Статья 'Курганные захоронения бассейна р. Вилюй: малоизвестные памятники погребального обряда якутов XVII – начала XX в.' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция и редакционная коллегия > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Genesis: исторические исследования
Правильная ссылка на статью:

Курганные захоронения бассейна р. Вилюй: малоизвестные памятники погребального обряда якутов XVII – начала XX в.

Петров Денис Михайлович

младший научный сотрудник, Институт гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН

677000, Россия, республика Саха (якутия), г. Якутск, ул. Петровского, 1

Petrov Denis Mikhailovich

Junior Scientific Associate, of Humanitarian Research and Problems of Indigenous Peoples of the North of Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences

677000, Russia, respublika Sakha (yakutiya), g. Yakutsk, ul. Petrovskogo, 1

dmpetrov-92@mail.ru

DOI:

10.25136/2409-868X.2019.1.28107

Дата направления статьи в редакцию:

23-11-2018


Дата публикации:

04-02-2019


Аннотация: Цель данной работы заключается в подтверждении наличия традиции курганных захоронений в погребальном обряде якутов.Предметом исследования является погребальный обряд якутов. Объект - курганные захоронения, обнаруженные в бассейне реки Вилюй в Западной Якутии в ходе полевых археологических работ разных лет. Проведен экскурс в историю рассматриваемого вопроса, описаны конструктивные особенности якутских курганов, рассмотрены половозрастная и социальная составляющие захоронений. Хронологические рамки исследования обусловлены датировками обнаруженных археологических памятников. Предполагается, что изучение памятников данного типа будет играть существенную роль в проведении этнокультурных реконструкций. Метод исследования основан на анализе и обобщении археологических данных, архивных материалов и научной литературы. В статье применен системный подход в решении поставленной проблемы. Новизна работы заключается в постановке проблемы существования в прошлом у якутов традиции курганных захоронений. Впервые вводятся в научный оборот материалы по изучаемой теме, полученные в ходе полевых археологических работ в бассейне р. Вилюй.В результате анализа археологических данных, архивных материалов и научной литературы автор приходит к выводу о бытовании в погребальном обряде якутов в XVII- начале XX в. практики курганных захоронений. Существование данной практики выявлено в культуре вилюйских якутов как часть ее этнолокальной особенности.


Ключевые слова: Якутия, якуты, вилюйские якуты, погребальный обряд, курганы, надмогильные сооружения, Сибирь, этногенез, средневековье, ритуал захоронения

Abstract: The goal of this research is to confirm the existence of tumuli tradition in funeral rites of the Yakuts. The subject of this article is the funeral rites of the Yakuts; the object is the timuli discovered in the Basin of Vilyuy River in Western Yakutia during the field archeological excavations of various years. The author steps back in history of the topic under consideration, describes the constructive peculiarities of the Yakut tumuli, reviews the gender-age and social components of the burials. The chronological framework of the study are substantiated by the dating of the discovered archeological artifacts. It is assumed that the examination of such types of artifacts will play a significant role in conducting of ethnocultural reconstructions. The research method is based on the analysis and generalization of archeological data, archival materials and scientific literature. The scientific novelty consists in articulation of problem regarding the existence of tumuli tradition among the Yakut people in the past. This article is first to introduce into the scientific discourse the materials on the topic acquired during the field archeological excavations in the Basin of Vilyuy River. Having analyzes the archeological data, archival materials and scientific literature, the author concludes on the presence of the practice of tumuli in funeral rites of the Yakuts during the XVII – early XX centuries. The existence of such practice in the culture of Vilyuyan Yakuts is determines as a part of their ethno-local specificity.



Keywords:

Siberia, burial monuments, mounds, burial rite, Viluy Yakuts, Yakuts, Yakutia, ethnogenesis, Middle Ages, burial ritual

Введение. Археологические памятники, в частности погребальные, являются одним из наиболее информативных источников для изучения исторического прошлого бесписьменных народов. Погребальная обрядность якутов XVII - начала XX в. характеризуется широким спектром различных способов захоронения и видов погребальных сооружений. Бытовали традиции грунтовых и воздушных захоронений, кремации тела, погребения в наземных срубах и т. д. Долгое время считалось, что до прихода русских в Ленский край и начала христианизации коренного населения у якутов не было практики грунтовых захоронений, однако современные данные доказывают ошибочность этого утверждения [8; 2]. Надмогильные сооружения в грунтовых захоронениях были представлены различными вариациями сложных срубных конструкций. Вместе с тем, в исторической литературе сложилось мнение об отсутствии в погребальной обрядности якутов практики сооружения курганов - одного из самых распространенных видов надмогильных сооружений.

Результаты исследования. Курган – это надмогильное сооружение, в виде насыпи из земли или камня, чаще всего полусферической или конической формы. Курганы встречаются на большей части Евразии и были характерны для погребальных традиций широкого круга археологических культур и этносов. На начальных этапах археологического изучения Якутии предпринимались попытки поиска курганных захоронений. За таковыми считались булгунняхи (пинго) – бугры пучения в криолитозоне, характерные для ландшафта Центральной Якутии. Е. Д. Стреловым были проведены работы с целью изучения таких «курганов» в районе сёл Большая и Малая Марха возле г. Якутска и итог оказался, по выражению автора, «…убийственный для местной археологии» [11, с. 66]. Все принятые за курганы объекты были естесственного происхождения - это убедило исследователей во мнении, что на территории Якутии традиции сооружения искусственных насыпей не существовало. В дальнейшем, целенаправленные поиски курганных захоронений на территории Центральной Якутии не предпринимались. Вплоть до настоящего времени курганами в обиходе называют булгунняхи, на которых часто встречаются одиночные грунтовые захоронения или родовые кладбища – как правило, якуты старались хоронить на возвышенностях. Известен т. н. «Тыгынов курган» - булгуннях значительных размеров, располагавшийся недалеко от озера Сайсары в черте г. Якутска и при срытии которого был обнаружен целый ряд погребений позднего средневековья [4, с. 24].

Малоизвестным осталось упоминание о наличии настоящих курганных захоронений этнографа А.А. Попова, который в 1940-х гг. писал: «На старинных могилах срубы не встречаются. Место погребения состоит из огороженной столбовой изгородью земляной насыпи» [10, с. 309]. Автор прилагает изображения курганов на озере Ангала в Верхневилюйском улусе, а также ещё двух курганных захоронений, одно из которых приписывалось сыну князца Оногосчута - Барганча (рис. 1), другое - мальчику по имени Хонторуун , погребенному вместе с лошадью. Последнее захоронение расположено между озёрами Уолба и Ангалынгда в Угулятском наслеге Вилюйского улуса [там же, с. 322]. Широко распространённые срубные надмогильные сооружения «чардаат» с двускатной крышей и коньком А. А. Попов считал влиянием русской православной церкви.

Археологические исследования бассейна р. Вилюй - второго по количеству жителей региона Якутии - на раннем этапе археологические изыскания ограничивались вскрытием воздушных и наземных захоронений [7; 12; 13]. Планомерное изучение археологических памятников, приурочиваемых якутам, началось во второй половине 60-х гг. XX в. В 1967 г. Вилюйским археолого-этнографическим отрядом ЯГУ во главе с Н. Д. Архиповым на берегу озера Ангала на территории Ботулинского наслега Верхневилюйского района был исследован могильник из двух захоронений курганного типа, описанный А.А. Поповым.

Курган I . Погребение располагалось на восточном берегу. Надмогильное сооружение представляло собой земляную насыпь высотой в 1,4 м, обнесённую изгородью из плотно пригнанных жердей в 8 рядов, пропущенных через 12 столбов (рис. 2). Площадь основания насыпи 6х5 метров. На уровне основания земляной насыпи после зачистки было обнаружено верхнее перекрытие могильной ямы длиной 3,75 м, шириной 1,25 м у изголовья и 1,2 м у ног (по всей видимости, крышка саркофага). Внутри сруба был помещён гроб из тонкомерных бревен. Захоронение ориентировано по вектору юго-запад – северо-восток. Внутри гроба обнаружен костяк пожилой женщины. Одежда погребённой представлена меховой шапкой с бисерной аппликацией, ровдужным кафтаном, шубой и штанами из меха росомахи. Из украшений в погребении зафиксированы шейная гривна из меди и серьги в виде знака вопроса с плоскими бусинами. В сопроводительном инвентаре обнаружены деревянные миски, деревянная ложка, медный котёл, мешок из шкуры оленя с ножом в бисерных ножнах внутри, ножницы, медный колокольчик, предметы конского снаряжения и др. [1].

Курган II . Находился в метре к северо-востоку от первого захоронения. Надмогильное сооружение идентично кургану I: земляная насыпь площадью основания 5,7х6 м и высотой 1,5 м, обнесённая деревянной изгородью. При зачистке насыпи был обнаружен пикет в диаметре 25 см. Внутримогильные конструкции также представлены саркофагом с гробом внутри. Костяк принадлежал мужчине, был ориентирован головой на северо-восток. Покойник был одет в короткий кафтан с медными пуговицами, штаны из плотной материи, торбаза. Сопроводительный инвентарь: нож, медный котёл, кожаный мешок, посох с набалдашником из кости мамонта, предметы конской сбруи [там же].

Эти захоронения местное население приписывало герою легенд и сказаний Оногосчуту (по архивным сведениям - Болтор Ыраев) и его жене, жившим в «век войн, сражений» (як. кыргыс уйэтэ ) и почитавшимся родоначальниками Оногосчутского рода вилюйских якутов. Князец этот отличался «…на редкость крепким здоровьем и счастьем, полученным им от пестрого орла» [11, с. 322]. По рассказам, в могилах Оногосчута и его жены было закопано около 30 фунтов серебра [11, с. 323], которого не обнаружилось при раскопках. Тем не менее, богатый предметный состав могильника, включающий вещи всаднического комплекса (элементы конской сбруи, медные котлы), свидетельствует о высоком социальном ранге захороненных.

Результаты археологических работ Н.Д. Архипова не были введены в научный оборот. Материалы экспедиции отражены только в отчете для отдела полевых исследований. Вследствие этого, данные памятники остались незамеченными как исследователями, так и широкой публикой. Сам Н.Д. Архипов обозначил эти памятники как захоронения "курганчикового" типа.

В 2000-х гг. на территории Нюрбинского и Сунтарского улусов с целью изучения погребальных памятников якутов проводила раскопки Саха-французская археологическая экспедиция (MAFSO). В ходе работ было изучено несколько захоронений с насыпью, которые не были интерпретированы французскими исследователями как курганы.

Селисе (Ат Уоппут) . Захоронение было обнаружено в м. Ат Уоппут Таркайского наслега Нюрбинского улуса. Местные жители приписывали данное захоронение сыну родоначальника наслега, убитому людьми из враждебного рода. Местность известна как местожительство Таркая Быркынина – исторической личности XVII в. [9, с. 99], героя многих легенд вилюйских якутов [6, с. 172]. Гроб с останками молодого мужчины, обнесённый тремя срубными камерами, был зарыт в искусственной насыпи с площадью основания 6х7 м и высотой 0,5 м. По мнению французских исследователей, насыпь была воздвигнута из-за сильной заболоченности местности [8, с. 78]. Захоронение было разграблено ещё в древности, но, судя по богато декорированной шелком одежде погребённого, может быть отнесено к числу элитных.

К курганным захоронениям, изученным MAFSO, также можно отнести памятники Орджогон II в Кангаласском наслеге того же улуса и Булгуннях II в Бордонском наслеге Сунтарского улуса, которые характеризуются надмогильными сооружениями в виде небольшой насыпи с бревенчатой изгородью, по аналогии с курганами из могильника Ангала. Однако на сегодняшний день нет опубликованных данных, касающихся конструктивных деталей.

Таким образом, по настоящее время так сложилось, что якутские курганы не становились объектами специального изучения. Раскопки Н.Д. Архипова были единичным случаем обнаружения и описания курганов, без проведения глубокого исследования с широким географическим охватом. Французские же исследователи имеют первостепенной целью изучение палеомедицины и палеогенетики якутов, вследствие чего, интерпретации погребальных сооружений не входят в число их обязательных задач.

В наши дни изучением археологических памятников на территории Вилюйского региона занимается Нюрбинский отряд археологической экспедиции Института гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН во главе с автором данной статьи. Ориентируясь на материалы предшествующих экспедиций нами были проведены полевые разведочные археологические работы с целью выявления захоронений курганного типа в рамках исследования культуры вилюйских якутов. В ходе этих работ были обнаружены следующие памятники:

Буут Улгуттата . Погребение обнаружено в Кюндядинском наслеге Нюрбинского улуса на северной стороне поля Буут Улгуттата, на опушке елового леса. Оригинальное надмогильное сооружение представляет собой сложную конструкцию из земляной насыпи, поддерживаемой вертикально воткнутыми по всему периметру жердинами, скрепленными тальниковыми жгутами (наподобие якутской печи-камелька). Конструкция имеет коническую крышу, составленную из треугольных дощечек. Общий вид захоронения напоминает круглую башню (рис. 3). Высота кургана – 1,4 м, площадь основания – 3 м. Насыпь обнесена бревенчатой изгородью, в три венца с западной и восточной стороны и в два венца с южной и северной. Сквозь венцы по углам продеты четыре столба, вытесанные из пней. Длина каждой из сторон изгороди примерно равняется 3,7 м. По информации местных жителей захоронение датируется началом XX в.

Ат Харах. Курганное захоронение обнаружено на возвышенности в лесном массиве, в 2,5 км к северо-востоку от местности Буут Улгуттата, в 0,5 км к югу от озера Ат Харах. Могильный комплекс представлен двумя захоронениями, включая сам курган (рис. 4). Надмогильное сооружение в виде сильно расплывшейся песчаной насыпи, высотой около 0,4 м и площадью основаниями 4x4 м, обнесённой деревянным изгородью в четыре венца. На углах венцы скреплены продетыми в них столбами. Длина сторон изгороди составляет около 4,2 м. Другое захоронение могильного комплекса Ат Харах представлено стандартным для XVIII-XIX вв. срубным надмогильным сооружением (як. чардаат ), относящимся, по всей видимости, к дохристианскому периоду, т.к. отсутствует надмогильный крест.

Атыыр Тириитэ. Могильник обнаружен в Тойбохойском наслеге Сунтарского улуса, на восточной стороне поля Атыыр Тириитэ, в опушке елового леса. В черте могильника, представленного разновременными захоронениями, выделяется группа памятников из четырех курганов. Все курганы были обнесены одной изгородью из жердин, пропущенных через столбы. Полностью сохранилась только восточная сторона изгороди. Курганы различаются по размерам: наиболее крупный имеет высоту около 1,4 м и площадь основания 3x3, остальные высотой порядка 0,4 м и площадью основания около 1,5x1 м. По свидетельству местных жителей, здесь захоронен богач с ездовыми лошадьми и двумя слугами.

Угут Кюел . Два курганных захоронения обнаружено в черте могильника XIX – начала XX в. на территории Эльгяйского наслега Сунтарского района в местности Угут Кюел, на юго-восточной стороне, в опушке леса. Курган 1 имеет диаметр 4 м, высоту – 0,5 см (рис. 5). Курган 2 имеет меньшие размеры: 2,5 м. в диаметре и 0,3 м в высоту. Изгороди курганов, за исключением нескольких фрагментов столбов с отверстиями для жердин, практически не сохранились.

Обсуждение. Все захоронения курганного типа на территории Якутии локализуются на территории трёх современных районов – Нюрбинского, Сунтарского и Верхневилюйского, расположенных в бассейне р. Вилюй. 11 курганов найдены в черте расселения якутов Жарханского (захоронения Селисе, Ат Харах, Буут Улгуттата, мог. Атыыр Тириитэ), Бордонского (Булгуннях II, Угут Кюел I-II) и Кангаласского (Орджогон II) родов, связанных общим генеалогическим происхождением [6, с. 162-227]. 2 захоронения (мог. Ангала) обнаружены на территории проживания Ботулинского рода вилюйских якутов [10, с. 322]. На основании сведений А.А. Попова наличие подобных сооружений предполагается и на территории Вилюйского района.

Рассмотрев погребальные памятники курганного типа у якутов можно выделить следующие основные конструктивные особенности: 1) Относительно небольшие размеры курганной насыпи; 2) Насыпь из мягких пород грунта; 3) Частое отсутствие околокурганных ям; 4) Наличие деревянной изгороди из тонкомерных бревен или жердин, пропущенных через столбы.

Судя по погребальному инвентарю и сопутствующему нарративу, курганные захоронения могут служить маркером элитарности - принадлежности к высшим слоям якутского общества XVII-XX вв. Прослеживается связь с коневодческой культурой, выраженная в наличии в захоронениях элементов всаднического комплекса. Топонимы Ат Уоппут (букв. «Нагулял коню жир»), Атыыр Тириитэ («Шкура жеребца») и гидроним Ат Харах («Лошадиный глаз») также приурочены к коневодческому хозяйству. Из 5 раскопанных захоронений 3 являются мужскими (Селисе, Орджогон, Ангала II,) и 2 – женскими (Булгуннях II, Ангала I).

В Центральной Якутии, несмотря на активное археологическое изучение погребальных памятников (свыше 300), захоронений курганного типа на сегодняшний день ещё не обнаружено. Допустимо, что курганные захоронения были характерны в древности для всех этнографических групп якутов и сохранились в Вилюйском регионе в качестве архаизма, в то время как у центральных и северных якутов они исчезли, уступив другим видам надмогильных сооружений. В любом случае, данную традицию можно считать этнолокальной особенностью погребального обряда вилюйских якутов.

Исследователь Вилюйского региона Р. К. Маак писал о глубокой архаичности культуры вилюйских якутов, обусловленной слабым влиянием русского населения: «… у них осталось гораздо более собственно якутской жизни и древних якутских обычаев, чем это заметно даже у инородцев Верхоянского и Колымского округов» [7, с. 191]. Консервативность традиций имелась и в погребальном обряде вилюйских якутов, на что указывают материалы археологических работ [4, с. 7]. По всей видимости, традиция возведения земляной насыпи над погребением восходит к погребальной обрядности тюркских народов средневековья, однако, стоит заметить, что практика сооружения курганов встречалась и у угорских и самодийских этносов, и что она имеет гораздо более древние корни, уходящие во времена существования скифо-сибирской культурной общности. О наличии подобных реминисценций в культуре вилюйских якутов доказывает, к примеру, обнаружение Саха-французской экспедицией в Кангаласском наслеге Нюрбинского улуса в местности Тымпы захоронения XVII в. [8, с. 182-183], в котором был погребён мужчина со следами бальзамирования в целях сохранения тела [3, с. 87], по аналогии с погребальными обычаями скифского населения Южной Сибири эпохи железного века. Вполне возможно, что курганные захоронения были переняты предками вилюйских якутов у автохтонного населения бассейна р. Вилюй, представленным племенами, близкими к этническим группам уральского облика (угро-самодийцам), которые, в свою очередь, могли переселяться с бассейна р. Енисей [5]. В таком случае понятно, почему захоронений данного типа не обнаружено на территории Центральной Якутии. Этнокультурным параллелям вилюйских якутов и угро-самодийцев будет посвящена отдельная статья. Река Вилюй, протекающая по вектору запад-восток, издревле и во все времена должна была играть роль магистрального пути, связующего бассейны великих сибирских рек Лена и Енисей.

Заключение. Захоронения курганного типа впервые были описаны А.А. Поповым и изучены в археологическом плане Н.Д. Архиповым. Однако эти материалы остались незамеченными в научных кругах, что повлекло укрепление мнения об отсутствии традиции сооружения насыпей в погребальном обряде якутов. Спорадически подобные памятники попадались и в ходе работ Саха-французской экспедиции, но они не становились объектами специального изучения. Полевые исследования Нюрбинского отряда ИГИиПМНС СО РАН выявили целый ряд курганных захоронений на территории Сунтарского и Нюрбинского районов, что подтверждает факт бытования в прошлом у якутов курганных захоронений. Об устойчивости этой традиции свидетельствуют значительный географический разброс в рамках Вилюйского региона и широкий хронологический диапазон. Специфическими конструктивными чертами якутских курганов являются относительное небольшие размеры песчаной или земляной насыпи, наличие бревенчато-столбовой ограды, отсутствие околокурганных ям. Подробное изучение данного типа погребальных памятников будет иметь большое значение для проведения этнокультурных корреляций с народами Западной, Центральной и Южной Сибири, Байкальского региона, а также степной полосы Евразии.

Иллюстрации

Рис. 1. Курганное захоронение, приписываемое некрещеному якуту Барганча, сыну князца Болтора Ыраева – Оногосчута (Верхневилюйский район). Из материалов А.А. Попова.

Рис. 2. Могильник Ангала. Захоронение князца Оногосчута (Верхневилюйский район). Из материалов Н.Д. Архипова.

Рис. 3. Курган в местности Буут Улгуттата (Нюрбинский район).

Рис. 4. Курган с изгородью, могильник Ат-Харах (Нюрбинский район).

Рис. 5. Курган I в черте могильника в местности Угут Кюел

(Сунтарский район).

Библиография
1.
Архипов Н. Д. Отчёт о работе археолого-этнографического отряда Якутского государственного университета летом 1967 г. // НОА ИА РАН. Ф.1. Оп. 1. Ед. хр. 42-55. С. 7-10.
2.
Бравина Р. И., Дьяконов В. М. Раннеякутские средневековые погребения XIV-XVII вв.: совокупность отличительных признаков // Северо-Восточный гуманитарный вестник. 2015.-№ 3 (12).-С. 27-32.
3.
Бравина Р. И., Дьяконов В. М., Колбина Е. Ю., Петров Д. М. К вопросу о ритуально потревоженных захоронениях якутов (XVII-ХVIII вв.) // Вестник археологии, антропологии и этнографии.-2016.-№ 2 (33).-С. 86-96.
4.
Бравина Р. И., Попов В. В. Погребально-поминальная обрядность якутов: памятники и традиции (XV–XIX вв.). – Новосибирск: Наука, 2008. – 296 с.
5.
Гоголев А. И. Обозрение этнической истории Западной Якутии (до начала XX в.) // Наука и образование.-2008.-С. 66-72
6.
Ксенофонтов Г. В. Эллэйада: материалы по мифологии и легендарной истории якутов. / Отв. ред. А.П. Окладников. М.: Изд-во «Наука», 1977.-246 с.
7.
Маак Р. К. Вилюйский округ Якутской области. Ч. III. – CПб: Типография и Хромолитография А. Траншеля, 1887. – 192 с.
8.
Мир древних якутов: опыт междисциплинарных исследований (по материалам Саха-французской археологической экспедиции); под.ред. Эрика Крюбези и А.Н. Алексеева.-Якутск: Издательский дом СВФУ, 2012.-226 с.
9.
Петров Д. М. Освоение бассейна реки Вилюй якутскими родами в XVI-XVIII вв. // Вестник Томского государственного университета.-2017.-№ 414.-С. 98-102.
10.
Попов А. А. Материалы по истории религии якутов бывшего Вилюйского округа // Сб. Музея антропологии этнографии СССР.-1949.-Т.– С. 255-323.
11.
Стрелов Е. Д. Курганы в районе се. Большая и Малая Марха (Отчет Якут. краеведч. отделу Русского географического общества) // Сб. тр. исслед. об-ва «Саха кэскилэ». – Якутск, 1926. – Вып. 1 (4). – С. 58-74.
12.
Тимофеев-Терешкин Н. М. Краткое описание дохристианской могилы якута Эчекина // Изв. ЯОРГО. – Якутск, 1915. – Т.1. – С. 98.
13.
Шрейбер С. Е. Медико-санитарное обследование населения Вилюйского и Олёкминского округов // Материалы Комиссии по изучению Якутской АССР. Л: Изд-во АН СССР-1931.-Вып. 9.
References (transliterated)
1.
Arkhipov N. D. Otchet o rabote arkheologo-etnograficheskogo otryada Yakutskogo gosudarstvennogo universiteta letom 1967 g. // NOA IA RAN. F.1. Op. 1. Ed. khr. 42-55. S. 7-10.
2.
Bravina R. I., D'yakonov V. M. Ranneyakutskie srednevekovye pogrebeniya XIV-XVII vv.: sovokupnost' otlichitel'nykh priznakov // Severo-Vostochnyi gumanitarnyi vestnik. 2015.-№ 3 (12).-S. 27-32.
3.
Bravina R. I., D'yakonov V. M., Kolbina E. Yu., Petrov D. M. K voprosu o ritual'no potrevozhennykh zakhoroneniyakh yakutov (XVII-KhVIII vv.) // Vestnik arkheologii, antropologii i etnografii.-2016.-№ 2 (33).-S. 86-96.
4.
Bravina R. I., Popov V. V. Pogrebal'no-pominal'naya obryadnost' yakutov: pamyatniki i traditsii (XV–XIX vv.). – Novosibirsk: Nauka, 2008. – 296 s.
5.
Gogolev A. I. Obozrenie etnicheskoi istorii Zapadnoi Yakutii (do nachala XX v.) // Nauka i obrazovanie.-2008.-S. 66-72
6.
Ksenofontov G. V. Elleiada: materialy po mifologii i legendarnoi istorii yakutov. / Otv. red. A.P. Okladnikov. M.: Izd-vo «Nauka», 1977.-246 s.
7.
Maak R. K. Vilyuiskii okrug Yakutskoi oblasti. Ch. III. – CPb: Tipografiya i Khromolitografiya A. Transhelya, 1887. – 192 s.
8.
Mir drevnikh yakutov: opyt mezhdistsiplinarnykh issledovanii (po materialam Sakha-frantsuzskoi arkheologicheskoi ekspeditsii); pod.red. Erika Kryubezi i A.N. Alekseeva.-Yakutsk: Izdatel'skii dom SVFU, 2012.-226 s.
9.
Petrov D. M. Osvoenie basseina reki Vilyui yakutskimi rodami v XVI-XVIII vv. // Vestnik Tomskogo gosudarstvennogo universiteta.-2017.-№ 414.-S. 98-102.
10.
Popov A. A. Materialy po istorii religii yakutov byvshego Vilyuiskogo okruga // Sb. Muzeya antropologii etnografii SSSR.-1949.-T.– S. 255-323.
11.
Strelov E. D. Kurgany v raione se. Bol'shaya i Malaya Markha (Otchet Yakut. kraevedch. otdelu Russkogo geograficheskogo obshchestva) // Sb. tr. issled. ob-va «Sakha keskile». – Yakutsk, 1926. – Vyp. 1 (4). – S. 58-74.
12.
Timofeev-Tereshkin N. M. Kratkoe opisanie dokhristianskoi mogily yakuta Echekina // Izv. YaORGO. – Yakutsk, 1915. – T.1. – S. 98.
13.
Shreiber S. E. Mediko-sanitarnoe obsledovanie naseleniya Vilyuiskogo i Olekminskogo okrugov // Materialy Komissii po izucheniyu Yakutskoi ASSR. L: Izd-vo AN SSSR-1931.-Vyp. 9.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

РЕЦЕНЗИЯ на статью
Курганные захоронения в погребальном обряде вилюйских якутов (XVII – начало XX в.)

Название соответствует содержанию материалов статьи, однако научная проблема, на решение которой направлено данное исследование в его названии не просматривается.
Рецензируемая статья представляет относительный научный интерес. Автор разъяснил выбор темы исследования и обосновал её актуальность.
В статье не сформулирована цель исследования (автор намеревался «осветить… факт существования в прошлом у якутов захоронений курганного типа»), не указаны объект и предмет исследования, методы, использованные автором. На взгляд рецензента, основные элементы «программы» исследования «просматриваются» в тексте статьи.
Автор не представил результатов анализа историографии проблемы и не сформулировал новизну предпринятого исследования, что является существенным недостатком статьи.
Автор избирательно опирался на актуальные труды по теме исследования.
Автор не обосновал выбор хронологических рамок исследования.
На взгляд рецензента, автор стремился грамотно использовать источники, выдержать научный стиль изложения, грамотно использовать методы научного познания, соблюсти принципы логичности, систематичности и последовательности изложения материала.
В основной части статьи автор ознакомил читателя с результатами проведенного им исследования. Прежде всего, автор обстоятельно разъяснил содержание термина «курган», охарактеризовал археологические практики в бассейне реки Вилюй и описал результаты исследования двух курганов в 1967 году, курганов в 2000-х годах, наконец, текущую работу на территории Вилюйского региона. Затем автор перешел к обобщению описанных им результатов археологических изысканий (раздел «Обсуждение»), отметив, что «все захоронения курганного типа… локализуются… в бассейне р. Вилюй», охарактеризовал их «конструктивные особенности». Далее автор обосновал заключение о том, что «что курганы являлись этнотерриториальной особенностью погребального обряда именно вилюйских якутов».
Выводы не позволяют оценить научные достижения автора в рамках проведенного им исследования. Выводы не отражают результатов исследования, проведённого автором, в полном объёме.
В заключительном абзаце статьи автор сообщил, что «обнаружение целого ряда погребальных памятников, интерпретируемых… как курганы, позволяет заключить, что традиция курганных захоронений не была чужда для погребальной обрядности якутов». В чем новизна данного умозаключения?
Далее автор пишет, что «наличие этой традиции прослеживается с позднего средневековья и до начала XX в.». Однако в тексте данный вывод не получил никакого обоснования.
Далее автор пишет, что «распространённое мнение об отсутствии курганов в Якутии было обусловлено их дислокацией в пределах Вилюйского региона, археологическое изучение которого имело спорадический и непланомерный характер».
Выводы, на взгляд рецензента, в целом проясняют цель исследования.
На взгляд рецензента, цель исследования достигнута автором отчасти.
Публикация может вызвать интерес у аудитории журнала. Статья рекомендуется к публикации после незначительной доработки.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"