions. Р. 11-12
5.
Greece v. UK, Application 299/57 // 2 YBECHR (1958-1959). Р. 194-196;
6.
Montero v. Uruguay, Communication No. 106/81, Doc. A/38/40. Р. 186, § 6.1
7.
American Convention on Human Rights, 1969.
8.
Межамериканская комиссия по правам человека была органом Организации Американских государств, которая была первым звеном механизма рассмотрения жалоб о нарушении Конвенции о правах человека; она устанавливала приемлемость иска. См.: Statute of the OAS Inter-American Commission of Human Rights.
9.
OAS docs. OAE/Ser.L/V/II. 1-29, . OAE/Ser.L/V/II. Doc.21, . OAE/Ser.L/V/II., doc.41-Rev.2
10.
X v. Federal Republic of Germany, Application 181/56 // HUDOC Database; Communication No. 19/1977. HRC Selected Decisions. Р. 23
11.
Communication No. 397/1990, §5.4
12.
Advisory Opinion OC-11/90, 10 August 1990 //Annual Report of the Inter-American Court of Human Rights (1990).
13.
Resolution No. 1a/88, Case 9755 // Annual Report Inter-American Commission of HumanRights. 1987-1988. P. 137
14.
Gilboa v. Uruguay, Doc. A/41/40 // Decisions and Views of the Human Rights Committee rendered pursuant to the Optional Protocol to the International Covenant on Civil and Political Rights.
15.
Becker v. Denmark, Application No. 7011/75 // http://www.unhcr.org/refworld/country,,COECOMMHR,,DNK,,3ae6b7058,0.html
16.
Retimag v. Federal Republic of Germany, Application 712/60 // 4 YBECHR. P. 400.
17.
X v.Federal Republic of Germany, Application 8961/80 //24 YBECHR. P. 74
18.
Application no. 5095/71; 5920/72; 5926/72 // HUDOC database.
19.
Communication No. 28/1978.
20.
Resolution No. 16/84, Case No. 7951 // Annual Report Inter-American Commission of Human Rights. 1984-1985. Р. 103
21.
Application 222/56 // 2 YBECHR. 1958—9. Р. 350
22.
Application 788/60 //4 YBECHR. Р. 146
23.
Denmark, Norway, Sweden and the Netherlands v. Greece, Applications 3321-3/67 and 3344/67.
24.
Greece v. UK, Application 176/56 // 2 YBECHR. 1958—9. Р. 182.
25.
Stogmüller v. Austria, Application 1602/62 // HUDOC database
26.
Neumeister v. Austria, Application 1936/63 // HUDOC database
27.
Inhabitants of Alsemberg and of Beersel v. Belgium, Application 1474/62 // HUDOC database Каламкарян Р.А. Роль Международного Суда ООН в деле поддержания международного правопорядка // NB: Международное право. — 2013.-№ 1.-С.184-214. DOI: 10.7256/2306-9899.2013.1.690. URL: http://e-notabene.ru/wl/article_690.html
28.
А. Р. Султанов. Эссе о судебных процессах ограничения свободы выражения мнений и свободы совести, уроках истории и европейских стандартах. // Политика и Общество. – 2010. – № 10.
29.
Данельян А.А.. Правовые вопросы принудительного изъятия иностранной собственности и иностранных инвестиций в современном международном праве // Право и политика. – 2014. – № 4. – С. 104-107. DOI: 10.7256/1811-9018.2014.4.11507
30.
Костенко Н.И.. Концепция становления международного уголовно-исполнительного (пенитенциарного) права // Право и политика. – 2014. – № 4. – С. 104-107. DOI: 10.7256/1811-9018.2014.4.11614
31.
Каламкарян Р.А. Включенность Российской Федерации в деятельность Международного Суда ООН в деле обеспечения международной законности и правопорядка // NB: Международное право. — 2013.-№ 2.-С.85-118. DOI: 10.7256/2306-9899.2013.2.691. URL: http://e-notabene.ru/wl/article_691.html
32.
Шинкарецкая Г.Г.. Международный уголовный суд: попытка оценки // Международное право и международные организации / International Law and International Organizations. – 2014. – № 1. – С. 104-107. DOI: 10.7256/2226-6305.2014.1.11593
33.
Кузьмина Ю.А. Некоторые особенности практики Европейского Суда в отношении Российской Федерации // NB: Международное право. — 2013.-№ 3.-С.68-87. DOI: 10.7256/2306-9899.2013.3.2424. URL: http://e-notabene.ru/wl/article_2424.html
34.
А.С. Смбатян. Органы международного правосудия: классификация в рамках общей системы // Право и политика. – 2013. – № 4. – С. 104-107. DOI: 10.7256/1811-9018.2013.04.12
35.
А.С. Смбатян. Первое решение Суда евразийского экономического сообщества – в копилку авторитета // Право и политика. – 2012. – № 12. – С. 104-107.
36.
А. С. Смбатян. Обычные нормы международного права и общие принципы как источник судебного правотворчества // Право и политика. – 2012. – № 4. – С. 104-107.
37.
А. С. Смбатян. Правотворчество международных уголовных трибуналов: опыт МУТБЮ // Право и политика. – 2012. – № 3. – С. 104-107.
38.
А. С. Смбатян. Нужно ли «спасать» систему международного судопроизводства от фрагментации? // Право и политика. – 2011. – № 9. – С. 104-107
39.
Мильчакова О.В.. Пределы вмешательства Европейского суда по правам человека в деятельность Конституционного суда Боснии и Герцеговины // Право и политика. – 2014. – № 2. – С. 104-107. DOI: 10.7256/1811-9018.2014.2.10872
40.
О. О. Салагай. Исследование правовых позиций Европейского суда по правам человека в отношении защиты лиц, страдающих психическими расстройствами // Право и политика. – 2012. – № 4. – С. 104-107.
41.
Любченко М.Я.. К вопросу о значении постановлений Европейского Суда по правам человека // Право и политика. – 2013. – № 8. – С. 104-107. DOI: 10.7256/1811-9018.2013.8.75
References (transliterated)
1.
F. Sudre, Droit européen et international des droits de l’homme, PUF; 6ème éd., 2003.
2.
Communication No. 8/1977. HRC Selected Decisions. P. 48
3.
Communication No. 70/1980. HRC Selected Decisions. R. 131.
4.
Communication No. 29/1978. HRC Selected Decisions. R. 11-12
5.
Greece v. UK, Application 299/57 // 2 YBECHR (1958-1959). R. 194-196;
6.
Montero v. Uruguay, Communication No. 106/81, Doc. A/38/40. R. 186, § 6.1
7.
American Convention on Human Rights, 1969.
8.
Mezhamerikanskaya komissiya po pravam cheloveka byla organom Organizatsii Amerikanskikh gosudarstv, kotoraya byla pervym zvenom mekhanizma rassmotreniya zhalob o narushenii Konventsii o pravakh cheloveka; ona ustanavlivala priemlemost' iska. Sm.: Statute of the OAS Inter-American Commission of Human Rights.
9.
OAS docs. OAE/Ser.L/V/II. 1-29, . OAE/Ser.L/V/II. Doc.21, . OAE/Ser.L/V/II., doc.41-Rev.2
10.
X v. Federal Republic of Germany, Application 181/56 // HUDOC Database; Communication No. 19/1977. HRC Selected Decisions. R. 23
11.
Communication No. 397/1990, §5.4
12.
Advisory Opinion OC-11/90, 10 August 1990 //Annual Report of the Inter-American Court of Human Rights (1990).
13.
Resolution No. 1a/88, Case 9755 // Annual Report Inter-American Commission of HumanRights. 1987-1988. P. 137
14.
Gilboa v. Uruguay, Doc. A/41/40 // Decisions and Views of the Human Rights Committee rendered pursuant to the Optional Protocol to the International Covenant on Civil and Political Rights.
15.
Becker v. Denmark, Application No. 7011/75 // http://www.unhcr.org/refworld/country,,COECOMMHR,,DNK,,3ae6b7058,0.html
16.
Retimag v. Federal Republic of Germany, Application 712/60 // 4 YBECHR. P. 400.
17.
X v.Federal Republic of Germany, Application 8961/80 //24 YBECHR. P. 74
18.
Application no. 5095/71; 5920/72; 5926/72 // HUDOC database.
19.
Communication No. 28/1978.
20.
Resolution No. 16/84, Case No. 7951 // Annual Report Inter-American Commission of Human Rights. 1984-1985. R. 103
21.
Application 222/56 // 2 YBECHR. 1958—9. R. 350
22.
Application 788/60 //4 YBECHR. R. 146
23.
Denmark, Norway, Sweden and the Netherlands v. Greece, Applications 3321-3/67 and 3344/67.
24.
Greece v. UK, Application 176/56 // 2 YBECHR. 1958—9. R. 182.
25.
Stogmüller v. Austria, Application 1602/62 // HUDOC database
26.
Neumeister v. Austria, Application 1936/63 // HUDOC database
27.
Inhabitants of Alsemberg and of Beersel v. Belgium, Application 1474/62 // HUDOC database Kalamkaryan R.A. Rol' Mezhdunarodnogo Suda OON v dele podderzhaniya mezhdunarodnogo pravoporyadka // NB: Mezhdunarodnoe pravo. — 2013.-№ 1.-S.184-214. DOI: 10.7256/2306-9899.2013.1.690. URL: http://e-notabene.ru/wl/article_690.html
28.
A. R. Sultanov. Esse o sudebnykh protsessakh ogranicheniya svobody vyrazheniya mnenii i svobody sovesti, urokakh istorii i evropeiskikh standartakh. // Politika i Obshchestvo. – 2010. – № 10.
29.
Danel'yan A.A.. Pravovye voprosy prinuditel'nogo iz''yatiya inostrannoi sobstvennosti i inostrannykh investitsii v sovremennom mezhdunarodnom prave // Pravo i politika. – 2014. – № 4. – S. 104-107. DOI: 10.7256/1811-9018.2014.4.11507
30.
Kostenko N.I.. Kontseptsiya stanovleniya mezhdunarodnogo ugolovno-ispolnitel'nogo (penitentsiarnogo) prava // Pravo i politika. – 2014. – № 4. – S. 104-107. DOI: 10.7256/1811-9018.2014.4.11614
31.
Kalamkaryan R.A. Vklyuchennost' Rossiiskoi Federatsii v deyatel'nost' Mezhdunarodnogo Suda OON v dele obespecheniya mezhdunarodnoi zakonnosti i pravoporyadka // NB: Mezhdunarodnoe pravo. — 2013.-№ 2.-S.85-118. DOI: 10.7256/2306-9899.2013.2.691. URL: http://e-notabene.ru/wl/article_691.html
32.
Shinkaretskaya G.G.. Mezhdunarodnyi ugolovnyi sud: popytka otsenki // Mezhdunarodnoe pravo i mezhdunarodnye organizatsii / International Law and International Organizations. – 2014. – № 1. – S. 104-107. DOI: 10.7256/2226-6305.2014.1.11593
33.
Kuz'mina Yu.A. Nekotorye osobennosti praktiki Evropeiskogo Suda v otnoshenii Rossiiskoi Federatsii // NB: Mezhdunarodnoe pravo. — 2013.-№ 3.-S.68-87. DOI: 10.7256/2306-9899.2013.3.2424. URL: http://e-notabene.ru/wl/article_2424.html
34.
A.S. Smbatyan. Organy mezhdunarodnogo pravosudiya: klassifikatsiya v ramkakh obshchei sistemy // Pravo i politika. – 2013. – № 4. – S. 104-107. DOI: 10.7256/1811-9018.2013.04.12
35.
A.S. Smbatyan. Pervoe reshenie Suda evraziiskogo ekonomicheskogo soobshchestva – v kopilku avtoriteta // Pravo i politika. – 2012. – № 12. – S. 104-107.
36.
A. S. Smbatyan. Obychnye normy mezhdunarodnogo prava i obshchie printsipy kak istochnik sudebnogo pravotvorchestva // Pravo i politika. – 2012. – № 4. – S. 104-107.
37.
A. S. Smbatyan. Pravotvorchestvo mezhdunarodnykh ugolovnykh tribunalov: opyt MUTBYu // Pravo i politika. – 2012. – № 3. – S. 104-107.
38.
A. S. Smbatyan. Nuzhno li «spasat'» sistemu mezhdunarodnogo sudoproizvodstva ot fragmentatsii? // Pravo i politika. – 2011. – № 9. – S. 104-107
39.
Mil'chakova O.V.. Predely vmeshatel'stva Evropeiskogo suda po pravam cheloveka v deyatel'nost' Konstitutsionnogo suda Bosnii i Gertsegoviny // Pravo i politika. – 2014. – № 2. – S. 104-107. DOI: 10.7256/1811-9018.2014.2.10872
40.
O. O. Salagai. Issledovanie pravovykh pozitsii Evropeiskogo suda po pravam cheloveka v otnoshenii zashchity lits, stradayushchikh psikhicheskimi rasstroistvami // Pravo i politika. – 2012. – № 4. – S. 104-107.
41.
Lyubchenko M.Ya.. K voprosu o znachenii postanovlenii Evropeiskogo Suda po pravam cheloveka // Pravo i politika. – 2013. – № 8. – S. 104-107. DOI: 10.7256/1811-9018.2013.8.75
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"