по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Рецензенты > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Правовая информация
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Система современного образования Южно-Африканской республики
Кананыкина Елена Сергеевна

кандидат юридических наук

помощник депутата, Дума Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

628181, Россия, г. Нягань, ул. 4 Мкр, 24

Kananykina Elena Sergeevna

PhD in Law

Head of the Legal Department at State Duma of Nyagan for Khanty–Mansi Autonomous Okrug - Yugra

628181, Russia, g. Nyagan', ul. 4 Mkr, 24

ekanoni@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

Национальная система Южно-Африканской Республики (далее – ЮАР) – один из ярчайших примеров проявления полисистемного (смешанного) права. Здесь на историческую базу обычного права в XIX в. были имплементированы институты романо-голландского права. С начала XX в традиционные источники прецедентного права стали активно использоваться в системе права данного государства.В настоящее время ЮАР представляет собой яркий пример государства, осуществляющего исторический переход от тоталитарной политической системы с господствующей идеологией расизма и апартеида к государству с либерально-демократической политической системой. Прошлая система образования, находившаяся под контролем центрального Правительства, оперировала дискриминационной практикой на всех уровнях образовательной системы, где господствовала сегрегация на почве крайнего расизма. Эту систему поддерживало и усугубляло существование Департаментов образования – для людей с разным цветом кожи (белых, цветных, черных).

Ключевые слова: ЮАР, непрерывное образование, право, апартеид, мейнстриминг

DOI:

10.7256/2306-0158.2013.7.529

Дата направления в редакцию:

19-11-2018


Дата рецензирования:

19-11-2018


Дата публикации:

1-7-2013


Abstract.

The national system of the Republic of South Africa (hereinafter RSA) is one of the brightest examples of the polysystemic (mixed) law when the common law of the XIX century was mixed with the Roman-Dutch law. Since the beginning of XX the system of law started to use traditional sources of the common law. 
At the present time the RSA is a bright example of the state in the middle of the historical transition from the totalitarian political system with the dominating ideology of racism and apartheid to the state with the liberal democratic political system. 
The previous system of education which was under the control of the central Government operated the discriminative practice at all levels of the system of education where the segregation on the grouns of extreme racism dominated. That system was supported by the existence of Departments of Education for people with different skin colour (white, coloured and  black). 

Keywords:

RSA, continuous education, law, apartheid, mainstreaming

Еще недавнее прошлое страны являлось свидетелем жесточайшей дискриминации во всех сферах социально-экономического развития страны, включая сферу образования. Легализация апартеида и сегрегации во второй половине XX в. являли вопиющее нарушение требований международных Конвенций «О правах человека», «О защите права ребенка» и других актов международного права.

Одним из важных этапов конституционного развития явилось принятие новой Конституции в 1996 г. (Акт № 108). Эта Конституция относится к разряду развернутых конституций нового времени. Она включает 243 статьи и семь приложений, регулирующих вопросы, не вошедшие в основной текст закона, но имеющие существенное значение для закрепления важнейших конституционно-правовых отношений.

Конституция провозгласила право каждого на образование, которое включает в себя не только получение основного базового образования, обучение, по мере возможностей, на языке по своему выбору, но и дальнейшее образование, которое может предоставить государство «путем принятия мер и возможностей, установленных государством». Эти права закреплены в важнейшем разделе Конституции, отражающем ее общий характер и определяющем основные принципы и особенности – во второй главе Конституции – Билле о правах .

Конституция объявляет Билль о правах краеугольным камнем демократии в ЮАР, который «охраняет права всех людей в стране и утверждает демократические ценности человеческого достоинства, равенства и свобод». Положения Билля применяются ко всем законам, им же связаны законодательные, исполнительные и судебные органы власти, все государственные органы. Применяя положения Билля к физическим и юридическим лицам, суд может применить нормы обычного права и в случае ограничении действующих прав и свобод, если эти ограничения регулируются нормами самой Конституции.

Гарантированное Конституцией право на образование является мерой гражданского права.

Все социальные, политические, экономические и образовательные процессы в стране с 1994 г. направлены в русле развития равного и здорового общества. Все ранее существовавших общности раздельного обучения, на основании которого формировалось законодательство страны, создавая нормативные акты по вопросам обучения белых, цветных, черных и индейцев, теперь трансформированы в единую унитарную не расистскую систему[9].

До ликвидации системы апартеида в Южной Африке существовало 19 департаментов образования, для каждой из рас и этнических групп, проживающих на территории страны. Так, образование белых жителей контролировалось Законодательной ассамблеей для белых; образование индейцев – соответствующей ассамблеей; образованием цветного населения занимался Департамент образования и обучения; образованием африканских этнических групп занималось Министерство внутренних образовательных систем [3].

Среди нормативных актов того времени можно найти такие как:

  1. Закон об обязательном посещении школ детьми 1942 г. провинции Наталь, который содержал оговорку в отношении детей цветного населения проживающих в округах, где отсутствуют учебные заведения, предназначенные для чернокожего населения. Если такие заведения в регионе отсутствовали, дети негритянской расы отстранялись от учебы;
  2. Закон об апартеиде 1948 г.;
  3. Закон об образовании населения банту 1953 г., основная идея которого сводилась к воспитанию из чернокожего населения покорных рабов и предоставления им в школах минимальный объем знаний, требуемого для выполнения черной и тяжелой работы;
  4. Закон о расширении университетского образования 1959 г. запретил прием не белых студентов в Кейптаунский и Витватерсрандский университеты. Так, были созданы пять специальных университетских колледжей – три для негритянских студентов, и по одному для «цветных» (представителей различных диаспор – китайцев, индийцев, мулатов) и для индейцев;
  5. Закон о запрете приема «небелых» студентов в университеты для белых 1960 г . После издания закона «цветному» населению разрешалось обучаться только в университете Форт Хайри.

Программы обучения в университетах для белых и небелых также были разными как и в начальной и средней школах.

С 1960-х гг. педагогическая доктрина страны начала выстраиваться по образцу американской модели, т. е. создания категории исключительных способностей обучающихся – физических, духовных и когнитивных, что не могло не усилить чувства сегрегации. Специальное образование оставалось привилегией только для детей белой расы.

В 1990-х гг. произошло переосознание потребностей человека и гражданина. В Докладе Комитета по исследованию человеческих способностей об образовании для неспособных африканцев 1992 г . была обнаружена крайне высокая степень безработных и лиц, нуждающихся в специальном внимании со стороны органов власти по вопросам образования и социального обеспечения и занятости среди черного населения. Такие ключевые понятия как «вовлечение», «импликация», «мейнстриминг», «интеграция» были заимствованы для системы образования ЮАР вслед за другими национальными системами общего права (Америкой, Канадой, Англией и Австралией, которые построили институт обучения для лиц со специальными возможностями на осознании равенства всех неравных по признаку пола, цвета кожи, социального статуса, знания языков общения основной части населения и обучения, от национальности, уровня достигнутого образования, физической неаутентичности [18].

В Белой книге «Формирование стратегии интеграции недееспособных в систему образования» 1997 г. оказывается, что политика в данной области знаний является приоритетной и в системе межправительственного и в системе межведомственного развития образования. Положения документа даются рекомендации по построению системы вовлечения недееспособных и ограниченно дееспособных лиц в систему основного образования с учетом многонациональности общества страны и его многоязычности.

Новый режим, учрежденный в стране в 1994 г. унаследовал крайнюю необходимость урегулирования вопроса демократии. Гражданское образование с 1994 г. является не только предметом образовательной программы школы, но и реальной необходимостью для взрослого населения в попытке адаптации к новым условиям жизни, новому чувству гражданской ответственности. В школьной системе образование рассматривается как предпосылка для выражения полной гражданственности во взрослой жизни [32]. Равенство становится центральной темой образовательной политики с 1994 г., а гражданское равенство усиливает проведение этой политики.

В период между 1994 и 1996 гг. национальными и девятью провинциальными законодательными органами было опубликовано множество документов, докладов и законов. Основным мотивом их принятия явилась интеграция бывших раздельных департаментов образования в единый орган управления образования. Среди принятых актов наиболее выделяются такие как:

1. Закон о занятости учителей ( Educators Employment Act ) 1994 г . , значительно повлиявший на природу занятости профессорско-преподавательского персонала;

2. Белые книги «Образование и обучение» 1994 и 1995 гг . определившие макро-принципы образования современной Южной Африки и установившие, что обучение и образование являются одними из основных прав человека [10];

3. Программа реконструкции и развития образования 1995 г. [2], оповещавшая, что «Государство имеет обязательство создавать условия для реализации и защищать эти права, поэтому все граждане вне зависимости от расы, социальной принадлежности, пола, вероисповедания, имеют возможности развивать свои способности и внутренний потенциал, и требовать непрепятствования в осуществлении этих прав от всего общества»;

4. Закон о национальной политике образования, определивший компетенцию министерства национального образования и компетенцию министерств провинций. Он установил, что ни одна школа не может отказать обучающемуся в праве на элементарное образование, гарантированное Конституцией страны [21];

5. Закон о квалификации южноафриканцев 1995 г., установивший критерии квалификации и сертификации [27];

6. Закон о южноафриканских школах 1996 г. [28].

Среди докладов, определяющих направления образовательной политики нового общества, можно выделить Доклад Комиссии Хантера 1995 г., давший заключения о нормативах и порядке школьной организации, управления и финансирования [6], а также Белая книга организации, финансирования и управления образования 1996 г. [34].

Одно из специфических направлений обучения в этом регионе сводится к активному проведению в жизнь демократических ценностей, равенства и социальной справедливости всеми гражданами страны. Школы нацелены на внедрение идеи гражданского и демократического воспитания через новые учебные планы и программы обучения. Формируются интегрированные образовательные структуры. Вводятся в действие программы обучения, отражающие ценности современного общества и местных народов. В связи с этим образование становится основным предметом дебатов в государственных структурах страны. Все больше и больше родителей привлекаются к участию в управлении школьными комплексами – и это «огромное достижение демократии» – говорит министр образования ЮАР Кадер Асмал.

После многих лет гнетущего и дискриминирующего законодательства, большая часть энергии правительственных инициатив была направлена на исследование и создание институтов новой политики и системы законодательства об образовании, основанных на вновь принятой Конституции и Билле о правах (Декларации по правам человека), установивших, что все имеют право на получение общего образования включая начальное образование для взрослых и дальнейшее образование [4].

В соответствии с этими положениями был принят Закон о школе ЮАР ( South African Schools Act ) 1996 г. [29], установивший систему обязательного образования для всех с 7 до 15 лет, либо с 9 лет, если обучение до этого возраста еще не начиналось. В дополнение к этому министр образования определяет возраст обязательного посещения школы для лиц со специальными образовательными потребностями.

Закон о школе обеспечивает демократическое управление при принятии решений по установлению правил поведения в школе и правил управления школой через лиц, осуществляющих образовательный процесс, обучаемых и их родителей на основе партнерства с государственными органами. Они получают право управления школой через институт народной демократии как элементом государственной структуры.

Здесь же были разработаны ключевые рекомендации и предложения, касающиеся:

  1. официального признания 11 языков на уровне национального общения;
  2. предоставления права провинциальным автономиям декларировать любой язык в качестве национального и любой язык в качестве официального;
  3. следования принципу равенства;
  4. трансформации образования по принципам рационализации, координации деятельности всех 19-ти департаментов образования страны;
  5. определения роли всех государственных и провинциальных органов в сфере образования;
  6. создания системы аудита подготовки учительского персонала.

Таким образом, система образования нового Закона о школе ЮАР была построена на принципах защиты прав человека, человеческих ценностях и социальной справедливости, универсальности системы обучения, не дискриминации по признаку пола, расы, социального статуса, демократичности, восстановления в правах всех жителей страны на равное образование и эффективной оценки знаний и способностей.

Прежде чем быть закрепленными в законе, принципы новой системы образования нового государства, были сформулированы в Докладе Де Ланга 1981 г. [7] и в Докладе «Поддержание образовательных возможностей» 1992 г. [20]. Впоследствии данные принципы нашли отражение в Белой книге «Образование и обучение» Министерства образования в 1995 г ., а после издания закона нашли продолжение в Докладе Национальной комиссии по специальному образованию и обучению и Докладе Национального комитета по организации службы поддержки образования 1997 г. [23], Белой книге «Стратегия интеграции недееспособных в систему образования» 1997 г. [35], а также в Белой книге № 6 «Построение системы импликации в образовании и обучении» 2001 г. [37].

Все рассмотренные документы провозгласили право на основное образование, право равного выбора и доступа к образовательным системам страны, право выбора языка общения и обучения и установление всех образовательных институтов на основе общей культуры, языка и религии, обеспечение недикриминации по расовому признаку.

Принятию закона предшествовали долгие дебаты в Национальном конгрессе. По результатам первых слушаний законопроекта была издана Желтая книга «Политика структуры образования и обучения – приоритеты выборов» 1994 г. [1]. Тогда впервые были определены принципы функционирования новой школы – недискриминация, демократия, унитарная система образования и восстановление утраченного наследия страны в период апартеида, сегрегации, расовой дискриминации. Впоследствии эти принципы нашли отражение в нормах Временной конституции 1993 г., Билля о правах 1994 г. и Конституции 1996 г.

В 1995 г. Белая Книга № 1 «Образование и Обучение» явилась уже официальным документом, отразившим и легализовавшим структуру не кардинально новой, но реструктурированной системы образования в соответствии с духом Конституции. Белая книга № 1 составляет ядро образовательной политики в структуре общей гражданственности, нашедшей первичное обоснование во Временной конституции 1993 г. также, как знание своих гражданских прав на образование [33]. Она предусматривает тщательный пересмотр всех учебных планов, особенно общих планов обучения всех уровней школ.

В документе Правительство обратило внимание на то, что процесс познания невозможен в полной мере без поддержки государственных структур доступных всему обществу.

Белая книга 1995 г . ввела в обиход такие ключевые понятия как:

1. культура обучения и обслуживания образовательных потребностей , которые определили цели восстановления уважения к разнообразию культур в обучении и воспитании;

2. национальная квалификационная структура, установившая необходимость осознания приоритетов знаний и концепцию обучения на протяжении всей жизни, использование результатов образования и обучения в построении равных и высококачественных структур;

3. Базисный учебный план, закрепивший ответственность по развитию образовательных способностей, построение индивидуальных систем обучения;

4. новая лингвальная политика , включающая 12 официальных языков и язык знаков.

В марте 1995 г. была опубликована новая Белая книга № 2 «Организация управления и финансирования школ» [8]. Основными рекомендациями Доклада комиссии и данного документа, его легализующего были следующие положения:

1. уничтожение моделей дифференциации образовательных систем;

2. установление двух типов школ – государственной и независимой;

3. учреждение органов управления во всех образовательных учреждениях, состоящих из учителей, обучающихся и, где это было возможно, родителей, представленных в большинстве;

4. внедрение гибкой шкалы оплаты за обучение, основанной на размере заработка родителей,

5. освобождение от оплаты, если семья не имеет возможности оплатить обязательное обучение ребенка [26].

Третья Белая книга , изданная в 1996 г., касалась вопросов обучения в технических колледжах, институтах высшего образования, а также компетенции национального министерства образования по вопросам функционирования системы высшего образования. Она называлась Программа трансформациивысшего образования .

В 1997 г. данная Программа была опубликована как законопроект о высшем образовании, а в 1998 г. как закон [11]. На основании этих документов права преподавательского персонала и обучающихся представлялись и защищались Советом и Сенатом университета . Совет несет ответственность за проведение в жизнь большей части рекомендаций высшему образовательному учреждению, поступивших от Минобразования страны, определяет внутреннюю политику вуза, рекомендует и консультирует Сенат, определяет язык обучения в вузе.

Для полномасштабного и легального функционирования в системе высшего образования частных вузов требовалась их государственная регистрация. От этих учреждений требовалось представлять на одобрение Центра квалификации и Комитета по качеству высшего образования страны свои учебные программы. Дальнейшие рекомендации Белой книги касались обучения в техниконах ( technikons ) и профессиональных сельскохозяйственных или медицинских колледжах ( vocational colleges ), которые в прошлом подчинялись провинциальным властям, а ныне передавались Минобразования. Министерство самостоятельно определяло структуру учебного плана колледжей, за ним закреплялась ответственность признания сертификатов об обучении в колледже наравне с университетскими дипломами.

Национальная комиссия по высшему образованию была создана Правительством в 1995 г. для определения состояния структуры высшего образования в стране и возможности ее приведения в соответствие с требованиями новой жизни. В апреле 1996 г. Комиссия представила Доклад – рекомендации , опубликованные под названием «Структура трансформации: финальный доклад» в декабре 1996 г.

Министерство образования выпустило Постановление – Зеленую книгу высшего образования: условия трансформации [14], которая одобрила основные принципы и общую структуру высшего образования.

Следующим шагом в реализации политики образования на высших ступенях явилась публикация в 1998 г . Белой книги «Трансформация высшего образования», а также Закона о высшем образовании [19].

Следуя Докладу о структуре высшего образования ( Framework Report , впервые после продекларированного в 1959 г. Законом о распространении университетского образования [30], проводившим сегрегации обучения многонационального состава населения страны в различных университетах, был развернуто изложен принцип равенства образовательных возможностей. Понятие «равенство» в данном Докладе определяется как противовес системе неравенства существовавшей до 1994 г. с одной стороны и как курс Правительства, программа трансформации правосознания и условий обучения.

Законом о высшем образовании предполагается не только расширение возможностей системы высшего образования, повышения его качества и доступности, но и формирование нео-либерального рынка образовательных услуг, эффективной (efficiency) и действенной (effectively) структуры, связывающей страну с африканским континентом и европейским рынком образовательных услуг. Большое внимание в связи с этим, уделяется в законе академическим стандартам обучения, впервые вводится категория качества профессионального и академического образования [24].

Концепция дальнейшего обучения в системе образования ЮАР – явление новое, внедренное только в 1994 г. К 1996 г. в рамках Минобразования создается Национальный комитет по дальнейшему образованию. В 1997 г. комитет представил Заключительный Доклад о возможности применения нового института в системе образования страны. Он был опубликован в качестве Зеленой книги. Дальнейшее образование в нем представлено как зона программ обучения между вторым и четвертым уровнями Национальной Квалификационной структуры (NQF), сфера дальнейшей специализации, углубления общих знаний. Это уровень программ, находящийся между общим образованием и высшим, организуется в провинциях специальными Советами по дальнейшему образованию и им подконтролен. Дальнейшее обучение представлено системой школ средней ступени (senior secondary school), объединенных колледжей, центров профессионального обучения, региональных центров обучения, принадлежащих Минтруда, профессионально ориентационных колледжах с последующим переходом в университет и технические колледжи.

Отличие данного вида школ от технических колледжей состоит в том, что последние осуществляют свою деятельность на основании Закона о национальной системе дальнейшего образования и обучения 1998 г. ( National Further education and Training Act ) , а средние школы на основании Закона о школьном обучении 1996 г. Остальные виды образовательных учреждений, представляющих систему дальнейшего обучения, в своей деятельности руководствуются Законом о профессиональном ученичестве и стратегическом развитии профессиональных знаний ( Act of Labor Skills Development and Training Strategy ) 1998 г.

В 1998 г. Министерство образования опубликовало Национальные нормы и стандарты школьного обучения [22]. Распоряжение определило порядок финансирования и субсидирования деятельности нуждающихся школ и неблагополучных школьных округов в порядке перераспределения источников финансирования среди государственных школ. Положения данного документа основывались на Постановлении Министерства образования от сентября 1995 г. «Нормы и стандарты подготовки учителей», определившего необходимый уровень образования преподавателей школ и университетов, их социального обеспечения.

В рамках системы национального аудита подготовки учителей в 1998 г. Комитетом по политике подготовки учителей [31] в сотрудничестве с Министерством образования была издана в виде рекомендаций Белая книга «Подготовка учителей по стандартам к уровню подготовки, уровню экзаменационных требований» [36]. В данном документе также проводится идея ориентации в подготовке учителей на развитие способностей, гражданственности, построении мультикультурного общества, подготовке к проведению в жизнь Учебного плана 2005 г. [5], в соответствии с которым учитель обязан расширить круг своих познаний, способностей, реконструировать свою профессиональную идентификацию [16].

Нормы и Стандарты учительской подготовки указывают на восьми ролевых аспектов статуса учителя, в соответствии с которыми учитель выступает как посредник в обучении, преподаватель учебной дисциплины национального курса и иного учебно-познавательного и методического материала, управляющий учебным процессом и лидер обучающейся общности, обучающийся совместно с учениками, исследователь и учитель, пастор и защитник, специалист и профессионал своего дела, гражданин и двигатель прогресса [25].

В 1999 г. Министерство образования издало Зеленую книгу становления политики вовлеченного образования [15]. Документ указывает на шесть принципов деятельности в данном направлении:

1. политика образования и обучения, законодательство, службы консультирования и управления, организационной поддержки акцентируют свое внимание на способностях построения и управления уровнями образования, взаимной поддержки и сотрудничеству, обмену информацией;

2. усиление служб поддержки образования, фокусирование внимания на развитии стратегических линий в образовании, определение новой роли специальных школ, и их статуса как части общей структуры образования;

3. обеспечение расширения и доступа к образованию, акцентирование внимания на развитии всеохватывающего внимания образовательной системы в контексте развития школьных округов;

4. предоставление гарантий качественного образования и высококвалифицированных кадров, полномасштабных учебных планов, предпочтение гибкости индивидуальных планов учебы, адресности обучения, раскрытие индивидуальных способностей;

5. обеспечение правдивой информацией по вопросам образовательной политики, программ мобилизации образовательных ресурсов;

6. обеспечение адекватной, приближенной в реалиям жизни системы восприятия, сформированной на системе индивидуально выбранных учебных курсах, расширяющих кругозор.

В 2001 г. в рамках Министерства образования была создана рабочая группа, проводившая анализ результатов распространения среди юных южноафриканцев демократических идеалов в целях уничтожения возможности каких либо проявлений социальной дезинтеграции, десегрегации и жестокости. По результатам деятельности рабочей группы, проверявшей исполнение положений Закона о школе в муниципальных территориях, Министерством образования в 1991 г. был опубликован Манифест ценностей образования и демократии . Доклад нацелен на формирование основных ценностей образования, сосредоточения на понимании и ответственности за себя, как за гражданина и человека, фокусирования на конституционных установках, рождающих новый патриотизм, зиждившийся на чувстве социального равенства и космополизма. Политика развития в этом контексте является определяющим, универсальным принципом, характеризующим право человека на основное образование, равенство, осознание демократического права родителей, учителей, и всех обучающихся, включая безработных и лиц с ограниченными возможностями.

Основная парадигмальная установка в образовательной политики ЮАР, является отражением движения к формированию дуальной, специальной и общей образовательной системе, характеризующейся трансформацией общих знаний, осознанием окружающей действительности, адресности всех видов образования, раскрытием способностей к образованию обучающихся всех возрастов на всех этапах обучения.

Современные правительственные инициативы по реструктурированию и усилению значимости программ обучения включают мероприятия по созданию новых национальных учебных планов, адаптация уровней систем образования к способностям и потребностям обучающихся.

Современная образовательная политика страны XXI в. направлена, по рекомендации Правительства, на обдумывание процесса создания и надлежащего функционирования специальных социальных служб, позволяющих поддерживать развитие индивидуальных потребностей, а также реализацию возможностей восстановления развития специальных образовательных систем и систем обучения [17].

Национальный учебный план , введенный в 2005 г., провозгласил цели формирования гуманистического и социального общества, общества образованных людей, ответственных граждан, культурно развитых и демократически настроенных. План предполагает переход на систему обязательного девятилетнего обучения и введение нескольких уровней педагогической активности и подготовки. Он явился результатом трансформации взглядов общества в сторону демократизации системы образования, и предполагает преодоление многих социальных проблем, таких как функциональная неграмотность взрослых, беспризорность детей, безработица среди выпускников школ [12].

Новые учебные планы акцентированы на общее гражданское обучение, идея которого, по словам министра образования страны – Сибусисо Бенгу (Sibusiso Bengu), сводится к выработке у нации чувства свободы и ответственности за свои поступки [13].

Структура новой системы национальных квалификации включает восемь уровней, начиная от получения сертификата об общем образовании и заканчивая сертификатом о начальном образовании взрослых и получения основ профессионального обучения.

Характерным источником права об образовании в системе смешанного права также является закон. Закон Парламента выступает как первичный нормативный акт, содержащий не только доктринальные и декларативные, но и нормативно-обязательные, императивные положения и распоряжения.

Однако, чаще всего органы государственной власти принимают не сам закон (как нормативный акт, отражающий общие направления политики в данной сфере, и его декларативные предписания), а Планы социально-экономического развития страны на трех–, пяти–, десятилетний периоды, где область образования представлена достаточно широко и подробно. Такие Планы, как руководящие направления, одобренные высшим руководством страны или Парламентом, имеют силу закона. Конкретизация направлений развития образования находит отражение в Постановлениях министерства образования, директивах министра. В странах африканского и среднеазиатского регионов их чаще заменяют планы развития на десятилетия или пятилетия и постановления министерства, выступающие как конкретно-обязательные, распорядительные предписания.

Закон парламента в таких системах выступает как первичный нормативный акт, содержащий не только доктринальные и декларативные, но и нормативно-обязательные, императивные положения и распоряжения.

Среди локальных нормативных актов принципиальное значение имеют Приказы руководителей образовательных учреждений, издаваемые во исполнение нормативных писем Министерства образования страны.

Библиография
1.
African National Congress A Policy Framework for Education and Training. Education Department. Johannesburg ANC, 1994. P. 12-14.
2.
African National Congress. The Reconstruction and Development Programmer. Educational Department. Johannesburg, 1995. P. 112-114.
3.
Carrim N. Anti-racism and New South African education Order // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 263-265.
4.
Constitution of the Republic of South Africa. Act № 108 of 1996. Pretoria: Government Printer, 1996. P. 3-5.
5.
Curriculum 2005. Cape Town. 24 march 1997. P. 26-29.
6.
De Groof J., Bray E. The Hunter Commission Report. Education under the New Constitution in South Africa. Amersfoort: Acco Lcuven, 1996. P. 63-65.
7.
De Lange Commission Report of the Work Committee: education for children with special education needs. Pretoria: HSRC, 2000. P. 72-76.
8.
Department of Education. Pretoria // Governmental Gazette. № 16725. P. 56-61.
9.
Du Toit L. An introduction to specialized education. В кн.: P. Engelbrecht, S.M. Kriegler, V.I. Booysen. Perspectives on Learning Difficulties. Pretoria: Van Schaik, 1996. P. 52-56.
10.
Education and Training White Paper. Education and Training in a Democratic South Africa: draft policy document for discussion. Department of National Education. Pretoria: Government Printers, 1994, 1995. P. 10-15.
11.
Education White Paper 3: a programmed for higher transformation. Department of Education. Pretoria // Government Gazette. № 18207. P. 15-18.
12.
Enslin P., Pendlebury Sh. Transforming education in South Africa? // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 87-94.
13.
Enslin P. Citizenship Education in Post Apartheid South Africa // Cambridge Journal of Education. 2003. Vol. 33. № 1. P. 43-46.
14.
Green Paper on Higher Education Transformation. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1996. P. 47-52.
15.
Green Paper on Emerging Policy on Inclusive Education. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1999. P. 24-26.
16.
Jansen J. D. Curriculum Reform in South Africa: a critical analysis of outcomes-based education // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 31-35.
17.
Lomofsky L., Lazarus S. South Africa: first steps in the development of an inclusive education system // Cambridge Journal of Education. 2001. Vol. 31. № 3. P. 13-16.
18.
Mittler P. Working Towards Inclusive Education. Social contexts. Cape Town: Oxford University Press, 2000. P. 41-45.
19.
Naidoo R. Levelling or Playing the Field? The politics of access to university education in post apartheid in South Africa // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 43-48.
20.
National Education Policy Investigation Support Services. Cape Town: Oxford University Press, 1992. P. 5-9.
21.
National Education Policy Act. National Education Policy Bill. Department of National Education. Pretoria: Govern¬ment Printers, 1995. P. 17-22.
22.
National norms and standards for schools funding. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1998. P. 44-48.
23.
Outcome Based Education in South Africa, discussion document. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1997; Quality Education for All. Overcoming barriers to learning and development, The National Commission on Special Needs in Education and Training and The National Committee for Special Educational Services. Pretoria: Government Printer, 1997. P. 232-235.
24.
Patrinos H.A. Market forces in Education // European Journal of Education. 2000. vol. 35. № 1. P. 67-72.
25.
Penblebuzy Sh. Transforming Teacher Education in South Africa: a space-time perspective // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 300-305.
26.
Sedibe Kh. Dismantling Apartheid Education: an overview of change // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 257-269.
27.
South African Qualifications Authority Act. Department of National Education. Preto¬ria: Government Printers, 1995. P. 24-29.
28.
South African Schools Bill. Department of National Education. Pretoria: Government Printers, 1996. Unterhalter E. Economic Rationality or Social Justice? Gender, the national Qualifications Framework and educational reform in South Africa, 1989-1996 // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 23-25.
29.
South African Schools Act № 86. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1996. P. 28-34.
30.
The Extension of University Education Act of 1959. Pretoria: Government Printer, 1967. P. 26-33.
31.
The Committee on Teacher Education Policy. Pretoria: Government Printer: COTEP, 2000. P. 64-68.
32.
Unterhalter E. Economic Rationality or Social Justice? Gender, the national Qualifications Framework and educational reform in South Africa, 1989-1996 // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 21-23.
33.
White Paper on Education and Training. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1995. P. 25-27.
34.
White Paper on Organization, Financing and Governance of Education. November 1995, February, 1996. Department of National Education. Pretoria: Government Printers, 1996. P. 23-25.
35.
White Paper on an Integrated National Disability Strategy. Ministerial Office of the Deputy. President, 1997. P. 63-65.
36.
White Paper on Teacher Education. Recommendation. Pretoria: Government Printer, 1998. P. 34-36.
37.
White Paper 6: Building an Inclusive Education and Training System. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 2001. P. 98-102.
38.
Кананыкина Е.С.. Религиозный и расовый признак в американских судебных прецедентах // Политика и Общество. – 2013. – № 8. – С. 104-107. DOI: 10.7256/1812-8696.2013.8.2488.
39.
Е.С. Кананыкина. Педагогические модели развития образования стран романо-германской правовой семьи // Философия и культура. – 2010. – № 2. – С. 104-107.
40.
Е.С.Кананыкина. Законодательная база обучения лиц с ограниченными возможностями во Франции // Политика и Общество. – 2009. – № 12.
41.
Е.С. Кананыкина. Педагогика религиозной морали // Философия и культура. – 2009. – № 9.
42.
Кананыкина Е.С.. Модернизация системы образования Мексики и Чили: (правовой аспект глобализации) // Административное и муниципальное право. – 2009. – № 11.
43.
Е.С.Кананыкина.. Современная система непрерывного образования Южно-Африканской республики. // Политика и Общество. – 2009. – № 7.
44.
Кананыкина Е.С.. Образовательные доктрины Великобритании второй половины XX века. // Административное и муниципальное право. – 2009. – № 7.
45.
Е. С. Кананыкина. Качество американского профессионального образования в эпоху реформирования. // Политика и Общество. – 2009. – № 4.
46.
Е.С. Кананыкина. Системы образования Бразилии, Никарагуа, Парагвая: акты законодательства. // Административное и муниципальное право. – 2009. – № 6.
47.
Е.С. Кананыкина. Образовательные программы XXI века для Великобритании. // Политика и Общество. – 2008. – № 5.
48.
Е.С. Кананыкина. Эволюция английского законодательства об образовании: образовательные акты первой половины ХХ века. // Политика и Общество. – 2007. – № 8.
49.
Е.С. Кананыкина. Эволюция английского законодательства об образовании: образовательные акты, изданные до ХХ столетия. // Политика и Общество. – 2007. – № 5.
50.
Кананыкина Е.С.. Политика образования в нормативных правовых актах традиционных и религиозных правовых системах. // Политика и Общество. – 2004. – № 5.
51.
Кананыкина Е.С.. «Философские традиции анализа источников (форм) права». // Право и политика. – 2004. – № 12.
52.
Е.С. Кананыкина. Философские традиции анализа источников (форм) права. // Право и политика. – 2004. – № 10
53.
Кананыкина Е.С. Источники права об образовании в социалистической системе Китая // NB: Проблемы общества и политики. - 2013. - 6. - C. 137 - 158. DOI: 10.7256/2306-0158.2013.6.456. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_456.html
54.
Кананыкина Е.С. История законодательства об образовании французской школы // NB: Педагогика и просвещение. - 2013. - 3. - C. 1 - 17. DOI: 10.7256/2306-4188.2013.3.1138. URL: http://www.e-notabene.ru/pp/article_1138.html
References (transliterated)
1.
African National Congress A Policy Framework for Education and Training. Education Department. Johannesburg ANC, 1994. P. 12-14.
2.
African National Congress. The Reconstruction and Development Programmer. Educational Department. Johannesburg, 1995. P. 112-114.
3.
Carrim N. Anti-racism and New South African education Order // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 263-265.
4.
Constitution of the Republic of South Africa. Act № 108 of 1996. Pretoria: Government Printer, 1996. P. 3-5.
5.
Curriculum 2005. Cape Town. 24 march 1997. P. 26-29.
6.
De Groof J., Bray E. The Hunter Commission Report. Education under the New Constitution in South Africa. Amersfoort: Acco Lcuven, 1996. P. 63-65.
7.
De Lange Commission Report of the Work Committee: education for children with special education needs. Pretoria: HSRC, 2000. P. 72-76.
8.
Department of Education. Pretoria // Governmental Gazette. № 16725. P. 56-61.
9.
Du Toit L. An introduction to specialized education. V kn.: P. Engelbrecht, S.M. Kriegler, V.I. Booysen. Perspectives on Learning Difficulties. Pretoria: Van Schaik, 1996. P. 52-56.
10.
Education and Training White Paper. Education and Training in a Democratic South Africa: draft policy document for discussion. Department of National Education. Pretoria: Government Printers, 1994, 1995. P. 10-15.
11.
Education White Paper 3: a programmed for higher transformation. Department of Education. Pretoria // Government Gazette. № 18207. P. 15-18.
12.
Enslin P., Pendlebury Sh. Transforming education in South Africa? // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 87-94.
13.
Enslin P. Citizenship Education in Post Apartheid South Africa // Cambridge Journal of Education. 2003. Vol. 33. № 1. P. 43-46.
14.
Green Paper on Higher Education Transformation. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1996. P. 47-52.
15.
Green Paper on Emerging Policy on Inclusive Education. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1999. P. 24-26.
16.
Jansen J. D. Curriculum Reform in South Africa: a critical analysis of outcomes-based education // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 31-35.
17.
Lomofsky L., Lazarus S. South Africa: first steps in the development of an inclusive education system // Cambridge Journal of Education. 2001. Vol. 31. № 3. P. 13-16.
18.
Mittler P. Working Towards Inclusive Education. Social contexts. Cape Town: Oxford University Press, 2000. P. 41-45.
19.
Naidoo R. Levelling or Playing the Field? The politics of access to university education in post apartheid in South Africa // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 43-48.
20.
National Education Policy Investigation Support Services. Cape Town: Oxford University Press, 1992. P. 5-9.
21.
National Education Policy Act. National Education Policy Bill. Department of National Education. Pretoria: Govern¬ment Printers, 1995. P. 17-22.
22.
National norms and standards for schools funding. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1998. P. 44-48.
23.
Outcome Based Education in South Africa, discussion document. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1997; Quality Education for All. Overcoming barriers to learning and development, The National Commission on Special Needs in Education and Training and The National Committee for Special Educational Services. Pretoria: Government Printer, 1997. P. 232-235.
24.
Patrinos H.A. Market forces in Education // European Journal of Education. 2000. vol. 35. № 1. P. 67-72.
25.
Penblebuzy Sh. Transforming Teacher Education in South Africa: a space-time perspective // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 300-305.
26.
Sedibe Kh. Dismantling Apartheid Education: an overview of change // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 257-269.
27.
South African Qualifications Authority Act. Department of National Education. Preto¬ria: Government Printers, 1995. P. 24-29.
28.
South African Schools Bill. Department of National Education. Pretoria: Government Printers, 1996. Unterhalter E. Economic Rationality or Social Justice? Gender, the national Qualifications Framework and educational reform in South Africa, 1989-1996 // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 23-25.
29.
South African Schools Act № 86. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1996. P. 28-34.
30.
The Extension of University Education Act of 1959. Pretoria: Government Printer, 1967. P. 26-33.
31.
The Committee on Teacher Education Policy. Pretoria: Government Printer: COTEP, 2000. P. 64-68.
32.
Unterhalter E. Economic Rationality or Social Justice? Gender, the national Qualifications Framework and educational reform in South Africa, 1989-1996 // Cambridge Journal of Education. 1998. Vol. 28. № 3. P. 21-23.
33.
White Paper on Education and Training. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 1995. P. 25-27.
34.
White Paper on Organization, Financing and Governance of Education. November 1995, February, 1996. Department of National Education. Pretoria: Government Printers, 1996. P. 23-25.
35.
White Paper on an Integrated National Disability Strategy. Ministerial Office of the Deputy. President, 1997. P. 63-65.
36.
White Paper on Teacher Education. Recommendation. Pretoria: Government Printer, 1998. P. 34-36.
37.
White Paper 6: Building an Inclusive Education and Training System. Department of Education. Pretoria: Government Printer, 2001. P. 98-102.
38.
Kananykina E.S.. Religioznyi i rasovyi priznak v amerikanskikh sudebnykh pretsedentakh // Politika i Obshchestvo. – 2013. – № 8. – S. 104-107. DOI: 10.7256/1812-8696.2013.8.2488.
39.
E.S. Kananykina. Pedagogicheskie modeli razvitiya obrazovaniya stran romano-germanskoi pravovoi sem'i // Filosofiya i kul'tura. – 2010. – № 2. – S. 104-107.
40.
E.S.Kananykina. Zakonodatel'naya baza obucheniya lits s ogranichennymi vozmozhnostyami vo Frantsii // Politika i Obshchestvo. – 2009. – № 12.
41.
E.S. Kananykina. Pedagogika religioznoi morali // Filosofiya i kul'tura. – 2009. – № 9.
42.
Kananykina E.S.. Modernizatsiya sistemy obrazovaniya Meksiki i Chili: (pravovoi aspekt globalizatsii) // Administrativnoe i munitsipal'noe pravo. – 2009. – № 11.
43.
E.S.Kananykina.. Sovremennaya sistema nepreryvnogo obrazovaniya Yuzhno-Afrikanskoi respubliki. // Politika i Obshchestvo. – 2009. – № 7.
44.
Kananykina E.S.. Obrazovatel'nye doktriny Velikobritanii vtoroi poloviny XX veka. // Administrativnoe i munitsipal'noe pravo. – 2009. – № 7.
45.
E. S. Kananykina. Kachestvo amerikanskogo professional'nogo obrazovaniya v epokhu reformirovaniya. // Politika i Obshchestvo. – 2009. – № 4.
46.
E.S. Kananykina. Sistemy obrazovaniya Brazilii, Nikaragua, Paragvaya: akty zakonodatel'stva. // Administrativnoe i munitsipal'noe pravo. – 2009. – № 6.
47.
E.S. Kananykina. Obrazovatel'nye programmy XXI veka dlya Velikobritanii. // Politika i Obshchestvo. – 2008. – № 5.
48.
E.S. Kananykina. Evolyutsiya angliiskogo zakonodatel'stva ob obrazovanii: obrazovatel'nye akty pervoi poloviny KhKh veka. // Politika i Obshchestvo. – 2007. – № 8.
49.
E.S. Kananykina. Evolyutsiya angliiskogo zakonodatel'stva ob obrazovanii: obrazovatel'nye akty, izdannye do KhKh stoletiya. // Politika i Obshchestvo. – 2007. – № 5.
50.
Kananykina E.S.. Politika obrazovaniya v normativnykh pravovykh aktakh traditsionnykh i religioznykh pravovykh sistemakh. // Politika i Obshchestvo. – 2004. – № 5.
51.
Kananykina E.S.. «Filosofskie traditsii analiza istochnikov (form) prava». // Pravo i politika. – 2004. – № 12.
52.
E.S. Kananykina. Filosofskie traditsii analiza istochnikov (form) prava. // Pravo i politika. – 2004. – № 10
53.
Kananykina E.S. Istochniki prava ob obrazovanii v sotsialisticheskoi sisteme Kitaya // NB: Problemy obshchestva i politiki. - 2013. - 6. - C. 137 - 158. DOI: 10.7256/2306-0158.2013.6.456. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_456.html
54.
Kananykina E.S. Istoriya zakonodatel'stva ob obrazovanii frantsuzskoi shkoly // NB: Pedagogika i prosveshchenie. - 2013. - 3. - C. 1 - 17. DOI: 10.7256/2306-4188.2013.3.1138. URL: http://www.e-notabene.ru/pp/article_1138.html
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"