Философская мысль - рубрика Эстетика
по
Философская мысль
12+
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция журнала > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Журнал "Философская мысль" > Рубрика "Эстетика"
Эстетика
Спиваков М.В. - Происхождение видимости. Мари-Жозе Мондзен и Андре Леруа-Гуран о становлении изображения, речи и желания c. 1-9

DOI:
10.25136/2409-8728.2020.7.33197

Аннотация: В статье рассматриваются элементы философии изображения Мари-Жозе Мондзен в свете проблемы отношения изображения, желания и речи. Хотя основным предметом исследований Мари-Жозе Мондзен является иконический образ и связь патристической концепции изображения с современными техническими режимами его производства и циркуляции, в ряде работ Мондзен обращается от анализа иконического образа к исследованию феномена наскального изображения, анализируя взаимосвязь и различие способности к производству и зрелищу изображения и речи. В этих работах, отталкиваясь от палеоантропологической теории Андре Леруа-Гурана, Мондзен анализирует процесс производства и зрелища наскального изображения в качестве события, определяющего движение антропогенеза и формирующего человека как «желающего и говорящего зрителя».   Философия изображения Мари-Жозе Мондзен как правило анализируется в контексте построений современной французской феноменологии и ее «теологического поворота». Вместе с тем синтетический по своей природе проект Мондзен уклоняется от однозначной аффилиации с той или иной философской традицией. В статье элементы философии изображения Мари-Жозе Мондзен рассматриваются не только в контексте палеоантропологической теории Леруа-Гурана, но и ряда положений философии Жака Деррида и Жана-Франсуа Лиотара, генетически связанных с феноменологической традицией проектов, но по-своему преодолевающих ее в своем становлении. Рассмотренные в таком контексте исследования Мари-Жозе Мондзен позволяют прояснить значение невидимости, пустоты в структуре изображения, отношение изображения к речевому и видимому знаку, и трансформацию желания в процессе производства и зрелища изображения.
Узарашвили Л.М. - Понятие пластичности в философии К. Малабу: принимать, придавать и разрушать форму. c. 1-10

DOI:
10.25136/2409-8728.2021.2.35061

Аннотация: Объектом исследования является понятие пластичности. В качестве предмета исследования выбрано понятие пластичности, предложенное французским философом К. Малабу. Автор предлагает рассмотреть генеалогию понятия пластичности, включающую в себя разработки античных философов, И. В. Ф. Гёте и Г. В. Ф. Гегеля. Гегелевское понимание пластичности получило развитие в философии К. Малабу, которая использует его подход для построения своей системы. Автор рассматривает несколько видов пластичности, предлагаемых К. Малабу, в числе которых нейропластичность и деструктивная пластичность. Особое внимание в статье уделяется различиям между понятиями «пластичность» и «гибкость». Научная новизна исследования состоит в рассмотрении автором новейших подходов к осмыслению связи философии и биологии в области представлений о человеке. Автор подчеркивает, что пластичность — это современная материалистическая парадигма для осмысления человеческого с позиций актуального на сегодняшний день философского направления постгуманизма. Таким образом, в статье сформулированы следующие выводы: благодаря пластичности мы понимаем, что ничего в мире не может быть один раз и навсегда заданным; пластичность обладает большими герменевтическими возможностями ввиду своей собственной пластичности и изменчивости; пластичность является продуктивным способом постгуманстического мышления о человеке ввиду её антиэссенциалистской направленности.
Дай Ч. - Философско-эстетическая рефлексия в Китае в XX веке: Ван Говэй и Цзун Бэйхуа c. 15-29

DOI:
10.25136/2409-8728.2020.12.34614

Аннотация: Статья посвящена изучению философско-эстетической рефлексии в Китае в XX веке и влияния европейской эстетики на развитие и трансформацию традиционной китайской эстетики. Для выполнения этой задачи применяется метод историко-культурного исследования в сочетании с элементами структурного анализа эстетического текста современных китайских философов.В ХХ веке ряд китайских мыслителей попытались реформировать традиционную китайскую эстетику, дополняя ее точкой зрения европейской философии. В данной статье были изучены наиболее важные эстетические мышления современных китайских философов Ван Говэя и Цзун Бэйхуа и было выявлено влияние европейской философии на них. Научная новизна работы обусловлена анализом влияния концепций европейской эстетики на саморефлексию и развитие китайской эстетики в контексте интеркультурной проблематики. Было показано, что китайская современная эстетика во многом сохраняет связь с традицией, что определяет его специфику и придаёт ему особую смысловую символику. В результате исследования сделаны выводы, что в ХХ веке китайские мыслители стремились дополнить существовавшую традиционную китайскую рефлексию об искусстве, в большей степени базирующуюся на идеях Даосизма и Буддизма, тем, что можно определить как западную точку зрения, ассоциирующуюся с научным подходом и научной интерпретацией. Другое направление в сфере гуманитарного осмысления феномена искусства было связано с попытками интерпретации европейской эстетической мысли с точки зрения китайской традиционной философии. Философ Ван Говэй попытался включить европейскую эстетику в научную проблематику Китая. Мыслитель Цзун Бэйхуа стремился соединить китайские и европейские эстетические теории и создать то, что им мыслилось как современная китайская эстетика.
Пырова Т.Л. - «Art is method»: теория и практика Новой черной эстетики c. 60-67

DOI:
10.25136/2409-8728.2018.2.25001

Аннотация: Данная статья посвящена рассмотрению направления Новая черная эстетика (New Black Aesthetic) и выявлению его основных особенностей. Новая черная эстетика зарождается в 1960-х гг. в Америке как ответ афроамериканского населения на властный дискурс белой культуры. Возникнув как часть движения «Нация ислама», новая черная эстетика бысто трансфоримровалась в самостоятельное художественное течение, осмысляющее себя при помощи специфичного набора категорий. Отправной точкой концептуализации эстетической практики в рамках рассматриваемого направления является убеждение в том, что результатом искусства должно быть изменение общественной жизни. Это сближает новую черную эстетику с философскими позициями прагматизма и неопрагматизма. В статье также отдельно рассматривается проблематика субверсивного отношения к новой черной эстетике изнутри афроамериканского сообщества, сконцентрированного в понятии «культурный мулат». Автор обращается к корпусу мультимодальных материалов указанного эстетического направления, используя визуально-семиотический, контент и историко-компаративистский анализы. В научный оборот российских эстетических исследований автором вводится описание одного из значимых эстетических проектов XX века - Новой черной эстетики (NBA). Описывается социально-политический и исторический контекст формирования данного эстетического направления, его основные особенности, а также влияние на современные культурные течения.
Кудаев А.Е. - Эстетическое «мирочувствие» Николая Бердяева: истоки и подходы к философии красоты c. 61-87

DOI:
10.25136/2409-8728.2020.5.32356

Аннотация: В статье анализируются истоки одной из центральных проблем философско-эстетической мысли Бердяева – философии красоты. Показывается важность феномена красоты как для формирования его собственно эстетической концепции, так и мировоззрения в целом. Выявляются основные источники, определившие его повышенный интерес к феномену красоты и повлиявшие на особенности решения данной проблемы. Учитывая определяющий характер личностного, эмоционально-чувственного отношения Бердяева к окружающей красоте, главное внимание уделяется раскрытию данного источника, как наиболее важного для понимания всей последующей эволюции его философско-эстетической мысли в целом, так и формирования философии красоты в частности. В связи с этим рассматривается ряд жизненных обстоятельств, оказавших в своей совокупности определяющее влияние на его эстетическое развитие, которое в итоге приведет к тому, что эстетическая составляющая станет едва ли не определяющей в его мировоззрении, а красота превратится в универсальный критерий оценки самых различных явлений. Исследование носит комплексный характер, находясь на стыке эстетики, философии, культурологии, биографического жанра, что определило применяемую комплексную историко-философскую и философско-культурологическую методологию. Статья является первой в отечественной литературе попыткой исследования и реконструкции истоков его эстетического развития. Выявляются основные источники, определившие его повышенный интерес к феномену красоты. Раскрывается ключевая роль проблематики красоты не только в формировании его собственно эстетической концепции, но и философской мысли в целом. Впервые подробно анализируется один из основных источников его эстетических взглядов, кардинальным образом повлиявший на развитие его философии красоты
Фокеева М.П. - Возвышенное в эстетике травмы c. 68-73

DOI:
10.25136/2409-8728.2020.3.32311

Аннотация: Предметом анализа данной статьи является понятие возвышенного. Автор рассматривает какие трансформации переживала эстетическая теория возвышенного с XVIII века. Возвышенное в контексте эстетики травмы является особой формой эстетического опыта, который возникает в столкновении с травматическим опытом истории, где основным сопутствующим аффектом является ужас. Формы возвышенного, связанные со столкновением с исторической травмой, по силе своего воздействия неизмеримы по той причине, что масштабы катастрофы не могут быть подвергнуты рациональной оценке, а переживание исторического насилия дискредитирует возможность субъективной повседневности. Методология данного исследования в первую очередь строится на философско-эстетическом подходе, который основывается на анализе понятий возвышенного и негативного возвышенного. Автор приходит к выводам, что возвышенное в ХХ веке переживает кризис, связанный с переосмыслением модернистских ценностей. Однако дисциплина, связанная с эстетическим переосмыслением травматический событий истории, — эстетика травмы, реабилитирует понятие возвышенного, так как репрезентация травматического посредством обращению к возвышенному дает возможность осмыслить травматический опыт и пережить его.
Фетисова Е.Э. - О латентном существовании «парижской ноты»: «Ковчег» c. 75-85

DOI:
10.7256/2409-8728.2017.1.21765

Аннотация: Предметом исследования является феномен «русского Ренессанса» как малоизученная культурная парадигма ХХ века, его история и его философское ядро - «парижская нота». Данная статья иллюстрирует на отдельных примерах отличительные черты «парижской ноты» и близких ей по мироощущению поэтов. Анализируется фундамент «парижской ноты», концепция, поэзия символизма, неоклассицизма и акмеизма. Рассматривается также «синхронно-реминисцентный хронотоп», благодаря которому создается жанровая полифония и «монолог на полифонической основе». Для раскрытия содержания неоакмеизма как художественного направления ХХ века привлечены особенности его функционирования во внешней коммуникации с символизмом, перешедшим в 1934 г. в свою латентную фазу, и неоклассицизмом. Сопоставительный анализ и метод семиотической реконструкции поэтического текста служат ключом к пониманию внутренней структуры неоакмеистической культурной парадигмы. Неокмеизм в эмиграции («младоакмеизм») продолжил миссию символизма: «двоемирие», концепт мира как «эстетического феномена» он трансформирует в принцип мистического энергетизма, постигая мир ноуменальный через «мистическое озарение». Эмигрантский неоакмеизм раскрывается как синтез элементов модернизма и реализма: в его поэзии соединяются мистические миры, дихотомия «реального-ирреального», символистская «теория соответствий», и ясность, историческая конкретика, унаследованные от реализма. Делается вывод о том, что неоакмеизм («русский Ренессанс») содержит в своей структуре некий объединяющий ментальный код русской культуры, который связывает внешне различных поэтов в рамках единого литературного течения. Данный путь рассмотрения неоакмеизма как непрерывной парадигмы постсимволистского, традиционалистского творчества, как одной из значимых линий литературного развития, соединяющей в себе опыт метрополии и зарубежья, способствует выявлению внутренней целостности русской литературы, развивающейся в диалоге разных художественных систем (символизма, акмеизма, неоклассицизма).
Липов А.Н. - О «несоизмеримых сущностях» в философии пифагорейцев. К философским основаниям иррациональных пропорций в науке и культуре c. 93-110

DOI:
10.25136/2409-8728.2018.11.26855

Аннотация: Предметом исследования являются философские основания, предопределившие открытие доказательства существования несоизмеримых или иррациональных величин в философии пифагорейцев в то время, когда само понятие иррациональности было анафемой для тех, кто полагал, что числа были рациональными сущностями, лежащими в основе Мироздания. Вследствие этого как физические, так и культурно-эстетические закономерности оказалось возможным выразить сходными между собой математическими рядами и геометрическими пропорциями, предопределившими методы расчета гармонических структур, непрерывных пропорций или предельных величин – первых посылов в здание античного учения о формообразовании. На основе междисциплинарного анализа и сравнительного метода исследования в статье анализируется история открытия феномена несоизмеримости и иррациональности, делается вывод о том, что уже во времена Пифагора это открытие привело к необходимости существенного преобразования всей ткани элементарной геометрии в ожидании построения общей теории пропорций, вызвав первый в истории науки кризис античной философии и математики. В статье также обосновывается и прослеживается открытая пифагорейцами связь иррациональных пропорций с иррациональной математической константой «золотого сечения», лежащей в основе архитектурных пропорций в истории культуры,воплощающейся и выражающейся в различных закономерностях и сферах человеческого бытия – науке, культуре, архитектуре, искусстве. К основным выводам исследования можно отнести вывод и гипотезу автора о том, что универсальность иррациональности величин «золотой пропорции» и их широкое распространение в различных природных и культурных закономерностях и поныне стимулируют поиски значений, которые объединяли бы их в некую общую теорию, обобщающую и выражающую структуру мировых констант.
Коптелова Т.И. - Музыкальная эстетика XXI века в парадигме органической философии c. 101-114

DOI:
10.25136/2409-8728.2017.9.23635

Аннотация: В статье рассматриваются различные музыкальные эстетические парадигмы. Анализируются возможные направления развития музыкальной эстетики в XXI в. Музыкальное творчество исследуется с позиции парадигмы органической философии. Рассматривается проблема влияния эстетических идеалов авангардной музыки XX в. на современное музыкальное искусство. Исследуется эстетика песенной формы. Рассматривается возможность «неоклассического синтеза» - создания в современной музыкальной эстетике представления о новой классике, продолжающей традиции XVII-XIX вв., сохраняющую песенную форму как выражение национального характера и изначальной цельности искусств (музыки, поэзии, танца). Вместе с тем в данной работе рассматриваются проблемы духовного кризиса современности, отражённые в эстетических идеалах музыки. При анализе современной музыкальной эстетики используется методология органической философии (её особая феноменология и герменевтика), а также типологический и сравнительный анализ, метод синтеза и историко-философской реконструкции. Метод историко-философской реконструкции позволяет ставить вопрос о музыкальной эстетике как феномене через обращение к историческому развитию её интерпретаций в качестве явлений культуры. Сравнительный анализ помогает сопоставить различные эстетико-музыкальные парадигмы. Феноменологические методы в рамках органической философии не только дают возможность уяснить идеальную сущность музыкальной эстетики, но и включить её в контекст национальных и общечеловеческих традиций. Герменевтическая методология позволяет раскрыть индивидуальные интерпретации музыкального творчества, представленные отдельными композиторами, философами, культурологами. Научная новизна исследования заключается в рассмотрении музыкальной эстетики XXI в. сквозь призму органической философии. Парадигма органической философии позволяет с очевидностью осознать необходимость творчества как неотъемлемой части человеческого существования и удивительного феномена, без которого невозможна жизнь будущих поколений. В этой связи органическая философия раскрывает детерминацию будущего и позволяет рассматривать четвёртое измерение музыкальной эстетики, сопряжённое со всей палитрой человеческих чувств, с общеродовым, врождённым, свойством духовных потребностей, а также индивидуальной их реализацией.
Деменёв Д.Н. - Взаимодействие «вкуса», «меры» и «гармонии» в произведениях живописи. c. 109-139

DOI:
10.7256/2306-0174.2014.8.13400

Аннотация: Основным вопросом, рассматриваемым в статье, является вопрос о взаимодействии в произведениях живописи трёх структурных компонентов: вкуса, меры и гармонии. Выстраивая структуру художественного произведения на основе данной триады, автор обосновывает, что художественный вкус есть не просто эстетическая категория, а такой активный структурный компонент художественного творчества, который, будучи присущ изначально его носителю-художнику, впоследствии обнаруживает себя в законченном художественном произведении. Этот структурный компонент, наряду с «мерой» и «гармонией» является, по мнению автора, одним из главных (основных) формообразующих структурных компонентов художественного произведения. В конце исследования, автор неожиданно приходит к выводу о схожести функционального назначения меры и вкуса, но разводит эти категории путём выявления природы их функционирования. Методологической базой данного исследования является метод структурно-функционального анализа; диалектический метод; метод герменевтической редукции; метод интеллектуальной спекуляции, а также общенаучные (общелогические) методы: анализ, синтез, индукция, дедукция, аналогия, моделирование. В результате проведённого исследования, автор приходит к следующим выводам: 1. Великая догадка И. Канта о социальной подоплёке антиномий, остаётся актуальной проблемой и сегодня.2. В художественно-творческом процессе, художник, создавая художественное произведение, имеет дело не с суждениями вкуса, а с воплощением своих вкусовых суждений в художественном произведении. А заключения о приемлемости и применимости того или иного вкусового предпочтения (т.е. суждения) для конкретного произведения в отдельности, выносит разум художника.3. Единство художественного произведения, утверждается триадой: в первую очередь – созданностью художественного произведения, затем наглядностью и ощущаемостью. Данная триада, которая является эстетической установкой автора, в свою очередь, раскрывается через следующую триаду - триаду структурных характеристик произведения искусства: меру, гармонию, вкус.4. Мера и вкус, есть в большей степени субъективные структурные компоненты, тогда как гармония, появившись на свет в результате слияния первых двух, является объективным образованием.5. В результате наличия у искусства функции не только эстетической, но и психологической, содержательной, коммуникативной и, шире – мировоззренческой – дисгармонию как художественно-композиционный приём, вполне обосновано возможно поставить в один ряд с гармонией. 6. Мера будет нужна до тех пор, пока будут создаваться оригинальные, то есть творческие произведения живописи, которые, в свою очередь, будут зависеть от новизны контекста.
Фетисова Е.Э. - Неоакмеизм И. Бродского: композиция мистерии «шествие» c. 109-117

DOI:
10.7256/2409-8728.2017.2.21763

Аннотация: В статье выявляется романтическая эстетика неоакмеизма как одного из главных литературных направлений ХХ века, его концепция, специфическая мифология, выстраивающая, в свою очередь, поэтическую миромодель. Анализируется мировоззрение, поэтический мир поколения «шестидесятников», пространственно-временной континуум, его координаты, художественное пространство и время рассматриваются как особый эстетический и вербальный феномен; вводится понятие синхронно-реминисцентного хронотопа, смещенного относительно границ реального пространства и времени, благодаря чему в мифологии создается «монолог на полифонической основе». В преломлении к неоакмеистической парадигме рассматривается творчество И. Бродского - поэтика, хронотоп, композиция практически неисследованной поэмы-мистерии «Шествие». В центре сопоставительного подхода - подобие выразительных средств и авторской стилистики - от литературоведческих приемов, общих фраз, цитат, аллюзий вплоть до общности авторской концепции лирического сюжета, художественного пространства и времени - синхронно-реминисцентного хронотопа - сходным образом представленного в мистерии «Шествие», «Поэме без героя» А. Ахматовой, «Божественной комедии» Данте, античных трагедиях, пьесах Г. Ибсена и А. Стриндберга. Сопоставительный анализ и метод семиотической реконструкции, дополняя друг друга, способствуют детальной расшифровке поэтического текста. Новизна работы заключается в том, что творчество И. Бродского – ученика А. Ахматовой - подвергается всесторонней интерпретации, рассматривается в свете действия механизма культурной памяти, авторской мифологии - как синтез формы и содержания. Анализируются особенности функционирования неоакмеизма во внешней коммуникации с традиционным акмеизмом, дифференцируются литературные группировки и хронологические рамки «нового акмеизма», выявляются онтологические доминанты в творчестве «эзотерического круга» неоакмеистов-«шестидесятников». Этот метод тем более важен, что позволяет реконструировать феномен «шестидесятничества», составляющий онтологическое ядро неоакмеизма как непрерывной линии постсимволистского, традиционалистского творчества. Определяются жанровые инновации, прослеживается специфика межкультурной коммуникации традиционного и «ренессансного акмеизма». Мистерия И. Бродского – это причудливый синтез античной драмы (пролог, монолог, эпилог, интермедия), средневековой мистерии (жанр «романса», куртуазная тональность) и итальянской комедии «dell’arte». В работе убедительно показывается, что поэзия А. Ахматовой и «околоахматовского круга» (А. Наймана, Д. Бобышева, Е. Рейна) явилась смысловым и программно-комментирующим центром «семантической поэтики», определив дальнейшую эволюцию неоакмеизма как диалогической системы, масштабной философско-культурной парадигмы, развертывание которой пришлось на весь ХХ век и начало ХХI века.
Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"