Статья 'Правовое положение лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность' - журнал 'Полицейская деятельность' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > Требования к статьям > Политика издания > Порядок рецензирования статей > Редакционный совет и редакционная коллегия > Ретракция статей > Этические принципы > О журнале > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Полицейская деятельность
Правильная ссылка на статью:

Правовое положение лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность

Кондрашечкин Роман Викторович

кандидат юридических наук

старший преподаватель, Московский областной филиал, Московский университет МВД России им. В.Я. Кикотя

143100, Россия, Московская область, пос. Руза, ул. Солнцева, 22, кв. 143

Kondrashechkin Roman Viktorovich

PhD in Law

Senior Lecturer at Kikotia Moscow University of the Ministry of Internal Affairs 

143100, Russia, Moskovskaya oblast', pos. Ruza, ul. Solntseva, 22, kv. 143

rvk07@rambler.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2454-0692.2017.4.23509

Дата направления статьи в редакцию:

04-07-2017


Дата публикации:

15-09-2017


Аннотация: Аннотация. Предметом исследования является правовое положение конфидентов (лиц), оказывающих содействие органам, правомочным на осуществление оперативно-разыскной деятельности. Актуальное значение в уголовном судопроизводстве приобретают решения Европейского суда, которые оказывают существенное влияние на совершенствование законодательной системы и правоприменительной практики в Российской Федерации, в том числе на использование информации, полученной оперативным путем с участием лиц, оказывающих конфиденциальное содействие. Содержание ст. 17 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» решение вопроса о том, кто и в каком качестве входит в круг лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность, не дает и не позволяет определить точный критерий оценки лиц, оказывающих конфиденциальное содействие, а также допустимости использования доказательств, полученных с их участием. Методы исследования: метод сравнительного правоведения при исследовании правового положения лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность; метод сравнительного анализа при определении соответствия возможностей оказания содействия оперативным подразделениям при осуществлении ОРД. Автором исследуются решения Европейского суда по правам человека, актуальные проблемы правоприменительной практики, касающиеся правового положения лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность. Научная новизна заключается в анализе нормативных правовых актов регламентирующих правовое положение лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность; в предложениях по совершенствованию оперативно-разыскного законодательства. Основные выводы проведенного исследования заключаются в необходимости изложить статью 17 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» в новой редакции.


Ключевые слова:

полиция, правоохранительные органы, оперативно-разыскная деятельность, оперативно-разыскные мероприятия, оперативные подразделения, оперативный сотрудник, конфидент, конфиденциальное содействие, внештатный сотрудник, внештатное сотрудничество

Abstract: The research subject is the legal status of individuals confidentially assisting law enforcement bodies (confidential informants). The decisions of the European Court have significant impact on the perfection of Russian legislative system and law enforcement practice, particularly on the use of information obtained from confidential informants. The content of article 17 of the Federal law “On operational investigations” doesn’t contain any specification of individuals confidentially assisting law enforcement bodies and doesn’t comment on the admissibility of evidence obtained with their help. The research methodology includes the method of comparative jurisprudence, which is used to study the legal status of confidential informants; the method of comparative analysis, which is used to define the possibility to assist operative units during operational investigations. The author studies the decisions of the European Court of Human Rights, the topical problems of law enforcement practice related to the legal status of confidential informants of law enforcement bodies. The scientific novelty of the study consists in the analysis of statutory documents regulating the legal status of confidential informants of law enforcement bodies; in the proposals about the improvement of legislation on operational investigations. The author concludes about the need to reformulate article 17 of the Federal Law “On operational investigations”. 


Keywords:

police, law enforcement bodies, operational investigations, operational-investigative activities, operational divisions, operative, confidant, confidential assistance, consultant, consulting cooperation

Развитие правовой системы в Российской Федерации характеризуется многообразием норм правового регулирования, увеличением нормативных правовых актов, интермиттенцией законодательства.

Актуальное значение в уголовном судопроизводстве приобретают постановления Европейского суда (далее – ЕСПЧ), которые оказывают существенное влияние на совершенствование законодательной системы и правоприменительной практики в Российской Федерации, в том числе использование информации, полученной оперативным путем с участием лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность.

Российский и зарубежный опыт оперативно-разыскного законодательства свидетельствует о том, что, наряду с применением силовых средств и методов в борьбе с преступностью, возрастает необходимость привлечения лиц для оказания конфиденциального содействия органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность. Актуальность использования данного вида содействия обусловлена глобализацией процессов, происходящих в обществе, появлением новых глобальных угроз (терроризма, экстремизма), а также новых видов преступлений в сфере компьютерной информации и т.д.

В принятых решениях Европейский суд отмечал допущенные нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод [1] (далее – Конвенция) при проведении оперативно-разыскных мероприятий (далее – ОРМ), в которых участвовали лица, оказывающие конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность (далее – ОРД), с неопределенным правовым положением, вследствие чего возникали нарушения в использовании доказательств.

Рассматривая вопрос о содействии лиц, необходимо отметить, что в некоторых законодательных актах Российской Федерации нашли отражение дефиниции оказания данного вида содействия органам, правомочным на осуществление оперативно-разыскной деятельности.

Статья 17 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – ФЗ «Об ОРД») указывает на возможность привлечения к содействию граждан органам, правомочным на осуществление оперативно-разыскной деятельности. При этом «отдельные лица могут привлекаться к подготовке или проведению оперативно-разыскных мероприятий. С сохранением конфиденциальности содействия, в том числе по контракту. Лица обязаны сохранять в тайне сведения, ставшие им известными в ходе подготовки или проведения оперативно-разыскных мероприятий. Также указанные лица не должны предоставлять заведомо ложную информацию. Органы правомочные на осуществление ОРД, могут заключать контракты с совершеннолетними дееспособными лицами. Их гражданство, национальность, пол, имущественное, должностное и социальное положение, а также образование, принадлежность к общественным объединениям, отношение к религии и политическим убеждениям не является препятствием для привлечения к содействию.

Привлекать к конфиденциальному содействию по контракту депутатов, судей, прокуроров, адвокатов, священнослужителей и полномочных представителей, официально зарегистрированных религиозных объединений запрещается [13].

Данному направлению исследования посвящен ряд научных работ известных российских ученых, которые высказывают различные точки зрения по данному вопросу. Мы не согласны с позицией отдельных авторов, указывающих на то, что рассматриваемая статья оперативно-разыскного законодательства содержит «определение понятия лиц, оказывающих содействие правоохранительным органам» [7]. Такое определение в законе отсутствует. Вместе с тем специальные ведомственные нормативные правовые акты раскрывают содержание данной категории лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность, что, на наш взгляд, является недостаточным для правоприменительной практики. Данная дефиниция должна быть отражена в оперативно-разыскном и уголовно-процессуальном законодательстве.

Кроме того, п. 34 ч.1 ст. 13 Федерального закона «О полиции» (далее – ФЗ «О полиции») указывает, что «полиция может привлекать граждан с их согласия к внештатному сотрудничеству; устанавливать негласное сотрудничество с гражданами, изъявившими желание конфиденциально оказывать содействие полиции на безвозмездной или возмездной основе» [14].

Внештатное сотрудничество с полицией также регламентировано ч. 1 ст. 10 ФЗ «Об участии граждан в охране общественного порядка». Так, «граждане, достигшие возраста восемнадцати лет, могут привлекаться к внештатному сотрудничеству с полицией, их привлечение осуществляется в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел, отмечается в ч. 2 рассматриваемой статьи» [15].

«Граждане Российской Федерации, достигшие возраста восемнадцати лет, изъявившие желание оказывать помощь полиции и привлекаемые к сотрудничеству на добровольной, гласной и безвозмездной основе могут привлекаться к сотрудничеству только на гласной и безвозмездной основе» в соответствии с Инструкцией по организации деятельности внештатных сотрудников полиции [8].

Вопросы содействия граждан регламентированы ч. 1 ст. 19 ФЗ «О федеральной службе безопасности». «Органы ФСБ могут привлекать отдельных лиц с их согласия к содействию в решении возложенных на органы ФСБ обязанностей на гласной и негласной (конфиденциальной) основе, в том числе в качестве внештатных сотрудников. Полномочия внештатного сотрудника органов ФСБ определяются нормативными актами федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности» [12].

Достаточно дискуссионными в науке остаются вопросы допустимости провокации преступления со стороны оперативных сотрудников и лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность. Указанные правовые позиции нашли отражение в решениях ЕСПЧ [3], а также в научных исследованиях российских ученых [2].

В п. 2 ППВС РФ «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод» отмечается, что «судами учитываются правовые позиции Европейского суда, изложенные в ставших окончательными постановлениях, принятых в отношении других государств – участников Конвенции. Правовая позиция учитывается судом, если обстоятельства рассматриваемого им дела являются аналогичными обстоятельствам, ставшим предметом анализа и выводов Европейского суда» [9].

Основаниями принятия решений при рассмотрении уголовных дел российским правосудием учитываются правовые позиции, нашедшие отражения в решениях ЕСПЧ, принятых по жалобам не только в отношении России, так как «игнорирование последних способно дезориентировать национального правоприменителя относительно содержания Конвенции о защите прав человека и привести к ее нарушению» [11].

В Постановлении ЕСПЧ разграничения провокации и проведение ОРМ рассматривается в деле «Веселов и другие (Veselov and others) против Российской Федерации» [10], в котором отмечает что, «различает индивидуальную жалобу и информацию, поступившую от полицейского сотрудника или информатора. ...Последние подвергаются значительному риску расширения их функций до агентов-провокаторов с возможным нарушением пункта 1 статьи 6 Конвенции, если они должны принимать участие в контролируемой полицией операции» (§ 91). «Необходимость четкого разделения использования сотрудников полиции и информаторов в качестве источников информации и их участия в негласных мероприятиях под контролем милиции. ...Их роль должна оставаться строго пассивной, чтобы не подстрекать к совершению преступления, что труднодостижимо, когда проверочная закупка совершается информатором, действующим в качестве покупателя» (§ 102).

В Постановлении ЕСПЧ было отмечено, что «все три заявителя оспорили утверждения властей Российской Федерации о том, что источниками информации милиции явились частные лица, которые не были связанны с оперативно-разыскной деятельностью. Они высказались, что X., Y. и Z. являлись информаторами милиции. Регулярно выступали в качестве покупателей в рамках проверочных закупок наркотиков. Кроме того, Веселов подкрепил свое утверждение копиями судебных актов, вынесенных по не связанным с ним уголовным делам. В которых тот же источник действовал в качестве покупателя в ходе других контрольных закупок».

Европейский суд принял к сведению доказательства, представленные заявителем, подтверждающие причастность X. к несвязанным проверочным закупкам, проведенным милицией. Суд признал, что они «убедительно подтверждают долгосрочное сотрудничество X. со следственными органами». «Статус X. как милицейского информатора отличает настоящее дело от ситуации, в которой полиция уведомляется частным лицом, не являющимся сотрудником полиции или информатором, о том, что преступное действие уже совершается».

С учетом того факта, что X. ранее являлся милицейским информатором, и в связи с отсутствием сведений о его контактах с заявителем, ЕСПЧ высказался о том, что «милицейское подстрекательство действительно имело место».

Постановления ЕСПЧ должны учитываться в правоприменительной практике для оценки доказательств, полученных оперативным путем, их необходимо всесторонне анализировать с правовых позиций.

Анализ уголовно-процессуального законодательства свидетельствует о том, что в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации отсутствуют правовые нормы получения доказательств путем использования лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность. В связи, с чем необходимо дальнейшее совершенствование законодательства [5].

Постановления ЕСПЧ, указывают на нарушение Конвенции о защите прав человека и основных свобод в той части, когда в доказывании использовалась информация, полученная от лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим ОРД, не имеющих соответствующего статуса в оперативно-разыскном законодательстве. Вместе с тем, ЕСПЧ, учитывает данную специфику в каждом конкретном случае с позиции правоприменительной практики.

Таким образом, необходимо четкая правовая регламентация лиц, оказывающих конфиденциальное содействие. Содержание нормы ст. 17 Федерального закона «Об ОРД» ответа на этот вопрос не дает и не позволяет определить точный критерий оценки лиц, оказывающих конфиденциальное содействие, а также допустимости использования доказательств, полученных с их участием [4].

Считаем целесообразным ст. 17 ФЗ «Об ОРД» изложить в новой редакции:

«Органы, осуществляющие оперативно-разыскную деятельность, могут привлекать лиц к содействию в целях решения задач оперативно-разыскной деятельности на гласной и конфиденциальной основе, в том числе в качестве внештатных сотрудников. Полномочия внештатного сотрудника определяются нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Лица, оказывающие содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность, имеют право:

– заключать контракт о сотрудничестве;

– использовать в целях конспирации документы, зашифровывающие личность,

– получать от сотрудников уполномоченных органов разъяснения своих задач, прав и обязанностей;

–за ущерб причиненный здоровью, либо имуществу, в процессе оказания конфиденциального содействия уполномоченным органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность, получать денежную компенсацию;

– получать вознаграждение.

Лица, оказывающие содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность, обязаны:

– соблюдать условия контракта о сотрудничестве;

– не разглашать сведения, составляющие государственную тайну, и иные сведения, ставшие им известными в процессе оказания ими конфиденциального содействия;

– выполнять поручения направленные на решение задач, возложенных на органы осуществляющие оперативно-разыскную деятельность;

– не допускать предоставления неполной, ложной, необъективной информации;

Запрещается использовать конфиденциальное содействие на контрактной основе депутатов, судей, прокуроров, адвокатов, несовершеннолетних, священнослужителей и полномочных представителей, официально зарегистрированных религиозных организаций.

Сведения о лицах, оказывающих или оказывавших конфиденциальное содействие, составляют государственную тайну и могут быть преданы гласности только с письменного согласия этих лиц и в случаях, предусмотренных федеральными законами».

Предложенная дефиниция оперативно-разыскного законодательства направлена на урегулирование общественных отношений в сфере привлечения к ОРД лиц, оказывающих конфиденциальное содействие органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность, а также на совершенствование оперативно-разыскного законодательства по недопущению нарушений Конвенции о защите прав человека и основных свобод в той части, когда в доказывании использовалась информация, полученная от этих лиц.

Библиография
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
References
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.