Статья 'История становления и развития русского православного обновленчества в начале XX века: новые подходы и новые источники (Рецензия на книгу: Балакшина Ю. В. Братство ревнителей церковного обновления (группа «32-х» петербургских священников, 1903–1907): Документальная история и культурный контекст. – М.: Свято-Филаретовский православно-христианский институт, 2014. – 416 с.). ' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция и редакционная коллегия > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Genesis: исторические исследования
Правильная ссылка на статью:

История становления и развития русского православного обновленчества в начале XX века: новые подходы и новые источники (Рецензия на книгу: Балакшина Ю. В. Братство ревнителей церковного обновления (группа «32-х» петербургских священников, 1903–1907): Документальная история и культурный контекст. – М.: Свято-Филаретовский православно-христианский институт, 2014. – 416 с.).

Головушкин Дмитрий Александрович

кандидат исторических наук

доцент, кафедра истории религий и теологии, Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена

191186, Россия, г. Санкт-Петербург, Набережная реки Мойки, 48, корп. 20 (Факультет социальных наук), каб. 214

Golovushkin Dmitrii Aleksandrovich

PhD in History

Docent, the department of History of Religion and Theology, Herzen State Pedagogical University of Russia

191186, Russia, Sankt-Peterburg, g. Saint Petersburg, Naberezhnaya reki Moiki, 48, korpus 20 (Fakul'tet sotsial'nykh nauk), kab. 214

golovushkinda@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2409-868X.2015.1.14032

Дата направления статьи в редакцию:

17-12-2014


Дата публикации:

01-01-2015


Аннотация: В статье рецензируется книга Ю. В. Балакшиной «Братство ревнителей церковного обновления (группа «32-х» петербургских священников, 1903–1907): Документальная история и культурный контекст», посвященная истории и деятельности, т. н. группы «32-х» санкт-петербургских священников – яркого феномена российской церковно-общественной жизни начала ХХ века. Работа выявляет причины зарождения обновленческого движения в начале XX века, рассматривает его организационную и идейную эволюцию до 1907 года. В приложении к исследованию впервые публикуется переписка одного из лидеров группы «32-х» священников К. М. Аггеева с профессором Киевской духовной академии П. П. Кудрявцевым, которая представляет собой важный источник для изучения русской религиозно-общественной мысли начала XX века. В отличие от своих предшественников, обращавшихся к данной теме, Ю. В. Балакшина использует контекстуальный анализ, который учитывает особенности и влияние социокультурной среды, в которой формировалось обновленческое движение. Одновременно она подчеркивает важность сочетания дескриптивного метода и теоретизирования, рефлексия которого должна обеспечиваться переосмыслением известных и поиском новых исторических источников. Благодаря такому «интегральному» подходу Ю. В. Балакшиной удалось показать, что обновленческое движение 1905 – 1907 гг., это крупное явление религиозной и культурной жизни России начала XX века. Это одна из первых попыток преодоления возникшего в русском мире раскола церковного и светского начал, вызванного процессами новоевропейской культуры.


Ключевые слова: Русская православная церковь, православное обновленчество, церковная реформа, церковное обновление, религиозное обновление, группа «32-х», Союз церковного обновления, религиозная культура, светская культура, церковь и общество

УДК:

281.93

Abstract: The article is devoted to Yu. V. Balakshin's book "The brotherhood of adherents of church renovation (group of "32" Petersburg priests, 1903–1907): Documentary history and cultural environment'. This book is devoted to history and activity of a so-called group of "32" St. Petersburg priests – a bright phenomenon of the Russian church and public life at the beginning of the XX century. The author of the article establishes the reasons of origin of renovationism as a movement at the beginning of the XX century, considers its organizational and ideological evolution till 1907. Correspondence of one of leaders of group of the 32 priests of K. M. Aggeev with professor of the Kiev spiritual academy P. P. Kudryavtsev which represents an important source for studying of the Russian religious social thought of the beginning of the XX century is for the first time published in the supplement to research. Unlike the predecessors addressing to this subject, Yu. V. Balakshina uses the contextual analysis which considers features and influence of the sociocultural environment in which renovationism was formed. At the same time she emphasizes importance of a combination of a descriptive method and theorizing which reflection has to be provided with reconsideration known and search of new historical sources. Thanks to such "integrated" approach of Yu. V. Balakshin it was succeeded to show that the renovation movement 1905 – 1907, this large phenomenon of religious and cultural life of Russia the beginnings of the XX century. It is one of the first attempts of overcoming of the split between the church and society caused by processes of the new European culture.



Keywords:

the group of the 32 priests, religious renovation, church renovation, church reform, Orthodox renovationism, Russian Orthodox Church, Union for the Renewal of the Church, religious culture, secular culture, church and society

Обновленчество – одно из сложнейших и противоречивых явлений в истории русского православия первой половины XX века, которое еще остается не до конца осмысленным и понятым. Его организационное и идейное формирование и развитие происходило в различных социо-культурных условиях, под влиянием различных религиозно-философских идей и концепций, что естественно сказалось на многогранности данного феномена и вариативности его оценок. В свою очередь, это ставит исследователей перед необходимостью использования контекстуального анализа при его изучении, который бы учитывал, что обновленчество является неоднородным и исторически меняющимся феноменом. Важно также понимать, что его история сегодня имеет солидную фактологическую базу (хотя сбор исторических фактов продолжает оставаться одной из важнейших задач), но в гораздо большей степени нуждается в объяснительных теориях, которые можно было бы проверять, дополнять или пересматривать по мере появления новых исторических данных.

Работа Ю. В. Балакшиной «Братство ревнителей церковного обновления (группа «32-х» петербургских священников, 1903–1907): Документальная история и культурный контекст», вышедшая в 2014 году в издательстве Свято-Филаретовского православно-христианского института, является ярким примером подобного «интегрального» подхода, который позволил автору сделать значительный шаг в изучении данной темы.

Во вводной части своего исследования «К проблеме диалога церкви и светской культуры» Ю. В. Балакшина, акцентирует внимание на необходимости глубокого понимания того культурного контекста, в котором возникло и осуществило себя движение за церковное обновление. Она подчеркивает, что помимо противоречий, возникавших между церковью и образованным сословием исключительно на русской почве, важно осознание степени влияния на внутрицерковные процессы новоевропейской культуры, поставившей во главу угла идею постоянного развития и прогресса. «Речь в данном случае идет не только о личных связях столичных священников с представителями культурной элиты России, но и о кардинальном повороте в понимании проблемы отношений церкви и культуры, церкви и современного мира» [1].

В результате, помимо традиционно определяемых причин зарождения обновленчества в начале XX века – кризис синодальной системы и необходимость восстановления канонического строя Русской церкви, Ю. В. Балакшина выделяет еще четыре:

1) Поиск нового богословского метода, сопровождающийся отказом от прежних схоластических гносеологических установок и выработкой «святоотеческой созерцательной теории богопознания». Этот процесс можно определить как восстановление / перезапуск в русском православии системы богословской рефлексии, что согласно системно-функциональной модели религии немецкого социолога Н. Лумана, является важнейшей стадией в институционализации традиционных религиозных идеологий.

2) Пересмотр отношения христианства к земной жизни и утверждение ее высокой религиозной ценности, что способствовало концептуализации идеи «православной общественности» и «христианской политики».

3) Индивидуализация личности, как один из важных этапов социально-политической модернизации, открывающий путь к индивидуализации веры.

4) Раскол между светским и церковным сознанием и осознание необходимости восстановления их обновляющего взаимовлияния друг на друга.

Эти аргументы позволяют согласиться с выводом автора, что появление группы «32-х» петербургских священников стало «следствием не только церковно-общественной ситуации, сложившейся в России в начале XX века, но и результатом сложного процесса взаимодействия двух типов культур, двух национальных миров, разошедшихся в результате внерелигиозного развития новоевропейского человечества» [2].

Несколько претенциозно выглядит желание Ю. В. Балакшиной отказаться от устоявшегося в научной литературе понятия «обновленчество» и заменить его терминами «движение обновления церкви» или «движение ревнителей церковного обновления». Причины этого намерения лежат в распространенной в историографии точке зрения, что обновленчество начала XX века и обновленчество советской эпохи не имеют между собой ничего общего и должны рассматриваться как самостоятельные феномены. Однако вовлечение понятия «обновленчество» в идеосемантические отношения, которые представляют собой совокупность тех или иных антагонистических смысловых связей, приводит к его умышленному противопоставлению существующей терминологии ортодоксальной церкви [3]. В свою очередь антитеза обновленчество / движение за церковное обновление становиться аксиомой идиоматичного определения изучаемого феномена – определения через «значимого другого», в ущерб его комплексному осмыслению. Важно также понимать, что «обновленчество» это не только «рамочное» понятие, некий каркас, который любой исследователь может оформить совершенно в разных стилевых направлениях, но и удобный методологический инструмент, для понимания многогранностии и глубинного системного единства в многообразии феномена обновленчества в русском православии.

Первая глава работы «От кружка к братству: история группы «32-х» в письмах и документах», посвящена истории становления и развития петербургской обновленческой организации в начале XX века.

Эта часть исследования представляет особую ценность, поскольку из всех существующих работ по данной проблематике [См.: 4,5,6,7,8,9,10], она наиболее детально реконструирует историю «Группы «32-х», «Союза церковного обновления» и «Братства ревнителей церковного обновления».

Это стало возможным благодаря проведенной автором скрупулезной работе по сбору новых и систематизации уже введенных в научный оборот исторических источников: архивных документов, переписки, воспоминаний, материалов периодической печати, что позволило шаг за шагом выявить организаторов и идейных вдохновителей группы «32-х», ее внутреннюю неоднородность, организационную и отчасти идейную эволюцию.

В данном случае особо следует выделить изыскания Ю. В. Балакшиной в Центральном государственном историческом архиве Санкт-Петербурга (ЦГИА СПб), в рукописном отделе Российской национальной библиотеки (РО РНБ), в рукописном отделе Института русской литературы (Пушкинский дом) (РО ИРЛИ РАН) и др.

Особую ценность представляют материалы из архива парижского издательства «YMCA-Press», предоставленные Ю. В. Балакшиной директором издательства, профессором Н. А. Струве. Это письма священника Константина Аггеева его другу профессору Киевской духовной академии П. П. Кудрявцеву (1897–1906). Они дают возможность увидеть изнутри многие процессы, происходившие в обновленческом движении в данный период. Поэтому в силу их особой важности, автор исследования посчитал необходимым опубликовать их в качестве приложения к работе.

В результате автору удалось показать: 1. Деятельность группы «32-х» отнюдь не была прямым и тесным образом связана с деятельностью Религиозно-философских собраний. Участниками РФС из всего состава группы «32-х» были только четыре человека: священники Иоанн Егоров, Владимир Колачев, Петр Кремлевский и иеромонах Михаил (Семенов). 2. Идея необходимости обновления церковной жизни и само обновленческое движение были не только следствием революционной ситуации в стране, но и потребностью внутрицерковной жизни – созыва Поместного собора. Политические события лишь позволили выйти наружу и раскрыться этим сокровенным процессам и инициативам [11].

Заслуживает внимания вывод Ю.В. Балакшиной, что с того момента как группа «32-х» приобретает статус «Союза церковного обновления», обновленческое движение начала XX века становится явлением общероссийского масштаба. Его программа сохраняет преемственность с основными тезисами группы «32-х», но учитывает невозможность созыва в ближайшее время Поместного собора Русской церкви. Деятельность движения в эти месяцы начинает быть все более связанной с острыми общественными вопросами, «с разработкой идей «христианской общественности» и поиском путей раскрытия Царства Божьего в мире» [12].

Говоря о судьбе «Братства ревнителей церковного обновления», с которым связана деятельность обновленчества на закате первой русской революции, можно согласиться с утверждением автора, что в изменившихся исторических и церковных условиях оно не смогло обрести единства в понимании своих целей и задач. Оно также оказалось не готовым перейти к практической деятельности, что стало одной из главных причин его постепенного угасания. Однако уделяя пристальное внимание проблеме потери «Братством» статуса «площадки» для богословских дискуссий, «в первую очередь потому, что начинает свою работу Предсоборное присутствие», Ю. В. Балакшина обходит стороной ключевой вопрос того времени, который не смогло разрешить для себя не только «Братство ревнителей церковного обновления», но и все обновленческое движение – это выработка собственной независимой позиции по отношению к самодержавной власти. В частности, тот же К. М. Аггеев, в своем докладе «Ближайшие судьбы русской церкви», заслушанном на закрытом собрании Религиозно-философского общества в Санкт-Петербурге (Петрограде) (РФО) 11 октября 1915 года весьма скептически отнесся к требованиям «церковных реформ, которые раздаются начиная с 1905 года, с предсоборного совещания и с различных организаций петроградского и московского духовенства и т. д.». Он указал: «Эти проекты не затрагивают самодержавия, а идут от периферии к центру, не затрагивая центральных пунктов, – эти проекты сразу осуждены на бесплодность, так как при другом способе начала самодержавия в церкви не может быть осуществлена ни приходская реформа, так как она на тех началах, которые требуются всеми организациями, есть покушение на самодержавие, – равным образом не может быть осуществлена и свобода совести, так как при определенном отношении Церкви к государству свобода совести осуществлена быть не может» [13].

Игнорирование этого вопроса выглядит весьма неожиданным, особенно на фоне главной идеи работы – необходимости контекстуального анализа проблемы. Возникнув в переломный период российской истории (т. н. трансформационного разлома), обновленчество стало выражением не только нового типа религиозности, религиозной этики и морали, но и трансформации политической культуры российского общества, кризиса теократически-патерналистской модели российской власти. Недаром та или иная социальная перестройка в большинстве случаев сопровождается не только глубокими религиозными реформами, но и религиозной легитимацией / делегитимацией власти. От синергичности этих процессов во многом зависит успех или неуспех модернизации, формат будущего политического устройства, а также характер связей, возникающих между государством и индивидом.

Не совсем ясен смысл заключения Ю. В. Балакшиной о направлении эволюции обновленческого движения начала XX века «в сторону его церковной институализации (выделено нами – Д. Г.): от неформального, «частного» кружка петербургских священников – через общественную организацию Союз церковного обновления – к внутрицерковному Братству ревнителей церковного обновления» [14].

Если автор имеет в виду «рутинизацию харизмы», которая обозначает процесс институционализации и бюрократизации новорелигиозного образования, первоначально представлявшего собой вызов существующему религиозному статус-кво и ориентированного на его изменение, то получается, что в данном случае речь идет о становлении религиозной организации, которая приходит на смену «религиозному братству». Если имеется в виду институционализация религиозной идеологии, которая не сводима лишь к становлению существующих разновидностей религиозных общностей, выделенных на основе изучения христианства, то получается, что речь идет о появлении у обновленчества в начале XX века собственного института религиоз­ных профессионалов и собственной системы богословской рефлексии.

Вторая глава работы включает в себя портретные характеристики некоторых членов группы «32-х» петербургских священников: протоирея Константина Аггеева, протоирея Павла Лахостского, протоирея Иоанна Егорова, протоирея Иоанна Крылов и Николая Петровича Аксакова.

Помимо того что автор является одним из немногих первопроходцев в этом непростом деле, она, раскрывая жизненный и творческий путь обновленческих лидеров, тонко уловила и показала связь между личностью, культурными и религиозными ценностями. «Анализ личностных особенностей участников движения церковного обновления позволяет сделать вывод о том, что проблема диалога церкви и культуры может быть разрешена, в первую очередь, в антропологической перспективе. … Вглядываясь в портреты участников движения, мы обнаруживаем во многих из них (при всей запутанности и неоднозначности личных судеб) горячую веру, яркое творческое начало, стремление к обретению внутренней свободы и ответственности за церковь и мир» [15].

В целом можно сказать, что выход в свет книги Ю. В. Балакшиной, это знаменательное событие не только для тех, кто интересуется историей и идейным наследием русского православного обновленчества, но и для всех тех, кто изучает русское православие и русскую культуру в целом. Не смотря на дискуссионность многих ключевых вопросов, которые были затронуты в исследовании, Ю. В. Балакшина сделала главное – вопреки бытующему мнению о случайности, незначительности и бесплодности обновленческого движения 1905–1907 гг., она показала, что это крупное явление религиозной и культурной жизни России начала XX века. «Движение ревнителей церковного обновления можно назвать одной из первых попыток преодолеть возникший в русском мире раскол церковного и светского начал. … Дерзновенная попытка разработки вопросов относительно тех сторон христианской истины, которые исторически еще не вполне ясны в христианском учении или живое сознание которых в той или иной мере ослабело к настоящему времени подготовила почву для высот богословской мысли русского религиозно-философского возрождения» [16].

Библиография
1.
Балакшина Ю. В. Братство ревнителей церковного обновления (группа «32-х» петербургских священников, 1903–1907): Документальная история и культурный контекст. – М.: Свято-Филаретовский православно-христианский институт, 2014. – С. 10
2.
Там же. – С. 24.
3.
Прилуцкий А. М. Дискурс теологии. – СПб.: ООО «Светоч», 2006. – С. 43.
4.
Андреев В. М. Либерально-обновленческое движение в Русском православии начала XX века и его идеология: дис. ... канд. философ. наук. – Л., 1972.
5.
Бычков С. С. Русская Церковь и императорская власть. – Т. 1: Очерки по истории Православной Российской Церкви (1900–1917). – М.: Русское рекламное издательство, 1998.
6.
Головушкин Д. А. Феномен обновленчества в русском православии первой половины XX века. – СПб.: «Политехника-сервис», 2009.
7.
Ореханов Г., иерей. На пути к Собору. Церковные реформы и первая русская революция. – М.: Издательство Православного Свято-Тихоновского Богословского института, 2002.
8.
Останина О. В. Обновленчество и реформаторство в Российской православной церкви в начале XX века: дисс. ... канд. философ. наук. –Л., 1991.
9.
Фирсов С. Л. Русская Церковь накануне перемен (конец 1890-х – 1918 гг.). – М.: Духовная библиотека, 2002.
10.
Фоминых Е.В. Проекты церковных преобразований в России в начале XX века: дис. ... канд. ист. наук. – Л., 1987.
11.
Балакшина Ю. В. Братство ревнителей церковного обновления (группа «32-х» петербургских священников, 1903–1907): Документальная история и культурный контекст. – М.: Свято-Филаретовский православно-христианский институт, 2014. – С. 58, 60.
12.
Там же. – С. 113.
13.
Продолжение прений по докладу К. М. Аггеева «Ближайшие судьбы русской церкви. По поводу записки думского духовенства» // Религиозно-философское общество в Санкт-Петербурге (Петрограде): История в материалах и документах: 1907– 917: В 3 т. / Сост., подгот. текста, вступ. ст. и примеч. О. Т. Ермишина, О. А. Коростелева, Л. В. Хачатурян и др. – Т.3: 1914–1917. – М.: Русский путь, 2009. – С. 220 – 255.
14.
Балакшина Ю. В. Братство ревнителей церковного обновления (группа «32-х» петербургских священников, 1903–1907): Документальная история и культурный контекст. – М.: Свято-Филаретовский православно-христианский институт, 2014. – С. 177.
15.
Там же. – С. 181.
16.
Там же. – С. 11, 179.
References (transliterated)
1.
Balakshina Yu. V. Bratstvo revnitelei tserkovnogo obnovleniya (gruppa «32-kh» peterburgskikh svyashchennikov, 1903–1907): Dokumental'naya istoriya i kul'turnyi kontekst. – M.: Svyato-Filaretovskii pravoslavno-khristianskii institut, 2014. – S. 10
2.
Tam zhe. – S. 24.
3.
Prilutskii A. M. Diskurs teologii. – SPb.: OOO «Svetoch», 2006. – S. 43.
4.
Andreev V. M. Liberal'no-obnovlencheskoe dvizhenie v Russkom pravoslavii nachala XX veka i ego ideologiya: dis. ... kand. filosof. nauk. – L., 1972.
5.
Bychkov S. S. Russkaya Tserkov' i imperatorskaya vlast'. – T. 1: Ocherki po istorii Pravoslavnoi Rossiiskoi Tserkvi (1900–1917). – M.: Russkoe reklamnoe izdatel'stvo, 1998.
6.
Golovushkin D. A. Fenomen obnovlenchestva v russkom pravoslavii pervoi poloviny XX veka. – SPb.: «Politekhnika-servis», 2009.
7.
Orekhanov G., ierei. Na puti k Soboru. Tserkovnye reformy i pervaya russkaya revolyutsiya. – M.: Izdatel'stvo Pravoslavnogo Svyato-Tikhonovskogo Bogoslovskogo instituta, 2002.
8.
Ostanina O. V. Obnovlenchestvo i reformatorstvo v Rossiiskoi pravoslavnoi tserkvi v nachale XX veka: diss. ... kand. filosof. nauk. –L., 1991.
9.
Firsov S. L. Russkaya Tserkov' nakanune peremen (konets 1890-kh – 1918 gg.). – M.: Dukhovnaya biblioteka, 2002.
10.
Fominykh E.V. Proekty tserkovnykh preobrazovanii v Rossii v nachale XX veka: dis. ... kand. ist. nauk. – L., 1987.
11.
Balakshina Yu. V. Bratstvo revnitelei tserkovnogo obnovleniya (gruppa «32-kh» peterburgskikh svyashchennikov, 1903–1907): Dokumental'naya istoriya i kul'turnyi kontekst. – M.: Svyato-Filaretovskii pravoslavno-khristianskii institut, 2014. – S. 58, 60.
12.
Tam zhe. – S. 113.
13.
Prodolzhenie prenii po dokladu K. M. Aggeeva «Blizhaishie sud'by russkoi tserkvi. Po povodu zapiski dumskogo dukhovenstva» // Religiozno-filosofskoe obshchestvo v Sankt-Peterburge (Petrograde): Istoriya v materialakh i dokumentakh: 1907– 917: V 3 t. / Sost., podgot. teksta, vstup. st. i primech. O. T. Ermishina, O. A. Korosteleva, L. V. Khachaturyan i dr. – T.3: 1914–1917. – M.: Russkii put', 2009. – S. 220 – 255.
14.
Balakshina Yu. V. Bratstvo revnitelei tserkovnogo obnovleniya (gruppa «32-kh» peterburgskikh svyashchennikov, 1903–1907): Dokumental'naya istoriya i kul'turnyi kontekst. – M.: Svyato-Filaretovskii pravoslavno-khristianskii institut, 2014. – S. 177.
15.
Tam zhe. – S. 181.
16.
Tam zhe. – S. 11, 179.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"