Статья 'Ленинское понимание права наций на самоопределение и советская конституционная доктрина 1922-1923 гг. ' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция и редакционная коллегия > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Genesis: исторические исследования
Правильная ссылка на статью:

Ленинское понимание права наций на самоопределение и советская конституционная доктрина 1922-1923 гг

Коровин Кирилл Сергеевич

Уральский государственный юридический университет

620109, Россия, Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Комсомольская, 21, оф. 1

Korovin Kirill Sergeevich

Ural State Law University

620109, Russia, Sverdlovskaya oblast', g. Ekaterinburg, ul. Komsomol'skaya, 21, of. 1

korovinscience@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-868X.2019.12.31829

Дата направления статьи в редакцию:

23-12-2019


Дата публикации:

06-01-2020


Аннотация: Интернационалистские социалистические идеи, зародившиеся в Европе и нашедшие свое отражение в идеях большевиков, проявились в лозунге права наций на самоопределение. Генезис данного принципа с помощью методологи истории понятий позволил выявить сущностные основания советского конституционного проекта. Еще до Революциии 1905 года В.И. Ленин стал писать о национальном самоопределении. Однако изначально он видел в нем буржуазное и контрреволюционное содержание. К 1913 г. он уже стал придавать ему классовое, пролетарское значение, поскольку большевикам стало понятно, что с точки зрения тактики использование буржуазного национализма может быть выгодным для целей объединения социалистических республик в единый союз. В период с 1917 по 1921 гг. на партийных съездах и конференциях был признан принцип на свободное отделение наций. По сути здесь и было сформулировано право сецессии для республик, входящих в Советский Союз. Важным является то, что вышеуказанные идеи отразились в Договоре и Декларации об образовании СССР, а в дальнейшем и в Конституции СССР, концепция которой активно разрабатывалась в 1922-1923 гг. Именно вопрос о форме и содержании конституционного учредительного акта образуемого союза стал предметом споров, так как право наций на самоопределение диктовало определенные рамки для суверенитета республик. В статье был дан подробный анализ как генезиса идеи самоопределения наций в политико-правовом учении В.И. Ленина, так и ее реализации в конституционной доктрине формирующегося Союзного государства.


Ключевые слова: Ленин, СССР, Советский Союз, Cамоопределение наций, Марксизм, Ленинизм, Конституция СССР, Федерация, Сталин, Коммунизм

Статья подготовлена при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 19-011-00866 А: Советский конституционализм: доктринальное, юридическое и символическое измерения

Abstract: The internationalist socialist ideas, originated in Europe and reflected in the ideas of Bolsheviks, manifested in the slogan of the right of nations to self-determination. The genesis of such principle using methodology of the history of notions allowed determining the conceptual grounds of the Soviet constitutional project. Prior to the Revolution of 1905, V. I. Lenin started to write on the national self-determination, in which he initially saw the bourgeois and counterrevolutionary content. However, by 1913 Lenin attached the class and proletarian meaning to it, since it became evident to Bolsheviks that tactically the use of bourgeois nationalism may be profitable for integrating the socialist republics into a single union. The period from 1917 to 1921 the principle of sovereign equality of states was recognizes at the party congresses and conferences; in essence, the right to secession for the constituent republics of USSR was formulated. It is worth noting that the aforementioned ideas reflected in the Treaty and Declaration on the Creation of the USSR, and later in the Soviet Constitution, which concept was elaborated in 1922-1923. Namely the question on the form and content of the constitution founding document of the future union became the matter of disputes, as the right of nations to self-determination dictated particular framework for sovereignty of the republics. The article provides a detailed analysis of genesis of the idea of self-determination of the nations in V. I. Lenin’s political doctrine, as well as its implementation in the constitutional doctrine of the future Union State.                   



Keywords:

the USSR Constitution, Leninism, Marxism, Self-determination of nations, the Soviet Union, the USSR, Lenin, Federation, Stalin, Communism

Право наций на самоопределение в политическом учении В.И. Ленина. Разработка конституционного проекта Союза ССР шла в то время, когда коммунисты ожидали мировой революции в Европе, особенно в Германии – писал Г.Е. Зиновьев [1, c. 5] [2, л. 8-73]. В партии тогда создавалась концепция Мирового ССР, в который «имеют право войти, на основе договоров самоопределения и объединения равноправных народов, все Социалистические Советские Республики, как существующие, так и имеющие возникнуть в будущем», за ними «сохраняется право свободного выхода из союза» [3, л. 2-5]. Данные представления, базисной частью которых являлось право наций на самоопределение, стали фундирующим направлением всего конституционного развития СССР. В основу такого объединения наций была положена идея создания единого государства, которое усилиями входящих в него свободных республик сможет противостоять мировому капитализму. И для того чтобы понять сущность формирующегося советского конституционализма в 1922-1923 гг., необходимо обратиться к генезису воззрений В.И. Ленина на сущность "права наций на самоопределение". Как известно, этот принцип стал краеугольным камнем для вхождения в союз республик, равно как и сыграл свою роль в 1991 г. в ходе распада СССР.

В теории государства и права, как и в политической науке, "право наций на самоопределение" в качестве политико-правового принципа имеет место быть только в федерациях и конфедерациях. Стоит учитывать то, что СССР представлял собой такое государственное явление, которое трудно отнести к какому-то одному общеизвестному типу государственного устройства. Обращение к марксистской теории позволяет констатировать то, что в целом К. Маркс и Ф. Энгельс оставались сторонниками унитарного строя: «вся Германия объявляется единой, неделимой республикой» [4, с. 1]. Однако они видели федерацию в качестве инструмента решения национального вопроса. Аналогичную ситуацию двоякого понимания федеративных отношений можно заметить в различии позиций В.И. Ленина и И.В. Сталина: если первый всегда был за федерацию на основе добровольного в нее вхождения республик, то второй, прежде всего, - за автономизацию в рамках единого государства.

Период институционализации идеологии социал-демократии начался в 1903 г., когда на II Съезде РСДРП была принята программа, в которой говорилось, «что касается до права угнетенных царской монархией наций на самоопределение …, то с.д. партия безусловно должна отстаивать это право» [5, с. 315-316]. Тогда же в статье «О манифесте «Союза армянских социал-демократов» В.И. Ленин обосновал интернационалистское понимание принципа самоопределения народов в значении самоопределения пролетариата всех российских национальностей: «Требование признания права на самоопределение за каждой национальностью означает само по себе лишь то, что мы, партия пролетариата, должны быть всегда и безусловно против всякой попытки насилием или несправедливостью влиять извне на народное самоопределение. Исполняя всегда этот свой отрицательный долг …, мы сами со своей стороны заботимся о самоопределении не народов и наций, а пролетариата в каждой национальности» [6, с. 105-106]. Такая позиция является важной с той точки зрения, что именно рабочий класс каждой национальности будет, по представлениям большевиков, движущим началом формирующегося пролетарского государства.

Тот факт, что изначально В.И. Ленин в лозунге национального самоопределения видел буржуазное и контрреволюционное содержание, является определяющим для понимания негативного отношении большевизма к национализму. Однако позже он его противопоставлял национальному самоопределению трудящихся: «самоопределению капиталистической буржуазии рабочие должны противопоставить удесятеренную энергию в деле своей организации и своего классового самоопределения» [7, с. 246]. Вождь революции в июне 1913 г., за год до Первой мировой войны, писал о том, что пункты программы большевиков о самоопределении, принятые на II Съезде РСДРП, могут толковаться только в смысле политического самоопределения – «права отделения и образования самостоятельного государства» [8, с. 314-315]. Этот вариант "права наций на самоопределение" виделся большевикам наиболее целесообразным, поскольку пролетарии всех наций априори могут создать свою республику.

В канун Октябрьского переворота 1917 г. у В.И. Ленина появились идеи создания «как можно более крупного государства, как можно более тесного союза, как можно большего числа наций, живущих по соседству с великоруссами …», «революционного соединения, поэтому не ставим лозунга объединения всех и всяких государств вообще, ибо на очереди дня социальная революция ставит объединение только государств, перешедших и переходящих к социализму …» [9, с. 379-380]. «Трудящиеся массы, освобождающиеся от ига буржуазии, всеми силами потянутся к союзу и слиянию с большими и передовыми социалистическими нациями» [10, с. 36-37]. В майские дни он уже справедливо отмечал, что «республика русского народа должна привлекать к себе другие народы или народности не насилием, а исключительно добровольным соглашением на создание общего государства» [11, с. 142-143]. Здесь проявляются особенности большевистской формы объединения наций в единый союз, которые состоят в том, что вокруг более сильных социалистических держав, к которым относится Россия, должны объединяться развивающиеся пролетарские страны.

Программная работа В.И. Ленина «К пересмотру партийной программы», написанная в 1917 г., декларирует, что «вместо слова самоопределение, много раз подававшего повод к кривотолкам» нужно использовать «совершенно точное понятие: «право наций на свободное отделение» [12, с. 378-379]. «Лишь признание пролетариатом права наций на отделение, - говорил он на конференции «По национальному вопросу», - обеспечивает полную солидарность рабочих разных наций и способствует действительно демократическому сближению наций … Интересы рабочего класса требуют слияния рабочих всех национальностей России в единых пролетарских организациях… Только такое слияние в единых организациях рабочих различных национальностей дает возможность пролетариату вести победоносную борьбу с международным капиталом и буржуазным национализмом» [13, с. 345-346]. В данном отрывке уже просматривается его стремление к консолидации трудящихся разных наций в едином государстве, однако, с той оговоркой, что они объединяются в союз на равных правах с наиболее сильным социалистическим государством и сохраняют свое право на свободный выход из такого союза.

На VI Съезде РСДРП(б) в августе 1917 г. вопрос свободного выхода наций из союза был поставлен с таким уклоном, что отделение должно было соотноситься с вопросом целесообразности сецессии конкретной нации в конкретный исторический период времени. Это должно решаться партией большевиков самостоятельно и с опорой на интересы всего социального развития союза и цели классовой пролетарской борьбы за социализм [14, с. 252]. Значительно позже, на VII Съезде РКП(б), состоявшемся 6-8 марта 1918 г., было официально признано право «за колониями и неравноправными нациями … на государственное отделение» [15, с. 416]. В связи с повесткой вышеуказанных партийных съездов представляется существенной позиция И.В. Сталина, который окончательно дал трактовку "права наций на самоопределение" в форме права наций на выход из союза. В мае 1921 г. в статье «К постановке национального вопроса» он указал, поскольку буржуазия и оппортунисты II Интернационала исказили смысл лозунга самоопределения, поэтому большевики заменили его лозунгом «о праве наций и колоний на государственное отделение» [16, с. 53-55]. Необходимо подчеркнуть, что право сецессии, декларировавшееся компартией повсеместно, ограничивалось целями социалистической революции во всем мире, что создавало определенные фактические препятствия для отделения союзных республик.

Анализ политико-правовых идей В.И. Ленина о "праве наций на самоопределения" приводит к такому выводу, что его позиция зародилась во время всеобщего ожидания мировой революции. Это, в свою очередь, повлияло на формирование основных пунктов программы российской социал-демократии по национальному вопросу в 1903 г. Там уже отчетливо проявляются зачатки пролетарского понимания самоопределения наций, которое существенно ограничивало аналогичное право у других социальных страт. Появление классового компонента в национальной политике компартии было обусловлено тем, что большевики отрицательно относились к буржуазному национализму в целом. Однако для целей социалистической революции и создания союза они были готовы пойти на определенные уступки и использовать определенные механизмы национальной мобилизации для рабочего населения планеты. Именно поэтому пропагандировались антиколониальные и антиимпериалистические лозунги, способные привлечь на сторону большевизма различные национально-освободительные движения. Поскольку же "право наций на самоопределение" имело буржуазную окраску, партийными деятелями была предложена концепция "права наций на свободное государственное отделение". Тем не менее возможность реализации механизма выхода республик из союза была практически неосуществимой, поскольку основания отделения обосновывались идеологическими, юридически нечеткими формулировками.

Право наций на самоопределение и конституционная доктрина СССР. Если посмотреть на исторические предтечи образования СССР на уровне конституционно-правовых идей, то еще первая конституция РСФСР, принятая V Всероссийским съездом Советов 10 июля 1918 г., провозглашала, что Советская Россия «учреждается на основе свободного союза свободных наций, как федерация Советских национальных республик» [17]. Несмотря на конфедеративные начала, такое объединение считалось достаточно монолитным образованием, и компартия на момент окончания Гражданской войны ставила приоритетом при формировании союза государственное развитие входящих в него наций. Наиболее ярко все выше обозначенное проявилось в Постановлении о признании независимости Белорусской Советской Социалистической республики: «на почве признания полной свободы самоопределения и перехода власти в руки рабочего класса, создается добровольный и нерушимый союз трудящихся всех наций, населяющих территорию бывшей Российской империи» [18, с. 118].

Партия большевиков тактически понимала, что буржуазный национализм ей может быть использован с целью консолидации пролетариата ради мировой социалистической революции. Поэтому на первый план после завершения "братоубийственной" войны и иностранной интервенции встали задачи объединения социалистических республик в один союз (государство). Легитимация образования СССР требовала серьезных как идеологических, так и политико-правовых обоснований. Достаточно неординарным является объяснение причин создания союзного государства Н.И. Пахомовым. Он говорил о том, что буржуазия была «бессильной» в вопросе налаживания взаимодействия между различными народами и национальностями. И подметил, что большевики и раньше не верили в ее способности. Здесь же она просто доказала свое бессилие. Восстановление экономики оказалось невозможным в силу ряда внешних причин. Заключение же союза между республиками произошло не в силу невозможности наладить народное хозяйство, а по объективным причинам и обоюдному согласию наций [19, л. 8].

Интересной в данном контексте является обоснование М.Н. Полозом интернационалистской сущности союза. Он говорил, что пролетарское государство как выражение союза всех социалистических республик мира, зафиксированное в Декларации об образовании Союза ССР, должно строиться на международных социалистических принципах. «Внесение какой бы то ни было национальной приметы в герб является неправильным и что было бы гораздо правильнее заменить вензель, написанный русскими буквами и исходящий из русского контекста, пятиконечной красной звездой, приобретшей права государства почти наравне с серпом и молотом» [20, л. 54]. Именно в связи с этим государствам, входящим в союз, гарантировалась определенная свобода в проведении своей национальной и культурной политики. А права ранее угнетаемых царизмом наций ставились выше, нежели чем права народов Советской России.

Основополагающим для объединения республик в единый союз был вопрос юридической формы. На пленуме ЦК РКП(б), проходившем 18 декабря 1922 г., обсуждалась необходимость разработки текста Договора об образовании СССР. Уже на X Съезде Советов РСФСР, который проходил с 23 по 27 декабря, была поставлена задача заключить договор между РСФСР и Украиной, Белоруссией и Закавказьем [21, с. 217]. Там говорилось о признании объединения РСФСР, УССР, ЗСФСР, БССР в Союз ССР как своевременного шага. Базисом такого союза признавался принцип равноправия республик и их добровольного присоединения, при котором за ними оставалось право свободного выхода из СССР. Существенным вопросом для делегации была разработка условий вхождения Советской России в союз. В Договоре рассматривались следующие положения: создание общесоюзных органов власти (исполнительных и законодательных); объединение народных комиссариатов; принцип превалирования национальных интересов входящих в союз народов [22, л. 29].

Главным предметом для дискуссий стало соотношение Договора, Декларации и Конституции. Предложил принять Декларацию отдельно от Конституции, как это было в США и Франции, М.В. Фрунзе. Ведь «Декларация прав Великой Французской Революции» и «американский закон» - это основной закон, в котором изложены основные государственно-правовые принципы [23, л. 56]. И.В. Сталин, занявший диаметрально противоположную позицию М.В. Фрунзе, вовсе заявил в отношении Договора, что «над нами будут смеяться», так как в нем не идет речь об основаниях и основах Советского государства - а именно, что власть будет строиться на «диктатуре пролетариата». Именно последняя является сутью любых договоров, которые возможны между советскими республиками [24, л. 56].

Далее И.В. Сталин приводит пример Конституции РСФСР, в текст которой вошла Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа. Эта декларация и основные положения конституции были объединены в «единый основной закон» и составили конституцию Советского государства. Другие варианты соотношения конституции и иных прокламационных документов считаются им нецелесообразными [25, л. 14-15]. Поддержавший «Кобу» Г.И. Петровский говорил, что если такое серьезное внимание М.В. Фрунзе обращает на историю французской революции, прошедшей еще 150 лет назад, и историю США, то он должен знать базовую для большевизма парадигму – реализация и политическая объективация «диктатуры пролетариата» «не требует свершения на бумаге», а является сущностью власти компартии. Договор об образовании СССР есть обеспечительное средство «диктатуры Советской власти», «диктатуры пролетариата» [26, л. 56].

Спустя день после серьезного спора между М.В. Фрунзе и И.В. Сталиным, 30 декабря 1922 г. на заседании РКП(б) и I Съезде Советов были на уровне партийной программы утверждены Декларация и Договор об образовании СССР. Однако юридически приняты они были только на II Съезде Советов Союза ССР. В проекте Договора, предложенном Т.В. Сапроновым, во вводной части говорится, что конституция СССР утверждается как на основании договора об образовании СССР, так и для развития «основных начал государственного устройства» Советского Союза. Поэтому она предлагается «к принятию и представлению на утверждение в качестве договора» между союзными советскими республиками [27, л. 7].

На Пленуме ЦК РКП(б) 24 февраля 1923 г. М.В. Фрунзе высказался уже о создании комиссии по руководству над проектами союзной конституции [28, с. 196]. Через три дня Президиум ЦИК СССР создал расширенную конституционную комиссию, которую возглавил М.И. Калинин [29, л. 1]. Он же выступил за принятие конституции, в то время как Н.А. Скрыпник, представитель от Украины, - за договор. Разрешил этот спор Т.В. Сапронов, указав на то, что это будет не союз государств, а единое государство. Образуется единое союзное государство, - подытожил М.И. Калинин, - у которого должна быть своя конституция. В данном случае конституция и договор будут существовать совместно. Договор, а не конституция, бывает тогда, когда нет единого государства [30, л. 13]. В отличие от вышеописанных централистских позиций, как Х.Г. Раковский, так и П.Г. Мдивани, настаивали на принятии усовершенствованного договора, а затем уже конституции [31, л. 6]. Компромиссную позицию занял Я.Э. Рудзутак, заявивший, что нужно заниматься созданием документа, а название является уже последним делом [32, л. 5]. Итак, комиссия приняла следующее решение: «Декларация об образовании Союза Советских Социалистических Республик и Договор об образовании Союза Советских Социалистических Республик составляют основной закон (Конституцию) Союза Советских Социалистических Республик» [33, л. 16].

Принципы конституции были установлены на XII Съезде ВКП(б), который проходил с 7 по 25 апреля 1923 г. И договор об образовании СССР (в редакции 1922 г.) здесь серьезно пересматривался в соответствии с идеями И.В. Сталина [34]. В проекте постановления Союзного Съезда Советов шла речь о том, что основная задача СССР в рамках переходного периода от капитализма к коммунизму состоит в утверждении «мощной» советской власти. «Основные начала декларации прав трудящегося народа», которые были утверждены III Всероссийским Съездом Советов, остаются в силе. Основой организации советской власти становится утверждение, согласно которому источником власти в Союзе является рабочее население республик, объединенное в городские и сельские советы [35, л. 14]. СССР основывается на «свободном и добровольном союзе свободных наций» - «союзе советских национальных республик» - ради экономического развития, повышения уровня жизни рабочих и крестьян. При сохранении основных положений Конституции РСФСР 1918 г. Съезд Советов СССР объявляет СССР «свободным социалистическим обществом всех трудящихся». Полнота власти у трудящихся масс выражается в Советах Рабочих, Крестьянских и Красноармейских Депутатов [36, л. 16].

Вопрос о соотношении прав республик и союза имел первостепенное значение для входящих в него социалистических государств [37, л. 72-73]. В проекте конституции, принятом в комиссии ЦИК, суверенитет понимался через формулу централизованной федерации – народы советских республик «единодушно» приняли решение об образовании СССР с целью объединения в Мировую Социалистическую Советскую Республику [38, л. 1-3]. Проекты же Белоруссии и Украины, наоборот, имели конфедеративный характер [39, л. 99-129]. На IV совещании ЦК РКП(б), которое проходило с 9 по 12 июня 1923 г., И.В. Сталин и поддержавшие его М.В. Фрунзе и Х.Г. Раковский раскритиковали проект конституции от Украины, поскольку там у союзных республик были широкие права, и в этом они видели определенные стремления к конфедеративному устройству [40, с. 264, 269, 270].

Формирующаяся конституционная доктрина в 1922-1923 г., основанная на политико-правовой идеологии В.И. Ленина, имела определенные основания в предшествующей образованию союза Конституции РСФСР 1918 г. Выдержки из этого документа, в частности, использовались И.В. Сталиным для обоснования концепции союзного государства. Помимо него, другие партийные деятели, принимавшие участие в принятии Договора и Декларации об образовании СССР, ссылались на первую советскую конституцию. Однако в арсенале политической аргументации большевиков были также идеологические формулы и лозунги. Как выяснилось, первым, наиболее существенным вопросом в ходе конституционного оформления Советского Союза была форма правового текста, утверждающего юридически Советское государство. Велись ожесточенные спору по поводу соотношения таких актов, как договор, декларация и конституция. В итоге приняли решение, что декларация и договор вместе и составляют союзную конституцию. На партийных собраниях обсуждались принципы конституционной системы союза, а также права республик и союза, соотношение и разделение их полномочий. Таким образом, становится ясно, что конституционное строительство союзного государства было далеко неоднозначным и прошло трудные этапы, прежде чем юридически окончательно был оформлен Советский Союз.

***

Право наций на самоопределение разрабатывалось В.И. Лениным, как и в целом партией большевиков, на протяжении всего периода его творческой жизни. Эта концепция постепенно, по мере нарастания революционных настроений в России, наполнялась классовым, пролетарским, интернациональным содержанием. В конечном итоге такое понимание этого важнейшего для советского государственного устройства понятия определило конструкцию Советского Союза на весь период его существования. По мнению А.Н. Медушевского, советская модель федерализма была уникальна тем, что, с одной стороны, был принят конфедеративный принцип (право сецессии), с другой стороны, федеративные начала равноправия субъектов и общих принципов их формирования не были соблюдены [41, с. 269-270].

Если посмотреть на оценки советского проекта с позиции его современников, то они вовсе не рассматривали Советский Союз как федерацию. Э.Э. Понтович считал, что СССР не является классическим видом государственного устройства как федерация и конфедерация (западный мир), а представляет собой государственно-централизованное гражданское общество [42, с. 8-10]. Б.Д. Плетнев и вовсе считал союз унитарным государством с автономными территориями [43, с. 30]. С.М. Диманштейн охарактеризовал советское государство как смесь федерализма и централизма [44, с. 25-26], а И.В. Сталин определил союз как трудовую державу [45, с. 5].

Итак, основополагающие принципы права наций на самоопределение стали предметом конституционных дискуссий в 1922-1923 гг. Они стали причиной споров по поводу формы конституционного документа, образующего союз, – договор или конституция. Отсюда же вытекал важный вопрос соотношения прав республик и союза. В статье была показана как эволюция, так и реализация данного политико-идеологического принципа в конституционной доктрине формирующегося Союзного государства.

Библиография
1.
Зиновьев Г. Новая волна мировой революции // Коммунистическая революция. 1923. № 21–22 (60–61).
2.
Доклад Зиновьева о революции в Германии // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 16-а. Д. 40.
3.
Проект постановления Союзного Съезда Советов // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 11.
4.
Требования коммунистической партии в Германии // К. Маркс, Ф. Энгельс. Полное собрание сочинений. Т. 5. Изд. 2. М., 1956.
5.
Коммунистическая Партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. 1. Изд. 7.
6.
Ленин В.И. О манифесте «Союза армянских социал-демократов» // В.И. Ленин. Полное собрание сочинений. Изд. 5. Т. 7. М., 1972.
7.
Ленин В.И. Национал-либералы // В.И. Ленин. Полное собрание сочинений. Изд. 5. Т. 22. М., 1973.
8.
Ленин В.И. Тезисы по национальному вопросу // В.И. Ленин. Полное собрание сочинений. Изд. 5. Т. 23. М., 1973.
9.
Ленин В.И. К пересмотру партийной программы // В.И. Ленин. Полное собрание сочинений. Изд. 5. Т. 34. М., 1974.
10.
Ленин В.И. Итоги дискуссии о самоопределении // В.И. Ленин. Полное собрание сочинений. Изд. 5. Т. 30. М., 1973.
11.
Ленин В.И. Материалы по пересмотру партийной программы // В.И. Ленин. Полное собрание сочинений. Изд. 5. Т. 32. М., 1974.
12.
Ленин В.И. К пересмотру партийной программы // В.И. Ленин. Полное собрание сочинений. Изд. 5. Т. 34. М., 1974.
13.
Коммунистическая Партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. 1. Изд. 7.
14.
Шестой съезд РСДРП (большевиков). Август 1917 года. Протоколы. М., 1958.
15.
Коммунистическая Партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. 1. Изд. 7.
16.
Сталин И.В. К постановке национального вопроса // И.В. Сталин. Сочинения. Т. 5. М., 1952.
17.
Конституция (Основной Закон) Российской Социалистической Федеративной Советской Республики. Принята V Всероссийским Съездом Советов в Заседании от 10 июля 1918 года // Ю.С. Кукушкин, О.И. Чистяков. Очерк истории Советской Конституции. М., 1987.
18.
Образование СССР. Сборник документов. М., 1949.
19.
Стенограмма Заседания I Конференции полномочных делегаций РСФСР, Украины, Федерации Закавказских Советских Республик и Белоруссии. 29 декабря 1922 года // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 2.
20.
Протокол №7 // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 7.
21.
Съезды Советов Союза ССР, союзных и автономных советских социалистических республик: Сб. док. Т. 1. М., 1959.
22.
Проект Резолюции по 6-му пункту порядка для Х-го Съезда Советов // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 2.
23.
Выписка из протокола Съезда Советов 8 декабря 1922 года // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 11.
24.
Выписка из протокола Съезда Советов 8 декабря 1922 года // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 11.
25.
Стенограмма Заседания I Конференции полномочных делегаций РСФСР, Украины, Федерации Закавказских Советских Республик и Белоруссии. 29 декабря 1922 года // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 2.
26.
Выписка из протокола Съезда Советов 8 декабря 1922 года // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 11.
27.
Протокол от 31 января 1923 года // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 9.
28.
Якубовская С.И. Строительство Союзного Советского Социалистического государства. 1922-1925 гг. М., 1960.
29.
Протокол № 1. 2 Сессия ЦИК Союза ССР 1 Созыва. Заседания Расширенной Комиссии по выработке Конституции 8,9,13,14,15,16 июня 1923 года // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 7.
30.
Заседание комиссии по переработке конституции 9 июня 1923 года // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 25.
31.
Заседание комиссии по переработке конституции 9 июня 1923 года // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 25.
32.
Заседание комиссии по переработке конституции 9 июня 1923 года // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 25.
33.
Проект Конституции // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 8.
34.
Двенадцатый съезд РКП(б). Стенографический отчет. М., 1968.
35.
Проект Постановления Союзного Съезда Советов // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 11.
36.
Проект Постановления Союзного Съезда Советов // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 11.
37.
Протокол от 9 июня 1923 г. // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 16-а. Д. 44. Л. 72–73.
38.
Проект, принятый Комиссией Президиума ЦИК Союза ССР // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 16-а. Д. 45.
39.
Проекты конституции от Белоруссии и Украины // ГА РФ. Ф. 3316. Оп. 1. Д. 11.
40.
Тайны национальной политики ЦК РКП. Четвертое совещание ЦК РКП с ответственными работниками национальных республик и областей в г. Москве 9-12 июня 1923 г. Стенографический отчет. М., 1992.
41.
Медушевский А.Н. Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в XX веке. М., Спб., 2017.
42.
Понтович Э.Э. Союз ССР как союзное государство // Право и жизнь. 1927. Кн. 8–9.
43.
Плетнев Б.Д. Государственная структура РСФСР // Право и жизнь. 1922. Кн. 1.
44.
Диманштейн С. Национальный вопрос // Коммунистическая революция. 1927. № 20.
45.
Речь Сталина // I Съезд Советов СССР (Стенографический отчет с приложениями). 1-я сессия ЦИК СССР. М., 1923
References (transliterated)
1.
Zinov'ev G. Novaya volna mirovoi revolyutsii // Kommunisticheskaya revolyutsiya. 1923. № 21–22 (60–61).
2.
Doklad Zinov'eva o revolyutsii v Germanii // GA RF. F. 3316. Op. 16-a. D. 40.
3.
Proekt postanovleniya Soyuznogo S''ezda Sovetov // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 11.
4.
Trebovaniya kommunisticheskoi partii v Germanii // K. Marks, F. Engel's. Polnoe sobranie sochinenii. T. 5. Izd. 2. M., 1956.
5.
Kommunisticheskaya Partiya Sovetskogo Soyuza v rezolyutsiyakh i resheniyakh s''ezdov, konferentsii i plenumov TsK. Ch. 1. Izd. 7.
6.
Lenin V.I. O manifeste «Soyuza armyanskikh sotsial-demokratov» // V.I. Lenin. Polnoe sobranie sochinenii. Izd. 5. T. 7. M., 1972.
7.
Lenin V.I. Natsional-liberaly // V.I. Lenin. Polnoe sobranie sochinenii. Izd. 5. T. 22. M., 1973.
8.
Lenin V.I. Tezisy po natsional'nomu voprosu // V.I. Lenin. Polnoe sobranie sochinenii. Izd. 5. T. 23. M., 1973.
9.
Lenin V.I. K peresmotru partiinoi programmy // V.I. Lenin. Polnoe sobranie sochinenii. Izd. 5. T. 34. M., 1974.
10.
Lenin V.I. Itogi diskussii o samoopredelenii // V.I. Lenin. Polnoe sobranie sochinenii. Izd. 5. T. 30. M., 1973.
11.
Lenin V.I. Materialy po peresmotru partiinoi programmy // V.I. Lenin. Polnoe sobranie sochinenii. Izd. 5. T. 32. M., 1974.
12.
Lenin V.I. K peresmotru partiinoi programmy // V.I. Lenin. Polnoe sobranie sochinenii. Izd. 5. T. 34. M., 1974.
13.
Kommunisticheskaya Partiya Sovetskogo Soyuza v rezolyutsiyakh i resheniyakh s''ezdov, konferentsii i plenumov TsK. Ch. 1. Izd. 7.
14.
Shestoi s''ezd RSDRP (bol'shevikov). Avgust 1917 goda. Protokoly. M., 1958.
15.
Kommunisticheskaya Partiya Sovetskogo Soyuza v rezolyutsiyakh i resheniyakh s''ezdov, konferentsii i plenumov TsK. Ch. 1. Izd. 7.
16.
Stalin I.V. K postanovke natsional'nogo voprosa // I.V. Stalin. Sochineniya. T. 5. M., 1952.
17.
Konstitutsiya (Osnovnoi Zakon) Rossiiskoi Sotsialisticheskoi Federativnoi Sovetskoi Respubliki. Prinyata V Vserossiiskim S''ezdom Sovetov v Zasedanii ot 10 iyulya 1918 goda // Yu.S. Kukushkin, O.I. Chistyakov. Ocherk istorii Sovetskoi Konstitutsii. M., 1987.
18.
Obrazovanie SSSR. Sbornik dokumentov. M., 1949.
19.
Stenogramma Zasedaniya I Konferentsii polnomochnykh delegatsii RSFSR, Ukrainy, Federatsii Zakavkazskikh Sovetskikh Respublik i Belorussii. 29 dekabrya 1922 goda // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 2.
20.
Protokol №7 // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 7.
21.
S''ezdy Sovetov Soyuza SSR, soyuznykh i avtonomnykh sovetskikh sotsialisticheskikh respublik: Sb. dok. T. 1. M., 1959.
22.
Proekt Rezolyutsii po 6-mu punktu poryadka dlya Kh-go S''ezda Sovetov // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 2.
23.
Vypiska iz protokola S''ezda Sovetov 8 dekabrya 1922 goda // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 11.
24.
Vypiska iz protokola S''ezda Sovetov 8 dekabrya 1922 goda // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 11.
25.
Stenogramma Zasedaniya I Konferentsii polnomochnykh delegatsii RSFSR, Ukrainy, Federatsii Zakavkazskikh Sovetskikh Respublik i Belorussii. 29 dekabrya 1922 goda // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 2.
26.
Vypiska iz protokola S''ezda Sovetov 8 dekabrya 1922 goda // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 11.
27.
Protokol ot 31 yanvarya 1923 goda // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 9.
28.
Yakubovskaya S.I. Stroitel'stvo Soyuznogo Sovetskogo Sotsialisticheskogo gosudarstva. 1922-1925 gg. M., 1960.
29.
Protokol № 1. 2 Sessiya TsIK Soyuza SSR 1 Sozyva. Zasedaniya Rasshirennoi Komissii po vyrabotke Konstitutsii 8,9,13,14,15,16 iyunya 1923 goda // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 7.
30.
Zasedanie komissii po pererabotke konstitutsii 9 iyunya 1923 goda // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 25.
31.
Zasedanie komissii po pererabotke konstitutsii 9 iyunya 1923 goda // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 25.
32.
Zasedanie komissii po pererabotke konstitutsii 9 iyunya 1923 goda // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 25.
33.
Proekt Konstitutsii // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 8.
34.
Dvenadtsatyi s''ezd RKP(b). Stenograficheskii otchet. M., 1968.
35.
Proekt Postanovleniya Soyuznogo S''ezda Sovetov // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 11.
36.
Proekt Postanovleniya Soyuznogo S''ezda Sovetov // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 11.
37.
Protokol ot 9 iyunya 1923 g. // GA RF. F. 3316. Op. 16-a. D. 44. L. 72–73.
38.
Proekt, prinyatyi Komissiei Prezidiuma TsIK Soyuza SSR // GA RF. F. 3316. Op. 16-a. D. 45.
39.
Proekty konstitutsii ot Belorussii i Ukrainy // GA RF. F. 3316. Op. 1. D. 11.
40.
Tainy natsional'noi politiki TsK RKP. Chetvertoe soveshchanie TsK RKP s otvetstvennymi rabotnikami natsional'nykh respublik i oblastei v g. Moskve 9-12 iyunya 1923 g. Stenograficheskii otchet. M., 1992.
41.
Medushevskii A.N. Politicheskaya istoriya russkoi revolyutsii: normy, instituty, formy sotsial'noi mobilizatsii v XX veke. M., Spb., 2017.
42.
Pontovich E.E. Soyuz SSR kak soyuznoe gosudarstvo // Pravo i zhizn'. 1927. Kn. 8–9.
43.
Pletnev B.D. Gosudarstvennaya struktura RSFSR // Pravo i zhizn'. 1922. Kn. 1.
44.
Dimanshtein S. Natsional'nyi vopros // Kommunisticheskaya revolyutsiya. 1927. № 20.
45.
Rech' Stalina // I S''ezd Sovetov SSSR (Stenograficheskii otchet s prilozheniyami). 1-ya sessiya TsIK SSSR. M., 1923

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

РЕЦЕНЗИЯ на статью
Ленинское понимание права наций на самоопределение и советская конституционная доктрина 1922-1923 гг.

Название соответствует содержанию материалов статьи.
В названии статьи условно просматривается научная проблема, на решение которой направлено исследование автора.
Рецензируемая статья представляет относительный научный интерес. Автор не разъяснил выбор темы исследования и не обосновал её актуальность.
В статье не сформулирована цель исследования, не указаны объект и предмет исследования, методы, использованные автором. На взгляд рецензента, основные элементы «программы» исследования автором не вполне продуманы, что отразилось на его результатах.
Автор не представил результатов анализа историографии проблемы и не сформулировал новизну предпринятого исследования, что является существенным недостатком статьи.
При изложении материала автор избирательно продемонстрировал результаты анализа историографии проблемы в виде ссылок на актуальные труды по теме исследования. Апелляция к оппонентам в статье отсутствует.
Автор не разъяснил выбор и не охарактеризовал круг источников, привлеченных им для раскрытия темы.
Автор не разъяснил и не обосновал выбор хронологических рамок исследования.
На взгляд рецензента, автор не сумел грамотно использовать источники, стремился выдержать научный стиль изложения, грамотно использовать методы научного познания, но не сумел соблюсти принципы логичности, систематичности и последовательности изложения материала.
В первой части статьи («Право наций на самоопределение в политическом учении В.И. Ленина») автор разъяснил, что в начале 1920-х гг. «в партии разрабатывалась концепция Мирового ССР» и т.д. и затем некорректно сообщил о том, что у большевиков «имелись цели «консервации империалистических тенденций» (автор исказил мысль А.Н. Медушевского о том, что «Интеграционная идея… (проекты Соединенных Штатов Европы)… отвергалась большевиками как инструмент консервации империалистических тенденций» т.д. (Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в XX веке. М.; СПб., 2017. С. 263).
Далее автор заявил о намерении проанализировать «генезис воззрений В.И. Ленина на сущность права наций на самоопределение», однако затем привел ряд цитат из произведений не только Ленина, но и Сталина 1903–1917 гг., разъяснив, что Ленин и его последователи понимали термин как «национальное самоопределение трудящихся» и как «право отделения и образования самостоятельного государства».
Далее автор сообщил, что К. Маркс и Ф. Энгельс, затем Сталин «были сторонниками унитарного строя» т.д., что Ленин «был за федерацию на основе добровольного в нее вхождения республик» т.д. и что «компартия в канун окончания Гражданской войны рассматривала образование союза с целью государственного развития только входящих в него наций» т.д., оформив при этом ссылку на материалы VI Съезда РСДРП(б) (август 1917 г.).
Автор завершил раздел цитатами Ленина о том, что «в октябре 1917 г. у В.И. Ленина появились идеи создания «как можно более крупного государства, как можно более тесного союза, как можно большего числа наций, живущих по соседству с великоруссами» и т.д.
На взгляд рецензента, потенциальная задача исследования реализована в данном разделе статья только отчасти.
В первой части статьи («Право наций на самоопределение и конституционная доктрина СССР») автор разъяснил, что «после окончания Гражданской войны… право наций на свободное определение трактовалось как право республик на добровольное вхождение в состав других государств и союзов» т.д., сообщил о задачах, которые ставились на Пленуме ЦК РКП(б) 18 декабря и X Съезде Советов РСФСР 23–27 декабря 1922 г.
Затем автор неожиданно сообщил, что 29 декабря 1922 г. на конференции союзных республик «Н.И. Пахомов обратил внимание на то, что буржуазия была «бессильной» в вопросе налаживания взаимодействия между различными народами и национальностями» и т.д., описал некоторые обстоятельства внутрипартийной дискуссии о «соотношении договора, декларации и конституции» и , что «принципы конституции были установлены на XII Съезде ВКП(б)» (7–25 апреля 1923 г.), где «договор об образовании СССР… серьезно пересматривался в соответствии с идеями И.В. Сталина», заключив, что Съезд Советов объявил СССР «свободным социалистическим обществом всех трудящихся».
В завершение основной части статьи автор разъяснил, что «вопрос о соотношении прав республик и союза имел первостепенное значение для входящих в него социалистических государств» т.д. и описал «позицию» «М.Н. Полоза о том, что пролетарское государство как выражение союза всех социалистических республик мира, зафиксированное в Декларации об образовании Союза ССР, должно строится на интернациональных принципах» т.д. и т.д.
В статье встречаются описки, как-то: «об образование СССР».
Выводы не позволяют оценить научные достижения автора в рамках проведенного им исследования. Выводы не отражают результатов исследования, проведённого автором, в полном объёме.
В заключительных абзацах статьи автор сообщил, что «право наций на самоопределение разрабатывалось В.И. Лениным… достаточно длительный период времени» т.д., что его «понимание этого важнейшего для советского государственного устройства понятия определило конструкцию Советского Союза на весь период его существования» т.д.
Затем автор сообщил, что современники Ленина «вовсе не рассматривали» «советский проект» «как федерацию», указав неожиданно на мнения Э.Э. Понтовича, Б.Д. Плетнева и С.М. Диманштейна, затем И.В. Сталина, ограничившись при этом заявлением Сталина об СССР «как трудовой державе».
Автор резюмировал, что «основополагающие принципы права наций на самоопределение стали предметом конституционных дискуссий в 1922-1923 гг.» т.д., что обсуждался «важный вопрос соотношения прав республик и союза» и что «в статье была показана реализация данного политико-идеологического принципа в конституционной доктрине формирующегося Союзного государства».
Выводы, на взгляд рецензента, не проясняют цель исследования.
На взгляд рецензента, потенциальная цель исследования достигнута автором сугубо отчасти.
Публикация может вызвать интерес у аудитории журнала. Статья требует существенной доработки, прежде всего, в части формулирования ключевых элементов программы исследования и соответствующих им выводов.

Результаты процедуры повторного рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предмет исследования - «Ленинское понимание права наций на самоопределение и советская конституционная доктрина 1922-1923 гг.».
Методология исследования – ряд методов, используемых автором: исторический, социально-культурный, психологический, сравнительно-правовой, формально-юридический, анализ и синтез, логика и др.
Актуальность хорошо обоснована автором и выражается в следующем: «…представления, базисной частью которых являлось право наций на самоопределение, стали фундирующим направлением всего конституционного развития СССР. В основу такого объединения наций была положена идея создания единого государства, которое усилиями входящих в него свободных республик сможет противостоять мировому капитализму. И для того чтобы понять сущность формирующегося советского конституционализма в 1922-1923 гг., необходимо обратиться к генезису воззрений В.И. Ленина на сущность "права наций на самоопределение"».
Вот эти вопросы «К сожалению, существующая организация контроля и надзора в РФ не в полной мере свободна от указанных недостатков. Кроме того, непрекращающиеся с 2014 года санкции, введенные США и рядом стран Европы, катализировали негативное воздействие злоупотреблений в области надзора на стабильность и экономический рост в Российской Федерации, стимулируя тем самым поиск новых путей достижения экономической эффективности посредством преобразования контрольно-надзорной деятельности государства» рассматриваются в статье.
Научная новизна хорошо обоснована в исследовании автора. Она заключается в теоретическом обосновании Ленинского понимания «права наций на самоопределение и советская конституционная доктрина 1922-1923 гг.».
Стиль, структура, содержание заслуживают особого внимания. Исследование имеет все необходимые структурные элементы: актуальность, постановка проблемы, цели и задачи, методология, предмет, основная часть и выводы. Что может только приветствоваться.
Стиль работы хороший, она легко читается и носит исследовательский характер.
Содержание отражает существо статьи.
Автор логично подводит читателя к существующей проблеме. В начале статьи автор акцентирует внимание читателя на предмете статьи. Он показывает, что «…этот принцип стал краеугольным камнем для вхождения в союз республик, равно как и сыграл свою роль в 1991 г. в ходе распада СССР».
Автор отмечает «В теории государства и права, как и в политической науке, "право наций на самоопределение" в качестве политико-правового принципа имеет место быть только в федерациях и конфедерациях», «. Маркс и Ф. Энгельс оставались сторонниками унитарного строя: «вся Германия объявляется единой, неделимой республикой» [4, с. 1]. … они видели федерацию в качестве инструмента решения национального вопроса. Аналогичную ситуацию двоякого понимания федеративных отношений можно заметить в различии позиций В.И. Ленина и И.В. Сталина: если первый всегда был за федерацию на основе добровольного в нее вхождения республик, то второй, прежде всего, - за автономизацию в рамках единого государства…», «…в статье «О манифесте «Союза армянских социал-демократов» В.И. Ленин обосновал интернационалистское понимание принципа самоопределения народов в значении самоопределения пролетариата всех российских национальностей…».
Далее автор переходит к статьям В. И. Ленина: «Такая позиция является важной с той точки зрения, что именно рабочий класс каждой национальности будет, по представлениям большевиков, движущим началом формирующегося пролетарского государства».
Далее автор замечает, опираясь на работы В. И. Ленина: «Вождь революции в июне 1913 г., за год до Первой мировой войны, писал о том, что пункты программы большевиков о самоопределении, принятые на II Съезде РСДРП, могут толковаться только в смысле политического самоопределения – «права отделения и образования самостоятельного государства» [8, с. 314-315]. Этот вариант "права наций на самоопределение" виделся большевикам наиболее целесообразным, поскольку пролетарии всех наций априори могут создать свою республику», «В канун Октябрьского переворота 1917 г. у В.И. Ленина появились идеи создания «как можно более крупного государства, как можно более тесного союза, как можно большего числа наций, живущих по соседству с великоруссами …», ….В майские дни он уже справедливо отмечал, что «республика русского народа должна привлекать к себе другие народы или народности не насилием, а исключительно добровольным соглашением на создание общего государства» [11, с. 142-143]».
При этом автор, анализируя работы В.И. Ленина, делает выводы: «Здесь проявляются особенности большевистской формы объединения наций в единый союз, которые состоят в том, что вокруг более сильных социалистических держав, к которым относится Россия, должны объединяться развивающиеся пролетарские страны», а также «…Программная работа В.И. Ленина «К пересмотру партийной программы», написанная в 1917 г., декларирует, что «вместо слова самоопределение, много раз подававшего повод к кривотолкам» нужно использовать «совершенно точное понятие: «право наций на свободное отделение» [12, с. 378-379]» и далее «…уже просматривается его стремление к консолидации трудящихся разных наций в едином государстве, однако, с той оговоркой, что они объединяются в союз на равных правах с наиболее сильным социалистическим государством и сохраняют свое право на свободный выход из такого союза».
Переходя к анализу развития вопроса «права наций на самоопределение», автор правильно показывает, что «…на VII Съезде РКП(б), состоявшемся 6-8 марта 1918 г., было официально признано право «за колониями и неравноправными нациями … на государственное отделение» [15, с. 416]. В связи с повесткой вышеуказанных партийных съездов представляется существенной позиция И.В. Сталина, который окончательно дал трактовку "права наций на самоопределение" в форме права наций на выход из союза»» и делает вывод: «пропагандировались антиколониальные и антиимпериалистические лозунги, способные привлечь на сторону большевизма различные национально-освободительные движения. Поскольку же "право наций на самоопределение" имело буржуазную окраску, партийными деятелями была предложена концепция "права наций на свободное государственное отделение". Тем не менее возможность реализации механизма выхода республик из союза была практически неосуществимой, поскольку основания отделения обосновывались идеологическими, юридически нечеткими формулировками». Однако вывод не подкреплен какими-либо программными или правовыми актами «юридически нечеткими формулировками».
И переходя к анализу вопроса «Право наций на самоопределение и конституционная доктрина СССР», автор правильно делает выводы о том, что «… Партия большевиков тактически понимала, что буржуазный национализм ей может быть использован с целью консолидации пролетариата ради мировой социалистической революции. Поэтому на первый план после завершения "братоубийственной" войны и иностранной интервенции встали задачи объединения социалистических республик в один союз (государство). Легитимация образования СССР требовала серьезных как идеологических, так и политико-правовых обоснований», «Основополагающим для объединения республик в единый союз был вопрос юридической формы», «Базисом такого союза признавался принцип равноправия республик и их добровольного присоединения, при котором за ними оставалось право свободного выхода из СССР».
Автор замечает: «Главным предметом для дискуссий стало соотношение Договора, Декларации и Конституции» и делает вывод: «Далее И.В. Сталин приводит пример Конституции РСФСР, в текст которой вошла Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа. Эта декларация и основные положения конституции были объединены в «единый основной закон» и составили конституцию Советского государства. Другие варианты соотношения конституции и иных прокламационных документов считаются им нецелесообразными [25, л. 14-15]».
Автор отмечает, рассматривая различные позиции членов комиссии, что «…комиссия приняла следующее решение: «Декларация об образовании Союза Советских Социалистических Республик и Договор об образовании Союза Советских Социалистических Республик составляют основной закон (Конституцию) Союза Советских Социалистических Республик» [33, л. 16]» и делает вывод: ««Основные начала декларации прав трудящегося народа», которые были утверждены III Всероссийским Съездом Советов, остаются в силе. Основой организации советской власти становится утверждение, согласно которому источником власти в Союзе является рабочее население республик, объединенное в городские и сельские советы [35, л. 14]. СССР основывается на «свободном и добровольном союзе свободных наций» - «союзе советских национальных республик» - ради экономического развития, повышения уровня жизни рабочих и крестьян. При сохранении основных положений Конституции РСФСР 1918 г. Съезд Советов СССР объявляет СССР «свободным социалистическим обществом всех трудящихся». Полнота власти у трудящихся масс выражается в Советах Рабочих, Крестьянских и Красноармейских Депутатов [36, л. 16]».
Автор правильно пишет: «… Формирующаяся конституционная доктрина в 1922-1923 г., основанная на политико-правовой идеологии В.И. Ленина, имела определенные основания в предшествующей образованию союза Конституции РСФСР 1918 г. Выдержки из этого документа, в частности, использовались И.В. Сталиным для обоснования концепции союзного государства. Помимо него, другие партийные деятели, принимавшие участие в принятии Договора и Декларации об образовании СССР, ссылались на первую советскую конституцию. Однако в арсенале политической аргументации большевиков были также идеологические формулы и лозунги».
Он отмечает: «Как выяснилось, первым, наиболее существенным вопросом в ходе конституционного оформления Советского Союза была форма правового текста, утверждающего юридически Советское государство. Велись ожесточенные спору по поводу соотношения таких актов, как договор, декларация и конституция».
И далее: «Таким образом, становится ясно, что конституционное строительство союзного государства было далеко неоднозначным и прошло трудные этапы, прежде чем юридически окончательно был оформлен Советский Союз».
Автор подводит промежуточный итог: «Право наций на самоопределение разрабатывалось В.И. Лениным, как и в целом партией большевиков, на протяжении всего периода его творческой жизни. Эта концепция постепенно, по мере нарастания революционных настроений в России, наполнялась классовым, пролетарским, интернациональным содержанием».
И далее автор приводит мнение ученых современных и того времени: «По мнению А.Н. Медушевского, советская модель федерализма была уникальна тем, что, с одной стороны, был принят конфедеративный принцип (право сецессии), с другой стороны, федеративные начала равноправия субъектов и общих принципов их формирования не были соблюдены [41, с. 269-270]», «Если посмотреть на оценки советского проекта с позиции его современников, то они вовсе не рассматривали Советский Союз как федерацию».
В заключение автор подводит итог: «Итак, основополагающие принципы права наций на самоопределение стали предметом конституционных дискуссий в 1922-1923 гг. Они стали причиной споров по поводу формы конституционного документа, образующего союз, – договор или конституция. Отсюда же вытекал важный вопрос соотношения прав республик и союза. В статье была показана как эволюция, так и реализация данного политико-идеологического принципа в конституционной доктрине формирующегося Союзного государства».
Как нам кажется, приведены конкретные, значащие и дающие для практики и теории выводы.
Необходимо констатировать, что журнал, в который представлена статья является научным, и автор направил в издательство статью, соответствующую требованиям, предъявляемым к научным публикациям, в частности для научной полемики он обращается к текстам научных статей оппонентов. Библиография достаточно полная и содержит помимо нормативных актов, исторических документов, большое количество научных исследований ученых и политиков, к которым автор обращается. Это позволяет автору правильно определить проблемы. Он, исследовав их, раскрывает предмет статьи.
Апелляция к оппонентам в связи с вышесказанным присутствует. Автором используется материал других исследователей.
Выводы – работа заслуживает опубликования (есть некоторые, не существенные замечания по тексту работы), интерес читательской аудитории будет присутствовать.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"