Статья 'Психодерматоглифический профиль "серийных" убийц ' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по

 

 

Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Психодерматоглифический профиль "серийных" убийц

Бадиков Константин Николаевич

кандидат юридических наук

доцент, кафедра гражданско-правовых дисциплин, Российская таможенная академия

690024, Россия, Приморский край, г. Владивосток, ул. Абрикосовая, 5а

Badikov Konstantin Nikolaevich

PhD in Law

Associate professor of the Department of Civil and Legal Disciplines at Vladivostok Branch at Russian Customs Academy

690024, Russia, Primorskii krai, g. Vladivostok, ul. Abrikosovaya, 5 a

Badikovk@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2305-9699.2013.5.505

Дата направления статьи в редакцию:



Дата публикации:

1-5-2013


Аннотация.

Установление ведущих психических свойств и состояний с помощью психодерматоглифического метода является инновацией в криминалистике. В основу этого метода положены закономерности психогенетики, отразившиеся в системе частных признаков папиллярного узора. Установлено, что применение психодерматоглифического метода в расследовании преступлений позволяет выявить психологические, моторно-двигательные и интеллектуальные характеристики личности, оставившей следы пальцев рук на месте преступления. Минимизация следов-отображений, оставленных на месте преступления, рост преступлений, связанных с наркоманий и лиц, страдающих психической и неврологической патологией, послужили предпосылками к разработке новых статистических (математических) диагностических и прогностических моделей в рамках анализа психодерматоглифических связей. Учет и анализ частных признаков папиллярных линий при производстве психодерматоглифических экспертных исследований, коррелируют с особенностями психического склада личности. Именно качественные и количественные характеристики папиллярных линий позволяют получить максимум поисковой информации из минимума следов.

Ключевые слова: дерматоглифы, минуции, личность, след, поведение, дерматоглифика, идентификация, диагностика, исследование, розыск

Abstract.

Establishing the leading psychological qualities and conditions via psycho-dermal-glyphic method is a forensic innovation. This method is based upon the psycho-genetic patterns, as reflected in a system of papillary elements. It is established that application of psycho-dermal-glyphic method in crime investigation allows to establish psychological, motoric movement and intellectual characteristics of a person, who has left fingerprints at a crime scene. Minimization of trace prints at  a crime scene, growth of drug-related crimes and crimes by persons with psychic and neurologiacl pathologies served as prerequisites for the development of the novel statistic (mathematical) diagnostic and forecasting models within the framework of psycho-dermal-glyphic connections analysis.  Examination and analysis of elements of papillary lines in psycho-dermal-glyphic expertise correlates with specific features of mental make-up of a person.  Quantity and quality characteristics of papillary lines allow to gain maximum searching information out of minimal prints.

Keywords:

dermal glyphs, minutia, person, trace, behavior , dermal glyphic studies, identification, diagnosis, studies, investigation

Введение. Дерматоглифика первоначально сложившаяся как дополнительный диагностический метод в генетике и медицине постепенно занимает значимое место в криминалистике. Интеграция медицины и криминалистики открывает новые возможности для решения задач криминалистической диагностики. Психодерматоглифический метод служит целям построения психологического профиля личности.

Основная часть. Как отмечают специалисты в области судебно-медицинской дерматоглифики, «с точки зрения идентификации личности, наиболее важными фактическими данными являются сведения о медико-биологических свойствах человека» [1, С. 9]. В данной трактовке «идентификация личности» приобретает диагностическую направленность. С позиций судебно-медицинской дерматоглифики, криминалистическая диагностика позволяет группировать признаки объекта, определяя ту или иную степень его индивидуальности и неповторимости. В конечном итоге, диагностические методы создают реальную предпосылку для идентификации объекта [2; 1, С. 10].

Выявленные дерматоглифические маркёры врожденной уязвимости психики человека [3], еще более укрепили психодиагностические концепции криминалистической диагностики [4]. Таким образом, следует констатировать, что объект криминалистической идентификации – следы рук, приобрел специфический диагностический статус. Современные методы дерматоглифических экспертиз, сохранив прежний объект, изменили предмет исследования, акцентируя внимание на наличие психодерматоглифических связей.

Перспективность такого понимания диагностического потенциала следов рук связана не только с предметом исследования, но и с интегрально-интегративными характеристиками дерматоглифики. Наши исследования подчеркивают междисциплинарный характер получаемых сведений о личности при использовании методов криминалистической дерматоглифики [5], в общем, и психодерматоглифики, в частности [6].

Непосредственная связь криминалистической дерматоглифики и медицинской дерматоглифики в объектном и предметном соотношении определили уровень междисциплинарных (медико-криминалистических) связей. Комплексный характер дерматоглифики позволил В.В. Яровенко внести ряд новых технических решений и предложить методику обнаружения следов рук и психофизиологических особенностей субъекта дерматоглифическим методом [5, С. 10; 7]. Кроме того, важным фактором развития диагностического направления криминалистической дерматоглифики стало взаимопроникновение дактилоскопии (как отрасли криминалистической техники) и дерматоглифики (как антропологической дисциплины).

Психодерматоглифика являясь разделом криминалистической дерматоглифики направлена на построение психологического профиля лица (поисковой криминалистической модели личности – ПКМЛ), оставившего следы рук на месте преступления. Психодерматоглифический метод ориентирован на интегрально-интегративное понимание сущности ладонной и пальцевой дерматоглифики.

Расширение круга диагностических вопросов, стоящих перед экспертами, специфичность информации отраженной в следах рук требуют инновационных и одновременно, комплексных диагностических методов исследования. На современном этапе становления криминалистических диагностических экспертиз, особое значение приобретает поиск новых, интегральных объектов исследований, позволяющих установить комплекс диагностически значимых свойств и состояний человека и психики.

Кроме того, минимизация следов-отображений, оставленных на месте преступления, рост преступлений, связанных с наркоманий, агрессивностью наркозависимых и лиц, страдающих психической и неврологической патологией, являются предпосылками к разработке и привлечению:

1) новых статистических (математических) диагностических и прогностических моделей в рамках анализа психодерматоглифических связей междисциплинарного характера;

2) новых междисциплинарных, комплексных диагностических методов получения диагностической информации о морфофункциональном потенциале человека.

Данные диагностические модели служат задачам получения максимума информации из минимального объема следов-отображений с минимальными временными затратами.

Для выявления психодерматоглифических связей, опосредующих индивидуальное поведение, особый диагностический статус приобретает дерматоглифика первых пальцев рук. По результатам наших исследований, частные признаки дерматоглифики и морфология дистальной фаланги (костной системы) первых пальцев рук являются генетическим маркёром функционального состояния головного мозга.

Использование психодерматоглифического метода открывает новые пути к пониманию сущности психодерматоглифических связей в системе «мозг – дерматоглифика – поведение». В целом, анализ психодерматоглифических связей служит повышению качества диагностических экспертиз в криминалистике, что соответственно отвечает требованиям повышения эффективности расследования преступлений.

В условиях минимизации следов, оставленных на месте совершения преступления, особое значение приобретают диагностические методы исследования единичных следов рук и их фрагментов. Интегрально-интегративные связи следов рук, корреляционные соотношения со структурами психики, мозгом делают их идеальным объектом исследования в криминалистике.

Количественные признаки дерматоглифики типов и видов папиллярных узоров отвечают требованиям объективности, предъявляемым к результатам дактилоскопических и дерматоглифических экспертиз. Аналогичными признаками и характеристиками обладают частные признаки папиллярного узора. Количество частных признаков ладонной и пальцевой дерматоглифики практически одинаково. По мнению В.В. Яровенко в дерматоглифических исследованиях используется более 180 признаков [5, С. 188-193]. Представленный им перечень начинается с признака: отсутствие дуг на I пальце, увеличением дуг на I пальце левой кисти и заканчивается величиной угла аtd. Систематизация предложенного перечня позволяет выявить группы признаков: распределение пальцевых узоров на пальцах, межпальцевых подушечках; статистические данные по распределению гребневого счета (ГС); ладонная дерматоглифика, включающая сгибательные складки в центре ладони; топография ладонных линий; топография осевого трирадиуса и величины угла atd; td-пересеченность. Тем самым, криминалистическая дерматоглифика ориентирована на объекты общего уровня – типы узоров, их локализацию (на дистальных фалангах и межпальцевых участках), учет ГС и особенностей угла atd.

В психодерматооглифическом исследовании, кроме традиционных для дактилоскопии и дерматоглифики объектов, анализируется видовой состав минуций (21минуция) принятый медицинской генетике [8]. Для генетических исследований частные признаки или минуции, имеют дифференциальные признаки нормы и патологии [9]. В психодерматоглифике минуции, рассматриваются как отражение психодерматоглифических связей. Кроме того, для выявления и анализа корреляционных и кросскорреляционных соотношений, применяется специальная частная классификация объектов – дерматоглифиеских минуций.

Систематизация объектов психодерматоглифического исследования, основана на принципе интегрально-интегративной связи дерматоглифики и психики как функции мозга. Реализация принципа отражает сущность объекта и междисциплинарный характер психодерматоглифики. Объект – отпечатки ладонной и пальцевой дерматоглифики, представлен корреляциями системы «ЦНС – ВНС – ВНД – ННСТ – поведение». Комплексные и междисциплинарные соотношения психодерматоглифики связаны с привлечением данных медицинской и антропологической дерматоглифики для диагностики психических свойств личности. Значение психодерматоглифики в криминалистике связано с необходимостью повышения уровня раскрываемости преступлений. Классическое криминалистическое исследование следов рук определенным образом решает задачи идентификации или диагностики. За пределами познания остается информационный пласт отпечатков рук, отвечающим критериям построения психологического профиля (ПКМЛ).

В целях повышения эффективности экспертно-криминалистической деятельности в борьбе с преступностью ЭКЦ МВД России разработана концепция развития экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел России на 2006-2015 годы. «Главной целью развития ЭКП является всестороннее и оперативное обеспечение потребностей ОВД в эффективном применении современных экспертно-криминалистических средств и методов в целях предупреждения, выявления, раскрытия и расследования преступлений [10, С. 29]. Одним из положений Концепции является активное использование и внедрение современных научных достижений в деятельность ЭКП ОВД. Цель принятия Концепции ориентирована на совершенствование криминалистических методов и повышение полноты учета и оперативного использования криминалистически значимой информации.

Применение психодерматоглифического метода исследования расширяет круг знаний о морфологии и психологии человека и его личности. Наличие определенных дерматоглифически значимых генетических маркёров дизэмбриогенеза центральной нервной системы (ЦНС) и вегетативной нервной системы (ВНС), при неблагоприятных факторах внешней среды создаёт предпосылки к формированию более сложного психотипа, реакции которого могут быть не адекватны внешнему раздражителю. Дерматоглифы являясь специфическим диагностическим маркёром, отражают морфофункциональный потенциал человека, соответственно обладая диагностическими корреляциями.

По мнению С.С. Самищенко диагностический потенциал дерматоглифов связан с наличием трех обязательных групп признаков. А именно: 1) признаки группового характера (типы, виды и разновидности узоров); 2) признаки строения папиллярных линий (начала, окончания, глазки и другие), которые в своей совокупности индивидуализируют устройство гребешковой кожи конкретного человека; 3) микропризнаки, которые, как и предыдущие, в совокупности индивидуальны. Кроме того, встречаются признаки, имеющие случайное происхождение или непостоянные в своих проявлениях: рубцы, белые линии, проявления заболеваний и пр. [11, С. 36].

Диагностический потенциал дерматолифов в психодерматоглифике так же как и в дактилоскопии ориентирован на исследование трех обязательных групп признаков [11, С. 36]. В связи с тем, что психодерматоглифический метод направлен на индивидуальную психодиагностику, по сравнению с типовой психодиагностикой рассматриваемой медицинской и криминалистической дерматоглификой, для его реализации потребовалась оптимизация двух групп дермальных признаков.

Перечень признаков группового характера остался прежним. Произошла замена термина «признаки группового характера» на «признаки типового характера», так как нами выделены типы, виды и разновидности узоров. Вторая группа – «признаки строения папиллярных линий (начала, окончания, глазки и другие)», с позиций индивидуализации психологии личности должны быть дифференцированы на «признаки строения двух и более папиллярных линий» и «признаки строения одной папиллярной линии». В данном контексте начало/окончание папиллярной линии (п/л) подразумевает единичный объект, не связанный с другим ему подобным дерматоглифическим элементом, графемой, расположенным рядом. В свою очередь, форма «глазка», «островка» подразумевает наличие двух, связанных папиллярных линий [12, С.110]. Таким образом, «глазок», «островок» не могут быть сформированы одной линией, так как их форма представлена удвоением папиллярного потока.

Несколько папиллярных линий (п/л), создающих единую дерматоглифическую графему, формируют дерматоглифический «символ», знак. Следовательно, если совокупность папиллярных линий представляет собой единое целое (например «островок» или «глазок»), а так же если образуют единый символ, графему, то данный признак следует признать «признаками строения папиллярных линий». Ко второй группе признаков относятся, крючок, мостик и т.п. сочетания.

В психодерматоглиифке, графема, единый символ индивидуализирует объект и одновременно диагностирует функциональное состояние личности. Например: локализация «островка» по оси координат «x y z» укажет на патологию в определенной системе (ЦНС, ВНС, ССС); классификационные признаки «островка» будут связаны не только с его расположением, но и его формой – удлиненный островок, округлой формы, последовательность островков, формирующих цифру «8».

Под «признаками строения одной папиллярной линии», мы понимаем следующие элементы: начало/окончание папиллярной линии, короткую, точечную папиллярную линию, острый, округлый выступ папиллярной линии, тонкую межпапиллярную линию и др. формы строения одной папиллярной линии.

Признаки строения одной папиллярной линии мы отнесли к третьей группе признаков. Для построения психологического профиля психодерматоглифическим методом значение имеют все группы признаков. Их значение связано с наличием психодерматоглифических связей.

Построение психологического профиля (ПКМЛ, СКМЛ) "серийных" убийц должно опираться на данные нейропсихологического исследования. Результаты нейропсихологических исследований подчеркивают роль организации мозга в процессах адаптации личности [13]. Отсутствие специальной подготовки у экспертов-криминалистов в данной области медицины предполагает возможность построения психодерматоглифических корреляций после соответствующего повышения квалификации.

Результаты исследований в области медицинской дерматоглифики ориентировали к выявлению дерматоглифических маркёров различных психотипов и психомоделей поведения. Н.Н. Богданов выявил группу дерматоглифических признаков типового характера (типы, виды и разновидности узоров) [14]. Тем самым, исследованиями Н.Н. Богданова, подтверждается классификация дерматоглифов, предложенная С.С. Самищенко, связанная с сочетанием трех обязательных групп признаков, в частности, её первым признаком (признаки группового характера (типы, виды и разновидности узоров). Кроме того, Н.Н. Богданов и С.С. Самищенко систематизировали типовые психологические свойства лиц, совершивших серийные преступления, связав их с дерматоглификой [15, С. 61-65].

Психотип серийного убийцы выявленный исследованиями Н.Н. Богданова характеризуются редким типом левшества, состоящим всего из 25% в популяции [15, С. 63]. Данный психотип тяготеет к изнасилованиям своих жертв и последующим убийствам.

В условиях дефицита следов, оставленных на месте преступления, следует обратить внимание на единичные и фрагментированные следы, оставленные внутренней поверхностью дистальной фаланги первого пальца руки. Морфология которой, наиболее информативна в рамках психодерматоглифического метода. Отпечатки первых пальцев рук отражают функциональное состояние головного мозга, кроме того, отражают признаки и генетические маркёры:

- левшества;

- дисморфологии соединительной ткани (наследственные нарушения соединительной ткани – ННСТ);

- дизэмбриогенеза ЦНС.

Выявленные частные признаки дерматоглифики единичного следа должны быть рассмотрены с позиций психической, биохимической, физиологической нормы и патологии. В результате комплексного исследования в рамках дифференциального подхода нами получены психодерматоглифические данные о синтонной и патологической личности.

Синтонная личность [16, С. 112] не нуждается в противопоставлении себя обществу, принципам и нормам морали и нравственности, установленных силой государства. Ее характерной чертой являются высокая степень социальной зрелости и адаптации. Для лиц, совершивших преступления против личности существуют иные приоритеты. Они связаны с противоправной направленностью интересов.

Противоправное поведение не всегда связано только с влиянием социальной среды. Его причины разнообразны и обусловлены различными факторами и их сочетаниями. Среди лиц, попадающих в сферу внимания правоохранительных органов, все чаще попадают лица, состоящие на учете у психиатра, нарколога и представители пограничных психических расстройств, имеющие неврологическую основу – минимальную дисфункцию мозга (МДМ).

Локальные повреждения головного мозга (МДМ) выражаются в возрастной незрелости отдельных высших психических функций. Как следствие задержки темпов развития функциональных систем мозга, обеспечивающих сложные интегративные функции (речь, внимание, память, мышление, восприятие) носители МДМ отличаются значительными трудностями в школьном обучении и социальной адаптации [17, С. 32, 33].

Материалы уголовных дел и комиссионных судебно-психиатрических экспертиз (КСПЭ) указывают на значительное количество лиц (58%), обнаруживаемых признаки эмоционально неустойчивого расстройства личности по пограничному типу, связанных с социальной дезадаптацией. Школьные характеристики, имеющиеся в материалах уголовных дел, отражают грубость, жестокость лиц, в последующем совершивших убийства.

При неблагоприятных вариантах развития личности с диагнозом СДВГ – синдром нарушенного внимания и гиперактивностью (до 1994 года МДМ) возможно дальнейшее снижение уровня социальной адаптации личности и рост агрессивности. Материалы экспертиз дают основания к выводу о наличии у лиц, совершивших убийства признаков эмоционально неустойчивого расстройства как следствие наличия МДМ. В частности, типичным для содержания КСПЭ является следующее: «указанный диагноз (эмоционально неустойчивое расстройство личности по пограничному типу) подтверждается данными настоящего психиатрического обследования, выявленного у испытуемого эмоциональную неустойчивость, вспыльчивость, легковесность ряда суждений. Эти черты определяют весь психический облик испытуемого, стабильны и выражены до степени, приводящей к социальной дезадаптации» (См.: архив Приморского краевого суда, заключение амбулаторной комиссионной судебно-психиатрической экспертизы от 17 ноября 2006 №1856 по делу С-ва В.).

«Кроме того, указанные психопатологические проявления МДМ являются почвой для развития монополярных пограничных психических расстройств: тиков, заикания, энуреза, энкопреза, неврозов, а не только СДВГ» [17, С. 33]. Таким образом, следует констатировать диагностическое значение психопатологических проявлений пограничных заболеваний, позволяющих выявить типичные психические свойства личности характерные для субъектов, совершивших убийство (ст.105 УК РФ).

Построение ПКМЛ психодерматоглифическим методом учитывает дерматоглифические и нейропсихологические корреляции, основанные на принципах соотношения мозга, психики и дерматоглифики. Результатом анализа психодерматоглифических связей и корреляций является возможность выявления дерматоглифики МДМ, а следовательно, и психотипа и психомодели лиц, совершивших преступления предусмотренные ст. 105 УК РФ.

Для построения ПКМЛ "серийного" убийцы анализировались общие и частные признаки дерматоглифики первых пальцев рук. Объектом анализа выступила дерматоглифика лиц, "неоднократно" [18], совершивших убийство двух и более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ) в количестве 22 субъектов, имеющих индивидуально-психологические особенности (по материалам заключений комиссионной судебно-психиатрической экспертизы, с использованием методов клинико-психопатологического исследования). Цель исследования: установление дифференциальных и типовых, стандартных психодерматоглифических маркёров, характеризующих индивидуальную психологию двух различных психотипов и психомоделей лиц, совершивших преступление, квалифицированное по п. «а» ч. 2 ст.105 УК РФ.

Субъекты, привлеченные к ответственности в соответствии с п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, могут выступать носителями двух психических состояний. Первая группа лиц (20 субъектов), отличается несдержанностью, эгоистичностью, конфликтностью и импульсивностью. Ведущий пик профиля личности приподнят на уровне расстройства (82.Т.Б.) по шкале «эмоциональной личности» и «импульсивности». Вторая группа (2 субъекта) не обнаруживает признаки «эмоциональной личности» и «импульсивности». Для психологии данной группы лиц характерны наглость, самоуверенность, спокойствие.

С целю установления объема энергопотенциала (генетически обусловленный уровень жизненной энергии) параллельно анализировалась дерматоглифика третьих и первых пальцев рук. Отмечен низкий уровень энергопотенциала у 100% исследуемых: соотношение гребневого счета (ГС) узоров первых и третьих пальцев представлено низким ГС третьего пальца по отношению к первому; тип узора первого пальца более сложный по отношению к третьему пальцу – «завиток : петля» : «петля : дуга». Незначительный уровень собственной энергии ориентирует носителя к получению ее различными способами.

Для выявления психодерматоглифических маркёров двух различных психотипов признаки дерматоглифики сведены в таблицу. Это позволит выявить общий, типовой психодерматоглифический маркёр лиц, совершивших преступление, квалифицированное по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ и частные психодерматоглифические маркёры двух психотипов "серийных" убийц.

Таблица психодерматоглифических признаков

двух психотипов «серийных» убийц

Дерматоглифика психотипа п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

обнаруживающего признаки 8.2 Т.Б

№/№ Психодерматоглифического признака

Дерматоглифика психотипа п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

не обнаруживающего признаки 8.2 Т.Б

1-ое сочетание:

ульнарная петля : дуга;

2-е сочетание

завитковый : ульнарная петля

1. Тип узора

1-ых и 3-х пальцев рук

завитковый : ульнарная петля

ГС базового потока в радиальной части узора – менее 11 п/л

2. ГС базового потока в области дельт первых пальцев рук

ГС базового потока в радиальной и ульнарной части узора – 16 п/л:

Выявлена

3. Деформация п/л в области центра базового потока

Выявлена

От 3 до 5 п/л

4. ГС базового потока

13, 14. п/л

Различны

5. Форма дельт

Папиллярные линии радиальной дельты объединены; папиллярные линии ульнарной дельты разобщены

Расположены в кв. №. 5 и кв. №.7 – смещение п/л от центральной оси под углом 35º

6. Точечные п/л

Расположены в кв.№.4 и кв. №.9 – без смещения п/л от центральной оси

Кв. №4

7. Короткие п/л

Кв. №4, 6, 9

Выявлена

8. Деформация п/л в кв.№3 6

Выявлена

Выявлено – локализация различна (от кв.№1 до кв. №3)

9. Наличие примкнувших вилок ><

Выявлено в кв. №3

Кв. №2, 5

10. Островки, глазки

Выявлены в кв. №5

Не выявлены

11. Последовательные островки

Выявлены

Не выявлен

12. Минуция – ʘ

Выявлен

Выявлено

13. Расширение промежутка между папиллярными линиями (п/л) базового потока

Выявлена

Не выявлено

14. Наличие специфических графем

4 вида графемы, связанных деформацией одной и совокупности п/л

Система координат не выявлена

15. Сочетание деталей п/л имеющих перерывы и деформацию папиллярного потока или п/л

Расположены оси координат

Общие психодерматоглифические признаки первых пальцев рук, для двух психотипов "серийных убийц", представлены следующими корреляциями: распределение пальцевых узоров на первых и третьих пальцах выражено противоречиями в ГС первых пальцев рук, именно ГС левого пальца, выше ГС правого пальца руки – 68%; первые пальцы имеют более сложные узоры по отношению к третьему пальцу – 62 %; локальные и разлитые дисплазии, так же как и диссоциации расположены на всех участках папиллярного узора – 76%; локальные дисплазии и диссоциации в 90 % случаев расположены на первых левых пальцах; тонкие папиллярные линии, располагающиеся между папиллярными линиями обычной ширины, находятся на отпечатке первого левого пальца в квадрате №5 [в системе 9-ти квадратов] – 53 %.

Кроме того, отпечаток первого правого пальца (как генетический маркёр левого полушария головного мозга) имеет следующие признаки: радиальная дельта имеет точку между восходящими линиями дельты – 52%; наличие 3-х коротких папиллярных линий в верхней части квадрата №1 – 43%; одна короткая папиллярная линия в квадрате №3; наличие двух горизонтальных "белых линий" в квадратах №№7,8 у относительно молодых субъектов (18-28 лет) – 48%.

Дерматоглифика лиц, совершивших преступление предусмотренное ст. 105 УК РФ, отражает степень повреждения генетического материала. В частности, кроме дерматоглифических маркёров дизэмбриогенеза ЦНС (дисплазии) и ННСТ (диссоциации), имеются психодерматоглифические признаки «опиоидной недостаточности» (асинхронность коротких папиллярных линий расположенных в базовом и верхнем потоках узора), эмоциональной неуравновешенности (различный ГС первых и третьих пальцев и несовпадение пальцевых узоров между первым и третьими пальцами).

Выраженные дерматоглифические признаки врожденной патологии ЦНС – локальные, но обширные участки дизэмбриогенеза и дисморфологии, являются диагностическими признаками психической патологии, не исключающие вменяемости. Данный вывод соответствует заключению судебно-медицинских экспертов. В рамках комплексной экспертизы, проведенной судебно-медицинскими экспертами нет нейропсихологической и психогенетической информации. Диагностированные психодерматоглифическим методом признаки патологии ЦНС, ННСТ и "опиоидной недостаточности" позволяют говорить о возможности его применения при построении следственных и розыскных версий, проведении розыскных и оперативных мероприятий.

Выводы. Учитывая диагностическую значимость дерматоглифики в диагностической медицине, а так же выявленную корреляцию "морфология головного мозга – дерматоглифика дистальной фаланги первого пальца" психодерматоглифический метод может применяться при построении психологического профиля. Метод, учитывающий психодерматоглифические связи, является достаточно информативным и объективным диагностическим критерием в криминалистике. Реализация психодерматоглифического метода позволяет включить в структуру содержания психологического профиля (ПКМЛ) лиц, совершивших преступление предусмотренное ст. 105 УК РФ психологические, моторно-двигательные и интеллектуальные характеристики. Наличие комплексной информации о личности лица, оставившего следы рук, служит целям повышения эффективности расследования преступлений.

Библиография
1.
Божченко А.П., Попов В.Л., Заславский Г.И. Дерматоглифика при идентификации личности. – СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2008. – С. 9.
2.
Чистикин А.Н. Изменчивость структуры кожного рельефа и реактивность организма [Текст] : дисс. … докт. мед. Наук / Чистикин А.Н. – Тюмень, 1997; Божченко А.П., Попов В.Л., Заславский Г.И. Дерматоглифика при идентификации личности. – СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2008. – С.10.
3.
Гусева И.С., Сорокина Т.Т. Дерматоглифика как конституционный маркер при мультифакторной патологии  Вопросы антропологии. М.: МГУ, 1998. Вып. 89. – С. 99-111; Богданов Н.Н., Солониченко В.Г. Синдром Вильямса – модель генетически детерминированного правополушарного доминирования// Физиологический журнал им. И.М. Сеченова. – 1995. – Т. 81. – № 8. – С. 34.;
4.
Снетков В.А. Проблемы криминалистической диагностики // Труды ВНИИ МВД СССР. М, 1972, №23; Корухов Ю.Г. Криминалистическая диагностика при расследовании преступлений.-М.:Норма; Инфра-М, 1998.
5.
Яровенко В.В. Проблемы применения дерматоглифических исследований в криминалистике: [Текст] дисс. на соиск. уч. ст. д.ю.н. Тюмень, 1996.
6.
Бадиков К.Н. Психодерматоглифика как интегральная модель морфофункционального потенциала человека: монография / К.Н. Бадиков. – Российская таможенная академия, Владивостокский филиал. – Владивосток: ВФ РТА, 2006. – 198 с.; Бадиков К.Н. Психодерматоглифика: понятие, система, методики: монография / К.Н. Бадиков. – Владивосток : Изд-во Дальневост. федерал. ун-та, 2011,-188 с.
7.
Чистикин А.Н., Яровенко В.В. Применение дерматоглифики в медицине и криминалистике // научно-методическое пособие. – Томск. – 1994.
8.
Orczykowska-Swiatkowska Z. Badania nad zmiennoscia I dzied I dzie-driczeniem Iistewek skornych //Materialy I Prace Antropol. 1964. nr. 65; Orczykowska-Swiatkowska Z., Krajewska A. The Probability of Paternity on the Basis of 70 Dermatoglyphic Features //Ann. Phys. Anthropol., 1985. N 8, pp. 53-70.
9.
Петров С.С., Гончаров Ю.Ф. Минуции пальцевых узоров и подпальцевых пространств гребневой кожи здоровых жителей Ростова // Сб. науч. Трудов «Естествознание и гуманизм», 2007. Т.4. Вып. 2.
10.
Практическое руководство по производству судебных экспертиз для экспертов и специалистов : практич. пособие / Под ред. Т.В. Аверьяновой, В.Ф. Статкуса. 2-е изд.. перераб. и доп. – М.: Изд-во Юрайт, 2011. – С. 29.
11.
Самищенко С.С. Современная дактилоскопия: проблемы и тенденции развития. – М., 2002 – С. 36.
12.
Исютин-Федотков Д.В., Каразей О.Г., Мухин Г.Н. Криминалистическая дерматоглифика (история, современность, перспективы развития): монография / под общ. ред. Д.В. Исютина-Федоткова. – М.: Юрлитинформ, 2011. – С. 110.
13.
Разумникова. О.М. Отражение личностных свойств в функциональной активности мозга / О.М. Разумникова. – Новосибирск: Наука, 2005. – 135 с.
14.
Богданов Н.Н. Тайные коды тела / Николай Богданов. – М.: АСТ: Зебра Е, 2007. – 350 с.
15.
Богданов Н.Н., Самищенко С.С., Хвыля-Олинтер А.И. Дерматоглифика серийных убийц // Вопросы психологии. – М., 1998.-№4. – С. 61-65.
16.
Психология и психиатрия: Терминологический словарь. 4-е изд. / М.: Годфрид. – СПб.: Питер, 2003. – С. 112.
17.
Фесенко Е.В., Фесенко Ю.А. Синдром дефицита внимания и гиперактивноти у детей. – СПб.: Наука и Техника, 2010. – С. 32, 33.
18.
Постановление от 3 апреля 2008 г №4 Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК)».
19.
В.В. Щербаков, М.Н. Александров. Правовая характеристика обязательной государственной дактилоскопической регистрации в свете положений Концепции национальной безопасности РФ. // Право и политика. – 2003. – № 4.
20.
Т.В. Яровенко, Е.А. Григорян. Применение технологии и фиксации при проведении следственных действий. // Право и политика. – 2008. – № 8.
21.
В. В. Яровенко. Понятие криминалистической дерматоглифики // Право и политика. – 2011. – № 3.
22.
В. В. Яровенко. Криминалистическая характеристика предметов, используемых в качестве оружия совершения преступления // Право и политика. – 2012. – № 3. – С. 104-107.
23.
К. Н. Бадиков. Определение возраста субъекта методами психодерматоглифического исследования // Право и политика. – 2012. – № 8. – С. 104-107.
24.
К. Н. Бадиков. Психодерматоглифический метод в теории и практике построения поисковой криминалистической модели личности // Право и политика. – 2012. – № 6. – С. 104-107
25.
Бадиков К.Н., Яровенко В.В. Возрастные и нозологические корреляции старения при проведении психодерматоглифических исследований // NB: Вопросы права и политики. - 2012. - 5. - C. 196 - 217. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_368.html
26.
Яровенко В.В. Криминалистическая дерматоглифика: // NB: Вопросы права и политики. - 2013. - 4. - C. 351 - 372. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.4.587. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_587.html
27.
Бадиков К.Н. Становление и перспективы психодерматоглифики // NB: Вопросы права и политики. - 2013. - 8. - C. 194 - 212. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.8.5103. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_5103.html
28.
Бадиков К.Н. Инновации психодерматоглифики // NB: Вопросы права и политики. - 2013. - 9. - C. 69 - 80. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.9.9266. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_9266.html
29.
К. Н. Бадиков Психодерматоглифический метод в теории и практике построения поисковой криминалистической модели личности // Право и политика. - 2012. - 6. - C. 1053 - 1061.
30.
Бадиков К.Н. Практическая направленность психодерматоглифического метода в диагностике криминального поведения // NB: Вопросы права и политики. - 2013. - 10. - C. 175 - 191. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.10.9771. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_9771.html
31.
Бадиков К.Н. Психодерматоглифика в клинической персонологии лиц с противоправным поведением // NB: Вопросы права и политики. - 2013. - 7. - C. 148 - 167. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.7.8823. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_8823.html
32.
Яровенко В.В., Бадиков К.Н. К вопросу о психологической дерматоглифики // NB: Вопросы права и политики. - 2013. - 6. - C. 351 - 364. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.6.757. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_757.html
References (transliterated)
1.
Bozhchenko A.P., Popov V.L., Zaslavskii G.I. Dermatoglifika pri identifikatsii lichnosti. – SPb.: Izd-vo R. Aslanova «Yuridicheskii tsentr Press», 2008. – S. 9.
2.
Chistikin A.N. Izmenchivost' struktury kozhnogo rel'efa i reaktivnost' organizma [Tekst] : diss. … dokt. med. Nauk / Chistikin A.N. – Tyumen', 1997; Bozhchenko A.P., Popov V.L., Zaslavskii G.I. Dermatoglifika pri identifikatsii lichnosti. – SPb.: Izd-vo R. Aslanova «Yuridicheskii tsentr Press», 2008. – S.10.
3.
Guseva I.S., Sorokina T.T. Dermatoglifika kak konstitutsionnyi marker pri mul'tifaktornoi patologii  Voprosy antropologii. M.: MGU, 1998. Vyp. 89. – S. 99-111; Bogdanov N.N., Solonichenko V.G. Sindrom Vil'yamsa – model' geneticheski determinirovannogo pravopolusharnogo dominirovaniya// Fiziologicheskii zhurnal im. I.M. Sechenova. – 1995. – T. 81. – № 8. – S. 34.;
4.
Snetkov V.A. Problemy kriminalisticheskoi diagnostiki // Trudy VNII MVD SSSR. M, 1972, №23; Korukhov Yu.G. Kriminalisticheskaya diagnostika pri rassledovanii prestuplenii.-M.:Norma; Infra-M, 1998.
5.
Yarovenko V.V. Problemy primeneniya dermatoglificheskikh issledovanii v kriminalistike: [Tekst] diss. na soisk. uch. st. d.yu.n. Tyumen', 1996.
6.
Badikov K.N. Psikhodermatoglifika kak integral'naya model' morfofunktsional'nogo potentsiala cheloveka: monografiya / K.N. Badikov. – Rossiiskaya tamozhennaya akademiya, Vladivostokskii filial. – Vladivostok: VF RTA, 2006. – 198 s.; Badikov K.N. Psikhodermatoglifika: ponyatie, sistema, metodiki: monografiya / K.N. Badikov. – Vladivostok : Izd-vo Dal'nevost. federal. un-ta, 2011,-188 s.
7.
Chistikin A.N., Yarovenko V.V. Primenenie dermatoglifiki v meditsine i kriminalistike // nauchno-metodicheskoe posobie. – Tomsk. – 1994.
8.
Orczykowska-Swiatkowska Z. Badania nad zmiennoscia I dzied I dzie-driczeniem Iistewek skornych //Materialy I Prace Antropol. 1964. nr. 65; Orczykowska-Swiatkowska Z., Krajewska A. The Probability of Paternity on the Basis of 70 Dermatoglyphic Features //Ann. Phys. Anthropol., 1985. N 8, pp. 53-70.
9.
Petrov S.S., Goncharov Yu.F. Minutsii pal'tsevykh uzorov i podpal'tsevykh prostranstv grebnevoi kozhi zdorovykh zhitelei Rostova // Sb. nauch. Trudov «Estestvoznanie i gumanizm», 2007. T.4. Vyp. 2.
10.
Prakticheskoe rukovodstvo po proizvodstvu sudebnykh ekspertiz dlya ekspertov i spetsialistov : praktich. posobie / Pod red. T.V. Aver'yanovoi, V.F. Statkusa. 2-e izd.. pererab. i dop. – M.: Izd-vo Yurait, 2011. – S. 29.
11.
Samishchenko S.S. Sovremennaya daktiloskopiya: problemy i tendentsii razvitiya. – M., 2002 – S. 36.
12.
Isyutin-Fedotkov D.V., Karazei O.G., Mukhin G.N. Kriminalisticheskaya dermatoglifika (istoriya, sovremennost', perspektivy razvitiya): monografiya / pod obshch. red. D.V. Isyutina-Fedotkova. – M.: Yurlitinform, 2011. – S. 110.
13.
Razumnikova. O.M. Otrazhenie lichnostnykh svoistv v funktsional'noi aktivnosti mozga / O.M. Razumnikova. – Novosibirsk: Nauka, 2005. – 135 s.
14.
Bogdanov N.N. Tainye kody tela / Nikolai Bogdanov. – M.: AST: Zebra E, 2007. – 350 s.
15.
Bogdanov N.N., Samishchenko S.S., Khvylya-Olinter A.I. Dermatoglifika seriinykh ubiits // Voprosy psikhologii. – M., 1998.-№4. – S. 61-65.
16.
Psikhologiya i psikhiatriya: Terminologicheskii slovar'. 4-e izd. / M.: Godfrid. – SPb.: Piter, 2003. – S. 112.
17.
Fesenko E.V., Fesenko Yu.A. Sindrom defitsita vnimaniya i giperaktivnoti u detei. – SPb.: Nauka i Tekhnika, 2010. – S. 32, 33.
18.
Postanovlenie ot 3 aprelya 2008 g №4 Plenuma Verkhovnogo Suda RF «O sudebnoi praktike po delam ob ubiistve (st. 105 UK)».
19.
V.V. Shcherbakov, M.N. Aleksandrov. Pravovaya kharakteristika obyazatel'noi gosudarstvennoi daktiloskopicheskoi registratsii v svete polozhenii Kontseptsii natsional'noi bezopasnosti RF. // Pravo i politika. – 2003. – № 4.
20.
T.V. Yarovenko, E.A. Grigoryan. Primenenie tekhnologii i fiksatsii pri provedenii sledstvennykh deistvii. // Pravo i politika. – 2008. – № 8.
21.
V. V. Yarovenko. Ponyatie kriminalisticheskoi dermatoglifiki // Pravo i politika. – 2011. – № 3.
22.
V. V. Yarovenko. Kriminalisticheskaya kharakteristika predmetov, ispol'zuemykh v kachestve oruzhiya soversheniya prestupleniya // Pravo i politika. – 2012. – № 3. – S. 104-107.
23.
K. N. Badikov. Opredelenie vozrasta sub''ekta metodami psikhodermatoglificheskogo issledovaniya // Pravo i politika. – 2012. – № 8. – S. 104-107.
24.
K. N. Badikov. Psikhodermatoglificheskii metod v teorii i praktike postroeniya poiskovoi kriminalisticheskoi modeli lichnosti // Pravo i politika. – 2012. – № 6. – S. 104-107
25.
Badikov K.N., Yarovenko V.V. Vozrastnye i nozologicheskie korrelyatsii stareniya pri provedenii psikhodermatoglificheskikh issledovanii // NB: Voprosy prava i politiki. - 2012. - 5. - C. 196 - 217. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_368.html
26.
Yarovenko V.V. Kriminalisticheskaya dermatoglifika: // NB: Voprosy prava i politiki. - 2013. - 4. - C. 351 - 372. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.4.587. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_587.html
27.
Badikov K.N. Stanovlenie i perspektivy psikhodermatoglifiki // NB: Voprosy prava i politiki. - 2013. - 8. - C. 194 - 212. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.8.5103. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_5103.html
28.
Badikov K.N. Innovatsii psikhodermatoglifiki // NB: Voprosy prava i politiki. - 2013. - 9. - C. 69 - 80. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.9.9266. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_9266.html
29.
K. N. Badikov Psikhodermatoglificheskii metod v teorii i praktike postroeniya poiskovoi kriminalisticheskoi modeli lichnosti // Pravo i politika. - 2012. - 6. - C. 1053 - 1061.
30.
Badikov K.N. Prakticheskaya napravlennost' psikhodermatoglificheskogo metoda v diagnostike kriminal'nogo povedeniya // NB: Voprosy prava i politiki. - 2013. - 10. - C. 175 - 191. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.10.9771. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_9771.html
31.
Badikov K.N. Psikhodermatoglifika v klinicheskoi personologii lits s protivopravnym povedeniem // NB: Voprosy prava i politiki. - 2013. - 7. - C. 148 - 167. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.7.8823. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_8823.html
32.
Yarovenko V.V., Badikov K.N. K voprosu o psikhologicheskoi dermatoglifiki // NB: Voprosy prava i politiki. - 2013. - 6. - C. 351 - 364. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.6.757. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_757.html
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"