Статья 'Особенности развития китайско-американских торгово-экономических трений при администрации Д. Трампа' - журнал 'Конфликтология / nota bene' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > Требования к статьям > Порядок рецензирования статей > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Конфликтология / nota bene
Правильная ссылка на статью:

Особенности развития китайско-американских торгово-экономических трений при администрации Д. Трампа

Цзян Цзюньцзин

аспирант, кафедра американских исследований, Санкт-петербургский государственный университет

199034, Россия, Санкт-Петербург область, г. Санкт-Петербург, ул. Университетская Набережная, 7-9

Jiang Junjing

Postgraduate Student, Department of American Studies, St. Petersburg State University

199034, Russia, Sankt-Peterburg oblast', g. Saint Petersburg, ul. Universitetskaya Naberezhnaya, 7-9

jiangjunjing@yandex.ru

DOI:

10.7256/2454-0617.2022.2.36690

Дата направления статьи в редакцию:

22-10-2021


Дата публикации:

04-04-2022


Аннотация: Данное исследование посвящено вопросам актуальной повестки дня двусторонних отношений США и Китая. Дается обзорный, ретроспективный анализ отношений между странами в период нахождения у власти Д. Трампа. Предметом исследования являются китайско-американские торгово-экономические отношения периода нахождения у власти в США Д. Трампа. Целью данного исследования является определение противоречий, влияющих на развитие китайско-американских торгово-экономических трений в указанный период. Методическую основу составляет комплекс методов. Системный подход к исследованию отражается в использовании традиционного структурно-функционального анализа отдельных элементов данных отношений. В исследовании применен сравнительно-исторический метод для выявления закономерностей и тенденций развития двусторонних отношений в период нахождения у власти администраций Д. Трампа. Кроме того, в исследовании использованы следующие общенаучные методы – анализ, синтез, дедукция, обобщение и аналогия. При подготовке статьи автор использовал широкий круг источников от российских и зарубежных авторов. Новизна исследования заключается в комплексном подходе к анализу противоречий китайско-американских отношений периода нахождения у власти Д. Трампа. В результате проведенного исследования автор приходит к следующим выводам: во-первых, о преемственности тех проблем, с которыми США и Китай вынуждены иметь дело в настоящее время, а, во-вторых, о том, что связи между обеими экономиками настолько плотны, что резкий «разворот» любой из них неизбежно приведет к значительным издержкам для обеих сторон. Продолжение положения «торговой войны» между двумя странами может привести к полному разрыву отношений, что в итоге негативно скажется на экономике США и КНР в будущем. Данное исследование может быть использовано в качестве построения прогностических сценариев экономистами, социологами и историками разных стран в области американо-китайских отношений.


Ключевые слова:

международные отношения, экономика, Китайская Народная Республика, Соединенные Штаты Америки, идеология, торговля, внешняя политика, экономические зоны, геополитика, дефицит

Abstract: This study is devoted to the issues of the current agenda of bilateral relations between the United States and China. An overview, retrospective analysis of the relations between the countries during the period of D. Trump's tenure is given. The subject of the study is the Sino-American trade and economic relations of the period when D. was in power in the United States. Trump. The purpose of this study is to determine the contradictions affecting the development of Sino-American trade and economic tensions during this period. The methodological basis is a set of methods. A systematic approach to research is reflected in the use of traditional structural and functional analysis of individual elements of these relationships. The study uses a comparative historical method to identify patterns and trends in the development of bilateral relations during the period of D. Trump's administrations in power. In addition, the following general scientific methods were used in the study – analysis, synthesis, deduction, generalization and analogy. When preparing the article, the author used a wide range of sources from Russian and foreign authors. The novelty of the study lies in a comprehensive approach to analyzing the contradictions of Sino-American relations during the period of D. Trump's tenure. As a result of the conducted research, the author comes to the following conclusions: firstly, about the continuity of the problems that the US and China are forced to deal with at present, and, secondly, that the ties between both economies are so dense that a sharp "reversal" of either of them will inevitably lead to significant costs for both parties. The continuation of the situation of the "trade war" between the two countries may lead to a complete rupture of relations, which will eventually have a negative impact on the economy of the United States and China in the future. This study can be used as a construction of predictive scenarios by economists, sociologists and historians of different countries in the field of US-China relations.



Keywords:

international relations, Economy, People's Republic of China, United States of America, ideology, trading, foreign policy, economic zones, geopolitics, deficit

Торгово-экономические отношения США и КНР охватывают не одно десятилетие. При анализе взаимодействия двух стран за это время можно отметить, что в торгово-экономической сфере существовали разные периоды: от тесного сотрудничетства до серьезных кризисных ситуаций со взаимными претензиями. Для того, чтобы понять суть торгово-экономических противоречий между странами на современом этапе необходимо рассмотреть взаимоотношения в процессе их становления.

Активизация взаимодействия двух стран произошла с момента установления двусторонних соглашений в 1979 году. По мнению Дэн Сяопина, «установление дипломатических отношений между Китаем и США создавало для Пекина благоприятный климат - это очень важно, кроме того, это важно и для реформ и открытости Китая» [1]. Изменения в торгово-экономических отношениях между двумя странами часто обуславливались внешнеполитическими и идеологическими задачами. Так, ситуация с включением Тайваня в состав КНР явилась спорным вопросом в политическом плане, что отразилось и на экономическом взаимодействии США и Китая. После признания Вашингтоном Тайваня в составе КНР отмечалась активизация экономического сотрудничества между двумя странами, в результате чего в июле 1979 года состоялось подписание торгового соглашения между КНР и США. В этом соглашении говорилось о том, что и Китай, и США «обязуются принять все необходимые меры обеспечения наиболее благоприятных условий для укрепления всех аспектов экономических и торговых отношений между двумя странами, с тем, чтобы содействовать неуклонному развитию торговли между ними на долгосрочной основе» [22]. Во время визита Дэн Сяопина в США у него была встреча с президентом Америки Джимми Картером. Итогом этой встречи стало то, что Америка предоставила Китаю экономические кредиты и разрешила Китаю открыть свои отделения банков [22].

В активизации взаимодействия США с КНР в 80-е годы XX определяющим являлась не только коммерческая заинтересованность, но и внешнеполитичекий фактор. В этот период США и Советский Союз находились в стадии «холодной войны», поэтому для Америки расширение торгово-экономических связей с КНР являлось частью их стратегической линии. Начиная с 1980-х годов прошлого века и вплоть до первого десятилетия века нынешнего Китай привлекал значительный объём американских инвестиций. По наиболее реалистичным оценкам, объём накопленных прямых американских инвестиций в КНР период 1979–2014 гг. составил около 70 млрд. долларов [17, с. 54].

По мере промышленного роста и экономического развития активизируется и внешняя политика Китая – причём степень её активности прямо соотносится с экономическими успехами этого государства. Изменения руководящих внешнеполитических идей трёх поколений руководства КПК (от национальной политики «Реформ и открытости» при Дэн Сяопине, политики «Трёх представительств» при Цзян Цзэнмине и «Гармоничного мира» при Ху Цзиньтао до формирования концепции «Китайской мечты» при Си Цзиньпине) привели к тому, что в XXI в. Китай, хоть и не явно, но последовательно и методически, заявляет свои претензии не только на статус значимого участника международных отношений, но и даже на статус лидера мировой политики [6].

Современный этап китайско-американских торгово-экономических терний определяется возросшим влиянием КНР на международной арене в начале 2000-х гг. Важным этапом в международных отношениях двух стран стало вступление КНР в ВТО в 2001 г. В этот период Китаю удалось установить прочные отношения стратегического партнёрства со многими развивающимися странами [11, с. 102].

Вступление Китая в ВТО в 2001 году явилось мощным толчком в развитии двусторонних экономических обменов. Активизация торгово-экономических отношений после снятия значительной доли барьеров и ограничений, в свою очередь, обострила ряд проблем и дисбалансов в американо-китайских отношениях. Как следствие, в течение последнего десятилетия в рамках ВТО регулярно рассматривались торговые и экономические споры сторон. Одной из ключевых тем американо-китайских отношений, которая была вынесена на обсуждение ВТО, является проблема защиты прав интеллектуальной собственности (ПИС) американских компаний в КНР. По оценкам, только в 2009 г. ущерб США от незаконного использования китайскими компаниями авторских прав и от других нарушений ПИС составил около 48 млрд. долл. [1, с. 205].

Возросшая экономическая независимость Китая и стремление сотрудничать с ним других стран, создаёт особые трудности во взаимоотношениях с США. Пожалуй, за весь период сотрудничества между странами не возникало столько противоречий, как в последнее десятилетие. Китай обвиняется в неполном переходе к рыночной экономике, и, как следствие, протекционизме в отношении собственных предприятий. Это обстоятельство, по мнению американцев, противоречит честной рыночной конкуренции, и даёт необоснованные преимущества китайским кампаниям.

По мере усиления Китая с начала 2000-х гг. лидирующее положение США в мировой экономике начало ослабевать. Рост внешнего долга и безработицы, ухудшение положения среднего класса и кризис во многих отраслях промышленности привели в стране к нарастанию недовольства прежними, либеральными принципами торговли. Одной из причин возникающих китайско-американских трений в экономике являестя попытка сдерживания подъёма Китая Вашингтоном [16, с. 51]. В силу этого лозунги президента США Д. Трампа о возрождении национального производства, которые он поставил во главу угла своей предвыборной программы, были поддержаны представителями среднего класса и малого бизнеса, жителями небольших городов, малообеспеченными слоями населения, а также представителями традиционных отраслей промышленности (металлургия, угольная и химическая промышленность, машиностроение, строительство). Предшественники Д. Трампа на посту президента не решались вести открытую торговую войну с Китаем, боясь нанести ущерб экономике США. В частности, Б.Обама также использовал антикитайские лозунги при проведении предвыборной кампании, но прийдя к власти попытался проводить менее конфронтационный подход в отношении КНР. Китаю отводилось важное место в озвученной еще первой администрацией Б. Обамы стратегии «поворота к Азии». Возвращаясь в Азию, США декларировали намерение сотрудничать с Пекином в решении глобальных и региональных проблем [16, с. 50]. Ослабление критики в отношении КНР ждали и от Трампа после его победы на выборах, однако этого не произошло.

Претензии США к экономической политике Китая охватывают различные виды ограничений, которые связаны с налогообложением, таможенной классификацией, защитой прав интеллектуальной собственности, услугами, защитой отечественных производителей, а также с экспортом товаров. В какой-то степени, жалобы Китая являются ответными мерами на аналогичные действия США: защитные меры, включая антидемпинговые и компенсационные пошлины, а также ограничения на импорт сельскохозяйственной продукции.

Претензии, выдвигаемые Трампом к КНР, не являются новыми, а продолжают линию, начатую его предшественником. Одной из ключевых идей в этом направлении стало обещание резко повысить импортные пошлины на китайские товары. Отметим, что Китай отнёсся к предвыборным обещаниям Трампа достаточно скептически, стараясь подчеркнуть взаимовыгодность торгово-экономических отношений между двумя странами [15, с. 179]. Американцы же сфокусировали своё внимание не на выгодах от партнёрства с Китаем, а на угрозах, которые представляет для них растущее экономическое и политическое влияние КНР. В «Стратегии национальной безопасности США 2017» Китай был назван страной, цели которой заключаются в установлении миропорядка, основанного на ценностях и интересах, противоположных американским, и перестройке форматов сотрудничества ради собственной выгоды [23]. Китай вновь обвинили в краже американской интеллектуальной собственности на суммы в сотни миллионы долларов [10]. Д. Трамп на саммите АТЭС в Дананге в ноябре 2017 г. заявил о нежелательности заключения новых многосторонних торговых соглашений и подверг критике ВТО. Си Цзиньпин, в свою очередь, предстал как защитник свободной торговли, призвав к большей сбалансированности процесса глобализации.[7] Таким образом, с приходом к власти администрации Д. Трампа в США напряженность в сфере китайско-американских отношений стала нарастать. Данная кризисная ситуация, возникшая между двумя странами, вызвана противоположными концепциями мирового развития, которых придерживуются обе стороны. Америка выступает за деглобализацию. Это акт ограничения дальнейшего расширения глобализации. Политика в этой области реализует торговый протекционизм в экономике, усиливает финансовый надзор, ограничивает иностранные инвестиции и делает упор на «экономическую безопасность»; применяет национализм, консерватизм и ксенофобию в политике и ограничивает иммиграцию; и защищает изоляционизм и односторонность во внешней политике... В значительной степени система глобального управления сосредоточена в западных странах, особенно в Соединенных Штатах, которые в первую очередь должны нести знамя глобализации. Однако парадокс заключается в том, что после прихода Трампа к власти США потеряли интерес к глобальным делам и постепенно выходили из одной международной организации за другой. Трамп неоднократно подчеркивал необходимость построения независимой и полной производственной цепочки, чтобы позволить американским компаниям вернуться. Односторонний подход Трампа серьезно подорвал доверие ко многим международным организациям.[12] Напротив, Китай выступает за продолжение глобализации. Китай всегда придерживался основных принципов взаимной выгоды и взаимовыгодных результатов и активно выступал за международный диалог и сотрудничество. вступил в ВТО, формулировал стратегии «Один пояс, один путь», участвовал в международных организациях и активное расширение диалога с другими странами, создал различных зон свободной торговли для расширения возможностей торгового сотрудничества. Поощрять китайские компании выйти на мировой рынок и способствовать развитию иностранных компаний в Китае. Часть учёных расценивает подобную ситуацию как экономическую войну между двумя странами. [5, с. 31]

Трамп начал эту торговую войну из-за торгового дефицита между Китаем и США, но на самом деле, торговый дефицит является лишь прикрытием Трампа, тем более глубокие причины, стоящие за этим, стоит изучать. Сильная политика Трампа «Америка превыше всего», направленная на сдерживание быстрого технологического развития Китая и усилия по предотвращению реализации цели «Сделано в Китае 2025», является самой фундаментальной причиной. После реформы и открытости в Китае, его экономика быстро развивалась. КНР стала второй экономикой по величине в мире, и даже медленно догоняла Соединенные Штаты в областях политики, экономики и технологии, что ставило Америку под беспрецедентную угрозу своему статусу мировой державы. Стремительное развитие высокотехнологичной промышленности Китая даже вызвало панику в США и Китай, естественно, стал их стратегическим противником.

США традиционно имеют значительный внешнеторговый дефицит: в 2018 г. он составил 621 млрд долларов, однако дефицит в торговле с Китаем значительно превышает соответствующий показатель для других крупных торговых партнёров США, таких как Мексика, Германия, Япония [15, с. 148]. Многие американские экономисты, прежде всего отвечающие за внешнеторговую стратегию США, полагают, что такой дефицит является результатом несправедливой торговой политики и практики со стороны Китая. Другие, однако, полагают, что официальные данные о торговом дефиците с Китаем создают искажённую картину двусторонних отношений, поскольку не учитывают непрямые поставки товаров транснациональных корпораций США [14, с. 24]. Традиционная торговая статистика также не отражает в полной мере добавленную стоимость, создаваемую в каждой стране, и как она участвует во внешнеторговом обороте.

Торговая война была также распространена в дипломатическом, военных, научно-техническом, культурном областях, в которых почти все они встретили сопротивление. В дипломатической сфере, Соединенные Штаты хотят спровоцировать конфликты между Китаем и другими странами и заставить АСЕАН, Россию, Индию и другие страны враждовать с КНР. В военной сфере, они Китай рассматривают как мнимый враг. Также на севере и юге постоянно происходят военные провокации, создание «военного союза США, Японии и Южнокореи». В научно-технической сфере, Соединенные Штаты пытались всеми силами объединиться с другими странами, чтобы подавить китайские компании, такие как «Huawei» и «ZTE». В сфере культуры Трамп сфабриковал различные обвинения, чтобы закрыть институты Конфуция, открытые в Америке.

Восприятие Китая как страны несущей угрозу безопасности США сохраняется и в Национальной оборонной стратегии, опубликованной в январе 2018 г. Китай наряду с Россией назван ревизионистским государством, соперником США, бросающим вызов американскому могуществу, интересам, а также стремящимся подорвать его безопасность и процветание. Согласно последним результатам опроса Pew Research Center, во время двусторонних торговых трений между Китаем и США более половины американцев негативно относятся к Китаю, и все больше и больше американцев считают Китай и Россию оба самой большой угрозой для Соединенных Штатов.[24]

Торгово-экономичекие трения между Китаем и Соединенными Штатами разнообразны и сложны. Основным проявлением являются разнообразие средств торговых трений и сложность причин их инициирования. Антидемпинговые меры, компенсационные меры, «зеленые» барьеры, технические барьеры, барьеры на пути интеллектуальной собственности, расследования в области экспортного контроля и т.д. являются обычными средствами торговых трений. Основными методами сдерживание Китая Трамп выбрал санкции, инициировал расследования в области ПИС.

Американское правительство обвиняет Китай в краже интеллектуальной собственности расположенных на его территории предприятий. В декабре 2018 г. заместитель Генерального прокурора США Дж. Демерс отмечал, что за период с 2011 г. по 2018 г. на Китай приходилось 90% всех расследований случаев промышленного шпионажа и 66% случаев воровства торговых секретов [14, с. 25]. Эта проблема постоянно обсуждается представителями США и Китая, в том числе и на высшем уровне, но, по мнению администрации США, прогресса в решении этих противоречий не наблюдается. По мнению западных политиков, китайское правительство предпринимает недостаточные усилия по защите иностранной интеллектуальной собственности в КНР. По мнению американского экономиста Г.Райта, такое отношение китайского правительства к обозначенной проблеме обходилось американскому бизнесу в сотни млрд. долл. в год [15, с. 180]. Несмотря на приведение законодательной базы в соответствие с Соглашением ТРИПС и требованиями ВТО, КНР не удавалось эффективно осуществлять администрирование новых норм. Выводы Комиссии по урегулированию споров ВТО по поданной США жалобе в отношении нарушений ПИС в Китае, хотя и были, по мнению Соединенных Штатов, недостаточно жесткими, все-таки внесли определенный вклад в улучшение ситуации по данной проблеме, о чем свидетельствую опросы представителей американского бизнес-сообщества, проведенные Торговой палатой США.

Со стороны КНР наблюдается озабоченность в сфере взаимодействия с одним из основных своих партнеров. Так, например, упоминание о программе «Сделано в Китае - 2025» было полностью исключено из доклада о работе правительства, сделанном в марте 2019 г. на сессии Всекитайского собрания народных представителей. При этом, декларация в докладе главы правительства КНР Ли Кэцяна содержит упоминание о стремлении перейти к общепринятым в мире правилам ведения внешней торговли и работы с иностранными инвестициями, а также намерения изменить в планируемом новом законе о зарубежных инвестициях норму об обязательной передаче технологий.

Примечательно, что ни администрация Дж. Буша, ни Б. Обамы не инициировали расследование в рамках ВТО в отношении обменного курса юаня, который Президент, а также многие политики в Конгрессе, общественность и деловое сообщество считают заниженным и рассматривают в качестве одной из главных причин, вызывающих дисбаланс в американо-китайских отношениях.

Инвестиционный вопрос между двумя странами также является краеугольным камнем. Вопрос о масштабах реальных китайских инвестиций в США беспокоит американскую администрацию в связи с попытками китайских компаний получить доступ к передовым американским технологиям. Так, в сентябре 2017 г. президент Д. Трамп запретил приобретение американских компаний, работающих в сфере информационных технологий инвесторам, предположительно связанным с китайским правительством [10, с. 39]. В августе 2018 г. в США был принят новый закон о контроле над инвестиционным рынком, в котором уточняется список критических технологий, имеющих значение для национальной безопасности США, а также совершенствуются процедуры деятельности Комитета по иностранным инвестициям США.

Трамп взаимодействовал с Китаем на высоком уровне для совместного содействия развитию двух стран, но в то же время он часто создавал трудности для Китая и решительно продвигал политику «Америка прежде всего». В ноябре 2019 года представитель Министерства коммерции Китая Гао Фэн заявил, что США и Китай договорились о постепенном снижении взаимных пошлин на поставки товаров. По его словам, тарифы будут снижаться в одинаковом темпе и в одинаковом объеме. Если 2017 год был этапом разогрева китайско-американского торгово-экономических трения, то 2018 год - этапом эскалации. В 2018-ом году США ввели тарифы на китайские стиральные машины и фотоэлектрические изделия, сумму денег от 50 миллиардов долларов до 300 миллиардов долларов, тарифы от 10% до 30% [17]. Неустойчивое, предназначенное отношение Трампа к Китаю привело к долгосрочной торговой войне между Китаем и Соединенными Штатами. После введенных Вашингтоном мер, китайская сторона объявила о том, что в качестве ответной меры наложит 25-процентную пошлину на импорт 106 товаров объемом порядка 50 млрд. долларов, поставляемых из США. 5 апреля в Вашингтоне заявили, что в связи с «несправедливой реакцией» Пекина Д.Трамп дал указание изучить вопрос о введении повышенных тарифов еще на 100 млрд. долларов китайского импорта. Некоторые ученые предсказывают, что это торговое трение будет ещё продолжаться 5-10 лет. [5, с. 31].

Долгосрочность американо-китайской торговли также привносит соответствующую колоссальность. Разрыв сил между Китаем и Соединенными Штатами увеличивает уровень сложности этой торговой войны, но есть и часть ее, которая исходит от внутреннего компромисса Китая. Перед лицом китайско-американских торгово-экономических трений китайское общественное мнение выглядит по-разному, одни считают, что Китай слишком самоуверен, приглашая к репрессиям со стороны Соединенных Штатов. Китай не должен противодействовать подавлению со стороны США, чтобы избежать обострения торгового спора. Другие считают, что различие в области технологической мощи между двумя странами делает неравномерную конфронтацию[19, с. 18]. Если в период предвыборной компании власти КНР скептически относились к заявлениям Трампа в отношении Китая, и надеялись, что с приходом его к власти удастся достичь определённых договорённостей, то уже после первого введённого пакет санкций стало понятно, что этого не произойдёт. В целом Китай понял, что торговая война - продукт поэтапный. Он будет двигаться в сторону регуляризации, и должны серёзно посмотреть на первопричины проблемы. Сохраняя при этом связь и примирение с Соединенными Штатами, одновременно КНР углубляет реформы и самоинновации. МИД Китая всегда подчеркивал, что не боится никаких вызовов и угроз.

Непредсказуемость американской администрации и растущие в КНР опасения по поводу возможных чрезмерных уступок китайской стороны заставляют Пекин также отказываться от традиционной практики минимального освящения подробностей переговоров. При этом обращение главного китайского переговорщика к термину цзуньянь (чувство достоинства) показывает, что для руководства Китая экономическая выгода не является более единственной целью торгово-экономических переговоров с США [15, с. 184].

В условиях торговых трений между Китаем и США необходимо понимать природу поведения США. Американцы, кажется, обсуждают с Китаем экономику и торговлю, но многие из их требований давно вышли за рамки экономики и торговли. Их цель состоит не в том, чтобы пить, а в том, чтобы сдерживать Китай и препятствовать развитию Китая. Соединенные Штаты всегда были последовательны в сдерживании Китая, но средства сдерживания в разные периоды разные. То, что раньше было санкциями, блокадой, бомбардировками посольств и т. Д., Сегодня превратилось в торговую войну. Конечно, эта торговая война также широко распространена в области дипломатии, военного дела, науки и техники, культуры и т.д. цель поддержания «Америка прежде всего». Гонконгская газета «Та Гунг Пао» опубликовала статью Ши Цзюню, в которой говорится, что у Соединенных Штатов есть четыре стратегии сдерживания Китая[20]. Первый - это политические средства, создающие факторы нестабильности внутри Китая. Второй - использовать военную мощь для создания стратегического окружения вокруг Китая, чтобы заманить Китай в гонку вооружений и поглотить власть. Третий - оказать давление на Китай с точки зрения экономики, торговли и обменного курса и повлиять на экономическое развитие. Четвертый - прямая или косвенная военная угроза в крайнем случае.

В дипломатической сфере , Соединенные Штаты хотят спровоцировать конфликты между Китаем и другими странами и заставить АСЕАН, Россию, Индию и другие страны враждовать с КНР. Любое поведение Китая в мире злонамеренно атакуется и анализируется через американские СМИ и веб-сайты с намерением нанести ущерб имиджу Китая и предотвратить его тесные контакты с другими странами. Включая обвинение Китая в совместном заявлении США и Японии после встречи министров иностранных дел США и Японии в Токио 16 марта 2021 года, в нем также четко говорится, что Соединенные Штаты надеются объединить своих союзников для подавления Китая в Азиатско-Тихоокеанский регион.

В военной сфере, они Китай рассматривают как мнимый враг. Также на севере и юге постоянно происходят военные провокации, создание "военного союза США, Японии и Южнокореи". США Объединили Японию, Соединенное Королевство, Францию, Германию, Австралию и другие страны, чтобы сформировать новое поколение «Союзных сил восьми держав», чтобы заблокировать Китай на первой и второй цепочке островов в Тихом океане, и увеличит военные инвестиции и создаст новый раунд «гонки вооружений» с Китаем.

В научно-технической сфере, Соединенные Штаты пытались всеми силами объединиться с другими странами, чтобы подавить китайскую интернационализацию в попытке предотвратить формирование производственной цепочки моей страны. В начале торговой войны правительство США наложило ряд санкций на китайские компании, включая технологические компании, такие как ZTE и Huawei, и большое количество китайских обрабатывающих отраслей, таких как ветроэнергетика, высокоскоростные железнодорожные отрасли и компании по производству бытовой техники. Санкции серьезно повлияли на нормальное развитие и рыночные операции китайских компаний, а также повлияли на стабильное развитие экономики Китая в целом. Второй шаг США - принятие комплексной стратегии «сдерживания» развития Китая на основе «санкций». Правительство США публично выступает против развития Китая собственных высокотехнологичных отраслей. Оно приняло всестороннее и наиболее полное "сдерживание" против Китая в областях технологий, межличностных обменов, совместных инвестиций, образования и науки. исследования, и не оставляет достаточно места для развития китайских предприятий. Не предоставляет также необходимых возможностей для трансформации китайских предприятий. Его основная цель - использовать все возможные и все средства для предотвращения и "сдерживания" темпов развития Китая.

В сфере культуры Трамп сфабриковал различные обвинения, чтобы закрыть институты Конфуция, открытые в Америке. Перед президентскими выборами в США в 2018 году частота закрытия Институтов Конфуция составляла около 2 в год. С 2018 года было закрыто 80 институтов Конфуция, 20 институтов Конфуция каждый год, что в 10 раз больше предыдущего числа. Правительство США не закрывало их, но действия правительства США стали одной из причин закрытия этих Институтов Конфуция. Помпео заклеймил Институт Конфуция, полагая, что он вербует шпионов и пособников. Институт Конфуция помог американцам лучше понять Китай. Кроме того, образование в этих учреждениях также дает американским студентам больше возможностей для трудоустройства. Создание институтов Конфуция предназначено только для языкового и культурного обмена. Полное закрытие не только сузит каналы связи между Китаем и США, но и одновременно ослабит разнообразный имидж американских университетов и мощь американской системы образования [21]. Кроме того, США ограничивают и вытесняют китайских студентов. Это нанесло напрямый экономический ущерб американским университетам и обществу.

Влияние торгово-экономических трений между Китаем и США будет распространяться на многие сферы и даже распространяться на другие страны. Хотя Китай является мировым заводом, но он находится на низком конце глобальной цепочки начисления стоимости производства. Соединенные Штаты наложили тарифы на Китай и ограничили китайский экспорт, что не только влияет на Китай, но также влияет на Соединенные Штаты, страны Европейского Союза, Германию, Южную Корею и другие страны в цепочке поставок, производственной цепочке и цепочке создания стоимости. Это также затронет интересы других стран, инвестирующих в Китай, что вызовет панику у глобальных инвесторов. Например, Соединенные Штаты вводят дополнительные пошлины на китайский экспорт в Соединенные Штаты на сумму 50 миллиардов долларов США, но 70% этих товаров являются промежуточными продуктами для американских компаний. Повышение налогов неизбежно приведет к снижению прибыли корпораций США, а также приведет к потере работы 2 миллионов американцев. Кроме того, тарифная война между Китаем и США привела к серьезному ущербу европейским автомобилям, а Германия понесла тяжелые потери. 13 мая 2019 года, после того как Китай объявил о контрмерах, акции европейских и американских автопроизводителей были распроданы, а вся промышленная цепочка поставок пострадала [9].

В отчете Всемирного экономического форума 2020 года некоторые данные показывают, что по гибкому графику работы Соединенные Штаты занимали пятое место с 74,2 балла из 100 возможных, а Китай - седьмым с 73,6 балла из 100 возможных. Что касается Мнения бизнес-лидеров по развитию производственно-сбытовых цепочек, то Китай является страной с наибольшим импульсом глобализации за пределами Южной Кореи. Кроме того, говорится об обновлении учебных программ и расширение инвестиций в навыках, необходимых для работы в рынках завтрашнего дня. США занимали шестую позицию с 68,2, а Китай занимал седьмую позицию с 67.[10] Это говорит о высокой конкурентоспособности Китая в сравнении с другими странами мира. Кроме того, значительный рост каждого рейтинга Китая за исследованный промежуток времени даёт возможность предположить, что в дальнейшем место Китая в рейтинге Всемирного экономического форума будет расти.

При оценке конкурентоспособности КНР стоит учитывать 4 фактора: сильные и слабые стороны развития страны, её возможности и угрозы, которые могут определённым образом ослабить позицию страны в мировом хозяйстве. К сильным сторонам КНР относится, во-первых, её выгодное географическое положение. Ещё одной сильной стороной страны является рост экономики. Также в стране развита инфраструктура в промышленных регионах. Немаловажным фактором является инвестиционный климат. В КНР действуют выгодные условия по вложению инвестиций. Ещё одной сильной стороной Китая является то, что страна располагает дешёвой рабочей силой. Кроме того, большой внутренний рынок, диверсифицированный внешний рынок и дешёвая себестоимость производимой продукции, в сравнении с конкурентами, дают возможность КНР успешно конкурировать с другими странами-производителями.

Одной из слабых сторон экономики КНР является зависимость от технических и инновационных разработок развитых экономик. Потребность в значительных объемах энергетических ресурсов вызывает рост зависимости КНР от других стран, что также является отрицательным моментом. Вместе с тем, экономика Китая, находясь на довольно высоком уровне, обладает определённым потенциалом развития. Так, страна может расширить рынки за счёт внутреннего спроса. Устранить угрозу зависимости от технических и инновационных разработок развитых экономик возможно, повысив конкурентоспособность страны за счёт развития собственных технологий. Для этого необходимо инвестировать в развитие собственных инноваций и технологий. Кроме того, можно обратить внимание на формирование новых рабочих мест за пределами страны, путём создания китайского бизнеса на территориях других стран. Тем не менее, в 2018 г. объем импорта США из Китая информационно-коммуникационного оборудования был равен 157 млрд. долл., что составило 60% от всего импорта этого оборудования в США.

Президент Д. Трамп, в этой связи объявил о чрезвычайном положении в данной сфере и наложил санкции на одну из крупнейших телекоммуникационных компаний «Хуавэй», а также на восемь её партнёров-подрядчиков [14, с. 30].

Всё вышесказанное позволяет утверждать, что экономические отношения между США и Китаем вступили в новый этап, существенно отличающийся от предшествующего почти двадцатилетнего периода активного взаимодействия и растущей взаимозависимости. По мере укрепления Китая фактор усиления конкуренции становится в этих отношениях преобладающим. В нём определяющей становится роль научно-технического компонента. Наиболее важным в данной ситуации становится то обстоятельство, что обусловливаемая научно-техническим прогрессом глобализация мировой экономики, в том числе и достаточно тесное переплетение экономик США и Китая, вступает в противоречие с национальными интересами обеих стран, стремящимися укрепить свои позиции и роль в мировом хозяйстве [3].

Итогом экономической войны между двумя странами к концу правления Трампа явилось введение американским правительством ряда санкций. В результате, только за первые 3 месяца 2019 г. объём взаимной торговли между Китаем и США упал на 15%. Поскольку прогресса на переговорах пока достигнуто не было, в мае 2019 г. Д. Трамп объявил о намерении поднять на 25% пошлины на китайские товары стоимостью в 300 млрд. долл.[4] Дональд Трамп во время предвыборной гонки предрекал, что в случае победы на выборах Джо Байден не будет отстаивать американские интересы в отношениях с КНР, на практике эти прогнозы не сбылись. Новая администрация США не спешит отменять введённые Трампом тарифные ограничения и вторит риторике предшественников о китайской угрозе. Так, новый представитель США на торговых переговорах Кэтрин Тай поддержала использование таких инструментов в отношениях с КНР. Об этом она заявила, выступая в конце февраля перед сенатом США.

В то же время, по мнению некоторых учёных американское правительство намеренно завышает требования по отношению к Китаю, чтобы в итоге немного уступить, но всё же остаться в выигрыше [2]. Экономические противоречия значительно обострили внешнеполитические отношения между двумя странами, что, в свою очередь, не могло не сказаться на мировом сообществе.

Целенаправленная торговая война Соединенными Штатами напрямо подорвало доверие к многосторонней торговой системе. Проведение расследований 201, 232 и 301 нарушает правила ВТО. это замедляет рост мировой экономики и не способствует восстановлению после экономического кризиса. меры США разрушает глобальную цепочку поставок, повышение тарифов неизбежно приведет к увеличению затрат, и компании будут вынуждены перераспределить и повлиять на стабильность всей глобальной цепочка поставок. В аналитическом отчете Российского совета по международным делам(RIAC) также отмечалось, что замедление темпов экономического роста Китая является усилением давления на мировой товарный рынок и представляет собой новую экономическую угрозу для Москвы. Тонкость действий Китая заключается в том, что он имеет надежную статистику и не содержит оскорблений по обвинениям США; во-вторых, он вовлекает больше стран, чтобы снизить собственную напряженность [8].

На заре мировой пандемии Дональд Трамп отмечал победу. После долгих переговоров Пекин и Вашингтон подписали первую фазу торгового соглашения. Китай обязался закупить американских товаров на двести миллиардов долларов — в течение двух лет. Однако договоренность была выполнена не в полном объеме. Причиной этому явилась, как и общемировая ситуация с пандемией короновируса, так и введение торговых пошлин КНР в ответ на американские меры по введению торговых пошлин. По плану Китай должен был закупить сельскохозяйственной продукции на 33,4 миллиарда долларов, но американцы получили на шесть миллиардов меньше. Экспорт автомобилей, двигателей и полупроводников вместо обещанных ста миллиардов принес лишь 57. Кроме того, Пекин приобрел в два с половиной раза меньше американских энергоресурсов, чем планировал (9,7 миллиарда долларов против 26,1) [18]. В итоге, после подписания первой фазы сделки США находятся в куда менее выгодном положении: к бунтам и протестам, которыми сопровождалась смена хозяев Белого дома, добавилось рекордное со времен окончания Второй мировой войны сокращение годового ВВП — на 3,5 процента. Во время эпидемии в 2020 год умир стремится бороться с вирусом и спасти глобальную экономику. несмотря на политическую напряженность, тарифы и хаос, вызванные эпидемией, экспорт всех 50 штатов США в Китай увеличился на 18%. Это увеличение в значительной степени отражает отказ Китая от ответных тарифов на товары из США и покупку товаров на миллиарды долларов, таких как сельскохозяйственная продукция, для выполнения своих обязательств на первом этапе торгового соглашения. 10 июня 2021 года, когда министр торговли Китая Ван Вентао позвонил министру торговли США Раймондо, чтобы обменяться мнениями по актуальным вопросам в китайско-американской деловой сфере. Обе стороны заявили, что диалог и обмены в сфере бизнеса между Китаем и Соединенными Штатами очень важны, и они согласились содействовать здоровому развитию прагматического сотрудничества в области торговли и инвестиций и должным образом улаживать разногласия [13].

Есть основания предполагать, что дальнейшее восприятие Китая как враждебной державы, стремящейся вытеснить США на современном этапе было бы контрпродуктивно и могло бы привести к полному разрыву китайско-американских отношений. Трамп начал свою президентскую карьеру с лозунга «Сделаем Америку снова великой», но, судя по фактам, начало торговой войны не решило фундаментальной проблемы и даже не привело к искажению глобальной конкуренции и нарушило международные отношения. Но все его действия служат национальным интересам и обеспечивают долгосрочное положение Соединенных Штатов как номер один в мире. Под влиянием традиционного мышления Китай редко проявляет агрессию при установлении дипломатических отношений, придерживаясь кодекса поведения, согласно которому «на любой случай найдется средство.», вежливости и смирения. Перед лицом провокационного поведения Соединенных Штатов Китай не проглотит свой гнев и, безусловно, будет защищать свое международное положение и репутацию; но он не будет брать на себя инициативу провоцировать инциденты и подчеркивает, что «мир - самое дорогое». Однако Китай с его нынешней мощью не может полностью противостоять удару со стороны Соединенных Штатов. Он должен искать союзников и соответствующим образом корректировать свою международную политику. Прибытие эпидемии 2020 года и президентские выборы в США ослабляют торговую войну. Конечно, трения между двумя странами могут возникнуть и в других формах.

Библиография
1.
Авдокушин Е.Ф. Международные экономические отношения. Учебное пособие-М.: ИВЦ «Маркетинг», 2001.-264 с.
2.
Батманова Е.С. Мировая экономика и международные экономические отношения / Е. С. Батманова, П. С. Томилов.-Учебное пособие.-Екатеринбург: Изд-во ГОУ ВПО УГТУ−УПИ, 2005.-111с.
3.
Баяк А. Противоречия американо-китайских отношений на современном этапе и последствия торговой войны // International scientificreview. Политические науки – 2019. – С.16-23.
4.
Виноградов А., Салицкий А. США—Китай: торговая война развязана. URL: http://www.perspektivy.info/misl/idea/ssha__kitaj_torgovaja_vojna_razvazana_2018-08-13.htm (Дата обращения: 04.01.2021)
5.
Виноградов И.С. История развития внешней политики КНР// Международный научный журнал «Общество: философия, история, культура». – 2018.– №6.– С.28-36.
6.
Ли Минфу. Распространение китайского языка как фактора мягкой силы во внешней политике КНР в XXI веке автореферат диссертации на соискание учёной степени кандидата исторических наук: 23.00.04. / науч. рук. В.С. Ягья; Санкт-Петербургский государственный университет – СПб.: [б.и.], 2016. – С. 22.
7.
Логшин Г.М. Саммит АТЭС 2017 и новые внешние вызовы для Вьетнама // Вьетнамские исследования. – 2018. – № 1. – С.11-34.
8.
Лукинский Н. А., Савкович Е. В. Позиция Китайской Народной Республики в торговой войне с США (2018 г.-настоящее время) // Вестник Томского государственного университета. – 2020. – № 66. – С.94-98.
9.
Лян Мин. Происхождение, влияние и будущая тенденция китайско-американских торговых трений // Международная торговля. – 2019. – № 7. – С. 25-36
10.
Отчет о глобально конкурентоспособности за 2020 год // режим доступа: https://www.weforum.org/reports/the-global-competitiveness-report-2020/in-full/infographics-14b60f7c60
11.
Савешников А.А. Концепции КНР в области внешней политики и национальной безопасности // Китай в мировой политике. – М.: РОССПЭН, 2001. – С.93-143.
12.
Смирнов П. Е. США и кризис глобального управления в период администрации Д. Трампа// Южно-российский журнал социальных наук. – 2019. – Т.20. – №4. – С.127-141.
13.
Состоялись переговоры министров торговли США и Китая, и стороны договорились продолжить рабочее общение. // Министерство коммерции КНР // режим доступа: http://kr.mofcom.gov.cn/article/jmxw/202106/20210603070148.shtml (Дата обращения: 11.06.2021)
14.
Супян В.Б. Американо-китайские торгово-экономические отношения: причины кризиса и его перспективы // Российский внешнеэкономический вестник. – 2019. – № 9. – С.23-32.
15.
Тимофеев О.А. Китайско-американский торговый конфликт 2019 года и его перспективы: между пессимизмом и неизвестностью // Китай в мировой и региональной политике. История и современность. – 2019. – № 11. – С. 173-186.
16.
Тимофеев О. А. Тема отношений США с КНР в президентской кампании 2012 года // США — Канада: экономика, политика, культура. – 2013. – № 2. – С.47–56.
17.
Труш С.М. Отношения КНР и США в экономической сфере: двусторонние связи и экономические проекты // Сравнительная политика. – 2017. – Т.8. – №3. – С.53-71.
18.
Фиаско Трампа — проблемы Байдена. Китай побеждает в торговой войне. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://ria.ru/20210227/sdelka-1599124078.html (Дата обращения: 05.03.2021)
19.
Чжоу Ли. Анализ и пути реагирования торговых трений между Китаем и США // Внешняя экономическая и торговая практика. – 2019. – №7. – С.17-20.
20.
Ши Джунью, У США есть четыре стратегии сдерживания Китая // Тяньи Академический – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.aisixiang.com/data/7286.html  (Дата обращения: 24.06.2005)
21.
Является ли новый шаг Помпео разумным дискредитировать и угрожать закрытием всех институтов Конфуция в Соединенных Штатах? // iweekly – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://www.163.com/dy/article/FP3BJQU90512830U.html (Дата обращения: 16.10.2020)
22.
U. S.-China Agreements. Selected Documents № 18. United States Department of State. Wash., 1980. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://fas.org/sgp/crs/row/R45898.pdf (Дата обращения: 05.03.2021)
23.
National Security Strategy of the United States of America December 2017. – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://nssarchive.us/wp-content/uploads/2017/12/2017.pdf (Дата обращения: 05.03.2021)
24.
 Laura Silver, Kat Devlin, Christine Huang (2019) U.S. Views of China Turn Sharply Negative Amid Trade Tensions // Pew Reseach Center – [Электронный ресурс]. – Режим доступа:https://www.pewresearch.org/global/2019/08/13/u-s-views-of-china-turn-sharply-negative-amid-trade-tensions/ (Дата обращения: 13.08.2019
References
1.
Avdokushin E.F. Mezhdunarodnye ekonomicheskie otnosheniya. Uchebnoe posobie-M.: IVTs «Marketing», 2001.-264 s.
2.
Batmanova E.S. Mirovaya ekonomika i mezhdunarodnye ekonomicheskie otnosheniya / E. S. Batmanova, P. S. Tomilov.-Uchebnoe posobie.-Ekaterinburg: Izd-vo GOU VPO UGTU−UPI, 2005.-111s.
3.
Bayak A. Protivorechiya amerikano-kitaiskikh otnoshenii na sovremennom etape i posledstviya torgovoi voiny // International scientificreview. Politicheskie nauki – 2019. – S.16-23.
4.
Vinogradov A., Salitskii A. SShA—Kitai: torgovaya voina razvyazana. URL: http://www.perspektivy.info/misl/idea/ssha__kitaj_torgovaja_vojna_razvazana_2018-08-13.htm (Data obrashcheniya: 04.01.2021)
5.
Vinogradov I.S. Istoriya razvitiya vneshnei politiki KNR// Mezhdunarodnyi nauchnyi zhurnal «Obshchestvo: filosofiya, istoriya, kul'tura». – 2018.– №6.– S.28-36.
6.
Li Minfu. Rasprostranenie kitaiskogo yazyka kak faktora myagkoi sily vo vneshnei politike KNR v XXI veke avtoreferat dissertatsii na soiskanie uchenoi stepeni kandidata istoricheskikh nauk: 23.00.04. / nauch. ruk. V.S. Yag'ya; Sankt-Peterburgskii gosudarstvennyi universitet – SPb.: [b.i.], 2016. – S. 22.
7.
Logshin G.M. Sammit ATES 2017 i novye vneshnie vyzovy dlya V'etnama // V'etnamskie issledovaniya. – 2018. – № 1. – S.11-34.
8.
Lukinskii N. A., Savkovich E. V. Pozitsiya Kitaiskoi Narodnoi Respubliki v torgovoi voine s SShA (2018 g.-nastoyashchee vremya) // Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta. – 2020. – № 66. – S.94-98.
9.
Lyan Min. Proiskhozhdenie, vliyanie i budushchaya tendentsiya kitaisko-amerikanskikh torgovykh trenii // Mezhdunarodnaya torgovlya. – 2019. – № 7. – S. 25-36
10.
Otchet o global'no konkurentosposobnosti za 2020 god // rezhim dostupa: https://www.weforum.org/reports/the-global-competitiveness-report-2020/in-full/infographics-14b60f7c60
11.
Saveshnikov A.A. Kontseptsii KNR v oblasti vneshnei politiki i natsional'noi bezopasnosti // Kitai v mirovoi politike. – M.: ROSSPEN, 2001. – S.93-143.
12.
Smirnov P. E. SShA i krizis global'nogo upravleniya v period administratsii D. Trampa// Yuzhno-rossiiskii zhurnal sotsial'nykh nauk. – 2019. – T.20. – №4. – S.127-141.
13.
Sostoyalis' peregovory ministrov torgovli SShA i Kitaya, i storony dogovorilis' prodolzhit' rabochee obshchenie. // Ministerstvo kommertsii KNR // rezhim dostupa: http://kr.mofcom.gov.cn/article/jmxw/202106/20210603070148.shtml (Data obrashcheniya: 11.06.2021)
14.
Supyan V.B. Amerikano-kitaiskie torgovo-ekonomicheskie otnosheniya: prichiny krizisa i ego perspektivy // Rossiiskii vneshneekonomicheskii vestnik. – 2019. – № 9. – S.23-32.
15.
Timofeev O.A. Kitaisko-amerikanskii torgovyi konflikt 2019 goda i ego perspektivy: mezhdu pessimizmom i neizvestnost'yu // Kitai v mirovoi i regional'noi politike. Istoriya i sovremennost'. – 2019. – № 11. – S. 173-186.
16.
Timofeev O. A. Tema otnoshenii SShA s KNR v prezidentskoi kampanii 2012 goda // SShA — Kanada: ekonomika, politika, kul'tura. – 2013. – № 2. – S.47–56.
17.
Trush S.M. Otnosheniya KNR i SShA v ekonomicheskoi sfere: dvustoronnie svyazi i ekonomicheskie proekty // Sravnitel'naya politika. – 2017. – T.8. – №3. – S.53-71.
18.
Fiasko Trampa — problemy Baidena. Kitai pobezhdaet v torgovoi voine. – [Elektronnyi resurs]. – Rezhim dostupa: https://ria.ru/20210227/sdelka-1599124078.html (Data obrashcheniya: 05.03.2021)
19.
Chzhou Li. Analiz i puti reagirovaniya torgovykh trenii mezhdu Kitaem i SShA // Vneshnyaya ekonomicheskaya i torgovaya praktika. – 2019. – №7. – S.17-20.
20.
Shi Dzhun'yu, U SShA est' chetyre strategii sderzhivaniya Kitaya // Tyan'i Akademicheskii – [Elektronnyi resurs]. – Rezhim dostupa: http://www.aisixiang.com/data/7286.html  (Data obrashcheniya: 24.06.2005)
21.
Yavlyaetsya li novyi shag Pompeo razumnym diskreditirovat' i ugrozhat' zakrytiem vsekh institutov Konfutsiya v Soedinennykh Shtatakh? // iweekly – [Elektronnyi resurs]. – Rezhim dostupa: https://www.163.com/dy/article/FP3BJQU90512830U.html (Data obrashcheniya: 16.10.2020)
22.
U. S.-China Agreements. Selected Documents № 18. United States Department of State. Wash., 1980. – [Elektronnyi resurs]. – Rezhim dostupa: https://fas.org/sgp/crs/row/R45898.pdf (Data obrashcheniya: 05.03.2021)
23.
National Security Strategy of the United States of America December 2017. – [Elektronnyi resurs]. – Rezhim dostupa: http://nssarchive.us/wp-content/uploads/2017/12/2017.pdf (Data obrashcheniya: 05.03.2021)
24.
 Laura Silver, Kat Devlin, Christine Huang (2019) U.S. Views of China Turn Sharply Negative Amid Trade Tensions // Pew Reseach Center – [Elektronnyi resurs]. – Rezhim dostupa:https://www.pewresearch.org/global/2019/08/13/u-s-views-of-china-turn-sharply-negative-amid-trade-tensions/ (Data obrashcheniya: 13.08.2019

Результаты процедуры рецензирования статьи

Рецензия скрыта по просьбе автора

Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"