Статья 'Причастие прошедшего времени в татарских текстах кысса второй половины XIX – начала XX века' - журнал 'Litera' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Litera
Правильная ссылка на статью:

Причастие прошедшего времени в татарских текстах кысса второй половины XIX – начала XX века

Гилемшин Флер Фоатович

ORCID: 0000-0003-1957-5042

кандидат филологических наук

научный сотрудник, Центр исламоведческих исследований, Академия наук Республики Татарстан; ведущий научный сотрудник, лаборатория МГАФК, ФИЦ КазНЦ РАН

420111, Россия, республика Татарстан, г. Казань, ул. Баумана, 20, оф. 308

Gilemshin Fler Foatovich

PhD in Philology

Scientific Associate, Center for Islamic Studies, Academy of Sciences of the Republic of Tatarstan; leading researcher,  Laboratory of Multivariate Humanitarian Analysis and Cognitive Philology of Kazan Scientific Center of the Russian Academy of Sciences; Docent, the department of Russian and Tatar Languages, Kazan State Medical University

420111, Россия, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Баумана, 20, каб. 308

Fler.Gilemshin@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 
Галиуллина Гульшат Раисовна

доктор филологических наук

профессор, кафедра татарского языкознания, Казанский федеральный университет

420008, Россия, республика Татарстан, г. Казань, ул. Кремлевская, 18

Galiullina Gulshat Raisovna

Doctor of Philology

Professor, the department of Tatar Linguistics, Kazan Federal University

420008, Республика Татарстан, Россия, г.Казань, ул. Кремлевская, 18

caliullina@list.ru

DOI:

10.25136/2409-8698.2022.1.37320

Дата направления статьи в редакцию:

11-01-2022


Дата публикации:

18-01-2022


Аннотация: Цель настоящего исследования – анализ причастных форм прошедшего времени, которые употребляются в произведениях, относящихся к жанру кысса. Объектом исследования выступают татарские тексты кысса, опубликованные во второй половине XIX – начала XX века. Эти произведения возникли под воздействием восточной литературы. Особой популярностью пользовались переводы сборника сказок «Тысяча и одна ночь» («Әлф ләйлә вә ләйлә») Ф. Халиди, Книга «Тутинаме» («Тутыйнамә») Г. Фаезханова, Книга «Калила и Димна» («Кәлилә вә Димнә») Г. Фаезханова, Книга «Рассказ о сорока везирах» («Кырык вәзир кыйссасы») и Книга «Абугалисина» («Әбүгалисина кыйссасы») К. Насыри. Они оказали значительное влияние на формирование морфологических норм современного татарского литературного языка. Новизна исследования состоит в том, что морфологические особенности произведений, относящихся к данному жанру, не были объектом специальных работ в татарском языкознании. Анализ проводился с применением описательного, сравнительно-исторического методов. Фактологический материал для анализа был отобран методом сплошной выборки. В результате исследования пришли к выводу, что язык текстов кысса является смешанным, состоящим из элементов традиционного письменного литературного языка и народно-разговорного языка. Об этом свидетельствуют грамматические формы прошедшего времени причастия. Как показал анализ, наиболее распространенной и многофункциональной являются формы -γan /-gän, -qan/-kän характерные для кипчакской подгруппы тюркских языков. Данная форма характерна для разговорного языка. Причастия прошедшего времени с аффиксами -dyq /-dek, -myš/-meš, -muš/-müš, характерные для огузской группы тюркских языков, являются показателями письменного литературного языка. В процессе становления современного татарского литературного языка они вышли из употребления.


Ключевые слова: татарский язык, жанр кысса, разговорный язык, морфология, глагол, причастие, прошедшее время, неспрягаемые глаголы, грамматические формы, литературный язык

Abstract: The goal of this research lies in the analysis of past participles used in the texts of kyssa genre. The object of this research is kyssa Tatar texts published in the late XIX – early XX centuries. These works emerged under the influence of Oriental literature. The translations of the following works especially popular: the collection of fairy tales “One Thousand and One Nights” by F. Khalidi, the books “Tutinama” and “Kalila and Dimna” by G. Faezkhanov, the books “The History of the Forty Vezirs” and “Abugalisina” by K. Nasiry. They had a significant impact upon the formation of morphological norms of the modern Tatar literary language. The novelty of this article is defined by the fact that the morphological peculiarities of the works belonging to this genre have not previously become the object of separate research in the Tatar linguistics. The conclusion is made that the language of kyssa texts is heterogeneous, incorporating the elements of the traditional written literary language and the folk colloquial language. This is testified by the grammatical forms of past participle. The analysis demonstrates that the most common and multifunctional forms are -γan /-gän, -qan/-kän characteristic to the Kipchak subgroup of Turkic languages. This form is mostly used in colloquial language. Past participles with the affixes -dyq /-dek, -myš/-meš, -muš/-müš characteristic to the Oghuz group of Turkic languages are the indicators of the written literary language. With the establishment of the modern Tatar literary language, they became obsolete.



Keywords:

grammatical forms, non-conjugated verbs, past tense, participle, verb, morphology, colloquial language, kyssa genre, tatar language, literary language

В татарской культуре жанр кысса формировался под воздействием восточной литературы. Сам термин قصة «кысса» имеет арабское происхождение и переводится на русский язык как «история, рассказ, повесть, новелла» [1: 639]. В истории татарской литературы под общим названием кысса объединяются произведения, написанные в поэтической или смешанной с прозой форме, для которых характерно повествование, комбинирование фольклорных мотивов и письменных литературных традиций. В татарской литературе произведения, относящиеся к данному жанру, были известны еще с XIII века. На протяжении нескольких столетий татарская литература обогащалась произведениями этого жанра, многие из которых стали весьма популярными среди татар.

Татарская литература второй половины XIX века была очень богата подобными произведениями, среди которых наиболее популярными были переводы «Тысяча и одна ночь» («Әлф ләйлә вә ләйлә») Ф. Халиди, Книга «Тутинаме» («Тутыйнамә») Г. Фаезханова, Книга «Калила и Димна» («Кәлилә вә Димнә»)Г. Фаезханова, Книга «Рассказ о сорока везирах» («Кырык вәзир кыйссасы») и Книга «Абугалисина» («Әбүгалисина кыйссасы») К. Насыри. Эти произведния стали объектом нашего настоящего исследования.

Язык произведений, относящихся к данному жанру, характеризуется смешанным форматом, объединяющим традиции письменного литературного и народно-разговорного языка. В этих произведениях наблюдается близость к фольклору, особенно к сказкам, притчам. Исследование языка этих произведений позволяет раскрыть особенности формирования современного татарского литературного языка, а также выявить языковые особенности рассматриваемого жанра. Поскольку в этом жанре преобладает стиль повествования, большое место уделяется глагольным формам. В текстах кысса присутствует огромное количество глаголов, функционирующих в различных значениях и формах, среди которых особое место занимают причастия.

Причастие нефинитная форма глагола, обозначающая признак имени, связанный с действием, и употребляемая атрибутивно [7: 399]. В типологическом аспекте причастия в татарском языке имеют ряд отличий, среди которых можно выделить то, что имя, определяемое причастием, может обозначать субъект, объект, место, время и др. Причастия в татарском языке отличаются высокой степенью активностью как в разговорном, так и в литературном языке. В языке произведений жанра кысса причастие представлено различными формами, которые репрезентируют категорию времени.

Целью нашего исследования является демонстрация особенностей функционировия причастий прошедшего времени в произведениях, относящихся к жанру кысса.

Причастия прошедшего времени активно представлены в литературном языке, а также, как уже указали, в фольклорных жанрах. Данная форма активно употребляется в таких малых жанрах, как пословицы, поговорки, которые отражают специфику фунционирования татарского народно-разговорного языка. Поскольку язык жанра кысса близок к народно-разговорному языку, мы наблюдаем много общих моментов в употреблении данной формы глагола. Также в текстах кысса зафиксированы формы, свойственные старотатарскому письменному литературному языку.

В текстах кысса активно употребляется причастие прошедшего времени на -γan /-gän, -qan/-kän (-ган/ - гән , -кан/-кән) характерное для кипчакской подгруппы тюркских языков. Необходимо указать, что фонетические варианты данной формы имеют регулярное употребление в текстах кыса. Эта форма часто выступает в функции определения, употребляясь в разных залоговых формах и в форме отрицания. Рассмотрим наиболее распространенные функции этой грамматической формы.

В текстах кысса причастие прошедшего времени в атрибутивной функции чаще характеризует субъект: padi š ah bulγa n ke š eg ä ni čä t ö rle xolyqny γa d ä t itm ä k kir ä k [14: 21] ‘Какие черты характера нужны человеку, ставшему царем?’; anda xadir bu γa n ad ä ml ä r bajy jarlysy bar č asy jy γ lamy š lar ide [14: 20] ‘Все люди, какие там были и богатые, и бедные, все расплакались‘; aw öjrät­kän börkete bar ide ... [9: 32] ‘Имел обученного охотиться орла’; sin ber jat jird ä n kilg ä n ke š e [14: 8] ‘Ты приезжий чужой человек…’; qa č yb kitk ä n padi š ah baryb γa sk ä r ğy jyb ... [14: 24] ‘Сбежавший царь сумел собрать новое войско…’ и др.

Причастие прошедшего времени может характеризовать объект: qasädä qalγan suny ečeb ... [10: 18] ‘Выпив воду, оставшуюся в чашке’; š unda γ y ber bul γa n a γ a č ny η bota γ yn a q und y ... [13: 9] ‘Сел на ветку одного из находящегося там деревьев’; pulad jozaq belän biklängän ber sandyq [13: 3] ‘Запертый на стальной замок сундук..’; aq atlasqa jazylγan ber jazu tabyldy [13: 3] ‘Нашли письмо, написанное на белом атласе..’; ja η a isk än saba jile x ä b ä re η barmy [12: 6] ‘Свежий утренний ветер, есть ли у тебя новости?’; qartlardan qal γa n s ü z bar [12: 83] ‘Есть завещанное нам предками наставление..’ и др.

Зафиксировали случаи, когда данная форма характеризует место: m ä n h ä m jatqan jiremd ä r ä x ä td ä bulyrmyn [14: 20] ‘Я тоже буду спокойно лежать и отдыхать’; tübäse kükkä tigän ber bijek tawγa jitde [13: 9] ‘Дошел до высокой горы, вершина которой соединилась с небом’.

Причастие на -γan /-gän, -qan/-kän часто субстантивируется, принимая аффиксы падежа, числа и принадлежности, например, any kürgän xäjran qalyr ... [9: 138] ‘Kто его увидит – остается восхищенным…’; julda tuγry kilgännär xatynny qyzγanyb, Allahy šifa birsen dijeb doγa idärlär ide ... [9: 127] ‘Попавшие навстречу люди, пожалев женщину, говорили: «Пусть Аллах ниспошлет ей выздоровление’; ad ä m bul γa n g ö nahdan xali bulmas [14: 42] ‘Человек не сможет быть безгрешным…’; bän ixsan itkänlärgä jaxšylyq itä tor γ an bändälärdän [9: 20] ‘Я из тех, кто за добро отвечает добром’;ä mma šä k ä r dib a š a γ any a γ u kebek tojylyr ide . [14: 240]. ‘Что бы он не ел, все казалось ему отравой…’;Ü tk ä nn ä n so η ü kenm ä k fajda birm ä s [13: 5] ‘Сожалеть о содеянном пользу не даст…’.

Данная форма также часто употребляется в функции имени действия: Xajwan bary qarny a č yqqanyn w ä tujγanyn beler [14: 80] ‘Животное может чувствовать свой голод и сытность’; qaty qaty süzlär äjtkänenä ükende [12: 85] ‘Сожалел, что сказал неприятные слова...’.

Аффикс –γ an , сочетаясь с предикативными словами бар, юк , может выступить в роли сказуемого: čypčyq däxi küb zamandan birle ana čypčyq janyna bar γ any juq ide [14: 41] ‘Воробей еще давно не посещал свою подругу’.

В текстах кысса данная форма вместе с аффиксом местно-временного падежа (-γ anda ) функционирует и в значении деепричастия, тем самым указывая на время совершения действия, например, kešene η hönär wä mä γ rifäte bul γ anda mal γ a ixtijağy bulmas [12: 5] “Kогда у человека есть профессия и образованность, у него не будет страсти к богатству’ A γ uny jegetne η a γ yzyna salajym digändä jeget ahlab jibärde dä xatyn siskäneb wä qawšab jy γ yldy [13: 45] ‘Когда она хотела залить яд в рот парня, тот (во сне) начал охать и ахать, женщина вздрогнула, испугалась и упала’; basyb tor γ anda qarčyq jäšerten Tağ äl-Mölekkä išarät itde [10: 74] ‘Kогда они стояли (у окна), старуха тайком подала знак Тадж аль- Мулюку’; Ämma Säjjid Jaxja äfände äjtde: bu riwajätne šuilä išetdem ki, jidenče šišäne tükmägä kitergändä aja γ yna ber närsä t ö rteleb qulyndan šišä t ö š eb uwaldy dide, [8:112] ‘Однако, господин Саид Яхъя сказал: я эту легенду слышал в таком виде: когда он нес седьмую бутылку на слив, что-то зацепила его за ногу, бутылка упала и разбилась’.

Данная форма весьма распространена в тюркских языках [2: 60]. Как пишет известный диалектолог Ф. Ю. Юсупов, в указанном выше значении, а также приобретая другие значения (объекта, условия, результата и др. действия), форма –γ anda (-ганда) распространена в говорах среднего диалекта и в диалектах сибирских татар [6: 101-103]. Частота употребления формы на -γ anda (-ганда) в языке исследуемого периода, а также в диалектах современного татарского языка свидетельствует о ее принадлежности народно-разговорному языку.

В тексте произведения «Тысяча и одна ночь» зафиксированы причастия прошедшего времени с аффиксом -dyq /-dek , характерные для огузской группы тюркских языков: ijar dideke närsä ... [10: 101] ‘Вещь, называемая седлом...; ser didekläre närsä bänem qaršymda saqlanmaq öčen ber bülmägä qujγan närsä kebider, ul bülmäneη bikläb ačqyčlary juγalγan da, jänä jozaγy üzrenä möxer oryl­myšdyr . .. [11: 11] ‘Cекрет – это такая вешь, которую положили для хранения в отдельный кабинет, ключи от которого утеряны, а на корпусе замка установлена пломба’.

Причастия на -dyq /-dek в произведениях жанра кысса также субстантивируется: načar xalgä dučar uldyγymny kürgäč… [9: 142] ‘Увидев, что меня застала неудача...’; säne kürdekdän birle [9: 40] ‘С тех пор, как увидел тебя...’; taη jaqyn irdegen küreb süküt äjläde [Тыс, 3: 3] ‘Увидев наступление рассвета, замолчала ...’; äšäke eš qyldyγy öčen... [11: 305] ‘За совершение плохого поступка ...».

Эта форма, характерная для письменного литературного языка, впоследствии устарела и не стала частью современного татарского литературного языка. Форма на -dyq /-dek имеет ограниченное употребление и в диалектном языке. Она употребляется только в заказанской и нагорной группах говоров среднего диалекта и составляет периферию диасистемы татарского языка [6: 115-116].

Огузская форма причастия прошедшего времени на -myš/-meš, -muš/-müš употребляется довольно редко: ber tašlanmyš jirdä [11: 304] ‘На каком-то заброшенном месте...’; gäwhär ilä jasalmyš kürsi [11: 127] ‘Кресло, украшенное самоцветами...’; ber qara išäk k ä atlanmy š aryq qyna ke š eder [14: 73] ‘Худой человек, на черном осле...’; atylmy š uq , s ö jl ä nme š s ü z ü tk ä n γ omer bolarny hi č bere kire qajtmas [13: 121] ‘Запущенная стрела, сказанное слово, прошлая жизнь – все это безвозвратно’.

Форма на -myš/-meš, -muš/-müš активно употреблялась в древнем языке и в существовавших вариантах литературного языка. Ее параллельное употребление с формой на –γ an зафиксировано в тюркских письменных памятниках [3: 237]. В XIX веке функциональность данной формы в значении причастия сужается [5: 147]. Эта особенность, характерная для данной формы, заметна не только в функции причастия, но и в функции изъявительного наклонения. Как пишет Б. К. Миннуллин, исследователь языка газеты «Борхане Таракки», издававшейся в начале ХХ века, «следует отметить, что форма на –γan используется чаще, чем форма на -myš, и это указывает на близость языка газеты к татарскому литературному языку второй четверти ХХ века и отходом от традиционных языковых норм» [4: 297]. Развивая вышеобозначенную мысль, можно добавить, что пассивность формы на –myš и в текстах кысса свидетельствует о процессе закрепления литературных вариантов причастия в татарском языке.

В современном татарском языке эта форма является ядерным элементом диасистемы. Она имеет ограниченное употребление, в собственно причастной функции встречается лишь в среднем диалекте и диалектах сибирских татар [6: 114].

Таким образом, изучение особенностей функционирования причастия прошедшего времени позволило выявить, что формы причастия, кроме основной функции, часто субстантивируются и употребляются в значении имени действия. Некоторые формы, например, -γanda , принимая аффиксы местно-временного падежа, функционируют в значении деепричастия. Наряду с кипчакскими формами, характерными для народно-разговорного языка, реже употребляются огузские формы -dyq /-dek , -myš/-meš, -muš/-müš , которые являются показателями письменного литературного языка.

Библиография
1.
Баранов Х. К. Арабско-русский словарь. М.: Рус. яз. 1985. 944 с.
2.
Гаджиева Н. З. Синтаксис сложноподчиненного предложения в азербайджанском языке (в историческом освещении). М.: Изд-во АН СССР, 1963. 220 с.
3.
Җәләй Л. Татар теленең тарихи морфологиясе (очерклар). Казан: ИЯЛИ. 2000. 288 б.
4.
Миннуллин Б. К. Характеристика глагольной системы газеты «Борхане Таракки». Личные формы глагола // Словообразование в тюркских языках: исследования и проблемы: матер. Междунар. тюркологической конф., посвящ. 80-летию Фуата Ганиева (Казань, 20 – 21 сентября 2010). Казань: ИЯЛИ АН РТ. 2011. С. 296 – 299.
5.
Хаков В. Х. Тел — тарих көзгесе. Татар әдәби теленең борынгы чорлардан башлап үсеш тарихыннан = Язык — зеркало истории. Развитие татарского литературного языка в донациональную и национальную эпохи. Казан: Тат. кит. нәшр. 2003. 296 б.
6.
Юсупов Ф. Ю. Морфология татарского диалектного языка: категории глагола. Казань: Фэн. 2004. 592 с.
7.
Языкознание: Большой энциклопедический словарь / под ред. В. Н. Ярцева. М.: Большая Рос. Энцикл. 2000. 685 с.
8.
ابوعلي سينا قصه سي ديمكله مشهور تخيلات ننك ترجمه سي.عبدالقيوم عبدالناصر اوغلي ننك ترجمات و تصنيفاتنداندر. قزان اونيويرسيتيتي ننك طبع خانه سنده باصمه اولنمشدر ١٨٩٤ نچي يلده. ۱۱۲ ب. = Абу Гали Сина кыссасы димәклә мәшһүр тәхйиләтнең тәрҗемәсе = Рассказы Абу Гали Сины. Казань, Изд. Казан. ун-та. 1894. 112 с.
9.
الف ليلة و ليلة،بو منكده بركيچه کتابنی ترجمه قيلدم عثمنلی ترکي تلندن روسیه داکی مسلمانلر ترکی تلینه محمد فاتح ملا حماد اوغلی خالدي،۱۸۹۷ سنهده ۲۱۲ ب.= Әлф ләйлә вә ләйлә= Тысяча и одна ночь. Т. 1. Казань, Изд. Казан. ун-та. 1897. 212 с.
10.
الجلد الثاني ترجمة الف ليلة و ليلة ايكنچی جلد منكده بركيچه ترجمه سیننك. بو منكده بركيچه کتابنی ترجمه قيلدم عثمنلی ترکي تلندن روسیه داکی مسلمانلر ترکی تلینه محمد فاتح ملا حماد اوغلی خالدي ١٨٩٧ سنه ده. اوشبو مننك ده بر كيچه کتابی قزان اونیویرسیتیتی نكن طبع خانه سنده بصمه اولنمشدرل قزان اویازی توبان قرصی آولی حاجی شمس الدین حسین اوغلیننك ورثه لري خراجاتي ايلان اول مرتبه ۱۸۹۸ يلده ١٦٠ ب. = Әл-җилдү әс-сәни тәрҗәмәти әлф ләйлә вә ләйлә = Тысяча и одна ночь. Т. 2. Казань, Изд. Казан. ун-та. 1898. 120 с.
11.
الجلد الخامس ترجمة الف ليلة. بشنچی جلد منكده بركيچه ترجمه سیننك. بو منكده بركيچه کتابنی ترجمه قيلدم عثمنلی ترکي تلندن روسیه داکی مسلمانلر ترکی تلینه محمد فاتح ملا حماد اوغلی خالدي اول مرتبه باصلوی قزان اونیویرسیتیتی نكن طبع خانه سنده بصمه اولنمشدرل ۱۸۹۹ سنه ده. ۱۹۲ ب.=Әлҗилдү хәмисү әлфи ләйләти = Тысяча и одна ночь. Т. 5. Казань, Изд. Казан. ун-та. 1899. 192 с.
12.
طوطي نامه. عبدالعلام فيض خان اوغلي نك ترجماتندن. مطبعة كريميه، قزانده ١٩١٦. ۱۷۵ ب. =Тутый нәмә =Тутынаме, Казань, Матбага Каримия, 1916. – 175 с.
13.
كليله و دمنه كتابي. بو كتاب باصمه اولنمشدر قزان اونيويريستيني ننك طبع خانه سنده١٨٨٩ نچی یلده. ۸۷ ب. = Кәлилә вә Димнә китабы= Калила и Димна. Казань, Изд. Казан. ун-та. 1889. 87 с.
14.
قرق وزير قصه سي، عثمانلی تلندن ترجمه قیلنوب قزانده اوچونچی مرتبه باصلدی. عبدالقيوم عبدالناصر اوغلي ننك ترجماتنداندر. قزانده انيويرسيتيت طبع خانهسنده باصما اولنمشدر ١۸۸۳ سنه ده.۱٦٠ ب. = Кырык вәзир кыссасы = Рассказы сорока визирей. Казань, Изд. Казан. ун-та. 1883. 160 с.
References
1.
Baranov Kh. K. Arabsko-russkii slovar'. M.: Rus. yaz. 1985. 944 s.
2.
Gadzhieva N. Z. Sintaksis slozhnopodchinennogo predlozheniya v azerbaidzhanskom yazyke (v istoricheskom osveshchenii). M.: Izd-vo AN SSSR, 1963. 220 s.
3.
Җәlәi L. Tatar teleneң tarikhi morfologiyase (ocherklar). Kazan: IYaLI. 2000. 288 b.
4.
Minnullin B. K. Kharakteristika glagol'noi sistemy gazety «Borkhane Tarakki». Lichnye formy glagola // Slovoobrazovanie v tyurkskikh yazykakh: issledovaniya i problemy: mater. Mezhdunar. tyurkologicheskoi konf., posvyashch. 80-letiyu Fuata Ganieva (Kazan', 20 – 21 sentyabrya 2010). Kazan': IYaLI AN RT. 2011. S. 296 – 299.
5.
Khakov V. Kh. Tel — tarikh kөzgese. Tatar әdәbi teleneң boryngy chorlardan bashlap үsesh tarikhynnan = Yazyk — zerkalo istorii. Razvitie tatarskogo literaturnogo yazyka v donatsional'nuyu i natsional'nuyu epokhi. Kazan: Tat. kit. nәshr. 2003. 296 b.
6.
Yusupov F. Yu. Morfologiya tatarskogo dialektnogo yazyka: kategorii glagola. Kazan': Fen. 2004. 592 s.
7.
Yazykoznanie: Bol'shoi entsiklopedicheskii slovar' / pod red. V. N. Yartseva. M.: Bol'shaya Ros. Entsikl. 2000. 685 s.
8.
ابوعلي سينا قصه سي ديمكله مشهور تخيلات ننك ترجمه سي.عبدالقيوم عبدالناصر اوغلي ننك ترجمات و تصنيفاتنداندر. قزان اونيويرسيتيتي ننك طبع خانه سنده باصمه اولنمشدر ١٨٩٤ نچي يلده. ۱۱۲ ب. = Abu Gali Sina kyssasy dimәklә mәshһүr tәkhiilәtneң tәrҗemәse = Rasskazy Abu Gali Siny. Kazan', Izd. Kazan. un-ta. 1894. 112 s.
9.
الف ليلة و ليلة،بو منكده بركيچه کتابنی ترجمه قيلدم عثمنلی ترکي تلندن روسیه داکی مسلمانلر ترکی تلینه محمد فاتح ملا حماد اوغلی خالدي،۱۸۹۷ سنهده ۲۱۲ ب.= Әlf lәilә vә lәilә= Tysyacha i odna noch'. T. 1. Kazan', Izd. Kazan. un-ta. 1897. 212 s.
10.
الجلد الثاني ترجمة الف ليلة و ليلة ايكنچی جلد منكده بركيچه ترجمه سیننك. بو منكده بركيچه کتابنی ترجمه قيلدم عثمنلی ترکي تلندن روسیه داکی مسلمانلر ترکی تلینه محمد فاتح ملا حماد اوغلی خالدي ١٨٩٧ سنه ده. اوشبو مننك ده بر كيچه کتابی قزان اونیویرسیتیتی نكن طبع خانه سنده بصمه اولنمشدرل قزان اویازی توبان قرصی آولی حاجی شمس الدین حسین اوغلیننك ورثه لري خراجاتي ايلان اول مرتبه ۱۸۹۸ يلده ١٦٠ ب. = Әl-җildү әs-sәni tәrҗәmәti әlf lәilә vә lәilә = Tysyacha i odna noch'. T. 2. Kazan', Izd. Kazan. un-ta. 1898. 120 s.
11.
الجلد الخامس ترجمة الف ليلة. بشنچی جلد منكده بركيچه ترجمه سیننك. بو منكده بركيچه کتابنی ترجمه قيلدم عثمنلی ترکي تلندن روسیه داکی مسلمانلر ترکی تلینه محمد فاتح ملا حماد اوغلی خالدي اول مرتبه باصلوی قزان اونیویرسیتیتی نكن طبع خانه سنده بصمه اولنمشدرل ۱۸۹۹ سنه ده. ۱۹۲ ب.=Әlҗildү khәmisү әlfi lәilәti = Tysyacha i odna noch'. T. 5. Kazan', Izd. Kazan. un-ta. 1899. 192 s.
12.
طوطي نامه. عبدالعلام فيض خان اوغلي نك ترجماتندن. مطبعة كريميه، قزانده ١٩١٦. ۱۷۵ ب. =Tutyi nәmә =Tutyname, Kazan', Matbaga Karimiya, 1916. – 175 s.
13.
كليله و دمنه كتابي. بو كتاب باصمه اولنمشدر قزان اونيويريستيني ننك طبع خانه سنده١٨٨٩ نچی یلده. ۸۷ ب. = Kәlilә vә Dimnә kitaby= Kalila i Dimna. Kazan', Izd. Kazan. un-ta. 1889. 87 s.
14.
قرق وزير قصه سي، عثمانلی تلندن ترجمه قیلنوب قزانده اوچونچی مرتبه باصلدی. عبدالقيوم عبدالناصر اوغلي ننك ترجماتنداندر. قزانده انيويرسيتيت طبع خانهسنده باصما اولنمشدر ١۸۸۳ سنه ده.۱٦٠ ب. = Kyryk vәzir kyssasy = Rasskazy soroka vizirei. Kazan', Izd. Kazan. un-ta. 1883. 160 s.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Вопрос, анализируемый в рецензируемой работе, имеет точечный характер. Как обозначено в начале труда, «целью исследования является демонстрация особенностей функционирования причастий прошедшего времени в произведениях, относящихся к жанру кысса». Автор отмечает, что «причастия прошедшего времени активно представлены в литературном языке, а также, как уже указали, в фольклорных жанрах. Данная форма активно употребляется в таких малых жанрах, как пословицы, поговорки, которые отражают специфику фунционирования татарского народно-разговорного языка. Поскольку язык жанра кысса близок к народно-разговорному языку, мы наблюдаем много общих моментов в употреблении данной формы глагола. Также в текстах кысса зафиксированы формы, свойственные старотатарскому письменному литературному языку». Работу отличает выверенный тон научного повествования, строгая логика доказательств, умелая разверстка темы. Примеры, которые взяты в качестве иллюстраций, интересны, контекстуально оправданы, они раскрывают суть употребления «причастий прошедшего времени в татарских текстах». Например, «в текстах кысса причастие прошедшего времени в атрибутивной функции чаще характеризует субъект: padi š ah bulγa n ke š eg ä ni čä t ö rle xolyqny γa d ä t itm ä k kir ä k [14: 21] ‘Какие черты характера нужны человеку, ставшему царем?’; anda xadir bu γa n ad ä ml ä r bajy jarlysy bar č asy jy γ lamy š lar ide [14: 20] ‘Все люди, какие там были и богатые, и бедные, все расплакались‘; aw öjrät¬kän börkete bar ide ... [9: 32] ‘Имел обученного охотиться орла’; sin ber jat jird ä n kilg ä n ke š e [14: 8] ‘Ты приезжий чужой человек…’; qa č yb kitk ä n padi š ah baryb γa sk ä r ğy jyb ... [14: 24] ‘Сбежавший царь сумел собрать новое войско…’ и др.», или «причастие на -γan /-gän, -qan/-kän часто субстантивируется, принимая аффиксы падежа, числа и принадлежности, например, any kürgän xäjran qalyr ... [9: 138] ‘Kто его увидит – остается восхищенным…’; julda tuγry kilgännär xatynny qyzγanyb, Allahy šifa birsen dijeb doγa idärlär ide ... [9: 127] ‘Попавшие навстречу люди, пожалев женщину, говорили: «Пусть Аллах ниспошлет ей выздоровление’; ad ä m bul γa n g ö nahdan xali bulmas [14: 42] ‘Человек не сможет быть безгрешным…’; bän ixsan itkänlärgä jaxšylyq itä tor γ an bändälärdän [9: 20] ‘Я из тех, кто за добро отвечает добром’;ä mma šä k ä r dib a š a γ any a γ u kebek tojylyr ide . [14: 240]. ‘Что бы он не ел, все казалось ему отравой…’;Ü tk ä nn ä n so η ü kenm ä k fajda birm ä s [13: 5] ‘Сожалеть о содеянном пользу не даст…’» и т.д. Методология, используемая в работе, уместна, она соотносится с аналитическим процессом объяснения сути проблемы. Научная новизна труда заключается в том, что использование «причастий прошедшего времени в татарских текстах кысса» объяснено целостно, объективно, полновесно. Отмечу, что в статье встречается ряд ошибок / опечаток, которые следует поправить, например, «функционировия», «фунционирования» и т.д. Структура работы традиционна, основные блоки исследования выдержаны в рамках жанра научного проекта. Информационная составляющая сочинения достаточна; считаю, что материал может быть полезен практически при изучении современного татарского языка. Завершает труд вывод, он емок, однако, полностью соотносится с основным блоком. Список источников оформлен верно, правка излишня. Статья «Причастие прошедшего времени в татарских текстах кысса второй половины XIX – начала XX века» может быть рекомендована к открытой публикации в журнале «Litera».
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"