Статья 'Поселения Остяко-Вогульского национального округа в 1930-е гг. : численность и типология.' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Genesis: исторические исследования
Правильная ссылка на статью:

Поселения Остяко-Вогульского национального округа в 1930-е гг. : численность и типология

Аксарин Вячеслав Валериевич

кандидат исторических наук

старший научный сотрудник, Тобольская комплексная научная станция Уральского отделения Российской академии наук

626152, Россия, Тюменская область, г. Тобольск, ул. Академика Ю.осипова, 15

Aksarin Vyacheslav Valerievich

PhD in History

Senior Scientific Associate, Tobolsk Complex Scientific Station of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences

626152, Russia, Tyumenskaya oblast', g. Tobol'sk, ul. Akademika Yu.osipova, 15

aksarin_80@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-868X.2022.10.39041

EDN:

EHSSYN

Дата направления статьи в редакцию:

22-10-2022


Дата публикации:

29-10-2022


Аннотация: Предметом исследования выступает поселенческая сеть Остяко-Вогульского национального округа Омской области, объектом – пространственное размещение, численность, типология, величина (по числу жителей) его населенных пунктов. Кроме того учитывалось влияние природно-географических, социально-экономических и иных условий развития сети населенных пунктов. Источниками для изучения поселенческой сети стали впервые вводимые в научный оборот документы Российского государственного архива экономики (РГАЭ): материалы Центрального статистического управления при Совете Министров СССР, списки населенных мест с указанием численности населения по Всесоюзной переписи 1939 г. по Остяко-Вогульскому национальному округу. В работе применялись историко-сравнительный, историко-типологический, статистический методы исследования, а также методы графического представления полученных данных. Анализ, сопоставление и критический подход позволили рассмотреть процесс развития поселенческой сети в изучаемом округе. Обращение к историческому опыту сети поселений национального округа будет способствовать пополнению данных по истории региональной поселенческой системы. Впервые проведенный количественный анализ структуры населенных пунктов показал преобладание в типологии поселенческой сети юрт, деревень, поселков, наличие небольшого числа сел. Определена величина селений разных типов в округе. Так, численность жителей юрт составляла в среднем 35 чел., деревень – 85, поселков – 482, сел – 892.


Ключевые слова:

величина поселений, Всесоюзная перепись, Остяко-Вогульский национальный округ, поселок, село, юрта, сеть поселений, списки населенных мест, типология поселений, оленеводство

Abstract: The subject of the study is the settlement network of the Ostyako-Vogul National District of the Omsk region, the object is spatial placement, number, typology, size (by the number of inhabitants) its localities. In addition, the influence of natural-geographical, socio-economic and other conditions for the development of the network of settlements was taken into account. The sources for the study of the settlement network were the documents of the Russian State Archive of Economics (RGAE) introduced into scientific circulation for the first time: materials of the Central Statistical Office under the Council of Ministers of the USSR, lists of populated places indicating the population according to the All-Union Census of 1939 in the Ostyako-Vogul National District. The work used historical-comparative, historical-typological, statistical research methods, as well as methods of graphical representation of the data obtained. Analysis, comparison and critical approach allowed us to consider the process of development of the settlement network in the studied district. Reference to the historical experience of the settlement network of the national district will contribute to the replenishment of data on the history of the regional settlement system. For the first time, a quantitative analysis of the structure of settlements showed the predominance in the typology of the settlement network of yurts, villages, settlements, the presence of a small number of villages. The size of villages of different types in the district is determined. Thus, the number of inhabitants of yurts averaged 35 people, villages – 85, settlements – 482, villages – 892.


Keywords:

size of settlements, All-Union census, Ostyako-Vogulsky national district, settlement, village, yurt, network of settlements, lists of settlements, typology of settlements, reindeer husbandry

Введение

Современная демографическая ситуация в Российской Федерации в значительной степени обусловлена социально-экономическими процессами. Переживаемый современной Россией длительный и противоречивый процесс перехода к рыночной экономике, гражданскому обществу и правовому государству сопровождается глубокими качественными изменениями во всех сферах жизни и деятельности российского общества: социально-экономической, общественно-политической, духовно-нравственной.

Наряду с этими процессами особую остроту приобретают демографические и миграционные проблемы, связанные с оттоком населения из малых городов, сельских поселений, поселков и деревень в города-мегаполисы. Процесс миграции в крупные города ведет к запустению тысяч малых населенных пунктов, прекращению их функционирования как отдельных территориальных поселенческих единиц.

Сегодня одним из востребованных регионов Российской Федерации является территория Тюменской области, а в особенности ее северных автономных округов – Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого. В настоящее время Ханты-Мансийский автономный округ — Югра – один из основных нефтегазоносных регионов Российской Федерации. Он занимает лидирующее место в добыче углеводородного сырья. Югра относится к регионам-донорам по поступлению налогов в бюджетную систему и первенствует по ряду основных экономических показателей. Помимо приоритетного развития сектора добычи сырья, в округе развиваются энергетика, строительство, транспортная инфраструктура и другие отрасли. Благоприятные социально-экономические факторы позволили создать здесь сеть современных населенных пунктов. Но так было не всегда.

История становления поселенческой сети в Ханты-Мансийском автономном округе прошла длительный этап, пик которого пришелся на 1930-е гг. Несмотря на свои природно-географические условия и отличающиеся от европейских районов России производственно-торговые, религиозные, образовательные функции – поселения сыграли роль в хозяйственном освоении округа. В этом плане изучение численности и типологии северных поселений вызывает особый интерес, позволяет исследовать процесс становления поселенческой сети, ее включение в региональную и всероссийскую (всесоюзную) экономическую базу. Проблема становления поселенческой сети Остяко-Вогульского национального округа периода 1930-х гг. еще не стала предметом углубленного исследования для ученых. В связи с этим существует необходимость всестороннего изучения исторического опыта развития населенных пунктов названной административно-территориальной единицы для решения демографических, а также миграционных проблем современности.

Цель статьи – рассмотреть в исторической ретроспективе особенности развития поселенческой сети Остяко-Вогульского национального округа, ее численности и типологии по данным Всесоюзной переписи 1939 г.

Для характеристики поселенческой сети вышеуказанного округа необходимо: 1) выявить природно-географические и иные факторы, повлиявшие на складывание и развитие сети поселений; 2) провести количественный анализ структуры поселений; 3) выявить типологию поселений, ее особенности.

Впервые вводимые в научный оборот документы Российского государственного архива экономики (материалы Центрального статистического управления при Совете Министров СССР (ф. 1562)), раскрывают количественные показатели развития населенных пунктов по Остяко-Вогульскому национальному округу.

Автором использовались общенаучные и специальные методы: историко-сравнительный, историко-типологический, статистический, которые позволили систематизировать и обобщить основные количественные характеристики поселений, а также методы графического представления полученных данных. Опора на различные методы способствовала рассмотрению проблемы комплексно.

Территориальные рамки исследования охватывают Остяко-Вогульский национальный округ, образованный в декабре 1930 г. и входивший с 1930 по 1934 г. в Уральскую, с января 1934 г. – в Обско-Иртышскую, а с декабря 1934 г. в Омскую области.

Заявленная проблема в советской историографии затрагивалась исследователями с позиции влияния природно-географических [1-2] и экономических условий на размещение населения и величину поселений [3]. Авторы работ акцентировали внимание на отличительных чертах сельских и городских поселений [4], изучали особенности развития сельских поселений, рассматривали влияние Транссибирской железной дороги на возникновение нового типа поселений [5]. Попытки анализа населения Сибири за продолжительный период второй половины XIX–начала ХХ в. предприняли В. А. Зверев [6], В. И. Пронин [7]. Кризис российской деревни в конце ХХ в. широко обозначил проблему истории становления и развития поселенческой сети в среде современных исследователей [8-14]. К сожалению, в иностранной литературе среди работ, посвященных теме освоения отдаленных территорий, Север Западной Сибири не стал предметом пристального изучения, однако, можно назвать обобщающие труды по истории австралийского дальнего Севера [15], работы посвященные интеграции аборигенных народов в освоении этих территорий [16-17]. Работы развития сельских поселений рассматриваются через процесс расселения, его влияния на расширение поселенческой сети и роли в ней региональных городов [18-22].

Пространственное размещение и численность поселенческой сети Остяко-Вогульского национального округа

Остяко-Вогульский национальный округ с центром в с. Самарово был образован в декабре 1930 г. на основании постановления ВЦИК в составе Уральской области. На протяжении исследуемого периода административно-территориальное деление округа несколько раз менялось. В январе 1934 г. округ вошел в Обско-Иртышскую область, а с декабря 1934 г. в Омскую. Территория округа была сформирована из Березовского, Кондинского, Самаровского, Сургутского районов, Кушеватского, Мужевского сельсоветов, Шурышкарского туземного остяцкого района Обдорского района и Ларьякского остяцкого туземного района Западно-Сибирского края. Национальный округ был разделен на шесть районов: Березовский, Кондинский, Ларьякский, Самаровский, Сургутский и Шурышкарский. В 1936 г. поселок Остяко-Вогульск был преобразован в рабочий поселок. В июле 1937 г. в составе округа образован Микояновский район, а в сентябре 1937 г. Шурышкарский район был передан в Ямало-Ненецкий национальный округ [23, c. 213]. За исследуемый период количество сельсоветов не было постоянным, если в 1930 г. их насчитывалось 43, к середине 1930-х гг. – 56, то уже к 1939 г. только 52 [24, л. 2-30].

Особенностью национального округа являлась его природно-географическая среда. Протянувшись от Уральских гор до Обско-Енисейского водораздела, суровый в климатическом плане округ обладал резко континентальным климатом с быстрой сменой погодных условий. Холодные и продолжительные зимы и короткое лето накладывали отпечаток на занятия и промыслы населения. Охота, оленеводство, собирательство, земледелие, скотоводство составляли основу жизненного уклада местного населения. Водные артерии рек Оби и Иртыша с их многочисленными притоками создавали условия для занятий рыбной ловлей. Вся хозяйственная деятельность жителей округа была тесно связана с природными условиями, а умение жить в гармонии с природой, ориентироваться на местности, позволяло создавать свою особенную поселенческую сеть с преобладанием сельских поселений над городскими. Определенным фактором, повлиявшим на складывание и развитие специфической сети поселений, было наличие наряду с русским населением коренных малочисленных народностей Крайнего Севера – ханты и манси.

По данным Всесоюзной переписи 1939 г. в Остяко-Вогульском национальном округе проживало 93 244 человека (44 494 муж. и 4 8750 жен.) в 925 сельских и городских населенных пунктах, из них в сельских поселениях – 85 789 человек (40997 муж. и 44792 жен.) в 924 пунктах и 7455 чел. (3497 муж. и 3958 жен.) в городском рабочем поселке Остяко-Вогульск (см. табл.1) [24, л. 2].

Таблица свидетельствует, что самыми крупными по количеству населенных пунктов являлись Сургутский (315), Березовский (175), Кондинский (147) и Самаровский (116) районы. Менее ста населенных пунктов было в Микояновском (88) и Ларьякском (83) районах. По численности населения на первом месте находился Самаровский район (22 329 чел.), затем Микояновский (15 157 чел.), Сургутский (14 744 чел.), Кондинский (14 39 чел.), Березовский (13 744 чел.), Ларьякский (5276 чел.). Самыми крупными сельскими советами по количеству населенных пунктов являлись Тром-Юганский (71), Пимский (52), Угут-Юганский (50) Сургутского района.

Таблица 1

Количество населенных пунктов и численность населения по Остяко-Вогульскому национальному округу

(по данным Всесоюзной переписи 1939 г.) [сост. нами по: 24, л 2-30]

Сельский совет

Количество населенных пунктов

Всего населения

Березовский район

Анеевский

38

1398

Березовский

17

5445

Ломбовожский

15

844

Няксимвольский

34

898

Приобский

35

1389

Саранпаульский

27

2516

Сартынский

9

1254

Кондинский район

Болчаровский

9

982

Красноярский

11

983

Карымский

16

767

Леушинский

33

3747

Нахрачинский

25

3796

Сатычинский

25

3221

Шаимский

28

1043

Микояновский район

Ботлымский

21

3057

Кеушинский

12

1251

Кондинский

11

4261

Казымский

10

1607

Нарыкарский

12

973

Полноватский

16

1717

Шеркальский

6

2291

Ларьякский район

Ахтеурский

12

451

Б. Ларьякский

5

248

Вампугольский

5

371

Колек-Яганский

8

160

Корликовский

17

532

Ларьякский

12

1330

Н. Вартовский

8

1395

Тарховский

6

407

Тюлькинский

10

382

Самаровский район

Базьяновский

6

980

Батовский

5

1095

Елизаровский

11

1751

Зенковский

16

2463

Коневский

5

475

Назымский

12

1285

Реполовский

6

1708

Самаровский

15

6587

Троицкий

19

2852

Тюлинский

7

856

Филинский

14

2277

Сургутский район

Аганский

43

672

Локосовский

13

1142

Пимский

52

356

Покурский

21

1523

Сургутский

15

4688

Сытоминский

9

1790

Салымский

16

468

Тундринский

12

2001

Тром-Юганский

71

662

Угут-Юганский

50

1074

Усть-Балыкский

13

368

Всего в сельских поселениях

924

85789

в т. ч. в городских поселениях

1

7455

Всего по округу

925

93244

Типическая структура и величина сети поселений

Поселенческая сеть Остяко-Вогульского национального округа включала в свою типическую структуру поселения с такими статусами, как деревня, поселок, село и юрта. Как видно из таблицы 2, для исследуемого округа были характерны преимущественно юрты (531) после них деревни (207), поселки (51) и села (31), к разряду прочих относились наименее распространенные (105) базы, бараки, будки, заимки, избушки, кордоны, летники, пески, фермы. Статус большинства сельских населенных пунктов зависел от особенностей землепользования и рода занятий. Так, например, наличие юрт (чумов) определялось кочевым образом жизни населения занимающегося оленеводством, они были удобны в плане переноса его по просторам севера Западной Сибири. Поселки, как небольшие населенные пункты округа, чаще встречались по берегам рек и их притоков, их население вело полукочевой или оседлый образ жизни, занимаясь охотой, рыболовством, собирательством. В деревнях, как типе крестьянского сельского поселения, по мнению исследователей, проживало оседлое население, тогда как во многих селах уже присутствовали церкви и они выполняли не только конфессиональные функции, но и выступали в роли хозяйственно-административных центров, именно здесь преобладали мелкие торгово-промысловые предприятия (рыболовные пески, охотничьи товарищества, потребительские и промысловые кооперативы).

Таблица 2

Типическая структура поселенческой сети Остяко-Вогульского национального округа по данным Всесоюзной переписи 1939 г. [сост. нами по: 24, л. 2-30]

Район

Всего населенных пунктов

из них:

Прочие*

Юрта

Деревня

Поселок

Село

Березовский

175

109

11

7

7

41

Кондинский

147

0

118

7

7

15

Микояновский

88

67

2

10

4

5

Ларьякский

83

73

6

2

2

0

Самаровский

116

24

44

13

7

28

Сургутский

315

258

26

11

4

16

Остяко-Вогульск

1

0

0

1

0

0

Всего

925

531

207

51

31

105

· вошли наименее распространенные, но представленные в поселенческой сети (база, барак, будка, заимка, избушка, кордон, летник, песок, ферма).

Одной из важных характеристик, свидетельствующей о степени развития поселенческой сети исследуемого национального округа, является величина размещавшихся на его территории населенных пунктов. Как правило, величина определяется по числу проживающих жителей в том или ином пункте.

Таблица 3

Количество населенных пунктов наиболее распространенных типов и численность проживающего в них населения в Остяко-Вогульском национальном округе (1939 г.) [сост. нами по: 24, л 2-30]

Район

Юрта

Населения обоего пола (чел.)

Деревня

Населения обоего пола (чел.)

Поселок

Населения обоего пола (чел.)

Село

Населения обоего пола (чел.)

Березовский

109

4110

11

879

7

1680

7

5450

Кондинский

0

118

6787

7

2779

7

4506

Микояновский

67

6713

2

492

10

3628

4

4106

Ларьякский

73

2382

6

829

2

133

2

1752

Самаровский

24

1807

44

6611

13

4213

7

8598

Сургутский

258

3597

26

2126

11

4714

4

3242

Остяко-Вогульск

0

0

0

0

1

7455

0

0

Всего

531

18609

207

17724

51

24602

31

27654

В среднем на один населенный пункт

1

35

1

85

1

482

1

892

Данные таблицы 3 свидетельствуют, что наибольшей величиной в Остяко-Вогульском округе в количественном отношении были юрты (531), особенно в Березовском (109) и Сургутском (258) районах, в то же время всего по числу проживающего здесь населения юрты находились на третьем месте (18609 чел.), а в среднем на один населенный пункт приходилось по 35 чел. Самыми многочисленными являлись юрты Микояновского района (6713 чел.).

В деревнях, как типе поселений находящемся на втором месте, проживало 17724 человека обеих полов, что в среднем составляло по 85 человек на одну деревню. Наибольшее число деревень, в том числе и по численности населения (6787 чел.), приходилось на Кондинский район. Количество поселков по округу составляло пятьдесят один, здесь проживало 24 602 человека или в среднем по 482 человека на поселок. Наибольшее их число приходилось на Самаровский район (13), в тоже время самым многолюдным был рабочий поселок Остяко-Вогульск, где проживало 7455 человек. И наконец, наименее распространенным в округе типом поселения было село, средняя величина жителей которого составляла 892 человека. В количественном отношении сельские поселения – села являлись наиболее многочисленным по количеству проживающих – 27654 человека. Самое большое число сельских жителей – 8598 человек фиксировалось в селах Самаровского района.

Заключение

Таким образом, особенности развития поселенческой сети Остяко-Вогульского национального округа в 1930-х гг. заключались в следующем:

-во-первых, статус большинства населенных пунктов зависел от особенностей землепользования и рода занятий его населения. Хозяйственная деятельность жителей округа была тесно связана с природными условиями, что позволяло создавать свою отличительную поселенческую сеть с преобладанием сельских поселений над городскими. Определенным фактором, повлиявшим на формирование и развитие специфической сети поселений, являлось проживание наряду с русским населением коренных малочисленных народностей Севера Западной Сибири – ханты и манси.

-во-вторых, типология сельских населенных пунктов заключалась в преобладании юрт, деревень, поселков и сел. Причем, если юрты в количественном плане преобладали над селами в Остяко-Вогульском округе, то по количеству проживающих в населенных пунктах преобладали села. В среднем на одну юрту приходилось по 35 человек, а на село – 892 человека.

- в-третьих, наличие и преобладание в отдельном районе округа того или иного типа поселения зависело от численности населения и рода его занятий: например, наличие большинства юрт (чумов) в Березовском и Сургутском районах было продиктовано кочевым образом жизни населения занимающегося оленеводством.

-в-четвертых, для округа было типично наличие одного городского поселения в виде рабочего поселка Остяко-Вогульск, который считался окружным центром с населением в 7455 человек и выполнял административные функции.

Таким образом, мы установили, что в Остяко-Вогульском округе преобладали небольшие малочисленные поселения.

Библиография
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
References
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

на статью
Поселения Остяко-Вогульского национального округа в 1930-е гг. : численность и типология.

Название в целом соответствует содержанию материалов статьи.
В названии статьи условно просматривается научная проблема, на решение которой направлено исследование автора.
Рецензируемая статья представляет относительный научный интерес. Автор не сумел разъяснить выбор темы исследования и обосновать её актуальность.
В статье сформулирована цель исследования, не вполне согласованная с названием статьи (в тексте статьи: «Цель статьи – рассмотреть в исторической ретроспективе особенности развития поселенческой сети Остяко-Вогульского национального округа, ее численности и типологии по данным Всесоюзной переписи 1939 г.»). Автор указал методы исследования, использованные им.
Автор представил результаты анализа историографии проблемы и условно обозначил новизну предпринятого исследования.
При изложении материала автор избирательно продемонстрировал результаты анализа историографии проблемы в виде ссылок на актуальные труды по теме исследования.
Апелляция к оппонентам в статье отсутствует.
Автор указал на фонд государственного архива, из которого им извлечены новые источники, кратко пояснив их выбор.
Автор не разъяснил и не обосновал выбор хронологических и географических рамок исследования.
На взгляд рецензента, автор стремился грамотно использовать источники, выдержать научный стиль изложения, грамотно использовать методы научного познания, соблюсти принципы логичности, систематичности и последовательности изложения материала.
Во введении статьи автор попытался разъяснить выбор темы исследования и обосновать её актуальность. Автор неудачно сформулировал мысль: «Современная демографическая ситуация в Российской Федерации в значительной степени обусловлена социально-экономическими процессами. Переживаемый современной Россией длительный и противоречивый процесс перехода к рыночной экономике, гражданскому обществу и правовому государству сопровождается глубокими качественными изменениями во всех сферах жизни и деятельности российского общества: социально-экономической, общественно-политической, духовно-нравственной. Наряду с этими процессами особую остроту приобретают демографические и миграционные проблемы» т.д. Автор пояснил, что «благоприятные социально-экономические факторы позволили создать» в Ханты-Мансийском автономном округе «сеть современных населенных пунктов», но что «так было не всегда», и сообщил, что «пик» «становления поселенческой сети в Ханты-Мансийском автономном округе… пришелся на 1930-е гг.».
В первом разделе основной части статьи («Пространственное размещение и численность поселенческой сети Остяко-Вогульского национального округа») автор сообщил о том, когда был образован Остяко-Вогульский национальный округ, о том, что «административно-территориальное деление округа несколько раз менялось» т.д. Автор пояснил, почему «особенностью национального округа являлась его природно-географическая среда», описал состав населения, представил в таблице «количество населенных пунктов и численность населения по Остяко-Вогульскому национальному округу».
Во втором разделе основной части статьи («Типическая структура и величина сети поселений») автор перечислил виды поселений, сообщил, что «статус большинства сельских населенных пунктов зависел от особенностей землепользования и рода занятий» т.д., представил читателю сведения в таблицах о «типической структуре поселенческой сети Остяко-Вогульского национального округа по данным Всесоюзной переписи 1939 г.» и «количестве населенных пунктов наиболее распространенных типов и численности проживающего в них населения». Автор пояснил, что «наибольшей величиной в Остяко-Вогульском округе в количественном отношении были юрты», но что «по числу проживающего здесь населения юрты находились на третьем месте» т.д. Затем автор сообщил, что «в деревнях, как типе поселений находящемся на втором месте, проживало 17724 человека обеих полов, что в среднем составляло по 85 человек на одну деревню», что «наибольшее число деревень… приходилось на Кондинский район» и т.д.
В статье встречаются неудачные или некорректные выражения, как-то: «Сегодня одним из востребованных регионов Российской Федерации является территория Тюменской области, а в особенности ее северных автономных округов – Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого», «поселенческая сеть Остяко-Вогульского национального округа включала в свою типическую структуру поселения» т.д.
Выводы автора носят обобщающий характер.
Выводы отчасти позволяют оценить научные достижения автора в рамках проведенного им исследования
В заключительных абзацах статьи автор отчасти продублировал информацию, которую изложил в основном тексте статьи, перечислив «особенности развития поселенческой сети Остяко-Вогульского национального округа в 1930-х гг.»: «статус большинства населенных пунктов зависел от особенностей землепользования и рода занятий его населения» т.д., «типология сельских населенных пунктов заключалась в преобладании юрт, деревень, поселков и сел» т.д., «наличие и преобладание в отдельном районе округа того или иного типа поселения зависело от численности населения и рода его занятий» т.д., «для округа было типично наличие одного городского поселения в виде рабочего поселка Остяко-Вогульск».
Автор резюмировал, что «в Остяко-Вогульском округе преобладали небольшие малочисленные поселения».
На взгляд рецензента, потенциальная цель исследования достигнута автором отчасти.
Публикация может вызвать интерес у аудитории журнала. Статья требует доработки, в том числе в части уточнения ключевых элементов программы исследования и соответствующих им выводов.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.