Статья 'Трансграничное усыновление: lex adoptio и множественность коллизионных привязок' - журнал 'Международное право' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Международное право
Правильная ссылка на статью:

Трансграничное усыновление: lex adoptio и множественность коллизионных привязок

Тринченко Ксения Олеговна

начальник отдела, Министерство науки и высшего образования Российской Федерации

125009, Россия, г. Москва, ул. Тверская, 11

Trinchenko Kseniya Olegovna

Head of the department, Ministry of Science and Higher Education of the Russian Federation

125009, Russia, g. Moscow, ul. Tverskaya, 11

Trinchenkoko@minobrnauki.gov.ru

DOI:

10.25136/2644-5514.2021.1.35159

Дата направления статьи в редакцию:

28-02-2021


Дата публикации:

07-03-2021


Аннотация: В статье проведен анализ материального и коллизионного права некоторых зарубежных государств (Австрия, Венесуэла, Германия, Доминикана, Исландия, Испания, Канада (Квебек), Норвегия, Польша, Португалия, Швейцария и др.), а также двусторонних договоров о правовой помощи, судебной практики ЕСПЧ, который продемонстрировал присутствие проникновения общих принципов права, а также принципа защиты слабой стороны правоотношения, принципа соблюдения наилучших интересов ребенка, установленных универсальными многосторонними международными договорами: Конвенция о правах человека 1950 г., Конвенция о правах ребенка 1989 г., Конвенцией о сотрудничестве в области трансграничного усыновления 1993 г.   Автором исследованы современные проблемы коллизионного права в части проявления конфликта юрисдикций, множественности коллизионных привязок при регулировании комплекса частноправовых отношений, связанных с трансграничным усыновлением. В качестве результата проведенного исследования следует отметить формулирование особого статута усыновления (lex adoptio), исследование его правовой природы и определение сферы его действия. При рассмотрении процедуры установления трансграничного усыновления выявлена проблема расщепления статута (франц. depeçage). Автором выработана классификация комбинаций сочетания множественности коллизионных привязок, установленных в законодательстве зарубежных государств, а также многостороннем международном договоре - Конвенция между странами Америки о коллизии законов в области усыновления несовершеннолетних 1984 г.


Ключевые слова: трансграничное усыновление, коллизионное право, статут усыновления, международная подсудность, личный закон, правовой статус ребенка, признание решения суда, наиболее благоприятное право, наилучшие интересы ребенка, конфликт юрисдикций

Abstract: This article analyzes the substantive law and conflict of laws law of such countries as Austria, Venezuela, Germany, Dominican Republic, Iceland, Spain, Canada (Quebec), Norway, Poland, Portugal, Switzerland, as well as bilateral agreements on legal aid, case law of the European Court of Human Rights, which demonstrates the presence general principles of law, as well as the principle of protecting the weaker party to the legal relationship, the principle of observance of best interests of a child established by the universal multilateral international agreements: Convention on Human Rights of 1950, Convention on the Rights of the Child of 1989, Hague Convention on Protection of Children and Co-operation in Respect of Intercountry Adoption. The author examines the relevant issues of the conflict of laws regarding the manifestation of the conflict of jurisdictions, plurality of connecting factors in regulation of a set of private law relations associated with international adoption. The result of the conducted research consists in formulation of a special statute of adoption (lex adoptio), analysis of its legal nature and scope. In the context of examination of the procedure for establishing international adoption, the author identifies the problem of dépeçage (different issues within a single case are governed by the laws of different jurisdictions). A classification is provided to the combinations of plurality of connecting factors established by the legislation of foreign countries, as well as multilateral international agreement – the Inter-American Convention on Conflict of Laws Concerning the Adoption of Minors of 1984).



Keywords:

lex benignitatis, recognition of judgment, legal status of a child, lex personalis, international jurisdiction, adoption statute, conflict of law rulles, international adoption, the best interests of a child, conflict of jurisdictions

При рассмотрении дела о трансграничном усыновлении, прежде всего возникает вопрос об определении компетентной юрисдикции национального суда. Разнообразие подходов государств приводит к одному из самых важных вопросов в международном гражданском процессе – конфликту юрисдикций, который представляет собой наличие или отсутствие в разных государствах полномочий рассматривать в национальном суде дела по одному и тому же предмету, по тем же основаниям и между теми же лицами. При конфликте юрисдикций выбор осуществляется не между законами, а между правопорядками в целом, вследствие чего избрание правопорядка и соответственно органа в этом правопорядке повлечет за собой обращение к процессуальному праву данного государства [1, с. 98].

В международных договорах в большинстве случаев международная компетентность суда предопределена гражданством усыновителя (forum patriаe) или местом его постоянного места жительства (forum domicilii) (Минская конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г., Луганская конвенция о юрисдикции, признании и исполнении судебных решений по гражданским и коммерческим делам 2007 г., в большинстве договоров о правовой помощи, в которых участвует Россия ‑ с Азербайджаном, Эстонией, Ираном, Кыргызстаном, Молдовой, Литвой, Румынией и др.)). Реже юрисдикция определяется в соответствии с личным законом усыновляемого (Договор между Россией и Италией о сотрудничестве в области усыновления (удочерения) детей 2008 г.).

Вместе с тем, полагаем, чтобы защитить ребенка, как слабую сторону данных правоотношений, необходимо учитывать закон места постоянного проживания ребенка. Данная привязка учтена Гаагской конвенцией о защите детей и сотрудничестве в области трансграничного усыновления 1993 г., Конвенцией о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей 1980 г. и Гаагской конвенцией о юрисдикции, применимом праве, признании 1996 г.

После принятия решения о надлежащей подсудности суд определяет применимое право к данным правоотношением. По нашему мнению, можно говорить о необходимости формулирования особого статута трансграничного усыновления (lex adoptio ), т.е. правопорядка, связанного с правоотношением с учетом его особых целей и назначения, который регулирует отношения по существу. Lex adoptio представляет собой правопорядок, определяемый на основе норм международного частного права, применимый к регулированию трансграничного усыновления как комплекса отношений.

Анализ законодательства государств позволяет сделать вывод, что круг вопросов, который регулируется нормами lex adoptio , не является исчерпывающим и дифференцирован каждым отдельным правопорядком. Традиционно учтены такие вопросы, как: условия трансграничного усыновления; требования, предъявляемые к потенциальным усыновителям; требования, предъявляемые к усыновляемому; необходимость и порядок получения согласия на усыновление всех заинтересованных лиц; сохранение или прекращение правовой связи между биологическими родителями и усыновляемым ребенком; правовые последствия трансграничного усыновления и пр.

Вместе с тем, прослеживается единообразие подходов государств к следующему механизму регулирования: правоотношение в целом подчиняется одному правопорядку, а его отдельных вопросы ‑ другому, что порождает возникновение расщепления (франц. depe ç age ) lex adoptio .

Таким образом, при трансграничном усыновлении фактически применяется право нескольких государств, в части, например, соответствия требуемым критериям, предъявляемым к усыновителю и усыновляемому и дачи согласия всех заинтересованных лиц. Более того, depe ç age проявляется даже если в качестве генеральной привязки действует односторонняя коллизионная норма, субсидиарно всегда предъявляется требование о соответствии критериям, предъявляемым личным законом усыновителей и (или) усыновляемого.

В системе коллизионно-правового регулирования трансграничного усыновления центральное место занимает коллизионный принцип – личный закон физического лица (lex personalis) , определяющий правовой статус физического лица [2, 3]. Понятие правового статуса физического лица включает в себя его гражданскую правоспособность и дееспособность, объем личных прав (право на имя, его использование и защиту), сферу брачно-семейных (опека, попечительство, усыновление), наследственных (способность лица к составлению завещания, наследование) и других правоотношений [4]. Lex personalis применяется в двух формах: закон гражданства (lex nationalis) , то есть закон государства, чьим гражданином лицо является; закон местожительства (lex domicilii) , то есть закон государства, на территории которого лицо имеет постоянное место проживания.

Прежде чем перейти к анализу некоторых государств, особое внимание заслуживает распространившийся принцип соблюдения наилучших интересов ребенка. Полагаем, что имеет место быть развитие данного принципа в национальном праве государств‑участников универсальных международных многосторонних договоров.

При рассмотрении национального законодательства, а также российской и зарубежной судебной практики выявлена общая тенденция проникновения принципов международного публичного права в частноправовые отношения, связанные с трансграничным усыновлением. Принцип уважения частной и семейной жизни, гарантированный ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. [см. дела Европейского суда по правам человека по нарушению статьи 8: Решение ЕСПЧ «Харрудж против Франции» (Harroudj v. France) , 4 октября 2012 г.№ 43631/09, Решение ЕСПЧ «B. B. и F. B. против Германии» (жалоба № 18734/09 и 9424/11 от 14.03.2013), Решение ЕСПЧ «Гёзюм против Турции» (Gözüm v. Turkey) (жалоба № 4789/10 от 20.01.2015) и др.] и принцип соблюдения наилучших интересов ребенка при трансграничном усыновлении, гарантированный ст. 21 и 24 Конвенции о правах ребенка 1989 г. и ст. 4 Конвенции о защите детей и сотрудничестве в области трансграничного усыновления 1993 г., являются составной частью общих принципов права. Принцип соблюдения наилучших интересов ребенка был интегрирован и развит государствами в своих национальных правопорядках. Он оказывает влияние и на выбор соответствующей надлежащей юрисдикции, и на выбор применимого права, на отказ в установлении усыновления или преобразования одной формы усыновления в другую, на принятие решения о признании иностранного решения суда о трансграничном усыновлении и др.

Приведем примеры комбинаций коллизионных привязок в законодательстве ряда государств, а также проявления принципа соблюдения наилучших интересов ребенка.

I. Личный закон усыновителя ( lex nationalis / lex domicilii ) в качестве генеральном привязки: обусловлен следованием усыновляемого за усыновителями в принимающее государство.

1. В Германии на основании ст. 22 Вводного закона к Германскому гражданскому уложению 1896 г. [5] усыновление подчиняется праву государства гражданства усыновителя. Усыновление супругами подчиняется праву, являющемуся определяющим в отношении общих последствий брака (ст. 14), представляющие собой субсидиарные привязки, формирующие «лестницу Кегеля. Если и усыновляемый, и усыновители – граждане одного государства, дело будет разрешаться по их совместному личному закону. В соответствии со ст. 23 указанного документа требования к согласию законного представителя, разрешения компетентного государственного органа, а также согласия ребенка подчиняются закону гражданства ребенка. Субсидиарно, если это соответствует наилучшим интересам ребенка, данные отношения регулируются односторонней коллизионной нормой – немецким правом.

2. В ст. 370-3 ГК Франции [6] для регулирования отношений, связанных с трансграничным усыновлением, в качестве генеральной привязки также определен личный закон усыновителя. В случае усыновления обоими супругами применимо право, являющееся определяющим в отношении общих последствий брака. Трансграничное усыновление не допускается, если такая форма устройства ребенка запрещена правом обоих супругов. Усыновление несовершеннолетнего иностранца не допускается, если его личный закон запрещает институт усыновления, если только несовершеннолетний не родился и не проживает преимущественно во Франции, что также, на наш взгляд, является свидетельство влияния принципа соблюдения наилучших интересов ребенка.

3. Коллизионные привязки скомпелированы также по указанной конструкции (трансграничное усыновление регулируется личным законом усыновителя, а согласия всех заинтересованных лиц – личным законом усыновляемого) в Республики Корея (статьи 43-44 Закона Республики Корея о коллизиях законов [7]), в Австрии (§ 26 Закона Австрии о международном частном праве 1978 г.[8, с. 158]), Португалии (п. 1 ст. 31, ст. 60 Гражданского кодекса Португалии 1966 г. [9]) , Польше (ст. 57 Закона о международном частном праве Польши от 2011 г. [10]), Эстонии (ст. 63 Закона о Международном частном праве Эстонии 2002 г. [11]) и др.

II . Личный закон усыновляемого в качестве генеральном привязки: использование данного коллизионного принципа обусловлено намерением защитить слабую сторону правоотношений – усыновляемого.

1. В Испании принят специальный закон, регулирующий отношения, связанные с трансграничным усыновлением, Закон о трансграничном усыновлении № 54/2007 [12]. Глава 2 указанного закона подробно определяет сферу действия статута усыновления. В частности, если усыновляемый постоянно проживает или будет постоянно проживать на территории Испании, суд, рассматривая дело о трансграничном усыновлении, будет руководствоваться законом Испании, равно как и в отношении способности быть усыновленным, и получении согласий на усыновление. В случаях, когда усыновляемый – иностранец постоянно не проживает в Испании и не планирует переезд в Испанию для постоянного проживания, будет применяться закон государства, в которое он переезжает после усыновления для постоянного проживания: если такое государство установить невозможно, то применяется право места постоянного проживания усыновленного. В отношении ребенка-иностранца, постоянно проживающего в Испании, но не приобретающего гражданства Испании после установления усыновления, суд будет применять закон гражданства ребенка. Одновременно субсидиарно суд может применять как закон гражданства усыновителя/усыновляемого, так и закон места постоянного проживания усыновителя/усыновляемого, если это отвечает наилучшим интересам ребенка.

2. В соответствии со ст. 1.34 Гражданского кодекса Литвы 2000 г. [13] отношения, связанные с трансграничным усыновлением, регулируются законом места постоянного проживания усыновляемого. Субсидиарно может применяться закон места постоянного проживания или альтернативно гражданства усыновителей, если при рассмотрении дела о трансграничном усыновлении станет очевидно, что усыновление не будет признано в государстве – месте постоянного проживания усыновителя или в государстве гражданства усыновителя. Последствия усыновления регулируются законом места постоянного проживания усыновителя.

3. В соответствии со ст. 3092 Гражданского кодекса Квебека (Канада) 1991 г. (в ред. 2016 г.) [14] законом места проживания ребенка определяются способность быть усыновляемым и требования к согласиям всех заинтересованных лиц. Последствия усыновления регулируются законом места постоянного проживания усыновителя.

III . Принцип применения судом, рассматривающим дело, своего материального права ( lex fori in foro proprio ) в качестве генеральной привязки [15, с. 179]:

1. В ст. 77 Федерального закона Швейцарии о международном частном праве № 291 от 18.12.1987 г. [16] трансграничное усыновление, устанавливаемое в Швейцарии, регулируется швейцарским правом. Необходимые требования, предъявляемые к усыновителям и усыновляемым, должны также соответствовать швейцарскому праву. Субсидиарно, если при рассмотрении дела о трансграничном усыновлении выясняется, что в государстве места жительства или гражданства усыновителя или супругов – усыновителей может быть отказано в признании решения об усыновлении и это может нанести ущерб интересам ребенка, суд принимает во внимание условия, предусмотренные правом соответствующего государства. К иску об отмене усыновления, осуществленного в Швейцарии, применяется швейцарское право. Усыновление, осуществленное за границей, может быть отменено в Швейцарии лишь в том случае, если в швейцарском праве также имеется основание для его отмены. Отношения между ребенком и усыновителями регулируются правом места постоянного проживания ребенка (п. 1 ст. 82).

2. В соответствии со ст. 29, 36 и 37 Закона Исландии о трансграничном усыновлении № 130/1999 [17] трансграничное усыновление будет осуществляться по исландскому праву. Усыновителями же могут быть граждане Исландии, супруги граждан Исландии, а также лица, постоянно проживающие на территории Исландии, которые смогут обосновать суду причины подачи заявления об установлении усыновления в Исландии.

3. В Норвегии также устанавливаются особые правила регулирования трансграничного усыновления: в соответствии с секцией 17 главы 4 Закона Норвегии об усыновлении № 8 от 28.02.1986 г. [18] дела об усыновлении рассматриваются по норвежскому праву.

4. В соответствии со ст. 50 Закона о Международном частном праве Доминиканской Республики № 544-14 2014 г. [19] трансграничное усыновление, устанавливаемое в Доминиканской Республике, будет регулироваться доминиканским национальным законодательством. Дополнительно будут приниматься во внимание требования, необходимые для согласия и разрешений компетентных органов, установленные личным законом усыновителя или усыновленного соответственно, привязки к данной коллизионной норме представлены альтернативно: суд может руководствоваться как законом гражданства участников дела, так и законом места их постоянного жительства.

IV . Трансграничное усыновление регулируется кумулятивно личным законом усыновителя и личным законом усыновляемого:

Lex nationalis : 1. В соответствии со ст. 35 Закона Таиланда о конфликте законов 1938 г. [8, с. 552-559] при трансграничном усыновлении усыновитель и усыновляемый должны соответствовать закону гражданства обеих сторон правоотношения. Если суд рассматривает дело об усыновлении при участии иностранцев (усыновители и усыновляемый), имеющих одно гражданство, применяется закон их общего гражданства. Согласия всех заинтересованных лиц на трансграничное усыновление должны быть даны в соответствии с законом усыновляемого. Последствия усыновления определяются законом гражданства усыновителя.

2. В соответствии со ст. 1035 Кодекса Буркина-Фасо о лицах и семье 1989 г. [8, с. 186–199] трансграничное усыновление регулируется законами гражданства и усыновителя, и усыновляемого. Если супруги имеют разное гражданство, усыновление регулируется законом усыновляемого и законом, определяющим последствия брака. Последствия усыновления регулируются законом усыновителей, отмена и последствия отказа от усыновления – законом усыновляемого.

Lex domicilli : 1. В соответствии со ст. 25 Закона о Международном частном праве Венесуэлы 1998 г. [8, с. 250–261] трансграничное усыновление регулируется правом места проживания и усыновителей, и усыновляемого.

2. Согласно ст. 28 Закона Китайской Народной Республики о применении права к трансграничным гражданско-правовым отношениям 2010 г. [20] к условиям и форме усыновления применяется право постоянного места жительства усыновителя и усыновляемого. К последствиям усыновления применяется право постоянного места жительства усыновителя. К отмене усыновления применяется право постоянного места жительства в момент усыновления или закон суда (lex fori).

V . Трансграничное усыновление регулируется кумулятивно принципом наиболее благоприятного права для усыновляемого ( lex benignitatis ) и личными законами сторон. L ex benignitatis один из самых новых и гибких коллизионных принципов, который позволяет принимать наиболее благоприятное право для статуса лица или действительности правоотношения [21, с. 254]. Г. Ю. Федосеева отмечает, что чаще всего данный принцип применяется в сфере брачно-семейных отношений [22, с. 113]. В таком случае решение о выборе применимого права остается на усмотрение суда и, по мнению А. В. Асоскова, должно быть принято «на основе метода функционального сравнения, когда отбор подлежащих сопоставлению правовых норм основан не на квалификации соответствующей нормы как относящейся к тому или иному институту, а на исследовании функции, которую выполняет та или иная норма в определенном правопорядке» [23, с. 142].

В соответствии со ст. 50 Кодекса Международного частного права Республики Панамы 2014 г. [24] панамскому суду предписано руководствоваться принципом наилучшего интереса ребенка как критерием для поиска применимого закона или установления международной подсудности при защите прав несовершеннолетнего. По форме и условиям усыновление должно соответствовать закону места проживания усыновляемого, для всех целей панамский закон признает полноправное усыновление (ст. 48), формальные и существенные требования должны соответствовать и личному закону усыновляемого, и личному закону усыновителей (ст. 49).

VI . Трансграничное усыновление регулируется дистрибутивно личным законом усыновителя и личным законом усыновляемого.

Lex nationalis : 1. Согласно ст. 824 Закона Конго о Семейном кодексе № 073/84 от 1984 г. [25] трансграничное усыновление регулируется законом гражданства усыновляемого и усыновителя соответственно. Аналогично данный вопрос решен в Сенегале (ст. 844 Семейного кодекса Сенегала 1972 г. [26]), Турции (ч. 3 ст. 18 Закона Турции о международном частном праве № 5718 2007 г. [27]) и др. Lex domicilli : в Перу трансграничное усыновление регулируется законом места проживания усыновляемого и усыновителя соответственно (ст. 2087 Гражданского Кодекса Перу [28]).

Интересным примером унифицированного коллизионного регулирования является Конвенция между странами Америки о коллизии законов в области усыновления несовершеннолетних 1984 г. [29]. В качестве главного принципа, в соответствии с которым действует данный документ выделяется также принцип соблюдения наилучших интересов ребенка. Для данного документа характерно подробное определение сферы действия статута усыновления, в частности, в соответствии с lex domicilii усыновляемого будут регулироваться: правоспособность быть усыновленным, форма и круг лиц, которые должны дать согласие на трансграничное усыновление; иные требования, необходимые для создания правовой связи между усыновителями и ребенком (ст. 3). Lex domicilii усыновителя регулирует: правоспособность быть усыновителем; возраст и семейное положение усыновителей, согласие супругов на усыновление и иные требования, которые должны быть учтены потенциальными усыновителями (ст. 4). Вместе с тем, в случае если требования для усыновителя по lex domicilii менее строгие, чем предъявляемые lex domicilii ребенка, будет применяться lex domicilii ребенка (ст. 4). При полноправном усыновлении отношения между усыновителем и усыновленным будут регулироваться тем же законом, каким регулируются отношения между усыновителем и его родной семьей (ст. 9). При упрощенном усыновлении отношения между усыновителем и усыновленным регулируются по закону места постоянного проживания усыновителя (ст. 10). Отмена усыновления регулируется законом установления усыновления (ст. 14). Необходимо отметить положения ст. 20, в соответствии с котором указанная Конвенция может применяться, даже если усыновитель и усыновляемый проживают в одном государстве, что на момент вынесения решения об усыновлении может подразумевать и отсутствие иностранного элемента в этих отношениях, но имеют намерения в будущем переехать в другое государство-участник Конвенции, полагаем здесь можно говорить о присутствии принципа места исполнения судебного решения об усыновлении (lex loci exequatur ) .

Таким образом, можно сделать вывод о том, что особая природа отношений, складывающихся в результате трансграничного усыновления, предопределяет невозможность их локализации в рамках исключительно одного правопорядка, что приводит к расщеплению lex adoptio посредством закрепления множественных коллизионных привязок. В зависимости от характера связи множественных коллизионных привязок, определяющих статут трансграничного усыновления, выделяются генеральные и субсидиарные привязки, кумулятивные и дистрибутивные привязки. Взаимосвязь частных и публичных субъектов в данных отношениях влечет за собой взаимопроникновение частных и публичных принципов, в том числе принципа соблюдения наилучших интересов ребенка, поскольку в законодательствах государств учитываются как аспекты, необходимые как для защиты ребенка в правопорядке его личного закона (правомерность разрыва связи с биологическими родителями, соответствие критериям «пригодности» на трансграничное усыновление и т.д.), так и соответствие процедуры трансграничного усыновления правопорядку личного закона усыновителей, в целях обеспечения дальнейшего признания решения суда об усыновлении.

Библиография
1.
Ануфриева Л. П. Международное частное право: В 3-х т. Том 1 Общая часть: Учебник. — М.: Издательство БЕК, 2002. – 288 с.
2.
Ерпылева Н. Ю. Статус физических лиц как субъектов международного семейного права // Законодательство и экономика. – 2010. – № 4. – С. 55–66.
3.
Летова Н.В. Семейный статус ребенка: проблемы теории и практики: монография. М.: Проспект, 2018. – 144 с.
4.
Базаев Г. Б. Личный закон физического лица в международном частном праве: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2008. – 175 с.
5.
Вводный закон к Германскому гражданскому уложению 1896 г. // URL: https://pravo.hse.ru/intprilaw/doc/040401 (дата обращения: 06.02.2021).
6.
Le Code civil de la République Française // URL: https://www.legifrance.gouv.fr/codes/texte_lc/LEGITEXT000006070721?etatTexte=VIGUEUR&etatTexte=VIGUEUR_DIFF (дата обращения: 06.02.2021).
7.
New Conflict of Laws Act of the Republic of Korea // URL: http://s-space.snu.ac.kr/bitstream/10371/85045/1/8.%20New%20Conflict%20of%20Laws%20Act%20of%20the%20Republic%20of%20Korea.pdf (дата обращения: 06.02.2021).
8.
Международное частное право: Иностранное законодательство = Private international law: A collection of foreign statutes / Исследовательский центр частного права; Юридический факультет университета Мак-Гилл; Институт сравнительного правоведения; Канадское агентство международного развития; Сост. А.Н. Жильцов, А.И. Муранов; Авт. предисл. А.Л. Маковский. – М.: Статут, 2001. – 892 с.
9.
Novo código de processo civil Português Lei n.º 41/2013, de 26 de Junho (versão actualizada) // URL: https://www.stj.pt/wp-content/uploads/2018/01/portugalcpcivilnovo-1.pdf (дата обращения: 06.02.2021).
10.
Private International Law of Poland 04.02.2011 // URL: http://pil.mateuszpilich.edh.pl/New_Polish_PIL.pdf (дата обращения: 06.02.2021).
11.
Private International Law Act of Estonia, 2002 // URL: https://www.riigiteataja.ee/en/eli/513112013009/consolide (дата обращения: 06.02.2021).
12.
España: Ley 54/2007, de 28 de diciembre, de Adopción internacional // URL: http://noticias.juridicas.com/base_datos/Privado/l54-2007.html (дата обращения: 06.02.2021).
13.
Civil Code of the Republic of Lithuania, 2000 // URL: https://e-seimas.lrs.lt/portal/legalAct/lt/TAD/TAIS.245495 (дата обращения: 06.02.2021).
14.
Civil Code of Québec, 1991 // URL: http://legisquebec.gouv.qc.ca/en/showdoc/cs/CCQ-1991 (дата обращения: 06.02.2021).
15.
Современное международное частное право в России и Евросоюзе: кн. 1 монография / М. М. Богуславский, А. Г. Лисицын-Светланов. Институт государства и права РАН. М.: Норма, 2013. – 655 с.
16.
La Confédération Suisse: Loi fédérale sur le droit international privé № 291 18.12.1987 // URL: https://www.fedlex.admin.ch/eli/cc/1988/1776_1776_1776/fr (дата обращения: 06.02.2021).
17.
Adoption Act № 130/1999 of Iceland // URL: https://www.government.is/publications/legislation/lex/2017/12/13/Adoption-Act-No.-130-1999/ (дата обращения: 06.02.2021).
18.
Act of 28 February 1986 № 8 related to Adoption – Norway // URL: http://unstats.un.org/unsd/vitalstatkb/KnowledgebaseArticle50630.aspx (дата обращения: 06.02.2021).
19.
Ley № 544-14 Derecho Internacional Privado de la Republica Dominicana, 2014 // URL: https://www.docsity.com/es/ley-544-14-derecho-internacional-privado-de-la-republica-dominicana/5704069/ (дата обращения: 06.02.2021).
20.
Law of the People's Republic of China on the Laws Applicable to Foreign-related Civil Relations, 2010 // URL: http://www.wipo.int/wipolex/en/details.jsp?id=8423 (дата обращения: 06.02.2021).
21.
Ходыкин Р. М. Принцип защиты прав и свобод человека и его влияние на содержание коллизионных норм // Актуальные проблемы международного частного права: сб. ст. / под ред. С. Н. Лебедева. М., 2006. – C. 253–259.
22.
Федосеева Г. Ю. Брачно-семейные отношения как объект международного частного права Российской Федерации: дис. … д-ра юрид. наук. М., 2007. – 392 с.
23.
Асосков А. В. Основы коллизионного права. – М.: М-Логос, 2017. – 352 с.
24.
Кодекс Международного частного права Республики Панамы, 2014 // URL: https://pravo.hse.ru/data/2016/04/19/1130268394/%D0%9A%D0%BE%D0%B4%D0%B5% D0%BA%D1%81%20%D0%9C%D0%A7%D0%9F%20%D0%9F%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BC%D1%8B%208.05.2014.pdf (дата обращения: 06.02.2021).
25.
La Loi Congolaise №°073/84 du 17/10/1984 Portant Code de la Famille № 073/84 1984 // URL: https://data.unicef.org/wp-content/uploads/2017/12/COG-38825.pdf (дата обращения: 06.02.2021).
26.
Code de la Famille Sénégalais, 1972 // URL: http://www.armeedeterre.gouv.sn/sites/default/files/CODE_FAMILLE.pdf (дата обращения: 06.02.2021).
27.
The Turkish International Private and Procedural Law (Act No. 5718) 2007 // URL: http://jafbase.fr/docAsie/Turquie/Private%20international%20law%20Turkey.pdf (дата обращения: 06.02.2021).
28.
Гражданский Кодекс Перу // URL: http://constitutions.ru/?p=1627&page=2 (дата обращения: 06.02.2021).
29.
Inter-American Convention on Conflict of Laws Concerning the Adoption of Minors 1984 // URL: http://www.oas.org/juridico/English/treaties/b-48.html (дата обращения: 06.02.2021).
References (transliterated)
1.
Anufrieva L. P. Mezhdunarodnoe chastnoe pravo: V 3-kh t. Tom 1 Obshchaya chast': Uchebnik. — M.: Izdatel'stvo BEK, 2002. – 288 s.
2.
Erpyleva N. Yu. Status fizicheskikh lits kak sub''ektov mezhdunarodnogo semeinogo prava // Zakonodatel'stvo i ekonomika. – 2010. – № 4. – S. 55–66.
3.
Letova N.V. Semeinyi status rebenka: problemy teorii i praktiki: monografiya. M.: Prospekt, 2018. – 144 s.
4.
Bazaev G. B. Lichnyi zakon fizicheskogo litsa v mezhdunarodnom chastnom prave: dis. ... kand. yurid. nauk. M., 2008. – 175 s.
5.
Vvodnyi zakon k Germanskomu grazhdanskomu ulozheniyu 1896 g. // URL: https://pravo.hse.ru/intprilaw/doc/040401 (data obrashcheniya: 06.02.2021).
6.
Le Code civil de la République Française // URL: https://www.legifrance.gouv.fr/codes/texte_lc/LEGITEXT000006070721?etatTexte=VIGUEUR&etatTexte=VIGUEUR_DIFF (data obrashcheniya: 06.02.2021).
7.
New Conflict of Laws Act of the Republic of Korea // URL: http://s-space.snu.ac.kr/bitstream/10371/85045/1/8.%20New%20Conflict%20of%20Laws%20Act%20of%20the%20Republic%20of%20Korea.pdf (data obrashcheniya: 06.02.2021).
8.
Mezhdunarodnoe chastnoe pravo: Inostrannoe zakonodatel'stvo = Private international law: A collection of foreign statutes / Issledovatel'skii tsentr chastnogo prava; Yuridicheskii fakul'tet universiteta Mak-Gill; Institut sravnitel'nogo pravovedeniya; Kanadskoe agentstvo mezhdunarodnogo razvitiya; Sost. A.N. Zhil'tsov, A.I. Muranov; Avt. predisl. A.L. Makovskii. – M.: Statut, 2001. – 892 s.
9.
Novo código de processo civil Português Lei n.º 41/2013, de 26 de Junho (versão actualizada) // URL: https://www.stj.pt/wp-content/uploads/2018/01/portugalcpcivilnovo-1.pdf (data obrashcheniya: 06.02.2021).
10.
Private International Law of Poland 04.02.2011 // URL: http://pil.mateuszpilich.edh.pl/New_Polish_PIL.pdf (data obrashcheniya: 06.02.2021).
11.
Private International Law Act of Estonia, 2002 // URL: https://www.riigiteataja.ee/en/eli/513112013009/consolide (data obrashcheniya: 06.02.2021).
12.
España: Ley 54/2007, de 28 de diciembre, de Adopción internacional // URL: http://noticias.juridicas.com/base_datos/Privado/l54-2007.html (data obrashcheniya: 06.02.2021).
13.
Civil Code of the Republic of Lithuania, 2000 // URL: https://e-seimas.lrs.lt/portal/legalAct/lt/TAD/TAIS.245495 (data obrashcheniya: 06.02.2021).
14.
Civil Code of Québec, 1991 // URL: http://legisquebec.gouv.qc.ca/en/showdoc/cs/CCQ-1991 (data obrashcheniya: 06.02.2021).
15.
Sovremennoe mezhdunarodnoe chastnoe pravo v Rossii i Evrosoyuze: kn. 1 monografiya / M. M. Boguslavskii, A. G. Lisitsyn-Svetlanov. Institut gosudarstva i prava RAN. M.: Norma, 2013. – 655 s.
16.
La Confédération Suisse: Loi fédérale sur le droit international privé № 291 18.12.1987 // URL: https://www.fedlex.admin.ch/eli/cc/1988/1776_1776_1776/fr (data obrashcheniya: 06.02.2021).
17.
Adoption Act № 130/1999 of Iceland // URL: https://www.government.is/publications/legislation/lex/2017/12/13/Adoption-Act-No.-130-1999/ (data obrashcheniya: 06.02.2021).
18.
Act of 28 February 1986 № 8 related to Adoption – Norway // URL: http://unstats.un.org/unsd/vitalstatkb/KnowledgebaseArticle50630.aspx (data obrashcheniya: 06.02.2021).
19.
Ley № 544-14 Derecho Internacional Privado de la Republica Dominicana, 2014 // URL: https://www.docsity.com/es/ley-544-14-derecho-internacional-privado-de-la-republica-dominicana/5704069/ (data obrashcheniya: 06.02.2021).
20.
Law of the People's Republic of China on the Laws Applicable to Foreign-related Civil Relations, 2010 // URL: http://www.wipo.int/wipolex/en/details.jsp?id=8423 (data obrashcheniya: 06.02.2021).
21.
Khodykin R. M. Printsip zashchity prav i svobod cheloveka i ego vliyanie na soderzhanie kollizionnykh norm // Aktual'nye problemy mezhdunarodnogo chastnogo prava: sb. st. / pod red. S. N. Lebedeva. M., 2006. – C. 253–259.
22.
Fedoseeva G. Yu. Brachno-semeinye otnosheniya kak ob''ekt mezhdunarodnogo chastnogo prava Rossiiskoi Federatsii: dis. … d-ra yurid. nauk. M., 2007. – 392 s.
23.
Asoskov A. V. Osnovy kollizionnogo prava. – M.: M-Logos, 2017. – 352 s.
24.
Kodeks Mezhdunarodnogo chastnogo prava Respubliki Panamy, 2014 // URL: https://pravo.hse.ru/data/2016/04/19/1130268394/%D0%9A%D0%BE%D0%B4%D0%B5% D0%BA%D1%81%20%D0%9C%D0%A7%D0%9F%20%D0%9F%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BC%D1%8B%208.05.2014.pdf (data obrashcheniya: 06.02.2021).
25.
La Loi Congolaise №°073/84 du 17/10/1984 Portant Code de la Famille № 073/84 1984 // URL: https://data.unicef.org/wp-content/uploads/2017/12/COG-38825.pdf (data obrashcheniya: 06.02.2021).
26.
Code de la Famille Sénégalais, 1972 // URL: http://www.armeedeterre.gouv.sn/sites/default/files/CODE_FAMILLE.pdf (data obrashcheniya: 06.02.2021).
27.
The Turkish International Private and Procedural Law (Act No. 5718) 2007 // URL: http://jafbase.fr/docAsie/Turquie/Private%20international%20law%20Turkey.pdf (data obrashcheniya: 06.02.2021).
28.
Grazhdanskii Kodeks Peru // URL: http://constitutions.ru/?p=1627&page=2 (data obrashcheniya: 06.02.2021).
29.
Inter-American Convention on Conflict of Laws Concerning the Adoption of Minors 1984 // URL: http://www.oas.org/juridico/English/treaties/b-48.html (data obrashcheniya: 06.02.2021).

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

РЕЦЕНЗИЯ
на статью на тему «Трансграничное усыновление: lex adoptio и множественность коллизионных привязок».

Предмет исследования.
Предложенная на рецензирование статья посвящена актуальным вопросам трансграничного усыновления, проблемам действия международного частного права в связи с усыновлением лицами, имеющими различное с усыновляемым гражданство. Автором изучаются в качестве предмета исследования практика применения норм международного частного права в связи с делами об усыновлении, законодательство различных государств, международное право, позиции ученых по рассматриваемому вопросу.

Методология исследования.
Цель исследования прямо в статье не заявлена. При этом она может быть ясно понята из названия и содержания работы. Цель может быть обозначена в качестве рассмотрения и разрешения отдельных проблемных аспектов вопроса трансграничном усыновлении и действия различных коллизионных привязок, связанных с регулированием отношений по поводу усыновления лицами, имеющими различное с усыновляемым гражданство. Исходя из поставленных цели и задач, автором выбрана методологическая основа исследования.
В частности, автором используется совокупность общенаучных методов познания: анализ, синтез, аналогия, дедукция, индукция, другие. В частности, методы анализа и синтеза позволили обобщить и разделить выводы различных научных подходов к предложенной тематике, а также сделать конкретные выводы из материалов судебной практики.
Наибольшую роль сыграли специально-юридические методы. В частности, автором активно применялся формально-юридический метод, который позволил провести анализ и осуществить толкование норм действующего законодательства (прежде всего, положений международных актов, норм национального права). В частности, сделан следующий важный в контексте рецензируемой работы вывод: «чтобы защитить ребенка, как слабую сторону данных правоотношений, необходимо учитывать закон места постоянного проживания ребенка. Данная привязка учтена Гаагской конвенцией о защите детей и сотрудничестве в области трансграничного усыновления 1993 г., Конвенцией о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей 1980 г. и Гаагской конвенцией о юрисдикции, применимом праве, признании 1996 г».
Следует положительно оценить возможности эмпирического метода исследования, связанного с изучением материалов судебной практики. Например, следующий вывод автора: «Принцип уважения частной и семейной жизни, гарантированный ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. [см. дела Европейского суда по правам человека по нарушению статьи 8: Решение ЕСПЧ «Харрудж против Франции» (Harroudj v. France) , 4 октября 2012 г.№ 43631/09, Решение ЕСПЧ «B. B. и F. B. против Германии» (жалоба № 18734/09 и 9424/11 от 14.03.2013), Решение ЕСПЧ «Гёзюм против Турции» (Gözüm v. Turkey) (жалоба № 4789/10 от 20.01.2015) и др.] и принцип соблюдения наилучших интересов ребенка при трансграничном усыновлении, гарантированный ст. 21 и 24 Конвенции о правах ребенка 1989 г. и ст. 4 Конвенции о защите детей и сотрудничестве в области трансграничного усыновления 1993 г., являются составной частью общих принципов права. Принцип соблюдения наилучших интересов ребенка был интегрирован и развит государствами в своих национальных правопорядках».
Таким образом, в целом выбранная автором методология в полной мере адекватна цели исследования, позволяет изучить все аспекты темы в ее совокупности.

Актуальность.
Актуальность заявленной проблематики не вызывает сомнений. Имеется как теоретический, так и практический аспекты значимости предложенной темы. С точки зрения теории вопросы действия коллизионных привязок по поводу усыновления сложны и неоднозначны. Во многих странах действуют различные нормы международного частного права по данному вопросу. Также имеются разночтения в положениях международных договорах. Подобная ситуация не лучшим образом сказывается на возможностях социального характера, связанного с необходимостью обеспечения прав ребенка (это гарантируется в качестве общего принципа и международными актами, и положениями законодательства различных государств). С позиции практики важно предложить научно обоснованные рекомендации субъектам правотворческой деятельности, что позволит усовершенствовать нормы международного частного права по поводу усыновления. Причем это важно сделать, как на уровне международных договоров, так и на внутринациональном уровне.
Тем самым, научные изыскания в предложенной области стоит только поприветствовать.

Научная новизна.
Научная новизна предложенной статьи не вызывает сомнений. Во-первых, она выражается в конкретных выводах автора. Среди них, например, такой вывод:
«особая природа отношений, складывающихся в результате трансграничного усыновления, предопределяет невозможность их локализации в рамках исключительно одного правопорядка, что приводит к расщеплению lex adoptio посредством закрепления множественных коллизионных привязок. В зависимости от характера связи множественных коллизионных привязок, определяющих статут трансграничного усыновления, выделяются генеральные и субсидиарные привязки, кумулятивные и дистрибутивные привязки. Взаимосвязь частных и публичных субъектов в данных отношениях влечет за собой взаимопроникновение частных и публичных принципов, в том числе принципа соблюдения наилучших интересов ребенка, поскольку в законодательствах государств учитываются как аспекты, необходимые как для защиты ребенка в правопорядке его личного закона (правомерность разрыва связи с биологическими родителями, соответствие критериям «пригодности» на трансграничное усыновление и т.д.), так и соответствие процедуры трансграничного усыновления правопорядку личного закона усыновителей, в целях обеспечения дальнейшего признания решения суда об усыновлении».
Указанный и иные теоретические выводы могут быть использованы в дальнейших научных исследованиях.
Во-вторых, автором предложены идеи по поводу возможных направлений совершенствованию действующего законодательства. В частности,
«Анализ законодательства государств позволяет сделать вывод, что круг вопросов, который регулируется нормами lex adoptio , не является исчерпывающим и дифференцирован каждым отдельным правопорядком».
Приведенный вывод может быть актуален и полезен для правотворческой деятельности.
Таким образом, материалы статьи могут иметь определенных интерес для научного сообщества с точки зрения развития вклада в развитие науки.

Стиль, структура, содержание.
Тематика статьи соответствует специализации журнала «Международное право», так как она посвящена правовым проблемам, связанным с регулированием вопросов трансграничного усыновления. Содержание статьи в полной мере соответствует названию, так как автор рассмотрел заявленные проблемы, достиг цели исследования.
Качество представления исследования и его результатов следует признать в полной мере положительным. Из текста статьи прямо следуют предмет, задачи, методология и основные результаты исследования.
Оформление работы, в частности, библиографического списка не соответствует требованиям, предъявляемым к подобного рода работам. В частности, в библиографии не сделана нумерация. Кроме того, не всего ясно, какой ссылке соответствует тот или иной источник. Более того, не везде в списке литературы указаны страницы и издательства источника.

Библиография.
Следует высоко оценить качество использованной литературы. Автором активно использована литература, представленная авторами из России и из-за рубежа (Ерпылева Н. Ю., Базаев Г. Б., А. Г. Лисицын-Светланов, Асосков А. В. и другие). Многие из цитируемых ученых являются признанными учеными в области международного частного. Хотело бы отметить использование автором большого количества материалов судебной практики, а также нормативно-правовых актов различных государств, что позволило придать исследованию правоприменительную направленность.
При этом нельзя не отметить, что ввиду некорректного оформления списка литературы оценить библиографический список в полном объеме сложно.
Таким образом, в целом труды приведенных авторов соответствуют теме исследования, обладают признаком достаточности, способствуют раскрытию различных аспектов темы. Однако для ясности автору следует привести библиографический список в соответствие со всеми требованиями, и выделить отдельные работы отдельных авторов.

Апелляция к оппонентам.
Автор провел серьезный анализ текущего состояния исследуемой проблемы. Все цитаты ученых сопровождаются авторскими комментариями. То есть автор показывает разные точки зрения на проблему и пытается аргументировать более правильную по его мнению.

Выводы, интерес читательской аудитории.
Выводы в полной мере являются логичными, так как они получены с использованием общепризнанной методологии. Статья может быть интересна читательской аудитории в плане наличия в ней систематизированных позиций автора применительно к вопросам трансграничного усыновления.

Таким образом, статья может быть рекомендована к опубликованию после оформления библиографии в соответствии с требованиями, предъявляемыми в журнале «Международное право».

На основании изложенного, суммируя все положительные и отрицательные стороны статьи
«Рекомендую отправить на доработку». Замечания главного редактора от 07.03.2020: "Автор доработал библиографию в соответствии с замечаниями рецензента. Работу рекомендуется опубликовать"
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"