Статья 'Роль и место конституционно-правовых гарантий в механизме реализации права граждан Российской Федерации на общественный контроль' - журнал 'Право и политика' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > Требования к статьям > Порядок рецензирования статей > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала
Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Право и политика
Правильная ссылка на статью:

Роль и место конституционно-правовых гарантий в механизме реализации права граждан Российской Федерации на общественный контроль

Гончаров Виталий Викторович

кандидат юридических наук

доцент кафедры государственного и международного права ФГБОУ ВО "Кубанский государственный аграрный университете им. И.Т. Трубилина", исполнительный директор юридической консалтинговой корпорации "Ассоциация независимых правозащитников"

350051, Россия, Краснодарский край, г. Краснодар, ул. Гаражная, 93

Goncharov Vitalii Viktorovich

PhD in Law

Associate Professor at the Department of State and International Law of Kuban State Agrarian University named after I. T. Trubilin, Executive Director of the Legal Consulting Corporation "Association of independent human rights defenders"

350051, Russia, Krasnodarskii krai, g. Krasnodar, ul. Garazhnaya, 93

niipgergo2009@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Шалин Виктор Викторович

доктор философских наук

заведующий кафедрой, ФГБОУ ВО «Кубанский государственный аграрный университет имени И.Т. Трубилина»

350007, Россия, Краснодарский край, г. Краснодар, ул. Химзаводская, 48, оф. 4

Shalin Viktor Viktorovich

Doctor of Philosophy

department head at the Trubilin Kuban State Agrarian University

350007, Russia, Krasnodarskiy Kray, Krasnodar, Khimzavodskaya St., 48, office. 4

login2022@inbox.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2454-0706.2018.11.27937

Дата направления статьи в редакцию:

06-11-2018


Дата публикации:

30-11-2018


Аннотация: Настоящая статья посвящена исследованию роли и места конституционно-правовых гарантий в механизме реализации права граждан Российской Федерации на общественный контроль. Для это автор: проводит анализ понятия конституционно-правовой гарантии через призму исследования понятия и признаков более широкого и общего понятия юридической гарантии, дав им авторские определения; раскрывает цели и задачи как конституционно-правовых гарантий в целом, так и конституционно-правовых гарантий права граждан на общественный контроль, в частности; исследует значение конституционно-правовых гарантий в механизме реализации права граждан на общественный контроль на различных его уровнях (федеральном, региональном, муниципальном) и в отношении различных ветвей органов государственной власти и местного самоуправления, а также органов и организаций, исполняющих отдельные публичные полномочия, с опорой на судебную практику, акты Конституционного и Верховного судов Российской Федерации, административную и муниципальную практику. В настоящей статье использован ряд методов научного исследования: системный; формально-юридического анализа; сравнительный метод; функциональный метод. Автор приходит к выводу, что право граждан на общественный контроль диктует необходимость его обеспечения и защиты со стороны общества и государства путем закрепления системы конституционно-правовых гарантий, а с другой стороны, процесс их реализации на практике позволяет усовершенствовать как сам институт общественного контроля, так и конституционно-правовой механизм его реализации и защиты.


Ключевые слова: государственное управление, народовластие, Российская Федерация, юридические гарантии, общественный контроль, конституционно-правовые гарантии, международно-правовые гарантии, стратегия развития, проблемы, единое правовое пространство

Abstract: This article is dedicated to the role and place of the constitutional legal guarantees within the mechanism of realization of citizens’ right to public control in the Russian Federation. The author analyzes the concept of constitutional legal guarantee through the prism of the concepts and attributes of the broader sense of the concept of legal guarantee, giving the original definitions; described the objectives and tasks of the constitutional legal guarantees in general, as well as the citizens’ right to public control in particular; explores the role of the constitutional legal guarantees within the mechanism of realization of citizens’ right to public control at the federal, regional and municipal levels, and with regards to various branches of government and local self-governance, as well as authorities and organizations that execute separate public powers supported by judicial practice, bills of the Constitutional and Supreme Courts of the Russian Federation, administrative and municipal practice. The conclusion is made that the citizens’ right to public control dictates the need for its protection on the part of society and government through securing the system of constitutional legal guarantees on one hand; and on the other – the process of their practical realization allows improving the institution of public control itself, as well as the constitutional legal mechanism of its implementation and protection.  



Keywords:

problems, development strategy, international legal guarantees, public administration, democracy, legal guarantees, Russian Federation, public control, constitutional and legal guarantees, common legal space

Реализация любого права человека и гражданина предполагает задействование определенного юридического механизма по переводу права, закреплённого в качестве идеальной конструкции, в реальность. Однако, процесс сопряжения идеального и реального затрудняется наличием препятствий объективного и субъективного характера. В их числе можно выделить: неисполнение контрагентами своих обязанностей, корреспондирующих реализовываемому праву, либо его активное противодействие данного процессу; отсутствие нормативно-правовых актов, детализирующих механизм реализации права применительно к отдельным условиям, либо уровням правового регулирования.

В связи с этим возникает необходимость юридического обеспечения прав человека и гражданина в процессе их реализации. Важное место и роль в этом принадлежит эффективно действующей системе юридических гарантий, без наличия которых в современном мире невозможна реализация прав, свобод и законных интересов граждан. Они придают последним реальный характер, стабильность и обеспечивает полноценное развитие по мере изменения в обществе системы правоотношений.

Ключевое место в системе юридических гарантий отведено конституционно-правовым гарантиям, которые закрепляются в действующем конституционном законодательстве: Конституции Российской Федерации и принимаемых в соответствии с ней федеральных конституционных и федеральных законах. Кроме того, в связи с тем, что Основной закон в России провозгласил включенность общепринятых международных правовых норм и принципов в качестве части национальной правовой системы, к числу правовых источников конституционно-правовых гарантий в Российской Федерации относятся многочисленные международно-правовые акты, начиная с Устава Организации Объединенных Наций, Всеобщей декларации прав человека от 10.12.1948, Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах от 16.12.1966, Международного пакта о гражданских и политических правах от 16.12.1966, и заканчивая многочисленными ратифицированными Российской Федерацией международными и межгосударственными договорами и соглашениями. При этом, инкорпорированные в российскую правовую систему международно-правовые гарантии прав, свобод и законных интересов человека и гражданина имеют приоритетный характер над национальными конституционно-правовыми гарантиями.

Право граждан Российской Федерации на общественный контроль прямо не закреплено в Конституции России, но, в связи с тем, что является основной гарантией в механизме реализации конституционных принципов народовластия и участия народа в управлении государственными делами, оно требует обеспечения в виде системы конституционно-правовых гарантий.

Представляется, что для определения роли и места конституционно-правовых гарантий в механизме реализации права граждан Российской Федерации на общественный контроль необходимо: провести анализ понятия конституционно-правовой гарантии через призму исследования понятия и признаков более широкого и общего понятия юридической гарантии, дав им авторские определения; раскрыть цели и задачи как конституционно-правовых гарантий в целом, так и конституционно-правовых гарантий права граждан на общественный контроль, в частности; исследовать значение конституционно-правовых гарантий в механизме реализации права граждан на общественный контроль на различных его уровнях (федеральном, региональном, муниципальном) и в отношении различных ветвей органов государственной власти и местного самоуправления, а также органов и организаций, исполняющих отдельные публичные полномочия, с опорой на судебную практику, акты Конституционного и Верховного судов Российской Федерации, административную и муниципальную практику.

Понятие юридических гарантий достаточно широко используется в отечественной учебной и научной литературе. [1; 2, с. 139-153; 3] К их основным признакам можно отнести следующие:

Во-первых, они направлены на создание на территории государства единого правового поля, подчиненного системе единообразных правовых принципов. Как справедливо отмечает ряд авторов, юридические гарантии представляют собой совокупность мероприятий, направленных на создание правового пространства, [4, с. 47] составляют основу правового механизма его формирования и развития. [5, с. 5-8; 6, с. 10-15] Это позволяет осуществлять полноценную реализацию прав, свобод и законных интересов гражданами и юридическими лицами на всей территории Российской Федерации на равных условиях.

Во-вторых, юридические гарантии обеспечивают полноценное регулирование системы правоотношений в стране, адекватное уровню экономического развития и общественных отношений в России. Как отмечает Т.Т. Ляшенко: «Юридические гарантии … представляют собой прогрессивное социальное явление, вызванное необходимостью обеспечить стабильность общественных отношений … как статичность, так и динамичность правоотношений». [7, с. 106] То есть, юридические гарантии не только закрепляют базисные условия в регулировании общественных отношений в текущий момент времени, но и содержат своеобразную декларацию их развития в будущем по мере изменения общественных отношений в стране. Это позволяет, по мнению Н.С. Бондаря, обеспечить правовой реализм в стратегии развития российского конституционализма. [8, с. 5-18]

В-третьих, юридические гарантии являются специальным правовым средством, целью которого является приведение поведения участников общественных отношений к определенной константе, соответствующей правовым предписаниям. При этом, они обеспечивают соблюдение правовых норм не только гражданами и юридическими лицами, но и органами государственной власти и местного самоуправления, а также их должностными лицами. В этой связи, ряд авторов отмечает, что юридические гарантии «выражены специальными правовыми средствами, имеющими целевую направленность и конкретные способы юридического воздействия (как стимулирующие, так и ограничивающие), ориентированными на преодоление препятствий, стоящих на пути удовлетворения интересов участников правоотношений». [7, с. 106]

В-четвертых, юридические гарантии, являясь совокупностью объективных и субъективных факторов, направлены на обеспечение полноценной реализации прав, свобод и законных интересов граждан Российской Федерации, а также юридических лиц. По мнению В.Н. Протасова, «гарантия выступает как специальное средство, существенно увеличивающее возможность наступления желаемого результата». [9, с. 394] Данное воздействие носит комплексный характер, не ограниченное только условиями, определенными правовыми нормами. По мнению Е.Н. Хазова, юридические гарантии выступают «в виде комплекса социально-юридических факторов, которые, в силу своего позитивного характера могут способствовать процессу реализации любых прав, свобод и обязанностей человека и гражданина». [3] При этом, эффективность юридической гарантии определяется ее способностью минимизировать возможность создания ситуации, при которой реализация прав, свобод и законных интересов невозможна, либо затруднена.

В-пятых, юридические гарантии направлены на повышение в обществе ценности института права, поднятие уровня правовой культуры населения, а также на формирование непримиримости к любым типам нарушений правовых предписаний. Как справедливо отмечает В.П. Федорин, основное назначение юридических гарантий состоит в создании в обществе в целом и у граждан в частности уверенности относительно реальности прав, а также наличия возможностей их осуществления. [10, с. 8-9]

Таким образом, под юридическими гарантиями следует понимать специальные правовые средства, представляющие собой совокупность объективных и субъективных факторов, направленных на формирование на территории Российской Федерации единого правового пространства, подчиненного системе правовых принципов и осуществляющего единообразное регулирование правоотношений в стране, посредством которых обеспечиваются: полноценная реализация прав, свобод и законных интересов граждан и юридических лиц, их защита и восстановление в случае нарушения; повышение в обществе ценности института права; поднятие уровня правовой культуры населения; формирование непримиримости к любым типам нарушений правовых предписаний.

В свою очередь, термин «гарантии» (и производные от него понятия) употребляются в Конституции Российской Федерации, как правило, в контексте с понятиями прав, свобод и законных интересов граждан страны. Лишь в статье 80 Президент Российской Федерации определен еще и в качестве гаранта Конституции, а в статье 130 речь идет гарантировании местного самоуправления: правом на судебную защиту; на компенсацию дополнительных расходов, возникших в результате решений, принятых органами государственной власти; запретом на ограничение прав местного самоуправления, установленных Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

Таким образом, конституционно-правовые гарантии применительно к действующему Основному закону страны неразрывно связаны с правами, свободами и законными интересами человека и гражданина, выступая в качестве средства их обеспечения. Ряд авторов, например, А.С. Мордовец, вообще отграничивают понятие гарантий прав человека и гражданина от общего понятия гарантий, полагая, что последние являются весьма объемным социально-политическим и юридическим явлением. [1, с. 168] Однако, представляется, что гарантии прав человека и гражданина представляет собой лишь частный случай (разновидность) юридических гарантий, но в силу того, что права, свободы и законные интересы человека и гражданина являются институциональной основой Конституции Российской Федерации, данный вид юридических гарантий получил наибольшее закрепление в Основном законе страны и конституционном законодательстве.

Таким образом, конституционно-правовые гарантии являются базовыми и основными в системе юридических гарантий, так как создают определенный эталон в реальности и эффективности реализации прав, свобод и законных интересов граждан. При этом, они затрагивают не только правоотношения, но и социально-экономические и политические отношения в той части, в которой этого необходимо для достижения целей правового регулирования. В этом плане, представляется справедливым мнение ряда авторов относительно того, что конституционно-правовые гарантии имеют более широкий предмет правового регулирования. [11, с. 2-3]

При этом, в отечественной литературе нет единого подхода в определении понятия конституционно-правовых гарантий. По мнению одних авторов, конституционно-правовые гарантии представляют собой совокупность условий, приемов, методов и механизмов, благодаря которым происходит реализация на практике закрепленных в Конституции Российской Федерации прав и свобод человека и гражданина; [12, с. 58; 13, с. 226; 7, с. 107] по мнению других ученых, они являются обязанностью государства по обеспечению реализации того или иного права человека и гражданина; [14, с. 175; 15, с. 305] третьи авторы считают их фактором эффективности восстановления нарушенных прав. [16, с. 28-33; 17, с. 38-44]

Представляется, что под конституционно-правовой гарантией следует понимать закрепленную в Конституции Российской Федерации и действующем законодательстве единообразную систему действующих на территории всей страны обязательных условий, принципов, методов, приемов и механизмов, позволяющих обеспечить: полноценную реализацию конституционно-установленных прав, свобод и законных интересов граждан и юридических лиц, их защиту и восстановление в случае нарушения (в том числе и посредством деятельности национальных и международных органов правосудия); повышение в обществе ценности института права; поднятие уровня правовой культуры населения; формирование непримиримости к любым типам нарушений правовых предписаний.

При этом, конституционно-правовая гарантия имеет достаточно сложную структуру элементов, которые закреплены не только в Основном законе страны, но и содержатся (раскрываются) в многочисленных федеральных (федеральных конституционных) и региональных законах, нормативно-правовых актах органов местного самоуправления. Как справедливо отмечает Т.Т. Ляшенко: «В качестве структурных элементов конституционной гарантии прав и свобод личности выступают: правовые принципы, субъективные права и свободы, юридические обязанности, запреты, ограничения, требования; меры, направленные на охрану, защиту и компенсацию; полномочия Президента Российской Федерации, государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц, общественных объединений. Необходимым элементом конституционных гарантий прав и свобод является юридическая ответственность за нарушение прав и свобод личности лиц, выполняющих публичные функции в органах государственной власти и местного самоуправления». [7, с. 106-110]

Конституционно-правовые гарантии позволяют субъекту права рассчитывать на его реализацию благодаря закрепленной системе правовых средств и механизмов, а в случае нарушения данного права - не его защиту со стороны государства в лице правоохранительных органов и суда. Суть этой системы состоит в достижении в реальной действительности результата правового регулирования, соответствующего его цели, носящей идеальный характер. При этом, под целью правового регулирования понимают полноценную реализацию права субъектом, который им наделен в силу положений конституционного законодательства.

В ходе данного процесса используются различные правовые средства, объединенные таким образом, чтобы воплотиться в механизме правового регулирования, позволяющем преодолеть препятствия в реализации субъектом своего права без нарушения прав, свобод и законных интересов третьих лиц. Если бы между правом, закрепленным в качестве идеальной конструкции, и его полной реализацией в реальности не существовало препятствий объективного и субъективного характера, то отпала бы и сама необходимость в юридических гарантиях. Как справедливо отмечает А.В. Малько: «Правовые средства … конституционных гарантий … - реакция на конкретные препятствия». [18, с. 5] При определении и закреплении конституционно-правовых гарантий прав законодатель прогнозирует возможные препятствия в их реализации, формулируя меры охраны и защиты, а также восстановления указанного права при помощи уполномоченных органов государственного управления.

Таким образом, конституционно-правовой механизм гарантии конкретного права представляет собой систему правовых средств воздействия, посредством которых государством осуществляется воздействие на участников правоотношений в целях побуждения последних к соблюдению и реализации данного права. При этом, данный механизм применительно к Российской Федерации предполагает задействование не только национальных, но и международно-правовых средств воздействия, включая деятельность международных судебных органов. По мнению ряда авторов, именно возможность использования международных средств воздействия для гарантирования прав граждан позволяет отнести государство к категории правовых и демократических, [19, с. 385] а в условиях глобализации международно-правовые гарантии прав человека выступают в роли дополнительной гарантии прав, предусмотренных национальным законодательством. [20]

Некоторые авторы считают, что истоки гарантий прав, свобод и законных интересов человека и гражданина лежат в международно-правовых документах, которые представляют собой «международный стандарт прав и свобод человека, имеют приоритет над внутригосударственным правом, ориентируют национально-правовые системы на регулирование взаимоотношений личности и государства». [21, с. 18-19] Однако, данная точка зрения представляется спорной в силу того, что закрепление прав, свобод и законных интересов исторически впервые было осуществлено в национальном законодательстве, а некоторые права, содержащиеся в нормативно-правовых актах отдельных государств, до сих пор не нашли отражения в международном законодательстве.

Цель конституционно-правовых гарантий состоит в создании благоприятных правовых условий реализации прав, свобод и законных интересов граждан, а также устранении негативных факторов, препятствующих данному процессу. В связи с тем, что условия носят вторичный характер по отношению к используемым в рамках механизма правового регулирования правовых средств, они могут быть как благоприятными, так и неблагоприятными, являясь следствием деятельности как самих граждан, реализующих свое право, так и третьих лиц (включая органы государственной власти и местного самоуправления, их должностных лиц). При этом, ряд авторов отмечает, что в процессе реализации права значительную роль играют не только правовые условия, но и ряд иных (социальные, экономические, политические и пр.). [22, с. 187-188]

В качестве задач конституционно-правовых гарантий выступают конкретные мероприятия по поэтапной реализации прав, свобод и законных интересов человека и гражданина, их защите, в том числе и посредством деятельности международных и национальных органов правосудия.

В свою очередь, конституционно-правовые гарантии реализации права граждан Российской Федерации на общественный контроль имеют достаточно сложную структуру, в числе элементов которой можно выделить: конституционно-правовые принципы (например, народовластия, участия народа в управлении государственными делами, ответственности органов государственной власти и местного самоуправления, их должностных лиц, а также органов и организаций, осуществляющих отдельные публичные полномочия, за соблюдение прав, свобод и законных интересов граждан страны и их объединений); систему субъективных прав, свобод и обязанностей участников правоотношений по реализации права граждан на общественный контроль; юридические запреты, ограничения и требования, связанные с устранением препятствий в осуществлении указанного права; меры, направленные на его охрану и защиту.

В качестве основной цели конституционно-правовых гарантий общественного контроля в Российской Федерации выступает создание условий для полноценной реализации гражданами страны своего права на общественный контроль, а также устранение любых неконституционных и незаконных препятствий в данном процессе.

Данная цель предполагает решение ряда задач, к которым можно отнести, например: 1) создание конституционно-правовых рамок для разработки и принятия регионального законодательства и муниципальных нормативно-правовых актов, посвященных реализации права граждан Российской Федерации на осуществление общественного контроля; 2) установление на уровне субъектов Российской Федерации и муниципальных образований единого механизма правового регулирования процесса реализации права граждан на общественный контроль; 3) создание механизма мотивации органов государственного управления к совершенствованию законодательства в области общественного контроля путем инкорпорирования в него международного и зарубежного опыта организации и функционирования данного правового института; 4) установление ограничений для деятельности органов государственной власти и местного самоуправления, их должностных лиц, а также органов и организаций, осуществляющих отдельные публичные полномочия, препятствующей реализации гражданами страны своего права на общественный контроль; 5) создание механизма судебной защиты права на общественный контроль, в случае его нарушения третьими лицами.

Представляется, что конституционно-правовые гарантии имеют большое значение для обеспечения реализации на практике права граждан Российской Федерации на общественный контроль:

1) Они позволяют в масштабах всей страны осуществлять регулирование правоотношений в области общественного контроля посредством формирования единообразной нормативно-правовой базы на всех уровнях государственного управления (федеральном, региональном, муниципальном). Однако, ряд авторов совершенно справедливо критикует действующее законодательство об общественном контроле, отмечая, что «степень транспарентности правотворческой деятельности и общественного контроля в данной сфере является в Российском государстве весьма низкой». [23, с. 10]

В связи с этим, большое значение приобретает развитие конституционно-правовых гарантий в подзаконных актах различного уровня, а также административной практике их реализации. Например, основываясь на закрепленных в Федеральном законе «Об основах общественного контроля в Российской Федерации» от 21.07.2014 № 212-ФЗ принципах открытости, публичности и законности осуществления общественного контроля и общественного обсуждения его результатов, а также недопустимости противодействию законно осуществляемому общественному контролю со сторон органов государственной власти, Министерство культуры Российской Федерации совместно с Российским профсоюзом работников культуры разработало Отраслевое соглашение на 2018-2020 годы, где закрепило в качестве юридической гарантии права граждан на общественный контроль, например, право профсоюзных органов на местах вместе с представителями работодателей осуществлять проведение общественного контроля состояния условий и охраны труда работников, запрашивать необходимую для этого информацию и документы. [24]

2) Они позволяют определять стратегию развития законодательства в области общественного контроля. По мнению некоторых авторов, наличие конституционно-правовых гарантий общественного контроля дает возможность осуществлять процесс развития системы общественного контроля путем принятия федеральных законов, концепций, национальных стратегий, а также образования органов общественного контроля федерального, регионального и местного уровня. [25, с. 11-15]

Например, в рамках конституционно-правовых гарантий реализации права граждан на общественный контроль и в целях развития его системы на федеральном уровне было принято распоряжение Правительства Российской Федерации от 19.09.2013 № 1689-р «Об утверждении Концепции и плана мероприятий («дорожной карты») по созданию и развитию механизмов общественного контроля за деятельностью субъектов естественных монополий с участием потребителей», в котором были детально прописаны обязанности федеральных органов государственной власти по обеспечению реализации данного вида общественного контроля на территории страны. [26]

Проблематике развития общественного контроля на региональном и муниципальном уровне посвящены многочисленные региональные законы и акты органов местного самоуправления. Например, администрацией города Кемерово было принято постановление от 16.09.2016 № 2382 «Об утверждении муниципальной программы «Развитие общественных инициатив в городе Кемерово» на 2017-2021 годы», в котором была определена стратегия развития системы общественного контроля в данном муниципальном образовании. [27]

3) Посредством конституционно-правовых гарантий осуществляется полноценная реализация права граждан России на общественный контроль, без которого невозможно воплотить на практике конституционно-правовые принципы народовластия и участия народа в государственном управлении.

При этом, зачастую данные гарантии получают свое развитие в подзаконных нормативно-правовых актах, а также актах высших судебных органов страны. Например, Конституционный Суд Российской Федерации в своем определении от 02.07.2013 № 1052-О расширил перечень субъектов общественного контроля, по сути отнеся к их числу судя присяжных в стране; он указал, что «суд присяжных - специфический институт прямого народовластия, призванный реализовывать как право граждан на участие в отправлении правосудия в качестве одного из проявлений их права на участие в управлении делами государства (статья 32, части 1 и 5 Конституции Российской Федерации), так и функцию общественного контроля над правосудием по уголовным делам, обеспечивающую демократичность, открытость и независимость судебной власти». [28]

4) Благодаря данному виду юридических гарантий может быть задействован механизм конституционно-правовой защиты права граждан Российской Федерации на общественный контроль в случае его нарушения со стороны любых объектов общественного контроля (органов государственной власти и местного самоуправления, их должностных лиц, органов и организаций, осуществляющих отдельные публичные полномочия), в том числе и путем обращения в органы правосудия, в частности в Конституционный Суд Российской Федерации.

Например, Конституционный Суд Российской Федерации раскрывая в своем постановлении от 30.06.2011 № 14-П содержание таких принципов общественного контроля, как открытость, публичность и законность осуществления общественного контроля и общественного обсуждения его результатов, а также недопустимость противодействию законно осуществляемому общественному контролю со сторон органов государственной власти, установил: «По смыслу статьи 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей государственную защиту прав и свобод человека и гражданина, во взаимосвязи с ее статьями 2, 17 и 18, государство призвано создавать наиболее благоприятные условия для общественного контроля за деятельностью органов публичной власти и их должностных лиц, обеспечения открытости их деятельности, предоставления гражданам полной и достоверной информации, касающейся процесса и результата выполнения возложенных на них функций. Из этого следует, что свобода слова - не только гарантированная государством возможность беспрепятственно выражать посредством устного или печатного слова свои суждения по самым разным вопросам, но и условие эффективности общественного контроля за действиями публичной власти и что конституционное требование о недопустимости принуждения к отказу от своих мнений и убеждений адресовано государственным органам, органам местного самоуправления, политическим партиям, другим общественным объединениям, их должностным лицам, всем членам общества». [29]

Таким образом, Конституционный Суд страны признал, что вышеуказанные принципы, являющиеся элементами конституционно-правовой гарантии права граждан на осуществление общественного контроля, обязательны к соблюдению и исполнению всеми без исключения членами общества.

Реализации ряда принципов общественного контроля, выступающих важными элементами его конституционно-правовых гарантий, а также их взаимосвязи и взаимообусловленности с принципами организации и функционирования органов судебной власти, посвящен и ряд актов Верховного Суда Российской Федерации. В частности, в постановлении его Пленума от 13.12.2012 № 35 закреплено положение о том, что «открытость и гласность судопроизводства, своевременное, квалифицированное, объективное информирование общества о деятельности судов общей юрисдикции (далее - суды) способствуют повышению уровня правовой осведомленности о судоустройстве и судопроизводстве, являются гарантией справедливого судебного разбирательства, а также обеспечивают общественный контроль за функционированием судебной власти». [30]

5) Наличие конституционно-правовых гарантий права граждан Российской Федерации на осуществление общественного контроля предполагает возможность использования механизма международно-правовой защиты данного права, в том числе и путем обращения в международные и межгосударственные судебные органы (например, в Европейский суд по правам человека, Международный суд при ООН).

Например, Европейский Суд по правам человека в своем постановлении от 17.10.2017 по делу Криволуцкая против Российской Федерации (Krivolutskaya v. Russia) (жалоба № 28008/14) установив, что федеральными правоохранительными органами и судом были нарушены права гражданки Криволуцкой, в том числе и права на осуществление общественного контроля, отметил: «Участие в расследовании лиц, пострадавших в результате предполагаемых преступлений, обеспечивает подотчетность власти перед обществом и общественный контроль их действий в период расследования. Право на участие в разбирательстве подразумевает, что процедура должна обеспечивать необходимую защиту их интересов … в настоящем деле не была обеспечена достаточная и надлежащая защита интересов заявителя и не были обеспечены подотчетность следствия перед обществом и необходимый общественный контроль расследования и его результатов... Следовательно, было допущено нарушение статьи 2 Конвенции в части обязательства по проведению эффективного расследования». [31]

Таким образом, решение данного международного судебного органа выступило в виде элемента конституционно-правовой гарантии права гражданина на осуществление общественного контроля в отношении к деятельности правоохранительных органов.

Однако, процесс формирования и закрепления конституционно-правовых гарантий в законодательстве Российской Федерации нельзя считать завершенным, так как, с одной стороны, общественное развитие и постоянное усложнение системы органов государственного и муниципального управления требует постоянного совершенствования нормативно-правовой базы, регулирующей вопросы общественного контроля за ними, а с другой стороны, по мнению ряда авторов имеются многочисленные проблемы и недоработки в правовом механизме реализации данного права как в Конституции России, так и иных нормативно-правовых актах. [32, с. 43-46; 33, с. 12-21]

Вместе с тем, значение данного вида конституционно-правовых гарантий трудно переоценить, так как они позволяют не только обеспечить реализацию права граждан Российской Федерации на осуществление общественного контроля, но и создают положительную динамику развития правового механизма его регулирования.

При этом, с одной стороны, право граждан на общественный контроль диктует необходимость его обеспечения и защиты со стороны общества и государства путем закрепления системы конституционно-правовых гарантий, а с другой стороны, процесс их реализации на практике позволяет усовершенствовать как сам институт общественного контроля, так и конституционно-правовой механизм его реализации и защиты.

Библиография
1.
Мордовец А.С. Социально-юридический механизм обеспечения прав человека и гражданина.-Саратов, 1996.-288 с.
2.
Медведев С.М., Числов А.И. Права, свободы и законные интересы граждан: формы и средства охраны // Правовое поле современной экономики.-2012.-№ 11.-С. 139-153.
3.
Хазов Е.Н. Юридические гарантии основных прав, свобод и обязанностей человека и гражданина в России: автореф. дисс. …канд. юрид. наук.-Санкт-Петербург, 1997.-24 с.
4.
Сальников В.П., Стеценко С.Г. Юридические гарантии обеспечения медицинской деятельности (теоретико-правовой аспект) // Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России.-2006.-№ 1 (29).-С. 47-51.
5.
Магомедов Ш.Б., Закариев Я.А. К вопросу о механизмах обеспечения единого правового пространства в Российской Федерации // Закон и право.-2010.-№ 6.-С. 5-8/
6.
Магомедов Ш.Б., Гафуров З.З. Качество законотворческой деятельности субъектов Российской Федерации как фактор обеспечения единого правового пространства // Закон и право.-2010.-№ 7.-С. 10-15.
7.
Ляшенко Т.Т. Конституционные гарантии прав и свобод личности как элемент правового государства // Социология и право.-2012.-№ 1 (12).-С. 105-110.
8.
Бондарь Н.С. Стратегия российского конституционализма: от политических иллюзий к правовому реализму // Журнал российского права.-2015.-№ 11 (227).-С. 5-18.
9.
Протасов В.Н. Лекции по общей теории права и теории государства. М.: ИД «Городец», 2010.-751 c.
10.
Федорин В.П. Гарантии конституционных прав и свобод человека и гражданина: учеб. пособие.-Хабаровск: РИЦ ХГАЭП, 2009.-103 с.
11.
Кондратьева М.А. Политические отношения в предмете конституционного права // Конституционное и муниципальное право.-2010.-№ 7.-С. 2-5.
12.
Озиев Т.Т. Конституционное право: учеб. пособие.-М.: Юнити-Дана, 2009.-287 с.
13.
Смоленский М.Б., Мархгейм М.В. Конституционное право Российской Федерации: учебник.-Ростов н/Д: Феникс, 2007.-445 с.
14.
Постников А.Е., Мазаев В.Д., Никитина Е.Е. Конституционное право России: учебник.-М.: Проспект, 2008.-488 с.
15.
Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации: учебник. М.: Норма, 2007.-784 с.
16.
Забайкалов А.П. О расширении состава субъектов общественного контроля как гарантии конституционного права граждан на участие в управлении делами государства // Юридическая наука.-2018.-№ 1.-С. 28-33.
17.
Вилова М.Г. Конституционные гарантии реализации права на публичное судебное разбирательство // Вопросы современной юриспруденции.-2015.-№ 49-50.-С. 38-44.
18.
Малько А.В. Правовые средства как общетеоретическая проблема // Правоведение.-1999.-№ 2.-С. 4-16.
19.
Гасанов К.К. Конституционный механизм защиты основных прав человека.-М.: ЮнитиДана, 2004.-431 с.
20.
Иванов В.В. Международно-правовые гарантии защиты прав человека в условиях глобализации: автореферат дис. … канд. юрид. наук.-М., 2005.-19 с.
21.
Калашников С.В. Система конституционных гарантий обеспечения прав и свобод граждан в условиях формирования в России гражданского общества // Государство и право.-2002.-№ 10.-С. 17-25.
22.
Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право России: учебник.-М.: Проспект, 2010.-608 с.
23.
Алебастрова И.А. Общественный контроль за публичной властью в России: болезни роста или задержка развития? // Российский юридический журнал.-2018.-№ 2 (119).-С. 10-18.
24.
Отраслевое соглашение между Министерством культуры РФ и Российским профсоюзом работников культуры на 2018-2020 годы (утв. Минкультуры России, Российским профсоюзом работников культуры 08.12.2017) // Солидарность. 14.02.2018.-№ 6.
25.
Гриб В.В. Общественный контроль на современном этапе: проблемы правового развития // Вестник Академии права и управления.-2015.-№ 4 (41).-С. 11-15.
26.
Об утверждении Концепции и плана мероприятий («дорожной карты») по созданию и развитию механизмов общественного контроля за деятельностью субъектов естественных монополий с участием потребителей: распоряжение Правительства Российской Федерации от 19.09.2013 № 1689-р // СЗ РФ.-30.09.2013.-№ 39.-Ст. 5002.
27.
Об утверждении муниципальной программы «Развитие общественных инициатив в городе Кемерово» на 2017-2021 годы: постановление администрации города Кемерово от 16.09.2016 № 2382 [Электронный ресурс].-Режим доступа: http://docs.cntd.ru/document/441678836 (дата обращения: 01.11.2018).
28.
Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мирошниченко Владимира Ивановича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 379 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: Определение Конституционного Суда РФ от 02.07.2013 № 1052-О // Справочно-информационная система «КонсультантПлюс».
29.
По делу о проверке конституционности положений пункта 10 части 1 статьи 17 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» и статьи 20.1 Закона Российской Федерации «О милиции» в связи с жалобами граждан Л.Н. Кондратьевой и А.Н. Мумолина: постановление Конституционного Суда РФ от 30.06.2011 № 14-П // СЗ РФ.-11.07.2011.-№ 28.-Ст. 4261.
30.
Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов: постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2012 № 35 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации.-2013.-№ 3.
31.
Постановление Европейского Суда по правам человека от 17.10.2017 по делу Криволуцкая против Российской Федерации (Krivolutskaya v. Russia) (жалоба № 28008/14). Справочная система «КонсультантПлюс» (дата обращения: 01.11.2018).
32.
Киричёк Е.В. Общественный контроль в России: некоторые теоретико-методологические особенности и проблемы законодательного регулирования // Конституционное и муниципальное право.-2016.-№ 9.-С. 43-46.
33.
Бердникова Е.В. Пробелы правовой регламентации принципов общественного контроля в Российской Федерации // Современное общество и право.-2016.-№ 2 (23).-С. 12-21.
References (transliterated)
1.
Mordovets A.S. Sotsial'no-yuridicheskii mekhanizm obespecheniya prav cheloveka i grazhdanina.-Saratov, 1996.-288 s.
2.
Medvedev S.M., Chislov A.I. Prava, svobody i zakonnye interesy grazhdan: formy i sredstva okhrany // Pravovoe pole sovremennoi ekonomiki.-2012.-№ 11.-S. 139-153.
3.
Khazov E.N. Yuridicheskie garantii osnovnykh prav, svobod i obyazannostei cheloveka i grazhdanina v Rossii: avtoref. diss. …kand. yurid. nauk.-Sankt-Peterburg, 1997.-24 s.
4.
Sal'nikov V.P., Stetsenko S.G. Yuridicheskie garantii obespecheniya meditsinskoi deyatel'nosti (teoretiko-pravovoi aspekt) // Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta MVD Rossii.-2006.-№ 1 (29).-S. 47-51.
5.
Magomedov Sh.B., Zakariev Ya.A. K voprosu o mekhanizmakh obespecheniya edinogo pravovogo prostranstva v Rossiiskoi Federatsii // Zakon i pravo.-2010.-№ 6.-S. 5-8/
6.
Magomedov Sh.B., Gafurov Z.Z. Kachestvo zakonotvorcheskoi deyatel'nosti sub''ektov Rossiiskoi Federatsii kak faktor obespecheniya edinogo pravovogo prostranstva // Zakon i pravo.-2010.-№ 7.-S. 10-15.
7.
Lyashenko T.T. Konstitutsionnye garantii prav i svobod lichnosti kak element pravovogo gosudarstva // Sotsiologiya i pravo.-2012.-№ 1 (12).-S. 105-110.
8.
Bondar' N.S. Strategiya rossiiskogo konstitutsionalizma: ot politicheskikh illyuzii k pravovomu realizmu // Zhurnal rossiiskogo prava.-2015.-№ 11 (227).-S. 5-18.
9.
Protasov V.N. Lektsii po obshchei teorii prava i teorii gosudarstva. M.: ID «Gorodets», 2010.-751 c.
10.
Fedorin V.P. Garantii konstitutsionnykh prav i svobod cheloveka i grazhdanina: ucheb. posobie.-Khabarovsk: RITs KhGAEP, 2009.-103 s.
11.
Kondrat'eva M.A. Politicheskie otnosheniya v predmete konstitutsionnogo prava // Konstitutsionnoe i munitsipal'noe pravo.-2010.-№ 7.-S. 2-5.
12.
Oziev T.T. Konstitutsionnoe pravo: ucheb. posobie.-M.: Yuniti-Dana, 2009.-287 s.
13.
Smolenskii M.B., Markhgeim M.V. Konstitutsionnoe pravo Rossiiskoi Federatsii: uchebnik.-Rostov n/D: Feniks, 2007.-445 s.
14.
Postnikov A.E., Mazaev V.D., Nikitina E.E. Konstitutsionnoe pravo Rossii: uchebnik.-M.: Prospekt, 2008.-488 s.
15.
Baglai M.V. Konstitutsionnoe pravo Rossiiskoi Federatsii: uchebnik. M.: Norma, 2007.-784 s.
16.
Zabaikalov A.P. O rasshirenii sostava sub''ektov obshchestvennogo kontrolya kak garantii konstitutsionnogo prava grazhdan na uchastie v upravlenii delami gosudarstva // Yuridicheskaya nauka.-2018.-№ 1.-S. 28-33.
17.
Vilova M.G. Konstitutsionnye garantii realizatsii prava na publichnoe sudebnoe razbiratel'stvo // Voprosy sovremennoi yurisprudentsii.-2015.-№ 49-50.-S. 38-44.
18.
Mal'ko A.V. Pravovye sredstva kak obshcheteoreticheskaya problema // Pravovedenie.-1999.-№ 2.-S. 4-16.
19.
Gasanov K.K. Konstitutsionnyi mekhanizm zashchity osnovnykh prav cheloveka.-M.: YunitiDana, 2004.-431 s.
20.
Ivanov V.V. Mezhdunarodno-pravovye garantii zashchity prav cheloveka v usloviyakh globalizatsii: avtoreferat dis. … kand. yurid. nauk.-M., 2005.-19 s.
21.
Kalashnikov S.V. Sistema konstitutsionnykh garantii obespecheniya prav i svobod grazhdan v usloviyakh formirovaniya v Rossii grazhdanskogo obshchestva // Gosudarstvo i pravo.-2002.-№ 10.-S. 17-25.
22.
Kozlova E.I., Kutafin O.E. Konstitutsionnoe pravo Rossii: uchebnik.-M.: Prospekt, 2010.-608 s.
23.
Alebastrova I.A. Obshchestvennyi kontrol' za publichnoi vlast'yu v Rossii: bolezni rosta ili zaderzhka razvitiya? // Rossiiskii yuridicheskii zhurnal.-2018.-№ 2 (119).-S. 10-18.
24.
Otraslevoe soglashenie mezhdu Ministerstvom kul'tury RF i Rossiiskim profsoyuzom rabotnikov kul'tury na 2018-2020 gody (utv. Minkul'tury Rossii, Rossiiskim profsoyuzom rabotnikov kul'tury 08.12.2017) // Solidarnost'. 14.02.2018.-№ 6.
25.
Grib V.V. Obshchestvennyi kontrol' na sovremennom etape: problemy pravovogo razvitiya // Vestnik Akademii prava i upravleniya.-2015.-№ 4 (41).-S. 11-15.
26.
Ob utverzhdenii Kontseptsii i plana meropriyatii («dorozhnoi karty») po sozdaniyu i razvitiyu mekhanizmov obshchestvennogo kontrolya za deyatel'nost'yu sub''ektov estestvennykh monopolii s uchastiem potrebitelei: rasporyazhenie Pravitel'stva Rossiiskoi Federatsii ot 19.09.2013 № 1689-r // SZ RF.-30.09.2013.-№ 39.-St. 5002.
27.
Ob utverzhdenii munitsipal'noi programmy «Razvitie obshchestvennykh initsiativ v gorode Kemerovo» na 2017-2021 gody: postanovlenie administratsii goroda Kemerovo ot 16.09.2016 № 2382 [Elektronnyi resurs].-Rezhim dostupa: http://docs.cntd.ru/document/441678836 (data obrashcheniya: 01.11.2018).
28.
Ob otkaze v prinyatii k rassmotreniyu zhaloby grazhdanina Miroshnichenko Vladimira Ivanovicha na narushenie ego konstitutsionnykh prav chast'yu vtoroi stat'i 379 Ugolovno-protsessual'nogo kodeksa Rossiiskoi Federatsii: Opredelenie Konstitutsionnogo Suda RF ot 02.07.2013 № 1052-O // Spravochno-informatsionnaya sistema «Konsul'tantPlyus».
29.
Po delu o proverke konstitutsionnosti polozhenii punkta 10 chasti 1 stat'i 17 Federal'nogo zakona «O gosudarstvennoi grazhdanskoi sluzhbe Rossiiskoi Federatsii» i stat'i 20.1 Zakona Rossiiskoi Federatsii «O militsii» v svyazi s zhalobami grazhdan L.N. Kondrat'evoi i A.N. Mumolina: postanovlenie Konstitutsionnogo Suda RF ot 30.06.2011 № 14-P // SZ RF.-11.07.2011.-№ 28.-St. 4261.
30.
Ob otkrytosti i glasnosti sudoproizvodstva i o dostupe k informatsii o deyatel'nosti sudov: postanovlenie Plenuma Verkhovnogo Suda Rossiiskoi Federatsii ot 13.12.2012 № 35 // Byulleten' Verkhovnogo Suda Rossiiskoi Federatsii.-2013.-№ 3.
31.
Postanovlenie Evropeiskogo Suda po pravam cheloveka ot 17.10.2017 po delu Krivolutskaya protiv Rossiiskoi Federatsii (Krivolutskaya v. Russia) (zhaloba № 28008/14). Spravochnaya sistema «Konsul'tantPlyus» (data obrashcheniya: 01.11.2018).
32.
Kirichek E.V. Obshchestvennyi kontrol' v Rossii: nekotorye teoretiko-metodologicheskie osobennosti i problemy zakonodatel'nogo regulirovaniya // Konstitutsionnoe i munitsipal'noe pravo.-2016.-№ 9.-S. 43-46.
33.
Berdnikova E.V. Probely pravovoi reglamentatsii printsipov obshchestvennogo kontrolya v Rossiiskoi Federatsii // Sovremennoe obshchestvo i pravo.-2016.-№ 2 (23).-S. 12-21.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"