Статья 'Развитие американской школы в первой трети XIX в.: реализация демократических идеалов Дж. Нифа в учебно-воспитательном процессе' - журнал 'Современное образование' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редколлегия > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Современное образование
Правильная ссылка на статью:

Развитие американской школы в первой трети XIX в.: реализация демократических идеалов Дж. Нифа в учебно-воспитательном процессе

Гуляихина Евгения Сергеевна

кандидат педагогических наук

доцент, кафедра информатики и математики, Волгоградский институт бизнеса

400010, Россия, Волгоградская область, г. Волгоград, ул. Качинцев, 63

Gulyaikhina Evgeniya Sergeevna

PhD in Pedagogy

associate professor at Volgograd Institute of Business

400010, Russia, Volgograd Region, Volgograd, str. Kachintsev, 63

gulevgeniya@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Дата направления статьи в редакцию:

18-05-2012


Дата публикации:

1-6-2012


Аннотация: Статья посвящена педагогической деятельности Джозефа Нифа, который в первой половине XIX века последовательно воплощал идеи И.Г. Песталоцци в социокультурную реальность Нового Света, стремясь сделать их фундаментальными принципами формирующейся системы народного образования США. В ней исследуется вклад американского педагога в развитие учения о природосообразном образовании и дается сравнительный анализ педагогических концепций Песталоцци и Дж. Нифа.


Ключевые слова: История образования, народное образование, США, Джозеф Ниф, Песталоцци, демократические идеалы, природосообразное образование, развивающее обучение

Abstract: The article is devoted to Joseph Neef’s educational activities who sequentially implemented J.G. Pestalozzi’s ideas in the socio-cultural reality of the New World in early XIX-th century, seeking to do them basic principles of forming system of USA public education. The author examines the contribution to natural education development by the American educator and makes a comparative analysis of pedagogical conceptions of Pestalozzi and J. Neef.



Keywords:

history of education, public education, USA, Joseph Neef, Pestalozzi, democratic ideals, nature-aligned education, developmental education

Несмотря на всё богатство современных педагогических теорий и практик, инновационная для своего времени, концепция природосообразного образования И.Г. Песталоцци остаётся в поле внимания учёных и в XXI веке. Изучением его творческого наследия занимается множество отечественных и зарубежных исследователей. Большой интерес у них вызывает не только деятельность самого Песталоцци, но и его учеников. Среди них особое место занимает Джозеф Ниф (1770-1854), который сыграл центральную роль во внедрении принципов педагогической системы своего учителя в формирующееся образовательное пространство США.

Изучением творческого наследия Дж. Нифа занималась целая плеяда выдающихся американских исследователей-педагогов. К их числу относятся У. Монро, К. Сильбер, Дж. Гютек, Ч. Хакенсмит, Д. Жедан [7, 9, 10, 12, 14]. Тщательно исследуя историю педагогической деятельности Дж. Нифа, они пытались найти ответы на ряд базовых вопросов. Насколько творчески были развиты им идеи Песталоцци? Является ли он талантливым имитатором деятельности своего учителя или педагогом-исследователем, внёсшим существенный вклад в развитие его концепции образования? Какие социокультурные факторы детерминировали отличия педагогической концепции Дж. Нифа от теории образования Песталоцци? Большинство американских исследователей склоняются к мнению, что Дж. Ниф не внес ничего принципиально нового в эволюцию педагогической системы своего учителя. Но некоторые ученые (Дж. Гютек, Д. Жедан) убеждены в том, что деятельность ученика Песталоцци была инновационной, поскольку он сумел существенно изменить педагогическую систему своего учителя в процессе её внедрения в социокультурное и образовательное пространство США. Какие же изменения внёс Дж. Ниф в систему образования своего учителя?

Дж. Ниф получает первый педагогический опыт достаточно поздно для своего возраста (ему к тому времени уже было тридцать лет). Это происходит в 1801 году, когда он начинает работать учителем гимнастики в швейцарской школе, расположенной в городе Бургдорф. В ней он знакомится с Песталоцци и начинает изучать его педагогическую систему. По истечении трех лет их совместной деятельности Песталоцци предложили открыть новую школу для бедных в Париже. В качестве её непосредственного руководителя он выбирает Дж. Нифа, который помимо обладания большими педагогическими и организационными способностями, ещё прекрасно владел французским языком. Парижская школа была организована как приют, который очень скоро благодаря активной деятельности её основателей получает широкую известность в мире. Работа в ней сыграла ключевую роль в судьбе Дж. Нифа. Среди её многочисленных почётных посетителей оказался американец Уильям Маклур, который был привлечён её невиданным успехом. В то время во Франции он активно защищал интересы США. Результатом этого визита стало приглашение Дж. Нифа в Новый Свет для того, чтобы он смог перенести инновационную систему образования швейцарского педагога на американскую социокультурную почву.

Дж. Ниф принял приглашение Маклура, поскольку считал крайне важным распространение передовых идей своего учителя по всему миру. Он искренне восхищался педагогическим творчеством Песталоцци и никогда не отказывался от возможности продемонстрировать свою признательность за его помощь в развитии профессиональных качеств. В частности, во всех своих произведениях благодарный Дж. Ниф демонстрирует почтение своему учителю и часто указывает на идеи Песталоцци как первоисточники своего педагогического творчества. «Нет ничего нового под солнцем. Не надейтесь на то, что я продвигаю своих учеников в новых искусствах, в неслыханных науках…Они будут изучать не новые вещи, но они будут изучать старые вещи новым путем. Это метод Песталоцци» [13, p.6]. Возможно, что именно такие проявления научной скромности и позволили многим исследователям говорить о Дж. Нифе как имитаторе педагогических идей своего учителя, который так и не смог подняться выше уровня эпигонства.

По прибытию в Америку (1806) Дж. Ниф приступает к изучению английского языка и добивается в этом значительных успехов. В 1808 году он издаёт на английском языке свой труд «Эскиз плана и метода образования», в котором успешно развивает фундаментальные идеи Песталоцци и предъявляет свой план по их активному внедрению в ещё только начавшую создаваться американскую систему народного образования. Спустя пять лет выходит в свет его вторая книга «Метод рационального обучения детей», в которой излагаются детально разработанные им принципы и методы рациональной дидактики.

Исследователи педагогического наследия Дж. Нифа утверждают, что он был первым немецким педагогом и писателем, который внес значительный вклад в культурную жизнь штата Индиана [6, p. 321]. Также ими отмечается, что в теоретических работах, написанных в период его пребывания в Филадельфии (1808-1813), преобладающими еще остаются научные идеи швейцарского педагога. Однако дальнейшая его деятельность в штатах Пенсильвания, Кентукки и Огайо свидетельствует о появлении его авторской образовательной теории. В качестве аргументов данной точки зрения американский исследователь Д. Жедан приводит несколько значительных отличий между педагогическими концепциями Песталоцци и Дж. Нифа, позволяющих считать его деятельность такой же инновационной как и его великого учителя. Детальное изучение их педагогических идей позволяет в значительной мере согласиться с аргументами американского ученого.

Песталоцци был вынужден следовать социокультурным и образовательным традициям Европы, по своей сути, ещё остававшимся полуфеодальными, и наполненными социальными предрассудками и классовыми предубеждениями. Он верил, что одной из важных целей народного образования является обучение учеников быть благоразумными, законопослушными и доверять существующим общественным порядкам, несмотря на их явную несправедливость. Жесткая классовая структура общества, прочно укоренившаяся в Швейцарии, зависела в значительной мере от общего признания её гражданами наследственного социально-экономического статуса человека и от опоры на полуфеодальное правосудие. Здесь требовалось учить молодых людей доверять данной политической системе, объясняя им «разумность» ограничения их роли в общественной жизни и необходимости урезания гражданских прав ради «общественного блага». Молодые швейцарские граждане должны были обладать нормальным правосознанием и противостоять проявлениям правового нигилизма в своей социальной среде [1].

По сравнению с Европой того времени социокультурное пространство Нового Света предоставляло иные условия для реализации педагогической теории Песталоцци. Её малонаселенные западные районы с суровыми условиями жизни позволяли успешно развивать деятельность педагога-новатора, поскольку здесь не закрепилась европейская феодальная система со своей консервативной классовой структурой и «набором» социальных предрассудков. В Америке возникла общественная среда, основу которой составляла вера в демократические идеалы и неограниченные возможности как вертикальной, так и горизонтальной социальной мобильности. Статус человека зависел от его находчивости, смелости, изобретательности и трудолюбия, а не от сословного происхождения. С движением колонизации на запад, закреплением новых границ и появлением нового социального порядка у американцев закрепляется мировоззрение индивидуализма, краеугольными камнями которой стали персональная свобода, приоритет личности, ответственность и принцип «полагаться в первую очередь на себя». Поэтому становится понятным, почему главную цель воспитания и обучения Дж. Ниф видел в подготовке детей к трудностям в их будущей жизни и выработке у них собственной жизненной позиции. Детей «…мы должны познакомить с опасностями, которые будут окружать их; мы должны сделать больше; мы должны научить их избегать эти опасности. Мы знаем, что есть шарлатаны, обманщики и самозванцы любого рода и вида… я буду приучать моих учеников никогда слепо не верить тому, что они слышат, но всегда изучать то, что они слышат, для того, чтобы находить истину» [13, p. 27]. Дж. Ниф полагал, что ученики не должны воспринимать даже его слова как некую неоспоримую истину. Они должны ничего не брать на веру и рационально опровергать суждения своего учителя, если не согласны с ним. Только так его подопечные смогут стать рационалистами, способными составлять собственное мнение, основываясь на своих наблюдениях и выводах. Обучение детей представлялось ему гораздо более сложным процессом, чем простое усвоение ими информации, полученной в школе. Учитель должен сформировать у школьников способность принимать верные решения, основанные на собственном опыте и предварительном анализе. Они должны делать рациональные выводы, которые помогут сделать их жизнь более обогащенной и безопасной. Это способствует развитию умения у детей предугадывать результат своих действий и сравнивать его с ожидаемыми последствиями. Такой подход к образованию делал учеников более свободными, самостоятельными и ответственными.

Социально-экономические и политические условия Нового Света детерминировали значительную коррекцию педагогической концепции Песталоцци. Дж. Ниф строит свою теорию образования исходя из своей сильной веры в демократические идеалы, которые пронизывают всю его педагогическую систему. Великий швейцарский педагог не обладал такими возможностями и был вынужден обучать детей бедных слоев населения жить в обществе, в котором ещё не восторжествовали идеалы демократии. «Очевидно, что заботливость и внимание, необходимые для того, чтобы воспитание детей из любого сословия соответствовало потребностям этого сословия, должны проявляться, начиная с колыбели. Потребность в такой подготовке всех итогов начального образования с самой колыбели распространяется на все средства» [3, с. 55]. Песталоцци был убеждён, что нестабильность швейцарской политической и социальной системы была связана с отсутствием образования у значительной части населения. Бедные, являясь наименее образованным классом, были неудовлетворенны своим социальным положением. По мнению швейцарского педагога, надлежащее образование должно привести их к пониманию и принятию своего места в классовой структуре общества. Местная аристократия, конечно же, воспринимала в любом виде идею общего образования как угрозу своему привилегированному положению в обществе. Многими апологетами учения Песталоцци осталась незамеченной его идея об образовании «соответственно условиям»: «профессиональные умения нужно рассматривать лишь как особое приложение этих способностей (способностей к мастерству - прим. авт.) соответственно сословному положению и обстоятельствам жизни каждого отдельного индивидуума» [3, с. 112].

Если система образования Песталоцци была ориентирована в первую очередь на подготовку бедных к непротивлению и безропотному принятию самих себя, т.е. к изменению отношения к своему социальному статусу, а не самого статуса, то одна из фундаментальных идей Дж. Нифа заключалась в утверждении права каждого на достойное образование. Этот постулат был в контексте признания естественных прав человека и общественно-исторического прогресса. Другими словами, по объективным причинам педагогическая система Дж. Нифа была более прогрессивна по сравнению с системой образования его учителя. В этом и проявляется принципиальное отличие их подходов к воспитанию и обучению.

Из-за обширных малонаселенных пограничных территорий Америки социально-классовые различия были здесь едва заметны. Дж. Ниф верил в необходимость развития системы народного образования, «потому что я знаю, что это есть единственный источник нашей успешной деятельности и, следовательно, счастья» [10, p. 334]. Жизнь педагога в суровых условиях колонизации убедила его в том, что выживание человека напрямую зависит от его способности устоять на своих ногах при любых ударах судьбы. Для этого первопроходец должен был использовать все свои знания и умения в борьбе с внешними угрозами. В жизни такого человека или «провинциала», как предпочитал называть себя Дж. Ниф, рациональные идеи были часто только инструментом приспособления и результаты их использования были видны сразу. По его мнению, значение знаний должно быть укреплено верой человека в то, что он не должен бояться перемен. Более того, их необходимо приветствовать как знак социального прогресса и доказательства того, что личность оказалась на высоте в пограничной жизненной ситуации. Такие непростые условия нашли свое отражение в методах образования Дж. Нифа, который писал: «Мне кажется очевидным, что со всей нашей действительной или мнимой сообразительностью, мы не можем предвидеть будущую ситуацию наших детей, какие искусства или науки будут им необходимы и полезны для достойного будущего…Языки, искусства и науки должны считаться только инструментами, посредством которых должно быть осуществлено образование; они не имеют значения первой важности, и при их выборе мы можем только руководствоваться вероятностями более или менее очевидными» [10, p. 334].

Дж. Ниф не был сторонником идеи Песталоцци об «образовании соответственно условиям» и считал, что американский гражданин не может закладывать основания нового общества путём переноса европейской образовательной идеи и практики, которая ориентировалась на человека исходя из его сословного происхождения. Поскольку тяжелые условия освоения новых территорий вынуждали всех людей выживать, то Дж. Нифа не интересовало образование определенного социального класса. Он не готовил учеников к определенной политической и социально-экономической позиции, поскольку сам не мог предвидеть того, какое место в обществе займут его подопечные.

В своей системе образования Песталоцци делал основной акцент на фактор социального наследия, когда ученики обучаются конкретной профессии и готовятся к нахождению своего счастья в своей среде, усовершенствованию в сфере общественной деятельности, соответствующей статусу родителей и семьи. Дж. Ниф исходил из другого положения – требования универсального равного образования для всех детей. На практике это для него означало то, что каждый ученик должен развивать свои умственные способности анализа, синтеза и абстрагирования, а не заниматься «узкими» вопросами и зазубривать ответы на них. Он полагал, что первооткрыватели должны быть ориентированы на будущее, а не на прошлое. Исходя из этой идеи, и разработал свой дидактический метод, основанный на формировании самостоятельности ребёнка в познании нового. Педагог полагал, что «вскоре как ребенок узнает, как приобрести знание любого вида, как только он овладеет привычками и способностями анализа проблемы и исследования всех окружающих вещей, так определится необходимость ознакомления с ними; такое образование может быть принято как завершенное» [10, p. 337]. Дж. Ниф считал своим долгом учителя предоставлять образование каждому ребенку, менее ориентированное на предмет или обучение ремеслу, и более – на хорошие привычки в приобретении необходимых знаний. Имеющиеся различия между педагогическими концепциями Песталоцци и Дж. Нифа вызваны особенностями общественных систем, в рамках которых им приходилось осуществлять свою деятельность. Вера Дж. Нифа в демократические идеалы молодой республики и его большой опыт работы в суровых условиях колонизации «диких» территорий, когда ключ к общественному успеху можно было получить лишь в результате тяжелой и продуктивной работы, а не благодаря высокому статусу семьи, стали факторами, которые способствовали его выступлению с идеей доступного и равного образования для всех граждан. Доминирование демократических идеалов в общественном сознании делало необходимым для молодого поколения американцев развитие эвристических умений и навыков, которые давали ему возможность основывать свои суждения на собственном опыте и знаниях, а не на покорном принятии мнения старших, навязываемого им. Условия нового общества обусловили неограниченные возможности для личностного совершенствования учеников и, соответственно, отказ Дж. Нифа от идеи швейцарского педагога об «образовании соответственно условиям». Будущую профессию молодого человека в Америке определяли скорее его способности и личный выбор, а не его социальное происхождение.

Дж. Ниф и У. Маклур были одними из первых сторонников внедрения научного и профессионального плана в учебный процесс. Они пытались создать его, исходя из разумных оснований и с опорой на развитие главных видов деятельности, которые обеспечивают достойную жизнь человека [7, p. 104].

Как и Песталоцци, Дж. Ниф не хотел включать историю как некий формальный предмет в учебный план. Считая невозможным для учеников рассуждать о народах и нациях, удаленных от них во времени и пространстве, Песталоцци предостерегал от преподавания исторических фактов и их интерпретаций детям, которые были еще не в состоянии судить о таких вопросах [15, p. 128–129]. Хотя исторические свидетельства были доказательными, однако они были далеки от прямого ощущения, а такое восприятие могло быть ошибочным. Дж. Ниф считал, что историческое обучение тратило впустую слишком много времени на неясные факты и события, и так же, как и в случае с иностранными языками, оно недостойно было завышенных затрат времени.

Дж. Ниф полностью разделял энтузиазм американского языковеда Ноя Вебстера (Noah Webster, 1758-1843) относительно демократизации американского варианта английского языка. Педагог считал, что американцы, как «свободный народ на этой планете» должны использовать свое республиканское правительство и отказаться от устаревших языковых остатков «невежественной и варварской» древности. Вебстер полагал, что жители Америки должны сознательно культивировать свой национальный характер, и выступал за единый национальный язык как основной инструмент становления американской нации [7, p. 101]. Дж. Ниф был убежден, что для реформы американского варианта английского языка были необходимы целенаправленные усилия. Педагог рекомендовал сформировать для этого специальную комиссию по созданию новой системы письма на основе современной стенографии [13, p. 55–56]. Он также сетовал на то, что неоднозначность американского английского порождает много трудностей в обучении языку. Многие иностранцы, по его словам, не спешили изучать этот язык из-за «бесчисленных и почти непреодолимых трудностей», вызванных «нелепым алфавитом» и его «непостижимым использованием» [13, p. 54]. Несмотря на то, что сам Дж. Ниф был одним из таких иностранцев, он освоил английский достаточно хорошо, чтобы написать свой «Эскиз плана и метода образования» всего в течение трех лет после прибытия в Соединенные Штаты.

Американский педагог настаивал на том, что изучение иностранного языка должно начинаться после того, когда ученик освоит свой родной, поскольку человек не может быть вполне образованным, не обладая знанием неродного языка. Во время работы учителем иностранных языков в Бургдорфе, Дж. Ниф уделял внимание как древним, так и современным иностранным языкам, которые в США стали наименее важной частью его учебной программы. Выглядит парадоксальным, что уменьшая важность изучения иностранных языков, тем не менее, он создавал свои произведения с обилием латинских, греческих, французских и итальянских цитат. Хотя Дж. Ниф полагал, что изучение иностранных языков было второстепенным моментом в процессе обучения, он уступил все-таки общественному мнению и преподавал в своей школе французский и итальянский. Педагог определил четыре основных компонента, необходимых для преподавания современных иностранных языков: изучение лексики, орфографии, фразеологии и развитие навыков произношения. Дж. Ниф также предугадал усиление дидактической роли иностранных языков в американской начальной школе XX в. Он считал, что для маленького ребенка выучить иностранный язык было значительно легче, чем для взрослого человека. Если ребенок только изучал язык, то взрослый учил и переучивался одновременно.

Внешние социально-экономические и политические обстоятельства позволили придать Дж. Нифу своей педагогической деятельности инновационный характер. Однако при детальном изучении и сопоставлении его педагогической теории с концепцией Песталоцци обнаруживается их единый методологический фундамент, на основе которого получили своё развитие идеи разделения первоначального образования на три сферы (умственную, физическую и нравственную). Великие педагоги были уверены, что к моменту рождения человека ему даны три вида силы (знания, умения и души). Их качественное изменение и совершенствование должно происходить равномерно и согласованно, поскольку одностороннее развитие ребёнка не может быть правильным. Это будет лишь кажущимся образованием. Природосообразное воспитание является определяющим фактором гармоничного развития всех сторон личности. Дж. Ниф был также согласен с утверждением Песталоцци о том, что сила знания зависит от способности ребёнка к внешнему и внутреннему созерцанию. Поэтому он придавал важное значение воспитанию искусства наблюдения, которое является одной из основ целостного развития человека. «Утверждение в дитяти простого наблюдения как необходимой основы всякого опытного знания и возвышение затем наблюдения на степень искусства, т.е. на степень средства представлять себе предметы наблюдения как объекты нашей критической способности и искусственно выработанной сноровки, и составляет задачи и сущность наглядности» [4, с. 61]. Одним из основных способов развития навыков наблюдения являлись упражнения по Азбуке наблюдений, с помощью которой ученики получали умения определять сущностные признаки изучаемых явлений и их классификации. Необходимо здесь отметить, что оценки такого рода занятия не всегда были позитивными. Так, Л.Н. Толстой выступал против такой педагогической практики «механизации образования», истоки которого видел в методике Песталоцци [5, с. 39]. Поскольку роли механических упражнений в обучении придавалось большое значение, то такой процесс носил ограниченный и машинальный характер. Это, несомненно, является недостатком применения азбуки наблюдения. Тем не менее, по мнению ученика Песталоцци И.Ф. Гербарта, ее применение имеет положительный результат. Ведь «искусству зрительного восприятия, как и всякому другому умению, надо учиться» [2, с. 48].

Вслед заПесталоцци, Дж. Ниф видел истоки природосообразного образования в конкретных объектах, а не в абстрактных идеях или механических правилах. Например, первый этап в обучении арифметике, подсчет предметов, отличался от традиционного европейского обучения начала XIX в., которое делало упор на запоминание математических принципов и решения сложных для детей задач. Пример таких задач можно найти в учебнике Дж. Виллеттса (J. Willetts) «Школьная арифметика», изданном в 1817 г.: «Если потомство Ноя, которое состояло из шести человек на момент наводнения, увеличилось настолько, что удваивалось каждые 20 лет, то, сколько жителей было в мире за два года до смерти Сима, который жил до 502 года после потопа? Отв. 201326586» [11, p. 63]. Вместо того, чтобы решать подобные задачи, Дж. Ниф использовал упражнения в счете, в процессе которых ученики группировали, перемешивали и сравнивали конкретные подвижные объекты такие, как бобы или небольшие камни. Песталоцци и Дж. Ниф считали, что числа оформились как количественные символические ярлыки в результате оригинального метода подсчета древнего человека на протяжении десятков лет. Педагоги стремились к тому, чтобы их ученики повторяли этот опыт. Объекты для упражнений в счете менялись преднамеренно, чтобы ученики поняли количественные соотношения, обозначаемые цифровыми символами [15, p. 32]. Методика Дж. Нифа была основана на стратегии Песталоцци, предполагающей манипулирование учеником конкретными объектами до тех пор, пока он не освоит обобщенные методы, которые систематизируют опыт человека. Также эти упражнения соответствовали методу швейцарского педагога постепенного перехода от конкретного к абстрактному. После того, как ученики были полностью компетентны в подсчете предметов, они переходили к серии «счетных таблиц», состоящих из десяти горизонтальных и десяти вертикальных рядов прямоугольников, которые можно было соотнести с пальцами. Эти таблицы были посредниками при введении чисел и заменяли реальные объекты. Как только учащиеся ясно понимали смысл и назначение чисел, Дж. Ниф знакомил их с основными математическими операциями. Как и все обучение, такие занятия арифметикой постепенно и тщательно развивали интеллектуальные способности школьников.

Дж. Ниф трактует идею Песталоцци о наблюдении и созерцании как одну из основополагающих в образовательном процессе. Американский педагог был убеждён, что знания должны быть получены на основе собственных чувств и непосредственных ощущений ребёнка, а книги необходимо использовать только на более поздних этапах его обучения. Для своих прогулок со школьниками «…Ниф обычно брал небольшую сумку, содержащую химические реактивы и другие средства тестирования минералов и горных пород. Он показывал выделение пузырьков с помощью известковых камней, твердость минерала кремния и его способность царапать стекло, специфический запах и адсорбцию влажности, характеризующие глиноземные породы. Но он не приводил учеников в замешательство потоком информации и не обременял их молодую память искусственным анализом» [8, p. 75]. Как и Маклур, Дж. Ниф считал, что процесс изучения естествознания должен быть динамичным, а не заключаться в простом накоплении информации. Он знал о последствиях ранней индустриализации, которые облегчали жизнь человека, и поэтому неотъемлемой частью изучения естественных наук в школе Дж. Нифа являлось наблюдение учениками процесса обработки сырья, прежде чем оно станет готовой продукцией. Педагог полагал, что все разнообразные преобразования такие, которым, например, подвергнутся конопля или льняное семя, пока оно не появится в виде рубашки или салфетки, должны быть представлены наблюдению школьников. И в этом процессе швея, отбеливатель, ткач, дровосек, пахарь должны быть их инструкторами.

Демократическая позиция Дж. Нифа ясно прослеживалась в его преподавании естественных наук. Так, он планировал, что его ученики будут самостоятельно определять себя в группы согласно интересам. Тот, у кого есть интерес к минералам, станет минералогом школы; тот, кто интересуется овощами – ботаником; тот, кто интересуется животными – зоологом. После занятия естествознания для всего класса ученики углубляют свои знания о природе в группах по интересам. Периодически результаты их работы и образованных групп минералогов, ботаников и зоологов, доводятся до сведения других учащихся, выступающих в качестве «целого комитета» [13, p. 89]. Посредством групповых дискуссий учащиеся классифицируют объекты, которые они собрали на своих экскурсиях. Каждый ученик имеет один голос в определении надлежащей классификации, и Дж. Ниф говорил, что, хотя он и учителем, он тоже будет иметь только один голос. После классификации растений и животных, коллекции сохраняются в кабинете естествознания. Данный метод обучения естествознанию имеет большое значение для педагогической науки по развитию ученического самоуправления. Он имел гораздо большее значение, чем патернализм Песталоцци. Использование Дж. Нифом школьных комитетов, в которых все ученики работали вместе, предугадал идеи некоторых прогрессивных педагогов ХХ в., например, Уильяма Херда Килпатрика (1871–1965), который подчеркивал, что социализация происходит только в совместной работе группы. Метод преподавания естествознания Дж. Нифа также был одним из первых предшественников метода проекта, который был популяризирован Килпатриком [7, p. 106].

Песталоцци назвал «методом мысли» совокупность средств помощи ученику в саморазвитии, когда он получает начальное образование. В педагогической деятельности Дж. Нифа ясно прослеживается его модификация и усовершенствование. Новизна здесь проявляется в коррекции американским педагогом системы образования Песталоцци, а не в создании им нечто принципиально нового. Тем не менее, деятельность американского педагога по адаптации и модернизации системы образования Песталоцци позволяет определять её как новаторскую.

Американский просветитель придавал большое значение разностороннему развитию школьника. По его мнению, ловкость тела составляют основу культивирования силы и физических умений. Стремление ребёнка к развитию своих способностей заключается в его природном влечении к саморазвитию, которое заложено в самой природе телесности. Поэтому в учебных заведениях Песталоцци и Дж. Нифа был введен особый предмет – гимнастика. Родственник одного из учеников Дж. Нифа так описывает методы его физического воспитания: «Мы были задействованы во всех видах атлетики, были великолепными пловцами и конькобежцами, ходоками и гимнастами. В хорошую погоду мы ходили дважды в день на реку с Дж. Нифом, который был совершенным пловцом среди нас. Возможно, из-за совместных развлечений с нашим учителем, между ним и учениками была великая свобода» [12, p. 5].

В отличие от педагогов начала XIX в., Дж. Ниф включил физические и военные тренировки в программу обучения своей школы. Его взгляды на развитие физической силы человека опирались на определенное видение сущности человека. Принимая дефиницию человека Песталоцци, определяющую человека как существо, обладающее моральной, интеллектуальной и физической силой, Дж. Ниф также полагал, что зачатки этих трех человеческих сил должны быть развиты гармонично и одновременно в процессе природосообразного образования. Широко определяя физическое воспитание как тренировку телесных, практических и профессиональных навыков человека, Песталоцци считал его учебным искусством такого масштаба, что оно не может быть оставлено на волю случая.

Благодаря работе в г. Бургдорфе, Дж. Ниф познакомился с системой Песталоцци последовательных физических упражнений. Песталоцци была разработана «Азбука действий», по которой дети практиковали элементарные движения и постепенно переходили к более сложным видам физической деятельности [14, p. 146]. Например, действия удара, толкания, бросания и вытягивания чего-либо, поворота, размахивания, были задуманы как основы всех возможных человеческих действий. Песталоцци считал, что физическое образование, имеющее последовательный характер в соответствии с растущей силой ребенка, будет способствовать хорошему здоровью, силе и осанке, необходимым для успешного становления любой профессии.

Школьная физическая подготовка Дж. Нифа была направлена на достижение целей, которые были очень похожи на те, которые ставил Песталоцци. Он считал, что последовательные физические упражнения соответствовали естественной склонности ребенка к активности. Правильная организация этих мероприятий должна была быть вне помещения, где свежий воздух и солнце помогают природе в развитии здорового организма. Как Песталоцци, Дж. Ниф считал, что физические нагрузки были необходимы для подготовки ребенка к будущей профессии и для искусства самообороны.Он не верил, что уроки физической культуры должны стать формализованными, рутинными или трудоемкими. Считая эти упражнения средством освобождения природной энергии ребенка, он проводил их в виде игр и развлечений, а не утомительной работы. Педагог позволил своим ученикам иметь максимально возможную свободу на этих занятиях, и разрешал им бегать, прыгать, лазить и плавать столько, сколько им заблагорассудится. При этом он сам участвовал в такой деятельности вместе со своими учениками.Дж. Ниф был убежден, что физическое обучение было основой для самообороны и военной подготовки, необходимой в обучении и воспитании свободных граждан республики. Как ветеран итальянской кампании Наполеона, «старый солдат» Дж. Ниф уделял больше внимания начальной военной подготовке, чем Песталоцци. Хотя педагогические труды Песталоцци не предоставляют никаких сведений по этому вопросу, все же его ученики время от времени маршировали в военных формированиях и практиковали различные строевые упражнения. Дж. Ниф сам проводил такие учения с учащимися в г. Бургдорфе. В этом вопросе он был настоящим реалистом, признавая, что некоторые идеалистические противники могут ему возражать: военные учения не должны иметь законного места в рациональном образовательном проекте. На это он отвечал, что такая наивная концепция определяет мир, каким он должен быть, а не каким он есть в реальности. Опираясь на свой военный опыт, Дж. Ниф утверждал, что его педагогическая концепция была разработана для жизни в реальном мире [13, p. 106]. Несмотря на искреннее желание Америки изолироваться от европейских проблем, Дж. Ниф писал, что Соединенные Штаты были окружены враждебными иностранными державами, стремящимися уничтожить республиканский пример государственного строительства. Он заявил, что его американским ученикам суждено было стать свободными гражданами: «Должны ли не Богом данные государи, всегда боящиеся своих подданных, сравнивать свое политическое положение с нашим? И пусть они в устойчивом положении, думаю, что в их интересе истребить с лица земли каждый признак, каждый след республиканизма?» [13, p. 107]

Американский просветитель был отлично знаком с европейской политикой поддержания больших регулярных армий и считал, что постоянные военные заведения пагубно влияют на свободу. Отвергая концепцию большой регулярной армии и флота для Соединенных Штатов, он принял американский идеал гражданина-солдата. Если европейские деспоты стремились уничтожить американский республиканизм, нация свободных граждан-солдат могла образоваться и отразить любого агрессора во имя собственной самообороны: «...каждый гражданин должен быть способен работать действенно на общую оборону нашей страны. Я бы лично имел 100 тысяч отличных винтовок и стрелков, которые, в случае враждебного вторжения от каждого куста, из-за каждого дерева, от каждой канавы, будут квалифицированно отправлять на верную смерть и неизбежное разрушение ряды и колонны вражеского вторжения» [13, p. 108].

Дж. Ниф был большим энтузиастом в области военной подготовки и готовил своих учеников быть хорошими командирами и солдатами. Школьники были разделены на отряды и имели лидера команды, ответственного за их подготовку членов отряда. Учащиеся выполняли различные марши, движения и тактические действия сначала без оружия, а потом, когда были более опытными, с оружием, небольшим кремневым ружьем, штыком, а также с патронным ящиком. Они также практиковались в строевых упражнениях, рытье окопов и укреплении огневых позиций. Дж. Ниф отмечал, что необходима строгая военная дисциплина и создал военный кодекс. Хотя педагог верил в ученическое самоуправление, эта свобода не распространялась на военную подготовку, где должна быть строгая дисциплина [13, p. 108–109].

Таким образом, несмотря на то, что долгое время в истории образования Дж. Ниф считался лишь удлиненной тенью Песталоцци в Америке, его по праву можно считать педагогом-новатором. Пока Песталоцци пытался воплотить свою систему природосообразного образования с помощью патерналистских средств, его ученик апробировал свою систему воспитания и обучения, основанную на идеях демократизма и рационализма. Педагогическая теория Дж. Нифа послужила плодотворной основой для развития методологии американской системы народного образования. Следует также отметить, что проблема соотношения принципов «аристократизма» и «демократизма» является актуальной и для современного российского образования, которое всё более отходит от демократических идеалов.

Библиография
1.
Гуляихин В.Н. Нормальное и измененное правосознание человека // Право и политика. 2010. № 5. С. 926–933.
2.
Кларин В.М. И.Г. Песталоцци: подвижник педагогики // Педагогика. 1996. № 1 . С. 44–49.
3.
Песталоцци И.Г. Лебединая песня. М.: Образовательные проекты, 2008. 240 c.
4.
Песталоцци И.Г. Как Гертруда учит своих детей // Избранные педагогические сочинения: В 2-х т. Т. 1 / Под ред. В. А. Ротенберг, В. М. Кларина. М.: Педагогика, 1981. – 336 с.
5.
Толстой Л.Н. О задачах педагогии / Педагогические сочинения. М.: Педагогика, 1989. С. 37–42.
6.
Bockstahler O.L. Contributions to American literature by Hoosiers of German Ancestry // Indiana magazine of history. 1942. V. 38. No 3. PP. 231–250.
7.
Gutek J.L. Joseph Neef: The Americanization of Pestalozzianism. Tuscaloosa: University of Alabama Press, 1978. 159 p.
8.
Gutek J.L. Pestalozzi and education. Long Grove: Waveland Pr., 1999. 178 p.
9.
Hackensmith Ch.Wm. Biography of Joseph Neef: educator of Ohio Valley, 1808-1854. N.-Y.: Carlton Press, 1973. 276 p.
10.
Jedan D. Joseph Neef: Innovator or Imitator? // Indiana magazine of history. 1982. V. 78. No. 4. PP. 323–340.
11.
Johnson C. Old-time schools and schoolbooks. N.-Y.: Dover Publications, 1963. 310 p.
12.
Monroe W.S. Joseph Neef and Pestalozzianism in America. Boston: [s. n.], 1894. 13 p.
13.
Neef J.N. Sketch of a plan and method of education. N.-Y.: Ayer Co Pub., 1969. 148 p.
14.
Silber K. Pestalozzi, the man and his work. London: Routledge & Kegan Paul, 1965. 335 p.
15.
Walch M.R. Pestalozzi and the pestalozzian theory of education: a critical study. Washington: The Catholic university press, 1952. 135 p.
References (transliterated)
1.
Gulyaikhin V.N. Normal'noe i izmenennoe pravosoznanie cheloveka // Pravo i politika. 2010. № 5. S. 926–933.
2.
Klarin V.M. I.G. Pestalotstsi: podvizhnik pedagogiki // Pedagogika. 1996. № 1 . S. 44–49.
3.
Pestalotstsi I.G. Lebedinaya pesnya. M.: Obrazovatel'nye proekty, 2008. 240 c.
4.
Pestalotstsi I.G. Kak Gertruda uchit svoikh detei // Izbrannye pedagogicheskie sochineniya: V 2-kh t. T. 1 / Pod red. V. A. Rotenberg, V. M. Klarina. M.: Pedagogika, 1981. – 336 s.
5.
Tolstoi L.N. O zadachakh pedagogii / Pedagogicheskie sochineniya. M.: Pedagogika, 1989. S. 37–42.
6.
Bockstahler O.L. Contributions to American literature by Hoosiers of German Ancestry // Indiana magazine of history. 1942. V. 38. No 3. PP. 231–250.
7.
Gutek J.L. Joseph Neef: The Americanization of Pestalozzianism. Tuscaloosa: University of Alabama Press, 1978. 159 p.
8.
Gutek J.L. Pestalozzi and education. Long Grove: Waveland Pr., 1999. 178 p.
9.
Hackensmith Ch.Wm. Biography of Joseph Neef: educator of Ohio Valley, 1808-1854. N.-Y.: Carlton Press, 1973. 276 p.
10.
Jedan D. Joseph Neef: Innovator or Imitator? // Indiana magazine of history. 1982. V. 78. No. 4. PP. 323–340.
11.
Johnson C. Old-time schools and schoolbooks. N.-Y.: Dover Publications, 1963. 310 p.
12.
Monroe W.S. Joseph Neef and Pestalozzianism in America. Boston: [s. n.], 1894. 13 p.
13.
Neef J.N. Sketch of a plan and method of education. N.-Y.: Ayer Co Pub., 1969. 148 p.
14.
Silber K. Pestalozzi, the man and his work. London: Routledge & Kegan Paul, 1965. 335 p.
15.
Walch M.R. Pestalozzi and the pestalozzian theory of education: a critical study. Washington: The Catholic university press, 1952. 135 p.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"