Статья 'Возрастные и нозологические корреляции старения при проведении психодерматоглифических исследований ' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по

 

 

Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Возрастные и нозологические корреляции старения при проведении психодерматоглифических исследований

Бадиков Константин Николаевич

кандидат юридических наук

доцент, кафедра гражданско-правовых дисциплин, Российская таможенная академия

690024, Россия, Приморский край, г. Владивосток, ул. Абрикосовая, 5а

Badikov Konstantin Nikolaevich

PhD in Law

Associate professor of the Department of Civil and Legal Disciplines at Vladivostok Branch at Russian Customs Academy

690024, Russia, Primorskii krai, g. Vladivostok, ul. Abrikosovaya, 5 a

Badikovk@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Яровенко Василий Васильевич

доктор физико-математических наук

заведующий кафедрой, Дальневосточный федеральный университет

Yarovenko Vasilii Vasil'evich

Doctor of Physics and Mathematics

Head of the Department at Far Eastern Federal University

dermkrim@jur.dvgu.ru

Дата направления статьи в редакцию:

16-09-2019


Дата публикации:

1-12-2012


Аннотация.

Установление возраста с помощью психодерматогифического метода сужает круг поиска подозреваемого. В основу этого метода положены закономерности процессами эволюции и инволюции, происходящими на уровне клетки, и отразившиеся на папиллярных узорах: гребни уменьшены в высоту, как бы «стерты», а отпечатки теряют идентификационные достоинства. Установлено, что в первую очередь, процессы старения отражаются на дерматоглифике первого пальца правой и левой рук. Именно дерматоглифика первого пальца является генетическим маркёром функционирования не только головного мозга, но и значимых диагностических критериев модели старения.

Ключевые слова: личность, возраст, поведение, дактилоскопия, дерматоглифика, морфология, диагностика, исследование, эксперт, розыск

Abstract.

Psychodermatographic method of age determination allows to narrow the circle of suspects. This method is based on the patterns of evolution and involution processes ongoing at the cell level and reflected on papillary pictures: the crests are 'worned out' and fingerprints lose their identification features. It has been established that in the first place the ageing processes are reflected in dermatoglyphics of the first finger on the right and left hands. It is the dermatoglyphics of the first finger which is the genetic marker not only of the brain activities, but also of significant diagnostic criteria of ageing. 

Keywords:

personality, age, behavior, dactylography, dermatoglyphics, morphology, diagnostics, research, expert, detection

Введение

Дерматоглифические признаки могут быть рассмотрены как с позиций криминалистической идентификации, так и криминалистической диагностики. В первом варианте дерматоглифическое исследование следов рук позволяет установить тождество следов-отображений, оставленных на месте преступления и отпечатков рук преступника его совершившего. Второй вариант, кроме идентификационных характеристик, дерматоглифика решает вопросы криминалистической диагностики, тем самым позволяет установить вероятные характеристики личности, в частности, возраст. В данном случае, папиллярные узоры рук являются объективным внешним признаком морфологических изменений организма человека.

Основная часть

Возрастные и нозологические критерии являются необходимой предпосылкой к построению психологического портрета или иными словами, поисковой криминалистической модели личности (ПКМЛ). Человеческий организм динамичен в своем поступательном движении от зародыша до взрослой особи. Отпечатки рук изменчивы с точки зрения длинностных и широтных координат, а так же и морфологических признаков старения кожи, но стабильны как генетически детерминированные морфологические маркёры, имеющие явную связь с психофизиологическим статусом человека [1, с.25]. Изменения происходят как в социальной жизни, так и в биологических структурах, они одинаково существенны на макро- и микроуровнях (головной мозг и пальцевая дерматоглифика). Стабилизация процессов возможна, как некий кратковременный результат, скорее отражающий гармонизацию его составляющих на определенном этапе. Состояние нервной, мышечной и кожной систем, их функциональные, динамические процессы могут быть оценены на основании изучения частных элементов – морфологии кожи дистальных фаланг пальцев рук.

Морфологические структуры папиллярного узора, или частные признаки папиллярных линий стабильны. «Однако ни общие ростовые, ни инволютивные процессы не проходят мимо них: узоры вначале растут вместе с подлежащими пальцевыми подушечками, а затем образующие их гребешки атрофируются, как атрофируется и остальная кожа» [2, с.98].

Эти изменения системны и связаны с генетически обусловленными процессами эволюции, инволюции, регенерации и дегенерации. Аналогичная динамика происходят на уровне психической деятельности (ПД) и высшей нервной деятельности (ВНД), морфологии, анатомии, физиологии, психологии, психофизиологии и т.п. Учитывая интегративную модель процессов старения, возрастной психодерматоглифический маркёр должен содержать данные о биохимии процессов старения.

Временной промежуток от момента совершения преступления до его раскрытия может быть значительным. Морфологическая изменчивость тканей связана не только с течением времени. Особенности, статика и динамика процессов старения зависит от индивидуальной генетической программы старения. Человек с возрастом, в силу определенных обстоятельств может измениться до неузнаваемости. Свидетели, материалы видеозаписей, фотографии не всегда дают возможность достоверно описать морфологию внешности человека, его лицо по истечении длительного времени.

Предусмотренные ст. 73 УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию, характеризующие социально-демографические характеристики, в частности, возраст подозреваемого являются императивными. Установление возраста может быть востребовано и при эндокринной патологии, при наличии которой внешние морфологические признаки не совпадают с процессами инволюции некоторых друг систем, в том числе и кожи. В целом, определение возрастных координат сужает круг подозреваемых.

Возможность установления возраста психодерматогифическим методом связана с закономерными процессами эволюции и инволюции, происходящими на уровне клетки [3, с.27-35; 1, с.112.]. Построение ПКМЛ учитывает две генетические модели старения – патологическая, как результат патологии органов и систем, и физиологическая, связанная с нормальным протеканием гомеостаза в условиях клеточной динамики. Соответственно, дерматоглифические элементы двух генетических моделей старения существенно различаются. Их дифференциация связана с наличием в первой группе субъектов (отягощенной патологией систем и органов), дерматоглифических маркёров патологии систем и органов, связанных с генетически обусловленной функциональной «слабостью», органа или системы. Для второй группы характерны дерматоглифические признаки стабильной нервной системы, отсутствия даже минимальной дисфункции мозга (МДМ). Отсутствие дерматоглифических маркёров функциональной патологии систем и органов является основанием для физиологического протекания процессов старения.

В дерматоглифике практически здоровых людей при старении наблюдается процесс похожий на гипоплазию папиллярных гребней, когда эпидермальные гребни уменьшены в высоту, как бы «стерты» а отпечатки теряют идентификационные достоинства. Отмечается истончение кожи, связанное с функциональными изменениями в гипоталамических гомеостатах [1, с.242]. При наличии патологии систем и органов процессы старения выражены более ярко, а скорость наступления необратимых физиологических процессов значительна (в том числе, на коже рук).

Физиология и морфология старения, её морфологическая и нейропсихологическая части, заложены в генетической матрице. В генетике существует представление, что восприимчивость к различным заболеваниям обусловлена «генетической конституцией», определяющей у каждого человека спектр болезней которым он может быть подвержен [4, с.44]. Данная позиция генетиков сохраняется и в отношении возрастной динамики.

Рост врожденной патологии различных органов и систем среди населения указывает на необходимость учета и анализа дерматоглифических признаков грубой патологии и минимальных клинических форм заболеваний, которые могут проявиться с возрастом. В психодерматоглифическом исследовании особое внимание обращено на дерматоглифику мозговой патологии и психодерматоглифические маркёры функционирования мозга. Это связано с постепенно нарастающим феноменом сужения объема психической деятельности. «Имеет место общее снижение темпа деятельности или его неравномерность, замедленность….» [5, с.113]. В нейропсихологическом синдроме старения на первый план выступают изменения фоновых составляющих психической деятельности, что отражается не только на ЭЭГ мозга, но и на коже внутренней поверхности дистальных фаланг. В первую очередь, процессы старения отражаются на дерматоглифике первого пальца правой и левой рук. Результаты нашего исследования подчеркивают роль и значение костной морфологии и дерматоглифики первых пальцев рук в организации психики. Именно дерматоглифика первого пальца является генетическим маркёром функционирования головного мозга [6, с.188].

Мозг, выступая субстратом психических процессов [7] в определенной степени, является «ключом» к психологии человека и его поведению. Главный нейропсихологический постулат «мозг является субстратом психики» [8, с.143]. ориентирует любое исследование мозга (косвенное при осуществлении психодерматоглифического исследования) проводить с учетом принципа динамической организации или мозговой локализации высших психических функций. В свою очередь, принцип обязательного участия лобных префронтальных отделов коры больших полушарий в мозговом обеспечении высших психических функций прямо коррелирует с индивидуальными характеристиками поведения и личности [9]. Следовательно, особенности протекания процессов инволюции не только отражают генетически обусловленную индивидуальную программу старения, но и связаны с определенной возрастной программой поведения.

В системе представлений о роли психологических особенностей личности на возрастные модели поведения, базовое значение имеют три фактора: личность, среда, биологический компонент [10]. Личностный компонент представляет собой совокупность индивидуально-психологических элементов. Биологический – генетическую основу человека, особенности обменных процессов, специфику ВНД, отклонения или патологии в соматическом или нервно-психическом развитии и др. [11, с.34].

Физиологические изменения, связанные со старением кожи легко диагностируются по количеству коротких горизонтальных и вертикальных «белых» линий на коже внутренней поверхности дистальных фаланг пальцев рук. В психодерматоглифике наличие «белых» линий на отпечатке первых пальце рук связано с наличием МДМ и признаков функционального старения головного мозга.

Но старение это еще и нейропсихологический процесс, анализ которого должен осуществляться на уровне очаговых изменений структур мозга и учете системного влияния очаговых поражений мозга на высшие психические функции. Проведение психодерматоглифических экспертиз должно учитывать как возрастную, так и нозологическую динамику состояния личности, складывающуюся в онтогенезе. Итогом названного анализа является построение возрастной ПКМЛ, т.е. выявление и анализ возможных морфо-психологических, или психофизиологических изменений человека и личности, наступающих в динамике их развития.

Психодерматоглифический метод является средством построения ПКМЛ. В условиях минимизации следов на месте преступления, информация о возрастных, морфологических и психологических характеристиках преступника служат целям повышения эффективности расследования. Кроме того, психодерматоглифические маркёры отражая биохимические модели старения могут выступать в качестве прогностического критерия особенностей и динамики процесса старения, связанных с возможной возрастной или органической патологией. Итогом психодерматоглифического анализа может выступать возможность установления возраста неопознанного трупа, наличия/отсутствия хронических заболеваний, выявление генетической программы старения (скорость наступления, этап старения и его особенности).

В первую очередь, построение возрастной психодерматогифической модели (термин К. Б.) требует выявления дерматоглифики хромосомной аберрации. Средняя продолжительность жизни больных, страдающих хромосомной патологией в среднем не превышает 15 лет [12, с.33-35].

Следующим шагом в установлении возраста по отпечаткам пальцев рук, является выявление дерматоглифических маркёров единичных, минимальных признаков врожденной патологии развития (ВПР). К ним отнесены редкие признаки дерматоглифики и врожденные анатомические особенности, а также дефекты морфологии кожи (гипоплазия, гиперплазия, дисплазия или диссоциация гребней и т.д.) [13, с.62-68]. В генетике к редкой дерматоглифике отнесено около 30 признаков [14, с.97].

Особое диагностическое значение для установления возраста имеют дерматоглифические маркёры функциональных особенностей мозговых структур и мозговой патологии. Биохимическая составляющая процессов старения, формируясь на основе генетически обусловленных конституциональных особенностей индивидуума, организует его тип поведения [15, с.37]. Наличие сильной уравновешенной нервной системы – результат баланса энергетического, репродуктивного и адаптационного гомеостатов. Долгожители, как правило, имеют именно такой тип нервной системы. У них повышена частота петель, гребневый счет высокий, дуги не встречаются [16, с.66-70]. В психодерматоглиифческом исследовании особое внимание уделяется частным признакам папиллярного узора. С нашей точки зрения, именно совокупность частных признаков папиллярных линий и типологии папиллярных узоров раскрывает динамику гомеостаза, заложенную в основу эволюции и инволюцию клетки.

«Основу гомеостаза составляют механизмы, сложившиеся в процессе эволюции и закрепленные генетически» [1, с.218]. Аналогичные принципы заложены в генетику пальцевых узоров и их составляющих частных признаков [17, с.158; 1, с.195]. Объединение частных гомеостатических механизмов клеток и органов в целостную приспособительную реакцию достигается благодаря наличию регуляторных интегрирующих систем. Таковыми являются нервная и эндокринная системы. Следовательно, оценивая организацию и особенности функционирования перечисленных систем, судебно-медицинский эксперт имеет возможность установить возрастные корреляции.

Статистическая обработка объектов изменчивости пальцевой дерматоглифики ориентировала нас к анализу следующих компонентов: морфология дистальных и средних фаланг пальцев рук; частные признаки дерматоглифики (морфология папиллярных линий и дерматоглифические признаки дизэмбриогенеза ЦНС); количество и характер мелких флексорных или «белых» линий; морфологические признаки наследственных нарушений (дисплазий) структуры и функции соединительной ткани (ННСТ), которые отражают состояние «энергетического потенциала» [18, с.158; 1, с.195] или «энергообмена» [2, с.98].

Субъектами анализа выступили лица мужского пола, русские, трех возрастных групп в количестве 20 человек в каждой [19]:

1) I возрастная группа без выраженных признаков патологического старения (в возрасте от 55 до 75 лет);

2) II группа лиц, имеющих возрастную патологию (в возрасте от 55 до 75 лет);

3) военнослужащие, лица молодого и среднего возраста (в пределах от 19 – 35 лет) без диагностированной на этапе исследования патологии, имеющие достижения в физической подготовке.

Объектами анализа послужила совокупность дерматоглифических и морфологических признаков III-х диагностических систем:

I. – морфологическая система, отражающая наличие/отсутствие дермальных признаков врожденной патологии развития (ВПР);

II. – дерматоглифическая система, объектом которой является морфология и дисморфология папиллярных линий;

III. – морфометрическая система, связанная с патологией структуры и функций соединительной ткани (ННСТ) представленная общим признаком – наличием дисплазий соединительной ткани (ДСТ) [20]. Внешними и висцеральными признаками ННСТ и ассоциированными с ними нарушениями являются: костные, кожные, мышечные, суставные, глазные, сердечно-сосудистые, бронхолегочные структуры и функции органов и систем, а также, органы брюшной полости, малого таза и почек и малые аномалии развития систем и органов.

Статистический анализ диагностически значимых критериев производился с учетом частных признаков трех систем (всего 27 элементов). В I-ой системе диагностическими критериями послужили: аномалии потовых желез; аплазия гребешков, гиперплазия, гипоплазия гребешковой кожи, дисплазии. Во II-ой системе диагностическими маркёрами выступают: «точечные» папиллярные линии, короткие папиллярные линии, «островки», «вилки двойные», «вилки тройные», «вилки с четырьмя ветвями», деформация одной, двух и более папиллярных линий. В III-ей группе анализировались: длина кисти > 11% от роста; симптом запястья; симптом большого пальца; ломкость костей (> 2 переломов в анамнезе при падении); повышенная (> 3 см) растяжимость кожи; тонкая, легко ранимая кожа; множественные пигментные пятна (> 20); атрофические юношеские стрии (не вызванные ожирением или беременностью); широкие атрофические рубцы в виде папиросной бумаги; келоидные рубцы; мышечная гипотония и/или гипотрофия; вывихи, подвывихи более чем в одном суставе или в одном суставе, но повторяющиеся. Результаты статистического анализа представлены в общем, без градации на отдельные признаки.

В результате проведенного статистического анализа дерматоглифики двух старших возрастных групп и группы лиц молодого возраста выявлена объектная группа диагностически значимых дерматоглифических признаков (программа SPSS). Среди лиц II группы, отмечается рост количества дерматоглифических признаков дизэмбриогенеза ЦНС – 77% (первое место), второе место в этой возрастной группе занимают признаки дисморфологии папиллярных линий – 59%, соответственно третье место принадлежит качественным характеристикам кожи – признакам моногенных ННСТ – 57,7%, из них 38% принадлежит дисплазиям.

В I возрастной группе отмечается снижение количества дерматоглифических признаков дисморфологии и дизэмбриогенеза по количественному и качественному признакам – 46% и 33%. Соответственно, признаки дисморфологии занимают первое место (46%), признаки дизэмбриогенеза – второе место (33%). Третье место в этой группе принадлежит дерматоглифическим признакам ННСТ (30,3%), из них дисплазий – 3%.

Третья группа лиц имеет дерматоглифические признаки дисморфологии и дизэмбриогенеза (35% и 29%), с резким снижением признаков моногенных ННСТ – 2%, из них дисплазий – 1,5%.

Преобладание в I возрастной группе признаков дисморфологии (46%), по отношению к признакам дизэмбриогенеза (33%), косвенно указывает на возрастные изменения, в суставно-связочном аппарате и соединительной ткани и незначительных изменениях в функционировании ЦНС. Результаты проведенного исследования позволяют констатировать наличие значимых диагностических критериев качественной модели старения. Именно психодерматоглифический метод учитывает влияние психики на физиологический процесс старения.

Для решения вопросов возрастной принадлежности носителя следов рук, и соответственно наличия/отсутствия признаков патологического старения, выявленные три объекта психодерматоглифической диагностики рассматриваются в системе картирования папиллярного узора (3, 9, 22, 28 квадратов, в зависимости от задач исследования). Что в конечном итоге, формирует целостное представление о физиологических и нейропсихологических процессах, протекающих у носителя отпечатка пальцев рук.

Полученные статистические данные могут служить основанием для понимания роли ЦНС в моделировании процессов старения. В проведенном исследовании не учитывались дерматоглифические признаки врожденной патологии развития (ВПР), представленных определенной пальцевой дисморфологией – булавовидный палец, брахидактилия и др. С нашей точки зрения статистика данных признаков ВПР исказит модели старения из-за утяжеления симптоматики.

Генетическую обусловленность «временных» процессов старения мы видим в аналогии с клиническими признаками одного из врожденных патологических состояний, проявляющегося множественными аномалиями развития – синдрома Эдварса, дерматоглифика которого представлена увеличением дуг на пальцах. Кроме фенотипических аномалий, отмечается патология центральной нервной системы (ЦНС) – задержка психического развития уже с первого месяца жизни. Продолжительность жизни таких больных резко снижена: до 30% детей умирают на первом и 50% на втором месяце жизни, до года доживают 10% [21, с. 160].

В психофизиологии старение понимается как постепенно наступающее с определенного возраста ограничение жизненного тонуса и адаптационных резервов организма в целом и его отдельных систем и органов [5, с.110]. Главенствующая роль в функционировании человеческого организма принадлежит ЦНС и головному мозгу как ее составной части (классификация по топографическому признаку). Главный нейропсихологический диагностический критерий старения – происходит потеря нейронов, ухудшается функционирование медиаторных и синапатических систем. Причем, названные процессы индивидуальны и связаны не только с системными изменениями, но и с генетически детерминированным уровнем регенерации нервной ткани.

Для подтверждения взаимной обусловленности только пальцевой дерматоглифики, а не всей совокупности ладонной дерматоглифики, и процессов старения нами проанализирован дерматоглифический статус лиц в возрасте 75 и более лет и среднего возраста (45-55 лет) Статистический анализ (программа SPSS) пальцевой дерматоглифики показал взаимосвязь регенеративных способностей нервной ткани с типом и видом узора третьего пальца – чем сложнее узор на третьем пальце, тем выше эта способность. Отмечается и взаимосвязь типа и вида пальцевого узора первого пальца по отношению к третьему, а так же первых пальцев друг к другу. Чем меньше типовое расхождение (завиток – встречные петли, завиток – завиток), тем более замедлены физиологические и нейропсихологические процессы старения – человек биологически не соответствует хронологическому возрасту. Следовательно, показания свидетелей не всегда могут быть достоверными применительно к возрасту разыскиваемого. Кроме того, при значительных расхождениях типа и вида пальцевых узоров отмечаются сложности социальной адаптации на ранних стадиях онтогенеза и появление старческих изменений психики или синдромальной «старческой» патологии на более ранних стадиях онтогенеза.

Возраст может рассматриваться с позиций психофизиологии, анатомии и нейроанатомии. Для реализации задач построения ПКМЛ, в большей степени, следует соотноситься, с нейропсихологическими и психофизиологическими данными о функционировании мозга, в силу признания головного мозга высшим органом нервной системы. Традиционно считалось и подтверждалось работами, что мозг с возрастом вырождается [22, с. 133]. Результаты современных исследований указывают на необходимость индивидуального подхода к процессу старения и учета соотносимости динамики и стабильности регенеративных процессов, происходящих в некоторых областях мозга [23].

В психодерматоглической диагностике сделан акцент на психологическое старение. Именно оно в значительной степени связано с изменениями в нервной системе в целом и в головном мозге в частности. При этом изменения в нервном субстрате могут рассматриваться как нормальные для позднего возраста (физиологическое старение) так и связи в связи с особенными заболеваниями приводящие к прогрессирующим разрушительным процессам структурах мозга [5, с. 110].

Психическое старение характеризуется особенностями в когнитивной, эмоционально-волевой, повседневно-практической и социальной сферах. Для реализации задач построения возрастной ПКМЛ следует несколько трансформировать представления о трех функциональных блоках мозга в плане нейропсихологических факторов, которые составляют фундамент любых произвольно регулируемых действий, независимо от модальности последних, типов афферентации, когнитивно-функциональной принадлежности и т.д. [24].

В психодерматоглифике нейропсихологические факторы формально сведены к локальным участкам папиллярного узора или его трем квадратам. Папиллярный узор дифференцирован в системе трех участков – первый или нижний (базовый поток и часть папиллярных линий, относящихся к нижней трети папиллярного узора); второй или средний – центральная часть узора; третий – верхняя часть папиллярного узора.

Первый квадрат представляет собой энергетические и нейродинамические составляющие психической активности. Этот квадрат характеризует первой блок мозга. Контрольным вариантом первого блока является пальцевая дерматоглифика третьего пальца, которая отражает общий объем энергопотенциала человека, его физическую составляющую. Дерматоглифика первого квадрата первого пальца, в большей мере, отражает функциональное обеспечение познавательных (ощущение, восприятие, мышление, память), эмоциональных и волевых психических процессов. Общее представление о работе первого блока мозга проводится по результатам статистического анализа дерматоглифики первого пальца (соответственно первого квадрата) и дерматоглифики третьего пальца.

Второй квадрат – операционное обеспечение психической деятельности. Он тождествен второму блоку мозга. Третий квадрат отражает особенности произвольной регуляции деятельности в формах целеполагания, прогнозирования результата, программирования выполнения текущего и конечного контроля за достижением цели и реализацией программы. Это третий блок мозга, связанный с лобными долями мозга.

Изложенная трансформация факторов учитывает ранее разработанные классификации, в том числе и относящиеся к функциональной асимметрии и функциональному взаимодействию церебральных гемисфер. В рамках психодерматоглифической диагностики предложенная модель картирования наиболее полно отражает результаты кроскорреляционного анализа морфологии мозговых структур и дерматоглифических признаков дисморфологии и дизэмбриогенеза (программа SPSS). Что в свою очередь, связано с наличием нейрокогнитивных изменений, которые обусловлены происходящими в нервной ткани структурными изменениями. Последние в общем виде представлены уменьшением массы мозга (гибель нейронов, демиелинизация проводящих путей), сглаживанием борозд и извилин, расширением субарахноидальных пространств и мозговых желудочков [5, с. 112]. В морфологии папиллярного узора появляются множественные «белые» линии, постепенно приобретающие хаотичное расположение. Отмечается наличие участков узора, которые не имеют четкой структуры папиллярных линий из-за деформации, чаще связанной с сухостью кожи, одновременным расширением и сужением расстояния между папиллярными линиями. При старении, отягощенной мозговой патологией отпечаток дистальной фаланги приобретает черты выраженной диссоциации, когда гребешки прерываются в виде коротких и часто искривленных сегментов, хаотично составляющих узорные поля вместо плавного хода более или менее параллельных линий истинных узоров. Иногда на отпечатке папиллярные линии отражаются (из-за повышенной сухости кожи) в форме дисплазий, как результат «складчатости» слоев кожи. Фактически это не признаки врожденной патологии, так как их не диагностировали на ранних этапах. В тоже время, среди лиц, имеющих признаки патологического старения, отмечается наличие дисплазий и иных признаков ННСТ, так же патология ЦНС. Причем, результаты наших исследований дерматоглифических признаков ННСТ, дисморфологии и дизэмбриогенеза лиц трех возрастных групп указывают на первый квадрат (первый блок мозга в нейропсихологии) как наиболее «отягощенный» названными признаками. Таким образом, первый или верхний квадрат (в системе картирования на три квадрата) выступает диагностическим критерием для построения возрастной ПКМЛ.

В психофизиологии принято различать биологический и хронологический возраст. Поисковый интерес в криминалистическом исследовании следов рук связан с тем, что, как правило, названные два вида возраста не совпадают, а следовательно, и поведение будет отличаться от хронологически стандартного. Именно психофизиологические представления о процессах старения наиболее адекватно взаимодействуют с нейропсихологическими основами построения психодерматоглифическим методом ПКМЛ. Проникновение идей нейрофизиологии и нейропсихологии в криминалистику, позволит выявить корреляции в системе «психические процессы, происходящие на поздних этапах онтогенеза – изменения в нервной ткани мозга – индивидуальные регенеративные возможности мозга». В конечном итоге, корреляции «ЦНС – дерматоглифика» позволят картировать папиллярный узор дистальной фаланги первого пальца в целях построения возрастной ПКМЛ.

Для диагностики процессов старения, быстроты и степени их наступления имеет значение нейрофизиологические и нейрохимические характеристики индивидуума. Исследования психиофизиологов в области двигательной активности, управления движениями и психофизиологии памяти [25, с. 268-289; 26] позволяют сделать вывод о влиянии лобно-ретикулярных или лобно-лимбических структур мозга на процессы старения. Детализация модели картирования папиллярного узора в системе трех блоков мозга (трех квадратов) позволяет выявить локальные структуры, являющиеся наиболее проблемными с точки зрения их функционирования. Поэтому общая система картирования на три локальных участка (нижний, средний, верхний) детализирована наложением картографической матрицы, состоящей из девяти квадратов. Следовательно, дополнительными объектами психодерматоглифической диагностики для построения возрастной ПКМЛ выступают дифференциальные критерии преобладания лобно-ретикулярных или лобно-лимбических структур мозга, индивидуальные особенности степени участия ретикулярной формации в процессах активизации и функционирования ВНС и ЦНС индивидуального носителя дерматоглифики.

Основанием построения ПКМЛ является корреляция «мозг – ЦНС – поведение». Поведение хронологически старого организма может отличаться физической активностью, активной социальной позицией и позитивным эмоциональным статусом, а хронологически молодой – наоборот транслировать «стариковские» качества. «Физиологические, биохимические и хронологические изменения в нервной ткани мозга могут не совпадать. У некоторых людей в отдельных участках мозга, особенно в мозжечке и коре полушарий, нейроны утрачиваются, но в других участках, например в оливах, вообще не происходит потери нейронов» [22, с. 133]. Поддержание биохимического и энергетического равновесия, есть главное условие протекания нормальной деятельности ЦНС в целом, длительного сохранения регенеративных возможностей медиаторных и синаптических систем мозга в старости, в частности. Процессы регенерации, ее преобладающая локализация в определенных областях мозга, превалирование процессов восстановления или дегенерации – процесс индивидуальный, характеризующий изменения происходящие во всех системах и органах. С позиций построения возрастной ПКМЛ индивидуальные процессы старения мозга представляют определенный поисковый интерес в силу их интегративной связи с кожной системой.

Выводы

На основе изменчивости пальцевой дерматоглифики: морфологии дистальных и средних фаланг пальцев рук; морфологии папиллярных линий и дерматоглифических признаков дизэмбриогенеза ЦНС; количества и характера мелких флексорных или «белых» линий; морфологических признаков наследственных нарушений – дисплазий; структуры и функции соединительной ткани, можно с большой долей вероятности определить возраст человека. Для более точного выводы этих данных недостаточно. Как правильно отметил В.Е Корноухов, нужны поиски иных измерений с тем, чтобы увеличить количество признаков, потому что при распознавании в основном выявляют и исследуют вероятностные признаки, которые к тому же нередко многозначны.

Библиография
1.
Гусева И.С. Пальцевые узоры человека. Морфология. Морфогенез. Генетика. Дерматоглифика как маркёр в медицинской и спортивной антропологии / И.С. Гусева. – Минск.: ФУАинформ. 2010.
2.
Божченко А.П., Попов В.Л., Заславский Г.И. Дерматоглифика при идентификации личности. – СПб.: Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс». – 2008.
3.
Гусева И.С. Морфогенетическое звено интегративного комплекса, лежащего в основе формирования тактильного узора дистальной фаланги пальцев человека. Статистический анализ // Архив АГЭ. – Л.: Медицина, 1968. – Т. LV.-№11.
4.
Лучанинова В.Н., Воронина В.Г. Некоторые генетические маркеры при пиелонефритах у детей//Медико-генетические исследования ан Дальнем Востоке. Материалы докладов научно-практической конференции медицинских генетиков. Ред. коллегия: проф. Мотавкина Н.С., Рубановская и др. – Влад-к. – 1983.
5.
Корсакова Н.К. Клиническая нейропсихология: учеб. пособие / Н.К. Корсакова, Л.И. Москвичюте. – 2-е изд. – М.: Изд. центр «Академия». – 2007.
6.
Бадиков К.Н. Психодерматоглифика: понятие, система, методики : монография / К.Н. Бадиков. – Владивосток : Изд-во Дальневост. федерал. ун-та, 2011.
7.
Лурия А.Р. Об историческом развитии познавательных процессов. Экспериментально-психологическое исследование. – М.: Педагогика. – 1974.
8.
Хомская Е.Д. Нейропсихология: 4-е издание. – СПб.: Питер. – 2006.
9.
Лурия А.Р. О двух видах персевераций при поражениях лобных долей мозга // Лобные доли и регуляция психических процессов. – М.: МГУ. – 1966.
10.
Общая психодиагностика/ Под ред. А.А. Бодалева, В.В. Столпина. – М.: Изд-во МГУ. – 1987.
11.
Рабочая книга практического психолога: Технология эффективной профессиональной деятельности. – М.: Издат-ий дом «Красная площадь». – 1996.
12.
Тимошек З.К. Дерматоглифика при болезни Дауна // Медико-генетические исследования на Дальнем Востоке. Материалы докладов научно-практической конференции медицинских генетиков. Владивостокский гос. мед. инст-т. – Владивосток. – 1983.
13.
Бадиков К.Н. Дерматоглифические исследования в методике построения поисковой криминалистической модели личности. – Влад-к: ВФ РТА; ООО «Рея».
14.
Абрамова Т.Ф. Пальцевая дерматоглифика и физические способности . – Дисс. докт. биол. наук. – М., 2003.
15.
Бердышев Г.Д., Загария А.М. Дерматоглифика и долголетие // Природа. – М.: Наука, 1990. – №12.
16.
Гусева И.С. Морфогенез и генетика гребешковой кожи человека. Минск: Беларусь, 1986.
17.
Каждый индивидуум имеет свою, индивидуальную характеристику протекания нервных процессов (И. П. Павлов). См.: Гиндикин В.Я. Лексикон малой психиатрии. – М.: КРОНН-ПРЕСС. – 1997. – С. 125; Корсакова Н.К. Клиническая нейропсихология: учеб. пособие / Н.К. Корсакова, Л.И. Москвичюте. – 2-е изд. – М.: Изд. центр «Академия». – 2007.
18.
Выборка представлена лицами, не страдающими алкогольной и наркотической зависимостью, не состоящими на учете у психиатра.
19.
Дисплазии соединительной ткани (ДСТ) – ННСТ мультифакториальной природы, объединенные в синдромы и фенотипы на основе общности внешних и/или висцеральных признаков и характеризующиеся многообразием клинических проявлений от доброкачественных субклинических форм до полиорганной и полисистемной патологии с прогредиентным течением.
20.
Мутовин Г.Р. Основы клинической генетики. – М.: Высшая школа. – 2001.
21.
Магиган Ф. И. Почему мы стареем?// Гипотезы. Прогнозы (Будущее науки): Международный ежегодник. – М.: Знание. – 1988.
22.
Меерсон Я.А. Нарушения зрительного гнозиса при локальной патологии головного мозга: Автореф. дисс. д-ра психол. наук. – Л., 1982.
23.
Лурия А.Р. Мозг человека и психические процессы. – М.: Педагогика. – 1963. – Т. 1; 1970. – Т. 2.
24.
Бехтерева Н.П., Камбарова Д.К. Мозговая физиологическая организация эмоций // Механизмы деятельности мозга человека. Ч.1 Нейрофизиология человека. – Л.: Наука. – 1988.
25.
Данилова Н.Н. Функциональные состояния: механизмы и диагностика. – М.: МГУ. – 1985.
26.
Дактилоскопическая экспертиза: современное состояние и перспективы развития / В.Е. Корноухов, Ю.Ю. Ярослав, Т.В. Яровенко. – М.: Норма: ИНФРА-М., 2011.
27.
Алексова А.В., Яровенко В.В. Теоретические и практические проблемы проведения судебно-баллистической экспертизы по установлению относимости объекта // NB: Вопросы права и политики. — 2013.-№ 1.-С.223-250. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.1.425. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_425.html
28.
Яровенко В.В. Криминалистическая дерматоглифика: // NB: Вопросы права и политики. — 2013.-№ 4.-С.351-372. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.4.587. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_587.html
29.
Яровенко В.В., Бадиков К.Н. К вопросу о психологической дерматоглифики // NB: Вопросы права и политики. — 2013.-№ 6.-С.351-364. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.6.757. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_757.html
30.
Бадиков К. Н. Определение возраста субъекта методами психодерматоглифического исследования//Право и политика, №8-2012
31.
Бадиков К. Н. Психодерматоглифический метод в теории и практике построения поисковой криминалистической модели личности//Право и политика, №6-2012
32.
Яровенко В. В. Понятие криминалистической дерматоглифики//Право и политика, №3-2011
33.
Т.В. Яровенко, Е.А. Григорян — Применение технологии и фиксации при проведении следственных действий//Право и политика, №8-2008
34.
Пичугин С.А. — Современные проблемы комплексного исследования внешнего облика человека в криминалистике//Полицейская деятельность, №5-2011
35.
Полещук О. В. Криминалистическая регистрация как элемент системы информационно-аналитического обеспечения следственной деятельности//Право и политика, №10-2010
36.
Быков В. М. Правовое положение следователя в уголовном процессе России (часть 1)//Право и политика, №5-2012
37.
Пичугин С.А. — Научные предпосылки использования антропологического подхода в рамках построения информативной субъективной модели внешнего облика человека для целей розыска и установления личности//Полицейская деятельность, №3-201
References (transliterated)
1.
Guseva I.S. Pal'tsevye uzory cheloveka. Morfologiya. Morfogenez. Genetika. Dermatoglifika kak marker v meditsinskoi i sportivnoi antropologii / I.S. Guseva. – Minsk.: FUAinform. 2010.
2.
Bozhchenko A.P., Popov V.L., Zaslavskii G.I. Dermatoglifika pri identifikatsii lichnosti. – SPb.: Izd-vo R. Aslanova «Yuridicheskii tsentr Press». – 2008.
3.
Guseva I.S. Morfogeneticheskoe zveno integrativnogo kompleksa, lezhashchego v osnove formirovaniya taktil'nogo uzora distal'noi falangi pal'tsev cheloveka. Statisticheskii analiz // Arkhiv AGE. – L.: Meditsina, 1968. – T. LV.-№11.
4.
Luchaninova V.N., Voronina V.G. Nekotorye geneticheskie markery pri pielonefritakh u detei//Mediko-geneticheskie issledovaniya an Dal'nem Vostoke. Materialy dokladov nauchno-prakticheskoi konferentsii meditsinskikh genetikov. Red. kollegiya: prof. Motavkina N.S., Rubanovskaya i dr. – Vlad-k. – 1983.
5.
Korsakova N.K. Klinicheskaya neiropsikhologiya: ucheb. posobie / N.K. Korsakova, L.I. Moskvichyute. – 2-e izd. – M.: Izd. tsentr «Akademiya». – 2007.
6.
Badikov K.N. Psikhodermatoglifika: ponyatie, sistema, metodiki : monografiya / K.N. Badikov. – Vladivostok : Izd-vo Dal'nevost. federal. un-ta, 2011.
7.
Luriya A.R. Ob istoricheskom razvitii poznavatel'nykh protsessov. Eksperimental'no-psikhologicheskoe issledovanie. – M.: Pedagogika. – 1974.
8.
Khomskaya E.D. Neiropsikhologiya: 4-e izdanie. – SPb.: Piter. – 2006.
9.
Luriya A.R. O dvukh vidakh perseveratsii pri porazheniyakh lobnykh dolei mozga // Lobnye doli i regulyatsiya psikhicheskikh protsessov. – M.: MGU. – 1966.
10.
Obshchaya psikhodiagnostika/ Pod red. A.A. Bodaleva, V.V. Stolpina. – M.: Izd-vo MGU. – 1987.
11.
Rabochaya kniga prakticheskogo psikhologa: Tekhnologiya effektivnoi professional'noi deyatel'nosti. – M.: Izdat-ii dom «Krasnaya ploshchad'». – 1996.
12.
Timoshek Z.K. Dermatoglifika pri bolezni Dauna // Mediko-geneticheskie issledovaniya na Dal'nem Vostoke. Materialy dokladov nauchno-prakticheskoi konferentsii meditsinskikh genetikov. Vladivostokskii gos. med. inst-t. – Vladivostok. – 1983.
13.
Badikov K.N. Dermatoglificheskie issledovaniya v metodike postroeniya poiskovoi kriminalisticheskoi modeli lichnosti. – Vlad-k: VF RTA; OOO «Reya».
14.
Abramova T.F. Pal'tsevaya dermatoglifika i fizicheskie sposobnosti . – Diss. dokt. biol. nauk. – M., 2003.
15.
Berdyshev G.D., Zagariya A.M. Dermatoglifika i dolgoletie // Priroda. – M.: Nauka, 1990. – №12.
16.
Guseva I.S. Morfogenez i genetika grebeshkovoi kozhi cheloveka. Minsk: Belarus', 1986.
17.
Kazhdyi individuum imeet svoyu, individual'nuyu kharakteristiku protekaniya nervnykh protsessov (I. P. Pavlov). Sm.: Gindikin V.Ya. Leksikon maloi psikhiatrii. – M.: KRONN-PRESS. – 1997. – S. 125; Korsakova N.K. Klinicheskaya neiropsikhologiya: ucheb. posobie / N.K. Korsakova, L.I. Moskvichyute. – 2-e izd. – M.: Izd. tsentr «Akademiya». – 2007.
18.
Vyborka predstavlena litsami, ne stradayushchimi alkogol'noi i narkoticheskoi zavisimost'yu, ne sostoyashchimi na uchete u psikhiatra.
19.
Displazii soedinitel'noi tkani (DST) – NNST mul'tifaktorial'noi prirody, ob''edinennye v sindromy i fenotipy na osnove obshchnosti vneshnikh i/ili vistseral'nykh priznakov i kharakterizuyushchiesya mnogoobraziem klinicheskikh proyavlenii ot dobrokachestvennykh subklinicheskikh form do poliorgannoi i polisistemnoi patologii s progredientnym techeniem.
20.
Mutovin G.R. Osnovy klinicheskoi genetiki. – M.: Vysshaya shkola. – 2001.
21.
Magigan F. I. Pochemu my stareem?// Gipotezy. Prognozy (Budushchee nauki): Mezhdunarodnyi ezhegodnik. – M.: Znanie. – 1988.
22.
Meerson Ya.A. Narusheniya zritel'nogo gnozisa pri lokal'noi patologii golovnogo mozga: Avtoref. diss. d-ra psikhol. nauk. – L., 1982.
23.
Luriya A.R. Mozg cheloveka i psikhicheskie protsessy. – M.: Pedagogika. – 1963. – T. 1; 1970. – T. 2.
24.
Bekhtereva N.P., Kambarova D.K. Mozgovaya fiziologicheskaya organizatsiya emotsii // Mekhanizmy deyatel'nosti mozga cheloveka. Ch.1 Neirofiziologiya cheloveka. – L.: Nauka. – 1988.
25.
Danilova N.N. Funktsional'nye sostoyaniya: mekhanizmy i diagnostika. – M.: MGU. – 1985.
26.
Daktiloskopicheskaya ekspertiza: sovremennoe sostoyanie i perspektivy razvitiya / V.E. Kornoukhov, Yu.Yu. Yaroslav, T.V. Yarovenko. – M.: Norma: INFRA-M., 2011.
27.
Aleksova A.V., Yarovenko V.V. Teoreticheskie i prakticheskie problemy provedeniya sudebno-ballisticheskoi ekspertizy po ustanovleniyu otnosimosti ob''ekta // NB: Voprosy prava i politiki. — 2013.-№ 1.-S.223-250. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.1.425. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_425.html
28.
Yarovenko V.V. Kriminalisticheskaya dermatoglifika: // NB: Voprosy prava i politiki. — 2013.-№ 4.-S.351-372. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.4.587. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_587.html
29.
Yarovenko V.V., Badikov K.N. K voprosu o psikhologicheskoi dermatoglifiki // NB: Voprosy prava i politiki. — 2013.-№ 6.-S.351-364. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.6.757. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_757.html
30.
Badikov K. N. Opredelenie vozrasta sub''ekta metodami psikhodermatoglificheskogo issledovaniya//Pravo i politika, №8-2012
31.
Badikov K. N. Psikhodermatoglificheskii metod v teorii i praktike postroeniya poiskovoi kriminalisticheskoi modeli lichnosti//Pravo i politika, №6-2012
32.
Yarovenko V. V. Ponyatie kriminalisticheskoi dermatoglifiki//Pravo i politika, №3-2011
33.
T.V. Yarovenko, E.A. Grigoryan — Primenenie tekhnologii i fiksatsii pri provedenii sledstvennykh deistvii//Pravo i politika, №8-2008
34.
Pichugin S.A. — Sovremennye problemy kompleksnogo issledovaniya vneshnego oblika cheloveka v kriminalistike//Politseiskaya deyatel'nost', №5-2011
35.
Poleshchuk O. V. Kriminalisticheskaya registratsiya kak element sistemy informatsionno-analiticheskogo obespecheniya sledstvennoi deyatel'nosti//Pravo i politika, №10-2010
36.
Bykov V. M. Pravovoe polozhenie sledovatelya v ugolovnom protsesse Rossii (chast' 1)//Pravo i politika, №5-2012
37.
Pichugin S.A. — Nauchnye predposylki ispol'zovaniya antropologicheskogo podkhoda v ramkakh postroeniya informativnoi sub''ektivnoi modeli vneshnego oblika cheloveka dlya tselei rozyska i ustanovleniya lichnosti//Politseiskaya deyatel'nost', №3-201
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"