Статья 'Участие подростков в решении вопросов, связанных с их жизнедеятельностью: смыслы и практики ' - журнал 'Социодинамика' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Социодинамика
Правильная ссылка на статью:

Участие подростков в решении вопросов, связанных с их жизнедеятельностью: смыслы и практики

Филипова Александра Геннадьевна

доктор социологических наук

зав.лабораторией комплексных исследований детства, Владивостокский государственный университет экономики и сервиса

690950, Россия, Приморский край, г. Владивосток, ул. Гоголя, 41, оф. 1625

Filipova Alexandra Gennadyevna

Doctor of Sociology

Head of Childhood Research Laboratory, Vladivostok State University of Economics and Service  

690950, Russia, Primorskii krai, g. Vladivostok, ul. Gogolya, 41, of. 1625

Alexgen77@list.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Козлов Владимир Александрович

кандидат экономических наук

доцент, кафедра демографии, Национальный исследовательский университет "Высшая школа экономики"

101000, Россия, г. Москва, ул. Мясницкая, 20

Kozlov Vladimir Aleksandrovich

PhD in Economics

Docent, the department of Demography, National Research University “Higher School of Economics”

101000, Russia, g. Moscow, ul. Myasnitskaya, 20

vakozlov@hse.ru

DOI:

10.25136/2409-7144.2019.12.31520

Дата направления статьи в редакцию:

28-11-2019


Дата публикации:

03-01-2020


Аннотация: Право детей на выражение собственного мнения и участия в решении вопросов, затрагивающих их интересы, актуализировалось после ратификации Россией Конвенции ООН «О правах ребенка». Зарубежными и отечественными исследователями ведется дискуссия по поводу возможностей и барьеров участия детей в решении разных вопросов. Предметом данной работы выступают смыслы и практики участия детей в решении вопросов, связанных с их жизнедеятельностью. Выделены три уровня анализа – семейный, школьный и уровень места проживания. Материалы исследования были собраны в восьми населенных пунктах Приморского края в ходе социологической экспедиции с помощью метода фокус-групп. Участники фокус-групп – подростки 14-17 лет. Параллельно изучались материалы федеральной и региональной статистики. Научная новизна исследования заключается в обращении к региональному опыту участия подростков в решении вопросов, связанных с их жизнедеятельностью.Результаты исследования показали слабую вовлеченность детей в решение вопросов муниципального уровня, в т.ч. через деятельность детско-молодежных общественных организаций, более низкий уровень подростковых инициатив в сельской местности в сравнении с городской по причинам неразвитости общественных организаций, отсутствии финансовых ресурсов. По мере взросления социальная активность подростков снижается, вовлеченность в социально значимую деятельность вытесняется подготовкой к государственным экзаменам, профессиональным самоопределением и пр. Участники исследования продемонстрировали свою удовлетворенность участием в решении семейных вопросов, частичную удовлетворенность – в решении школьных вопросов. Для школьного уровня актуальным остается проблема выражения подростком собственного мнения, а также уважительного отношения к нему со стороны учителя.


Ключевые слова: участие, подростки, Приморский край, право на участие, общественные организации, региональная статистика, фокус-группа, семья, школа, муниципалитет

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ
в рамках научного проекта № 19-011-00654

Abstract:  
The right of children to freely express their opinion and participate in decision-making that affect their interests became mainstream after Russia’s ratification of the United Nations Convection “On the Rights of the Child”. There is an ongoing discussion between the Russian and foreign experts on the possibilities and barriers of children’s participation in decision-making. The subject of this article is the concepts and practices of participation of children in decision-making pertinent to their livelihood. Three levels of analysis are determined – family, school, and place of residence. The materials were collected in the eight cities of Primorsky Krai during sociological expeditions via focus group research method. The author also examines the materials of federal and regional statistics. The scientific novelty consists in reference to the regional experience of participation of teenagers in decision-making pertinent to their livelihood. The results demonstrate a low level of children’s engagement into decision-making of municipal level, including through the activity social organizations for children and youth; the lower level of youth initiatives is observed in rural areas due to underdevelopment of social organizations and lack of financial resources. Social activity of teenagers reduces as they get older; the involvement into socially important activity is replaced by preparation for state exams, professional self-determination, etc. The respondents demonstrated their content with participation in family decision-making processes, and partial content in addressing the school issues. For the school level relevant remains the problem of expressing own opinion by a teenager, as well as teacher’s respect of it.
 



Keywords:

focus group, regional statistic, public organisations, right to participate, Primorskiy region, teenagers, participation, family, school, municipality

Введение

Исследование механизмов участия детей в процессе принятия решения представляется актуальной задачей, особенно в рамках реализации Стратегии действий в интересах детей на 2012 - 2017 годы, предполагавшей максимальную вовлеченность детей в процесс принятия решений. Тем не менее, данные мониторинга реализации Стратегии практически не предполагают рассмотрения индикаторов вовлеченности детей. Росстат, например, рассматривает в качестве индикатора реализации Стратегии участие детей в общественных организациях. При этом предложения по мониторингу реализации задачи по привлечению детей к процессу принятия решений возникали среди российских ученых и экспертов [1]. После завершения действия Стратегии, в рамках реализации Первого этапа (2018-2020) программы Десятилетие детства в РФ 2018-2027 участие детей в процессе решения вопросов, связанных с их жизнедеятельностью, фактически отходит на второй план.

Дискуссия о необходимости привлечения детей к процессу принятия решений ведется довольно давно, причем, в последнее десятилетие в мире появлялось все больше стран, где умеренное вовлечение детей в политический процесс идет довольно активно.

В мировой литературе указан ряд основных проблем участия детей в процессе принятия решений. С одной стороны, противники участия часто упоминают недостаточный уровень психологического, социального и физического развития детей, уязвимость их позиции под давлением авторитета взрослых, существенные различия в наборе прав и обязанностей у детей и взрослых, коммуникационный барьер между детьми и взрослыми, который опять же построен на психологических различиях [2]. Часто аргументы против участия детей в процессе принятия решений воспринимаются как мифы, например, неспособность детей принимать ответственные решения, необходимость наделения правами только после оформления обязанностей, различия места детей в традиционной и современной культурах и др. [3]. Часто считается, что дети, которые выступают на различных мероприятиях, направленных на учет и изучение их интересов, по факту не являются типичными представителями местных детей и подростков и не могут говорить за все детское сообщество, в то время как взрослые лучше представляют себе интересы типичного ребенка на конкретной территории [4].

С другой стороны, аргументы в поддержку активного использования мнения детей при принятии решений очень сильны. Например, сторонники детского участия говорят о том, что дети демонстрируют реальный, а не поддельный интерес к политическому процессу, и возможность участвовать в принятии решений, как правило, воспринимается детьми положительно независимо от их социально-демографического и экономического статуса [5, 6]. В современную цифровую эпоху несовершеннолетние обладают всеми необходимыми компетенциями для исследовательской работы, демонстрируют способности к аналитическому мышлению и проектированию, не говоря уже об использовании современных, инновационных методов – всего, что необходимо для процесса принятия решений [5,7]. Кроме того, эксперты отмечают впечатляющие способности детей к честному, независимому, полному энтузиазма выражению своих мыслей [5], а при общении с должностными лицами дети зачастую держаться более уверенно, чем их родители [7]. В то же время в детстве достаточно рано формируется способность к восприятию чужой точки зрения, что важно для решения задач на уровне, например, местного самоуправления, где необходимо принятие коллективных решений [6, 8].

Подробно проблемы участия детей и взаимодействия с муниципальными органами власти в реализации мероприятий, затрагивающих их непосредственные интересы, представлены в ряде российских работ начала 2010-х гг., подготовленных экспертной группой под руководством И.Е. Калабихиной для UNICEF [9, 10].

Целью настоящего исследования является сравнение смыслов и практик участия детей в решении вопросов на уровнях семьи, школы и города/поселка.

Материалы и методы

Для оценки участия детей в процессе принятия решений в целом по России используется выборочное обследование Комплексное наблюдение условий жизни населения (КОУЖ) за 2016 и 2018 гг. Для оценки значимости различий между показателями в рамках данного обследования использовался анализ таблиц сопряженности с помощью показателя Хи-квадрата Пирсона.

Для изучения особенностей участия детей в решении разных вопросов на семейном, школьном уровнях и уровне района проживания были проведены 8 фокус-групп среди детей старшего школьного возраста (14-17 лет) в рамках проекта студенческих экспедиций НИУ ВШЭ «Открываем Россию заново» в октябре 2019 года. В каждой фокус-группе участвовали 8 учеников старших классов. Мероприятия проводились в городах: Находка, Уссурийск, Арсеньев и Дальнегорск, а также в селах Владимиро-Александровское (Партизанский муниципальный район), Камень-Рыболов (Ханкайский муниципальный район), Анучино (Анучинский муниципальный район) и Рудная пристань (часть городского округа Дальнегорский). Гайд фокус-групп включал четыре блока вопросов, связанных с участием в решении семейных, школьных и городских/сельских вопросов, а также членством в различных общественных организациях.

Общие демографические характеристики (численности населения и детей) мест проведения интервью указаны в Таблице 1 [11, 12]. Важно заметить, что численность населения сел значительно ниже населения муниципальных районов, в которых они расположены, но найти точную численность населения села на начало 2019 года практически невозможно (только на момент проведения Переписи населения 2019).

Таблица 1. Демографические характеристики территорий проведения фокус-групп

Численность населения на 1.1.2019

Численность (%) детей в возрасте 14-15 лет на 1.1.2019

Численность (%) детей в возрасте 16-17 лет на 1.1.2019

Арсеньевский городской округ

52251

1182 (2.3)

1040 (2)

Дальнегорский городской округ

42308

917 (2.2)

754 (1.8)

Находкинский городской округ

148280

3033 (2)

2900 (2)

Уссурийский городской округ

198983

4002 (2)

4521 (2.3)

Анучинский муниципальный район

13027

336 (2.6)

294 (2.3)

Партизанский муниципальный район

29440

686 (2.3)

547 (1.9)

Ханкайский муниципальный район

21637

470 (2.2)

453 (2.1)

Результаты и их обсуждение

Дети и общественные организации (движения)

Показатели по участию детей в процессе принятия решений, затрагивающих их интересы, в России получить практически невозможно. В рамках реализации Национальной стратегии Росстат собирает определенную статистику, доступную сайте Федеральной службе в подразделе «Семья, материнство и детство» раздела «Семья». Однако данная статистика представляет собой только долю детей, которые имеют членство в каких-либо общественных объединениях (см. Таблицу 2) [13]. Тем не менее, так как полученные цифры рассчитаны на основании Комплексного наблюдения условий жизни населения (КОУЖ) за 2014, 2016 и 2018 года, мы можем обратиться непосредственно к базе микроданных КОУЖ, которая находится в свободном доступе на сайте Росстата.

Таблица 2. Доля детей в возрасте 15-17 лет, имеющих членство в каких-либо организациях (движениях) по федеральным округам, %

2014

2016

2018

Российская Федерация

2.2

1.3

2.8

Центральный федеральный округ

2.1

0.7

4.2

Северо-Западный федеральный округ

1.8

2.3

1.8

Южный федеральный округ

3.7

0.8

1.4

Северо-Кавказский федеральный округ

1.8

0.1

0.9

Приволжский федеральный округ

1.4

1.4

2.7

Уральский федеральный округ

2.0

1.3

2.8

Сибирский федеральный округ

3.6

2.4

2.1

Дальневосточный федеральный округ

2.1

2.0

4.9

Однако, как мы можем понять, показатели, доступные непосредственно при анализе базы данных КОУЖ также будут сильно ограничены. Например, мы не знаем об участии в общественных организациях детей до 15 лет (хотя существует отдельный детский опросник для родителей, но подобных вопросов про выбор детей там не задают).

Отметим, что Дальневосточный федеральный округ (ДВФО) выделяется в лучшую сторону по доле детей, состоявших в различных общественных организациях как в 2016, так и в 2018 году. В 2018 году Дальний Восток вообще занял лидирующие позиции в России: каждый 20 ребенок-дальневосточник в возрасте 15-17 лет состоит в каком-либо общественном объединении. Общероссийская динамика тоже позитивная, но не настолько. Используя микроданные, посчитаем значимость различий между округами (рассчет показателя χ-квадрат Пирсона для таблицы сопряженности), в итоге значимых различий между округами в 2018 году не наблюдается (расчетный χ-квадрат = 17.48, р=0.233), а в 2016 году значимые различия между округами присутствуют (расчетный χ-квадрат = 26.2, р=0.024).

Далее рассмотрим, различаются ли как-то дети, осуществляющие членство в организациях, по своим социально-демографическим характеристикам.

Таблица 3. Доля детей, осуществляющих членство в каких-либо организациях (движениях), по социально-демографическим группам в целом по России, %

2016

2018

Возраст

15

1.12

2.19

16

1.41

2.03

17

2.15

3.46

Пол

мальчики

0.92

2.37

девочки

2.22

2.72

Место проживания

город

1.27

2.84

село

2.08

1.96

В Таблице 3 видно, что как по состоянию на 2016, так и на 2018 год показатели членства в организациях возрастают к самому старшему возрасту – 17 лет, а различия между возрастом 15 и 16 несущественные. При этом различия между отдельными возрастами внутри группы 15-17 не будут значимыми ни в 2018, ни в 2016 годах (р = 0.127 и р=0.393, соответственно).

Отметим, что если в 2016 году среди членов различных организаций преобладали девочки и дети из сельской местности (значимые различия: для пола р=0.009, а для проживания р=0.02),то в 2018 году разницы между детьми-участниками в зависимости от пола практически не наблюдается (различия не значимые, р=0.46), при этом прогресс среди городских детей очевиден, в то время, как сельские дети даже несколько ухудшили показатели (статистически значимых различий нет, так как р=0.12).

К сожалению, сопоставить 2016 и 2018 год по участию детей в деятельности конкретных организаций, в которых они состоят, по видам деятельности очень тяжело (список в опроснике менялся), но общую картину увидеть возможно.

Таблица 4. Членство детей в организациях по видам деятельности, абсолютные значения, 2016 и 2018

2016

2018

Общественные организации

6

Профсоюзные организации

9

Комитеты по организации мероприятий

17

Политические партии, массовые молодежные объединения

21

Советы ветеранов

0

Творческие союзы и профессиональные объединения

15

Организации по делам детей и молодежи

8

Религиозные организации

2

Организации по защите животных и природы

4

Общественные комитеты, советы при органах, принимающих решения

2

Религиозные организации

0

Общественные, самодеятельные политические, социальные, экологические объединения

13

Другие организации

18

Общественные инициативные движения

6

Профсоюзные организации

6

Неформальные объединения по любительским увлечениям, интересам

23

В 2016 году дети состояли в основном в прочих организациях (очень обширная и аморфная категория) или в различных комитетах по организации мероприятий (скорее всего, различных добровольческих объединениях).

В 2018 году «лидировали» массовые молодежные объединения, включая политические партии, а также неформальные объединения по интересам (возможно, что-то близкое к кружкам). Определить, куда могут быть включены, например, волонтерские движения в рамках данного списка будет нелегко. Общественные комитеты и инициативные движения находятся внизу списка по популярности, хотя в них мы могли ожидать наибольшей активности от детей по вопросам принятия решений в их интересах.

Вопросы, касающиеся смыслов участия и непосредственных практик участия, были исследованы с использованием метода фокус-групп. Гайд фокус-групп включал четыре блока вопросов, связанных с участием в решении семейных, школьных и городских/сельских вопросов, а также членством в различных общественных организациях.

Подростки и семья

Результаты обсуждения с подростками вопроса принятия решений на уровне семьи показали следующее: дети, как и родители, фиксируют деление вопросов на личные (детские и взрослые) и семейные. Первые – зона индивидуальной ответственности, вторые – продумываются, как правило, сообща. Подростки выделяют ряд вопросов, решение по которым они принимают самостоятельно или, как выразился один из респондентов, «ставят родителей в известность» (см. таблицу 5).

Таблица 5. Реплики участников фокус-групп по поводу личных и семейных вопросов

Личные вопросы

Семейные вопросы

В принципе по поводу поступления родители не лезут. Просто с ними обсудили, они что-то высказывают, потом уже принимаю решение слушать их или нет (Лиза, 10 класс, с. Владимиро-Александровское)

А я живу с мамой и папой, со мной также советуются с точки зрения того, что приготовить на ужин, что куда потратить, что купить, что не покупать и я считаю себя полноправным членом семьи . (Денис, 9 класс, г. Арсеньев)

Меня спрашивают, куда я хочу поступать, про мою жизнь, про личное что-то. Такие вопросы, которые важны для меня, для жизни, для будущего. Я решаю что-то в тех моментах, которые для меня лучше, меня спрашивают, что я хочу. (Оля,11 класс, п. Рудная Пристань)

С компьютером что-то помочь. Или обсуждение досуга. Например, поехать куда-нибудь: сначала спрашивают у нас, поедем ли мы, хотим ли мы поехать, а потом уже принимаем решение. (Настя, 9 класс, с.Владимиро-Александровское)

Поскольку участниками фокус-групп были учащиеся 9-11 классов, для многих из них решение личных вопросов, прежде всего, связано с поиском ответа на вопрос: куда поступать после школы?

В решении семейных вопросов подростками отмечается доминирование мнения взрослых:

когда мы решаем, куда наша семья в целом хочет поехать этим летом, мое мн е ние не так сильно учитываться, как мнение отца и матери, допустим (Настя, 11 класс, г. Находка).

В целом, можно констатировать, что подростки удовлетворены своим участием в решении семейных вопросов:

Не давят как-то и не оставляют позади. (Настя, 9 класс, Владимиро-Александровское).

А кто-то и не хочет брать на себя дополнительную ответственность за решение семейных вопросов или хочет дистанцироваться, иметь свою зону:

Мне кажется, даже наоборот, это такая возможность с себя убрать. Чем н а оборот, все на себя вознести и не справиться с этим. (Даниил, 10 класс, с. Владимиро-Александровское).

Они часто спрашивают, но мне это не нравится, потому что я не люблю, когда влезают в мое личное пространство. (Вика, 9 класс, п. Рудная Пристань).

И про личную жизнь — нет, меня особо не спрашивают. Они знают, что я это особо не люблю , и не задают вопросов. (Никита, 10 класс, п. Рудная Пристань).

Одна участница обсуждения объяснила, почему в итоге решают взрослые: родители в этом больше разбираются. Все-таки опыт жизненный и т.д. (Даша, 9 класс, Находка).

Подростки и школа

Смыслы участия в решении вопросов школьной повседневности, как правило, трансформируются в возможность для подростка высказать свою точку зрения. Это особенно важно в подростковом возрасте, т.к. в этот период актуализируется потребность в общественном признании и уважении: «Советуются с тобой также, это очень приятно и помогает установить крепкую связь между учеником и учителем» (Аня, 10 класс, г. Уссурийск).

Многие школьники проговаривали проблемы взаимоотношений в диаде «учитель-ученик», приводили многочисленные примеры пренебрежительного отношения учителей к детскому мнению, подавления детских инициатив, злоупотребления учительской властью, в т.ч. путем выставления оценок. Обсуждение вопросов участия часто смещалось в плоскость обсуждения ситуаций образовательного неравенства («неравное отношение учителя к учащимся», «любимчики учителя» и пр.), давления со стороны учителей, дефицита учителей по отдельным предметам и пр. В г. Дальнегорске участники фокус-группы описали кейс с учителем-предметником, на которого бесполезно жаловаться, т.к. он один в своей предметной области и поэтому «его никто не уволит».

Подростки в своем большинстве считают, что ничего не в силах поменять в школьной повседневности:

Ну, кардинальных изменений в школу я особо не вношу, так как считаю, что смысла в этом нет, да и вряд ли кто-то прислушается к этому мнению, ну а в классе примерно такую же позицию занимаю. (Семен, 10 класс, г. Арсеньев)

…практически мало чего могу поменять в школе, но во внеурочных каких-то мероприятиях, олимпиадах, состязаниях и допустим в проведении той же самой линейки я довольно часто участвую. И на меня могут положиться учителя. (Виктор, 9 класс, г. Арсеньев)

Я просто учусь, просто получаю знания. Особо как-то не влияю на школу, на ее жизнь. Я не прослыл таким учеником, который помогает школе, где-то везде участвует. Но если меня попросят сделать какой-то, допустим, конкурс, в котором я смогу выиграть или достичь каких-то результатов — типа рисование или какое-то видео сделать на компьютере, я как бы сделаю, мне несложно. (Илья, 9 класс, п. Рудная Пристань).

То есть, подчеркивая свою позицию неучастия в решении школьных вопросов, подростки, тем не менее, готовы, при необходимости, при обращении к ним учителя с просьбой и т.п., отозваться. Но инициатива должна исходить от взрослого.

По материалам фокус-групп вырисовываются два формата участия подростков в обсуждении/решении школьных вопросов: через классные часы, обсуждения с классным руководителем и через органы ученического самоуправления:

когда классный час, собирают что-то спрашивают, мы высказываемся и наше мнение потом доходит к завучам и они слушают нас и принимают какие-то решения (Даша, 9 класс, г. Арсеньев).

При этом подростки приводят примеры других учителей – не равнодушных, умеющих слушать, активных, благодаря которым внеучебная деятельность становится привлекательной для школьников, а детские инициативы находят поддержку.

Вторая линия – линий работы органов ученического самоуправления – неявная, часто невидимая тем подросткам, которые не включены в работу этих самых органов. Поэтому от участников фокус-группы в качестве рекомендации поступает предложение по сбору старост для решения организационных вопросов, хотя в школе есть ученический совет:

я бы, наверное, раз в две недели или хотя бы раз в месяц собирал …всех старост, и решали бы какие-то организационные вопросы. Допустим, куда можно было бы сходить с классом, допустим в ту же самую библиотеку, или на какую то профессию, чтобы ученики в дальнейшем могли узнать, куда они хотят пойти, кому это нужно (Виктор, 9 класс, г. Арсеньев)

В селе Владимиро-Александровское подростки рассказали о создании Совета старшеклассников, приводя в качестве примера его работу по поддержанию порядка в школе (по существу еще один контролирующий орган):

… вообще значим, потому-что вот в этом году мы пытаемся навести порядок в школьном коридоре, допустим, да. Проводим рейды по опоздавшим, по форме. Каждый месяц составляем отчеты . (Настя, 10 класс, с. Владимиро-Александровское);

Плюс еще устраиваются мероприятия, как день самоуправления или еще что-то. Т.е организуются мероприятия, в которых задействована вся школа. (Лиза, 10 класс, с. Владимиро-Александровское).

Об организации массовых мероприятий (подготовке праздников и пр.) как о важной функции Совета говорили участники фокус-групп:

Мы занимаемся школьной деятельностью. Т.е. какие-то мероприятия, нужно организовать, нужно что-то сделать. Например, день учителя скоро. В пятницу уже готовим. Т.е идет подготовка сценария, что будет от каждого класса, какие подарки, еще что-то. (Аня, 11 класс, г. Находка)

вот он решает и про праздники, и про дискотеки (Света, 10 класс, г. Дальнегорск).

Участие в решении школьных дел – это, как правило, участие в учебных мероприятиях (олимпиадах и т.п.), участие в спортивных и культурно-досуговых мероприятиях (приуроченных к праздникам).

Помимо классных часов и органов ученического самоуправления респонденты говорили о включении в школьные уроки элементов «участия», коллективного проговаривания проблемных моментов и выработке коллективного решения, но это скорее посыл к личности учителя:

мне нравится то, что на некоторых уроках учителя организовывают работу в группах. То есть когда мы слушаем мнение друг друга, а не то, что как бы сам за себя, то есть и за других людей ты должен как бы отвечать. (Семен,10 класс, г. Арсеньев).

Респонденты отмечают, что обратная связь с педагогическим коллективом школы стала более явной, начиная с 9-го класса. Хотя, если говорить о возможностях включения подростков в старших классах в социально-полезную деятельность, органы ученического самоуправления, общественные организации, то они снижаются, поскольку перед подростками возникает новая задача подготовки и сдачи экзаменов, выбора дальнейшего образовательного пути.

По результатам проведения фокус-групп была выделена группа подростков, которые дистанцируются от вопросов, не связанных с образовательным процессом:

Я просто учусь, и мне неинтересно, что в школе происходит. Я просто учусь и все. (Никита, 11 класс, п. Рудная Пристань).

Это может быть связано с желанием подростков эмансипироваться от взрослых или тем, что им неинтересно происходящее в школе, сложились конфликтные отношения со взрослыми или сверстниками и пр.

Несмотря на то, что подросток большую часть своей жизни проводит в школе, ему сложно выделить вопросы школьной повседневности, на которые он мог бы повлиять.

Подростки и город /поселок

Со включением детей и подростков в жизнь города все оказывается еще сложнее, чем со включением в решение семейных и школьных вопросов. Город – это более закрытый для детей и подростков уровень организации социальной жизни. Как признаются сами дети, они не знают, что могут сделать, чтобы изменить город, куда обратиться и т.п.

Также дети не верят в то, что взрослые могут серьезно отнестись к их инициативам:

Например, в том году мы ходили в администрацию и защищали проект по реконструкции нашего стадиона: Но скорее всего мы не получим ответ «Да, мы выделим деньги на реконструкцию». Скорее всего, это будет типа «Да, вот мы подумали, или подумаем» и его, скорее всего, просто отложат (Даша, 9 класс, г. Арсеньев).

Другой кейс в п. Рудная Пристань – подростки описывают свою инициативу по благоустройству аллеи, которая ни к чему не привела. Но, как выяснилось в ходе обсуждения, ребята сами в администрацию не обращались, а действовали через «какого-то человека». То есть, можно констатировать неотлаженность самих механизмов взаимодействия сообщества с органами муниципальной власти – поэтому не только детские, но и взрослые инициативы часто оказываются нереализованными.

Однако отдельные участники дискуссии понимают, что для того, чтобы изменить город, нужно объединяться, находить единомышленников. Параллельно с этим тут же возникают реплики о «бесплатной рабочей силе», о том, что «дети ничего не решают» и т.п.

Подростки, говоря об участии в жизни своего населенного пункта, приводят примеры творческих мероприятий или волонтерских дел:

Я занимаюсь в хореографическом коллективе, наш хореографический коллектив часто принимает участие во всяких творческих мероприятиях, проходящих на «Прогрессе» и также я являюсь волонтером «Юнатской станции». (Марина, 10 класс, г. Арсеньев)

Один из информантов рассказал о своей победе в конкурсе эссе на тему «Город будущего». Это был конкурс, посвященный 115-й годовщине города Арсеньева. На первый взгляд, эссе должны были стимулировать разные практики участия детей в жизни города, способствовать осмыслению взаимодействий детей с городом и другими горожанами. Однако эти сочинения совсем не об участии детей, а о социально одобряемых рассказах школьников о любви к родному городу. Как отметил глава Арсеньевского городского округа Александр Коваль:

«Патриотическое воспитание наших детей должно стать органической частью жизни всего общества. Дети, воспитанные в традициях любви к Арсеньеву и уважения к истории своей малой Родины, не захотят уезжать отсюда» [14].

Детские сочинения сильно расходятся с высказываниями участников детских фокус-групп, которые говорили о своем нежелании связывать дальнейшую жизнь с родным городом/поселком. Более того, сочинения нередко писались все семьей, а значит, транслировали мнение взрослых, искажая мнение детей.

Анализ данного блока фокус-группы интересен также с точки зрения выделения подростками разных муниципальных проблем. Наиболее актуальными, судя по высказываниям участников, являются две – благоустройство муниципальных территорий и экология, в т.ч. вывоз мусора, особенно с пляжей.

Решению обеих проблем могут способствовать инициативы сообщества, в т.ч. детей и молодежи. Однако показателен кейс Рудной Пристани, когда участники фокус-группы говорили об отсутствии инициатив, общественных организаций в своем поселке и их наличии в близлежащем городе Дальнегорске:

Но чтобы как-то участвовать в волонтерской жизни, нужны деньги, потому что она вся в Дальнегорске. И у меня, опять же, нет лишних денег, чтобы ездить туда часто. Например, на субботник, или вот был День Города, надо было помогать. То есть, нет такого, что я могу два раза в неделю приезжать на форум или еще что-то, помочь. А на Пристани как-то особо никто не хочет этим заниматься. (Оля, 9 класс, п. Рудная Пристань).

То есть в организации социально значимых инициатив подростки ждут поддержки со стороны взрослых, не готовы действовать сами.

Вообще очень часто обсуждение вопросов участия подростков в жизни своего населенного пункта перетекало в обсуждение волонтерства:

Ну, ранее я состоял в такой организации как «Российский союз молодежи», которая занималась такими мероприятиями, как «Часть земли», организация «Дня России», но впоследствии в нашем городе она распалась. А сейчас я являюсь волонтером городской библиотеки, которая также занимается различными мероприятиями, но они локальны – то есть сугубо в библиотеке. При этом они предназначены для различных возрастов. (Виктор, 9 класс, г. Арсеньев)

Каждую субботу забирают, особенно тяжело, в 9 и 11 классе, когда надо готовиться к экзамену. Если бы я успевала заниматься, то было бы хорошо. Кружки и танцы, здесь все понятно, они в определенное время, не так много, а волонтерство – это другое. (Кристина, 17 лет, г. Дальнегорск)

Можно заметить, что возникает определенный диссонанс данных фокус-групп со статистическими данными, наоборот демонстрирующими рост вовлеченности подростков в работу общественных организаций по мере взросления.

Выводы

По материалам исследования выделены два основных уровня участия подростков в решении вопросов, затрагивающих их интересы, — это семья и школа. Участие подростков и жизни собственного населенного пункта (города или поселка) оказалось сложной для обсуждения темой. Чаще всего, участие интерпретировалось в данном случае как участие в массовых мероприятиях – культурно-досуговых, спортивных и т.п.

Что же касается деятельности детско-молодежных общественных организаций, то главным препятствием на пути подросткового включения в их работу, если не принимать во внимание временной фактор, является отсутствие самих организаций в небольших населенных пунктах, а также отсутствие информации об их деятельности.

Для вовлечения детей в процесс принятия решений важно представление им большей свободы действий, увеличение зоны ответственности, что сократит неравенство в переговорной позиции между детьми и взрослыми, снизит вероятность диктата мнения взрослых. Необходимо проводить обучение детей, мнение которых учитывается, предоставлять им возможности больше узнать об объектах, относительно которых им предоставляют возможность высказываться. Так мнение ребенка получится более компетентным и полезным для выработки решения.

Взрослые также нуждаются в обучении для того, чтобы эффективно использовать практики включения детей. Большим потенциалом в области детского участия обладает школа, но работа по формированию практик детского участия в решении вопросов, затрагивающих интересы ребенка, должна начинаться в семье - институте первичной социализации.

Библиография
1.
Калабихина И. Е., Кучмаева О. В. Проблемы и перспективы мониторинга уча-стия детей в реализации «Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 гг.» //Журнал исследований социальной политики. – 2016. – Т. 14. – №. 4.
2.
Frank K. I. The potential of youth participation in planning //Journal of Planning Lite-rature. – 2006. – Т. 20. – №. 4. – С. 351-371.
3.
Lansdown G. Participation and young children //Early Childhood Matters. – 2004. – Т. 103. – С. 4-14.
4.
Lansdown G. International developments in children’s participation: lessons and chal-lenges //Children, young people and social inclusion: Participation for what. – 2006. – С. 139-156.
5.
Weinstein C. S., David T. G. (ed.). Spaces for children: The built environment and child development. – New York : Plenum Press, 1987. – С. 159-185.
6.
Hart R. A. Children's participation: The theory and practice of involving young citi-zens in community development and environmental care. – Routledge, 2013.
7.
Speak S. Children in urban regeneration: Foundations for sustainable participation //Community Development Journal. – 2000. – Т. 35. – №. 1. – С. 31-40.
8.
Breitbart M. M. Banners for the street: Reclaiming space and designing change with urban youth //Journal of Planning Education and Research. – 1995. – Т. 15. – №. 1. – С. 35-49.
9.
Калабихина И. Е., Ионцева С., Козлов В. Анализ моделей участия детей в про-цессах принятия решений по вопросам, затрагивающим интересы ребенка (на примере российских городов, присоединившихся к инициативе ЮНИСЕФ «Города, доброжела-тельные к детям») //М.: ЮНИСЕФ. – 2010.
10.
Калабихина И. Е. О реализации Национальной стратегии действий в интересах детей //Вестник Московского университета. Серия 6. Экономика. – 2015. – №. 6.
11.
Территориальный орган Федеральной службы государственной статистики по Приморскому краю URL: https://primstat.gks.ru/storage/mediabank/%D0%A7%D0%B8%D1%81%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C(1).htm
12.
Основные показатели социально-экономического положения муниципальных образований Приморья URL: https://primstat.gks.ru/main_indicators
13.
Федеральная служба государственной статистики Росстат URL: https://www.gks.ru/folder/13807
14.
Арсеньев – городской портал www.primgorod.ru URL: http://primgorod.ru/novosti/2063-115-i-godovschine-arseneva-posvjaschen-konkurs-sochinenii-i-esse-sredi-shkolnikov.html
References (transliterated)
1.
Kalabikhina I. E., Kuchmaeva O. V. Problemy i perspektivy monitoringa ucha-stiya detei v realizatsii «Natsional'noi strategii deistvii v interesakh detei na 2012-2017 gg.» //Zhurnal issledovanii sotsial'noi politiki. – 2016. – T. 14. – №. 4.
2.
Frank K. I. The potential of youth participation in planning //Journal of Planning Lite-rature. – 2006. – T. 20. – №. 4. – S. 351-371.
3.
Lansdown G. Participation and young children //Early Childhood Matters. – 2004. – T. 103. – S. 4-14.
4.
Lansdown G. International developments in children’s participation: lessons and chal-lenges //Children, young people and social inclusion: Participation for what. – 2006. – S. 139-156.
5.
Weinstein C. S., David T. G. (ed.). Spaces for children: The built environment and child development. – New York : Plenum Press, 1987. – S. 159-185.
6.
Hart R. A. Children's participation: The theory and practice of involving young citi-zens in community development and environmental care. – Routledge, 2013.
7.
Speak S. Children in urban regeneration: Foundations for sustainable participation //Community Development Journal. – 2000. – T. 35. – №. 1. – S. 31-40.
8.
Breitbart M. M. Banners for the street: Reclaiming space and designing change with urban youth //Journal of Planning Education and Research. – 1995. – T. 15. – №. 1. – S. 35-49.
9.
Kalabikhina I. E., Iontseva S., Kozlov V. Analiz modelei uchastiya detei v pro-tsessakh prinyatiya reshenii po voprosam, zatragivayushchim interesy rebenka (na primere rossiiskikh gorodov, prisoedinivshikhsya k initsiative YuNISEF «Goroda, dobrozhela-tel'nye k detyam») //M.: YuNISEF. – 2010.
10.
Kalabikhina I. E. O realizatsii Natsional'noi strategii deistvii v interesakh detei //Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 6. Ekonomika. – 2015. – №. 6.
11.
Territorial'nyi organ Federal'noi sluzhby gosudarstvennoi statistiki po Primorskomu krayu URL: https://primstat.gks.ru/storage/mediabank/%D0%A7%D0%B8%D1%81%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C(1).htm
12.
Osnovnye pokazateli sotsial'no-ekonomicheskogo polozheniya munitsipal'nykh obrazovanii Primor'ya URL: https://primstat.gks.ru/main_indicators
13.
Federal'naya sluzhba gosudarstvennoi statistiki Rosstat URL: https://www.gks.ru/folder/13807
14.
Arsen'ev – gorodskoi portal www.primgorod.ru URL: http://primgorod.ru/novosti/2063-115-i-godovschine-arseneva-posvjaschen-konkurs-sochinenii-i-esse-sredi-shkolnikov.html

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Автор представил оригинальную статью в журнал «Социодинамика»; в ней он ставит вопрос об исследовании участия подростков в решении вопросов, связанных с их жизнедеятельностью, с акцентом на выявлении смыслов и практик такого участия.
Очевидно, что данный вопрос актуален для междисциплинарного исследования, может быть интересным для исследователей, разрабатывающих в том или ином аспекте обозначенную проблематику. В то же время в той постановке проблемы, которая обозначена в названии представленного на рецензирование материала, важное значение должна иметь новизна полученных в ходе исследования выводов.
Между тем характеризуя постановку проблемы, автор статьи указывает на то, что исследование механизмов участия детей в процессе принятия решения представляется актуальной задачей, особенно в рамках реализации Стратегии действий в интересах детей на 2012 - 2017 годы, предполагавшей максимальную вовлеченность детей в процесс принятия решений. Тем не менее, как указывается в статье, данные мониторинга реализации Стратегии практически не предполагают рассмотрения индикаторов вовлеченности детей. Росстат, например, рассматривает в качестве индикатора реализации Стратегии участие детей в общественных организациях.
В теоретическом обзоре акцент сделан на том, что в мировой литературе указан ряд основных проблем участия детей в процессе принятия решений. С одной стороны, противники участия часто упоминают недостаточный уровень психологического, социального и физического развития детей, уязвимость их позиции под давлением авторитета взрослых, существенные различия в наборе прав и обязанностей у детей и взрослых, коммуникационный барьер между детьми и взрослыми, который опять же построен на психологических различиях. С другой стороны, аргументы в поддержку активного использования мнения детей при принятии решений очень сильны. Например, сторонники детского участия говорят о том, что дети демонстрируют реальный, а не поддельный интерес к политическому процессу, и возможность участвовать в принятии решений, как правило, воспринимается детьми положительно независимо от их социально-демографического и экономического статуса.
Эмпирическая база работы включала оценки участия детей в процессе принятия решений в целом по России, для чего проводилось выборочное обследование «Комплексное наблюдение условий жизни населения» (КОУЖ) в 2016 и 2018-м гг. Для оценки значимости различий между показателями в рамках данного обследования использовался анализ таблиц сопряженности с помощью показателя Хи-квадрата Пирсона.
Для изучения особенностей участия детей в решении разных вопросов на семейном, школьном уровнях и уровне района проживания были проведены 8 фокус-групп среди детей старшего школьного возраста (14-17 лет) в рамках проекта студенческих экспедиций НИУ ВШЭ «Открываем Россию заново» в октябре 2019 года. В каждой фокус-группе участвовали 8 учеников старших классов. Мероприятия проводились в городах: Находка, Уссурийск, Арсеньев и Дальнегорск, а также в селах Владимиро-Александровское (Партизанский муниципальный район), Камень-Рыболов (Ханкайский муниципальный район), Анучино (Анучинский муниципальный район) и Рудная пристань (часть городского округа Дальнегорский). Гайд фокус-групп включал четыре блока вопросов, связанных с участием в решении семейных, школьных и городских/сельских вопросов, а также членством в различных общественных организациях.
В то же время вопросы, касающиеся смыслов участия и непосредственных практик участия, были исследованы с использованием метода фокус-групп. Гайд фокус-групп включал четыре блока вопросов, связанных с участием в решении семейных, школьных и городских/сельских вопросов, а также членством в различных общественных организациях.
Исследование показало довольно любопытные результаты. Например, результаты обсуждения с подростками вопроса принятия решений на уровне семьи показали следующее: дети, как и родители, фиксируют деление вопросов на личные (детские и взрослые) и семейные. Первые – зона индивидуальной ответственности, вторые – продумываются, как правило, сообща. Подростки выделяют ряд вопросов, решение по которым они принимают самостоятельно или, как выразился один из респондентов, «ставят родителей в известность».
Как отмечается в статье, многие школьники проговаривали проблемы взаимоотношений в диаде «учитель-ученик», приводили многочисленные примеры пренебрежительного отношения учителей к детскому мнению, подавления детских инициатив, злоупотребления учительской властью, в т.ч. путем выставления оценок. Обсуждение вопросов участия часто смещалось в плоскость обсуждения ситуаций образовательного неравенства («неравное отношение учителя к учащимся», «любимчики учителя» и пр.), давления со стороны учителей, дефицита учителей по отдельным предметам и пр. В г. Дальнегорске участники фокус-группы описали кейс с учителем-предметником, на которого бесполезно жаловаться, т.к. он один в своей предметной области и поэтому «его никто не уволит».
Таким образом, представляется, что автор в своем материале затронул важные для современного социогуманитарного знания вопросы, избрал для анализа актуальную тему, рассмотрение которой в научно-исследовательском дискурсе помогает некоторым образом изменить сложившиеся подходы или направления анализа проблемы, затрагиваемой в представленной статье.
Какие же новые результаты демонстрирует автор статьи?
1. По материалам исследования выделены два основных уровня участия подростков в решении вопросов, затрагивающих их интересы, — это семья и школа. Участие подростков и жизни собственного населенного пункта (города или поселка) оказалось сложной для обсуждения темой. Чаще всего, участие интерпретировалось в данном случае как участие в массовых мероприятиях – культурно-досуговых, спортивных и т.п.
2. Один из ключевых выводов состоит в том, что для вовлечения детей в процесс принятия решений важно представление им большей свободы действий, увеличение зоны ответственности, что сократит неравенство в переговорной позиции между детьми и взрослыми, снизит вероятность диктата мнения взрослых. Необходимо проводить обучение детей, мнение которых учитывается, предоставлять им возможности больше узнать об объектах, относительно которых им предоставляют возможность высказываться. Так мнение ребенка получится более компетентным и полезным для выработки решения.
Итак, автор в целом был близок к получению заметных научных результатов, позволивших обобщить материал. Этому способствовал адекватный выбор соответствующей методологической базы.
Выводы, сформулированные в статье, согласуются с логикой научного поиска, отвечают цели и задачам исследования, не вызывают сомнений и не имеют очевидных противоречий.
Список литературы позволил автору очертить научный дискурс по рассматриваемой проблематике и обозначить свой независимый и подкрепленный исследовательскими позициями авторский взгляд на обозначенную проблему.
Таким образом, представленная статья не лишена новизны, соответствует в целом по жанру научному материалу, содержит анализ и обобщение, в также авторский взгляд на заявленную проблему, что позволяет рекомендовать ее к опубликованию в научном издании


Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"