Статья 'Символические инструменты государства как субъекта политической системы ' - журнал 'Философская мысль' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция журнала > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Философская мысль
Правильная ссылка на статью:

Символические инструменты государства как субъекта политической системы

Зябкин Михаил Юрьевич

аспирант кафедры Философии языка и коммуникации, Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

127495, Россия, г. Москва, ул. Челобитьевское Шоссе, 1, корпус 106

Ziabkin Mikhail

Post-graduate student, the department of Philosophy of Language and Communication, M. V. Lomonosov Moscow State University

127495, Russia, Moscow, Chelobitievskoe Shosse 1, building #106

michael@zyabkin.com

DOI:

10.7256/2409-8728.2016.3.18130

Дата направления статьи в редакцию:

25-02-2016


Дата публикации:

09-03-2016


Аннотация: Предметом исследования выступают теоретико-методологические основы анализа символического капитала страны, а также возможности его оптимизации в глобализационном контексте.Объектом исследования является символический капитал страны как категория социальной философии,а также его роль в функционировании государства как субъекта политической системы. Автор обосновывает положение о том, что эффективный символический капитал государства должен быть адекватен современной социополитической конъюнктуре. При этом в условиях глобализации ориентации на ценности открытого мира предполагают расширение процессов взаимодействия между символическими капиталами государств, но не обязательно ведут к унификации культур, ибо могут служить развитию культурного плюрализма и поддержанию этнокультурного разнообразия путем создания полей ценностного взаимодействия. Теоретическая и методологическая основа исследования. Методологической основой исследования выступает системный подход к всестороннему анализу объекта и предмета исследования. Решение исследуемых в работе проблем осуществляется в русле структурно-функционального подхода с применением принципов единства исторического и логического, принципа детерминизма, а также общенаучных принципов познания общественных явлений.Теоретическая база работы представлена как классическими работами общефилософской, социально-философской, социологической, политологической и психологической науки, так и новейшими публикациями современных исследователей по ключевым аспектам проблемного поля. В статье рассматривается вопрос о роли символического капитала в функционировании государства как субъекта политической системы. В связи с этим изучается специфика формирования символического наполнения ключевых государственных символов: флага и герба. Обоснована специфика символического капитала государства как категории социальной философии, заключающаяся в том, что символический капитал в политике выполняет функции как горизонтального легитимизирующего субъекта, так и вертикального манипулирующего субъекта. Это позволяет обосновать необходимость культурной политики государства, ориентированной на выстраивание равноправного диалога между субъектами политической системы с целью недопущения деградации национального символического капитала.


Ключевые слова: символ, символический капитал, символическая политика, государство, политический режим, герб, флаг, гимн, глобализация, социополитическая конъюнктура

УДК:

140.8

Abstract: The subject of this research is the theoretical-methodological foundations of analysis of the symbolic capital of the country, as well as prospects for its optimization in the globalizational context. The object is the symbolic capital of the country as category of social philosophy, and its role in the functioning of the government as an actor of political system. The author substantiates a position that the effective symbolical capital of the country must be adequate to the modern sociopolitical conjuncture. At the same time, under the conditions of globalization of orientation upon the values of the open world presuppose the expansion of the processes of cooperation between the symbolic capitals of the states, but not necessarily leads to unification of cultures, because can serve to the development of cultural pluralism and support of the ethnocultural variety via creating the fields of value collaboration. The author examines the specificity of establishment of the symbolic content of the core state symbols: flag and coat of arms. It is noted that the symbolic capital in politics carries out the functions of the horizontal legitimizing subject, as well as vertical manipulating subject. This allows justification of the necessity of the state cultural policy, oriented towards the establishment of the equal dialogue between the actors of political system for the purpose of prevention degradation of the national symbolic capital.



Keywords:

Symbol, Symbolic capital, Symbolic policy, State, Political regime, Coat of arms, Flag, Hymn , Globalization, Sociopolitical conjuncture

Развитие символического капитала государства актуально вне зависимости от временного периода. Однако в современной России данная проблема обретает особую значимость. Во-первых, во временном измерении символическое поле страны находится на стыке между монархической и советской Россией, в силу того, что современный политический режим в определенном смысле является преемником как того, так и другого. Во-вторых, многообразие национальностей, конфессий и иных социальных групп обусловливает необходимость гармонизации их политических картин мира в символах современной российской государственности [3, С.128-140].

Символы, как правило, представляют собой наиболее удобный и доступный для интерпретации инструмент регулирования общественных взаимодействий. Им свойственна наглядность, компактность и лаконичность. Если символические образы понятны и в достаточной степени интериоризированы в сознании индивида, то определенные установки на выполнение определенного действия, внешне выраженные символически, будет исполняться даже на подсознательном уровне.

Символ как политический инструмент возник в наиболее ранних процессах политической деятельности. Его использование было обусловлено необходимостью координации коллективной деятельности конкретных социумов, систематизации (кодификации) актуальных систем ценностей, передаче опыта ключевых общественных практик будущим поколениям. С тех пор главенствующее место в символической системе страны занимает символика, в которой выражены сущностные основы государственной идеологии. Символы представляют собой существенный элемент политической культуры, так как именно в них максимально образно отражены приоритетные понятия, идеалы, ценностные составляющие политической системы.

С точки зрения социальной философии государственные символы могут выступать в виде средства, метода, формы выражения сущности конкретного управляющего влияния и его итога, инструмента взаимодействия государства и общества, и, как следствие, обретения социальной гармонии [4, С.44-47].

Рассматривая сущность символического капитала государства как субъекта политической системы, следует подчеркнуть, что он представляет собой совокупность символов политической реальности, определенных на уровне как группового, так и индивидуального сознания (легитимные и одобренные населением) в виде средств, методов и механизмов управляющего влияния государства на повседневную деятельность и непосредственное поведение индивидов, а также обеспечивающих существование государства как единого целого в его непрерывной эволюции.

Выступая как инструмент субъекта политической системы, символ исполняет роль универсального системообразующего составляющего процессов «создания» и развития политической реальности. Обобщая его функции в данном аспекте, необходимо отметить, что символ в политике гармонизирует существование групп интересов, фиксирует политико-коммуникативные связи, является как инструментом, так результатом политических взаимодействий. Как видим, использование символов в политических процессах вполне оправдано.

Следовательно, символический капитал повышает эффективность субъектов политической системы. Конкретные символические действия, объекты или выражения могут являться основанием для реализации полномочий и расширения компетенции как рядовых граждан, так и представителей власти. Символы позволяют легко и наглядно выразить юридические, моральные, политические и иные нормы поведения.

Таким образом, государство как ключевой субъект политической системы, планируя и координируя свою управляющую деятельность, не должно обходить вниманием символические стороны организационных структур, динамики политической системы, политической коммуникации, имиджа политических лидеров и так далее. В качестве примеров таких символических инструментов могут выступать в наибольшей степени распространенные в конкретном социуме легенды, наставления, убеждения, слухи, ритуальные речи, выступления (если рассматривать символы в вербальном выражении). Если рассматривать символ как действие, то наиболее яркими примерами являются торжества, обряды, церемонии. Примерами символов как конкретных объектов являются здания, документы, предметы одежды и так далее [2, С.46-56].

Яркими примерами составляющих символического капитала непосредственно государственной деятельности являются флаг и герб – исторически сложившиеся атрибуты государственной власти. В их изображение входят такие геральдические составляющие, как эмблемы, национальные цвета и так далее. По нашему мнению, можно конкретизировать их сущность следующим образом: флаг – это символ, воплощающий суверенитет государства (территориальное измерение), а герб – это символ, олицетворяющий его историю и амбиции (временное измерение).

Рассматривая флаг в качестве государственного символа, в первую очередь отметим, что можно условно выделить общность целого ряда флагов государств, которые считают себя участниками определенной группы. В частности, красный, синий и белый цвета есть на государственных флагах значительной части стран с превалирующим славянским населением, а равно в геральдике славянских этносов, которые не имеют собственных государств (Словакия, Словения, Сербия, Хорватия, Чехия, лужицкие сербы, русины и т.д.).

Общность такого рода подчеркивается также рядом арабских и африканских стран. Подобные цвета арабских государств: красный, черный, белый и зеленый. Они есть на флагах целого ряда государств арабского Востока. Каждый в ряду данных цветов символизирует конкретную арабскую династию или временную эпоху: черный – это цвет флага пророка Мухаммеда, белый являлся был символом династии Омейядов, отсылая к сражению при Барде, зеленый цвет был взят династией Фатимидов в качестве символа поддержки Али ибн Абу Талиба, красный цвет первоначально был флагом династии Хариджитов, а затем трансформировался в общий символ правителей как в Северной Африке, так и в Аль-Андалусии. Общие цвета для африканских стран образуют два устойчивых трехцветных набора, которые образовались из эфиопского флага: зеленый, желтый и красный (часто к ним присоединяется черный, зеленый может быть заменен синим, а желтый – белым) [10, С.125-134].

Говоря о втором основном государственном символе – гербе, отметим, что символы данного вида могут включать в себя множество комбинаций смысловых изображений. С одной стороны, меньшее число символических сочетаний на гербе обусловливает легкость и быстроту восприятия конкретного изображения. В частности, на польском, норвежском, голландском, немецком и российском гербах в основном поле есть всего лишь одно стилизованное изображение конкретного хищного животного (орла, льва, леопарда). С другой стороны, умножение количества различных смысловых акцентов в государственном гербе может быть более интересно для зрителя и задерживать внимание на более длительный период. К гербам такого рода можно отнести, в частности, латиноамериканские (венесуэльский, мексиканский, перуанский, сальвадорский, эквадорский и так далее). Они являются сложными символическими композициями, которые скорее напоминают полноценные картины, а не лаконичные эмблемы. В гербах такого рода часто, кроме непосредственно символов, есть фрагменты национальных ландшафтов, что, с одной стороны, представляет собой определенное нарушение норм традиционной геральдики, а с другой стороны, уже многими признается как данность современной геральдики, с которой необходимо считаться. Однако, важно отметить, что для решения задач государственной символики эффективнее минимизировать число композиционных деталей. Чем компактнее образ, тем, на наш взгляд, более существенную смысловую нагрузку он может нести. Проще и быстрее запоминаются те государственные гербы, в композицию которых входит небольшое число художественных деталей.

Отметим также, что в геральдике сущностный аспект художественной композиции непосредственно связана с составляющими ее формы. Один из наиболее важных составляющих такого рода – это закон равновесия, который выражается в симметрии всех элементов конкретной композиции. Симметрия, равно как и пропорциональность, интерпретируются людьми как универсальный стандарт красоты. Гербы государств – это, по большей части, зеркально-симметричные вертикальные символические комбинации. Симметрия понимается людьми как воплощение закономерности и порядка, главенствующего в природе. Созерцание же закономерного, как правило, приносит человеку удовольствие, сообщает определенную уверенность, а также бодрость духа. В связи с этим герб государства со строго сбалансированными частями, скорее всего, вызовет у зрителя чувство статичности, а, следовательно, непоколебимости.

Продолжая рассмотрение значения цветов, начатого ранее, отметим, что в цветовой гамме гербов современных государств часто преобладает красный, традиционно символизирующий страстные чувства, такие как, к примеру, любовь или смелость, в другом значении – красный воплощает кровь, которая была пролита за свою страну. Доминирование красного в гербах не является случайным – данный цвет задает изначальный эмоциональный фон создания государственного символа – вдохновенный и торжественный. Интенсивное поле данного цвета есть, в частности, на норвежском, польском, финском, российском гербах.

Зеленую цветовую гамму в государственных гербах Европы можно встретить реже, чем, в частности, в гербах латиноамериканских государств. В геральдике данный цвет обозначает надежду и свободу. Логично, что те государства, которые только недавно утратили колониальный статус и обрели самостоятельность, добавили в собственные гербы этот цвет непосредственно как символ свободы. Помимо этого, данная цветовая гамма подчеркивает разнообразие растительности данных государств. Комбинация зеленого, красного и желтого привносит добавочную яркость в гербы данных стран [1, С.99-102].

Интерес представляет в данном контексте, к примеру, официальное объяснение символики герба Тывы. На данном гербе всадник, являющийся скотоводом, выражает своеобразие тувинского этноса, их исторически сложившийся жизненный уклад и основную производственную деятельность в течение многих веков. На нем надет национальный костюм, который был в ходу у далеких предков современных тувинцев. Также не случайно присутствие коня. Жизнь древних тувинцев была немыслима без него. Конь был источником очень питательной пищи, необходимой одежды, утвари, служил ключевым транспортным средством, в ситуации военных конфликтов являлся боевым товарищем своего хозяина. В целом изображение всадника, который скачет навстречу золотым солнечным лучам, обозначает движение к свету и счастью, миру, высоким моральным идеалам. Лента «кадак» – это церемониальный шарф, который преподносится в качестве почетного дара, а также является знаком гостеприимства и дружелюбия тувинского народа. Обрамление из пяти лепестков, которое придает гербу Тывы неповторимую форму, представляет собой стилизованный древний буддийский знак вечности.

Цветовая гамма герба и флага Тыва представляет собой сочетание голубого, белого и желтого цветов. Голубой цвет представляет собой символ чистого неба, высоких устремлений, взаимного уважения и общественного согласия. Белый цвет является символом чистоты и благородства системы ценностей, открытость и независимости государственной политики. Желтый цвет – это символ богатства и государственной справедливости. Также отметим, что, согласно соответствующим нормативно-правовым актам, в желтом цвете находят свое отражение исторически сформировавшиеся религиозные взгляды части населения Тывы [8, С.414-417].

Любопытно также рассмотреть использование цвета в архитектуре зданий органов власти, т.к. они представляют собой не менее значимую часть символического капитала (по крайней мере внутри страны). В настоящее время особое значение в данном контексте имеет белый цвет. Сегодня из-за традиции, сформировавшейся за несколько десятилетий, белый как символ государственности воспринимается как очевидный выбор, однако многие значимые русские здания, символизирующие власть, как правило, отличались полихромностью. Сочетание бирюзового и золотого в Зимнем дворце, охра государственных зданий Петербурга (отмеченная, в частности, Достоевским) – весь подобный исторический опыт говорит о том, что белый не расценивался русской властью в качестве символа государственности. Даже белокаменный Кремль был сменен в памяти народа красными стенами современного Кремля. Русская религиозная архитектура также не подразумевала непременного превалирования белого, основные русские соборы, напротив, – удивляют множеством цветовых комбинаций. Так что достаточно очевидная на первый взгляд гипотеза о символическом наполнении властью белого цвета сакральностью не находит подтверждения. В массовом сознании русское государство достаточно долго ассоциировалась с красным и желтым. Советский союз продолжил данную традицию – для всего сталинского стиля была характерна в гранитно-песчаная или же розовая цветовая гамма.

Подобные тенденции характерны и для мирового опыта. Лондонский парламент, берлинский рейхстаг и множество других подобных зданий выполнены в других цветовых гаммах. Данная символическая традиция была начата с восхождением к власти США, ключевые властные здания которого выполнены именно в белом цвете (Белый дом, Капитолий). Безусловно, здесь можно найти определенные истоки в древнеримской архитектуре, однако в современной политической реальности данная заслуга принадлежит именно США, так как это единственный крупный субъект мировой политики, который начал использовать данный цвет ещё в XIX веке.

В России же первым значимым примером белого властного здания является Дворец Съездов, который был построен в 1961 году, а непосредственное определение «Белый дом» было впервые дано зданию, где в настоящее время заседает Правительство РФ (изначально оно представляло собой Дом Советов). Данное название возникло стихийно в народных массах и было позднее распространено СМИ. Непосредственные истоки происхождения крайне размыты. По одной из обобщенных версий, это аналогия с американским зданием, возникшая из-за желания противоречить советской картине мира, по другой – обычное упрощение топонима.

Оно стало первым в ряду белых властных зданий, которые обрели такой статус уже в конце существования советской власти. Наиболее яркими примерами являются здание московское здание Государственной Думы (в начале – здание Госплана) и санкт-петербургский Дом Советов [5, С.85-90].

Но несмотря на значимость архитектурного наследия, приоритет как на внутреннем, так и на внешнем символическом поле имеют именно флаг и герб. Символический капитал российской государственности включает в себя символы, которые сформировались в процессе продолжительного историко-культурного процесса развития российского социума. В символической структуре российской политической системы переплетаются символы древнерусского периода, Московского царства, императорской России, а также СССР, что неизбежно влияет на эволюцию символического капитала страны и политической картины мира российских граждан.

Важно подчеркнуть, что после распада Советского Союза Россия вступила в период определенной социокультурной трансформации, который был связан с процессом самоопределения в мировом пространстве постиндустриальной эры. Произошли фундаментальные изменения в идеологии государства, мировоззрении населения, в отношениях граждан как в профессиональной, так и в повседневной областях, ключевых ценностных ориентациях, поведенческих нормах. Кардинальные реформы, как правило, подразумевают радикальные изменения наиболее базовых элементов жизни человека, которые взаимосвязаны с его системой ценностей, представлениями человека, сформировавшимися у него убеждениями и стереотипами. В связи с этим, в переходные периоды обычно отвергают символы, наиболее четко выражающие систему ценностей предыдущего политического режима.

Особо отметим, что в современной культуре фактически сосуществуют во многом несовместимые ценностные ориентиры – как коллективизм, так и индивидуализм, как антизападнические настроения, так желание присоединиться к западной цивилизации, как националистические, так и патерналистические тенденции, как гедонизм, так и аскетизм.

Другими словами, с начала 90-х годов прошлого века Россия пребывает во временном периоде очередной трансформации символических систем – формируется постсоветская символическая политическая система, где отражаются понятия, нормы и ценности, которые как выражают, так и параллельно создают современную политическую реальность. В ситуации подобного кризиса появляется потребность в символах, которые могли бы в идейно-ценностном аспекте консолидировать различные социальные, национальные, конфессиональные, политические группы интересов между собой.

Российская политическая культура во многом раздроблена и даже мозаична. Символический капитал современной российской политики переживает период становления, на неё воздействует целый ряд различных символических традиций. Государству необходимы те символы, которые адекватно отображают феномены и процессы актуальной отечественной действительности: именно такие символы должны стать основой для создания постсоветской символической основы политической системы страны.

Как уже было отмечено ранее, ключевые государственные символы (герб и флаг) являются отражением общих для конкретного социума идеалов и ценностей. Развитие символического наполнения общегосударственных символов представляет собой продолжительный процесс, который вызван трансформациями в политической системе конкретной страны.

Важно указать, что государственные символы, обладавшие в русской культуре конкретное традиционное толкование, в сегодняшней политической ситуации подвергаются некоторому переосмыслению.

В первую очередь обратимся к флагу нашей страны. В соответствующих нормативно-правовых актах указывается, что он представляет собой прямоугольник из трёх горизонтально направленных полос одинаковой длины и высоты: сверху вниз белого, синего и красного цветов. Отношение ширины российского флага к его длине – два к трем. Но важны не столько особенности формы, сколько то, что он является реставрацией исторического бело-сине-красного флага, который был овеян славой множества поколений.

Согласно официальному описанию флага, белая полоса в его составе символизирует чистые помыслы и моральную добродетель населения России. Синяя полоса говорит о вечности и постоянстве нашей страны. Красная полоса выражает гражданское и военное мужество, храбрость и высокую доблесть защитников нашего Отечества. Особо отметим, что красный цвет представляет собой напоминание о военных подвигах русских и советских солдат, которые защищали свою Родину, недвусмысленный патриотический символ. Данная трактовка стала основой для утверждения красного флага как официального символа российских Вооружённых Сил.

Продолжим рассмотрение российских государственных символов, обратившись к гербу нашей стране. В соответствии с «Положением о Государственном гербе» он является образом золотого двуглавого орла, который размещен на щите красного цвета; в верхней части щита расположены три исторические короны Петра Первого; орел держит символы царской власти – скипетр и державу; на его груди размещено изображение всадника, который поражает копьём дракона. Данный герб во многом схож с Малым гербом Российской империи, однако с учетом несколько другой сущности его основных символов: их обновленные значения закреплены в соответствующих нормативно-правовых актах. На сегодняшнем гербе орёл символизирует мощь нашей страны, её огромный духовный потенциал. Петровские короны до революции трактовались в качестве целого ряда символов: монархии, Троицы, триединства ценностей вера, надежда и любовь, казанского, астраханского и сибирского троецарствия, а также отражали мессианскую цель русского народа. В настоящее время данные короны воплощают разделение властей на три ветви: исполнительную, законодательную и судебную. В обновленной трактовке сущностей регалий, которые держит орел, скипетр является обозначением защиты суверенитета, а держава представляет собой знак общности, целостности нашей страны. Щит в центре груди орла включает в себя изображение всадника, который поражает копьём дракона. В современной трактовке это не православный святой, что обусловлено многоконфессиональностью нашей страны. Этот всадник символизирует противоборство добра и зла, защиты нашей Родины. Данный символ отражает архетип воина, с одной стороны, близкого многим этносам, с другой стороны, отсылающий к тому, что Москва – это сердце России.

Символ орла обладает глубокими корнями не только в исторической традиции славян, но и в культурных традициях северокавказских и финно-угорских этносов. В настоящее время его изображение можно увидеть на гербах ряда республик Северного Кавказа, а схожий с ним образ сказочной птицы – на гербах Алтая, Коми и Удмуртии. Подобный орёл воплощает отцовский архетип: концепция сильной власти и идеология патернализма существовали в массовом сознании в течение веков, существуют они и по сей день. Следовательно, данный символ довольно широко представлен в этнической символической системе народов России и наделён похожим набором значений. В связи с этим двуглавый орёл может быть расценен как одного из наиболее государственных символов России.

Следовательно, в соответствии с современной концепцией символов государства символики, Россия представляет собой наследницу, с одной стороны, Советского союза (о чем говорит, в частности, знамя Вооружённых Сил нашей страны), с другой стороны, – монархической России (герб и флаг). Можно констатировать, что данные символы, безусловно, ориентированы на то, чтобы являться наглядно-смысловым инструментом консолидации разных общественных, национальных групп под эгидой коллективных политических идеалов и ценностей [9, С.276-280].

В целом можно высказать пожелание о дальнейшем адаптивном развитии символического капитала российского государства. Символы российской государственности должны отражать актуальные идеалы и представления о морально-нравственных и общественно значимых основах развития и функционирования индивида в социуме (принципы взаимопомощи, толерантности, милосердия, миролюбия, патриотизма находят широкое выражение в символических образах из истории российской культурной традиции). При значительном социокультурном плюрализме, характерном для нашей страны в настоящее время, молодёжи требуется адекватный выбор конкретных моделей своей интеграции в общенациональную политическую систему. Общезначимая символическая система позволит облегчить усвоение ключевых норм и ценностей в мультинациональном и многоконфессиональном российском социуме.

Однако здесь важно иметь в виду, что символический капитал государства не может быть эффективно сформирован искусственно: он должен вырасти в глубинах общенационального сознания и сформироваться в лучших произведениях отечественного искусства. Безусловно, формирование общегосударственной системы символов, организация общегосударственных торжеств, определение русского языка как общегосударственного, создание общей структуры социальных институтов (образовательных, правовых и так далее) – всё это содействует формированию общероссийской символической системы. Но, тем не менее, формирование символического капитала государства – это продолжительный историко-культурный процесс, итог межкультурных отношений разных социальных и этнических групп.

Таким образом, нередкой стремление подчинить символический капитал государства определенной жесткой «логике» с административных позиций часто является политически вредным [6, С.39-43]. Это обусловлено тем, что символы, в отличие, в частности, от знаков, не только отражают актуальную реальность, но и в определенном смысле формируют ее в качестве «самореализующихся пророчеств».

С другой стороны, связанные с символическим капиталом диссонансы – определенные противоречия между конкретными символами и их значениями, закрепленными в соответствующих нормативно-правовых актах, а равно внутренняя синкретичность символов, обобщенных в единую систему из различных временных периодов (в том числе «враждебных» друг другу), – сами по себе не являются критичными. Данные противоречия могут нивелироваться с течением времени эффективным взаимодействием национальных символов, взаимоотношениями между различными группами: национальными, конфессиональными и общественными.

Библиография
1.
Бабаева Т. Б. Государственная символика: эстетические аспекты // Философия права. 2008. № 3. С. 99-102.
2.
Бакланов П. А. Организационная культура, социальные мифы и символы как факторы оптимизации государственного управления // Материалы Ивановских чтений. 2011. Т. 1. № 1. С. 46-56.
3.
Есина Т. А. Сакрализация образа политического лидера и национальная консолидация россиян: князь Владимир Святой как символ государственного деятеля и современность // Известия Тульского государственного университета. Гуманитарные науки. 2014. № 4-1. С. 128-140.
4.
Колесниченко А. А. Государственно-правовые символы России: история и современность // Философия права. 2011. № 3. С. 44-47.
5.
Крадин Н. П., Иванова А. П. Архитектурная репрезентация государственной идеи: белый дом как символ власти // Новые идеи нового века: материалы международной научной конференции ФАД ТОГУ. 2012. Т. 1. С. 85-90.
6.
Поцелуев С. П. Выбор государственной символики: бюрократические и политические решения // Философия права. 2012. № 4 (53). С. 39-43.
7.
Поцелуев С. П. Диалог исторических времен в конструктах гражданской нации // Политическая концептология: журнал метадисциплинарных исследований. 2010. № 1. С. 92-106.
8.
Сат С. Ч., Иргит А. Ш. Государственные символы Тувы на современном этапе // Вестник Иркутского государственного технического университета. 2013. № 12 (83). С. 414-417.
9.
Тен Ю. П. Национальные и государственные символы России // Народное образование. 2010. № 4. С. 276-280.
10.
Терновая Л. О. Влияние национальных и федеративных отношений на развитие государственной символики // Вестник Башкирского института социальных технологий. 2013. № 5 (21). С. 125-134
References (transliterated)
1.
Babaeva T. B. Gosudarstvennaya simvolika: esteticheskie aspekty // Filosofiya prava. 2008. № 3. S. 99-102.
2.
Baklanov P. A. Organizatsionnaya kul'tura, sotsial'nye mify i simvoly kak faktory optimizatsii gosudarstvennogo upravleniya // Materialy Ivanovskikh chtenii. 2011. T. 1. № 1. S. 46-56.
3.
Esina T. A. Sakralizatsiya obraza politicheskogo lidera i natsional'naya konsolidatsiya rossiyan: knyaz' Vladimir Svyatoi kak simvol gosudarstvennogo deyatelya i sovremennost' // Izvestiya Tul'skogo gosudarstvennogo universiteta. Gumanitarnye nauki. 2014. № 4-1. S. 128-140.
4.
Kolesnichenko A. A. Gosudarstvenno-pravovye simvoly Rossii: istoriya i sovremennost' // Filosofiya prava. 2011. № 3. S. 44-47.
5.
Kradin N. P., Ivanova A. P. Arkhitekturnaya reprezentatsiya gosudarstvennoi idei: belyi dom kak simvol vlasti // Novye idei novogo veka: materialy mezhdunarodnoi nauchnoi konferentsii FAD TOGU. 2012. T. 1. S. 85-90.
6.
Potseluev S. P. Vybor gosudarstvennoi simvoliki: byurokraticheskie i politicheskie resheniya // Filosofiya prava. 2012. № 4 (53). S. 39-43.
7.
Potseluev S. P. Dialog istoricheskikh vremen v konstruktakh grazhdanskoi natsii // Politicheskaya kontseptologiya: zhurnal metadistsiplinarnykh issledovanii. 2010. № 1. S. 92-106.
8.
Sat S. Ch., Irgit A. Sh. Gosudarstvennye simvoly Tuvy na sovremennom etape // Vestnik Irkutskogo gosudarstvennogo tekhnicheskogo universiteta. 2013. № 12 (83). S. 414-417.
9.
Ten Yu. P. Natsional'nye i gosudarstvennye simvoly Rossii // Narodnoe obrazovanie. 2010. № 4. S. 276-280.
10.
Ternovaya L. O. Vliyanie natsional'nykh i federativnykh otnoshenii na razvitie gosudarstvennoi simvoliki // Vestnik Bashkirskogo instituta sotsial'nykh tekhnologii. 2013. № 5 (21). S. 125-134
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"