Статья 'Основные теоретические подходы к пониманию сущности злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Основные теоретические подходы к пониманию сущности злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе

Акунченко Евгений Андреевич

кандидат юридических наук

доцент кафедры деликтологии и криминологии ФГАОУ ВО "Сибирский федеральный университет", ведущий научный сотрудник Центра противодействия коррупции и правовых экспертиз ФГАОУ ВО "Сибирский федеральный университет"

660075, Россия, Красноярский край, г. Красноярск, ул. Маерчака, 6, каб. 1-22

Akunchenko Evgenii Andreevich

PhD in Law

Docent, the department of Tort Law and Criminology  Siberian Federal University; Leading Researcher at Anti-Corruption and Legal Expertise Center of Siberian Federal University

660075, Russia, Krasnoyarskii krai, g. Krasnoyarsk, ul. Maerchaka, 6, kab. 1-22

yader.ea@gmail.com
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-7136.2021.11.34326

Дата направления статьи в редакцию:

14-11-2020


Дата публикации:

03-12-2021


Аннотация: Объектом данного исследования является злоупотребление административным ресурсом как одно из проявлений коррупционной преступности в избирательном процессе. Представляя собой многоаспектное негативное явление, злоупотребление административным ресурсом не имеет легального или общепринятого доктринального определения, что препятствует формированию эффективной системы правовых ограничений, направленных на защиту электоральных отношений от указанной разновидности коррупционных посягательств. Предметом исследования выступили научные труды специалистов в области социологии, политологии, экономики и права, раскрывающие сущностные характеристики рассматриваемого явления. Цель исследования – формирование целостного представления о злоупотреблении административным ресурсом в избирательном процессе. Задачи исследования: изучить и обобщить подходы к понимаю административного ресурса, предложенные в различных социально-гуманитарных науках; выделить основные правовые признаки злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе, раскрывающие его коррупционную сущность; сформулировать определение данного негативного явления. Научная новизна проведенного исследования заключается в выделении трех самостоятельных подходов к пониманию административного ресурса в избирательном процессе: социально-политического, политико-экономического и формально-юридического. Отсутствие между ними явных противоречий, а также взаимодополняемость указанных подходов позволяют сформировать комплексное представление об административном ресурсе. Акцентируя внимание на формально-юридическом подходе, автор приходит к выводу, что основными признаками злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе выступают специальный субъектный состав, способ совершения деяний, а также коррупционная цель, которую преследуют субъекты избирательного процесса. В результате исследования предложено авторское определение злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе.


Ключевые слова: коррупция, злоупотребление служебным положением, административный ресурс, выборы, избирательный процесс, должностные лица, кандидаты, избирательные технологии, предупреждение коррупции, давление на избирателей

Abstract: The object of this research is the abuse of administrative resource as one of the manifestations of corruption crime in the electoral process. Being a multidimensional negative phenomenon, the abuse of administrative resource does not have legal or generally accepted doctrinal definition, which impedes the development of the effective system of legal restrictions aimed at protection of electoral relations from such type of corruption. The subject of this research is the scientific works of the experts in sociology, political science, economics, and law that disclose the essential characteristics of the phenomenon in question. The goal lies in the formation of holistic representation on the abuse of administrative resource in the electoral process. The author examines and summarizes the approaches towards the concept of administrative resource proposed in different social sciences; determines the key legal elements of abuse of administrative resources in the electoral process, which reveal its corruption essence; formulates definition of this negative phenomenon. Scientific novelty lies in distinguishing the three independent approaches towards comprehension of administrative resource in the electoral process: socio-political, political-economic, and formal-legal. The absence of apparent contradictions, as well as complementarity of these approaches, allows forming holistic perspective on the administrative resource. Focusing attention on the formal-legal approach, the author concludes that the leading features of abuse of administrative resource in the electoral process in the special subject composition, method of wrongdoing, as well as corruption goal pursued by the actor of electoral process. The original definition of abuse of administrative resource in the electoral process is offered.



Keywords:

election technologies, candidates, public officials, election process, elections, administrative resources, abuse of functions, corruption, corrupt prevention, undue influence

Коррупция как сложное, многогранное негативное социальное явление выражается не только в действиях подкупаемых и подкупающих лиц. Формы коррупции гораздо разнообразнее коррупционной сделки. Данный факт признан мировым сообществом и на сегодняшний день практически не оспаривается в научной литературе.

Одним из типичных проявлений коррупции является злоупотребление служебным положением. Согласно ст. 19 Конвенции ООН против коррупции, под таковым следует понимать совершение какого-либо действия или бездействие в нарушение законодательства публичным должностным лицом при выполнении своих функций с целью получения какого-либо неправомерного преимущества для себя самого, иного физического или юридического лица.

Коррупция в избирательном процессе, являясь видом, обладает всеми существенными признаками рода. Это позволяет выдвинуть гипотезу о том, что общественно опасные деяния субъектов избирательного процесса, представляющие собой злоупотребление служебным положением, широко распространены в период организации и проведения выборов. С одной стороны, подтвердить указанное предположение на основе данных официальной правовой статистики не представляется возможным в силу того, что действующее уголовное, административное и избирательное законодательство не содержит специальных составов правонарушений, предусматривающих юридическую ответственность за злоупотребление служебным положением в избирательном процессе. С другой стороны, отрицать его массовый характер также нельзя, учитывая мнение экспертного сообщества [1] и регулярные сообщения в СМИ о различных фактах электоральных злоупотреблений [2–4]. Сказанное актуализирует потребность в изучении злоупотребления служебным положением в избирательном процессе в целях разработки эффективной системы мер его предупреждения.

В доктрине для обозначения проявлений коррупции в избирательном процессе, основанных на злоупотреблении служебным положением, наиболее часто употребляется термин «административный ресурс». Обозначая совокупность тех или иных управленческих возможностей («административный» от лат. administrare – управлять, руководить и «ресурс» от франц. ressource s – вспомогательное средство [5, c. 21, 578]), он фактически приобрел статус электорального штампа, характеризующего «уровень поддержки различных политических сил со стороны госаппарата и региональных властей» [6].

Административный ресурс исследовали в своих трудах многие отечественные специалисты: О. В. Булгак [7], А. Ю. Бузин [8], А. Ю. Вагин [9], А. Б. Воронцова [10], М. Б. Горный [11], И. А. Дамм [12; 13], О. В. Зайцева [14], В. Б. Звоновский [10; 15], П. А. Кабанов [16–18], Ю. Н. Климова [19], В. С. Ковин [20], Ю. Г. Коргунюк [21], А. И. Лычагин [7], Ю. А. Нисневич [22; 23], Д. В. Новиков [24], Р. М. Нуреев [25], П. В. Панов [20], Е. А. Панфилова [26], О. Б. Подвинцев [20], В. Л. Римский [27], А. П. Свигузова [18], Е. А. Чуклинов [28; 29], С. Н. Шевердяев [26; 30], С. Г. Шульгин [25; 31] и др. Несмотря на это, выбранная нами тема остается мало разработанной. В отечественной науке до настоящего времени не найден общепризнанный подход к пониманию административного ресурса в избирательном процессе, не сформирована система признаков данного явления, предметно не рассмотрены основные формы и виды злоупотребления административным ресурсом в период организации и проведения выборов, продолжаются споры вокруг эффективности механизмов его предупреждения. Приходится констатировать также отсутствие единого терминологического аппарата и наличие неоднозначных трактовок коррупционной сущности административного ресурса в избирательном процессе. Анализ научной литературы позволяет выделить как минимум три самостоятельных подхода: социально-политический, политико-экономический и формально-юридический.

Социально-политический подход к пониманию административного ресурса в избирательном процессе исследует В. Б. Звоновский. Понимая под ним совокупность возможностей влиять на мнение и поведение избирателей, имеющихся в распоряжении руководителей предприятий, территориальных образований (районов, городов), автор подчеркивает, что «использование властных рычагов является одним из важнейших инструментов ведения предвыборной борьбы и агитации. Однако их не следует сводить, как это часто делается, к прямому воздействию на избирателя, принуждению его к какой-то форме поведения на выборах или к манипуляциям с избирательными бюллетенями в ходе подсчета голосов. Не следует также и переоценивать возможность такого влияния на избирателей» [15, c. 35]. На практике административный ресурс отражает степень готовности избирателя уступить свой политический выбор местным элитам или, иначе, возможность сформировать выбор избирателя при более или менее выраженном согласии последнего [10, c. 115–116]. При этом эффективность реализации административного ресурса в ходе избирательной кампании напрямую зависит от плотности социальных связей на конкретной территории и от степени ограничения источников материальных доходов населения.

М. Б. Горный также определяет административный ресурс как совокупность возможностей лица, занимающего административную должность, по управлению материальными ресурсами, людьми, процессом в корыстных интересах (своих либо чьих-то еще), а не для исполнения своих функций и обязанностей в рамках объема полномочий данной должности. Вместе с тем, по мнению данного автора, вред от использования административного ресурса имеет лишь потенциальный характер: «Сама по себе возможность – это ни хорошо, ни плохо» [11]. Следует согласиться с тем, что административный ресурс является неотъемлемым атрибутом публичной власти и при «правильном» применении представляет ценность для любого политически организованного общества. Авторы, поддерживающие данную точку зрения, указывают на то, что именно злоупотребление ресурсом публичной власти придает деяниям субъекта избирательного процесса общественно опасный характер.

Как пишет Ю. А. Нисневич, «публичное должностное лицо, как и любое лицо, которое обладает дискреционной властью – властью над распределением каких-либо не принадлежащих ему ресурсов по своему усмотрению, находится в зоне коррупционного риска. При этом не сам по себе ресурс публичной власти порождает коррупцию, а его неправомерное использование для извлечения личной или групповой как материальной, так и нематериальной выгоды» [22, c. 6]. В его трактовке все виды ресурсов публичной власти (силовой, регуляторный, законодательный, институциональный, финансовый, информационно-коммуникативный, статусный) являются нейтральными в смысле их коррупциогенности, однако проявления коррупции в избирательном процессе зависят от того, какие конкретные виды этого ресурса и на каких этапах избирательного процесса были неправомерно использованы [23, c. 53].

Более того, как отмечают В. С. Ковин, П. В. Панов и О. Б. Подвинцев, наличие административного ресурса – это «всего лишь еще одно измерение неравенства в распределении ресурсов между акторами-участниками электорального процесса. Оно в принципе неизбежно и неустранимо, так как речь идет о фундаментальной для политики иерархии “власть – оппозиция”» [20, c. 146]. Поэтому, по мнению указанных авторов, нет никаких оснований рассматривать сам по себе административный ресурс как одно из проявлений коррупции в избирательном процессе.

Политико-экономический подход к пониманию административного ресурса предложен в рамках теории рентоориентированного поведения (rent - seeking ), которая рассматривает практически любого политика высшего уровня в качестве потенциального или реального соискателя незаконной прибыли путем нецелевого использования властных полномочий [28, c. 26]. С одной стороны, по мнению Р. М. Нуреева и С. Г. Шульгина, административный ресурс – это накопленная политическая рента (следствие ее присвоения), а с другой – потенциал политика, позволяющий ему получать политическую ренту в будущем (предпосылка ее получения). В связи с этим предлагается различать также потенциальный и реализованный административный ресурс [25, c. 33].

Возникающий вследствие использования административного ресурса источник рентного дохода политического актора (представителя элиты, инсайдера), как пишет Д. В. Новиков, представляет собой эксплуатацию аутсайдеров посредством внеэкономического и неполитического принуждения. Логика внеэкономического (исключительно силового) принуждения предполагает одностороннее выполнение аутсайдерами требований инсайдеров, строящееся по формуле: «только ты – мне». Неполитическое принуждение обусловлено тем, что оно осуществляется за пределами официального и легитимного избирательного процесса, и может проявляться либо в открытой, либо в скрытой (латентной) форме. Примерами открытого принуждения аутсайдеров, по мысли автора, являются принуждение к участию в голосовании, а также принуждение к голосованию за конкретного кандидата (аутсайдеры несут явные прямые издержки). В свою очередь, скрытое принуждение аутсайдеров проявляется в переносе даты выборов и снятии с выборов кандидатов (издержки носят непрямой характер и, зачастую, в силу этого не осознаются). Обе из указанных форм принуждения представляют собой эксплуатацию, т. е. действия инсайдеров по реализации собственных экономических интересов за счет интересов аутсайдеров [24, c. 139].

Однако несмотря на то, что административный ресурс в конечном счете выступает средством извлечения политической ренты, в условиях избирательного процесса он становится самостоятельным продуктом, монополия на который принадлежит действующей власти. Как отмечает В. Л. Римский, «во многом благодаря широкому использованию административного ресурса на выборах сами выборы перестают быть периодом конкуренции политиков и политических партий за голоса избирателей. Выборы превращаются в конкуренцию за доступ к административному ресурсу, который даже руководители крупного бизнеса вынуждены покупать за свои деньги, потому что иначе никакими вложениями финансовых и других ресурсов они не в состоянии обеспечить победы на выборах своим кандидатам и политическим партиям» [27].

Социально-политические и политико-экономические аспекты понимания административного ресурса в избирательном процессе, безусловно, имеют важное значение для концептуального познания его сущности как многогранного междисциплинарного явления. Вместе с тем в рамках указанных выше подходов акцент при изучении административного ресурса сделан либо на его функциях в механизме социального управления, либо на экономических перспективах и последствиях обладания таковым. Если мы рассматриваем административный ресурс в системе коррупционных отношений, то результаты указанных выше исследований содержательно отвечают на вопрос о том, что и для чего использует субъект избирательного процесса.

Формально-юридический подход к пониманию административного ресурса в избирательном процессе, напротив, предполагает оценку общественных отношений, возникающих в связи с его использованием в период организации и проведения выборов, с позиции правомерности и противоправности. Тем самым происходит поиск ответа на вопросы: как используется административный ресурс и какие юридические последствия повлечет за собой нарушение норм избирательного законодательства вследствие его неправомерного использования?

В рамках данного подхода важной исследовательской задачей представляется разработка системы признаков, характеризующих основания юридической ответственности за незаконное использование административного ресурса в избирательном процессе, поскольку от ее решения в конечном счете зависит эффективность предупреждения большинства девиаций электорального поведения. Но, как отмечает А. Е. Чуклинов, в сфере избирательных правоотношений понятие административного ресурса «настолько “неуловимо”, что в большинстве случаев почти невозможно привлечь должностное лицо к уголовной ответственности за его использование, причем вовсе не в силу пресловутого несовершенства российской правовой системы. Большую роль играет двусмысленность и неопределенность признаков данного правонарушения» [29].

Следует признать, что единая точка зрения по вопросу о правовой природе, понятии и признаках злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе на сегодняшний день отсутствует, а в юридической литературе приведены немногочисленные позиции отдельных авторов.

Рассматривая административный ресурс как одну из форм коррупции в избирательном процессе, И. А. Дамм предлагает понимать под ним «использование лицами или кандидатами, замещающими государственные или выборные муниципальные должности, находящимися на государственной (гражданской, военной, правоохранительной) или муниципальной службе либо являющимися членами органов управления организаций независимо от формы собственности преимуществ своего должностного или служебного положения в интересах определенных участников избирательного процесса (личных интересах) с целью достижения определенного результата на выборах, референдуме» [12, c. 71]. Анализ данного определения позволяет сделать вывод о том, что одним из существенных формально-юридических признаков злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе является наличие специальных субъектов (кандидаты и иные лица, использующие преимущества своего должностного или служебного положения) и специальных целей (достижения определенного результата на выборах, референдуме). Следует подчеркнуть, что И. А. Дамм использует широкий подход к определению субъектов злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе и относит к их числу не только должностных лиц органов публичной власти (замещающих государственные или выборные муниципальные должности, находящихся на государственной или муниципальной службе), но и лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческой или иной организации (являющихся членами органов управления организаций независимо от формы собственности).

Иной подход предлагают П. А. Кабанов и А. П. Свигузова, которые исследуют категорию «электоральное злоупотребление властью» и определяют ее как «противоправное деяние или деятельность должностного лица или группы должностных лиц с использованием властных полномочий, направленные путем влияния через подчиненных и подконтрольных им людей на ход и результаты избирательного процесса с целью сохранения личной или групповой (партийной либо клановой) власти либо ее неправомерного распределения в обществе или федеральных, региональных или муниципальных властных институтах» [18, c. 63–64]. В данном определении указывается на третий существенный формально-юридический признак злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе – способ совершения (влияние через подчиненных и подконтрольных им людей на ход и результаты избирательного процесса), а также подробно раскрывается содержание целей злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе (сохранение личной или групповой (партийной либо клановой) власти либо ее неправомерное распределение в обществе или федеральных, региональных или муниципальных властных институтах). В то же время авторы используют узкий подход к определению субъектов злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе. Однако заметим, что указанные выше цели могут преследовать не только должностные лица публичных органов власти, но и лица, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации, например, в негосударственном градообразующем предприятии. Мобилизация его работников для участия в выборах может повлечь существенное нарушение избирательных прав граждан, однако, исходя из приведенного определения, такие деяния не будут отнесены к числу электоральных злоупотреблений.

По мнению Е. А. Панфиловой и С. Н. Шевердяева, «руководящие работники частных коммерческих и некоммерческих предприятий и учреждений располагают известным корпоративно-управленческим ресурсом в отношении своих подчиненных, который, однако, не признается “административным” строгом смысле слова» [26, c. 3–4]. Поэтому, как отмечают указанные авторы, термином, одновременно обозначающим коррупционные злоупотребления в избирательном процессе со стороны как должностных лиц, так и лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческой или иной организации, следует считать «неправомерное использование управленческих средств» [26, c. 3]. Полагаем, что в силу устоявшейся терминологии поиск более подходящего слова может отвлечь внимание исследователей от действительно важных проблем познания данного коррупционного явления. Тем более что изначально «администрация» означала «управление отдельными частями государственного устройства, общественными или частными делами; личный состав управления, государственного или частного; вообще управление» [32, c. 9].

Важное значение с точки зрения формально-юридического подхода имеет содержание административного ресурса, которым может злоупотребить субъект избирательного процесса в целях достижения определенного результата на выборах. Как полагает Ю. Н. Климова, под административным ресурсом в рамках избирательных кампаний следует понимать «нормативно закрепленные средства, возможности (материального и нематериального характера), вытекающие из использования должностного или служебного положения лица, но применяемые при решении задач, не предусмотренных законом, в интересах определенных участников избирательного процесса с целью достижения определенного результата на выборах» [19]. Указывая на возможности (материального и нематериального характера) в связи с использованием должностного или служебного положения, автор подчеркивает, что в рамках злоупотребления административным ресурсом для достижения определенного политического результата на выборах могут быть значимы не только полномочия лица, но и авторитет занимаемой им должности.

Аналогичной позиции придерживается А. Е. Чуклинов, который указывает, что административный ресурс в избирательном процессе шире, чем система служебных полномочий должностного лица: «Говоря о системе полномочий, следует рассматривать только тот их объем, который предусмотрен соответствующими нормативно-правовыми актами без учета сомнительных нюансов, возникающих в процессе государственного администрирования. Вводя же в оборот категорию “административный ресурс”, мы изначально подразумеваем возможность использования теми или иными властными субъектами различного рода преимуществ, которые неизбежно существуют у любого носителя власти. Именно эти преимущества способны выступить в роли катализатора политических процессов, кнута или пряника в области взаимодействия должностных лиц и властных структур с различными сферами в государстве» [28, c. 18–19].

Еще более широкий подход к пониманию административного ресурса, а также иное терминологическое обозначение предлагает А. Ю. Бузин, по мнению которого более корректным следует считать термин «административные избирательные технологии», то есть технологии влияния действующих властных структур на результаты выборов с целью сохранения своей власти. Акцент именно на технологиях, а не на ресурсе как таковом, подчеркивает, что последний зачастую имеет нематериальную форму: «Информация, которой владеет власть, да и само наличие иерархической административной структуры представляет собой административный ресурс, но – в широком смысле этого слова» [8, c. 65]. Не оспаривая данную позицию, отметим, что включение в состав административного ресурса неправовых элементов может создать препятствия для применения мер юридической ответственности в отношении лиц, допустивших нарушение норм избирательного законодательства.

Анализ приведенных позиций позволяет сделать вывод о том, что под административным ресурсом в избирательном процессе понимаются полномочия должностных лиц или лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческой или иной организации, а также различные преимущества, которыми они обладают в силу занимаемой должности. С формально-юридической точки зрения само наличие административного ресурса у субъектов избирательного процесса не является чем-то противоправным. Граждане, как это следует из положений ч. 2 ст. 32 Конституции РФ, имеют равное право избирать и быть избранным в органы государственной власти и органы местного самоуправления. Вместе с тем наличие соответствующего ресурса у отдельных кандидатов, а также иных должностных лиц, заинтересованных в их избрании, неразрывно связано с возможностью нарушения принципа равенства лиц, участвующих в выборах. Поэтому правовое значение в данном случае имеет не сам административный ресурс в избирательном процессе, а злоупотребление таковым в целях достижения определенного политического результата на выборах.

Как и любая разновидность коррупции, злоупотребление административным ресурсом в избирательном процессе имеет ряд характерных черт, к числу которых относятся сфера существования, субъектный состав и цели коррупционного поведения (деятельности) [33, c. 121]. В то же время наличие видовых особенностей позволяет выделить его в качестве самостоятельного криминологически значимого явления. По нашему мнению, основными отличительными признаками злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе являются специальный субъектный состав, способ совершения и цель коррупционного деяния.

Субъектами злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе могут быть кандидаты, их уполномоченные представители и доверенные лица, уполномоченные представители и доверенные лица избирательных объединений, выдвинувших кандидатов, списки кандидатов, члены избирательного штаба кандидата или избирательного объединения, члены избирательных комиссий с правом решающего голоса, работники средств массовой информации и прочие участники избирательного процесса, имеющие статус должностного лица или лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации.

Способами совершения злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе могут выступать нематериальное стимулирование или ненасильственное принуждение лиц, участвующих в выборах (в том числе путем воспрепятствования осуществлению избирательных прав, вмешательства в деятельность избирательных комиссий и пр.), а также противоправное использование имеющихся в распоряжении должностного лица или лица, выполняющего управленческие функции в коммерческой или иной организации, средств материально-технического и иного обеспечения.

Кроме того, злоупотребление административным ресурсом может сочетаться с другими типами коррупционной преступности в избирательном процессе. В частности, административный ресурс нередко сопряжен с подкупом избирателей тогда, когда должностное лицо распоряжается вверенными ему ресурсам публичной власти в целях стимулирования своих подчиненных к определенному электоральному поведению (например, когда выдвижение главы региона на новый срок сопровождается внеочередной выплатой премий, повышением заработной платы и т. д. за счет средств соответствующего бюджета). В свою очередь, сочетание административного ресурса и незаконного финансирования избирательной кампании происходит в ситуации, когда публичные или корпоративные ресурсы используются для изготовления печатных материалов агитационного содержания (например, проведение широкомасштабной рекламной акции, приуроченной к юбилею основания регионального центра, с использованием высказываний и изображений главы региона в период его участия в избирательной кампании) [34, c. 49–50].

Коррупционные цели злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе варьируются в зависимости от субъекта. В частности, как отмечает И. А. Дамм, кандидаты используют преимущества своего должностного или служебного положения в целях собственного избрания или способствуют избранию других лиц. Руководство финансово-промышленных групп, имеющих интересы на определенной территории, активно принимает участие в процессе выборов местной власти либо содействует властям в обеспечении явки избирателей. Представители правоохранительных органов могут способствовать незаконному возбуждению или прекращению уголовных дел в отношении отдельных субъектов избирательного процесса [12, c. 73–79].

В общем виде цель злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе заключается в достижении определенного политического результата на выборах вопреки интересам общества и государства. При этом важно подчеркнуть, что, во-первых, под выборами в данном случае мы понимаем не только конкретную избирательную кампанию, главным событием которой являются процедуры голосования и подсчета голосов, но и электоральный цикл в целом, включающий в себя процесс формирования избирательных комиссий, определение избирательных округов, уточнение списка избирателей и пр. Во-вторых, злоупотребление административным ресурсом в избирательном процессе противоречит интересам общества и государства, поскольку нарушает один из основных конституционно-правовых принципов народовластия – участие граждан в выборах на основе всеобщего равного и прямого избирательного права.

Таким образом, злоупотребление административным ресурсом в избирательном процессе представляет собой сложное междисциплинарное явление. Анализ научных трудов в сфере социологии, политологии, экономики и права позволил выделить несколько подходов к пониманию административного ресурса, раскрывающих его многогранную сущность. Формирование комплексного представления о злоупотреблении административным ресурсом в избирательном процессе является необходимым условием для построения системы формально-юридических признаков, позволяющих определить его основные противоправные проявления и разработать эффективный механизм их предупреждения. В рамках проведенного исследования мы не ставили перед собой задачи дать исчерпывающую криминологическую характеристику злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе, поскольку подобный познавательный результат не может быть достигнут в условиях ограниченности объема данного научного труда. Вместе с тем сделанные нами выводы дают возможность по-новому взглянуть на проблематику рассматриваемого феномена и скорректировать стратегию дальнейших фундаментальных и поисковых научных исследований. Изложенное выше также позволяет сформулировать следующее определение: з лоупотребление административным ресурсом в избирательном процессе – это противоправное использование субъектами избирательного процесса преимуществ своего должностного (служебного) положения, нарушающее принцип всеобщего равного и прямого избирательного права, осуществляемое в целях достижения определенного политического результата на выборах .

Библиография
1.
Доклад о злоупотреблении административным ресурсом в ходе избирательных процессов : Исследование № 585/2010 [Электронный ресурс] // Европейская комиссия за демократию через право (Венецианская комиссия). – URL: https://www.venice.coe.int/webforms/documents/default.aspx?pdffile=CDL-AD(2013)033-rus.
2.
Элла Памфилова: мы сделаем все, чтобы «новой Болотной» не было [Электронный ресурс] // Официальный сайт агентства «Интерфакс». – URL: https://www.interfax.ru/interview/511717.
3.
Административный ресурс в Хакасии расцвел махровым цветом в своей предвыборной агонии [Электронный ресурс] // Официальный сайт КПРФ. – URL: https://kprf.ru/activity/elections/178757.html.
4.
Иркутской области предсказывают горячую политическую осень [Электронный ресурс] // Сетевое издание «МК Байкал». – URL: https://baikal.mk.ru/politics/2018/09/11/irkutskoy-oblasti-predskazyvayut-goryachuyu-politicheskuyu-osen.html.
5.
Словарь иностранных слов современного русского языка / Сост. Т. В. Егорова. – М.: Аделант, 2014. – 800 c.
6.
Словарь русского публичного языка конца XX века // Коммерсантъ Власть. – 2003. – № 24. – С. 64.
7.
Булгак, О. В. Злоупотребление административным ресурсом в ходе избирательных кампаний как угроза основным ценностям демократической системы России / О. В. Булгак, А. И. Лычагин // Власть. – 2011. – № 2. – С. 115–117.
8.
Бузин, А. Ю. Административные избирательные технологии и борьба с ними / А. Ю. Бузин. – М.: Панорама, 2007. – 271 с.
9.
Вагин, А. Ю. Злоупотребление административным ресурсом в избирательном процессе в современной России / А. Ю. Вагин // Власть. – 2010. – № 4. – С. 136–137.
10.
Воронцова, А. Б. Административный ресурс как феномен российского избирательного процесса / А. Б. Воронцова, В. Б. Звоновский // Полис. Политические исследования. – 2003. – № 6. – С. 114–124.
11.
Горный, М. Б. Прозрачная власть против административного ресурса [Электронный ресурс] / М. Б. Горный // Электронная библиотека «Гражданское общество». – URL: https://www.civisbook.ru/files/File/Gornyi_prozr.pdf.
12.
Дамм, И. А. Коррупция в российском избирательном процессе: понятие и противодействие : дис. ... канд. юрид. наук : 12.00.08 / Дамм Ирина Александровна. – Красноярск, 2006. – 249 с.
13.
Зырянова, И. А. Основные формы коррупции в избирательном процессе / И. А. Зырянова // Актуальные проблемы экономики и права. – 2011. – № 4. – С. 45–50.
14.
Зайцева, О. В. Административный ресурс в избирательных кампаниях как форма проявления коррупции / О. В. Зайцева // Правовая политика и правовая жизнь. – 2010. – № 3. – С. 19–24.
15.
Звоновский, В. Б. Административный ресурс: вариант исчисления объема / В. Б. Звоновский // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. – 2000. – № 1. – С. 35–37.
16.
Кабанов, П. А. Злоупотребление властью как одна из форм проявления политической преступности / П. А. Кабанов // Следователь. – 2000. – № 6. – С. 37–42.
17.
Кабанов, П. А. Основные виды электоральной преступности в современной России / П. А. Кабанов // Следователь. – 2004. – № 12. – С. 39–42.
18.
Кабанов, П. А. Электоральное злоупотребление властью как криминологическая категория и ее содержание / П. А. Кабанов, А. П. Свигузова // Следователь. – 2009. – № 3. – С. 62–64.
19.
Климова, Ю. Н. Злоупотребление административным ресурсом как фактор, влияющий на участие в голосовании [Электронный ресурс] / Ю. Н. Климова // Современное право. – 2019. – № 7–8. Доступ из СПС «КонсультантПлюс».
20.
Ковин, В. С. К вопросу о содержании понятия «электоральная коррупция» / В. С. Ковин, П. В. Панов, О. Б. Подвинцев // Актуальные проблемы научного обеспечения государственной политики Российской Федерации в области противодействия коррупции : сб. науч. трудов по итогам Всероссийской научной конференции. – Екатеринбург: Институт философии и права УрО РАН, 2016. – С. 143–153.
21.
Коргунюк, Ю. Г. Электоральная коррупция: история болезни / Ю. Г. Коргунюк // Полис. Политические исследования. – 2015. – № 2. – С. 181–186.
22.
Нисневич, Ю. А. Электоральная коррупция и ее зарождение в постсоветской России / Ю. А. Нисневич // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Политология. – 2014. – № 3. – С. 5–22.
23.
Нисневич, Ю. А. Электоральная коррупция и модель участия в выборах в России / Ю. А. Нисневич // Актуальные проблемы экономики и права. – 2013. – № 4. – С. 52–60.
24.
Новиков, Д. В. Административный ресурс как средство реализации интересов российской элиты / Д. В. Новиков // Альманах современной науки и образования. – 2013. – № 5. – С. 137–140.
25.
Нуреев, P. M. Взаимосвязь экономического и политического монополизма в российских регионах: административный ресурс и формы его проявления / Р. М. Нуреев, С. Г. Шульгин // Terra Economicus. – 2006. – № 3. – С. 33–40.
26.
Панфилова, Е. А. Противодействие злоупотреблению административным ресурсом на выборах: проблемы и перспективы / Е. А. Панфилова, С. Н. Шевердяев. – М.: Де Ново, 2005. – 104 с.
27.
Римский, В. Л. Административный ресурс на федеральных выборах 2003–2004 годов [Электронный ресурс] / В. Л. Римский // Интернет-мониторинг выборов 2003–2004 годов в России : в 2-х томах. – М.: ИНДЕМ, 2004. – Т. 2: Проблемы российских выборов. – URL: http://www.indem.ru/idd2000/conf/4/Predlojeniya/Admin_Rim.htm.
28.
Чуклинов, А. Е. Административный ресурс как специфическая форма политической коррупции : спец. учеб. курс / А. Е. Чуклинов. – Саратов: Саратовский Центр по исследованию проблем организованной преступности и коррупции, 2004. – 59 с.
29.
Чуклинов, А. Е. Административный ресурс: проблемы управленческого метода [Электронный ресурс] / А. Е. Чуклинов // Отечественные записки. – 2004. – № 2. – URL: https://strana-oz.ru/2004/2/administrativnyy-resurs-problemy-upravlencheskogo-metoda.
30.
Шевердяев, С. Н. Развитие понятия использования преимуществ должностного или служебного положения в российском избирательном законодательстве / С. Н. Шевердяев // Вестник Московского университета. Серия 11: Право. – 2015. – № 4. – С. 40–59.
31.
Шульгин, С. Г. Влияние рентоориентированного поведения на политические деловые циклы : дис. ... канд. экон. наук : 08.00.01 / Шульгин Сергей Георгиевич. – М., 2006. – 172 с.
32.
Ефремов, Е. Новый полный словарь иностранных слов, вошедших в русский язык с указанием происхождения их, ударений, отраслей знания и с расширенной энциклопедической частью / Е. Ефремов; под ред. проф. И. А. Бодуэна-де-Куртене. – 2-е изд. – М.: Товарищество А.А. Левенсон, 1912. – 605 c.
33.
Дамм, И. А. Понятие, признаки и виды коррупции / И.А. Дамм // Предупреждение коррупции в системе уголовной юстиции : сб. материалов Международного научно-практического семинара. – Красноярск: Изд-во Красноярского ун-та, 2003. – С. 117–127.
34.
Акунченко, Е. А. Коррупционная преступность в избирательном процессе Российской Федерации : монография / Е. А. Акунченко. – М.: Проспект, 2020. – 232 с.
References
1.
Doklad o zloupotreblenii administrativnym resursom v khode izbiratel'nykh protsessov : Issledovanie № 585/2010 [Elektronnyi resurs] // Evropeiskaya komissiya za demokratiyu cherez pravo (Venetsianskaya komissiya). – URL: https://www.venice.coe.int/webforms/documents/default.aspx?pdffile=CDL-AD(2013)033-rus.
2.
Ella Pamfilova: my sdelaem vse, chtoby «novoi Bolotnoi» ne bylo [Elektronnyi resurs] // Ofitsial'nyi sait agentstva «Interfaks». – URL: https://www.interfax.ru/interview/511717.
3.
Administrativnyi resurs v Khakasii rastsvel makhrovym tsvetom v svoei predvybornoi agonii [Elektronnyi resurs] // Ofitsial'nyi sait KPRF. – URL: https://kprf.ru/activity/elections/178757.html.
4.
Irkutskoi oblasti predskazyvayut goryachuyu politicheskuyu osen' [Elektronnyi resurs] // Setevoe izdanie «MK Baikal». – URL: https://baikal.mk.ru/politics/2018/09/11/irkutskoy-oblasti-predskazyvayut-goryachuyu-politicheskuyu-osen.html.
5.
Slovar' inostrannykh slov sovremennogo russkogo yazyka / Sost. T. V. Egorova. – M.: Adelant, 2014. – 800 c.
6.
Slovar' russkogo publichnogo yazyka kontsa XX veka // Kommersant'' Vlast'. – 2003. – № 24. – S. 64.
7.
Bulgak, O. V. Zloupotreblenie administrativnym resursom v khode izbiratel'nykh kampanii kak ugroza osnovnym tsennostyam demokraticheskoi sistemy Rossii / O. V. Bulgak, A. I. Lychagin // Vlast'. – 2011. – № 2. – S. 115–117.
8.
Buzin, A. Yu. Administrativnye izbiratel'nye tekhnologii i bor'ba s nimi / A. Yu. Buzin. – M.: Panorama, 2007. – 271 s.
9.
Vagin, A. Yu. Zloupotreblenie administrativnym resursom v izbiratel'nom protsesse v sovremennoi Rossii / A. Yu. Vagin // Vlast'. – 2010. – № 4. – S. 136–137.
10.
Vorontsova, A. B. Administrativnyi resurs kak fenomen rossiiskogo izbiratel'nogo protsessa / A. B. Vorontsova, V. B. Zvonovskii // Polis. Politicheskie issledovaniya. – 2003. – № 6. – S. 114–124.
11.
Gornyi, M. B. Prozrachnaya vlast' protiv administrativnogo resursa [Elektronnyi resurs] / M. B. Gornyi // Elektronnaya biblioteka «Grazhdanskoe obshchestvo». – URL: https://www.civisbook.ru/files/File/Gornyi_prozr.pdf.
12.
Damm, I. A. Korruptsiya v rossiiskom izbiratel'nom protsesse: ponyatie i protivodeistvie : dis. ... kand. yurid. nauk : 12.00.08 / Damm Irina Aleksandrovna. – Krasnoyarsk, 2006. – 249 s.
13.
Zyryanova, I. A. Osnovnye formy korruptsii v izbiratel'nom protsesse / I. A. Zyryanova // Aktual'nye problemy ekonomiki i prava. – 2011. – № 4. – S. 45–50.
14.
Zaitseva, O. V. Administrativnyi resurs v izbiratel'nykh kampaniyakh kak forma proyavleniya korruptsii / O. V. Zaitseva // Pravovaya politika i pravovaya zhizn'. – 2010. – № 3. – S. 19–24.
15.
Zvonovskii, V. B. Administrativnyi resurs: variant ischisleniya ob''ema / V. B. Zvonovskii // Monitoring obshchestvennogo mneniya: ekonomicheskie i sotsial'nye peremeny. – 2000. – № 1. – S. 35–37.
16.
Kabanov, P. A. Zloupotreblenie vlast'yu kak odna iz form proyavleniya politicheskoi prestupnosti / P. A. Kabanov // Sledovatel'. – 2000. – № 6. – S. 37–42.
17.
Kabanov, P. A. Osnovnye vidy elektoral'noi prestupnosti v sovremennoi Rossii / P. A. Kabanov // Sledovatel'. – 2004. – № 12. – S. 39–42.
18.
Kabanov, P. A. Elektoral'noe zloupotreblenie vlast'yu kak kriminologicheskaya kategoriya i ee soderzhanie / P. A. Kabanov, A. P. Sviguzova // Sledovatel'. – 2009. – № 3. – S. 62–64.
19.
Klimova, Yu. N. Zloupotreblenie administrativnym resursom kak faktor, vliyayushchii na uchastie v golosovanii [Elektronnyi resurs] / Yu. N. Klimova // Sovremennoe pravo. – 2019. – № 7–8. Dostup iz SPS «Konsul'tantPlyus».
20.
Kovin, V. S. K voprosu o soderzhanii ponyatiya «elektoral'naya korruptsiya» / V. S. Kovin, P. V. Panov, O. B. Podvintsev // Aktual'nye problemy nauchnogo obespecheniya gosudarstvennoi politiki Rossiiskoi Federatsii v oblasti protivodeistviya korruptsii : sb. nauch. trudov po itogam Vserossiiskoi nauchnoi konferentsii. – Ekaterinburg: Institut filosofii i prava UrO RAN, 2016. – S. 143–153.
21.
Korgunyuk, Yu. G. Elektoral'naya korruptsiya: istoriya bolezni / Yu. G. Korgunyuk // Polis. Politicheskie issledovaniya. – 2015. – № 2. – S. 181–186.
22.
Nisnevich, Yu. A. Elektoral'naya korruptsiya i ee zarozhdenie v postsovetskoi Rossii / Yu. A. Nisnevich // Vestnik Rossiiskogo universiteta druzhby narodov. Seriya: Politologiya. – 2014. – № 3. – S. 5–22.
23.
Nisnevich, Yu. A. Elektoral'naya korruptsiya i model' uchastiya v vyborakh v Rossii / Yu. A. Nisnevich // Aktual'nye problemy ekonomiki i prava. – 2013. – № 4. – S. 52–60.
24.
Novikov, D. V. Administrativnyi resurs kak sredstvo realizatsii interesov rossiiskoi elity / D. V. Novikov // Al'manakh sovremennoi nauki i obrazovaniya. – 2013. – № 5. – S. 137–140.
25.
Nureev, P. M. Vzaimosvyaz' ekonomicheskogo i politicheskogo monopolizma v rossiiskikh regionakh: administrativnyi resurs i formy ego proyavleniya / R. M. Nureev, S. G. Shul'gin // Terra Economicus. – 2006. – № 3. – S. 33–40.
26.
Panfilova, E. A. Protivodeistvie zloupotrebleniyu administrativnym resursom na vyborakh: problemy i perspektivy / E. A. Panfilova, S. N. Sheverdyaev. – M.: De Novo, 2005. – 104 s.
27.
Rimskii, V. L. Administrativnyi resurs na federal'nykh vyborakh 2003–2004 godov [Elektronnyi resurs] / V. L. Rimskii // Internet-monitoring vyborov 2003–2004 godov v Rossii : v 2-kh tomakh. – M.: INDEM, 2004. – T. 2: Problemy rossiiskikh vyborov. – URL: http://www.indem.ru/idd2000/conf/4/Predlojeniya/Admin_Rim.htm.
28.
Chuklinov, A. E. Administrativnyi resurs kak spetsificheskaya forma politicheskoi korruptsii : spets. ucheb. kurs / A. E. Chuklinov. – Saratov: Saratovskii Tsentr po issledovaniyu problem organizovannoi prestupnosti i korruptsii, 2004. – 59 s.
29.
Chuklinov, A. E. Administrativnyi resurs: problemy upravlencheskogo metoda [Elektronnyi resurs] / A. E. Chuklinov // Otechestvennye zapiski. – 2004. – № 2. – URL: https://strana-oz.ru/2004/2/administrativnyy-resurs-problemy-upravlencheskogo-metoda.
30.
Sheverdyaev, S. N. Razvitie ponyatiya ispol'zovaniya preimushchestv dolzhnostnogo ili sluzhebnogo polozheniya v rossiiskom izbiratel'nom zakonodatel'stve / S. N. Sheverdyaev // Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 11: Pravo. – 2015. – № 4. – S. 40–59.
31.
Shul'gin, S. G. Vliyanie rentoorientirovannogo povedeniya na politicheskie delovye tsikly : dis. ... kand. ekon. nauk : 08.00.01 / Shul'gin Sergei Georgievich. – M., 2006. – 172 s.
32.
Efremov, E. Novyi polnyi slovar' inostrannykh slov, voshedshikh v russkii yazyk s ukazaniem proiskhozhdeniya ikh, udarenii, otraslei znaniya i s rasshirennoi entsiklopedicheskoi chast'yu / E. Efremov; pod red. prof. I. A. Boduena-de-Kurtene. – 2-e izd. – M.: Tovarishchestvo A.A. Levenson, 1912. – 605 c.
33.
Damm, I. A. Ponyatie, priznaki i vidy korruptsii / I.A. Damm // Preduprezhdenie korruptsii v sisteme ugolovnoi yustitsii : sb. materialov Mezhdunarodnogo nauchno-prakticheskogo seminara. – Krasnoyarsk: Izd-vo Krasnoyarskogo un-ta, 2003. – S. 117–127.
34.
Akunchenko, E. A. Korruptsionnaya prestupnost' v izbiratel'nom protsesse Rossiiskoi Federatsii : monografiya / E. A. Akunchenko. – M.: Prospekt, 2020. – 232 s.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предмет исследования в представленной статье, как следует из ее наименования, составили подходы к пониманию сущности понятия «злоупотребление административным ресурсом в избирательном процессе». С учетом того, что основной акцент автор сделал на рассмотрении содержания некоторых теоретических подходов к пониманию сущности исследуемого феномена, рекомендуется уточнить наименование работы (к примеру, «Основные теоретические подходы к пониманию сущности понятия «злоупотребление административным ресурсом в избирательном процессе»). Указание в названии работы на то, что ученый предложит дефиницию исследуемого понятия, излишне (это следует из самого характера проведенного исследования). Заявленные автором границы исследования соблюдены полностью.
Методология исследования в тексте работы ученым не раскрывается, но, исходя из анализа ее содержания, можно сделать вывод, что автором использовались всеобщий диалектический, логический, герменевтический, формально-юридический методы исследования.
Актуальность избранной темы исследования подробно объясняется автором следующим образом: «… действующее уголовное, административное и избирательное законодательство не содержит специальных составов правонарушений, предусматривающих юридическую ответственность за злоупотребление служебным положением в избирательном процессе». «С другой стороны, отрицать его массовый характер также нельзя…». «Сказанное актуализирует потребность в изучении злоупотребления служебным положением в избирательном процессе в целях разработки эффективной системы мер его предупреждения». Наконец, «… единая точка зрения по вопросу о правовой природе, понятии и признаках злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе на сегодняшний день отсутствует, а в юридической литературе приведены немногочисленные позиции отдельных авторов».
В чем состоит научная новизна работы, автором в тексте статьи не указывается, однако она проявляется в выделении ученым на основании исследованной научной литературы трех основных подходов к пониманию сущности понятия «административный ресурс в избирательном процессе», выделении отличительных признаков злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе, и, наконец, в оригинальной дефиниции данного понятия, предложенной автором.
Научный стиль работы выдержан автором в полной мере.
Структура работы вполне логична. Во вводной части исследования автор обосновывает актуальность избранной темы исследования и раскрывает степень ее изученности. В основной части работы ученый выделяет и рассматривает три основных подхода к пониманию сущности понятия «административный ресурс в избирательном процессе»: социально-политический, политико-экономический, формально-юридический; выделяет отличительные признаки злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе (субъектный состав, способ совершения данного деяния и его цель); предлагает свою дефиницию данного понятия. В заключительной части работы автор подводит итоги проведенного исследования.
Содержание работы полностью соответствует ее наименованию и особых нареканий не вызывает. Тем не менее, некоторые положения статьи нуждаются в доработке.
В частности, автор справедливо отмечает, что ни в избирательном, ни в административном, ни в уголовном законодательствах не содержится правовых норм, в которых закреплялись бы специальные составы злоупотребления административным ресурсом в избирательном праве. По мнению исследователя, «… злоупотребление административным ресурсом представляет собой один из типов коррупционной преступности в избирательном процессе наравне с подкупом (продажностью) участников избирательного процесса и незаконным финансированием избирательной кампании». Данное положение работы, во-первых, нуждается в серьезной аргументации (к примеру, представляет значительный интерес вопрос, может ли злоупотребление административным ресурсом в избирательном процессе квалифицировано как административное правонарушение, и если нет, то почему); во-вторых, затрагивая данную проблему, автор почему-то не предложил внести соответствующие изменения и дополнения в действующее законодательство (т.е. не предложил формулировки правовых норм, которые устанавливали бы юридическую ответственность за совершение подобного рода деяний).
Следует указать на то, что автор, раскрывая социально-политический и политико-экономический подходы к пониманию понятия «административный ресурс», злоупотребляет цитированием. По возможности необходимо избегать прямых цитат из теоретических работ, ограничиваясь передачей сути высказывания. Также ученому рекомендуется провести более тщательный критический анализ концепций тех или иных ученых с выделением достоинств и недостатков таковых.
В целом следует отметить довольно высокий теоретический уровень представленной работы, которая, несомненно, представляет значительный интерес для отечественной правовой науки.
Библиография работы представлена 34 источниками, что вполне достаточно и позволило автору написать в целом довольно глубокую по содержанию работу. Среди указанных источников фигурируют научные статьи, монографии, диссертационные работы, публицистические материалы.
Апелляция к оппонентам имеется (П. А. Кабанов, Е. А. Панфилова, А. П. Свигузова, С. Н. Шевердяева и др.) и вполне достаточна. Научная дискуссия ведется автором вполне корректно.
Выводы по результатам исследования имеются и обладают свойством научной новизны, но в них не подводится итог всему проведенному автором исследованию. Следует согласиться с ученым в том, что феномен злоупотребления административным ресурсом в избирательном процессе необходимо исследовать с позиций различных отраслей науки. Заслуживает внимания выделение автором отличительных признаков исследованного им феномена и предложенная дефиниция понятия «злоупотребление административным ресурсом в избирательном процессе». Несмотря на то что, как уже отмечалось выше, автор не предложил ответы на некоторые вопросы, которые возникают после прочтения статьи, теоретическая значимость работы бесспорна. Ответы на указанные вопросы желательно отразить в выводах по результатам проведенного исследования. Это повысит теоретическую и практическую ценность статьи для отечественной правовой науки.
Интерес читательской аудитории к представленной статье может быть проявлен со стороны специалистов в сфере теории государства и права, конституционного права, муниципального права, избирательного права, административного права, уголовного права.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"