Статья 'Анализ интеграционных процессов на постсоветском пространстве' - журнал 'Вопросы безопасности' - NotaBene.ru
по

 

 

Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Вопросы безопасности
Правильная ссылка на статью:

Анализ интеграционных процессов на постсоветском пространстве

Шумов Владислав Вячеславович

доктор технических наук

ведущий научный сотрудник, Международный научно-исследовательский институт проблем управления

117312, Россия, г. Москва, Проспект 60-летия Октября, 9

Shumov Vladislav

Doctor of Technical Science

Leading Scientific Associate, International Research Institute For Advanced Systems

117312, Russia, g. Moscow, Prospekt 60-letiya Oktyabrya, 9

vshum59@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-7543.2020.2.32864

Дата направления статьи в редакцию:

08-05-2020


Дата публикации:

31-05-2020


Аннотация.

Объектом исследования являются социальные, политические и экономические процессы интеграции на постсоветском пространстве. Предмет исследования - модель оценки, построения сценариев и прогноза интеграционных процессов. Для анализа, прогнозирования и оценки рисков интеграционных процессов автором используются два подхода: 1) использование методов теории безопасности и математическое моделирование процессов интеграции (дезинтеграции) политических и социально-экономических акторов, направленных на повышение их безопасности; 2) оценка вызовов и неблагоприятных последствий с использованием парадигмы «невозможность – риск – безопасность». Модель безопасности основана на дихотомии (неразрывной связности) ценностей суверенитета (развития) и сохранения и учитывает основные факторы, влияющие на успешное развитие государств, меж- и надгосударственных образований: численность и этнический состав населения, межэтнические взаимодействия, социальные показатели развития. Методология исследования включает комплексный и системный подходы, кибернетические методы (кибернетика как наука об организации сложных систем и управлении ими), математическое моделирование Обобщен опыт интеграционных процессов на европейском континенте. Исторически подтверждено, что базой для экономической интеграции является наличие действенных механизмов политической и военной интеграции. Разработаны три сценария интеграции на постсоветском пространстве. Сценарий 1 (пессимистичный, содружество государств): обеспечивается свобода движения товаров, а также услуг, капитала и рабочей силы, и проведение скоординированной, согласованной или единой политики в отраслях экономики. Сценарий 2 (реалистичный, федерация с элементами конфедерации): в совместном ведении Союза находится 50% государственных функций. Сценарий 3 (оптимистичный, вхождение в состав Российской Федерации): в совместном ведении Федерации находится 80% государственных функций, с возможностью существенного роста безопасности страны при вхождении в состав России 3–7 республик бывшего СССР. Количественный анализ геополитической обстановки показывает наличие благоприятных условий для интеграционных процессов.

Ключевые слова: процессы интеграции, безопасность, риск, невозможность, математическая модель, сценарии интеграции, пессимистичный сценарий, оптимистичный сценарий, реалистичный сценарий, геополитическая инверсия

Abstract.

The object of this research is the social, political and economic integration processes in post-Soviet space. The subject of this research is the model of assessment, construction of scenarios and forecast of integration processes. For the analysis, forecasting and assessment of risks of integration processes, the author employs two approaches: 1) usage of methods of the theory of security and mathematical modeling of integration (disintegration) processes of political and socioeconomic actors aimed and increase of their security; 2) assessment of challenges and unfavorable consequences using the paradigm “impossibility – risk – security”. The model of security is based on dichotomy (inextricable connection) of the values of sovereignty (development) and retention, and considers the key factors affecting successful development of the states, trans- and supranational formations: size and ethnic composition of population, interethnic relationship, social indicators of development. The experience of integration processes on the European continent is summarized. It is historically proven that the basis for economic integration consists in the effective mechanisms of political and military integration. The author develops three scenarios of integration in the post-Soviet space: 1) pessimistic, commonwealth of states – insurance of the freedom of movement of commodities, services, capital and workforce, and realization of the coordinated or single policy with regards to economic sectors; 2) realistic, federation with the elements of confederation – joint administration of the Union cover 50% of state functions; 3) optimistic, being a part of the Russian Federation – joint administration of Federation covers80% of state functions, with the possibility of significant increase of country’s security, if 3-7 republics of the former Soviet Union are a part of Russia. The quantitative analysis of geopolitical situation demonstrates the presence of favorable conditions for integration processes.

Keywords:

pessimistic scenario, integration scenarios, mathematical model, impossibility, risk, safety, integration processes, optimistic scenario, realistic scenario, geopolitical inversion

1. Введение

На территории бывшего СССР в настоящее время действуют следующие над- и межнациональные организации:

Содружество Независимых Государств (СНГ), с 1991 г. (Азербайджан, Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Молдавия, Россия, Таджикистан, Узбекистан);

Балтийская ассамблея, с 1991 г. (Эстония, Латвия и Литва);

Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), с 1992 г. (Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Россия, Таджикистан);

Союзное государство России и Белоруссии, с 1996 г.;

Организация за демократию и экономическое развитие (ГУАМ), с 1997 г. (Грузия, Украина, Азербайджан, Молдавия);

Содружество непризнанных государств, с 2000 г. (Нагорно-Карабахская Республика, Приднестровская Молдавская Республика, Абхазия, Южная Осетия);

Евразийский экономический союз (ЕАЭС), с 2014 г. (Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Россия).

Отметим, что ОДКБ и ЕАЭС имеют один и тот же состав, что свидетельствует о комплексности идущих интеграционных процессов.

Исторический опыт интеграционных процессов (СССР, Евросоюз) показывает, что экономической интеграции предшествует военно-политическая интеграция. Так, экономическая интеграция в Западной и Центральной Европе происходит фактически под «зонтиком» НАТО.

Происходящие в мире и на территории бывшего СССР геополитические, социальные и экономические изменения, связанные с неспособностью так называемых «цивилизованных стран» во главе с США справиться с современными вызовами и угрозами, ростом геополитической мощи Китая побуждают к поиску оснований и методов количественного анализа и прогнозирования, способных адекватно описывать и прогнозировать обстановку на глобальном и региональном уровнях.

Для прогнозирования политического и социально-экономического развития на постсоветском пространстве и оценки рисков, связанных с интеграцией, будем использовать два подхода:

1) математическое моделирование процессов интеграции (дезинтеграции) политических и социально-экономических акторов, направленных на повышение их безопасности;

2) оценка вызовов и неблагоприятных последствий с использованием парадигмы «невозможность – риск – безопасность».

Комплексным и интегрированным показателем развития государств и обществ является безопасность. В Стратегии национальной безопасности России дается следующее определение: национальная безопасность – состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, суверенитет, независимость, государственная и территориальная целостность, устойчивое социально-экономическое развитие страны.

В приведенном выше определении безопасности акцент делается на дуализме (непреодолимой связности) двух ценностей: развития и сохранения. Двойственность ценностей и фактор безопасности как базовой потребности зачастую игнорируется в экономических [1] и военно-политических исследованиях. В частности, из работы [2] следует, что расширение государства за счет присоединения новых территорий, создания блоков и союзов всегда повышает его потенциал, что логически ведет к обоснованию создания единого мирового правительства, при котором безопасность индивидов и народов якобы будет максимальной. Названного недостатка лишены политико-экономические модели А. Алесины и Э. Сполаоре [3]: чем больше государство, тем ниже удельные издержки производства общественных благ (включая, безопасность) и прочих услуг, которые это государство предоставляет гражданам. Поэтому крупные государства обладают преимуществом большого внутреннего рынка. Но если население большой страны слишком разнородно, то ее гражданам трудно прийти к согласию, какие именно общественные блага должно предоставлять государство, каким должен быть размер государства и, следовательно, уровень налогообложения. Тогда возникают тенденции к дезинтеграции страны. Вводимые разными странами экономические санкции, ведущие к разрыву транспортных связей, цепочек поставок товаров и зачастую приводящие к существенному снижению экономических показателей, не могут быть объяснены в экономической парадигме.

В классическом понимании риск есть сочетание (с точки зрения вычисления – произведение) вероятности и последствий наступления неблагоприятных событий. Применительно к социальной сфере можно выделить следующие недостатки классического подхода. Во-первых, многие неопределенности имеют интервальный или нечеткий характер и не могут быть сведены к вероятностной неопределенности. Во-вторых, ход социальных процессов характеризуется непредсказуемостью, что затрудняет выявление возможных последствий и их числовую оценку. В-третьих, акцент с вызовов, рисков и угроз должен быть смещен на эффекты и пути их достижения. Рассмотрим концепцию «невозможность–риск–безопасность» (рис. 1).

Рис. 1. Концепция «невозможность–риск–безопасность»

Группы учитываемых факторов представлены в таблице 1.

Таблица 1

Группы учитываемых факторов при анализе интеграционных процессов на постсоветском пространстве

Внешние

Внутренние

Субъективные

1) Отношение субъектов мировой политики к интеграции на постсоветском пространстве.

2) Зарубежное общественное мнение.

3) Информационные компании в зарубежных СМИ

1) Отношение органов власти и управления стран СНГ и ЕАЭС к интеграционным процессам.

2) Общественное мнение стран СНГ и ЕАЭС.

3) Информационные компании в СМИ стран СНГ и ЕАЭС

Объективные

1) Физико-географические, климатические факторы в регионах мира.

2) Демографические факторы (численность и темпы роста населения, этнический состав и др.).

3) Социально-технологические факторы (рынок труда, валовый внутренний продукт, образование, наука, технологии и т.д.)

1) Физико-географические, климатические факторы в странах СНГ и ЕАЭС.

2) Демографические факторы (численность и темпы роста населения, этнический состав и др.).

3) Социально-технологические факторы (рынок труда, валовый внутренний продукт, образование, наука, технологии и т.д.)

Выявление значимых факторов выполняется с привлечением экспертов – специалистов в области развития социальных систем, применения методов математического моделирования, факторного анализа и методов социальной статистики.

Перечислим некоторые факторы, способствующие дальнейшей интеграции ЕАС (с возможным вхождением в его состав новых государств).

Во-первых, уменьшаются издержки на производство общественных благ. Так, например, протяженности государственной границы СССР и современной России примерно одинаковы, но численность населения СССР в 1989 г. была 286,7 млн. чел., тогда как в России в 2019 г. – 146,8 млн. чел. То есть, для поддержания пограничной безопасности на прежнем уровне потребуется средств почти в два раза выше из расчета на одного индивида. Расходы на поддержание пограничной безопасности ЕАЭС будут ниже, чем расходы на поддержание пограничной безопасности России, поскольку протяженность границы почти не изменится, а численность граждан, пользующихся общественным благом, вырастет.

Во-вторых, увеличится внутренний рынок, что позволит избежать издержек, связанных с неустойчивостью мировой экономики.

В-третьих, более рациональной размещение производительных сил и обеспечение устойчивых поставок на внутреннем рынке будет способствовать снижению миграционных потоков и связанных с ними рисков терроризма и экстремизма.

Динамику отношения органов власти и экспертов к интеграционным процессам можно оценивать по концептуальным документам и создаваемым институтам. В «Основных направлениях экономического развития ЕАЭС до 2030 года», подготовленных в 2015 г., сформулированы три возможных сценария развития Союза: «Инерционный» («Продленный статус-кво»), «Фрагментарный» («Транзитно-сырьевой мост») и «Максимальный» («Собственный центр силы»). Эти сценарии отражают разные подходы стран-участниц к интеграционным задачам и путям их достижения с учетом того, что решения принимаются на основе консенсуса этих стран [4]. В 2018 г. Всероссийской академией внешней торговли разработаны четыре сценария интеграции («стагнационный», «базовый», «интеграционного рывка» и «интеграционного партнерства»), реализация которых упирается в отсутствие институтов интеграции.

Устранение неопределенностей , возникающих при оценке рисков выполняется методами теории вероятностей (вероятностная неопределенность), теории игр (интервальная неопределенность) и теорией нечетких множеств (нечеткая неопределенность).

Формирование эффектов и институтов интеграции выполняется органами власти с учетом научных исследований и рекомендаций экспертов.

В работе [5] отмечается, что теоретические основы оценки рисков межгосударственных образований являются недостаточно изученными и требуют использования новых методов и моделей для тих практического применения. Предлагаемый подход позволяет отойти от рассмотрения отдельных сторон интеграционных процессов ЕАЭС и рассмотреть проблему выявления рисков с системных позиций в комплексе всех аспектов как внутреннего взаимодействия государств-участников ЕАЭС (политического, институционального, торгового, экономического, трудового, миграционного, транспортного, научно-образовательного, информационного, таможенного, финансового и т.д.) так и анализа влияния внешних факторов, поскольку эти аспекты тесно взаимосвязаны и при недооценке соответствующих рисков могут помешать достижению целей объединения.

2. Модель безопасности

Базовая модель безопасности . Безопасности i -го государства ставится в соответствие функция ui безопасности [6]:

ui = wi qi , (1)

где: wi – функция суверенности (развития) i -го государства; qi – функция ее сохранения.

Функция суверенности определяется с использованием трехфакторной степенной производственной функции (учитываются факторы: социальные технологии, география и демография):

(2)

где: Ii – индекс социальных технологий i -й страны; – степень социально-технологического фактора; zi – численность населения i -й страны;si – ее площадь; – параметр эластичности по демографическому фактору; zM – численность населения самой многочисленной страны (Китая); sM есть площадь крупнейшей страны (России).

Вид функции социальных технологий определяется существу­ющей традицией использования индексов (индекс развития человеческого потенциала, глобальный индекс инноваций и др.) в социально-политической сфере. Индекс Ii определен как среднее трех относительных показателей: урбанизация (прошлое), ВВП на душу населения (настоящее) и темпы естественного прироста населения (будущее). Сравнение значений индекса Ii и глобального индекса инноваций GII показало высокую корреляцию между ними (коэффициент корреляции не ниже 0,75).

Степень социальных технологий отражает: 1) возможности государства по эффективному удержанию контролируемых территорий (колоний, зависимых стран) и населения и созданные для этой цели институты (нижняя оценка ); 2) возможности государства по формированию наднациональных институтов, привлечению союзников, расширению зоны национальных интересов (верхняя оценка ).

Для определения функции сохранения i -й страны (региона, района) исполь­зуется распределение Парето:

, (3)

где: – численность государство- (регионо-) образующего этноса; – параметр притяжения; – параметр этнической разнородности. Параметры отражают дихотомию ценностей конкуренции – кооперации, размеже­вания – сплоченности.

Регионам (областям, землям) государства обычно передается часть функ­ций, связанных с решением экономических и социальных проблем. Для учета названных функций определена функция внутренней безопасности i -го государства (региона) [6]:

, (4)

где – уровень социально-экономического развития i -й страны (региона).

При расчете функции безопасности меж- и надгосударственного образования функции суверенитета суммируются со степенью участия i -й страны в общих делах (доля государственных функций, переданных в ведение Союза), а функция сохранения подчиняется распределению Парето (в силу свойства самоподобия). Совокупность параметров отражает вид государственного (межгосударственного) устройства Союза. При мы имеем унитарное государство. При понижении значений выполняется переход к федерации, конфедерации, содружеству и т.д. На примере Британской империи мы видим, что для разных стран значения параметра существенно отличались (коронные земли, протекторат, доминионы и т.д.).

Оценка параметра эластичности . Функция базовой суверенности [6]

, (5)

отражает вклад в суверенитет государства двух факторов – численности населения страны и площади ее территории. Поскольку защита суверенитета и территориальной целостности государства является важнейшей задачей его вооруженных сил, то для оценки параметра w эластичности использовались статистические данные по численности населения, площади территории и численности вооруженных сил.

Используя численности вооруженных сил государств мира по состоянию на 2006 г., методом наименьших квадратов получено значение [7]. Данное значение параметра эластичности свидетельствует о том, что для эффективного развития государства одинаково важны население и территория (источник и ресурсная база развития общества). Значимость территории существенно выросла за XX век в связи с ростом численности населения планеты.

Оценка степени социальных технологий . Степень социальных технологий отражает возможности этноса по удержанию в своей орбите других этносов и привлечению их к решению жизненно важных задач. Например, в ходе боевых действий в первой мировой войне Франция потеряла погибшими и умершими военнослужащими 3,2% населения, тогда как в ее колониях доля погибших составила 0,44% (в семь раз меньше). Для оценки степени использовалась численность «эффективного населения» страны, учитывающая ее вклад в решение жизненно важных дел метрополии (союзообразующего государства) [7]. В результате анализа участия союзов и коалиций в войнах XX века получена нижняя оценка степени (отражающая возможности государства и общества по удержанию других этносов и территорий) равна [7].

Верхняя оценка степени технологического фактора находится для отдель­ных сфер деятельности. В частности, применительно к экономике для оценки роли крупнейшей экономической державы можно использовать значение . Содержательно верхняя оценка степени характеризует возможности государств по формированию наднациональных институтов, привлечению союзников, расширению зоны национальных интересов.

Оценка параметра этнической разнородности . Для оценки дистанций между этническими группами используются экспертные оценки, лингвистическое дерево, лексикостатистический анализ языков, генетические расстояния, опросные данные. Перечисленные выше индексы фиксируют различия между группами, но не дают ответа на вопрос, как выявленные разнородности транслируются в действия.

В войнах (и событиях, затрагивающих безопасность и жизнеспособность государства) ведущую роль играет государствообразующий этнос, на его плечи ложатся основные издержки, он несет максимальные потери убитыми и ране­ными. Параметр разнородности между государствообразующим этносом (национальностью) s и этносом j определяется по формуле [7]:

, (6)

где: – доля потерь от численности этноса s ; – доля потерь от числен­ности этноса j . Для оценки параметра разнородности использовались результаты переписи населения СССР 1939 г. и данные по безвозвратным потерям (по националь­ностям) в годы Великой Отечественной войны.

Рассмотрим второй способ оценки параметра разнородности, основанный на анализе межэтнических браков [8]. Е. Сороко анализирует смешанные браки по данным переписи населения России 2010 г., соотнося реальные числа наблюдавшихся этнических комбинаций с гипотетическими числами, которые можно было бы ожидать в предположении пропорциональности числа таких браков числу мужчин и женщин соответствующих национальностей. Межэтническое расстояние является безразмерной величиной. Ее значение 1 соответствует полному отсутствию каких-либо предпочтений национальностей при образовании супружеских пар. Меньшее значение расстояния соответствует большим предпочтениям при формировании пар с данной комбинацией национальностей мужа и жены. Значения, большие 1, характеризуют наличие серьезных барьеров, препятствующих образованию смешанных браков с такой комбинацией национальностей.

В табл. 1 представлены оценки межэтнических расстояний между русскими и другими этносами на основании распространенности смешанных браков (по данным переписи населения 2010 г.) и параметра разнородности.

Таблица 1

Значения межэтнических расстояний и параметра разнородности

Национальность

Межэтническое расстояние

Параметр разнородности

1

Украинцы

0,66

1,2

2

Мордва

0,68

1,3

3

Удмурты

0,71

1,5

4

Армяне

0,74

1,5

5

Чуваши

0,75

1,3

6

Татары

0,84

1,3

7

Казахи

0,97

1,4

8

Азербайджанцы

1,03

2,3

9

Башкиры

1,55

1,5

10

Чеченцы

2,03

12,6

Несмотря на то, что указанные параметры определены в разных шкалах, между ними отмечается высокая корреляция (коэффициент корреляции равен 0,93).

Оценка параметра притяжения . Наряду с исследователями, безопасность и комфортность проживания в тех или иных странах и регионах оценивают тысячи и миллионы обычных граждан, голосуя за безопасность «ногами», мигрируя в другие страны и регионы. Для характеристики миграции обычно используется коэффициент миграционного прироста (разница между прибыв­шими и убывшими) – отношение миграционного прироста к среднегодовой численности или на 10.000 чел. населения.

Используя данные государственных статистик методом наименьших квадратов получены следующие значения параметра сохранения [7]:

Россия

США

Германия

Казахстан

Украина

0,15–0,5

0,3–0,8

0,2–2,4

0,8–1,3

0,8–1,4

Малые значения параметра сохранения отражают высокие возможности государствообразующего этноса по формированию устойчивых социально-политических институтов.

Верификация модели безопасности . На рис. 1 показаны значения функции развития России и сальдо миграции с зарубежными странами в период с 2004 по 2016 г.

Функция сохранения за указанный интервал полагается постоянной (в связи с относительно медленной динамикой межэтнических пропорций в численности населения) и вычисленной по данным переписи населения 2010 г. Коэффициент корреляции между функцией развития (и функцией безопасности) и сальдо миграции с зарубежными странами равен 0,82.

Рис. 1. Функция развития России и сальдо межстрановой миграции

На рис. 2 показаны значения функции безопасности и коэффициента миграции в странах Евросоюза из внешних стран (Сирия, Индия, Марокко, Пакистан и др.) за 2010-2016 гг.

Рис. 2. Функция безопасности и коэффициент миграции в странах Евросоюза

В выборку не вошли страны ЕС, где были приняты жесткие меры по ограничению внешней миграции. Коэффициент корреляции между функцией безопасности и коэффициентом миграции в странах Евросоюза равен 0,83.

3. Результаты моделирования

Геополитическая инверсия. На рис. 3 показаны значения функции безопасности Китая, России (СССР), США и Великобритании (Британской империи).

Рис. 3. Функция безопасности крупнейших государств мира

Расчеты функций безопасности России, США и Великобритании выполнены при значении степени социальных технологий , а Китая – . Эти значения позволяют учесть межцивилизационные различия и особенности поведения на мировой арене. В частности поведение европейских (христианских) цивилизаций в одном из аспектов может быть описано понятием К. Клаузевица: война – это акт насилия, имеющий целью заставить противника выполнить нашу волю. В китайской традиции акценты смещаются. Так полководец и военный мыслитель Сунь Цзы отмечал: Самая лучшая война – разбить замыслы противника; на следующем месте – разбить его союзы; на следующем месте – разбить его войска. Самое худшее – осаждать крепости.

Из рисунка видно, что эпоху господства Британской империи сменило соперничество двух сверхдержав – СССР и США, а ныне центр мирового влияния смещается на Восток. Увеличение разрыва в значениях функции безопасности Китая и США отражает идущие процессы смены мирового лидера. В ближайшие десятилетия следует ожидать роста соперничества между США и Китаем, что будет снижать (но не отменять) риски внешних воздействий со стороны США на государства СНГ, ОДКБ и ЕАЭС в самых различных формах (гибридные войны, организация цветных революций и т.д.). Привлекательность западной цивилизации, идей глобализации и либерализма в общественном сознании перестает быть движущей силой и побуждением к активным действиям.

Безопасность и геополитический потенциал России. В табл. 2 показаны статистические и расчетные данные по России [6].

Таблица 2

Статистические данные, характеризующие безопасность России

Год

Площадь, млн кв. км

Население, млн чел./ макс. знач.

Доля рус­ских, %

ВВП на душу населения/ макс. знач.

Урба­низа­ция / макс. знач.

Индекс инно­ваций

Параме­тры

1500

2,4

17/110

50

0,5

-/0,21

0,33

0,6

1600

5,7

21/160

45

0,55

-/0,24

0,39

0,6

1700

13,5

26/165

40

0,62/1,4

0,13/0,37

0,32

0,6

1820

16

55/381

43

0,69/2,11

0,09/0,29

0,27

0,6

1850

20

69/412

43

0,88/1,85

0,09/0,5

0,24

0,6

1900

23

129/400

43

1,19/4,49

0,13/0,6

0,29

0,9

1913

22,4

156/437

43

1,49/5,3

0,15/0,78

0,32

0,9

1939

21

192/516

58

2,24/6,56

0,32/0,78

0,41

0,9

1959

22,4

210/666

55

3,67/11,86

0,54/0,92

0,33

0,9

1979

22,4

264/969

52

6,48/18,79

0,69/0,94

0,45

0,9

2000

17,1

146/1263

81

5,29/28,47

0,70/0,97

0,13

0,9

2009

17,1

143/1331

81

8,97/30,9

0,73/0,98

0,32

0,9

На рис. 4 показаны результаты расчета функции безопасности (и ее компо­нентов) России за период с 1500 г. по 2009 г. (при значении степени ).

Рис. 4. Компоненты функции безопасности России

Результатом двух модернизаций, начавшихся в 1917 г. (Великая русская революция) и в 1991 г. (распад СССР) явилось увеличение доли русских в общей численности населения. К 1926 г. доля русских увеличилась с 45% до 53%, к 2002 г. – с 51% до 80%. С точки зрения демографической истории России нынешняя ситуация является исключительной. Вероятно, идущие ныне интеграционные процессы приведут к созданию нового восточноевропейского (евроазиатского) союза.

Безопасность Европейского Союза . Западноевропейская цивилизация после второй мировой войны предприняла попытку создать СССР-2, интегрируя вокруг Германии и под военно-политическим зонтиком США западно- и восточноевропейские страны.

Поскольку Евросоюз – это относительно новое политическое образование, не являющееся непосредственным наследником (по составу основных этносов или народов) существовавших на территории Западной Европы над- или межгосударственных образований, то параметр разнородности должен включать несколько частных показателей. Полагая, что союзообразующим государством является Германия (самое крупное по численности населения и объему ВВП государство – член ЕС), частными показателями разнородности государств могут быть:

· показатель , характеризующий отношение к Германии в годы второй мировой войны;

· показатель суверенного исторического развития государства;

· показатель географической разнородности.

Первый показатель позволит учесть отношение других народов и правительств к предыдущему интеграционному проекту Германии. Однако только его использование будет неполным, так как нынешний проект реализуется в иных исторических условиях, носит мирный характер и затрагивает интересы почти всех стран Европы, включая бывших противников Германии и нейтральные страны. Учет второго показателя представляется важным, поскольку дальнейшая интеграция стран Евросоюза предполагает ограничение национальных суверенитетов. Как показывает исторический опыт, у разных стран ценность суверенности и самостоятельного развития различна.

При значениях степени участия стран в Евросоюзе (федерация) на рис. 5 показаны значения компонентов функции безопасности Евросоюза как надгосударственного объединения.

Рис. 5. Значения функций безопасности и сохранения Евросоюза (как федерации)

Из рисунка видно, что устойчивая федерация (значение функции сохранения не ниже 0,6) состоит из одиннадцати стран: Германия, Чехия, Австрия, Словакия, Венгрия, Болгария, Финляндия, Румыния, Ирландия, Польша и Бельгия.

Расчеты показывают, что в существующем ныне составе Европейский Союз является неустойчивым объединением и не сможет перейти к федеративному устройству. Рассмотренная модель объясняет известный факт: несмотря на высокий совокупный потенциал стран ЕС (500 миллионов человек населения, 23% мирового ВВП), Евросоюз обладает крайне низкой политической субъектностью и обычно следует в фарватере политики США. Этот факт объясняется малым значением функции сохранения Евросоюза. Оценка безопасности Евросоюза практически не изменится, если положить, что интеграционным центром являются две страны – Германия и Франция.

Безопасность республик бывшего СССР . В таблице 3 показаны выборочные статистические данные, характеризующие развитие республик бывшего СССР.

Таблица 3

Выборочные данные, характеризующие безопасность республик бывшего СССР

Страна

Показатель

Годы

2000

2009

2019

Россия (РСФСР)

Численность населения, млн. чел.

146,71

140,041

146,75

Индекс инноваций

0,33

0,30

0,45

Функция безопасности

0,512

0,483

0,600

Армения

Численность населения, млн. чел.

3,043

2,967

2,962

Индекс инноваций

0,27

0,31

0,26

Функция безопасности

0,003

0,003

0,003

Белоруссия

Численность населения, млн. чел.

10,034

9,649

9,413

Индекс инноваций

0,33

0,35

0,31

Функция безопасности

0,015

0,015

0,013

Казахстан

Численность населения, млн. чел.

15,052

15,399

18,687

Индекс инноваций

0,26

0,33

0,57

Функция безопасности

0,042

0,052

0,083

Киргизия

Численность населения, млн. чел.

4,851

5,432

6,524

Индекс инноваций

0,28

0,27

0,39

Функция безопасности

0,007

0,008

0,010

Молдавия

Численность населения, млн. чел.

4,391

4,321

3,547

Индекс инноваций

0,22

0,17

-0,04

Функция безопасности

0,003

0,002

0,001

Таджикистан

Численность населения, млн. чел.

6,23

7,349

9,127

Индекс инноваций

0,33

0,29

0,47

Функция безопасности

0,009

0,009

0,013

Узбекистан

Численность населения, млн. чел.

25,042

27,606

34,102

Индекс инноваций

0,39

0,28

0,50

Функция безопасности

0,033

0,028

0,046

Азербайджан

Численность населения, млн. чел.

7,809

8,239

9,981

Индекс инноваций

0,31

0,32

0,52

Функция безопасности

0,009

0,009

0,013

Туркмения

Численность населения, млн. чел.

4,385

4,885

5,94

Индекс инноваций

0,39

0,32

0,52

Функция безопасности

0,014

0,014

0,021

Грузия

Численность населения, млн. чел.

4,777

4,616

3,7

Индекс инноваций

0,20

0,21

0,00

Функция безопасности

0,005

0,004

0,003

Украина

Численность населения, млн. чел.

49,005

45,7

41,73

Индекс инноваций

0,25

0,22

0,16

Функция безопасности

0,041

0,037

0,031

Эстония

Численность населения, млн. чел.

1,38

1,3

1,328

Индекс инноваций

0,35

0,39

0,40

Функция безопасности

0,002

0,002

0,002

Латвия

Численность населения, млн. чел.

2,376

2,232

1,908

Индекс инноваций

0,30

0,33

0,17

Функция безопасности

0,002

0,002

0,002

Литва

Численность населения, млн. чел.

3,654

3,555

2,79

Индекс инноваций

0,33

0,32

0,10

Функция безопасности

0,005

0,005

0,003

Из таблицы видно, что наиболее успешными в социальном развитии странами являются Казахстан, Туркмения, Азербайджан, Россия и Эстония. Наименее успешные – Молдавия, Грузия, Литва, Украина и Латвия. Одна из причин неустойчивого развития некоторых стран – существенно различные устремления и ценности элиты и значительной части населения. По данным госу­дарственной статистики Украины за 2013 г. выполнены расчеты функции внутренней безопасности и функции сохранения регионов в составе страны [9]. Результаты расчетов показаны на рис. 6.

Рис. 6. Значения функции сохранения регионов в составе Украины (2013 г.)

Наиболее устойчивыми регионами Украины являются: Тернопольская, Ивано-Франковская, Волынская, Ровенская, Винницкая, Черниговская, Черкасская, Львовская, Хмельницкая, Киевская, Полтавская, Сумская, Кировоградская и Житомирская области со значениями функции сохранения выше 0,5. Значения функции сохранения Республики Крым и г. Севастополя в составе Украины оказались менее 3%. Последовавшие после государственного переворота на Украине события подтвердили выполненный прогноз.

Низкие значения функций безопасности и сохранения Украины и ее регионов являются объясняющим фактором известного тезиса: «Постоянным аутсайдером, имеющим наибольшие потери в период кризисных спадов, является Украина, экономика которой сокращалась при каждом кризисе без последующего восстановления» [10, с. 29].

Используя верифицированную на ряде стран и межгосударственных образований математическую модель, выполнены расчеты безопасности ЕАЭС при трех сценариях интеграции (рис. 7).

Рис. 7. Безопасность ЕАЭС при трех сценариях интеграции

Сценарий 1 (пессимистичный, содружество государств). При данном сценарии обеспечивается свобода движения товаров, а также услуг, капитала и рабочей силы, и проведение скоординированной, согласованной или единой политики в отраслях экономики. В совместном ведении Содружества находится 20% государственных функций. Оптимальное число членов Содружества – не более пяти. С увеличением числа членов безопасность Содружества понижается.

Сценарий 2 (реалистичный, федерация с элементами конфедерации). В совместном ведении Союза находится 50% государственных функций. В случае дальнейшей интеграции и создания федеральных уровней власти (наряду с республиканскими) безопасность ЕАЭС вначале существенно повысится, а при увеличении числа членов останется почти без изменений. Оптимальное число государств – участников – не более 7­8.

Сценарий 3 (оптимистичный, вхождение в состав Российской Федерации). В совместном ведении Федерации находится 80% государственных функций. При этом сценарии возможен существенный рост безопасности страны при вхождении в состав России 3–7 республик бывшего СССР. Оптимальное число государств – участников также не более 7–8, но с более высоким уровнем безопасности.

В каждом из сценариев предполагается, что часть государственных функций передается в ведение Союза (табл. 4).

Таблица 4

Основные государственные функции

Государственная функция

Меж- и наднациональные институты

Внутренние функции

1

Правовая функция (установление правовых норм и обеспечение правопорядка)

Межпарламентская ассамблея СНГ, Парламентская Ассамблея ОДКБ – разработка модельных (типовых) законодательных актов

2

Политическая функция

Периодические (ежегодные) встречи глав государств

3

Организаторская функция (контроль за исполнением законов, координация действий)

Евразийский межправительственный совет; Суд Евразийского экономического союза

4

Экономическая функция

Высший Евразийский экономический совет; Евразийская экономическая комиссия. Предполагается создание наднациональных структур (комиссий по экономике и сырьевым ресурсам, межгосударственным промышленным группам и совместным предприятиям, вводу расчетной денежной единицы и др.)

5

Социальная функция

Сотрудничество в сфере трудовой деятельности и трудовой миграции. Стандарты социальной политики отсутствуют

6

Культурная функция

Реализуется на неформальном уровне

7

Образовательная функция

Создание единого образовательного пространства объявлено ключевой интеграционной задачей ЕАЭС и СНГ

Внешние функции

8

Внешнеполитическая функция

Реализуется в форме заключения международных договоров, участия ЕАЭС в международных организациях

9

Функция обеспечения национальной безопасности, включая защиту и охрану государственных границ

Устранение таможенных барьеров между странами ЕАЭС

10

Функция поддержания мирового порядка

Защита территориально-экономического пространства стран ЕАЭС совместными усилиями армий реализуется в рамках ОДКБ

Анализ социальных отношений и над- и межнациональных государственных функций показывает, что на пространстве бывшего СССР продолжает действовать тенденция дальнейшего социального и культурного разобщения народов, количество носителей русского языка неуклонно сокращается. Поэтому угрозами дальнейшей интеграции ЕАЭС являются следующие [11]: усиление социальной напряженности в борьбе за рабочие места в отдельных регионах принимающей страны, рост ксенофобии, этнокультурных противоречий, межэтнических противостояний; усиление давления на власть противников либерализации миграционных процессов и противников интеграционных процессов. Могут иметь место риски социальной дестабилизации.

Прогнозирование миграционных рисков в ЕАЭС возможно с использованием модели миграции [12]. На рис. 8 показаны данные по долгосрочной (на год и более) миграции граждан Украины.

Рис. 8. Долгосрочная миграция граждан Украины в 2011-2012 гг.

Анализ миграционных данных по Украине в последующие годы показал, что в годы социальных потрясений количество мигрантов резко возрастает, тогда как их распределение по странам достаточно стабильно и прогнозируемо.

Следовательно, для анализа рисков целесообразно использовать сценарный подход, сочетающий качественные и количественные методы прогнозирования.

4. Обсуждение

С. Джанков и др. [13] отмечают, что для понимания экономических институтов необходимо учитывать, что каждое общество минимизирует «издержки беспорядка» и «издержки диктатуры». На рис. 9 показана кривая институциональных возможностей социально-экономической интеграции стран ЕАЭС. С точки зрения институциональной экономики оптимальным является реалистичный сценарий.

Рис. 9. Кривая институциональных возможностей при интеграции ЕАЭС

При пессимистичном сценарии интеграции почти отсутствуют институты интеграции, в области экономики нет единой политики (или она носит декларативный характер), не функционирует единая система обеспечения пограничной безопасности. Высоки риски проникновения извне террористических группировок (под видом трудовых мигрантов), поставок контрабандной продукции, оружия и наркотиков. В связи с отсутствием единого социального пространства и борьбой крупнейших геополитических игроков за расширение своего влияния велики риски дальнейшего использования стран бывшего СССР в качестве средства ослабления России, что будет сопровождаться утратой их субъектности.

Снижение уровня безопасности стран СНГ отразилось и на их экономическом росте. А.А. Мигранян отмечает: «по количественным параметрам ВВП страны СНГ показывают ограниченный рост, что свидетельствует о невысокой эффективности национальных экономических систем, а соответственно и качества проведенных рыночных реформ» [10, с. 33]. За период с 1994 по 2015 г. доля ВВП России в мировом ВВП снизилась с 3,96% до 3,28%. Понижение экономической субъектности страны сказывается и на деятельности экономических институтов. Так, в прогнозе Минэкономразвития России на период до 2024 г. в каждом из трех сценариев (базовом, целевом и консервативном) акцент делается на внешних факторах, определяющих развитие страны: темпы мирового экономического роста и цены на нефть [14].

Оптимистичный сценарий интеграции в настоящее время развивается в силу неустойчивости ряда стран бывшего СССР, протекает в форме встраивания в экономику и социальное пространство России ряда непризнанных республик или вхождения их в состав страны (республика Крым). Этот сценарий может оказаться единственно возможным в случае межнациональных и иных конфликтов, кризисов на территории республик бывшего СССР. Шансы данного сценария повышаются в связи с глобальной рецессией, разрывом ряда традиционных экономических связей, неэффективностью действующих институтов регулирования мировой экономики.

Реалистичный сценарий интеграции объективно является наиболее вероятным и соответствует принципу Парето: его реализация повысит уровень благосостояния населения всех государств ЕАЭС.

Оценка возможных рисков развития ЕАЭС представлена в работе [5], где выделены следующие проблемы: 1) ориентация на рынок третьих стран; 2) необходимость развития новых производств и специализации стран; 3) необходимость развития взаимодополняемости; 4) недостаточный уровень инвестиций в инновационную сферу; 5) нехватка транспортной инфраструктуры; 6) отсутствие единого цифрового пространства ЕАЭС.

С использованием сценарного подхода можно сформулировать следующие сюжеты (из множества возможных) развития неблагоприятных событий (рисков).

Сюжет № 1 . В результате внешних воздействий в одной из стран ЕАЭС происходит «цветная революция» и смена внешнеполитического курса. Участники ОДКБ заявили о нейтральной позиции. Снижение уровня жизни населения этой страны приводит к росту миграции из нее, а также проникновению боевиков и террористов в другие страны ЕАЭС. В общественном мнении ценность интеграционных процессов снижается и они приостанавливаются.

Сюжет № 2 . Экономика России в связи с низкими ценами на энергоресурсы и эпидемией коронавируса входит в длительную рецессию, объем ВВП существенно снижается, оказывается социальное давление на мигрантов из стран СНГ, побуждающее их покинуть страну. Под давлением общественных протестов власть приостанавливает интеграционные процессы, ограничивая перемещение капиталов и рабочей силы.

Сюжет № 3 . Страны ОДКБ и ЕАЭС предпринимают эффективные совместные усилия, направленные на преодоление негативных последствий в экономике и социальной сфере, влияние ЕАЭС на постсоветском пространстве растет, другие страны бывшего СССР подают заявки на вступление в ОДКБ и ЕАЭС. Для борьбы с терроризмом и нелегальной миграцией создаются совместные силы охраны внешних границ ОДКБ.

Сюжет № 4 . На территории одной из пограничных стран происходит распад государственности, что приводит к вводу в нее войск НАТО и ОДКБ. Государства ЕАЭС принимают ограниченные меры по приему беженцев и формированию новых институтов.

Сюжет № 5 . В результате реформирования ЕС на границе между ЕС и ЕАЭС образуются буферные государства, стремящиеся приобрести статус наблюдателя в ОДКБ и ЕАЭС.

Библиография
1.
Будущее мировой экономики: Докл. группы экспертов ООН во главе с В. Леонтьевым; Пер. с англ. под общ. ред. А.И. Шапиро. – М.: Международные отношения, 1979. – 212 с.
2.
Винокуров Г. Н., Коняхин Б. А., Подкорытов Ю. А. Геополитический статус Китая как фактор российской политики ядерного сдерживания Соединенных Штатов // Стратегическая стабильность. – 2008. – № 2. – С. 49–53.
3.
Alesina A., Spolaore E. War, Peace and the Size of Countries // Journal of Public Economics. – 2005. – № 89 (7). – P. 1333–1354.
4.
Вардомский Л.Б. Евразийская интеграция и большое евразийское партнерство // Россия и новые государства Евразии. – 2019. – № 3 (44). – С. 9–26.
5.
Кокуйцева Т.В., Меденников В.И., Овчинникова О.И. Оценка возможных рисков ЕАЭС и его государств–членов при проведении экономической политики // Друкеровский вестник. – 2019. – № 3. – С. 252–264.
6.
Шумов В. В. Государственная и общественная безопасность: Моделирова-ние и прогнозирование. – М.: ЛЕНАНД, 2016. – 144 с.
7.
Шумов В.В. Модели и методы управления пограничной безопасностью: дис. докт. техн. наук. – М.: ИПУ РАН, 2018. – 374 с.
8.
Сороко Е. Этнически смешанные супружеские пары в Российской Федерации // Демографическое обозрение. – 2014. – Т. 1. – № 4. – С. 96–123.
9.
Шумов В.В., Кочнев И.П. Оценка безопасности России, США, Германии и Украины // Национальная безопасность и стратегическое планирование. – 2015. – № 4(12). – С. 30-41.
10.
Мигранян А.А. Макроэкономическая оценка тенденций экономического раз¬вития стран СНГ // Экономические стратегии. – 2017. – № 19(1). – С. 24-39.
11.
Осадчая Г.И. Социальная политика Евразийского экономического союза: теоретические и методологические аспекты // Социальная политика и социология. – 2016. – № 1 (114). – С. 64-71.
12.
Шумов В.В. Моделирование миграции населения в задачах обеспечения безопасности государства // Управление большими системами. – 2017. – Вып. 65. – С. 153–169.
13.
Djankov S. The new comparative economics // Journal of Comparative Economics. – 2003. – № 31. – P. 595–619.
14.
Прогноз социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2024 года. – Министерство экономического развития Российской Федерации. – 101 с. – URL: https://www.economy.gov.ru/material/file/ 450ce3f2da1ecf8a6ec8f4e9fd0cbdd3/Prognoz2024.pdf
References (transliterated)
1.
Budushchee mirovoi ekonomiki: Dokl. gruppy ekspertov OON vo glave s V. Leont'evym; Per. s angl. pod obshch. red. A.I. Shapiro. – M.: Mezhdunarodnye otnosheniya, 1979. – 212 s.
2.
Vinokurov G. N., Konyakhin B. A., Podkorytov Yu. A. Geopoliticheskii status Kitaya kak faktor rossiiskoi politiki yadernogo sderzhivaniya Soedinennykh Shtatov // Strategicheskaya stabil'nost'. – 2008. – № 2. – S. 49–53.
3.
Alesina A., Spolaore E. War, Peace and the Size of Countries // Journal of Public Economics. – 2005. – № 89 (7). – P. 1333–1354.
4.
Vardomskii L.B. Evraziiskaya integratsiya i bol'shoe evraziiskoe partnerstvo // Rossiya i novye gosudarstva Evrazii. – 2019. – № 3 (44). – S. 9–26.
5.
Kokuitseva T.V., Medennikov V.I., Ovchinnikova O.I. Otsenka vozmozhnykh riskov EAES i ego gosudarstv–chlenov pri provedenii ekonomicheskoi politiki // Drukerovskii vestnik. – 2019. – № 3. – S. 252–264.
6.
Shumov V. V. Gosudarstvennaya i obshchestvennaya bezopasnost': Modelirova-nie i prognozirovanie. – M.: LENAND, 2016. – 144 s.
7.
Shumov V.V. Modeli i metody upravleniya pogranichnoi bezopasnost'yu: dis. dokt. tekhn. nauk. – M.: IPU RAN, 2018. – 374 s.
8.
Soroko E. Etnicheski smeshannye supruzheskie pary v Rossiiskoi Federatsii // Demograficheskoe obozrenie. – 2014. – T. 1. – № 4. – S. 96–123.
9.
Shumov V.V., Kochnev I.P. Otsenka bezopasnosti Rossii, SShA, Germanii i Ukrainy // Natsional'naya bezopasnost' i strategicheskoe planirovanie. – 2015. – № 4(12). – S. 30-41.
10.
Migranyan A.A. Makroekonomicheskaya otsenka tendentsii ekonomicheskogo raz¬vitiya stran SNG // Ekonomicheskie strategii. – 2017. – № 19(1). – S. 24-39.
11.
Osadchaya G.I. Sotsial'naya politika Evraziiskogo ekonomicheskogo soyuza: teoreticheskie i metodologicheskie aspekty // Sotsial'naya politika i sotsiologiya. – 2016. – № 1 (114). – S. 64-71.
12.
Shumov V.V. Modelirovanie migratsii naseleniya v zadachakh obespecheniya bezopasnosti gosudarstva // Upravlenie bol'shimi sistemami. – 2017. – Vyp. 65. – S. 153–169.
13.
Djankov S. The new comparative economics // Journal of Comparative Economics. – 2003. – № 31. – P. 595–619.
14.
Prognoz sotsial'no-ekonomicheskogo razvitiya Rossiiskoi Federatsii na period do 2024 goda. – Ministerstvo ekonomicheskogo razvitiya Rossiiskoi Federatsii. – 101 s. – URL: https://www.economy.gov.ru/material/file/ 450ce3f2da1ecf8a6ec8f4e9fd0cbdd3/Prognoz2024.pdf

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предметом исследования рецензируемой статьи выступают интеграционные процессы на постсоветском пространстве. К сожалению, в статье не сформулирована цель проведения анализа указанного предмета исследования, а это представляется необходимым, поскольку от целевых установок аналитической деятельности зависят и применяемые методы проведения анализа, и его задачи, и содержательная сторона работы. Методология исследования базируется на использовании двух подходов: во- первых, математического моделирования интеграционных процессов и повышения безопасности; во-вторых, оценке вызовов и неблагоприятных последствий с использованием парадигмы «невозможность – риск – безопасность». Актуальность проводимого исследования авторы статьи связывают с необходимостью поиска оснований и методов количественного анализа и прогнозирования, способных адекватно описывать обстановку на глобальном и региональном уровнях в условиях происходящих в мире и на территории бывшего СССР геополитических, социальных и экономических изменений. Приращение научного знания в результате выполненного исследования состоит в разработке сценариев развития интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Структурно в статье выделены следующие компоненты: введение, модель безопасности, результаты моделирования, обсуждение, библиография. Характеризуя содержание статьи, следует отметить, что во введении перечисляются действующие в настоящее время на постсоветском пространстве над- и межнациональные организации, рассматриваются внешние и внутренние факторы интеграционных процессов, объясняется необходимость проведения данного исследования. Автор статьи ведет открытую полемику по вопросу теоретических подходов к обоснованию дефиниции «безопасность», отмечает недостатки в работах одних авторов (Винокуров Г. Н., Коняхин Б. А. и Подкорытов Ю. А.), приводит мнения других исследователей (А. Алесина, Э. Сполаоре), близкие к его пониманию сути вопроса. Во второй части статьи приведена базовая модель безопасности государства, дана оценка параметра эластичности при изучении влияния численности населения страны и площади ее территории и численности вооруженных сил, проведена оценка социальных технологий и этнической разнородности, миграционного фактора. К сожалению, формулы оформлены в виде рисунков, вырезанных из текстового документа, что при печати материалов приведет к низкому качеству изображения. В третьей части статьи изложены результаты моделирования применительно к Китаю, нашей стане, США и Великобритании за многовековой период, рассмотрена безопасность Евросоюза и входящих в его состав членов. Эта часть статьи выходит далеко за границы обозначенного в названии статьи предмета исследования, напрямую не относится к интеграционным процессам на постсоветском пространстве и представляется рецензенту неуместной в контексте вынесенной в заголовок статьи темы работы. Тем более что далее анализируются данные, характеризующие безопасность республик бывшего СССР, что имеет непосредственное отношение к проводимому изучению интеграционных процессов на постсоветском пространстве, а также значения функции сохранения регионов в составе Украины и безопасность ЕАЭС при различных сценариях интеграции. Представляется целесообразным предложить автору четче выделить выводы (заключение) статьи, поскольку в представленном варианте этот раздел отсутствует, и читателю сложно разграничить, где заканчиваются обсуждения различных точек зрения и начинается подведение итогов исследования. Стиль изложения в целом соответствует общепринятой практике научных публикаций. Однако, в тексте нередко приводятся обширные фрагменты уже опубликованных работ, например, описание базовой модели безопасности, оценка параметра этнической разнородности, оценка параметров притяжения, верификация модели безопасности, рисунки 1, 2, 4, 5 и их описание публиковались ранее. Принимая во внимание, что проверка текста статьи на заимствования по программе Антиплагиат показала оригинальность текста на уровне 53 % при 39,2 % заимствований и 7,8 % цитирований, представляется уместным предложить автору сократить объем публикации, использовав ссылки на уже опубликованные работы. Это предотвратит возможные претензии к журналу со стороны издательств и представителей научного сообщества. Рецензируемая статья может представлять интерес как для исследователей, занимающихся моделированием и прогнозированием безопасности на основе анализа статистических данных о факторах безопасности государств, так и для широкого круга читателей, интересующихся вопросами обеспечения безопасности. Тема статьи актуальна, соответствует тематике журнала, содержащиеся в ней разработки имеют практическую направленность и обладают элементами научной новизны. Однако, значительная часть приводимого материала уже была опубликована ранее, часть информации по Китаю, США, Великобритании, странам Евросоюза не относится к интеграционным процессам на постсоветском пространстве. Поэтому объем статьи может быть сокращен без ущерба для основного содержания исследования, по результатам работы необходимо сформировать заключение или выводы, улучшить оформление формул. Замечания выпускающего редактора: "Заимствования из ранее опубликованных работ автора не превышают в данном тексте 21 процента от общего объема. Как следствие, текст может быть опубликован в настоящей редакции",
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"