Статья 'Этноязыковое поведение и этноязыковые ценности билингвальной части башкортостанской молодежи ' - журнал 'Социодинамика' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Социодинамика
Правильная ссылка на статью:

Этноязыковое поведение и этноязыковые ценности билингвальной части башкортостанской молодежи

Халиулина Айгуль Ильясовна

кандидат исторических наук

старший научный сотрудник отдела этнополитологии, Институт этнологических исследований им. Р.Г. Кузеева - обособленное структурное подразделение Федерального государственного бюджетного научного учреждения Уфимского федерального исследовательского центра Российской академии наук.

450054, Россия, республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Карла Маркса, 6

Khaliulina Aigul Ilyasovna

PhD in History

Senior Scientific Associate, R. G. Kuzeev Institute for Ethnological Studies, Subdivision of the Ufa Federal Research Center of the Russian Academy of Sciences

450054, Russia, respublika Bashkortostan, g. Ufa, ul. Karla Marksa, 6

aygul_kamila@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Салихова Эльвина Ахнафовна

доктор филологических наук

профессор, кафедра языковой коммуникации и психолингвистики, Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования Уфимский государственный авиационный технический университет

450008, Россия, республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Карла Маркса, 12

Salikhova El'vina Akhnafovna

Doctor of Philology

Professor, the department of Linguistic Communication and Psycholinguistic, Ufa State Aviation Technical University

450008, Russia, respublika Bashkortostan, g. Ufa, ul. Karla Marksa, 12

Salelah12@yandex.ru

DOI:

10.25136/2409-7144.2019.12.31260

Дата направления статьи в редакцию:

04-11-2019


Дата публикации:

03-01-2020


Аннотация: В статье рассматривается, как произошедшие в постсоветский период в Республике Башкортостан (далее – РБ) изменения в статусе башкирского языка и введение его сначала как обязательного, а затем как факультативного (на выбор обучающихся) в школьном преподавании, сказываются на этноязыковом поведении современной молодежи. Предмет исследования составляют: 1) отдельные данные этносоциологического опроса «Проявление этничности и адаптация молодежи к новым социально-экономическим реалиям в полиэтническом регионе» (октябрь 2017 г.) по проекту № 16-01-00303 «Особенности проявления этнической мобилизации в условиях новых социально-экономических и геополитических реалий (региональное измерение)»; 2) полученные Н.Г. Искужиной данные социолингвистических исследований, проведенные в 2009-2018 гг. в крупных городах РБ и охватившие более двух тысяч информантов; 3) статистические данные ВПН-2010. Объектом научного изучения стало этноязыковое поведение молодого в сравнении со старшим поколением РБ. Использованы методы анкетирования, сопоставления, наблюдения, анализа полученных сведений, описания, сравнения. Научная новизна исследования заключается в обращении к особенностям проявления этноязыковой идентичности башкир в синхроническом срезе. Проведённый анализ показал, что в РБ и, в частности, в её столице доминирующим языком коммуникации был и остаётся русский язык. Языком общения уфимской (шире – башкирской) молодёжи в дружеской среде также выступает главным образом русский, хотя приехавшие из периферии либо обучавшиеся в городских башкирских школах и гимназиях наряду с русским используют и башкирский язык.


Ключевые слова: идентичность, этническая картина мира, полиэтнический регион, ценностные ориентации, этничность, этнос, этноязыковое поведение, молодежь, родной язык, этническое самосознание

Abstract: This article explores the changes in the status of Bashkir language that took place in post-Soviet period in the Republic of Bashkortostan, and its implementation in schools as mandatory and later as extracurricular, and their impact upon ethnolinguistic behavior of modern youth. The subject of this research is defined by the following aspects: 1) the selected data of ethnosociological survey “Manifestation of ethnicity and adaptation of youth to the new socioeconomic realities in polyethnic region” (October 2017) in accordance with the project No. 16-01-00303 “The specificities of manifestation of ethnic mobilization in the conditions of new socioeconomic and geopolitical realities (regional dimension)”; 2) the data of sociolinguistic research of 2009-2018 obtained by N. G. Iskuzhina in large cities of the Republic of Bashkortostan that covered over two thousands informants; 3) statistical data of the Russian Census of 2010. The object of study became the ethnolinguistic behavior of young generation of the republic. The scientific novelty consists in reference to specificities of manifestation of ethnolinguistic identity of Bashkirs in synchronic segment. The conducted analysis demonstrates the in the Republic of Bashkortostan and its capital in particular, the Russian language has been and continues to be the dominant language of communication.,Russian language also prevails within the social communication environment of Ufa (in a broader sense – Bashkir) youth; although those arrived from periphery or studies in municipal Bashkir schools and gymnasiums use both, Bashkir and Russian languages.  



Keywords:

ethnos, ethnicity, value orientations, multi-ethnic region, ethnic picture of the world, identity, ethnolinguistic behavior, youth, native language, ethnic identity

1990-2010-е годы в этнокультурном развитии РБ отмечены значительными переменами. Так, провозглашение суверенитета республики (1993) ознаменовало проведение относительно самостоятельной языковой политики, которая была направлена на сохранение и развитие башкирского языка. В качестве государственных в регионе законодательно закреплены русский и башкирский языки [7]. Открывались башкирские национальные школы и гимназии, появились башкирско-турецкие лицеи, в которых, кроме башкирского и русского языков, преподавались арабский и турецкий языки. Башкирский язык стал обязательным для изучения во всех школах республики в равных с русским объёмах. Эти процессы происходили параллельно с общей для РФ 1990-2000-х гг. тенденцией возрождения языков локальных идентичностей [1; 10; 13; 22; 23].

Этничность является наиболее устойчивым элементом человеческой субъективности и основывается на осознании общности происхождения, традиций, верований, ценностей, исторической и межпоколенной преемственности [5]. В такой интерпретации этничность становится синонимом этнического самосознания, одними из репрезентантов которого выступает культура. Поскольку из всех её компонентов с наиболее выраженными этническими функциями выступает язык, изучение особенностей языковой репрезентации этнических компонентов картины мира того и иного этноса выявляет ее когнитивные, ментальные и эмоциональные доминанты, а также указывает на те связи и отношения, обеспечивающие сосуществование этносов в едином смыслоречевом пространстве. Логично в рамках данного исследования под этноязыковым поведением понимать одну из разновидностей метаэтнического общения.

Как и любая другая, башкирская этническая группа не является гомогенным образованием, и «релевантность культурных маркеров варьируется внутри группы, как между разными поколениями, так и в зависимости от места жительства» [6, с. 391; 9, с. 183]. По данным [18], распределение идентичностей современной молодежи РБ отлично от молодежи РФ в целом. И для российских, и для башкортостанских представителей молодого поколения наиболее важные идентичности связаны с историческими и территориальными факторами (таблица 1): одни осознают себя гражданами России, другие – жителями своей республики, третьи – своего города или села (65,6% у русских, проживающих в республике [9]). Однако если для молодежи России важна государственно-гражданская идентичность «россияне» (70%), то для молодежи республики (в среднем) важнее региональная идентичность «земляки» (66%) и локальная идентичность «жители моего города / села» (63%). Гражданская идентичность в значительной мере варьируется между 30 и 60% молодежи республики. Менее важным, чем территориальный блок идентичностей, для молодежи РБ является комплекс этнической и религиозной идентичностей: 42% и 39% соответственно, то есть уровень гражданской идентичности молодежи республики выше, чем этнической [18, с. 51].

Российская идентичность, по данным нашего анкетирования, в наибольшей степени выражена у проживающих в РБ татар и русских (52,8 и 65,6% соответственно), меньше у башкир (30,6%). Нужно отметить, что такой высокий уровень российской идентичности у башкирских татар и представителей иных национальностей наблюдается только среди молодежи (до 20-25 лет), а в средней и старших возрастных группах этот уровень ниже (56% по данным [18]). Возможно, такое повышение уровня гражданской идентичности в группах молодых респондентов происходит за счет снижения значимости этнической идентичности: этот показатель у молодежи составил чуть менее 50%, в старших группах – более 60%. Достаточно высокий уровень российской идентичности башкортостанской молодежи (сюда относятся и башкиры, и татары, и русские) и ее совместимость с региональной идентичностью подтверждается тем, что более 60% из них ощущают себя в равной мере и россиянами, и жителями своей республики [18, с. 52].

Таблица 1

Что для Вас является Родиной (в %) [18, с. 51]?

Варианты ответов

Русские

Башкиры

Татары

Другие

Моя родина – Башкортостан

17,4

60,5

35,8

21,4

Моя родина – Россия

65,6

30,6

52,8

47,6

Моя родина – бывший СССР

4,1

3,8

3,1

11,9

Затрудняюсь ответить

12,8

5,1

8,3

19,0

По мнению Э.В. Хилхановой, регионально-локальный фактор, вмещающий дифференциацию «город – село», имеет решающее значение для выбора языка и его значимости в структуре этнической идентичности [24]. Возрастная дифференциация выглядит таким образом: старшее поколение тяготеет к этнически специфическим формам культуры, включая башкирский язык, причем преимущественно в символическом аспекте, т.е. с позиций духовной близости представителей этнической группы. Молодое поколение отличается не столько прагматическим отношением к языку, сколько для него больше характерна эмоциональная связь между языком и этнической идентичностью [1, с. 168]. В жизни старшего и отчасти среднего поколения башкир-горожан можно отметить все возрастающие тенденции соблюдения традиций и обрядов, приобщения к религиозной сфере, т.е. повышения этнического самосознания [9]. Именно старшее поколение, по данным опросов, настаивает на том, чтобы родной язык присутствовал в школьных и вузовских программах обучения молодого поколения. Рассмотрим для примера языковую ситуацию в сфере среднего образования (по данным [8, с. 222-223; 9, с. 184-185]). Она в указанной области представлена двуязычием на уровне государственных языков и многоязычием на уровне четырнадцати официальных языков компактно проживающих в республике народов [11]. Лингвистический цикл преподается в школах с русским языком как государственным, родным и как языком межнационального общения в русской, русскоязычной, национальной школах как предмет изучения, в т.ч. углубленного, и как языка обучения. Языковые дисциплины также включены в программы в школах с башкирским языком как родным, государственным в башкирских, русскоязычных школах в качестве предмета изучения и частично языка обучения, а также в средних общеобразовательных учреждениях с родными языками в татарской, чувашской и др. национальных и частично в русскоязычных школах, с иностранными языками. Такая пёстро представленная в образовательной сфере языковая картина требует разработки целостной концепции билингвального лингвистического образования [16, с. 54-55].

На вопрос социолингвистического анкетирования: «На каком языке целесообразно обучать детей башкир в школе?» (таблица 2) 41,7% опрошенных горожан старшего поколения ответили: «на русском с углубленным изучением башкирского языка», 24,6% – на русском, 19,5% на башкирском, а 14,2% высказались за обучение в начальных классах на башкирском, а в старших классах – на русском языке [8, с. 222-223].

Таблица 2

На каком языке целесообразно обучать детей башкир в школе?

Значения

Количество

опрошенных

%

На русском

648

24,6

На русском с углубленным изучением башкирского языка

1096

41,7

На башкирском

512

19,5

В начальных классах на башкирском, в старших классах на русском

374

14,2

Всего

2630

100

По данным общероссийского исследования «Двадцать лет реформ глазами россиян», Института социологии Российской академии наук в РБ (2011) из 246 опрошенных человек 47%, т.е. около половины респондентов отметили, что их дети обучаются (обучались) только на русском языке. Более десятой части опрошенных указали на обучение детей на русском и башкирских языках – 14,4%. Только на башкирском языке учатся дети у незначительной доли респондентов – 2,7%.

Таблица 3

«На каком языке обучаются (обучались) Ваши дети?»,%

Языки

Башкиры

Русские

Татары

Итого

На башкирском

6,8

0,9

1,2

2,7

На русском

34,7

58,6

41,6

47,0

На русском и башкирском

26,5

7,8

10,6

14,4

На татарском

0,3

0,6

1,2

0,6

На русском и татарском

1,4

0,6

5,5

2,2

На башкирском и татарском

0,3

0,0

0,4

0,2

На другом

0,3

0,9

0,4

0,5

Нет детей, дети еще не учатся

26,5

29,6

36,9

30,5

Нет ответа

3,1

1,1

2,4

2,0

Итого

100,0

100,0

100,0

100,0

Отношение анкетируемых к обучению в общеобразовательных школах республики только на башкирском языке выразилось в следующих показателях (таблица 3 по данным [8, с. 223-224]): каждый пятый высказался за обязательное обучение на башкирском языке (22,8%), каждый десятый опрошенный – за обязательное обучение, но при условии сокращения времени на его преподавание (11,6%). Самую многочисленную категорию составили те, кто высказался за изучение башкирского языка как факультатива для желающих (43,4%) [18, с. 64]. Разброс мнений по этому поводу показывает, что в период после суверенизации республики огосударствление башкирского языка изменило картину так называемого индекса «языка обучения» в пользу башкирского языка в связи с расширением его социально-коммуникативной базы [14]. Представители башкирской национальности, жители села больше ориентированы на обучение детей на башкирском языке, чем жители городов – респонденты русской и татарской национальности [21].

Исследование показало изменения в общественном сознании башкирской этнической общности на уровне ценностных установок. Под последними в исследовании имеются в виду устойчивая система убеждений и представлений человека как представителя этноса, основанная на предыдущем опыте, направленная на осуществление социальной деятельности и обусловленная наличием потребности и объективной ситуации, в которой эту потребность можно удовлетворить, отражающая систему ценностей индивида, регулирующая мотивацию и этносоциальное поведение. Ценности, к числу которых относится и этнический язык, рассматриваются как регуляторы групповой принадлежности и группового конформизма. Ценности функционируют как нормы и регуляторы социального поведения и одновременно являются субъективными концепциями индивида или этнической группы. Незнание титульного (автохтонного) языка многими людьми рассматривается как противоречие норме, язык воспринимается как имманентный элемент этнической культуры [17, с. 10]. 31,8% положительных ответов русских респондентов, отраженных в таблице 4, иллюстрируют выдвинутое положение. Вместе с тем, отношение к башкирскому языку членами молодежной этнической общности заключается в общей позитивной оценке, сопряженной, скорее, с ностальгией по той утерянной цельной этнической идентичности предков, когда в ней присутствовали все компоненты, в том числе и языковой. Ностальгия тесно связана с идеализацией языка своего народа и влечет за собой определенные реальные меры по его овладению (см. далее таблицу 5). Русские и представители иных (не-башкирских) национальностей в РБ обладают несколько размытым этническим самосознанием, их самоидентификация и отношения с башкирами, татарами несут отпечаток длительного исторического сосуществования в полиэтническом окружении [23, с. 49-50]. Обычно в ситуации интенсивного межкультурного взаимодействия, а также с учетом значительной доли межнациональных браков (см. о роли данного фактора в формировании этноязыковой идентичности в [18]), этноязыковая идентичность не-башкирской – прежде всего, русской – части населения республики оказывается смещённой в сторону общей, условно выражаясь, надэтнической «российскости».

Таблица 4

Согласны ли Вы с тем, чтобы башкирский язык преподавался во всех школах Башкортостана, в том числе в русских, в качестве обязательного предмета (в %)?

Варианты ответов

Русские

Башкиры

Татары

Другие

Безусловно, не согласен

23,1

1,3

11,9

21,4

Скорее согласен

21,0

24,2

36,8

16,7

Безусловно, согласен

10,8

58,0

13,0

19,0

Скорее не согласен

27,2

9,6

22,3

16,7

Затрудняюсь ответить

17,4

7,0

16,1

26,2

Языковое сознание личности включает и отношение личности с её языком и к её языку. Согласно ВПН- 2010, башкирский язык родным считают 1 133 339 башкир (71,7% от общего числа указавших родные языки башкир). Татарский назван родным 230 846 башкирами (14,6%). Русский язык как родной выбрали 216 066 башкир (13%) [18]. Очевидна обращенность языкового сознания билингвов к русскому языку: русскоговорящие башкиры стремятся идентифицировать его как родной / неродной или нужный / ненужный. Русский язык башкирами часто квалифицируется как неродной. Это не совсем точно отображает языковые реалии: определения русского языка как второго родного при социологических опросах составляют преобладающую часть в городах и русскоязычных ареалах республики; незначительную – в юго- и северо-восточном, а также западном и северо-западном Башкортостане [19, с. 15-17]. Серия опросов русскоязычных индивидов в 1979-2017 гг. по определению отношения к двум их языкам, показала, что русский язык существует для билингвов в иных «координатах», не привычных для монолингвального сознания. Это объясняется тем, что, в языковом сознании билингвов каждая из форм существования русского языка – «неродной», «иностранный», «второй родной» – обладает своей системой признаков, не позволяющих, первому и второму из перечисленных отождествляться, а «второму родному» превращаться в комплиментарное иносказание [12]. Такое речевое поведение имеет несколько мотиваций, ведущими из которых являются прагматическая и стереотип речевого поведения. К числу факторов, влияющих на выбор одного из языков для общения, относят коммуникативную ситуацию (речевой / дискурсивный контекст), социальную сферу общения, (взаимо)отношения между участниками речевого взаимодействия, ситуационное эмоциональное состояние коммуникантов, а также отсутствие эквивалентности между языковыми единицами [13, с. 179; 15, с. 177]. Следует отметить, что в Башкортостане проявляет себя обратно-пропорциональная зависимость увеличения употребляемости русского языка в зависимости от возраста: чем моложе человек, тем активнее в повседневной жизни используется русский язык.

За более чем четверть века осуществления образовательных реформ в РБ, в молодёжной среде башкирский язык уже не используется, как ранее, в качестве «тайного языка» (термин А.А. Бурыкина [4]). Правда, некоторые из русских интервьюируемых отмечают, что им порой непонятен смысл разговора, и они просили объяснить, о чём идёт речь [20; 22]. Иными словами, коммуникация билингвов в отдельных случаях предстает как определенный ритуал, в котором проявляются различные социокультурные черты, имеющие не лингвистическую, а культурную мотивацию, обладающие способностью превращаться в те или иные стереотипы общения [15].

Показатели таблицы 5 иллюстрируют следующее: более половины представителей не-башкирской национальности усматривают необходимость в изучении как башкирского языка, так и культуры и истории башкирского народа, что свидетельствует о проявлении терпимости к народу-соседу и уважении к этнокультурной специфике региона.

Таблица 5

Необходимо ли в школах республики преподавать язык,

культуру и историю башкирского народа (в %)?

Варианты ответов

Русские

Башкиры

Татары

Другие

Нужно преподавать культуру и историю башкирского народа

56,9

84,7

62,2

61,9

Пожалуй, можно обойтись и без этого, дети и так слишком загружены

21,5

2,5

14,5

14,3

Нужно преподавать только башкирский язык

1,5

7,6

4,1

2,4

Затрудняюсь ответить

18,5

5,1

16,6

14,3

Другое (написать)

1,5

0

2,6

7,1

Этноязыковому поведению нерусских этнических групп присущи дву- и трехъязычие, основанные на использовании русского языка и языка своего народа. Если для представителей русского этноса характерно языковое поведение, основанное преимущественно на одном языке (статистика таблицы 4 показывает, что более 50% несогласных с введением башкирского языка как обязательного во всех школах, в т.ч. русских), то башкиры и татары проявляют бóльшую «гибкость» в языковом общении – они активно используют наряду со «своими» языками и языки других этносов [23]. Говоря о русских, для которых башкирский язык не является их этническим языком, но «дан» им как второй язык, необходимо думать о его носителях, т.к. говорящих по-русски билингвов значительно больше, чем исконных носителей нерусского языка, для которых он является родным, этническим и единственным их языком. Изучение этноязыковой самоидентификации личности заключается в том, чтобы понять механизмы того, как русскоговорящие билингвы (прежде всего, башкиры и татары) идентифицируют не только свой русский язык, но и себя с ним [14, с. 346].

Необходимость общения с окружающими вынуждает представителей различных национальностей в РБ овладеть языком, который был бы понятен абсолютному большинству. Многие родители предпочитают обучать своих детей межнациональному – русскому – языку, чтобы облегчить процесс их социализации. Эти причины и являются следствием того, что более 70% респондентов разговаривают дома на русском языке, также предпочитая на нем думать, читать и писать. Тем не менее, молодое поколение (от 15 до 35 лет) владеет в определенном объёме и родным (национальным) языком: марийским языком владеет 37% информантов, татарским – 34%, башкирским – 13%; родными языками владеет почти половина опрошенных представителей среднего и старшего поколения (50-80 лет) (на примере ответов информантов гг. Уфа, Нефтекамск) [9].

Таблица 6

Испытываете ли Вы какие-либо проблемы (споры) в школе, в вузе

в связи с введением башкирского языка в качестве обязательного предмета

в школах республики (в %)?

Варианты ответов

Русские

Башкиры

Татары

Другие

Нет

34,9

61,1

44,0

33,3

Да

12,3

8,9

7,8

11,9

Скорее нет

27,2

13,4

27,5

19,0

Скорее да

15,4

10,2

11,4

16,7

Затрудняюсь ответить

10,3

6,4

9,3

19,0

Подобная статистическая картина показывает, что более 30% русских и представителей иных национальностей, 60% башкир и 44% татар не испытывают каких-либо проблем в учебных заведениях в связи с введением башкирского языка как обязательного предмета изучения. Трудности возникают у 10-15% перечисленных представителей этносов, что, безусловно, требует тщательного внимания и разработки профилактических мер по преодолению возникающих споров и конфликтов по шкале «свой-чужой» в этноязыковом поле.

Модели языковой идентификации билингвов, исходящие из стереотипной биномы «свой-чужой», хотя и определяют причины языкового выбора, но субъективируются, например, при русскоязычной самоидентификации: По национальности я башкирка. Но считаю, что и русский язык родной для меня ...Я на нем часто общаюсь с друзьями, дома и думаю на нем. Отметим, что русский как второй родной предстает в описанном случае не по национальной принадлежности интервьюируемой, а на основе образных представлений о языке как сознательной жизни. Происходит нейтрализация обязательных признаков родного языка (порядка усвоения, «первичности», степени владения, объема использования и др.). Иными словами, языковая идентичность в бóльшей степени не покрывает группы башкирского населения, и конструирование нации в рамках лишь носителей языка (на чем и построена на данный момент базовая этническая идентичность) является недостаточным. При этом нельзя отрицать важную роль языка в жизни любой народности и его постоянную государственную поддержку, особенно с учетом прогрессирующей урбанизации. Башкирский язык в сознании самой этнической общности имеет статус языка внутриэтнического и не так часто используется при контактах между башкирами и не-башкирами. С одной стороны, можно говорить об усилении его функция как средства этнической солидарности. С другой, как указывал известный башкирский и российский этнолог Р. Кузеев, это несоответствие между языком и национальностью негативно отразилось и по настоящее время отрицательно отражается на его численности. В результате, как пишет ученый, «была искусственно создана проблема конфигурации башкирской нации, которая сегодня по международным стандартам двуязычна. Непризнание этого факта приведет к дальнейшему уменьшению удельного веса башкир в РБ» (цит. по: [3]).

Таким образом, можно сделать следующие выводы. Результаты наших исследований показывают, что язык не причисляем ни к базовым этноидентификаторам, ни к релевантным маркерам этнической идентичности башкир [14; 20], поскольку для большинства респондентов потеря языка не влечет за собой утраты этнической идентичности. Однако, говоря об этом, следует разграничивать утилитарный (практический) и символический аспекты этой связи. Если в первом случае связь языка и этнической идентичности у башкир носит скорее ситуационный характер, т.е. конструируется представителями этноса в своих интересах на основе имевших место традиций и ценностей, то в символическом аспекте она трактуется с позиций исконного чувства духовной близости людей – представителей этнической группы.

Полученные в ходе опросов и анкетирования данные подтверждают наше предположение о том, что культурный компонент молодежной башкирской этноязыковой идентичности является гораздо более стабильным, чем языковой. В настоящее время историками, этнологами и социологами отмечается активизация процессов в башкирском обществе, которые связаны с распадом аграрного традиционализма; с диффузностью границ национальной (башкирской) и высокой культуры, что закономерно влечет за собой ослабление позиций титульного языка (языка автохтонов). По этой причине связанная с периодом суверенитета идентичность постепенно смещается на периферию общественной жизни. Что касается этноязыковой идентичности башкир, то мы можем наблюдать формирование её новых контуров – на основе городских ценностей, ценностных установок и моделей поведения молодого поколения [9], которому свойственны наряду с низкой политизированностью и умеренным индивидуализмом высокий образовательный уровень, высокая социальная мобильность, опыт обучения и работы за пределами РБ. Им присущи этническое и патриотическое самосознание, стремление сохранить национальные традиции и культуру своего народа. Для дальнейшего развития языка и в целом национальной – башкирской – культуры, важно приложить усилия и личностные, и на законодательном уровне для того чтобы функционирование башкирского языка прошло «под знаком консолидации социальных групп и субкультур» [3]. Относительно последнего можно напомнить о том, что ответственность за реализацию государственной программы по сохранению и развитию государственных языков и народов Республики Башкортостан с октября 2019 г. переходит на Министерство образования региона. Соответствующе постановление правительства РБ было опубликовано на портале правовой информации. Ранее эти функции были возложены на министерство культуры, в настоящее время назначенное «соисполнителем госпрограммы». На 2019-2024 гг. на реализацию программы в бюджете республики предусмотрено около 4 млрд. рублей: на подпрограмму «башкирский язык» планируется использовать 172,5 млн. рублей, на подпрограмму «русский язык» – 32 млн. рублей. Более двух трети средств будет потрачено на комплекс мер в рамках подпрограммы «родные языки» (выпуск книг, в т.ч. издание этнолингвистических словарей, переквалификации кадров, расходы на преподавание национальных языков в школах и вузах, выпуск периодики, организация социальных исследований по этноязыковой ситуации в РБ, грантовой поддержки, научных и научно-методических мероприятий и этноформумов, а также создание ресурсного центра по национальному образованию и портала «Библиотека нематериального культурного наследия РБ»).

Наличествующие языковой, культурный, гражданский, религиозный, региональный, локальный и пр. компоненты этнической идентичности, характерные для молодых жителей Башкортостана, не являются устойчивыми и сложившимися конструкциями. Мы полагаем, что в такой динамичной модели этноязыкового поведения проявляется и постепенно формирующийся повседневный опыт межкультурного взаимодействия и взаимовлияния, переходящий из поколения в поколение. Модель закономерно отображает многовековое наследие сосуществования народов на уровне исторических вариантов единого государства в диахронии: Российской империи, СССР, Российской Федерации. На этноязыковую самоидентификацию современной молодежи республики оказывают влияние и изменения в отношениях между РБ с федеральным центром, и рост этнического самосознания. По нашему убеждению, для каждой из трех крупных этнических групп в республике – русских, башкир и татар – характерно свое сложное сочетание и неоднозначное переплетение этнической, общероссийской и региональной идентичности, находящейся в процессе формирования.

Библиография
1.
Аюпова Л.Л., Салихова Э.А. К проблеме изучения языковой ситуации Республики Башкортостан // Система языка: синхрония и диахрония. Уфа, 2009 – С. 165-169.
2.
Бахтикиреева У.М., Маркова Е.А. К вопросу о кризисе идентичности // Жизнь языка в культуре и социуме-3. М., 2012. – С. 391-392.
3.
Буранчин А. Этническая идентичность современных башкир носит устойчивый и стабильный характер. URL: https://ufa.mk.ru/social/2019/07/05/etnicheskaya-identichnost-sovremennykh-bashkir-nosit-ustoychivyy-i-stabilnyy-kharakter.html. Дата обращения 01.11.19 г.
4.
Бурыкин А.А. Ментальность, языковое поведение и национально-русское двуязычие // Мир слова русского. URL: http://articles.excelion.ru/science/literatura/soch/11187.html. Дата обращения 27.10.19 г.
5.
Вахтин Н.Б., Головко Е.В. Социолингвистика и социология языка: Учебное пособие СПб., 2004. – 336 с.
6.
Голикова Т.А. Этнопсихолингвистическое исследование языкового сознания (На материале алтайско-русского ассоциативного эксперимента). М., 2005. – 322 с.
7.
Закон о языках народов Республики Башкортостан. Уфа, 1999. – 17 с.
8.
Искужина Н.Г. Языковая ситуация в городах республики Башкортостан (социолингвистический аспект): дис. ... д-ра филол. наук. – Уфа, 2014. – 392 с.
9.
Искужина Н.Г., Салихова Э.А. Гетерогенное языковое пространство города: специфика речевого контактирования // Филологические науки: Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2013. № 3. Ч. 2. – С. 181-186.
10.
Искужина Н.Г., Салихова Э.А. Формирование этнической идентичности: возможности в профилактике деструктивной этнорегиональной маргинальности // Вестник ВЭГУ: Научный журнал. Сер. Гуманитарные науки. № 2 (70). Уфа, 2014. – С. 133-138.
11.
Национальный состав населения Республики Башкортостан по данным Всероссийской переписи населения 2010 года: статистический бюллетень. Уфа, 2012. – 58 с.
12.
Позднякова Т.Ю. Русскоязычие и проблемы русскоязычной идентификации билингвов. URL: http://abvgd.russian-russisch.info/articles/37.html. Дата обращения 02.11.19 г.
13.
Макарова Г.И. Этноязыковое поведение молодых казанцев (по материалам полуформализованных интервью) // Вестник института социологии. № 3. Т. 8. Казань, 2017. – С. 33-52.
14.
Салихова Э.А. Специфика этноязыкового сознания современных башкир // Жизнь языка в культуре и социуме-3. М., 2012. – С. 345-348.
15.
Салихова Э.А. Социопсихолингвистический типаж носителя би-/трилингвального кода // Коммуникация. Мышление. Личность. Саратов, 2012. – С. 175-180.
16.
Салихова Э.А. Двуязычие и триязычие как социопсихолингвистические факторы лингвокультурной интеграции этносов Башкортостана // Вестник Череповецкого государственного университета. Череповец, 2015. № 1 (62). – С. 52-56.
17.
Салихова Э.А., Галимьянова В.Р. Многоязычный регион: некоторые проблемы в аспекте современных социальных процессов // Дни науки. Прага, 2012. – С. 9-12.
18.
Социологический ответ на национальный вопрос. М., 2012. – 124 с.
19.
Фатхутдинова А.И. Этноязыковое развитие Республики Башкортостан. Автореф. дис. … канд. ист. наук. Казань, 2011. – 26 с.
20.
Фатхутдинова-Халиулина А.И. Этничность и язык в современном мире: региональный аспект (на примере Республики Башкортостан. 1979–2010 гг.). Уфа, 2017. – 278 с.
21.
Халиулина (Фатхутдинова) А.И. Роль русского языка в формировании общероссийской гражданской идентичности в полиэтничном регионе (на примере Башкортостана) // Социс. 2015. № 11. – С. 90-96.
22.
Халиулина (Фатхутдинова) А.И. Языковой аспект этнической мобилизации в Башкортостане в контексте этнокультурного образования» // Этносы и культуры Урало-Поволжья: история и современность. Уфа, 2017. – С. 136-139.
23.
Халиулина (Фатхутдинова) А.И. Сохранение этничности и трансформация этноязыковой идентичности в многонациональном регионе (на примере татар Башкортостана) // Политика и Общество. 2018. № 2. – С. 47-56.
24.
Хилханова Э.В. Факторы языкового сдвига и сохранения миноритарных языков: дискурсный и социолингвистический анализ (на материале языковой ситуации в этнической Бурятии). Автореф. дис. … д-ра филол.наук. Барнаул, 2009. – 40 с.
References (transliterated)
1.
Ayupova L.L., Salikhova E.A. K probleme izucheniya yazykovoi situatsii Respubliki Bashkortostan // Sistema yazyka: sinkhroniya i diakhroniya. Ufa, 2009 – S. 165-169.
2.
Bakhtikireeva U.M., Markova E.A. K voprosu o krizise identichnosti // Zhizn' yazyka v kul'ture i sotsiume-3. M., 2012. – S. 391-392.
3.
Buranchin A. Etnicheskaya identichnost' sovremennykh bashkir nosit ustoichivyi i stabil'nyi kharakter. URL: https://ufa.mk.ru/social/2019/07/05/etnicheskaya-identichnost-sovremennykh-bashkir-nosit-ustoychivyy-i-stabilnyy-kharakter.html. Data obrashcheniya 01.11.19 g.
4.
Burykin A.A. Mental'nost', yazykovoe povedenie i natsional'no-russkoe dvuyazychie // Mir slova russkogo. URL: http://articles.excelion.ru/science/literatura/soch/11187.html. Data obrashcheniya 27.10.19 g.
5.
Vakhtin N.B., Golovko E.V. Sotsiolingvistika i sotsiologiya yazyka: Uchebnoe posobie SPb., 2004. – 336 s.
6.
Golikova T.A. Etnopsikholingvisticheskoe issledovanie yazykovogo soznaniya (Na materiale altaisko-russkogo assotsiativnogo eksperimenta). M., 2005. – 322 s.
7.
Zakon o yazykakh narodov Respubliki Bashkortostan. Ufa, 1999. – 17 s.
8.
Iskuzhina N.G. Yazykovaya situatsiya v gorodakh respubliki Bashkortostan (sotsiolingvisticheskii aspekt): dis. ... d-ra filol. nauk. – Ufa, 2014. – 392 s.
9.
Iskuzhina N.G., Salikhova E.A. Geterogennoe yazykovoe prostranstvo goroda: spetsifika rechevogo kontaktirovaniya // Filologicheskie nauki: Voprosy teorii i praktiki. Tambov: Gramota, 2013. № 3. Ch. 2. – S. 181-186.
10.
Iskuzhina N.G., Salikhova E.A. Formirovanie etnicheskoi identichnosti: vozmozhnosti v profilaktike destruktivnoi etnoregional'noi marginal'nosti // Vestnik VEGU: Nauchnyi zhurnal. Ser. Gumanitarnye nauki. № 2 (70). Ufa, 2014. – S. 133-138.
11.
Natsional'nyi sostav naseleniya Respubliki Bashkortostan po dannym Vserossiiskoi perepisi naseleniya 2010 goda: statisticheskii byulleten'. Ufa, 2012. – 58 s.
12.
Pozdnyakova T.Yu. Russkoyazychie i problemy russkoyazychnoi identifikatsii bilingvov. URL: http://abvgd.russian-russisch.info/articles/37.html. Data obrashcheniya 02.11.19 g.
13.
Makarova G.I. Etnoyazykovoe povedenie molodykh kazantsev (po materialam poluformalizovannykh interv'yu) // Vestnik instituta sotsiologii. № 3. T. 8. Kazan', 2017. – S. 33-52.
14.
Salikhova E.A. Spetsifika etnoyazykovogo soznaniya sovremennykh bashkir // Zhizn' yazyka v kul'ture i sotsiume-3. M., 2012. – S. 345-348.
15.
Salikhova E.A. Sotsiopsikholingvisticheskii tipazh nositelya bi-/trilingval'nogo koda // Kommunikatsiya. Myshlenie. Lichnost'. Saratov, 2012. – S. 175-180.
16.
Salikhova E.A. Dvuyazychie i triyazychie kak sotsiopsikholingvisticheskie faktory lingvokul'turnoi integratsii etnosov Bashkortostana // Vestnik Cherepovetskogo gosudarstvennogo universiteta. Cherepovets, 2015. № 1 (62). – S. 52-56.
17.
Salikhova E.A., Galim'yanova V.R. Mnogoyazychnyi region: nekotorye problemy v aspekte sovremennykh sotsial'nykh protsessov // Dni nauki. Praga, 2012. – S. 9-12.
18.
Sotsiologicheskii otvet na natsional'nyi vopros. M., 2012. – 124 s.
19.
Fatkhutdinova A.I. Etnoyazykovoe razvitie Respubliki Bashkortostan. Avtoref. dis. … kand. ist. nauk. Kazan', 2011. – 26 s.
20.
Fatkhutdinova-Khaliulina A.I. Etnichnost' i yazyk v sovremennom mire: regional'nyi aspekt (na primere Respubliki Bashkortostan. 1979–2010 gg.). Ufa, 2017. – 278 s.
21.
Khaliulina (Fatkhutdinova) A.I. Rol' russkogo yazyka v formirovanii obshcherossiiskoi grazhdanskoi identichnosti v polietnichnom regione (na primere Bashkortostana) // Sotsis. 2015. № 11. – S. 90-96.
22.
Khaliulina (Fatkhutdinova) A.I. Yazykovoi aspekt etnicheskoi mobilizatsii v Bashkortostane v kontekste etnokul'turnogo obrazovaniya» // Etnosy i kul'tury Uralo-Povolzh'ya: istoriya i sovremennost'. Ufa, 2017. – S. 136-139.
23.
Khaliulina (Fatkhutdinova) A.I. Sokhranenie etnichnosti i transformatsiya etnoyazykovoi identichnosti v mnogonatsional'nom regione (na primere tatar Bashkortostana) // Politika i Obshchestvo. 2018. № 2. – S. 47-56.
24.
Khilkhanova E.V. Faktory yazykovogo sdviga i sokhraneniya minoritarnykh yazykov: diskursnyi i sotsiolingvisticheskii analiz (na materiale yazykovoi situatsii v etnicheskoi Buryatii). Avtoref. dis. … d-ra filol.nauk. Barnaul, 2009. – 40 s.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Вопросы изучения того или иного этноса интересны масштабом научного преломления, Статистические данные порой являют исследователю настолько противоречивые выводы, что социокультурная парадигма приобретает новые изводы понимания настоящего, прошлого и перспективно будущего. Рецензируемая работа посвящена оценке этноязыкового поведения и этноязыковых ценностей молодежи Башкортостана. Думаю, что подобный ракурс рассмотрения темы интересен, по своему уникален, а также актуален в общей парадигме научного контента. Начальная часть текста есть попытка охарактеризовать ситуацию этнических изменений населения Башкортостана конца ХХ – начала XXI века. Действительно, данный период ознаменован существенными изменениями, которые, так или иначе, получают свое отражение и в общем этнической идентичности. Как отмечает автор, «этничность является наиболее устойчивым элементом человеческой субъективности и основывается на осознании общности происхождения, традиций, верований, ценностей, исторической и межпоколенной преемственности». По ходу рассуждений автор допускает варианты комментариев, уместных, на мой взгляд, и полезных для потенциального читателя. Примечательно, что помимо статических данных доступных для оценивания, в рамках исследования было проведено и анкетирование (фактор эмпирики). Следовательно, методология работы основывается на разных по научной емкости принципах анализа. Таким образом, тема, предмет изучения максимально объективно освещаются, а их спектральность существенно расширяется для дальнейшей конкретизации и уточнений. В работе достаточно интересно выстроена концепция верификации этноязыкового поведения. С одной стороны – это некая научная провокация, с другой – реальный социальный срез. Например, ориентиры-фразы типа «именно старшее поколение, по данным опросов, настаивает на том, чтобы родной язык присутствовал в школьных и вузовских программах обучения молодого поколения», «представители башкирской национальности, жители села больше ориентированы на обучение детей на башкирском языке, чем жители городов – респонденты русской и татарской национальности» и т.д. Хорошо, что полученные данные приводятся как в формате «чистого текста», так и табличном виде. Наглядно-зримый вариант статистических данных рецепции социума более продуктивен и действенен. Научную значимость работе привносят суждения гипотетического характера: «исследование показало изменения в общественном сознании башкирской этнической общности на уровне ценностных установок. Под последними в исследовании имеются в виду устойчивая система убеждений и представлений человека как представителя этноса, основанная на предыдущем опыте, направленная на осуществление социальной деятельности и обусловленная наличием потребности и объективной ситуации, в которой эту потребность можно удовлетворить, отражающая систему ценностей индивида, регулирующая мотивацию и этносоциальное поведение». Автор ориентируется на максимальное раскрытие сути вопроса, не забывая при этом, что статья ориентирована на две контрапунктивные задачи – поведение и ценности. Они, кстати, логически дополняют другу друга, ибо связаны с ситуативностью, функционалом и ролевой раскладкой. Стоит заметить, что научная новизна работы в выборе темы, в умении оценить/охарактеризовать объективно социальный срез, в номинации важного и актуального. Системный характер позволяет не только реферативно скомпилировать материал, но и придать ряду мыслей импульс научной открытости. По ходу работы частотны ссылки и цитации, правда, их оформление могло иметь более правильный вид – «…». Стиль статьи в большей степени научный. Терминологическая база, понятийный аппарат, логика наррации, открытость оценки, оппонирование как обязательный стандарт научной полемики выполнен. Содержание текста достаточно информативно, объективно, объемно. Думается, что подобную модель анализа можно применить для изучения и других вопросов того или иного этноса, так как путь рецепции продуман и достаточно правильно сконфигурирован. Работу завершают выводы, которые не противоречат основной/базовой части. В частности в них отмечается, «наличествующие языковой, культурный, гражданский, религиозный, региональный, локальный и пр. компоненты этнической идентичности, характерные для молодых жителей Башкортостана, не являются устойчивыми и сложившимися конструкциями. Мы полагаем, что в такой динамичной модели этноязыкового поведения проявляется и постепенно формирующийся повседневный опыт межкультурного взаимодействия и взаимовлияния, переходящий из поколения в поколение. Модель закономерно отображает многовековое наследие сосуществования народов на уровне исторических вариантов единого государства в диахронии… по нашему убеждению, для каждой из трех крупных этнических групп в республике – русских, башкир и татар – характерно свое сложное сочетание и неоднозначное переплетение этнической, общероссийской и региональной идентичности, находящейся в процессе формирования». Усилиться авторскую позицию получается нарочито звучащими «нам кажется», «по нашему мнению», «мы полагаем». При такой расстановке приоритетов читатель вступает в определенные диалогические отношения, при этом с чем-то соглашаясь и прислушиваясь, что-то оппозиционно отрицая. В целом текст сложился достаточно хорошо, он качественен, концептуален, продуман. Общая тематическая группа раскрыта и конкретизирована; ряд исследовательских задач решен. Так работа имеет черты научного синкретизма, она будет интересна достаточно широкой читательской аудитории. Библиографический список достаточен, его технический вид не нуждается в специальной правке. Статья «Этноязыковое поведение и этноязыковые ценности билингвальной части башкортостанской молодежи» может быть рекомендована к открытой публикации в журнале «Социодинамика».
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"