Статья 'Культурно-коннотативная информация некоторых глагольных фразеологических единиц с абстрактным субстантивом мысль ' - журнал 'Litera' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Litera
Правильная ссылка на статью:

Культурно-коннотативная информация некоторых глагольных фразеологических единиц с абстрактным субстантивом мысль

Лу Цзыи

аспирант, кафедра Русского языка, Московский Госудаственный Университет страший преподаватель, Хэйлунцзянский университет

119234, Россия, Ленинские Горы Д. область, г. Москва, ул. Лебедева, Сектор Г

Lu Ziyi

Postgraduate student, the department of Russian Language, M. V. Lomonosov Moscow State University; Senior Educator, the department of Russian Language, University of Heilongjiang

119234, Russia, Leninskie Gory D. oblast', g. Moscow, ul. Lebedeva, Sektor G

24956006@qq.com
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-8698.2022.3.37647

Дата направления статьи в редакцию:

05-03-2022


Дата публикации:

12-03-2022


Аннотация: Статья посвящается рассмотрению некоторых глагольных фразеологических единиц, в которых семантический компонент мысль выполняет субъект действия. В таких фразеологических единицах мысль сочетается с такими глаголами, как возвращаться / вернуться, уноситься / унестись, течь, западать / запасть. В статье принят лингвокультурологический подход к исследованию таких фразеологических единиц. В данной статье мы понимаем фразеологизм, вслед за В.Н. Телия, как единицу, характеризующуюся устойчивостью, воспроизводимостью, идиоматичностью [Телия 1996: 56], при анализе фразеологических единиц использован лингвокультурологический подход к исследованию и лексикографическому описанию, разработанному В.Н. Телия и другими авторами в «Большом фразеологическом словаре русского языка» [2017]. Для нашего анализа мы выбрали фразеологические единицы, которые представляются в Национальном корпусе русского языка (https://ruscorpora.ru/new/) , включающие в себя абстрактное существительное мысль, выполняющее функцию субъекта действия.Подводя итоги, можно сделать следующие выводы: 1) В проанализированных ФЕ мысль самостоятельно совершает разные действия, свободно движется в пространстве, находится вне контроля человека; 2) Все ФЕ, представленные в данной статье, в целом соотносятся с антропным кодом культуры, а с учетом указанной оппозиции – с пространственным. И все ФЕ, учитывая глагольные компоненты, еще соотносятся с деятельностным кодом культуры. 3) Образ всех ФЕ создается метафорой, уподобляющей мысль движущемуся объекту или предмету, который свободно перемещается в пространстве, не зависит от воли физического лица; 4) В метафорически образном основании проанализированных нами единиц в целом отображено стереотипное представление о неподконтрольном человеку процессе мыслительной деятельности.


Ключевые слова:

мысль, фразеологическая единица, культурно-коннотативная информация, лингвокультурный анализ, код культуры, стереотионое представление, форма осознания мира, воспроизводимость, идиоматичность, устойчивость

Abstract: The article is devoted to the consideration of some verbal phraseological units in which the semantic component of thought is performed by the subject of action. In such phraseological units, the thought is combined with such verbs as to return / to return, to be carried away / to be carried away, to flow, to sink / to fall. The article adopts a linguoculturological approach to the study of such phraseological units. In this article we understand phraseology, following V.N. Telia, as a unit characterized by stability, reproducibility, idiomaticity [Telia 1996: 56], when analyzing phraseological units, a linguoculturological approach to research and lexicographic description developed by V.N. Telia and other authors in the "Great Phraseological Dictionary of the Russian Language" is used [2017]. For our analysis, we have selected phraseological units that are represented in the National Corpus of the Russian Language (https://ruscorpora.ru/new /), including the abstract noun thought, which performs the function of the subject of action.Summing up, we can draw the following conclusions: 1) In the analyzed FE, thought independently performs various actions, moves freely in space, is beyond human control; 2) All the FE presented in this article, in general, correlate with the anthropic code of culture, and taking into account this opposition, with the spatial one. And all FE, taking into account the verbal components, still correlate with the activity code of culture. 3) The image of all FE is created by a metaphor that likens thought to a moving object or object that moves freely in space, does not depend on the will of an individual; 4) The metaphorically figurative basis of the units analyzed by us as a whole reflects a stereotypical idea of the process of mental activity beyond the control of a person.



Keywords:

stereotype representation, culture code, linguistic and cultural analysis, cultural and connotative information, phraseological unit, thought, a form of awareness of the world, reproducibility, idiomatic, stability

По утверждению Н.М. Шанского, возникновение фразеология в качестве лингвистической дисциплины в русском языкознании относится к 40-м годам ХХ столетия и тесно связано с акад. В.В. Виноградовым [1, с. 8]. В трудах [2, 3, 4] им впервые была дана синхронная классификация фразеологических оборотов русского языка с точки зрения их семантической слитности и были намечены пути и аспекты дальнейшего их изучения [Там же].

После середины 60-х годов одним из основных в области фразеологии стал подход к изучению фразеологических единиц (ФЕ) как языковой номинации. Например, А.И. Федоров считает, что фразеологизмы, в отличие от слов, имеют фразеологическое значение, состоящее из образного представления метафорического, метонимического или сравнительного типа, через которое называется денотат и дается его коннотативная характеристика в сигнификате [5, с. 13–15]. В.А. Маслова отмечает, что фразеологизмы в денотате или через отношения между ассоциативно-образными основаниями и символами, эталонами, стереотипами культуры языкового коллектива показывают культурную информацию о мире, социуме. Таким образом фразеологические единицы представляют собой своего рода «кладезь премудрости» народа, сохраняющий и воспроизводящий менталитет народа, его культуру от поколения к поколению [6, с. 75].

И при этом, изучение фразеологизмов развивается по следующему пути: от исследования номинативной функции фразеологизмов и их образной внутренней формы к когнитивно-интерпретационной парадигме и новому, лингвокультурологическому, этапу [7, с. 13].

В данной статье мы понимаем фразеологизм, вслед за В.Н. Телия, как единицу, характеризующуюся устойчивостью, воспроизводимостью, идиоматичностью [8, с. 56].

Кроме того, как утверждает В.Н. Телия, фразеологизмы представляются как единицы языка, которые насыщены культурными смыслами, выступают в роли знаков «языка» культуры [9, с. 6].

В значении фразеологизмов культурная коннотация может взаимодействовать с другими уровнями языкового значения, как символы, стереотипы, эталоны, мифологемы культуры, которые послужили мотивационным источником фразеологизма, вновь отражаются в образе данного языкового знака, осуществляя передачу глобальных информаций культуры [7, с. 7].

Культурно-национальная интерпретация фразеологических единиц осуществляется в поле народной мудрости; фразеологические единицы могут определяться в качестве единиц, в которых хранится опыт и историческое миропонимание носителя языка. Страноведческое и этимологическое комментирование привлекают для того, чтобы скорее отражать универсальное или культурноспецифичное в означивании определенного фрагмента действительности в различных языковых системах, чем переобразовывать исходный или первоначальный образ с осмыслением первичной мотивации значения [Там же: 32].

В данной статье при анализе фразеологических единиц использован лингвокультурологический подход к исследованию и лексикографическому описанию, разработанному В.Н. Телия и другими авторами в «Большом фразеологическом словаре русского языка» [10]. Для нашего анализа мы выбрали фразеологические единицы, которые представляются в Национальном корпусе русского языка (https://ruscorpora.ru/new/), включающие в себя абстрактное существительное мысль , выполняющее функцию субъекта действия, и глаголы возвращаться / вернуться , уноситься / унестись , течь , западать / запасть . (всего около 900 контекстов).

Толкование выбранных фразеологизмов включает в себя следующие позиции:

1) краткое определение значения фразеологизма, достаточное для его понимания;

2) описание характерной ситуации, в которой фразеологизм употребляется; вводится словами «Имеется в виду, что…»;

3) культурологический комментарий, который включает несколько информационно-смысловых блоков: а) соотнесённость образа фразеологизма в целом с древнейшими пластами культуры; б) соотнесённость образа фразеологизма в целом или отдельных его компонентов с кодами культуры; в) метафорическое осмысление мысли, представленное в рассмотренной единице; г) соотнесённость образа фразеологизма в целом с «языком» культуры, т. е. указание на ту роль, которую выполняет образ фразеологизма в целом; д) стереотипное представление о ситуации, которая выражается в фразеологизме;

мысль возвращается / вернулась [куда-л.] чья

Идея вновь или обратно направляется куда-л. Имеется в виду, что размышления (X ) человека, группы лиц (Y ) вновь появляются, отправляются назад, обращаются к какому-л. событию в прошлом. X возвращается / вернулась . Реч. стандарт.

Впереди – деревянный, словно из сна или песни, город Берген, где блуждающая мысль возвращается к такой же ганзейской Риге, и еще – к России. [Петр Вайль. Сказки народов севера // «Иностранная литература», 1997]

Читая эти строки маршальского дневника, я снова думал о первоистоках этой нашей общенародной трагедии. Мысль снова возвращалась в декабрьский лес под Минском, где три президента с торжественно-счастливыми улыбками окропляли кипящим шампанским свой «тройственный союз». [Виктор Баранец. Генштаб без тайн. Книга 1 (1999)]

Но всем этим методам свойственна либо недостаточно высокая эффективность, либо чрезвычайная дороговизна. В конечном итоге мысль ученых вернулась к средству, известному с незапамятных времен: к огородному пугалу. Но пугало это не простое, а автоматическое… [обобщенный. Заметки (Вокруг земного шара) // «Техника – молодежи», 1976]

– Ты понимаешь всю тщетность наших телодвижений и оборота мыслей? Телодвижения мы бесцельно совершаем каждую ночь, а мысли возвращаются, как бумеранг, только в искаженном виде. На пятую главу моего романа надели презерватив, поэтому никак не может родиться шестая. – стерильно!!! [Иржи Грошек. Реставрация обеда (2000)]

Но даже вопли веселящихся по поводу очередного ежемесячного трехдневного праздника – на этот раз, кажется, отмечали годовщину Великой Объединяющей Славянской Резолюции – не смогли отвлечь. Мысли все время возвращались к главному и не поправимому. Краем глаза он выхватил еще один кусок из старого текста… [Александр Кабаков. Путешествие экстраполятора (1988 1999)]

Мысли мои вернулись к исходной точке: Гарик должен знать, где она. [Денис Гуцко. Осенний человек (2001) // «Октябрь», 2004]

Образ ФЕ восходит к одной из мифологических форм мироосознания – анимистической, которая одушевляет мысль и приписывает продукту мышления умение передвигаться самостоятельно.

Именной компонент мысль соотносится с антропным кодом культуры, а возвращаться / вернуться – с деятельностным кодом культуры, а в сочетании с предлогом к + дат. пад. – с пространственным кодом культуры. ФЕ в целом соотносится с антропным и пространственным кодами культуры.

В целом в основе образа ФЕ лежит метафора, уподобляющая мысль одушевленному существу, обладающему способность совершать физические действия – приходить, приезжать назад. Перед нами стоят примеры, демонстрирующие то, что мысль двигается по пути вперед, и останавливается где-л. Для того, чтобы вспомнить какой-л. факт или какое-л. событие в прошлом, движение мысли совершается по уже пройденному пути в обратную сторону, и возвращается к определенной точки данного пути.

ФЕ в целом передает стереотипное представление о повторяемости процесса обдумывания какой-л. мысли, идей, о взаимодействии данного процесса с некоей субстанцией.

мысль уносится / унеслась куда-л.

Размышления направляются. Имеется в виду, что идея, соображение (X ) находится вне сознания человека, группы лиц (Y ), в окружающем его мире, продолжается, с большой скоростью удаляется куда-то. X уносится / унеслась . Реч. стандарт.

Как очаровательно печально, с блаженным замиранием пропаданья мысль уносится в недостижимый для жизни Саратов. [Валерий Володин. Повесть временных лет // «Волга», 2011]

Мысль уносится куда-то далеко за наш осажденный ленинградский «остров». [В.В. Вишневский. Дневники военных лет (1943 1945)]

И ваша мысль уносится в казахские и алтайские степи, где десятки тысячи ваших друзей поднимают целину, вспахивают залежные земли, чтобы встали стеной тучные хлеба. [Н. Иванов. Покоренная земля // «Крестьянка», 1954]

Расстроенный, я сидел над задачей, и мысль уносилась бог весть куда – в те далекие края, где никто не занимался арифметикой и где таблица умножения была никому не нужна. [В.А. Каверин. Освещенные окна (1974 1976)]

Сядешь в кресло с его книгой в руках, вечером, у огня – предварительно, как водится, книгу переслистав и уже заметив некоторые обороты или фразы, затейливые, крепкие, совсем по-особому слаженные, – начинаешь читать; не «почитывать», нет, именно читать, – а через полчаса книга лежит на коленях, мысль унеслась далеко, Шмелев почти забыт, хотя он – то и вызвал эти сомнения, недоумения и смущение. [Г.В. Адамович. Шмелев (1955)]

Он до сих пор ощущал волны, которые шли от княжны. Мысли его все время уносились куда-то… «Добраться, добраться, добраться… до чего добраться? Ассоциация!» [Сергей Осипов. Страсти по Фоме. Книга вторая. Примус интер парэс (1998)]

И мысли тоже прыгали и уносились в глубину незапамятного детства, где тебя нельзя было найти войне, разведке боем, немцам и самому себе! [Константин Воробьев. Крик (1962)]

Образ ФЕ восходит к анимистической форме мироосознания, одушевляющей мысль и приписывающей продукту интеллектуальной деятельности способность передвигаться самостоятельно.

Именной компонент мысль соотносится с антропным кодом культуры, глагольный компонент уноситься / унестись – деятельностным кодом культуры. ФЕ в целом соотносится с антропным кодом культуры.

Образ ФЕ в целом создается метафорой, уподобляющейся мысль движущемуся объекту, способному быстро удаляться куда-л. Данные примеры показывают, что мысль имеет силу независимо от тела физического лица существовать в окружающем мире, и активно действовать в нем. Через глагольный компонент уноситься / унестись показано, что мысль представляется как нечто невесомое, обитает в воздухе, перемещается в нем, добирается куда-л. по воздуху, и перелетает туда. Действие мысли также является спонтанно, она сама решает, когда уйти от человека или прийти к нему.

ФЕ в целом отображает стереотипное представление о продолжительности, независящей от сознания человека, каких-л. размышлений.

мысль течет

Идея непрерывно продолжается. Имеется в виду, что убеждение, соображение (X ) развивается в определенной последовательности. X течет. Реч. стандарт.

Наверное, во все века у людей есть два слоя поведения: внешний, с болтовней и общими словечками, и другой, донный, где мысль течет основательно, медленно и, может быть, стремится к корням, к вечному. [Сергей Есин. Марбург (2005)]

В каждом пенном скачке прыжок времен. Мысль течет, как ручей. Что ручей? Источник всего. [Наталья Галкина. Вилла Рено // «Нева», 2003]

В воде было приятно думать, мысль текла размеренно, сама собою, и радовала своей новизной. [Дмитрий Липскеров. Сорок лет Чанчжоэ (1996)]

Мысль текла ровно, может быть, излишне торопливо, и он, чтобы поспеть за ней, писал с сокращениями, заменяя отдельные слова стенографическими символами, которые сам же и придумывал на ходу. [Александра Маринина. За все надо платить (1995)]

Мысли в голове текут плавно и сонно. [Александра Тайц. Вы нас видели? // «Сибирские огни», 2012]

Когда Шура ждет в машине или сидит в своей комнате в доме Костякова, или при думском гараже, когда Павел Витальевич заседает, ему хорошо, мысли текут сами собой. Он думает о жене, о детях, о своем доме, то есть о хороших вещах. Надо уметь все время думать о хороших вещах, и все будет хорошо. [Алексей Слаповский. Большая Книга Перемен // «Волга», 2010]

Сидишь, гладишь. Какие-то мысли светлые текут и текут. Всю свою жизнь передумаешь, чему-то порадуешься, чему-то попечалишься. [Борис Екимов. Память лета (1999)]

Бессонная ночь давала о себе знать – мысли текли ровненько, дисциплинированно, ни одна не смела воспарить над прочими, подняться до уровня благородного безумия и обрести таким образом статус Идеи… [Марина Дяченко, Сергей Дяченко. Магам можно все (2001)]

Вот примерно в таком порядке текли мысли параллельно чувству, для которого Петров и впрямь был маленький, и он прекрасно знал это и защищался, как мог. [Нина Садур. Что-то откроется (1982)]

Образ данной ФЕ в целом обнаруживает сходство с ФЕ мысль уносится / унеслась куда-л.

В основе образа ФЕ лежит метафора, уподобляющая мысль некой жидкости, текучему веществу, которое можно двигаться в определенном направлении. Мысль активно действует, постоянно и непрерывно появляется, следуя друг за другом.

ФЕ в целом передает стереотипное представление о процессе непрерывного существования какой-л. мысли, каких-л. внутренних размышлений.

мысль западает / запала

Идея укрепляется. Имеется в виду, что соображение, убеждение (X ) глубоко запечатлевается. X западает / запала . Реч. стандарт.

Добрая мысль западает в сердце только от Божественной благодати; помысел лукавый приближается к человеку только для искушения и испытания. [https://ok.ru/imolitsyad/topic/67885275223328]

Но, Алексей Федорович, ваш тон всегда многозначительный; возможно, слушателям западала другая мысль, что, может быть, все-таки эти индоевропейские общности есть? [В.В. Бибихин. Алексей Федорович Лосев (1975 1977)]

А вот с некоторого времени запала у меня другая мысль. [Ю.О. Домбровский. Факультет ненужных вещей, часть 4 (1978)]

Но одна мысль запала намертво, крепче всего милицейского: я точно стану когда-нибудь внедорожником! [Валерий Володин. Повесть временных лет // «Волга», 2009]

Образ ФЕ восходит к одной древнейшей форме осознания мира, т. е. архетипическим противопоставлению «верх – низ».

Именной компонент ФЕ мысль соотносится с антропным, т. е. собственно человеческим, кодом культуры, глагольный компонент западать / запасть с деятельностным кодом культуры. ФЕ в целом соотносится с антропным кодом культуры.

В ФЕ мысль уподобляется неодушевленному веществу, которое попадает куда-л. при падении, осмысляется как самостоятельный субъект действия. Вышепоказанные примеры демонстрируют, что мысль укрепляется глубоко, и человек никогда не имеет силу ее ни удалить, ни забывать.

Подводя итоги, можно сделать следующие выводы:

1) В проанализированных ФЕ мысль самостоятельно совершает разные действия, свободно движется в пространстве, находится вне контроля человека;

2) Все ФЕ, представленные в данной статье, в целом соотносятся с антропным кодом культуры, а с учетом указанной оппозиции – с пространственным. И все ФЕ, учитывая глагольные компоненты, еще соотносятся с деятельностным кодом культуры.

3) Образ всех ФЕ создается метафорой, уподобляющей мысль движущемуся объекту или предмету, который свободно перемещается в пространстве, не зависит от воли физического лица;

4) В метафорически образном основании проанализированных нами единиц в целом отображено стереотипное представление о неподконтрольном человеку процессе мыслительной деятельности.

Библиография
1.
Шанский Н.М. Фразеология современного русского языка: Учебное пособие. Изд. 7-е. М.: ЛЕНАНД, 2015. – 274 с.
2.
Виноградов В.В. Об основных типах фразеологических единиц в русском языке // В.В. Виноградов. Избранные труды. Лексикология и лексикография. М.: Наука, 1977а (1947). С. 140–161.
3.
Виноградов В.В. Основные понятия русской фразеологии как лингвистической дисциплины // В.В. Виноградов. Избранные труды. Лексикология и лексикография. М.: Наука, 1977б (1946). – С. 118–139.
4.
Виноградов В.В. Основные типы лексических значений слова // В.В. Виноградов. Избранные труды. Лексикология и лексикография. М.: Наука, 1977в (1953). С. 162–189.
5.
Федоров А.И. Сибирская диалектная фразеология. Новосибирск: Наука; Сиб. отд-ние, 1980. – 192 с.
6.
Маслова В.А. Культурно-национальная специфика русской фразеологии. Культурные слои во фразеологизмах и в дискурсивных практиках. Отв. ред. В.Н. Телия. – М.: Языки славянской культуры, 2004: 69–76.
7.
Ковшова М.Л. Лингво-культурологический метод во фразеологии: Коды культуры. Изд. 3-е. –М.: ЛЕНАНАД, 2016. – 456 с.
8.
Телия В.Н. Русская фразеология: Семантический, прагматический и лингвокультурологический аспекты. – М.: Языки русской культуры, 1996. – 288 с.
9.
Телия В.Н. Предисловие // Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / Отв. ред. д-р филол. наук В.Н. Телия. М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 20171. – (Фундаментальные словари). С. 6–14.
10.
Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий / Отв. ред. д-р филол. наук В.Н. Телия. М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2017. – (Фундаментальные словари). – 784 с.
References
1.
Shansky N.M. Phraseology of the modern Russian language: Textbook. Ed. 7th. M.: LENAND, 2015.-274 p.
2.
Vinogradov V.V. On the main types of phraseological units in the Russian language // V.V. Vinogradov. Selected works. Lexicology and lexicography. Moscow: Nauka, 1977a (1947). pp. 140–161.
3.
Vinogradov V.V. Basic concepts of Russian phraseology as a linguistic discipline // V.V. Vinogradov. Selected works. Lexicology and lexicography. Moscow: Nauka, 1977b (1946). – S. 118–139.
4.
Vinogradov V.V. The main types of lexical meanings of the word // V.V. Vinogradov. Selected works. Lexicology and lexicography. Moscow: Nauka, 1977c (1953). pp. 162–189.
5.
Fedorov A.I. Siberian dialectal phraseology. Novosibirsk: Nauka; Sib. department, 1980.-192 p.
6.
Maslova V.A. Cultural and national specificity of Russian phraseology. Cultural layers in phraseological units and discursive practices. Rep. ed. V.N. Telia. – M.: Languages of Slavic culture, 2004: 69–76.
7.
Kovshova M.L. Linguo-culturological method in phraseology: codes of culture. Ed. 3rd.-M.: LENANAD, 2016.-456 p.
8.
Teliya V.N. Russian Phraseology: Semantic, Pragmatic and Linguistic and Cultural Aspects.-M.: Languages of Russian culture, 1996.-288 p.
9.
Teliya V.N. Preface // Big Phraseological Dictionary of the Russian Language. Meaning. Use. Culturological commentary / Otv. ed. dr. philol. Sciences V.N. Telia. M .: AST-PRESS KNIGA, 20171.-(Fundamental dictionaries). pp. 6–14.
10.
Large phraseological dictionary of the Russian language. Meaning. Use. Culturological commentary / Otv. ed. dr. philol. Sciences V.N. Telia. M.: AST-PRESS KNIGA, 2017.-(Fundamental dictionaries). – 784 p.

Результаты процедуры рецензирования статьи

Рецензия скрыта по просьбе автора

Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"