по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Порядок рецензирования статей > Рецензирование за 24 часа – как это возможно? > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Вопросы безопасности
Правильная ссылка на статью:

Оружейное эмбарго как фактор Ливийского кризиса
Семенюк Александр Валерьевич

аспирант, Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова (МГУ)

119234, Россия, г. Москва, ул. Ленинские Горы, 1

Semenyuk Aleksander

Postgraduate at the Department of History of Social Movements and Political Parties of Lomonosov Moscow State University

119234, Russia, Moscow, ul. Leninskie Gory, 1

peresvet92@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

Объектом исследования является оружейное эмбарго в Ливии с 2011 г. Автор анализирует последствия резолюций 1970 и 1973 СБ ООН, которые ввели запрет на поставку оружия в Ливию. Особое внимание уделяется деятельности институтов ООН, в чьи обязанности входит контроль за соблюдением санкций в отношении Ливии. В статье показано влияние оружейного эмбарго на вооруженный конфликт в Ливии в 2011 г., а также ситуация с распространением ливийского оружия за пределы страны. Автор подробно рассматривает такие аспекты темы как влияние фактора оружейного эмбарго на политический процесс в Ливии после свержения М. Каддафи и его роль в вооруженном конфликте 2014-2015 гг. Основным методом исследования является принцип историзма, что позволяет проследить влияние фактора оружейного эмбарго на ливийский политический процесс на различных этапах в 2011-2016 гг. Научная новизна исследования заключается в детальном изучении причин ужесточения или смягчения оружейного эмбарго в отношении Ливии в 2012-2016 гг., а также политических последствий этих решений Совета Безопасности ООН. Помимо этого, автором отмечаются как последние тенденции в распространении оружия в Ливии, так и причины неэффективности оружейного эмбарго.

Ключевые слова: Ливия, Совет Безопасности ООН, оружейное эмбарго, вооруженные группировки, сахельский регион, вооруженный конфликт, политический процесс, Ливийское политическое соглашение, Правительство Национального Согласия, Ливийская Национальная Армия

DOI:

10.7256/2409-7543.2017.2.22059

Дата направления в редакцию:

21-02-2017


Дата рецензирования:

20-02-2017


Дата публикации:

20-05-2017


Abstract.

The research subject is arms embargo imposed on Libya in 2011. The author analyzes the consequences of the UN Security Council resolutions 1970 and 1973, which had introduced embargo on arms supply to Libya. Special attention is given to the work of the UN institutions in charge of control over sanctions compliance. The author demonstrates the arms embargo’s impact on the armed conflict in Libya in 2011, and the situation with the proliferation of Libyan weapons beyond the country. The author considers such aspects of the topic as the impact of arms embargo on the political crisis in Libya after Gaddafi’s deposition and its role in the 2014-2015 military conflict. The main research method is the principle of historicism, which helps analyze the role of arms embargo in the political crisis in Libya at its different stages in 2011 – 2016. The scientific novelty of the study consists in the consideration of the reasons of toughening or easing of arms embargo against Libya in 2012 – 2016, and the political consequences of these decisions of the UN Security Council. Besides, the author notes the recent tendencies in weapons proliferation in Libya and the reasons of embargo’s ineffectiveness. 

Keywords:

The Government of National Accord, the Libyan political agreement, political process, armed conflict, Sahel region, armed groups, arms embargo, the United Nations Security Council, Libya, The Libyan National Army

ОРУЖЕЙНОЕ ЭМБАРГО КАК ФАКТОР ЛИВИЙСКОГО КРИЗИСА

Одним из методов предотвращения вооруженных конфликтов и принуждения к миру являются санкции, предназначенные для реализации принятых Советом Безопасности ООН решений. Оружейное эмбарго как один из элементов этих мер политического и экономического характера призвано скорректировать поведение одной или нескольких сторон в развивающемся кризисе для предотвращения его эскалации или же для снижения интенсивности вооруженной борьбы. Опыт Ливийского кризиса показывает, что такие санкционные меры в условиях гражданской войны не только напрямую влияют на исход противостояния, но и остаются важным фактором в постконфликтный период.

После начала вооруженных столкновений между силами М. Каддафи и ливийской оппозицией в середине февраля 2011 г. Совет Безопасности ООН обязал все государства-члены организации к соблюдению эмбарго на поставку вооружений и боеприпасов режиму М. Каддафи, а также ввел ограничения на поездки ряда высокопоставленных ливийских государственных деятелей и призвал заморозить финансовые активы [11, пп. 9, 15,17].

В рамках исполнения резолюции № 1970 СБ ООН по Ливии, принятой 26 февраля 2011 г., был учрежден Комитет Совета Безопасности для осуществления надзора за соблюдением санкций, изложенных в резолюции. Первоначально мандат Комитета заключался в осуществлении контроля за соблюдением санкций и в составлении докладов о своей работе. Помимо этого, Комитет был уполномочен запрашивать у всех государств любую информацию, которая помогала бы выявлять предполагаемые нарушения или невыполнение санкций [11, п. 24].

Мандат Комитета был расширен резолюцией СБ ООН № 1973 от 17 марта 2011 г. и стал применяться к мерам, указанным в данной резолюции: запрет на полеты ливийских самолетов, разрешение на использование всех мер, соответствующих конкретным обстоятельствам, для проведения досмотров судов [12].

Также в соответствии с резолюцией 1973 была учреждена Группа экспертов[11, п. 24], которая была призвана оказывать Комитету помощь в выполнении его мандата (в т.ч. и при его изменении), проводить сбор, изучение и анализ информации, касавшейся осуществления мер, предусмотренных резолюциями СБ ООН по Ливии.

В дальнейшем мандат Комитета неоднократно менялся. Так, запрет на полеты ливийских самолетов и разрешение на проведение досмотров транспортных средств для обеспечения выполнения оружейного эмбарго были отменены резолюцией № 2009 СБ ООН от 16 сентября 2011 г. и резолюцией № 2040 от 12 марта 2012 г., соответственно. Это было связано, прежде всего, с признанием Генеральной Ассамблеей ООН 15 сентября 2011 г. Переходного национального совета (ПНС) в качестве легитимного правительства Ливии (19 марта 2014 г. мандат Комитета был расширен за счет ввода мер, обозначенных в резолюции № 2146 (2014 г.), в связи с попытками незаконно экспортировать сырую нефть из Ливии) [17, п. 10].

Резолюцией № 1970 (2011 г.) СБ ООН ввел для Ливии эмбарго на экспорт и импорт оружия, причем с марта по сентябрь 2011 г. меры по обеспечению эмбарго были усилены, поскольку Совет Безопасности разрешил проведение досмотров транспортных средств (в т.ч. и морских судов) [12].

Формулировки резолюции № 1973 СБ ООН привели к дискуссии относительно возможности снабжения оружием групп в Ливии, защищавшихся от правительственных сил, т.е. рассматривать ли это как часть усилий по защите гражданского населения. В итоге, ряд стран в одностороннем порядке решили поставлять оружие ливийским повстанцам после 17 марта 2011 г.[4, с. 475-477], что было обусловлено самим характером резолюции СБ ООН № 1973 и курсом коалиции западных стран на вооруженное вмешательство в ливийский конфликт. Группа экспертов выделила три типа поставок оружия в Ливию: 1) поставки, производившиеся в соответствии с пунктом 4 резолюции № 1973 СБ ООН (эту категорию составили поставки, осуществляемые Францией, Италией, Великобританией и США, которые считали, что это было сделано в соответствии с формулировками двух резолюций СБ ООН); 2) недоказанные Группой экспертов поставки оружия противникам М. Каддафи (в эту категорию попало оружие из Катара и, предположительно, из Объединенных Арабских Эмиратов); 3) поставки оружия и военного снаряжения ливийским повстанцам в нарушение эмбарго (в данную категорию вошло оружие из Албании и Судана, который снабдил оружием ливийских мятежников из-за поддержки Каддафи суданских повстанцев). В то же время Россия осудила поставки оружия повстанцам как грубое нарушение эмбарго ООН на поставки оружия и вместе с ЮАР в июле 2011 г. потребовала закрытого заседания Комитета ООН по санкциям в отношении Ливии для обсуждения французских поставок оружия [21].

Режим Каддафи из-за санкционных мер был лишен поставок оружия после 26 февраля 2011 г.[4, с. 478], а все его попытки обойти оружейное эмбарго оказались безуспешными [6, пп. 52-56]. Это обстоятельство предопределило исход конфликта в пользу повстанцев и полное военное поражение сил М. Каддафи.

Совет Безопасности ООН 15 сентября 2011 г. внес поправки в эмбарго на поставки оружия в Ливию, разрешив поставки ПНС как легитимному правительству Ливии, которое было признано Генеральной Ассамблеей [13]. Таким образом, в действиях ООН прослеживаласьполитика «двойных стандартов»: при жестком соблюдении оружейного эмбарго в отношении режима Каддафи, институты ООН закрывали глаза на снабжение повстанческих сил оружием государствами-членами Организации.

Комитет по санкциям в отношении Ливии уже в 2012 г. установил, что значительная часть украденного с ливийских складов оружия, в частности стрелкового легкого вооружения, покинула страну [9]. При этом важно, что экспорт оружия из Ливии произошел не только в нарушение оружейного эмбарго ООН, но и способствовал разжиганию конфликтов в соседних странах, в частности, в Мали, поскольку падение режима М. Каддафи привело к дестабилизации ситуации в районе Сахеля, а ливийское оружие оказалось в руках повстанцев и воевавших против них бывших сторонников Каддафи. Так, согласно оценкам Группы экспертов поставки военного оружия и снаряжения осуществлялись из Ливии в страны Африки вплоть до Нигерии и Центральноафриканской республики [7, пп. 146-150]. Более того, ливийское оружие и боеприпасы через криминальные структуры с 2012 г. регулярно поставлялись в Сирию [7, пп. 180-184], где до сих пор не прекращается гражданская война с вовлечением в нее ряда террористических организаций.

В самой Ливии после свержения режима М. Каддафи из-за неконтролируемого оборота оружия значительная часть вооруженных группировок стала действовать независимо, устанавливая контроль над территориями, вступая в борьбу за углеводородные ресурсы и занимаясь торговлей наркотиками и оружием, а также контролируя перевозку грузов в приграничных районах [3, с. 53]. Между группировками бывших повстанцев постоянно вспыхивали конфликты за ресурсы, влияние и контроль над территорией, переходящие в вооруженные столкновения. Такая же тенденция наблюдалась и на уровне отдельных племен и кланов, которым удалось значительно усилить свой военный потенциал благодаря притоку оружия со складов ливийской армии и поставок из-за рубежа.

В связи с этим в октябре 2011 г. СБ ООН принял резолюцию, в которой призывал международное сообщество обеспечить помощь в предотвращении распространения ливийского оружия по сахельскому региону [14].

Таким образом, уже в 2011 г. выявилась неспособность институтов ООН реально влиять на соблюдение оружейного эмбарго в ливийском кризисе. При декларации защиты интересов гражданского населения и нераспространения оружия сами механизмы обеспечения соблюдения санкций не были четко соблюдены, вследствие чего институты ООН оказались бессильны перед перемещениями оружия в ливийском конфликте. Вместе с тем, стоит признать, что в такой ситуации оружейное эмбарго стало дестабилизирующим фактором и серьезно ограничило возможности режима к сопротивлению вооруженным повстанцам.

В связи с признанием Переходного национального совета резолюцией № 2009 (2011 г.), а также в целях стабилизации обстановки в стране (укрепление позиции центральной власти) Совет Безопасности смягчил эмбарго на поставки оружия [13, п.13], разрешив передачу оружия и связанных с ним материальных средств всех типов, которые предназначены исключительно для оказания помощи ливийским властям в обеспечении безопасности. Вместе с тем, согласно докладу Группы экспертов Комитета по санкциям от 20 марта 2012 г., одной из проблем, не позволявшей в полной мере контролировать оружейноеэмбарго, являлось отсутствие в Ливии официального механизма закупок вооружения ливийскими властями для обеспечения безопасности [6].

Председатель Комитета Совета Безопасности ООН по Ливии Мораиш Кабрал в марте 2012 г. выделил ряд факторов, затруднявших работу Группы экспертов и препятствовавшихсоблюдению оружейного эмбарго [9]. Так, контроль над оружием был серьезно затруднен из-за развала институтов государственной безопасности с одновременным заполнением вакуума государственной власти отдельными вооруженными формированиями. Отсутствие у этих формирований единого командования также служило серьезным препятствием для контроля над оружием. Эти обстоятельства в совокупности с ослаблением пограничного контроля и отсутствием государственного контроля за оружием способствовали, в конечном счете, неконтролируемому обороту оружия не только в Ливии, но и во всем регионе Сахеля.

Так, Группа экспертов отмечала, что в 2013 г. Объединенные Арабские Эмираты в нарушение оружейного эмбарго поставляли оружие (включая бронетранспортеры) [8, пп. 17-19] Верховному комитету безопасности и вооруженной бригаде «Саваик» из Зинтана на северо-западе Ливии.

Передача Переходным Национальным Советом властных полномочий новому законодательному органу – Всеобщему национальному конгрессу (ВНК) не смогла остановить центробежные тенденции в Ливии и ослабление государственных институтов. Ввиду этого, Совет Безопасности ООН в целях стабилизации положения ВНК резолюцией № 2095 (2013 г.), смягчил эмбарго на поставки оружия в отношении несмертоносного военного снаряжения, предназначенного для гуманитарных целей или для защиты [15, пп. 9-12]. В то же время, оружейное эмбарго серьезно затрудняло усилия премьер-министра Али Зейтана вооружить новые формирования, поддерживавшие центральные власти. Главными же препятствиями нераспространения находящегося в стране оружия оставались как неэффективная система пограничного контроля (негосударственные вооруженные группы фактически заменили собой лояльных властям пограничников), так и контроль над боеприпасами и оружием со стороны вооруженных формирований, неподконтрольных правительству. 3©p>

Для осуществления резолюции № 2095 в качестве координационного центра закупок вооружений ливийским правительством был образован Департамент военных закупок министерства обороны, который, однако, он не контролировал военные закупки другими государственными структурами. Помимо этого, закупки осуществлялись при участии не уполномоченных на это лиц, что приводило к многочисленным нарушениям и отсутствию контроля, в т.ч. и со стороны Комитета Совета Безопасности ООН [7, пп. 51-54].

Резолюцией № 2144 (2014 г.) в связи с ухудшающейся обстановкой в Ливии (разрастание радикальных исламистских группировок, полный развал силовых структур, а также неспособность центрального правительства в полной мере контролировать экспорт нефти и нефтепродуктов) Совет Безопасности ООН подчеркнул необходимость соблюдения условий поставок вооружений, в т.ч. обеспечение того, чтобы передача вооружений осуществлялась только обозначенным конечным пользователям [16, пп. 7-10]. Ярким примером неэффективности действий ООН в вопросе оружейного эмбарго, в связи с этим, являются события июля 2014 г., когда между исламистской коалицией «Рассвет Ливии» и вооруженными силами генерала Х.Хафтара разгорелось сражение за аэропорт Триполи, через который Катар транзитом через Судан поставлял оружие и боеприпасы местным «братьям-мусульманам» в обход санкций, а сам генерал Хафтар получал помощь из Египта [1].

В своей резолюции № 2174 (2014 г.) [18] Совет Безопасности ООН усилил эмбарго на поставки оружия, особенно меры со стороны государств, граничащих с Ливией. Эта мера была обусловлена увеличением действующих в Ливии террористических групп и лиц, связанных с «Аль-Каидой», а также неконтролируемым распространением оружия и боеприпасов в Ливии. Однако дальнейшее развитие внутриполитической ситуации, в т.ч. и усиление Исламского государства в Ливии показало неэффективность этих мер.

Ливийский кризис вышел на новый уровень, когда в результате выборов в новый законодательный орган Совет представителей 25 июня 2014 г. большинство мест заняли представители светских партий, а исламисты получили только 30 мест (из 200), хотя имели значительное количество мест во Всеобщем национальном конгрессе (ВНК). Не желая признавать результаты выборов, исламисты захватили Триполи и создали альтернативное правительство во главе с премьер-министром Омаром аль-Хаси (обновленный состав ВНК опирался на поддержку происламистской части бюрократии, армии и Верховного Суда), а избранные парламентарии были вынуждены бежать в Тобрук, где было сформировано правительство Абдаллы Абдуррахмана ат-Тани. Спикером нового парламента стал Агила Салах Иса. Таким образом, в стране установилось двоевластие, а политический конфликт перешел в вооруженную стадию.

В этом противостоянии коалиция исламистских сил «Рассвет Ливии» и поддерживающие ее группировки снабжались оружием и боеприпасами со стороны Катара [1], часть этой помощи проходила транзитом через суданскую территорию, откуда исламисты также получали подкрепления наемниками из арабских племен севера Судана (ливийско-суданскую границу правительственные силы и присутствующие там советники ЕС по мониторингу границы окончательно перестали контролировать после отставки премьер-министра А.Зейдана) [2]. Более того, определенная помощь исламистам осуществлялась также и со стороны Турции [8, пп. 152-154], имеющей сильные позиции в Мисурате на западе Ливии.

Правительство в Тобруке, поддерживаемое генералом Х. Хафтаром, особенно настаивало на отмене оружейного эмбарго, поскольку в противостоянии с коалицией «Рассвет Ливии» силы Хафтара страдали от нехватки оружия и боеприпасов, так как первоначально поставки из Египта, который поддерживал антиисламскую коалицию, были незначительны. В дальнейшем египетские власти для легализации своей помощи генералу Хафтару предлагали Совету Безопасности ООН отменить эмбарго на поставки оружию тобрукскому правительству и выработать механизмы для предотвращения получения оружия негосударственными акторами (т.е. теми вооруженными группировками, которые на подчиняются Палате Представителей), а также разрешить отдельным государствам осуществлять прямую военную помощь законному правительству в Ливии в целях борьбы с терроризмом [10].

Международное сообщество не приняло египетский план, поскольку существовали опасения, что поставляемое оружие может оказаться у террористических группировок и других негосударственных акторов, что в условиях противоборства ВНК и Палаты Представителей могло привести к новой эскалации конфликта. Помимо этого, оружейное эмбарго и без того неоднократно нарушалось как вооруженными группировками в Ливии (например, контроль за вывозом ливийского оружия в страны Сахельского региона осуществлялся пограничными племенами тубу и туарегами на юге Ливии), так и внешними игроками (поставки Катара, Турции и Судана исламистам, военная помощь Египта, ОАЭ и Саудовской Аравии генералу Хафтару).

Об эффективности оружейного эмбарго наиболее красноречиво свидетельствует заявление специального представителя Генерального секретаря ООН Мартина Коблера, который 6 июня 2016 г. констатировал, что Ливия является страной, наводненной оружием – на 6 млн. жителей приходится 20 млн. единиц оружия [20]. Таким образом, оружие наряду с углеводородами и финансами стало одним из компонентов ресурсного фактора в ливийском кризисе, поскольку контролирование потоков оружия превратилось в один из источников благосостояния исламистских, криминальных и племенных структур [5, с. 15].

Проблема оружейного эмбарго в Ливии получила новое измерение в связи с подписанием Ливийского политического соглашения (Схиратское соглашение) 17 декабря 2015 г. в Марокко. Согласно этому документу, Президентский совет (возглавил выходец из ВНК – Ф. Сарадж), образованный Всеобщим национальным конгрессом и Палатой Представителей, должен был сформировать Правительство национального согласия и согласовать его состав с Палатой Представителей в Тобруке. До этого момента власть переходила к Президентскому совету Фаиза Сараджа, исполнявшего обязанности президента.

Однако правительство Ф. Сараджа в Триполи, сформированное при посредничестве специального представителя Генерального секретаря ООН так и не смогло достичь компромисса с Палатой Представителей о составе Правительства национального согласия. Это обстоятельство, а также отсутствие реальной военной, политической и экономической силы у Правительства национального единства Ф. Сараджа оставляет неурегулированным конфликт между двумя центрами власти, несмотря на подписанное 17 декабря 2015 г. Схиратское соглашение.

В связи с этим, проблема оружейного эмбарго приобретает особую актуальность, поскольку вопрос об отмене или смягчении санкций может быть решен только после восстановления и укрепления государственных институтов, признанных легитимными практически на всей территории страны.

Очередное усиление санкционных мер подразумевает резолюция № 2292 от 14 июня 2016 г.[19] В ней государствам-членам ООН разрешается проводить досмотр судов, следующих в Ливию и из нее, на предмет перевозки оружия, что связано с новым витком вооруженного противостояния и наступлением на позиции Исламского Государства как сил Ф. Сараджа, так и Ливийской национальной армии под командованием Х. Хафтара, который поддерживает Палату Представителей в Тобруке. В условиях фактического многовластия в стране отмена оружейного эмбарго может быть осуществлена только при определении ООН того правительства, которое станет единственным легитимным в Ливии. Помимо этого, после перелома в вооруженной борьбе с Исламским Государством в Ливии, СБ ООН едва ли решится на отмену оружейного эмбарго, чтобы избежать новой эскалации конфликта в Ливии. Отмена оружейного эмбарго в данной ситуации превратилась бы в поддержку одной из сторон в конфликте, а учитывая тот факт, что за каждой из коалиций стоят внешние силы, конфликт может перейти в неконтролируемую плоскость.

В таких условиях главной причиной провала санкций, на наш взгляд, помимо конъюнктурных интересов отдельных группировок и групп внутри Ливии, а также внешних акторов, влияющих на ливийский политический процесс, является отсутствие механизма принуждения к выполнению санкционных мер. Поскольку соблюдение санкций возлагается на государства-члены ООН, то некоторые из них используют данное положение в собственных интересах, будучи вовлечены в ряд внутриливийских конфликтов, а институты ООН ограничиваются наблюдением за соблюдением санкций и анализом ситуации при отсутствии эффективных рычагов воздействия на нарушителей санкций.

Подводя итог, отметим, что одним из элементов Ливийского кризиса является проблема оружейного эмбарго, поскольку, с одной стороны, неспособность международных институтов установить контроль над оборотом оружия в районе Сахеля, а, с другой стороны, дестабилизация обстановки в регионе в связи с распространением оружия, показали, что политическое урегулирование кризиса невозможно без разрешения ситуации с запретом на поставки оружия в Ливию и из нее. Помимо этого, вопрос об отмене оружейного эмбарго тесно связан с имплементацией Ливийского политического соглашения и способностью различных политических институтов в Ливии, претендующих на легитимность в глазах международного сообщества, успешно бороться с терроризмом и негосударственными вооруженными формированиями в условиях санкций Совета Безопасности ООН.

Библиография
1.
Быстров А.А. Ливия: бои между противоборствующими сторонами продолжаются // Институт Ближнего Востока. 22 июля 2014 г. Режим доступа: http://www.iimes.ru/?p=21505
2.
Быстров А.А. Ливия-Судан: обострение двусторонних отношений // Институт Ближнего Востока. 17 сентября 2014 г. Режим доступа: http://www.iimes.ru/?p=21972
3.
Мещерина К.В. Хаос в Ливии и нарастание геополитического кризиса // Арабский кризис. Угрозы большой войны. Под общ. ред. А.М. Васильева. М., 2016. С. 48-62.
4.
Петер Д. Веземан, Ноэль Келли. Многосторонние эмбарго на поставки оружия. // Ежегодник СИПРИ 2012: вооружения, разоружение и международная безопасность. М., 2013. С. 475-485.
5.
Труевцев К.М. Распад Ливии как фактор напряженности в Африке и Средиземноморье // Азия и Африка сегодня. № 10. 2016. С. 12-20.
6.
Окончательный доклад Группы экспертов, учрежденной в соответствии с резолюцией 1973 (2011) Совета Безопасности в отношении Ливии, от 17 февраля 2012 г. Документ ООН S/2012/163.
7.
Окончательный доклад Группы экспертов, учрежденной в соответствии с резолюцией 1973 (2011) в отношении Ливии, от 15 февраля 2014 г. Документ ООН S/2014/106.
8.
Окончательный доклад Группы экспертов по Ливии, учрежденной в соответствии с резолюцией 1973 (2011), от 4 марта 2016 г. Документ ООН S/2016/209.
9.
Письмо Председателя Комитета Совета Безопасности, учрежденного резолюцией 1970 (2011) по Ливии, от 23 марта 2012 года на имя Председателя Совета Безопасности. Приложение. Сводный рабочий документ об осуществлении пункта 5 резолюции 2017 (2011) Совета Безопасности от 16 марта 2012 г. Документ ООН S/2012/178.
10.
Приложение к вербальной ноте Постоянного представительства Египта при Организации Объединенных Наций от 17 февраля 2015 года на имя Генерального секретаря. Документ ООН S/2015/120.
11.
Резолюция 1970 Совета Безопасности ООН S/RES/1970 от 26 февраля 2011 г.
12.
Резолюция 1973 Совета Безопасности ООН S/RES/1973 от 17 марта 2011 г.
13.
Резолюция 2009 Совета Безопасности ООН S/RES/2009 от 16 сентября 2011 г.
14.
Резолюция 2017 Совета Безопасности ООН S/RES/2017 от 31 октября 2011 г.
15.
Резолюция 2095 Совета Безопасности ООН S/RES/2095 от 14 марта 2013 г.
16.
Резолюция 2144 Совета Безопасности ООН S/RES/2144 от 14 марта 2014 г.
17.
Резолюция 2146 Совета Безопасности ООН S/RES/2146 от 19 марта 2014 г.
18.
Резолюция 2174 Совета Безопасности ООН S/RES/2174 от 27 августа 2014 г.
19.
Резолюция 2292 Совета Безопасности ООН S/RES/2292 от 14 июня 2016 г.
20.
Совет Безопасности ООН. 7706-е заседание. 6 июня 2014 г. Документ ООН S/PV.7706.
21.
Reuters, «Russia says France is violating embargo», New York Times, 30 June 2011.
References (transliterated)
1.
Bystrov A.A. Liviya: boi mezhdu protivoborstvuyushchimi storonami prodolzhayutsya // Institut Blizhnego Vostoka. 22 iyulya 2014 g. Rezhim dostupa: http://www.iimes.ru/?p=21505
2.
Bystrov A.A. Liviya-Sudan: obostrenie dvustoronnikh otnoshenii // Institut Blizhnego Vostoka. 17 sentyabrya 2014 g. Rezhim dostupa: http://www.iimes.ru/?p=21972
3.
Meshcherina K.V. Khaos v Livii i narastanie geopoliticheskogo krizisa // Arabskii krizis. Ugrozy bol'shoi voiny. Pod obshch. red. A.M. Vasil'eva. M., 2016. S. 48-62.
4.
Peter D. Vezeman, Noel' Kelli. Mnogostoronnie embargo na postavki oruzhiya. // Ezhegodnik SIPRI 2012: vooruzheniya, razoruzhenie i mezhdunarodnaya bezopasnost'. M., 2013. S. 475-485.
5.
Truevtsev K.M. Raspad Livii kak faktor napryazhennosti v Afrike i Sredizemnomor'e // Aziya i Afrika segodnya. № 10. 2016. S. 12-20.
6.
Okonchatel'nyi doklad Gruppy ekspertov, uchrezhdennoi v sootvetstvii s rezolyutsiei 1973 (2011) Soveta Bezopasnosti v otnoshenii Livii, ot 17 fevralya 2012 g. Dokument OON S/2012/163.
7.
Okonchatel'nyi doklad Gruppy ekspertov, uchrezhdennoi v sootvetstvii s rezolyutsiei 1973 (2011) v otnoshenii Livii, ot 15 fevralya 2014 g. Dokument OON S/2014/106.
8.
Okonchatel'nyi doklad Gruppy ekspertov po Livii, uchrezhdennoi v sootvetstvii s rezolyutsiei 1973 (2011), ot 4 marta 2016 g. Dokument OON S/2016/209.
9.
Pis'mo Predsedatelya Komiteta Soveta Bezopasnosti, uchrezhdennogo rezolyutsiei 1970 (2011) po Livii, ot 23 marta 2012 goda na imya Predsedatelya Soveta Bezopasnosti. Prilozhenie. Svodnyi rabochii dokument ob osushchestvlenii punkta 5 rezolyutsii 2017 (2011) Soveta Bezopasnosti ot 16 marta 2012 g. Dokument OON S/2012/178.
10.
Prilozhenie k verbal'noi note Postoyannogo predstavitel'stva Egipta pri Organizatsii Ob''edinennykh Natsii ot 17 fevralya 2015 goda na imya General'nogo sekretarya. Dokument OON S/2015/120.
11.
Rezolyutsiya 1970 Soveta Bezopasnosti OON S/RES/1970 ot 26 fevralya 2011 g.
12.
Rezolyutsiya 1973 Soveta Bezopasnosti OON S/RES/1973 ot 17 marta 2011 g.
13.
Rezolyutsiya 2009 Soveta Bezopasnosti OON S/RES/2009 ot 16 sentyabrya 2011 g.
14.
Rezolyutsiya 2017 Soveta Bezopasnosti OON S/RES/2017 ot 31 oktyabrya 2011 g.
15.
Rezolyutsiya 2095 Soveta Bezopasnosti OON S/RES/2095 ot 14 marta 2013 g.
16.
Rezolyutsiya 2144 Soveta Bezopasnosti OON S/RES/2144 ot 14 marta 2014 g.
17.
Rezolyutsiya 2146 Soveta Bezopasnosti OON S/RES/2146 ot 19 marta 2014 g.
18.
Rezolyutsiya 2174 Soveta Bezopasnosti OON S/RES/2174 ot 27 avgusta 2014 g.
19.
Rezolyutsiya 2292 Soveta Bezopasnosti OON S/RES/2292 ot 14 iyunya 2016 g.
20.
Sovet Bezopasnosti OON. 7706-e zasedanie. 6 iyunya 2014 g. Dokument OON S/PV.7706.
21.
Reuters, «Russia says France is violating embargo», New York Times, 30 June 2011.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"