Статья 'Формирование первого государственного механизма новогреческого государства во время борьбы за независимость 1821-1827 гг.' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по

 

 

Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Формирование первого государственного механизма новогреческого государства во время борьбы за независимость 1821-1827 гг.

Меликов Алексей Владимирович

аспирант Пензенского государственного университета

108811, Россия, Московская область, г. Москва, ул. Саларьевская, 14к3, кв. 908

Melikov Aleksej Vladimirovich

Postgraduate student, Penza State University

108811, Russia, Moskovskaya oblast', g. Moscow, ul. Salar'evskaya, 14k3, kv. 908

AleksejV.Melikov@gmail.com
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-7136.2020.7.33422

Дата направления статьи в редакцию:

11-07-2020


Дата публикации:

14-09-2020


Аннотация.

Объектом исследования является процесс формирования государственного механизма новообразованного греческого государства как результат национально-освободительной борьбы нетурецкого населения против османского ига. Предметом исследования являются проблемы в организации и функционировании государственного механизма Греции, с которыми она столкнулась при формировании первой административной системы в революционный период. В работе уделяется внимание греческим общинам как форме социально-политической организации греков, формировавшим на местах примитивную политическую систему квазигосударственной структуры, форма и содержание которой определились окончанием революционного процесса. Автор рассматривает такой аспект, как неспособность общины к восприятию радикальной трансформации и новым функциям административных структур в контексте нового и единого буржуазного государства. Основным выводом проведенного исследования является формулирование проблем в организации государственного механизма в Греции в революционный период, среди которых:- отсутствие четких планов государственного развития;- доминирование интересов групп давления над решениями, имевшими общесоциальное значение;- непродуктивная роль греческих общин в процессе создания административного механизма в развитии производственных сил общества;- преобладание узкогрупповых интересов пелопонесских лидеров;- состояние "катастрофического равновесия", препятствовавшее принятию и не способствовавшее исполнению единого нормативно-правового акта, регулятивное воздействие которого было бы направлено на установление и закрепление порядка формирования и функционирования базовых звеньев государственного механизма.

Ключевые слова: Единое буржуазное государство, Политическая система, Административная система, Община, Общественная формация, Государственный механизм, Новогреческое государство, Греция, Национально-освободительная борьба, Революционный период

Abstract.

The object of is the process the establishment of mechanism of the government of the newly-formed Greek State as a result of national liberation struggle of  non-Turkish population against the Ottoman yoke. The subject of this research is the problems of institution and functionality of mechanism of the government, faced by Greece in establishing the first administrative system in revolutionary period. Attention is given to the Greek communities as a form of sociopolitical structure that comprised a local primitive political system of quasi-state structure, the form and content of which were determined with the end of revolutionary process. The author examines such aspect as inability of the community to perceive drastic transformation and new functions of administrative structures in the context of the new and unified bourgeois state. The main conclusion lies in formulation of the problems that emerged in establishment of mechanism of the government in Greece during the revolutionary period: absence of solid plan of national development; prevalence of the interests of pressure groups over socially significant decisions; unproductive role of Greek communities in the process of creation of  administrative mechanism in the context of development of production resources of the society; dominance of the factional interests of Peloponnesian leaders; state of “disastrous equilibrium” that impedes adoption and implementation of the universal normative legal act, the regulatory effect of which would be aimed at establishment and consolidation of formation an d functionality of basic links of mechanism of the government.

Keywords:

National liberation struggle, Greece, Newly-Greek state, Common bourgeois state, Political system, Administrative system, Commune, Social structure, State mechanism, Revolution period

В истории развития государственности не найдется примера безукоризненно функционирующего механизма. Ни одно из ранее существовавших государств – в любом историческом периоде – не обладало абсолютно функционирующим государственным механизмом. Практика обнажала достаточное количество проблем и недостатков, оказывавших негативное влияние на качество и эффективность работы государственного механизма, даже в высокоразвитых обществах [1]. Подобного рода проблемы (в большинстве случаев) имеют внутреннюю природу, т.е. характерны для отдельных элементов структуры механизма государства, а их корни обнаруживаются как в правовой, так и политических сферах. Поэтому интерес вызывает причинно-следственная связь внутренних и внешних (при наличии) обстоятельств, способствовавших формированию государственного механизма с целью выявления проблем в его организации и функционировании.

Особый интерес, по мнению автора, с точки зрения формирования государственного механизма представляет новогреческое образование во время борьбы за независимость, поскольку первый механизм формы организации греческого общества, освобождавшегося от османского ига, был сопряжен с трудностями единства и целостности территории, проблемой разрозненности аппарата управления (и здесь важно проанализировать роль греческих общин как формы социально-политической организации греков на местах) и отсутствием четкого плана развития Греции.

Греческие центры в 1821 г. начали восстание против османского ига на фоне общего роста национально-освободительной борьбы нетурецкого населения Балкан. Греческими центрами называют населенные (преимущественно греками) пункты (таблица 1), расширявшие международную торговлю в пределах Порты на протяжении XVIII в. На фоне глубокого социального кризиса Османской империи, ее экономического и военного упадка в начале XIX в. они постепенно превращались в капиталистические центры с необходимыми экономическими предпосылками для выступления против центральной власти в качестве «политического защитника» [2] региона, оторванного от паутины ранее существовавших производственных отношений (рисунок 1).

Таблица 1 – Отношение между немусульманским/мусульманским населением на греческой территории Османской империи в конце XVIII в. [3]

Местность*

Немусульманское

население, %

Мусульманское

население, %

1 – Мора

97,9

2,1

2 – Эгрибаз

98,0

2,0

3 – Тирхала

82,5

17,5

4 – Карли-ели

100,0

0,0

5 – Яня

98,0

2,0

6 – Кермен

21,0

79,0

7 – Паша (административный район паши)

73,7

26,3

8 – Гелиболу

44,0

56,0

9 – Визе

44,0

56,0

* – турецкое название греческих территорий, условно обозначенных цифрами на рисунке 1.

Рисунок 1 – Территориальное деление греческих земель

в Османской империи в конце XVIII в. [4]

Особую роль в процессе перехода от общественных отношений к местной политической власти сыграли общины греков, представлявшие на тот период локальные социально-политические организации, служившие интегрированию и регулированию общественных отношений, формированию общественного мнения как участвовавшего во внутриполитической жизни страны [5]. В современной греческой историографии основоположником этой точки зрения является К. Папарригопулос, считавший, что общины во время османского правления были подлинным продуктом национальных традиций. Греческие сообщества сохранили социально-экономическую и военно-политическую (в том числе и разведывательную) деятельности. «… Совершенно не важно, что они [общины] были вынуждены находиться под управлением паши… и христианам были навязаны устои арабского института ... тогда это были поправки к новым реалиям… Османское правительство нашло их [общины] уже существующими и позволило им функционировать в качестве помощников в нижней администрации империи» [6] (пер. с греч.). Такой подход вытекает из идеологической позиции, поддерживающей непрерывную преемственность греческого национального самосознания с древности и до наших дней.

Мнение К. Папарригопулоса нашло свое развитие в трудах Н. Мосховакиса [7], связывавшего институт общины, поддержанный османским режимом для налогообложения и функционирования административной системы, с византийским периодом. Другими словами, греки традиционно собирались в общины, зачастую чисто по территориальному признаку, такая форма организации общественных отношений им ментально была близка, а политический вес их мнения выражался экономической успеваемостью региона.

Преемственность в организации общин на греческом пространстве в период османского правления со времен Византии прослеживается и в работах Д. Тоспотоса «Земля и крестьяне Фессалии во время турецкой оккупации» [8] (пер. с греч.) и Н. Пуладзаса «Государство, власть, социалист» [9] (пер. с греч.), в которых община как форма общественной организации, существовавшей в период османского ига, признана «вечной политической формой», способствовавшей политорганизации ее членов против империи. По их мнению, вневременное существование такого социального режима (общественно-политической организации) на греческом пространстве имело отношение к форме, развитию и функционированию административной системы государства на местном уровне.

Об одном можно сказать с уверенностью, что распад производственно-экономической системы Османской империи, кризис ее административного и налогового управления способствовал развитию социально-экономических отношений на эллинской территории и сформировал политические предпосылки для «греческой национальной интеграции» [10] в контексте автономного греческого государства.

Развитие социально-экономических отношений, преимущественно на территории южной Греции, сформировало политические условия для управления новыми общественными отношениями. Новая политическая роль общественных отношений при распаде имперской административной и налоговой системы зиждилась на основных характеристиках экономического пространства (плотности, размещении и связанности) [11] южной области Греции и выражалась в политических механизмах общинных групп. Таким образом, постепенная замена производственных отношений на территории Османской империи на капиталистические в районах южной Греции – на фоне общего упадка Порты – в конечном итоге сформировали необходимые политические, экономические и идеологические условия для успешного исхода эллинской национальной интеграции, начавшейся с революции 1821 г. и воплотившейся в новое автономное греческое государство.

В период освободительной борьбы 1821-1827 гг. греческие общины на местах формировали примитивную политическую систему квазигосударственной структуры, форма и содержание которой определились окончанием революционного процесса. Новые режимы функционирования системы общин, соответствовавшие революционному периоду, решающим образом способствовали появлению новых опор политической власти, ставших основанием для формирования временной администрации Греции.

Однако предпочтение, отданное греческой историографией особой роли общин в качестве прототипа элементов местного самоуправления, не позволяет понять процесс политического и экономического перехода от рухнувшего османского тоталитарного государства к современному типу буржуазной страны. Трудно интерпретировать изменявшиеся в результате консолидации капиталистического способа производства социальные и экономические условия в новую по тем временам общественную формацию [12], возникшую в результате распада имперской системы геокультурного производства, в значительной степени опиравшегося на изолированность территорий по национальному/религиозному признаку.

С точки зрения теоретических подходов к созданию государственного механизма, эта общественная формация [община] не способна была к восприятию радикальной трансформации и новым функциям административных структур в контексте нового и единого буржуазного государства, поскольку постоянно боролась за форму и содержание власти внутри греческого государства в течение переходного периода первых лет его функционирования. Ведь во всех попытках греческих общин в конечном счете отсутствовал какой-либо экономический и продуктивный взгляд на роль, которую административный механизм играл в историческом контексте, в стадии общественной эволюции [13], в степени развития производственных сил общества.

В этом смысле не случайно, что в контексте эволюционного подхода к проблемам периодизации исторических макропроцессов [14] ретроспективная интерпретация роли «общин» как институционального механизма, высвободившегося от ига, «выжившего» и развивавшегося за пределами туркам подчиненного общества [15], приводит к тому, что греческие общины образца XVIII в. некоторыми учеными признаются как ячейки демократии или первые демократические формы организации, противопоставлявшиеся авторитаризму османской системы правления [16].

В целом период 1821-1827 гг. на политическом уровне характеризовался постепенным созданием и формированием типично буржуазного государственного механизма и соответствующей политической системы правления. А сам процесс интеграции местных политических систем [общин] в единое государство и последующее формирование механизма самоуправления были важным элементом общественно-политической борьбы, поскольку развитие административной структуры местного самоуправления в Греции отражала периодическую эволюцию социальных отношений власти и конкурирующих ей элементов.

Политическая деятельность общественных структур в начале XIX в. в первые годы борьбы за независимость стали предпосылками для организационной формы с суверенной властью в пределах ограниченной территории, т.е. к строительству «национального государства». Если представить, что греческая политическая власть дореволюционного периода имела бы форму «федерального» государственного образования, то новогреческое государство было бы сформировано в результате фрагментации политической власти предыдущего периода. Неслучайно, что в начале освободительно борьбы были созданы 16 местных и провинциальных властей [17], как правило, ограниченных по функциональности, но с явными амбициями теоретического и практического создания целостного союзного государства [18], образованного из ряда политически равнозначных частей (квазигосударств) на основе общих интересов.

Итак, развитие капиталистических отношений в южных регионах Греции, усиление политической роли общин, бывших «посредниками» в османском правительстве, включение сельскохозяйственного производства в коммерческий капитал привели к формированию необходимых социально-экономических и политических условий для революционного процесса. Однозначно, что основное противоречие политических течений 1821-1827 гг. соответствовало постепенно возникшим интересам доминирующих социальных слоев во вновь образованном греческом государстве. Таким образом, именно успешный исход борьбы за независимость привел к необходимости формирования условий гегемонии среди доминирующих социальных классов, что выразилось в области формирования государственного механизма.

Внутренний конфликт господствовавшего класса – зарождавшейся буржуазии – имел место в течение всего революционного периода, дважды принимал форму гражданской войны и отразился в противоречиях по поводу формы и содержания новогреческой государственной администрации. Процесс обеспечения политической гегемонии доминировавшего слоя первообразной буржуазии не проходил «гладким демократическим курсом» и не отразился на формировании парламентской политической системы в конце войны за независимость, что было бы логическим завершением внутри- и внешнеполитической борьбы в Греции. Напротив, несмотря на постепенное создание централизованного государства, последствия 7-летней национально-освободительной борьбы, катастрофическая экономическая ситуация и анархия (грабеж, пиратство) в значительной степени определили политическую расстановку сил [19]. По Г. Милиосу: «… с окончанием вооруженной освободительной борьбы возникло состояние «катастрофического равновесия»: ни одна политическая сила не была настолько сильной, чтобы успешно претендовать на политическую гегемонию над другими. В то же время ни одна политическая сила не была настолько «слабой», чтобы допустить господство другой» (пер. с греч.).

В революционный период сформировались два политических течения: буржуазно-либеральное, нацеленное на политическое объединение освобожденных греческих районов на основе буржуазно-демократических институтов Западной Европы, и федеральное, выступавшее за сохранение местных властей [20]. Первое направление представляли ведущие общественно-политические силы островов и военных лидеров Центральной Греции, другое – в основном пролетарии из Пелопоннеса. Политико-институциональная организация, возникшая в результате стратегии пелопоннесских лидеров [21], больше соответствовала федеративному типу буржуазного государственного образования, в котором сенат Пелопоннеса, образованный в мае 1821 г., сохранял бы автономию от органов и решений центрального правительства. Такое мнение не укладывалось в политику создания единого гособразования с централизованной властью, проводившуюся буржуазно-либеральным крылом новогреческого государства.

Вопрос об административно-территориальном делении Греции также являлся спорным у представителей префектур Пелопоннеса с военными лидерами из буржуазно-либерального крыла, поскольку «военная партия» стремилась сформировать более централизованный административный механизм, что подорвало бы местную власть пелопонесской элиты. Согласно учредительной декларации [22], пелопоннесский сенат требовал политического контроля над вверенной зоной ответственности, т.е. над всем полуостровом. Гипотетически, при развитии этого сценария, сохранилась бы предыдущая структура власти, поскольку сенат создал 24 общих налоговых управления, находившихся в полном соответствии с предыдущими провинциями для каждой общины, и пелопоннесский административный орган соответствовал бы османской системе органов исполнительной и распорядительной власти. Однако военная элита рассматривала освобожденные обширные территориальные районы как существовавший децентрализованный административный механизм в рамках новой провинциальной организации налоговых органов, а не с отдельными общинами предыдущей административной системы.

По предложению политических партий, стремившихся сформировать централизованное государство, в качестве альтернативы пелопоннесскому сенату в ноябре 1821 г. были сформированы местные власти в Западной и Восточной частях Центральной Греции. Так была учреждена Ассамблея Западного Херсоса (название округа) с центром в г. Месолонгионе и сенатом в качестве его политического и административного органа, а ее участники провозгласили ими созданный руководящий орган как временную администрацию, которая прекратит свое существование с образованием центральной политической власти.

Проведение Первого национального собрания в Эпидавре в декабре 1821 г., насчитывавшего 59 участников, ознаменовано принятием первой конституции Греции и объявлением Временного правительства от 1 января 1822 г. под управлением Александроса Маврокордатоса. В содержании первого основного свода законов новообразованного государства было отражено «окончание османского господства» и объявлена независимость греческой нации. На освобожденных территориях Греции вводилась республиканская форма правления (хотя термин «республика» тогда не употреблялся). По смыслу, «первая греческая республика» [23] использовалась для обозначения первой политической формы организации эллинского общества во время войны за независимость от Османской империи. Формально эта была попытка создания временной правительственной и военной организации до будущего формирования национального парламента.

Победа либерально-буржуазной идеологии, отразившейся в содержании конституции, была не безоговорочной: паритет с региональными администрациями, одна из которых (Пелопоннес) верховенство власти видела в руках своих лидеров, свидетельствовал о нестабильности этой гегемонии. Не случайно, что в первом нормативно-правовом акте, обладавшим наивысшей юридической силой, парламент, в котором большинство имели пелопоннесские лидеры, был наделен крайне ограниченными полномочиями. Было ясно, что местные органы власти (региональные администрации) были не способны ни решить проблемы внутриполитической борьбы, ни выстроить институты власти. Не только по локальным, но и глобальным причинам – общее развитие революционных событий и необходимость в консолидации законов, отвечавших требованиям государственной авторитарной организации и единого управляющего органа – появилась потребность в большей сплоченности в политических процессах.

Конституционное равноправие между законодательной и исполнительной властями, отражавшая стремление военных лидеров революции, пелопоннесской элиты и материковой знати к сохранению политического баланса, привела к параличу законотворческой процедуры. Вдобавок к этому, поддержка революционного движения и сопряженные с ним трудности препятствовали работе конституции в полной мере.

Во время Второго национального собрания в Астросе в апреле 1823 г. политическое влияние пелопоннесских лидеров еще больше уменьшилось, поскольку региональные (местные) политические органы были упразднены в процессе борьбы с многоначалием в рамках создания институтов единого государства. Иначе говоря, членами собрания был взят курс на укрупнение муниципа-литетов с целью пресечения произвола региональных властей и устранения «трения» между их лидерами.

Политическая нестабильность 1823-1824 гг., сопровождавшаяся двумя гражданскими войнами, привела к поражению пелопоннесских лидеров – событие (факт), ознаменовавшее конец их автономной роли. С тех пор лидеры Пелопоннеса были интегрированы в армию и на руководящие должности государственного механизма, к началу 1825 г. набравшего мощь единого тренда консолидации власти.

Итак, среди проблем в организации государственного механизма в Греции в революционный период имело место отсутствие четких планов государственного развития. Наблюдалась ситуация, при которой в основе действий и решений, имевших общесоциальное значение, оказывались интересы групп давления. В попытках греческих общин отсутствовал какой-либо экономический и продуктивный взгляд на роль административного механизма в развитии производственных сил общества. Узкогрупповые интересы пелопонесских лидеров преобладали перед интересами всего греческого общества – одна из распространенных проблем механизма государства переходного периода, заключающаяся в доминировании индивидуальных интересов над общими. И состояние «катастрофического равновесия» препятствовало принятию и не способствовало исполнению единого нормативно-правового акта, регулятивное воздействие которого было бы направлено на установление и закрепление порядка формирования и функционирования базовых звеньев государственного механизма.

Библиография
1.
Общая характеристика проблем механизма государства // Научный словарь-справочник по техническим и гуманитарным дисциплинам [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://spravochnick.ru/pravo_i_yurisprudenciya (дата обращения: 02.07.2020 г.).
2.
Παναγιὼτης Βασιλὰκις. Η τοπικὴ αυτοδισὶκηση στον ελλινικὸ κοινωνικὸ σχηωατισμὸ. – Αθὴνα, 2017. – σ. 23.
3.
Επεξεργασία στοιχείων πίνακα που παραθέτει ο Todorov N. με βάση δημοσιεύσεις του Barkan O., στο Δ.Ν. Καρύδης, Χωρογραφία Νεωτερική. – Αθὴνα, 2014. – σ. 62.
4.
Σαντζάκια της νότιας Ρούμελης, 1520-1530. Συνολικός αριθμός εστιών και σύνθεση του πληθυσμού τους κατά εθνικές/θρησκευτικές κατηγορίες.
5.
Политическая организация греческого общества // Информационный ресурс [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://lektsii.org/9-57793.html (дата обращения: 03.07.2020 г.).
6.
Παπαρρηγόπουλος Κωνσταντίνος. Ιστορία του ελληνικού έθνους, Βιβλίον ΙΔ΄. - Αθήνα, 1971. - σ. 129-130.
7.
Όπως αναφέρει ο Μοσχοβάκης Νικόλαος, Το εν Ελλάδι Δημόσιον Δίκαιον επί Τουρκοκρατίας, Διατριβή επί Υφηγεσία. - Αθήνα, 1982. - σ. 76.
8.
Τσοποτός Δημήτρης Κ. Γή και γεωργοί της Θεσσαλίας, κατά την τουρκοκρατίαν. - Αθήνα, 1983. - σ. 230.
9.
Πουλαντζάς Νίκος. Το κράτος, η εξουσία, ο σοσιαλισμός. - Αθήνα, 2001. - σ. 143.
10.
Νικολόπουλος Η. Δομές και θεσμοί στην τουρκοκρατία. - Αθήνα, 2009. - σ. 95-96.
11.
Щетинина Д.П. Влияние неоднородности экономического пространства на индикаторы региональной динамики: автореферат дисс. соиск. уч. ст. к.э.н. – Ростов-на-Дону, 2006. С. 17-18
12.
Семенов Ю.И. Теория общественно-экономических формаций и всемирная история [Текст] / Ю.И. Семенов // Общественно-экономические формации. Проблемы теории. – М., 1978. – С. 55-89.
13.
Илюшкевич В.П. Теория стадийного развития общества (история и проблемы) [Текст] / В.П. Илюшкевич. – М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1996. – С. 46.
14.
Крадин Н.Н. Проблемы периодизации исторических макропроцессов [Текст] / Н.Н. Крадин // История и Математика: Модели и теории; отв. ред. Л.Е. Гринин, А.В. Коротаев, С.Ю. Малков. – М.: ЛКИ/URSS, 2008. – С. 166-200.
15.
Τομαρά – Σιδέρη Μ. Η Ελληνική Τοπική Αυτοδιοίκηση. - Αθήνα, 1999. - σ. 97.
16.
Σταυρόπουλος Θ. Ιστορική ανάλυση του αγροτικού ζητήματος. - Αθήνα, 1979. - σ. 331.
17.
Μπαμπούνης Χάρης. Τοπική αυτοδιοίκηση και ελλαδικός χώρος. - Θεσσαλονίκη, 2007. - σ. 29-30.
18.
Filippov M., Ordeshook P.C. and Shvetsova O. Designing Federalism: A Theory of Self-Sustainable Federal Institutions. N. Y.: Cambridge University Press, 2004. - P. 85-99.
19.
Μηλιός Γ. Ο ελληνικός κοινωνικός σχηματισμός. - Θεσσαλονίκη, 2016. - σ. 273-275, 293.
20.
Τσουκαλάς Γιώργος. «Οι εγγενείς αδυναμίες των Εθνοσυνελεύσεων και των Προσωρινών Κυβερνήσεων και οι επιπτώσεις τους στην εκπαίδευση της επαναστατικής περιόδου (1821-1827)». - Ιούνιος, 2006. - Eπιστημονικό Bήμα, τ. 6. - σ. 16-17.
21.
Σταματόπουλος Τάκης Αργ. Ο εσωτερικός αγώνας – πριν και κατά την επανάσταση του 1821, Τ. Α΄. - Αθήνα, 1978. - σ. 239-240, 252.
22.
Μάμουκας Ανδ. Ζ. Τα κατά την αναγέννησιν της Ελλάδος – Ήτοι συλλογή των περί την αναγεννώμενην Ελλάδα συνταχθέντων πολιτευμάτων, νόμων και άλλων επίσημων πράξεων, από του 1821 μέχρι τέλους του 1832. - Αθήνα, 1839. - σ. 3-4, 10, 12-13, 25.
23.
Петрунина О.Е. Греческая нация и государство в XVIII-XX в.: Очерки политического развития [Текст] / О.Е. Петрунина. – М.: КДУ Москва, 2010. – С. 136-141.
References (transliterated)
1.
Obshchaya kharakteristika problem mekhanizma gosudarstva // Nauchnyi slovar'-spravochnik po tekhnicheskim i gumanitarnym distsiplinam [Elektronnyi resurs]. – Rezhim dostupa: https://spravochnick.ru/pravo_i_yurisprudenciya (data obrashcheniya: 02.07.2020 g.).
2.
Παναγιὼτης Βασιλὰκις. Η τοπικὴ αυτοδισὶκηση στον ελλινικὸ κοινωνικὸ σχηωατισμὸ. – Αθὴνα, 2017. – σ. 23.
3.
Επεξεργασία στοιχείων πίνακα που παραθέτει ο Todorov N. με βάση δημοσιεύσεις του Barkan O., στο Δ.Ν. Καρύδης, Χωρογραφία Νεωτερική. – Αθὴνα, 2014. – σ. 62.
4.
Σαντζάκια της νότιας Ρούμελης, 1520-1530. Συνολικός αριθμός εστιών και σύνθεση του πληθυσμού τους κατά εθνικές/θρησκευτικές κατηγορίες.
5.
Politicheskaya organizatsiya grecheskogo obshchestva // Informatsionnyi resurs [Elektronnyi resurs]. – Rezhim dostupa: https://lektsii.org/9-57793.html (data obrashcheniya: 03.07.2020 g.).
6.
Παπαρρηγόπουλος Κωνσταντίνος. Ιστορία του ελληνικού έθνους, Βιβλίον ΙΔ΄. - Αθήνα, 1971. - σ. 129-130.
7.
Όπως αναφέρει ο Μοσχοβάκης Νικόλαος, Το εν Ελλάδι Δημόσιον Δίκαιον επί Τουρκοκρατίας, Διατριβή επί Υφηγεσία. - Αθήνα, 1982. - σ. 76.
8.
Τσοποτός Δημήτρης Κ. Γή και γεωργοί της Θεσσαλίας, κατά την τουρκοκρατίαν. - Αθήνα, 1983. - σ. 230.
9.
Πουλαντζάς Νίκος. Το κράτος, η εξουσία, ο σοσιαλισμός. - Αθήνα, 2001. - σ. 143.
10.
Νικολόπουλος Η. Δομές και θεσμοί στην τουρκοκρατία. - Αθήνα, 2009. - σ. 95-96.
11.
Shchetinina D.P. Vliyanie neodnorodnosti ekonomicheskogo prostranstva na indikatory regional'noi dinamiki: avtoreferat diss. soisk. uch. st. k.e.n. – Rostov-na-Donu, 2006. S. 17-18
12.
Semenov Yu.I. Teoriya obshchestvenno-ekonomicheskikh formatsii i vsemirnaya istoriya [Tekst] / Yu.I. Semenov // Obshchestvenno-ekonomicheskie formatsii. Problemy teorii. – M., 1978. – S. 55-89.
13.
Ilyushkevich V.P. Teoriya stadiinogo razvitiya obshchestva (istoriya i problemy) [Tekst] / V.P. Ilyushkevich. – M.: Izdatel'skaya firma «Vostochnaya literatura» RAN, 1996. – S. 46.
14.
Kradin N.N. Problemy periodizatsii istoricheskikh makroprotsessov [Tekst] / N.N. Kradin // Istoriya i Matematika: Modeli i teorii; otv. red. L.E. Grinin, A.V. Korotaev, S.Yu. Malkov. – M.: LKI/URSS, 2008. – S. 166-200.
15.
Τομαρά – Σιδέρη Μ. Η Ελληνική Τοπική Αυτοδιοίκηση. - Αθήνα, 1999. - σ. 97.
16.
Σταυρόπουλος Θ. Ιστορική ανάλυση του αγροτικού ζητήματος. - Αθήνα, 1979. - σ. 331.
17.
Μπαμπούνης Χάρης. Τοπική αυτοδιοίκηση και ελλαδικός χώρος. - Θεσσαλονίκη, 2007. - σ. 29-30.
18.
Filippov M., Ordeshook P.C. and Shvetsova O. Designing Federalism: A Theory of Self-Sustainable Federal Institutions. N. Y.: Cambridge University Press, 2004. - P. 85-99.
19.
Μηλιός Γ. Ο ελληνικός κοινωνικός σχηματισμός. - Θεσσαλονίκη, 2016. - σ. 273-275, 293.
20.
Τσουκαλάς Γιώργος. «Οι εγγενείς αδυναμίες των Εθνοσυνελεύσεων και των Προσωρινών Κυβερνήσεων και οι επιπτώσεις τους στην εκπαίδευση της επαναστατικής περιόδου (1821-1827)». - Ιούνιος, 2006. - Eπιστημονικό Bήμα, τ. 6. - σ. 16-17.
21.
Σταματόπουλος Τάκης Αργ. Ο εσωτερικός αγώνας – πριν και κατά την επανάσταση του 1821, Τ. Α΄. - Αθήνα, 1978. - σ. 239-240, 252.
22.
Μάμουκας Ανδ. Ζ. Τα κατά την αναγέννησιν της Ελλάδος – Ήτοι συλλογή των περί την αναγεννώμενην Ελλάδα συνταχθέντων πολιτευμάτων, νόμων και άλλων επίσημων πράξεων, από του 1821 μέχρι τέλους του 1832. - Αθήνα, 1839. - σ. 3-4, 10, 12-13, 25.
23.
Petrunina O.E. Grecheskaya natsiya i gosudarstvo v XVIII-XX v.: Ocherki politicheskogo razvitiya [Tekst] / O.E. Petrunina. – M.: KDU Moskva, 2010. – S. 136-141.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

на статью Роль общин в условиях формирования первого государственного механизма Греции 1821-1824 гг. Название отчасти соответствует содержанию материалов статьи. В названии статьи условно просматривается научная проблема, на решение которой направлено исследование автора. Рецензируемая статья представляет относительный научный интерес. Автор не разъяснил выбор темы исследования и не обосновал её актуальность. В статье не сформулирована цель исследования, не указаны объект и предмет исследования, методы, использованные автором. На взгляд рецензента, основные элементы «программы» исследования автором не вполне продуманы, что отразилось на его результатах. Автор не представил результатов анализа историографии проблемы и не сформулировал новизну предпринятого исследования, что является существенным недостатком статьи. При изложении материала автор избирательно продемонстрировал результаты анализа историографии проблемы в виде ссылок на актуальные труды по теме исследования. Апелляция к оппонентам в статье отсутствует. Автор не разъяснил выбор и не охарактеризовал круг источников, привлеченных им для раскрытия темы. Автор не разъяснил и не обосновал выбор хронологических рамок исследования. Автор не разъяснил и не обосновал выбор географических рамок исследования. На взгляд рецензента, автор не сумел грамотно использовать источники, выдержать научный стиль изложения, грамотно использовать методы научного познания, соблюсти принципы логичности, систематичности и последовательности изложения материала. Вместо вступления автор сообщил, что «греческое государство расширяло международную торговлю в пределах Порты, постепенно превращавшись в капиталистический центр» и «политического защитника» региона». Что именно автор понимает под словами «вассальное греческое государство» в «начале XIX в.», осталось неясно. До 1830 г. области Греции являлись частью Османской Турции. В основной части статьи автор некорректно сообщил, что «особую роль в процессе перехода от общественных отношений к местной политической власти сыграли общины (сообщества, советы) греков». Что означает термин «община» в данном случае и почему его синонимами являются «сообщества» и «советы», осталось неясно. Затем автор неясно заявил о том, что «в современной греческой историографии основоположником этой точки зрения является К. Папарригопулос, считавший, что общины во время османского правления были подлинным продуктом национальных традиций» и т.д. Автор заявил название рисунка «Территориальное деление вассального греческого государства в Османской империи в конце XVIII в.». Рисунок в статье отсутствует. Автор представил читателю таблицу «Отношение между немусульманским/мусульманским населением на греческой территории Османской империи в конце XVIII в.», имея ввиду соотношение численности двух групп населения в 9 «местностях» Греции. Автор сообщил, что другой греческий исследователь – Н. Мосховакис, указал на происхождение института общины в «византийский период» и затем внезапно сосредоточился на разъяснении мысли о том, что «понятие «преемственности» обнаруживает четкие пропорции в представлениях многих современных греческих историографов о роли организации общины на греческом пространстве в период османского правления» т.д., неожиданно заключив, что «процесс распада производственно-экономической системы османской империи… пошел на пользу социально-экономическим отношениям вассальной эллинской территории». Последующие мысли автор изложил совершенно неясно, использовав некорректные и крайне неудачные выражения: «Трансформация экономических отношений на территории южной Греции сформировала политические условия для управления новыми общественными отношениями, преимущественно преобразовав их в буржуазные», «эта новая политическая и экономическая роль доминирующих слоев при распаде имперской административной и налоговой системы основывалась на основных характеристиках экономического пространства (плотности, размещении и связанности) южной области Греции и выражалась в политических механизмах общинных групп, сообществ и городов» т.д.; «В период 1821-1827 гг. различные «политические механизмы» на местах формировали примитивную политическую систему квазигосударственной структуры, форма и содержание которой определились окончанием революционного процесса» т.д., «В рамках постоянной борьбы социальных групп за форму и содержание власти внутри греческого государства в течение переходного периода первых лет его функционирования – с точки зрения теоретических подходов к созданию госмеханизма – эта общественная формация не способна была к восприятию радикальной трансформации и новым функциям административных структур в контексте нового и единого буржуазного государства», «если бы политическая власть дореволюционного периода имела форму единого центрального государственного механизма в рамках организованной буржуазии или форму «федерального» государственного образования, то новогреческое государство было бы сформировано в результате фрагментации политической власти предыдущего периода» и т.д. Завершив неудачное описание и характеристику политических процессов в Греции, автор неожиданно сообщил, что «26 мая 1821 г., по инициативе Месининского сената (по названию города) представители полуострова сформировали сенат Пелопоннеса» и что «эта политико-институциональная организация» (?) «больше соответствовала федеративному типу буржуазного государственного образования» (?). Следующую мысль автор также изложил неясно: «Спор об административно-территориальном делении и форме, которую принял государственный механизм, был также выражен в столкновении префектур Пелопоннеса с военными лидерами» и т.д. Автор стремился изложить некоторые обстоятельства данной политической конкуренции, но реализовать исследовательскую задачу не смог, заключив, в частности, что «Основное различие между предложениями, представленными обеими сторонами, касалось уровня формирования группы лиц, выделенной для местного управления субрегионами» (?!). Автор продолжил крайне фрагментарное описание споров о государственном устройстве Греции, неожиданно завершив сюжет перечислением содержания некоторых статей «временной конституции Греции», заключив, что «победа либерально-буржуазной идеологии, отразившейся в содержании конституции, была не безоговорочной: паритет с региональными администрациями, одна из которых (Пелопоннес) верховенство власти видела в руках своих лидеров, свидетельствовал о нестабильности этой гегемонии» (?!) и вновь совершенно неясно заметив, что «первая конституция создавалась под большим влиянием законодательных новаций времен Великой французской революции, но избегала либеральных принципов (чтобы не тревожить Священный союз)». Далее автор сообщил, что «во время Второго национального собрания в Астросе в апреле 1823 г. политическое влияние пелопоннесских лидеров еще больше уменьшилось» т.д., что «постановление 38 от 16 апреля 1823 г. в сочетании со статьями греческой конституции образца 1823 г. … ослабило провинциальную (районную) систему из-за ее двойной зависимости от законодательной и исполнительной ветвей в управлении государственными делами» т.д. и что «политическая нестабильность 1823-1824 гг., сопровождавшаяся двумя гражданскими войнами, привела к поражению пелопоннесских лидеров – событие (факт), который ознаменовал конец их автономной роли». Автор резюмировал, что «к началу 1825 г. и общины (сообщества, советы) вовсе перестали собираться в силу набиравшего мощь единого тренда консолидации власти». Термин «советы» автор употребил в третьем и двух предпоследних абзацах. В статье встречаются множественные ошибки/описки, как-то: «благоприятствовавшим идеи обособления», «сохранили социально-экономическую и военно-политическую (в том числе и разведывательную) деятельности», «османской империи» и т.д., неудачные или некорректные выражения, помимо указанных ранее, как-то: «греческое государство расширяло международную торговлю в пределах Порты, постепенно превращавшись в капиталистический центр с необходимыми экономическими предпосылками для выступления против центральной власти в качестве «политического защитника» региона, оторванного от паутины ранее существовавших производственных отношений», «увеличение численности греческого населения на протяжении XVIII в., и, как следствие, отношения немусульманского населения к имперской нации на завоеванной эллинской территории», «в процессе перехода от общественных отношений к местной политической власти», «Такой подход вытекает из идеологической позиции», «османского тоталитарного государства», «буржуазного государственного механизма» и т.д. Выводы, позволяющие оценить научные достижения автора в рамках проведенного им исследования, в статье отсутствуют. Заключительные абзацы статьи не проясняют цель исследования. На взгляд рецензента, потенциальная цель исследования автором не достигнута. Публикация в данном виде не может вызвать интерес у аудитории журнала. Статья требует существенной доработки, прежде всего, в части формулирования ключевых элементов программы исследования и соответствующих им выводов.

Результаты процедуры повторного рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Распад соцлагеря и Советского Союза привел к возникновению на политической карте Евразии новых государств, каждое из которых стремится создать эффективный государственный механизм, должным образом способный ответить на различные вызовы. Известно, что сегодня, даже спустя 30 лет после фактического распада единого пространства на 1/6 части суши, различные эксперты - политологи, философы, экономисты - используют такой термин, как "несостоявшиеся государства", применяя его и к Кыргызстану, и к Таджикистану, и даже к Украине. Впрочем, история знает сотни примером вновь созданных государств, которые по тем или иным причинам не выдерживали испытание временем и исчезали с карты мира. Однако прошлое дает и позитивные примеры того, как находясь в сложной ситуации новые государственные образования в конечном итоге справились с целым рядом неблагоприятных как внутренних, так и внешних факторов, доказав свою жизнестойкость. И здесь представляет интерес изучение исторического опыта новогреческого государства, первым на Балканском полуострове сумевшем добиться независимости от османского ига. Напомним, что череда восстаний в 1820-е гг. привлекла многих прогрессивных деятелей Европы, в том числе Д.Г. Байрона, много сделавшего для консолидации разрозненных греческих сил и сказавшего перед смертью: "Бедная Греция!.. я отдал ей время, состояние, здоровье!.. теперь отдаю ей и жизнь!» Указанные обстоятельства определяют актуальность представленной на рецензирование статьи, предметом которой является организация государственного механизма в Греции в революционный период 1820-х гг. Автор ставит своими задачами проанализировать механизм формы организации греческого общества, освобождавшегося от османского ига, определить основные группы интересов, а также показать потребность сплоченности греческого общества в рассматриваемый период. Работа основана на принципах историзма, достоверности, объективности, методологической базой исследования выступает системный подход, в основе которого находится рассмотрение объекта как целостного комплекса взаимосвязанных элементов. Научная новизна статьи заключается в самой постановке темы: автор стремится охарактеризовать основные процессы формирования первого государственного механизма новогреческого государства во время борьбы за независимость в 1820-е гг. Рассматривая библиографический список статьи, как позитивный момент следует отметить его масштабность и разносторонность: всего список литературы включает в себя 23 различных источника и исследования. Специфика тематики рецензируемой работы обусловила использование зарубежной литературы, в том числе на новогреческом языке. Из привлекаемых автором трудов укажем как на общетеоретические исследования (Ю.И. Семенов, В.П. Илюшкевич, Н.Н. Крадин), так и на исследования О.Е. Петруниной и греческих специалистов, в центре внимания которых находится политическое развитие Греции в первой трети XIX в. Укажем от себя, что библиография обладает важностью как с просветительской, так и с научной точки зрения: после прочтения текста статьи читатели могут обратиться к другим материалам по ее теме. В целом, на наш взгляд, комплексное использование различных источников и исследований позволило автору должным образом раскрыть поставленную тему. Стиль написания статьи можно отнести к научному, вместе с тем доступному для понимания не только специалистам, но и широкой читательской аудитории, всем, кто интересуется как формированием государственных механизмов во вновь возникающих образованиях, в целом, так и историей создания новогреческого государства, в частности. Апелляция к оппонентам представлена на уровне собранной информации, полученной автором в ходе работы над темой статьи. Структура работы отличается определенной логичностью и последовательностью, в ней можно выделить введение, основную часть, заключение. В начале автор определяет актуальность темы, показывает, что в рамках изучения истории государства и права значительный "интерес вызывает причинно-следственная связь внутренних и внешних (при наличии) обстоятельств, способствовавших формированию государственного механизма с целью выявления проблем в его организации и функционировании". По мнению автора рецензируемой статьи в этой связи интересно новогреческое образование в 1820-е гг., так как "первый механизм формы организации греческого общества, освобождавшегося от османского ига, был сопряжен с трудностями единства и целостности территории, проблемой разрозненности аппарата управления (и здесь важно проанализировать роль греческих общин как формы социально-политической организации греков на местах) и отсутствием четкого плана развития Греции". В работе обращается внимание на то, что "постепенная замена производственных отношений на территории Османской империи на капиталистические в районах южной Греции – на фоне общего упадка Порты – в конечном итоге сформировали необходимые политические, экономические и идеологические условия для успешного исхода эллинской национальной интеграции, начавшейся с революции 1821 г. и воплотившейся в новое автономное греческое государство". Автор подробно останавливается на особой позиции пелопонесских лидеров, настаивавших на федерализации страны, чьи интересы "преобладали перед интересами всего греческого общества – одна из распространенных проблем механизма государства переходного периода, заключающаяся в доминировании индивидуальных интересов над общими". Главным выводом статьи является то, что "среди проблем в организации государственного механизма в Греции в революционный период имело место отсутствие четких планов государственного развития", так как "в основе действий и решений, имевших общесоциальное значение, оказывались интересы групп давления". Представленная на рецензирование статья посвящена актуальной теме, снабжена таблицей и рисунком, вызовет читательский интерес, а ее материалы могут быть использованы как в курсах лекций по политологии и новой и новейшей истории Европы и Америки, так и в различных спецкурсах. Cтатья может быть рекомендована для публикации в журнале "Юридические исследования".
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"