Статья 'Половозрастная структура населения городов Южной Сибири в середине XX – начале XXI вв.' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция и редакционная коллегия > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Genesis: исторические исследования
Правильная ссылка на статью:

Половозрастная структура населения городов Южной Сибири в середине XX – начале XXI вв.

Тиникова Елена Евгеньевна

кандидат исторических наук

старший научный сотрудник, ГБНИУ РХ "Хакасский научно-исследовательский институт языка, литературы и истории"

655017, Россия, республика Хакасия, г. Абакан, ул. Щетинкина, 23

Tinikova Elena Evgen'evna

PhD in History

Senior Scientific Associate, Khakass Research Institute of Language, Literature and History

655017, Russia, respublika Khakasiya, g. Abakan, ul. Shchetinkina, 23

lena.tinikova@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-868X.2019.2.29163

Дата направления статьи в редакцию:

06-03-2019


Дата публикации:

23-03-2019


Аннотация: Предметом исследования данной статьи являются особенности половозрастной структуры городского населения Южной Сибири в 1945¬¬-2017 гг. Территориальные рамки – национальные республики Хакасия, Тыва и Алтай. В качестве нижней хронологической границы выбран 1945 г. как точка отчета начала относительно стабильного периода в истории нашей страны, после окончания Великой Отечественной войны. На выбор хронологических рамок повлияло также вхождение в состав РСФСР в 1944 г. Тувинской автономной области. Цель статьи – исследовать векторы развития возрастной и половой структур населения городов указанных республик для формирования общей картины демографического развития городского населения региона, а также понимания перспектив его развития в ближайшие годы. Статья подготовлена на основе статистических данных пяти Всесоюзных и двух Всероссийских переписей населения, материалах текущего учета населения, представленные на официальном сайте Федеральной службы государственной статистики (http://www.gks.ru) в разделе «Демография». В основе исследования лежат статистические методы. Демографическое развитие городского населения Южной Сибири в целом, его половозрастная структура – до сих пор не стали темой отдельного научного исследования. Между тем проведение подобного рода анализа необходимо как для социально-экономического планирования развития региона, так и для региональной исторической науки, поскольку влияние демографических процессов на историю отдельно взятых сообществ – факт давно установленный. Исследование показало неравномерность распределения городского населения региона по полу и возрасту, что оказало существенное влияние на демографические процессы, например, на смертность и рождаемость.


Ключевые слова: урбанизация, половозрастная структура населения, Южная Сибирь, городское население, возрастные коэффициенты смертности, демографическое старение, средний возраст, Хакасия, Тыва, Алтай

Abstract: The subject of this research is the peculiarities of age and gender structure of urban population of South Siberia over the period from 1945 to 2017. Territorial framework include the national republics o Khakassia, Tuva, and Altai; the year 1945 is selected as the chronological boundary as benchmark of a relatively stable period in the Russian history, after the end of the Great Patriotic War. The selection of chronological framework was also affected by the entry of Tuvan Autonomous Oblast into the RSFSR in 1944. The goal of this article lies in examination of the development vectors of age and gender structures of urban population in the indicated republics for the formation of general picture of demographic trajectory of urban population of the region, as well as the prospects for its development in the nearest future. The research is prepared on the basis of statistical data of five All-Union and two Russian censuses, as well as current census registration presented on the official website of the Russian Federal State Statistics Service (http://www.gks.ru). Demographic development of urban population of South Siberia along with its age and gender structure has not been a subject of separate scientific research. Although it is necessary to conduct such analysis for the socioeconomic planning and development of the region, as well as for the regional historical science, because the impact of demographic processes upon the history of particular communities is an old-established fact. The study demonstrated a nonuniform distribution of urban population by age and gender, which significantly affected such demographic processes as birth rate and mortality rate.



Keywords:

demographic aging, age mortality rates, urban population, southern Siberia, age and gender structure of the population, urbanization, average age, Khakassia, Tuva, Altay

Работа выполнена при финансовой поддержке РФФИ (проект № 18-39-00074 мол_а).

Введение

Хакасия, Тыва и Алтай – три национальные республики, расположенные в южных районах Сибири. Помимо общих исторических корней, территориальной близости, их объединяет наличие определенных специфических черт социально-экономического и социально-демографического развития. Национальный фактор наложил свой отпечаток и на протекание урбанизационных процессов. В этом регионе (за исключением Хакасии) наблюдается запаздывающий характер урбанизации, который выражается не только в количественных, но и в качественных показателях. Одним из них являются особенности социально-демографического развития городского населения. Отличительные черты половозрастной структуры городского населения Южной Сибири в 1945-2017 гг. являются предметом исследования данной статьи.

Актуальность аналитического исследования динамики половозрастной структуры отдельных регионов России вполне очевидна. Протяженность страны, ее этносоциальная и экономическая неоднородность свидетельствуют о необходимости выработки собственных региональных стратегий развития региона в том числе и в области демографического развития. Разработка подобного рода стратегий должна базироваться на результатах серьезных научных исследований. Цель статьи - исследовать векторы развития возрастной и половой структур населения городов указанных республик для формирования общей картины демографического развития городского населения региона, а также понимания перспектив его развития в ближайшие годы.

Статья подготовлена на основе статистических данных четырех Всесоюзных и двух Всероссийских переписей населения, материалах текущего учета населения, представленные на официальном сайте Федеральной службы государственной статистики (http://www.gks.ru) в разделе «Демография». На этом же сайте в разделе «Базы данных» мы использовали показатели муниципальных образований в разрезе одного или нескольких субъектов России. Демографическое развитие городского населения Южной Сибири в целом, его половозрастная структура – до сих пор не стали темой отдельного научного исследования. Между тем проведение подобного рода анализа необходимо как для социально-экономического планирования развития региона, так и для региональной исторической науки, поскольку влияние демографических процессов на историю отдельно взятых сообществ – факт давно установленный.

Научная новизна данной работы заключается в том, что был проведен системный анализ эволюции половозрастной структуры городского населения Южной Сибири в течение длительного исторического периода (более 70 лет). В качестве нижней хронологической границы выбран 1945 г. как точка отчета начала относительно стабильного периода в истории нашей страны, после окончания Великой Отечественной войны. На выбор хронологических рамок повлияло также вхождение в состав РСФСР в 1944 г. Тувинской автономной области. Верхней хронологической границей назван 2017 г., поскольку официальные статистические сведения за 2018 г. еще не доступны.

Демографическое развитие городского населения Южной Сибири в целом, его половозрастная структура – до сих пор не стали темой отдельного научного исследования. Вместе с тем во многих регионах Сибири (Барнаул, Иркутск, Новосибирск, Омск, Улан-Удэ и т.д.) уже сформировались научные центры изучения истории отечественных городов и городского населения. Еще с советских времен в Новосибирске базируется ведущая научная школа по исследованию истории сибирских городов. Здесь со второй половины 1980-х гг. интенсивно стало разрабатываться историко-демографическое направление в изучении урбанизации Сибири [1, 2, 3, 4]. Новосибирская научная школа оказывает большое влияние на развитие историко-демографических исследований во всей Сибири [5, с. 18]. В Красноярске изучением проблем демографического развития населения Восточной Сибири занимается известный историк-демограф Л.Н. Славина [6], в Хакасии – В.А. Кышпанаков [7], Н.А. Баранцева [8], Е.Е. Тиникова [9]. Отдельные демографические исследования проводились также в Тыве [10, 11] и на Алтае [12].

Половозрастная структура городского населения в 1945-1959 гг.

Политика массового градообразования в Сибири в послевоенный период затронула и национальные регионы Южной Сибири, что привело к росту численности здесь городского населения. В 1945 г. на территории Хакасии, Тывы и Горного Алтая проживало 495 тыс. человек, из которых 30,7% городского населения и 69,3% – сельского. Население проживало в 15 городских поселениях, в том числе 7 городах и 8 поселках городского типа. В результате индустриального развития в рассматриваемый период трансформировалась система городского расселения: в Хакасии появились 9 новых поселков городского типа (пгт), в Тыве – 1 город и 2 пгт. Всесоюзная перепись населения 1959 г. зафиксировала, что с 1945 г. численность городского населения исследуемой территории увеличилось почти вдвое и достигла 301,1 тыс. человек. Рост горожан в трех национальных регионах не отличался равномерностью (см. рис. 1).

Рисунок 1

Динамика численности городского населения Южной Сибири в 1945-1959 гг. (тыс. чел.)

Промышленное освоение Южной Сибири привело к увеличению потоков мигрантов: с одной стороны, в город стремились перебраться в поисках лучшей жизни сельские жители, с другой стороны – рабочие и специалисты из других регионов страны. И в том, и в другом случае в основном это были лица трудоспособного возраста, многие из которых приезжали вместе со своими семьями. Безусловно еще одним важным фактором, повлиявшим на половозрастной состав населения в эти годы, стала Великая Отечественная война и ее последствия.

В связи с отсутствием точных статистических сведений о демографическом составе населения национальных регионов Южной Сибири в 1945 г., проследить его динамику представляется возможным, используя данные Всесоюзной переписи населения 1939 г. Поскольку Тувинская автономная область в эти годы еще не входила в состав РСФСР, то проведем сравнение по двум регионам – Хакасской и Горно-Алтайской автономным областям (см. табл. 1). В Хакасии соотношение мужчин и женщин в городских поселениях было более сбалансированным, чем на Алтае и в целом по стране: здесь удельный вес женщин в составе городского населения в 1939 г. равнялся 50,8%, к 1959 г. в связи с потерями мужчин в ходе военных действий он вырос до 53,4%, в Горно-Алтайской автономной области эти показатели были равны 51,7% и 56,8% соответственно, в РСФСР – 52,6% и 55,1%. В 1959 г. численный перевес женщин в городах рассматриваемых автономных областей составил 19,2 тыс. человек против 2,6 тыс. в 1939 г.

Таблица 1

Изменение структуры городского населения Хакасской и Горно-Алтайской (Ойротской) автономных областей по полу в 1939-1959 гг. [составлено и рассчитано по: 13, с. 23; 14]

О связи диспропорции полов с итогами Великой Отечественной войны свидетельствуют данные о численности мужчин в разных возрастных группах городского населения (см. табл. 2). Традиционно в возрастной группе 0-9 лет преобладали мальчики, что во многом объясняется демографической закономерностью, согласно которой соотношение полов среди новорожденных стабильно 105-106 мальчиков на 100 девочек. В остальных возрастных группах женщины преобладали над мужчинами (за исключением возрастной группы 15-19 лет, где был зафиксирован баланс в рассматриваемых показателях). Резкий разрыв в соотношении полов начинается с 35-ленего возраста, то есть среди людей 1924 г. рождения и старше. Как раз мужчины этого возраста успели побывать на фронтах Второй мировой войны. После 70-ти лет диспропорция полов становится глубже: количество женщин превышало численность мужчин в 2 и более раз.

Отголоски тяжелых предвоенных и военных лет сказались также и на возрастном составе горожан. В городах Южной Сибири в 1959 г. самую большую группу населения составляли дети и юноши до 19 лет – 39,2%, в том числе среди парней этот показатель составлял 42,6%, среди девушек соответственно меньше – 36,3%. При этом количество детей, рожденных в военные годы, превышало число детей, рожденных в первые послевоенные годы. А уже в 1950-е гг. рождаемость стремительно повысилась, поэтому большинство детей в возрастной группе 0-19 лет (60%) были рождены именно в это десятилетие. Молодежь в возрасте 20-29 лет также была значительной по численности и составляла 20,3% всего населения Южной Сибири, причем среди мужчин – 21,7%, а среди женщин – 19,1%.

Таким образом, структура городского населения Южной Сибири в 1959 г. свидетельствует о его молодости. Суммарно удельный вес детей, юношества и молодежи от 0 до 30 лет составлял 59,5%, для сравнения в РСФСР – 54,9%. Вместе с тем, в возрастной пирамиде незначительным был процент лиц пожилого возраста, людей, рожденных в 1899 году и ранее – 6,7%, среди мужчин – 5,1%, среди женщин – 8%. Перепись зафиксировала 20 долгожителей среди горожан Южной Сибири, то есть людей старше 100 лет, из них 1 мужчина и 13 женщин проживали в Хакасии, 2 мужчин и 2 женщины – в Тыве, 2 мужчин – на Алтае.

Таблица 2

Соотношение мужчин и женщин по возрастным группам городского населения национальных автономных областей Южной Сибири в 1959 г.

[составлено и рассчитано по: 14]

возраст, лет

год рождения

оба пола, чел.

мужчины

женщина

чел.

%

чел.

%

0-9

1950-1959

70842

35868

50,6

34974

49,4

10-14

1945-1949

21726

10838

49,9

10888

50,1

15-19

1940-1944

25888

12942

50,0

12946

50,0

20-24

1935-1939

31500

15657

49,7

15843

50,3

25-29

1930-1934

29827

14724

49,4

15103

50,6

30-34

1925-1929

31333

14659

46,8

16674

53,2

35-39

1920-1924

17680

7222

40,8

10458

59,2

40-44

1915-1919

15375

6307

41,0

9068

59,0

45-49

1910-1914

15509

6432

41,5

9077

58,5

50-54

1905-1909

12558

4952

39,4

7606

60,6

55-59

1900-1904

9453

3302

34,9

6151

65,1

60-69

1890-1899

12055

4503

37,4

7552

62,6

70-79

1880-1889

5987

1992

33,3

3995

66,7

80-89

1870-1979

1785

547

30,6

1238

69,4

90-99

1860-1869

265

56

21,1

209

78,9

100 лет и старше

ранее 1859

20

5

25

15

75

В рассматриваемы период возрастная структура городского населения Южной Сибири была близка к прогрессивному типу согласно классификации А.Т. Сундберга: большая доля детей – 39,2%, высокая доля родителей – 54,1% и низкая доля прародителей – 6,7%. Следует отметить также высокую долю населения в дотрудоспособном возрасте (до 14 лет) – 30,7% (мужчины – 33,4%, женщины – 28,3%) и большой удельный вес трудоспособного населения – 62,6% (мужчины – 61,5%, женщины – 63,7%). Демографическая структура ярко отражает последствия Великой Отечественной войны. Во-первых, отчетливо видно сокращение численности городского населения в возрастных когортах 1940-1949 гг. рождения. Во-вторых, об этом свидетельствует резкое преобладание женщин над мужчинами в старших возрастах.

Демографический состав городского населения в 1959-1989 гг.

Период конца 1950-х гг. – рубежа 1980-1990-х гг. вошел в историю нашей страны в аспекте ее демографического развития как третий этап демографического перехода [15, с. 107]. Для этого этапа характерны увеличение коэффициента смертности населения вследствие демографического старения при падении коэффициента рождаемости. При этом результатом такого сдвига становится как правило приближение коэффициента рождаемости к уровню простого воспроизводств, а коэффициента смертности – ниже этого уровня. Связаны эти векторы демографического развития во многом с возрастной структурой, которая в этот период еще не стабилизирована и имеет большую долю возрастных групп с низкой смертностью. На материалах национальных республик Южной Сибири можно четко проследить описанные процессы.

Численность городского населения региона за тридцатилетней период увеличилась более чем в два раза и составила в 1989 г. 607,3 тыс. человек (см. рис. 2). Как и в предыдущие годы большую роль в динамике численности населения и его структуре играло индустриальное освоение региона. В семилетнем плане развития страны (1959-1965) большое место отводилось развитию ее восточных районов. Активное индустриальное развитие способствовало трансформации городских поселений, появлению новых городов и поселков городского типа, росту численности более старых городов, усилению миграционного потока в городские поселения. Взятый правительством курс на ликвидацию различий между городом и деревней, одной из главных целей которого было снижение миграционного оттока из села в город, не был реализован. Во многом это было связано с аграрной политикой Н. С. Хрущева, которая ограничивала личную материальную заинтересованность крестьян в своем труде, что в итоге приводило к опустению российской деревни. В годы лидерства Л. И. Брежнева ситуация с миграцией не изменилась, напротив, миграционные потоки усилилась в связи со строительством новых промышленных объектов. В Хакасии, например, пик миграционной активности в городах наблюдался в период формирования Саянского территориально-производственного комплекса.

Рисунок 2

Динамика численности городского населения Южной Сибири в 1959-1989 гг. (тыс. чел.)

Трансформация половозрастной структуры городского населения региона имела свою специфику. Данные Всесоюзных переписей населения позволяют выявить основные тенденции ее развития (см. табл. 3).

Таблица 3

Половозрастная структура городского населения Южной Сибири в 1959-1989 гг., %

[ составлено и рассчитано по: 14, 16, 17]

возраст, лет

оба пола

мужчины

женщины

1959

1979

1989

1959

1979

1989

1959

1979

1989

0-14

30,7

24,0

26,4

33,3

25,4

27,6

28,3

22,6

25,4

15-19

8,6

10,5

7,5

9,2

10,4

7,2

8,0

10,6

7,9

20-24

10,4

11,2

6,9

11,2

11,9

7,3

9,8

10,5

6,6

25-29

9,9

10,6

9,4

10,5

11,3

10,2

9,3

9,9

8,7

30-34

10,4

6,8

9,9

10,5

7,0

10,6

10,3

6,6

9,1

35-39

5,8

6,1

9,0

5,2

6,6

9,5

6,5

5,6

8,4

40-44

5,1

6,9

5,2

4,5

7,4

5,4

5,6

6,4

4,9

45-49

5,1

6,0

4,9

4,6

6,2

5,0

5,6

5,8

4,7

50-54

4,2

6,0

5,3

3,5

5,6

5,3

4,7

6,4

5,3

55-59

3,1

3,3

4,7

2,4

2,6

4,4

3,8

4,0

4,9

60-69

4,0

5,1

6,8

3,2

3,7

5,3

4,7

6,5

8,2

70 и старше

2,7

3,5

4,0

1,9

1,9

2,2

3,4

5,1

5,9

всего

100

100

100

100

100

100

100

100

100

Перманентно шел процесс старения населения региона. Данный вектор демографического развития неизбежен и характерен для всех развивающихся стран, переживающих модернизацию. Однако в отличие от сельского населения в городе в результате миграционного притока молодежи и в целом лиц трудоспособного возраста данный процесс протекал медленнее. Свою положительную роль сыграл значительный коэффициент рождаемости в Тыве. В результате городское население национальных районов Южной Сибири совершило переход от прогрессивного типа возрастной структуры населения к стационарному лишь в конце 1980-х гг. В 1989 г. удельный вес поколения детей был равен 26,4%, поколения родителей – 52,8%, поколения прародителей – 20,8%. При этом старение населения шло как за счет снижение рождаемости (хотя в 1980-е гг. наблюдался ее кратковременный рост), так и за счет роста продолжительности жизни, о чем свидетельствует количество людей старше 60-летнего возраста в регионе: в 1959 г. их насчитывалось 20112 человек, в 1979 г. – 43569 человек, в 1989 г. – 65559 человек.

О процессе демографического старения населения свидетельствует увеличение среднего возраста городского населения Южной Сибири на 3,7 года за 30-летний период, 1989 г. он достиг отметки 30,6 лет (см. табл. 4). Несмотря на это, население региона было значительно моложе населения страны, средний возраст которого в 1989 г. составил 34,2 года. Относительно невысокий средний возраст городского населения в национальных районах Южной Сибири объясняется в том числе и высокими показателями рождаемости у алтайцев, тувинцев и хакасов. Так, например, если среднее число рожденных детей у женщин русской национальности в России в 1989 г. остановилось на отметке 1,72, то у алтайцев – 2,48, у хакасов – 2,36, у тувинцев – 2,53 [18, с. 67-68].

Таблица 4

Средний возраст городского населения РСФСР и Южной Сибири в 1959-1989 гг.

[составлено и рассчитано по: 14, 17]

регионы

оба пола

мужчины

женщины

1959

РСФСР

29,0

26,8

31,2

Южная Сибирь

26,9

24,9

28,9

Горно-Алтайская авт. область

27,9

25,5

30,3

Тувинская авт. область

25,7

24,2

27,2

Хакасская авт. область

27,0

24,9

29,1

1989

РСФСР

34,2

31,8

36,6

Южная Сибирь

30,6

29,1

32,1

Горно-Алтайская авт. область

32,2

30,4

34,0

Тувинская АССР

27,9

26,9

28,9

Хакасская авт. область

31,8

30,1

33,5

Старение населения неизбежно ведет к изменению структуры демографической нагрузки. В течение 30 лет менялось соотношение между группами населения, выделяемыми по признаку трудоспособности. Если в 1959 г. 60,2% городского населения Южной Сибири составляли лица, находящиеся в трудоспособном возрасте, то в 1989 г. их количество сократилось до 58,1% (см. табл. 3). При этом нагрузка на людей трудоспособного возраста за счет детей и стариков также модифицировалась. В 1959 г. коэффициент общей нагрузки был равен 0,68, в 1989 г. – 0,72, то есть на 1000 трудоспособных горожан региона приходилось уже 721 человек нетрудоспособного возраста. В начале рассматриваемого периода из 122133 человек иждивенческого возраста 76% составляли дети (92568 человек) и 24% пенсионеры (29565 человек), к концу – из 253945 человек нетрудоспособного возраста 63% приходилось на детей (160197 человек) и 37% на пенсионеров (93748 человек). Таким образом, при увеличении коэффициента общей трудовой нагрузки изменилось соотношение коэффициента трудового замещения и коэффициента пенсионной нагрузки в пользу последнего.

Таблица 5

Распределение городского населения по полу по национальным субъектам Южной Сибири в 1959-1989 гг., в %

[составлено и рассчитано по: 14, 17]

регион

1959

1989

мужчины

женщины

мужчины

женщины

РСФСР

44,9

55,1

46,6

53,4

Южная Сибирь

45,7

54,3

47,9

52,1

Горно-Алтайская авт. область

43,2

56,8

46,0

54,0

Тувинская АССР

47,4

52,6

48,8

51,2

Хакасская авт. область

46,6

53,4

48,9

51,1

Еще одной важной тенденцией развития демографической структуры городского населения Южной Сибири стало сглаживание численных различий между женщинами и мужчинами. Здесь отпряденную роль сыграл длительный период относительной стабильности в нашей стране. В результате если в 1959 г. в РСФСР на 100 мужчин горожан приходилось 123 горожанки, в Южной Сибири – 116, то к концу 1980-х гг. 114 и 106 горожанок соответственно. Наиболее значительные диспропорции между численностью мужского и женского городского населения были отмечены в Горно-Алтайской автономной области. Сравнительно благоприятная ситуация складывалась в городских поселениях Хакасии и Тувы.

В детском возрасте до 15 лет в регионе численно преобладали мальчики: соотношение между мужским населением и женским этого возраста составило 100 к 97. Незначительный количественный перевес мужчин сохранялся и среди молодежи в возрасте до 30 лет: на 100 мужчин приходилось 99 женщин. Число горожан мужского пола в возрастной группе 30 – 55 лет также преобладало над женским: на 100 мужчин приходилось всего 95 женщин. Это было связано с промышленным освоением региона: строительство объектов Саянского территориально-промышленного комплекса, производственных предприятий Алтая и Тувы требовало значительного притока мужчин, в регионе возросла как сельско-городская миграция, так и внешняя, из других регионов страны. Зато соотношение мужчин и женщин в старших возрастных группах было весьма значительным: 100 к 169.

В целом демографические характеристики городского населения Южной Сибири были значительно лучше, чем у сельского населения региона и в целом у городского населения РСФСР. Горожане Алтая, Тувы и Хакасии были моложе, диспропорция полов наблюдалась лишь в старших возрастных группах, значительным было количество детей и молодежи вследствие относительно высоких показателей рождаемости. Однако в целом демографическая модернизация шла своим чередом, и это сказалось на установившихся тенденциях старения населения, снижения доли женщин фертильного возраста (в 1959 г. они составляли 55,1% всего женского населения региона, в 1989 г. – 50,3%), увеличения коэффициента демографической нагрузки.

Половозрастная структура городского населения в постсоветский период

Распад Советского Союза привел к затяжному социально-экономическому кризису и прервал перманентный процесс демографической модернизации страны. В результате произошли серьезные изменения в динамике демографических показателей: падение естественного прироста в связи с резким снижением рождаемости и увеличением смертности, что отразилось на структуре населения по полу. Тяжелые социальные последствия смены экономического курса страны сказались на возрастной структуре населения. Рурализация, отток населения из городов в сельскую местность и административно-территориальные преобразования, связанные с изменением статусов городских поселений на сельские, повлияли на отрицательную динамику численности городского населения в 1990-е гг. Ситуация несколько изменилась к лучшему в начале XXI столетия, но абсолютное число горожан региона в 2017 г. не достигло уровня 1989 г. (см. рис. 3).

В целом городское население региона сократилось примерно на 1000 человек, однако динамика его численности имела разновекторное направление развития. Во-первых, вплоть до 2010 г. численность горожан Южной Сибири устойчиво уменьшалась, достигнув в этом году своего минимума – 578,5 тыс. человек. После этого в 2010-е гг. наступил рост численности городского населения, связано это было в том числе со всплеском рождаемости. Во-вторых, только в Хакасии из трех национальных республик региона численность горожан существенно упала. В Тыве рост городского населения происходил в результате естественного и миграционного прироста. На Алтае единственное городское поселение – столица республики как административный, хозяйственный, финансовый и культурный центр – неизбежно стала ядром притяжения населения субъекта.

Рисунок 3

Динамика численности городского населения Южной Сибири в 1989-2017 гг. (тыс. чел.)

На демографической структуре городского населения, как и прежде, отразились все наиболее значимые события истории страны: войны, реформы и кризисы (см. табл. 6). Причины демографического кризиса 1990-х гг. в современной науке оцениваются по-разному. В любом случае, на падение рождаемости в этот период оказал влияние комплекс факторов, как социально-экономических и политических, так и чисто демографических: малочисленное поколение рубежа 1960-1970-х гг. сформировало малочисленное поколение 1990-х гг. Снижение рождаемости и рост смертности отразились на половозрастной структуре населения.

С 1989 г. снизился удельный вес городского населения Южной Сибири в дотрудоспособном возрасте с 26,4% до 19,1%, а удельный вес лиц трудоспособного возраста, напротив, повысился с 52,8% до 61,5%, старше трудоспособного возраста с 15,5% до 19,4%, Привлекательность города, миграция сюда населения привели к более позитивным тенденциям развития возрастной структуры горожан по сравнению с сельским населением, возрастная структура которого приблизилась к регрессивному типу. В городе удельный вес родителей был выше, а поколение детей и прародителей ниже, поэтому возрастная структура городского населения региона оставалась стационарной.

Таблица 6

Половозрастная структура городского населения Южной Сибири в 1989-2010 гг., %

[ составлено и рассчитано по: 17, 19, 20]

возраст, лет

оба пола

мужчины

женщины

1989

2002

2010

1989

2002

2010

1989

2002

2010

0-14

26,4

19,6

19,1

27,6

21,4

20,9

25,4

17,8

17,4

15-19

7,5

10,6

7,2

7,2

10,9

7,6

7,9

10,3

6,9

20-24

6,9

9,2

9,3

7,3

9,5

9,8

6,6

8,9

8,9

25-29

9,4

8,5

9,4

10,2

9,0

10,0

8,7

8,0

8,8

30-34

9,9

7,1

8,5

10,6

7,5

8,8

9,1

6,7

8,1

35-39

9,0

6,8

7,5

9,5

6,9

7,7

8,4

6,7

7,3

40-44

5,2

8,1

6,0

5,4

8,1

6,1

4,9

8,1

6,0

45-49

4,9

7,7

6,6

5,0

7,6

6,4

4,7

7,8

6,7

50-54

5,3

6,6

7,0

5,3

6,4

6,6

5,3

6,8

7,3

55-59

4,7

2,9

6,3

4,4

2,8

5,8

4,9

3,0

6,7

60-69

6,8

7,0

6,5

5,3

6,1

5,6

8,2

7,9

7,4

70 и старше

4,0

5,9

6,6

2,2

3,8

4,7

5,9

8,0

8,5

всего

100

100

100

100

100

100

100

100

100

Современную возрастную структуру городского населения Южной Сибири нельзя назвать оптимальной. Несмотря на относительно высокую долю молодого населения (как следствие высокой рождаемости в Тыве и Алтае), она была ниже принятой в демографии нормы в 20%, при которой обеспечивается стабильное воспроизводство населения [21, с. 116]. Также в регионе выше нормы в 15% оказался удельный вес пожилого населения, что негативно сказывается на социально-экономической ситуации. Между тем, в настоящее время в регионе наблюдается относительно благоприятная ситуация с показателями демографической нагрузки. Связано это со снижением числа лиц дотрудоспособного возраста. Также постепенно происходит сближение численности лиц моложе и старше трудоспособного возраста.

Половозрастная пирамида городского населения Южной Сибири, где левый столбец данных отражает численность мужчин в каждый из возрастных групп, а правый - женщин (см. рис. 4), свидетельствует о наличии существенной диспропорции в соотношении мужчин и женщин в старших возрастах в пользу последних. На рисунке видно, что в возрасте до 15 лет численность мальчиков и девочек была примерно равной. После указанного рубежа зафиксирован незначительный перевес женщин над мужчинами, который усиливается и к 60-летнему возрасту количество женщин превышает количество мужчин уже почти в 2 раза. Это относительно новое для региона явление, ведь, как уже было показано, ранее в советский период соотношение полов в городской местности Южной Сибири было более благоприятным. Объяснить эти процессы можно особенностями социально-экономического развития региона, где промышленное производство после распада Советского Союза пришло в упадок, следовательно, утрачена была необходимость в мужской рабочей силе. Трудовая миграция ушла на второй план, уступив зачастую место миграции, связанной с получением среднего специального и высшего образования. По статистики большую часть абитуриентов региона составляют девушки, многие из которых после окончания учебных заведений остаются жить и работать в городе. Также еще одним фактором, повлиявшим на установившуюся диспропорцию, является значительно более ранняя и высокая смертность среди мужчин.

Количественный перевес женщин над мужчинами уже с 15-летнего возраста негативно может сказываться на показателях рождаемости в регионе. В возрастных группах наиболее фертильного возраста (20-39 лет) в городских поселениях численность женщин выше, чем мужчин на 8,7 тыс. человек. В целом, Всероссийская перепись населения 2010 г. показала, что численность женщин горожанок в Южной Сибири превышает численность мужчин на 48,8 тыс. человек, на 1000 мужчин в городе приходится 1184 женщины.

Рисунок 4

Половозрастная пирамида городского населения Южной Сибири в 2010 г.

Более полную картину о современном половом составе части городского населения Южной Сибири можно получить из базы данных Федеральной службы государственной статистики. Сегодня по муниципальным образованиям региона доступны данные лишь за 2017 г. (см. табл. 7). Наибольшая доля мужчин наблюдается в Абазе и составляет 47,2%. Относительно высока доля мужчин и в других промышленно развитых городах, где широко представлены отрасли добывающей промышленности – в Ак-Довураке, Саяногорске, Кызыле. Напротив, в Горно-Алтайске, экономика которого в основном связана со сферой туризма, доля мужчин среди городских поселений Южной Сибири – наименьшая – 43,7%. Наибольшая разница между численностью мужчин и женщин зафиксирована в Абакане, здесь количество женщин на 16,9 тыс. человек больше, чем мужчин. В двух других столичных городах региона – Кызыле и Горно-Алтайске – диспропорция полов также весьма серьезная: здесь количественная разница между мужчинами и женщинами составляет 8,6 и 7,9 тыс. человек соответственно. В небольших по численности городах – Абазе, Сорске и Ак-Довураке – эта разница существенное меньше: 0,9, 1,0 и 1,0 тыс. человек соответственно.

Таблица 7.

Соотношение мужчин и женщин в городских округах Южной Сибири на начало 2017 г.

[ составлено и рассчитано по: 22]

Численность женщин, тыс. чел.

Численность мужчин, тыс. чел.

Разница между численностью мужчин и женщин, тыс. чел.

Доля женщин в общей численности населения, %

Доля мужчин в общей численности населения, %

Горно-Алтайск

35610

27685

7,9

56,3

43,7

Ак-Довурак

7264

6314

1,0

53,5

46,5

Кызыл

62307

53708

8,6

53,7

46,3

Абакан

99290

82419

16,9

54,6

45,4

Абаза

8233

7359

0,9

52,8

47,2

Саяногорск

32722

28291

4,4

53,6

46,4

Сорск

6245

5269

1,0

54,2

45,8

Черногорск

42315

34775

7,5

54,9

45,1

Системные реформы 1990-х гг. оказали значительное влияние на демографическое развитие региона и половозрастной состав населения, в т.ч. и городского. Снижение рождаемости в Южной Сибири, наблюдаемое последние два года – новое явление, связанное с очередной демографической волной и неблагоприятным социально-экономическим климатом. Если указанное явление превратится в долгосрочный тренд, то и половозрастная пирамида будет менять свои очертания.

Заключение

Итак, с середины ХХ века произошли существенные изменения в демографической структуре городского населения Южной Сибири. Связано это как с логикой протекания собственно демографических процессов в условиях форсированной урбанизации и модернизации общества, так и с целым рядов важнейших политических и социально-экономических событий в России. В Южной Сибири векторы развития половозрастного состава горожан в целом были идентичны общероссийским, однако имели свои особенности. Во-первых, значительная диспропорция полов наблюдалась в основном лишь в старших возрастах. Во-вторых, городское население региона было моложе среднероссийского. В-третьих, в исследуемых национальных республиках установилась относительно благоприятная ситуация с показателями демографической нагрузки. Конечно, все эти явления - лишь следствие более высоких показателей рождаемости у коренных народов Южной Сибири. В целом, процесс старения населения в условиях демографического перехода стал неизбежным явлением, и прогрессивный тип возрастной структуры городского населения региона в конце ХХ века уступил место стационарному. Различия в демографической структуре национальных республик Южной Сибири в последние годы углубляются, так как разный социально-экономический потенциал и национальный состав населения этих субъектов оказывают большое влияние на показатели рождаемости и смертности. Дальнейшее изучение особенностей протекания демографических процессов в этих республиках позволит выявить новые факты, подтверждающие данный тезис.

Библиография
1.
Исупов В.А. Городское население Сибири: От катастрофы к возрождению (конец 30-х – конец 50-х гг.). Новосибирск, 1991. 288 с.
2.
Зверев В.А. Динамика воспроизводства городского населения в регионах Азиатской России в начале ХХ века // Гуманитарные науки в Сибири. 2016. № 1. С. 5-12.
3.
Дашинамжилов О.Б. Демографическое развитие городского населения Западной Сибири в 1960-1980-е гг.: особенности динамики половозрастного состава // Гуманитарные науки в Сибири. 2016. № 1. С. 40-46.
4.
Коробейникова Н.С. Динамика разводимости в городах Западной Сибири в годы Второй Мировой войны // Проблемы исторической демографии Сибири: сборник научных трудов. Новосибирск, 2015. С. 214-234.
5.
Демографическая история Западной Сибири (конец XIX – ХХ в.). Новосибирск, 2017. 350 с.
6.
Особенности урбанизации Красноярского края в последние десятилетия советского периода: социально-демографический аспект // Экономическое развитие Сибири: материалы Сибирского исторического форума. Красноярск, 2016. С. 197-201.
7.
Кышпанаков В.А. Население Хакасии: 1917-1990-е гг. Абакан, 1995. 348 с.
8.
Баранцева Н.А. Этносоциальные и этнодемографические процессы на юге Средней Сибири в конце XIX – конце ХХ в. Абакан, 2011. 206 с.
9.
Тиникова Е.Е. Городское население юга Красноярского края (1970-1989 годы). Абакан, 2017. 126 с.
10.
Анайбан З.В. Характеристика этнодемографических процессов Тувы в советский период // Новые исследования Тувы. 2011. № 2–3. С. 130–150.
11.
Доржу З.Ю. Социальное и демографическое развитие Тувы (в 90-е годы XX – начале XXI в.) // Журнал СФУ. Гуманитарные науки. 2014. Т. 7. № 11. С. 1916–1926.
12.
Еремин А.А. Современное демографическое развитие приграничных регионов России (на примере Алтайского края и Республики Алтай) // Стратегия развития приграничных территорий: традиции и инновации. Курск, 2014. С. 277–285.
13.
Всесоюзная перепись населения 1939 года: Основные итоги. М., 1992. 256 с.
14.
Всесоюзная перепись населения 1959 г. Распределение населения регионов России по полу, возрасту и состоянию в браке. URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_mar_59.php?reg=63&gor=1&Submit=OK (дата обращения: 15.02.2019).
15.
Славина Л.Н. Динамика возрастно-половой структуры сельского населения Восточной Сибири в контексте демографической модернизации деревни (1959-1989 гг.) // Гуманитарные науки в Сибири. 2010. № 3. С. 107-111.
16.
Всесоюзная перепись населения 1979 г. Распределение населения регионов РСФСР по полу, возрасту и состоянию в браке (5-летние возрастные группы). URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_mar_reg_79.php?reg=83 (дата обращения: 15.02.2019).
17.
Всесоюзная перепись населения 1989 г. Распределение населения регионов РСФСР по полу и возрасту (однолетние возрастные группы). URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_age1_89.php?reg=7 (дата обращения: 15.02.2019).
18.
Денисенко М.Б., Хараева О.А. Возрастная структура народов РСФСР, 1959-1989 гг. // Население и кризисы: Региональные и этнические особенности демографического развития России и СССР. М.: МАКС Пресс, 2004. Вып. 10. С. 66-83.
19.
Всероссийская перепись населения 2002 г. Распределение населения регионов РФ по полу и возрасту (5-и 1-летние возрастные группы). URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_age1_02.php (дата обращения: 16.02.2019).
20.
Всероссийская перепись населения 2010 г. Распределение населения регионов РФ по полу и возрасту (1-летние возрастные группы). URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_age1_10.php?reg=66 (дата обращения: 16.02.2019).
21.
Бюраева Ю.Г. Анализ демографической ситуации в регионах Сибирского федерального округа // Вестник Бурятского научного центра Сибирского отделения Российской академии наук. 2018. № 3 (31). С. 113-117.
22.
Федеральная служба государственной статистики. Базы данных показателей муниципальных образований. URL: http://www.gks.ru (дата обращения: 16.02.2019).
References (transliterated)
1.
Isupov V.A. Gorodskoe naselenie Sibiri: Ot katastrofy k vozrozhdeniyu (konets 30-kh – konets 50-kh gg.). Novosibirsk, 1991. 288 s.
2.
Zverev V.A. Dinamika vosproizvodstva gorodskogo naseleniya v regionakh Aziatskoi Rossii v nachale KhKh veka // Gumanitarnye nauki v Sibiri. 2016. № 1. S. 5-12.
3.
Dashinamzhilov O.B. Demograficheskoe razvitie gorodskogo naseleniya Zapadnoi Sibiri v 1960-1980-e gg.: osobennosti dinamiki polovozrastnogo sostava // Gumanitarnye nauki v Sibiri. 2016. № 1. S. 40-46.
4.
Korobeinikova N.S. Dinamika razvodimosti v gorodakh Zapadnoi Sibiri v gody Vtoroi Mirovoi voiny // Problemy istoricheskoi demografii Sibiri: sbornik nauchnykh trudov. Novosibirsk, 2015. S. 214-234.
5.
Demograficheskaya istoriya Zapadnoi Sibiri (konets XIX – KhKh v.). Novosibirsk, 2017. 350 s.
6.
Osobennosti urbanizatsii Krasnoyarskogo kraya v poslednie desyatiletiya sovetskogo perioda: sotsial'no-demograficheskii aspekt // Ekonomicheskoe razvitie Sibiri: materialy Sibirskogo istoricheskogo foruma. Krasnoyarsk, 2016. S. 197-201.
7.
Kyshpanakov V.A. Naselenie Khakasii: 1917-1990-e gg. Abakan, 1995. 348 s.
8.
Barantseva N.A. Etnosotsial'nye i etnodemograficheskie protsessy na yuge Srednei Sibiri v kontse XIX – kontse KhKh v. Abakan, 2011. 206 s.
9.
Tinikova E.E. Gorodskoe naselenie yuga Krasnoyarskogo kraya (1970-1989 gody). Abakan, 2017. 126 s.
10.
Anaiban Z.V. Kharakteristika etnodemograficheskikh protsessov Tuvy v sovetskii period // Novye issledovaniya Tuvy. 2011. № 2–3. S. 130–150.
11.
Dorzhu Z.Yu. Sotsial'noe i demograficheskoe razvitie Tuvy (v 90-e gody XX – nachale XXI v.) // Zhurnal SFU. Gumanitarnye nauki. 2014. T. 7. № 11. S. 1916–1926.
12.
Eremin A.A. Sovremennoe demograficheskoe razvitie prigranichnykh regionov Rossii (na primere Altaiskogo kraya i Respubliki Altai) // Strategiya razvitiya prigranichnykh territorii: traditsii i innovatsii. Kursk, 2014. S. 277–285.
13.
Vsesoyuznaya perepis' naseleniya 1939 goda: Osnovnye itogi. M., 1992. 256 s.
14.
Vsesoyuznaya perepis' naseleniya 1959 g. Raspredelenie naseleniya regionov Rossii po polu, vozrastu i sostoyaniyu v brake. URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_mar_59.php?reg=63&gor=1&Submit=OK (data obrashcheniya: 15.02.2019).
15.
Slavina L.N. Dinamika vozrastno-polovoi struktury sel'skogo naseleniya Vostochnoi Sibiri v kontekste demograficheskoi modernizatsii derevni (1959-1989 gg.) // Gumanitarnye nauki v Sibiri. 2010. № 3. S. 107-111.
16.
Vsesoyuznaya perepis' naseleniya 1979 g. Raspredelenie naseleniya regionov RSFSR po polu, vozrastu i sostoyaniyu v brake (5-letnie vozrastnye gruppy). URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_mar_reg_79.php?reg=83 (data obrashcheniya: 15.02.2019).
17.
Vsesoyuznaya perepis' naseleniya 1989 g. Raspredelenie naseleniya regionov RSFSR po polu i vozrastu (odnoletnie vozrastnye gruppy). URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_age1_89.php?reg=7 (data obrashcheniya: 15.02.2019).
18.
Denisenko M.B., Kharaeva O.A. Vozrastnaya struktura narodov RSFSR, 1959-1989 gg. // Naselenie i krizisy: Regional'nye i etnicheskie osobennosti demograficheskogo razvitiya Rossii i SSSR. M.: MAKS Press, 2004. Vyp. 10. S. 66-83.
19.
Vserossiiskaya perepis' naseleniya 2002 g. Raspredelenie naseleniya regionov RF po polu i vozrastu (5-i 1-letnie vozrastnye gruppy). URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_age1_02.php (data obrashcheniya: 16.02.2019).
20.
Vserossiiskaya perepis' naseleniya 2010 g. Raspredelenie naseleniya regionov RF po polu i vozrastu (1-letnie vozrastnye gruppy). URL: http://www.demoscope.ru/weekly/ssp/rus_age1_10.php?reg=66 (data obrashcheniya: 16.02.2019).
21.
Byuraeva Yu.G. Analiz demograficheskoi situatsii v regionakh Sibirskogo federal'nogo okruga // Vestnik Buryatskogo nauchnogo tsentra Sibirskogo otdeleniya Rossiiskoi akademii nauk. 2018. № 3 (31). S. 113-117.
22.
Federal'naya sluzhba gosudarstvennoi statistiki. Bazy dannykh pokazatelei munitsipal'nykh obrazovanii. URL: http://www.gks.ru (data obrashcheniya: 16.02.2019).

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Конец XX века оказался ознаменован распадом Советского Союза, что стало по словам Президента Российской Федерации В.В. Путина крупнейшей геополитической катастрофой прошедшего столетия. Многие негативные последствия данного события – социальные, экономические, внешнеполитические – отражаются на жизни нашей страны и в настоящее время. Одним из самых острых вопросов, имеющих особую актуальность в условиях гигантских пространств России, является демографический. Известно, что в 1990-е гг. население нашей страны убывало на 1 млн. в год, компенсируясь потоком русскоязычных мигрантов из Ближнего Зарубежья. Согласно некоторым негативным прогнозам, к середине XXI в. число жителей России может сократиться до 100-120 млн., что в условиях территориальной протяженности может стать угрозой национальной безопасности. Вместе с тем за последние годы на высшем государственном уровне были приняты конкретные меры по нормализации демографической ситуации в стране: снижению смертности и повышению рождаемости. В условиях многонациональной России этнокультурные и ментальные практики, региональная специфика обуславливают различные демографические процессы: так, например, в рейтинге рождаемости традиционно лидируют Чечня, Ингушетия, Дагестан, Тыва, Бурятия и Алтай, проблемными регионами являются Ленинградская, Псковская, Магаданская, Смоленская, Орловская и др. В этой связи представляет важность изучение социально-демографических аспектов в отдельных субьектах Российской Федерации.
Указанные обстоятельства определяют актуальность представленной на рецензирование статьи, предметом которой являются отличительные черты половозрастной структуры городского населения Южной Сибири в 1945-2017 гг. Автор ставит своей задачей проанализировать векторы развития возрастной и половой структур населения городов в республиках Алтай, Тыва, Хакасия для формирования общей картины демографического развития городского населения региона, а также выявить его ближайшие демографические перспективы. Хронологические рамки статьи охватывают период с 1945 г., то есть с момента окончания Великой Отечественной войны, по настоящее время.
Работа основана на принципах историзма, достоверности, объективности, методологической базой исследования выступают сравнительный метод, в основе которого находится сопоставление двух и более объектов, выделение в них общего и различного с целью классификации и типологии, а также системный подход, в основе которого лежит рассмотрение объекта как целостного комплекса взаимосвязанных элементов.
Научная новизна статьи заключается в самой постановке темы: автор на основе широкого круга источников осуществляет системный анализ эволюции половозрастной структуры городского населения Южной Сибири в течение 7 десятилетий.
Рассматривая библиографический список статьи, как позитивный момент следует отметить его разносторонность (всего список литературы включает в себя свыше 20 различных источников и исследований). К несомненным достоинствам статьи отнесем осуществленный автором краткий анализ литературы. Из привлекаемых автором источников укажем на статистические данные четырех Всесоюзных и двух Всероссийских переписей населения, а также материалы текущего учета населения, представленные на официальном сайте Федеральной службы государственной статистики. Из используемых исследований выделим труды В.А. Зверева, В.А, Кышпаныкова, Е.Е. Тиниковой, Ю.Г. Бюраевой, в которых рассматриваются отдельные аспекты демографического развития населения Южной Сибири. Заметим, что библиография имеет важное значение не только с научной, но и с просветительской точки зрения: читатели после знакомства с текстом статьи, могут обратиться к другим материалам по ее теме. В целом, на наш взгляд, комплексное использование различных источников и исследований позволило автору собрать необходимый материал для дальнейшего анализа и обобщений, позволяющий в достаточной мере раскрыть предмет статьи.
Стиль написания работы является научным, однако доступным для понимания не только специалистов, но и широкой читательской аудитории, всех, кто интересуется как демографическими процессами и урбанизацией в России, в целом, так и отдельными регионами, в частности. Апелляция к оппонентам представлена в выявлении проблемы на уровне полученной информации, собранной автором в ходе работы над исследованием.
Структура работы отличается логичностью и последовательностью, в ней можно выделить несколько разделов, в том числе введение и заключение. В начале автор определяет актуальность темы, показывает, что отличительные особенности регионов России обуславливают необходимость выработки собственных стратегий развития. Рассмотрев имеющуюся литературу и выявив лакуны, автор переходит к непосредственному рассмотрению темы. В работе выделяются три этапа в становлении половозрастной структуры населения рассматриваемого региона: послевоенный (1945-1959), с 1959 по 1989 г., современный. Примечательно, что бурная индустриализация привела к двукратному увеличению городского населения за период с 1959 по 1989 гг. Автор приходит к выводу, что в Южной Сибири векторы развития половозрастного состава горожан в целом были идентичны общероссийским, однако имели свои особенности, в основном вследствие высоких показателей рождаемости у коренных народов.
Главным выводом статьи является то, что
«различия в демографической структуре национальных республик Южной Сибири в последние годы углубляются, так как разный социально-экономический потенциал и национальный состав населения этих субъектов оказывают большое влияние на показатели рождаемости и смертности».
Представленная на рецензирование статья посвящена актуальной теме, снабжена 4 рисунками и 7 таблицами, вызовет определенный интерес у читателей, а ее материалы и выводы могут быть использованы как в учебных курсах и спецкурсах, так и при реализации демографической политики Российской Федерации.
К статье есть отдельные замечания: так, ряд предложений содержит пунктуационные ошибки и стилистические погрешности («Протяженность страны, ее этносоциальная и экономическая неоднородность свидетельствуют о необходимости выработки собственных региональных стратегий развития региона в том числе и в области демографического развития» и т.д.), можно было бы начать третий этап с 1992 г., а не с 1989 г. (данный выбор видимо обусловлен проходившей Всесоюзной переписью населения) и т.д.
Однако в целом, на наш взгляд, статья может быть рекомендована для публикации в журнале «Genesis: исторические исследования».

Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"