Статья 'Распространение КОВИД-19 как обстоятельство непреодолимой силы в контексте освобождения от гражданско-правовой ответственности' - журнал 'Право и политика' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > Требования к статьям > Политика издания > Редакция журнала > Порядок рецензирования статей > Редакционный совет > Ретракция статей > Этические принципы > О журнале > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Право и политика
Правильная ссылка на статью:

Распространение КОВИД-19 как обстоятельство непреодолимой силы в контексте освобождения от гражданско-правовой ответственности

Вронская Мария Владимировна

кандидат юридических наук

доцент, Владивостокский государственный университет экономики и сервиса

690014, Россия, г. Владивосток, Приморский Край, ул. Баляева, 42, кв. 119

Vronskaya Mariya Vladimirovna

PhD in Law

Associate Professor at the Department of Private Law of Vladivostok State University of Economics and Service 

690014, Russia, Vladivostok, Primorsky Krai, 42 Balyaeva str., sq. 119

m.vronskaya@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2454-0706.2022.11.39084

EDN:

HZQUJE

Дата направления статьи в редакцию:

26-10-2022


Дата публикации:

02-11-2022


Аннотация: Предметом исследования в данной работе является трансформация практики применения законодательства, регулирующего основания освобождения от гражданско-правовой ответственности в период пандемии. Авторы подробно анализируют содержание таких смежных категорий: «непреодолимая сила», «форс-мажор» и «форс-мажорная оговорка». В статье освещены особенности освобождения от гражданско-правовой ответственности в силу непреодолимых обстоятельств, их доктринальное уяснение, соотношение дефиниций. Отдельно проанализированы материалы правоприменительной практики споров, связанных с неисполнением обязательств по причине введения режима ограничительных мер, связанных с распространением КОВИД-19, в конктексте выявления природы таких ограничительных мер и возможности их отнесения к форс-мажорным обстоятельствам, освобождающим от гражданско-правовой ответственности. Новизна исследования определяется незначительным количеством научных трудов, широким кругом правовых проблем, возникших в результате многочисленной судебной практики исполнения обязательств в условиях реализации ограничительных мер и режима самоизоляции в контексте противодействия распространению COVID-19 . Особое внимание уделяется анализу нормативно правовых актов, определяющих особенности реализации договорных обязательств между контрагентами ввиду введения ограничительных мер в период пандемии, формулируются авторские выводы и предложения. Основными выводами автора являются: пандемия COVID-19 сама по себе не относится к обстоятельству непреодолимой силы, но в качестве разновидности форс-мажора квалифицируется российскими судами, в связи с чем авторы полагают необходимым предложить новую редакцию ст.401 ГК РФ.


Ключевые слова:

непреодолимая сила, ограничения, режим изоляции, гражданская ответственность, гражданские правоотношения, судебная практика, неисполнение, доказательства, гражданское законодательство, политические риски

Abstract: The subject of the study in this paper is the transformation of the practice of applying legislation regulating the exemption from civil liability during the pandemic. The authors analyze in detail the content of such related categories: "force majeure" and "force majeure clause". The article highlights the features of exemption from civil liability due to insurmountable circumstances, their doctrinal clarification, the ratio of definitions. Separately, the materials of law enforcement practice of disputes related to non-fulfillment of obligations due to the introduction of restrictive measures related to the spread of COVID-19 are analyzed in the context of identifying the nature of such restrictive measures and the possibility of their attribution to force majeure circumstances exempting from civil liability. The novelty of the study is determined by a small number of scientific papers, a wide range of legal problems that have arisen as a result of numerous judicial practice of fulfilling obligations in the context of the implementation of restrictive measures and self-isolation regime in the context of countering the spread of COVID-19. Special attention is paid to the analysis of normative legal acts defining the specifics of the implementation of contractual obligations between counter-parties due to the introduction of restrictive measures during the pandemic. The main conclusions of the author are: the COVID-19 pandemic itself does not relate to a force majeure circumstance, but is qualified by Russian courts as a kind of force majeure, in connection with which the authors consider it necessary to propose a new version of Article 401 of the Civil Code of the Russian Federation.


Keywords:

force majeure, restrictions, isolation mode, Civil responsibility, civil legalrelations, arbitrage practice, default, proof of, civil law, political risks

Пандемия COVID-19 породила массу запретов и ограничений по всему миру, значительно пострадали сферы гостиничного, туристического, ресторанного бизнеса, появились проблемы с транспортными перевозками из-за закрытия границ, а многие индустрии, которые ранее имели положительную тенденцию развития, столкнулись с огромными финансовыми убытками, их причиной послужил период всеобщей самоизоляции, большинство компаний было вынуждено осуществить массовый перевод сотрудников на дистанционный режим работы. Существенный урон был нанесен организациям, чья деятельность предполагает оказание «очных» услуг населению [1].

В связи с этими, существенными изменениями, наряду со снизившимся курсом рубля и падением цен на нефть на тот момент, стоит отнести финансовые риски предпринимательского сектора экономики. Множество экспертов высказало свои положения и прогнозы о том, как изменится мир и общество после пандемии, однако стоит понимать, что привычная для всех картина мира явно будет перестроена, что позволит цивилизации открыть новые пути развития устойчивого цивилизационного развития [2].

В сложившейся ситуации, одну из наиболее значимых ролей в области социального регулирования будет иметь право, которое будет иметь отношение к вопросам публичного и частноправового характера. Наиболее значимой и распространенной проблемой в сфере гражданского (имущественного) оборота в эпоху пандемии стало неисполнение договорных обязательств [3].

Функционирование имущественного оборота столкнулось с массой препятствий, которые обуславливают затруднение надлежащего и своевременного исполнения обязательств. Урегулировать вопрос стало возможным применяя п.3 ст. 401 ГК РФ [4], который гласит об освобождении от ответственности вследствие действия непреодолимой силы, иными словами «форс-мажор». При этом особенности предпринимательской деятельности исходят из того, что профессиональные субъекты-предприниматели несут повышенный рисковый характер ответственности даже за случайное и безвиновное нарушение [5, с. 373]. В этом контексте интерес представляет доктрина и практика применения «обстоятельств непреодолимой силы», позволяющих применить п.3 ст.401 ГК РФ к предпринимательским обязательствам в контексте распространения новых экономических, эпидемиологических и политических рисков и угроз.

Зарождение учений о том, что принято называть непреодолимой силой, необходимо связывать с римским правом, здесь, выражение «vis major, damum fatale, casus major» относилось к договорам имущественного характера, будь то купля-продажа, займ, подряд и др. [4]. Юристы, в свою очередь, определяли непреодолимую силу как событие, повлиять на исход которого не представляется возможным, чаще всего это различные природные катаклизмы – наводнение, засуха, землетрясение и т. п., реже, события, связанные с человеческим фактором, к примеру, нападение разбойников [6].

Первоначальные убеждения римлян о непреодолимой силе далее составили две основные теории – объективную и субъективную, которые на много лет вперед представили собой почву для работ ученых.

Субъективная теория относит к обстоятельствами непреодолимой силы те ситуации, которые субъект не в силах преодолеть, даже максимально приложив к этому все усилия, другими словами, это «фактические обстоятельства, которые, по мнению, судьи не могли быть предусмотрены и предотвращены при самой большой степени внимательности и предусмотрительности» [7]. Таким образом, эта теория гласит о том, что любое обстоятельство может считаться непреодолимой силой при условии приложения всех стараний.

Основоположником учений об объективной теории принято считать Адольфа Экснера, который будучи выдающимся юристом дал толкование категории «непреодолимая сила» прежде всего, как обстоятельства, которому в большей степени присуща чрезвычайность, выходящая в свою очередь из рамок всякого предмета. Характеризуя чрезвычайность, стоит использовать такие категории как масштаб и известность в широких массах населения, яркими примерами, попадающими под данные черты, являются межгосударственные конфликты, пандемии и стихийные бедствия, все то, что не имеет таких характеристик, стоит причислять к категории «казус». Последователи немецкого юриста выделяют внешний распознаваемый критерий, абсолютно не зависящий от воли субъектов [8].

В дореволюционной России определение категории «непреодолимой силы» было весьма затруднительным, поскольку научные деятели, работающие над этим вопросом, относились к разным правовым направлениям. Так, объективной теории придерживались В.Л. Исаченко и В.В. Исаченко, которые писали: «не вменяются должнику просрочка вследствие воздействия непреодолимой силы, но лишь тогда, когда последняя не могла быть не только предотвращена, но и предусмотрена» [9, с. 268]. В.И. Синайский, тоже будучи приверженцем объективной теории, определял непреодолимую силу как неожиданное событие, за которое никто по закону не несет ответственности [10, с. 213].

Институт непреодолимой силы в двадцатом веке обрел двоякую, размытую характеристику, с одной стороны русские цивилисты, труды которых развивали данную категорию, с другой, приверженцы позиции о необходимости исключения вовсе данного института. Так, Каравайкин А.А. замечал, что к данной категории, возможно причисление абсолютно любого явления [11]. В конечном итоге позиция отчуждения категории непреодолимой силы оказалось неактуальной, и впоследствии приобрела характер правовой нормы как в ГК РСФСР 1922 г. (ст. ст. 132, 404) [12, ст. ст. 132, 404], так и в ГК РСФСР 1964 г. (ст. ст. 48,404) [13, ст. ст. 48,404].

Таким образом, труды римских юристов о непреодолимой силе сохранили особую значимость и актуальность, главные признаки, такие как чрезвычайность и непредотвратимость отражаются и в наше время, как в научной литературе, так и в нормах гражданского права [11]. Однако современные авторы теоретики выделяют еще один важный признак – внешний характер происхождения. Так, С.А. Воронин указывает, что верное определение непреодолимой силы возможно только при рассмотрении индивидуальных особенностей тех или иных ситуаций при разграничении случая и непреодолимой силы с помощью критериев: «непредотвратимость, непредвидимость, чрезвычайность, чаще всего внешний характер события, причинная связь между непреодолимой силой и обстоятельствами исполнения обязательства должником» [14].

Похожей позиции придерживается Н.Ю. Голдыбин: «основными признаками обстоятельств непреодолимой силы являются непредотвратимость наступления и чрезвычайный характер обстоятельств. И чрезвычайность, и непредотвратимость могут быть отнесены как к природным явлениям стихийного характера, так и к действиям людей» [15]. Далее, следуя логике научного исследования, предметно рассмотри конкретизирующие признаки «обстоятельств непреодолимой силы».

Первостепенным признаком является внешний характер, поскольку именно он относится к моменту возникновения непреодолимой силы, и в свою очередь никак не пересекается ни с субъектом, ни с реализуемой деятельностью. Здесь, важны объективные критерии, а значит, не всякое индивидуально обособленное явление будет считаться непреодолимой силой.

Непреодолимая сила – понятие относительное, что исключает возможность приведения исчерпывающего перечня обстоятельств непреодолимой силы [16].

На основании рассмотренных существенных признаков стоит определять непреодолимую силу как внешнее, чрезвычайное обстоятельство, вредоносные последствия которого непредотвратимы при существующих условиях.

При практическом обращении к институту освобождения от гражданско-правовой ответственности, можно столкнуться с использованием еще одной общеупотребительской смежной категории – «форс-мажора». Данное понятие используется в контексте непреодолимой силы с указанием на перечень определенных обстоятельств, следовательно, соотнося категории форс-мажор и обстоятельства непреодолимой силы, следовательно предварительным выводом может стать то, что «форс-мажор» понятие более широкое, включающее «непреодолимую силу». Однако, исходя из анализа п. 6 ст. 8 Федерального закона «О закупках и поставках сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия для государственных нужд» можно прийти к выводу, что законодатель считает рассматриваемые понятия идентичными [8]. Отметим, что в этом тождестве есть смысл, только в том наряду с общей законодательной диспозицией определять договорную «форс мажорную оговорку», которая по сути своей является конкретизирующим условием, определяющим круг обстоятельств освобождения от ответственности. Это позволит исключить неоднозначное, а в ряде случаев и неправильное толкование п. 3 ст. 401 ГК РФ при заключении договоров [4].

Рассмотрим два аналогичных дела из судебной практики. Ввиду разных формулировок, в первом деле суд отказал заявителю в освобождении коммерческой организации от финансовой ответственности из-за обстоятельств непреодолимой силы [17]. В другом деле суд признал обстоятельства форс-мажорными, так как в договоре было определено, что если финансирование деятельности организации прекращается, то происходит освобождение от ответственности [18]. Тем самым, следует констатировать позитивный эффект конкретизации в договоре пункта о форс-мажорных обстоятельствах. Важным в этом плане является перечисление обстоятельств относящихся и (или) не относящихся к форс-мажорной оговорке, от них в свою очередь будет варьироваться объем ответственности.

Кроме того, нельзя забывать, что стороны могут ограничить действие п. 3 ст. 401 Гражданского кодекса РФ, что означает наступление ответственности даже при имеющемся обстоятельстве непреодолимой силы [19].

Также, ответственность будет более жестче, если к оговорке отнести только лишь некоторые обстоятельства. А.В. Латынцев указывает, что стороны нередко пренебрегают условиями договора, формулируя следующую оговорку о форс-мажорных обстоятельствах: «Стороны освобождаются от ответственности при наступлении форс-мажорных обстоятельств, к которым относятся пожары, эпидемии, военные действия, эмбарго» [11], тем самым, ограничивая непредотвратимые и чрезвычайные обстоятельства, а ответственность тем временем, будет возложена вследствие обстоятельства, не приведенного в перечне. Таким образом, более успешным является подход, где указана общая ссылка на непреодолимую силу, а также частные обстоятельства, к ней относящиеся, или нет.

Вопрос отнесения рассматриваемой в данной статье возможности причисления пандемии к обстоятельству непреодолимой силы остается открытым, поскольку немногие органы исполнительной власти признавали необходимость освобождения от гражданско-правовой ответственности ввиду распространение инфекции. Такое мнение отражалось в актах прежде всего федеральных органов исполнительной власти, однако аналогичной позиции придерживались мэр города Москвы и правительство Санкт-Петербурга, явившихся по своей сути уникальными, поскольку среди остальных субъектов Российской Федерации такая практика не была распространена. Возможно, это напрямую связано с плотностью населения, однако, когда речь идет об освобождении от гражданско-правовой ответственности, необходимо учитывать индивидуальный характер распространения болезни среди населения.

Так, Министерство финансов Российской Федерации отразило свою позицию в письме от 19.03.2020 № 24-06-06/21324, указав, что «распространение новой коронавирусной инфекции, вызванной 2019-NCOV, по мнению Минфина России, носит чрезвычайный и непредотвратимый характер, в связи с чем является обстоятельством непреодолимой силы» [20].

Федеральная антимонопольная служба Российской Федерации в письме от 18.03.2020 N ИА/21684/20 "Об условиях закупки товаров, работ у единственного поставщика в период пандемии коронавируса", сообщает, что «В связи с пандемией коронавирусной инфекции (COVID-19), указанная ситуация является обстоятельством непреодолимой силы, в связи с чем территориальным органам ФАС России необходимо учитывать данную позицию при рассмотрении жалоб, дел об административных правонарушениях, обращений о включении в реестр недобросовестных поставщиков, проведении проверок» [21].

Мэр города Москвы признал COVID-19 обстоятельством непреодолимой силы. 14 марта 2020 г. принят Указ Мэра Москвы № 20-УМ «О внесении изменений в указ Мэра Москвы от 05.03.2020 № 12-УМ» [22], где в п. 1.6 было отмечено, что «распространение новой коронавирусной инфекции (2019-пСоУ) является в сложившихся условиях чрезвычайным и непредотвратимым обстоятельством, повлекшим введение режима повышенной готовности в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера", который является обстоятельством непреодолимой силы».

Аналогичная позиция относительно Федерального закона от 21.12.1994 № 68-ФЗ [23] содержится в постановлении Правительства Санкт-Петербурга от 13.03.2020 № 121 «О мерах по противодействию распространению в Санкт-Петербурге новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» [24].

Меры сдерживания распространения новой инфекции создали для ВС РФ необходимость пересмотра особенностей применения норм гражданского, уголовного и административного законодательства в новых, кризисных условиях. В частности, обзор [25] предусматривает возможность признания складывающейся неблагополучной эпидемиологической обстановки обстоятельством непреодолимой силы, а также причисления к основаниям прекращения обязательства ввиду невозможности его исполнения ст. 416 ГК РФ [4]. Однако, Верховный суд обозначил, что «ковид» принимает статус непреодолимой силы не для всех категорий должников.

Законодательство содержит ряд условий освобождения от гражданско-правовой ответственности как для физических, так и для юридических лиц, так, граждане привлекаются к ответственности при наличии вины, а для предпринимателей существует необходимость доказывания наличия обстоятельств непреодолимой силы.

Помимо вышеизложенных условий, ВС РФ обращает внимание на необходимость объективной оценки разных характеристик – род деятельности, сроки, характер неисполненного обязательства, местоположение, наличие добросовестности и разумности в действиях должника. Так, ограничительные меры, установленные органами местного самоуправления – ограничение передвижения, отмена мероприятий, самоизоляция, все это может приобретать характер непреодолимой силы при наличии причинно-следственной связи с неисполненным обязательством. Так, если должник обрел низкую платежеспособность по обязательствам вследствие ограничения трудовой, предпринимательской деятельности, по причине введения карантинных мер, то это может послужить основанием для освобождения от ответственности в силу ст. 401 ГК РФ [4]. Важным здесь является невозможность исправления финансовых последствий.

«ВС РФ обращает внимание, что обстоятельства непреодолимой силы не прекращают обязательство, если его исполнение становится возможным после того, как они отпали. [26, п.9]».

Анализ условий признания коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы позволил выявить ключевые аспекты, которые должны быть установлены:

• наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы;

• непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы;

• наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств;

• добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для минимизации возможных рисков.

В качестве доказательств можно запросить у уполномоченных на это органов или организаций заключения либо свидетельства, которые позволят подтвердить наличие обстоятельств непреодолимой силы.

«Верховный суд Российской федерации обращает внимание на то, что те или иные меры, принятые для сдерживания распространения вируса, как например самоизоляция, являются основанием изменения и иногда расторжения договора на основании статьи 451 Гражданского Кодекса РФ [4], но только в тех случаях, когда иное не предусмотрено данным договором, или же когда его первоначальные условия существенно противоречат настоящим. В данной связи также не стоит упускать, что п. 4 ст. 451 ГК РФ указывает, что «Изменение договора в связи с существенным изменением обстоятельств допускается по решению суда в исключительных случаях, когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях» [4]. При данных условиях последствия определяются п. 3 ст. 451, п. 4 ст. 453 ГК РФ, если иное не установлено законом. Так, нарушение сроков исполнителем дает право потребителю требовать возврата уплаченной цены на основании ст. 28 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-I "О защите прав потребителей" [27].

Существуют и другие обстоятельства, в связи с которыми суды обосновывают неисполнение обязательств, возникших в результате ограничений по противодействию распространения коронавирусной инфекции, многие сталкиваются с трудным финансовым положением, вследствие чего возникает ответственность за неисполнение денежного обязательства. Рассмотрим некоторые примеры из судебной практики, чтобы более подробно осветить данную тему.

По причине тяжелого материального положения в связи с коронавирусными ограничениями, общество подало запрос в суд о рассрочке исполнения решения суда. Так, суд предоставил обществу рассрочку на определенный срок времени, признав обстоятельства, вызвавшие временные финансовые затруднения форс-мажором [28]. Однако правоприменительная практика не носит единообразный характер, при схожих обстоятельствах суды выносят иные решения. Так, суд отказал должнику, ссылаясь на отсутствие доказательств его тяжелого финансового положения, как следствие введения ограничений, а также то, что основная деятельность заявителя не входит в перечень отраслей, которым наибольшим образом пострадали от появления COVID-19 [29]. В другом деле судом было отказано должнику в отсрочке исполнения, так как перенос срока исполнения мирового соглашения не может быть утвержден в связи с введением коронавирусных ограничений - это не является основанием для отсрочки [30].

Подрядчик обратился в суд с запросом о взыскании с некоммерческой организации неустойки за задержку оплаты работ. Учреждение, в свою очередь, возражало, ссылаясь на форс-мажорные обстоятельства в виде коронавирусных ограничений, которые вызвали задержку бюджетного финансирования.

Доводы о форс-мажоре судом приняты не были, потому что между задержкой финансирования и ограничительными мерам не присутствует никакой связи [31].

Рассмотрим еще несколько примеров из судебной практики, когда из-за введения ограничения властей по противодействию распространения коронавирусной инфекции возникает отсутствие возможности исполнения обязательства в натуре.

Общество подало запрос о признании постановления о взыскании исполнительского сбора незаконным, аргументируя это тем, что согласно Постановлению Правительства РФ от 3 апреля 2020 г. № 428 общество отнесено к Перечню стратегических организаций. Помимо этого, в отношении данного общества действует мораторий касаемо дел о банкротстве. По закону, данные условия освобождают от начисления финансовых санкций и исключают исполнительский сбор в случае неисполнения требований по исполнительному листу.

Доводы общества были одобрены судом, однако постановление было признано недействительным в силу того, что исполнительский сбор относится к штрафам, он не начисляется во время действия моратория, который вводится в отношении заявителя в период с 6 апреля до 6 октября 2020 года [32].

Истец подал запрос в суд на взыскание убытков и неустойки, которые возникли из-за сверхнормативного простоя вагонов. В свое оправдание ответчик ссылался на ограничения и запреты на транзит вагонов ввиду противодействия COVID-19.

Суд удовлетворил иск, отметив отсутствие причинной связи между форс-мажором и простоем, в период ограничений не приостанавливал работу, а лишь сократил штат сотрудников. Помимо этого, в отношении продуктов питания никаких ограничений введено не было [33].

Управление Роскомнадзора подало запрос в суд на привлечение общества к ответственности по ч. 3 ст. 14.1 КоАП за просрочку предоставления отчетности за I квартал 2020 года. Общество ответило возражением, ссылаясь на форс-мажор, который возник из-за введения ограничений по распространению COVID-19.

Суд доводы общества отклонил, аргументируя это тем, что реальных доказательств отсутствия возможности предотвратить нарушение не было предоставлено [34].

Таким образом, обобщая вышеизложенное можно прийти к следующим основным выводам:

1 Анализ теории и практики, несет собой особый практический опыт, нацеленный на формирование теоретической базы в особенностях разграничений понятий непреодолимой силы, форс-мажора и форс-мажорной оговорки.

2. С целью устранения пробелов в регламентации, обозначения четких критериев для признания обстоятельствам непреодолимой силы, необходимо существенно дополнить нормы ГК РФ. Законодатель не проводит различий в дефинициях «непреодолимая сила» и «форс-мажор», полагаем ст.401 ГК РФ нуждается в уточнении. п.3 ст.401 ГК РФ изложить в следующей редакции: «Если иное не предусмотрено законом или договорной форс-мажорной оговоркой, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств, вследствие непреодолимой силы («форс-мажор»), то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

3 Само по себе введение ограничений по распространению коронавирусной инфекции не относится к «форс-мажорным» обстоятельствам, требуется установить факт сам факт возникновения и продолжительность обстоятельства, непричастность сторон к возникновенипю обстоятельств, а также причинно-следственную связь между ограничениями и невозможностью исполнения: наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы; непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы; добросовестность поведения и минимизаций риска причиненного ущерба, наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств. Доказательствами по делу будут выступать сведения о присвоении отдельных преференций, позволяющих отнести отрасль в реестр особо пострадавших, сведения и информация органов и организаций о сокращении численности сотрудников, уменьшении прибыльности организации и проч.

4 Актуальные вопросы, касающиеся института непреодолимой силы, будут актуальны всегда ввиду динамичности политической, общественной жизни. В связи с этим, существует необходимость доктринального исследования данного института, совершенствование нормативного порядка освобождения от гражданско-правовой ответственности, формирования единообразия правоприменения на уровне разъяснений судов высшей инстанции. Пандемия COVID-19 стала настоящим испытанием для малого и среднего предпринимательства, заставив контрагентов впредь более внимательно подходить к вопросам об ограничении ответственности. С другой стороны, пандемия COVID-19 послужила некоторым катализатором для изучения коллизий и формирования грамотного института гражданского права, как в области освобождения от ответственности, так и других, фундаментальных институтов права.

Библиография
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
30.
31.
32.
33.
34.
References
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
26.
27.
28.
29.
30.
31.
32.
33.
34.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предмет исследования. Рецензируемая статья "Распространение КОВИД-19 как обстоятельство непреодолимой силы в контексте освобождения от гражданско-правовой ответственности" посвящена весьма актуальной и практически значимой теме. Непреодолимая сила - это событие, которое в праве расценивается как основание освобождение от ответственности. Сложность состоит в установлении критериев отнесения жизненных обстоятельств к категории "непреодолимая сила". Распространение коронавирусной инфекции "COVID - 19" изменило общественную и частную жизнь, а также изменило формат отношений. В силу введенных на государственном уровне ограничений многие договорные обязательства не могли быть исполнены по независящим от сторон причинам. Автор предпринял попытку обосновать принадлежность распространения коронавирусной инфекции "COVID - 19" к категории непреодолимой силы, а именно к обстоятельствам, освобождающим лицо от гражданско-правовой ответственности.
Методология исследования. Автором в ходе написания статьи применялись современные методы исследования, как общенаучные, так и частные. Методологический аппарат составили следующие диалектические приемы научного познания: абстрагирование, индукция, дедукция, гипотеза, аналогия, синтез, исторический, теоретико-прогностический, формально-юридический, системно-структурный правового моделирования, а также, применение типологии, классификации, систематизации и обобщения. Применение современных методов позволило изучить сложившиеся подходы, взгляды на предмет статьи, выработать авторскую позицию и аргументировать ее. В статье использовалось сочетание теоретической и эмпирической информации.
Актуальность исследования. Пандемия коронавирусной инфекции "COVID - 19" поставила много вопросов, в том числе, юридического характера. В современных условиях тема статьи не вызывает сомнений в своей актуальности.
Научная новизна исследования. Рецензируемая статья относится к числу немногих публикаций, посвященных юридической стороне пандемии "COVID - 19" и правовым последствиям, связанным с ограничениями, введенными государственной властью, для снижения распространения новой коронавирусной инфекции.
Стиль, структура, содержание. Статья написания научным стилем. Статья структурирована. Материал изложен последовательно, грамотно и ясно. По содержанию статья раскрывает заявленную автором тему. Все выводы автора обоснованы и заслуживают внимания научного юридического сообщества, включая правоприменителей.
Библиография. Автором изучено достаточное количество научных источников как по общим вопросам освобождения от гражданско-правовой ответственности, так и посвященных такому новому основанию как распространение новой коронавирусной инфекции "COVID - 19". Ссылки на библиографические источники оформлены в соответствии с требованиями.
Апелляция к оппонентам. Автор очень корректно обращается к мнениям других ученых. Для подтверждения собственной позиции автор ссылается на утверждения других ученых, оформляя в ссылки форме цитирования с указанием источников опубликования.
Выводы, интерес читательской аудитории. Статья "Распространение КОВИД-19 как обстоятельство непреодолимой силы в контексте освобождения от гражданско-правовой ответственности" соответствует установленным требованиям и рекомендуется к опубликованию в научном журнале "Право и политика". Статья написана на актуальную, практически значимую тему, отличается научной новизной. Рецензируемая статья написана на высоком научном уровне, в ней грамотно сочетается теоретическая часть с примерами из правоприменительной практики. Исходя из изложенного выше, представляется, что статья будет предоставлять интерес как для юристов (прежде всего, цивилистов), так и для широкого круга читателей.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.