Статья 'Особенности сирийского медиапространства в годы конфликта' - журнал 'Litera' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Litera
Правильная ссылка на статью:

Особенности сирийского медиапространства в годы конфликта

Малаховский Алексей Кимович

кандидат исторических наук

доцент, кафедра теории и истории журналистики, Российский университет дружбы народов

117198, Россия, г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, 10 корп. 2, оф. филологический факультет

Malakhovskii Aleksei Kimovich

PhD in History

Docent, the department pf Theory and History of Journalism, Peoples' Friendship University of Russia

117198, Russia, g. Moscow, ul. Miklukho-Maklaya, 10 korp. 2, of. filologicheskii fakul'tet

malakhovskiy_ak@pfur.ru
Дургам Набхан

аспирант, кафедра теории и истории журналистики, Российский университет дружбы народов

117198, Россия, г. Москва, ул. Миклухо-Маклая, 10 корп. 2, оф. филологический факультет

Durgam Nabkhan

Postgraduate student, the department of Theory and History of Journalism, Peoples' Friendship University of Russia

117198, Russia, g. Moscow, ul. Miklukho-Maklaya, 10 korp. 2, of. filologicheskii fakul'tet

1042185107@rudn.ru

DOI:

10.25136/2409-8698.2021.9.36417

Дата направления статьи в редакцию:

07-09-2021


Дата публикации:

15-09-2021


Аннотация: Предметом исследования статьи являются средства массовой информацииСирии на современном этапе. Объектом статьи является медиапространство Сирии в годы вооруженного конфликта, который длится с 2011 г. по настоящее время. Целью статьи является выяснение особенностей функционирования сирийских СМИ в ходе конфликта. Авторами ставится задача проследить путь формирования современной системы СМИ Сирии, исследовать ее особенности накануне и в период обострения ситуации в стране, рассмотреть основные группы масс-медиа, ставшими сторонами конфликта. Авторы рассматривают такие аспекты как фрагментация сирийского медиапространства по военно-политическому признаку.    В результате проведенного анализа авторы приходят к выводу о том, что на протяжении нескольких десятилетий пребывания у власти партии «Баас» под руководством Хафеза аль-Асада в стране сложилась однопартийная система контроля над СМИ, которая начала медленно реформироваться после прихода к власти в стране его сына, Башара аль-Асада. Начавшийся в 2011 г. вооруженный конфликт разделил страну и ее медиапространство на три сферы: правительственную, оппозиционную и курдскую. В условиях затяжного конфликта данная фрагментация медиапространства с ее различными нарративами и повестками дня крайне труднопреодолима.


Ключевые слова: Сирия, вооруженный конфликт, фрагментация медиапространства, правительственные СМИ, оппозиционные СМИ, СМИ курдских районов, Башар аль-Асад, баасистское правительство, осторожная либерализация, антиправительственная повестка дня

Abstract: The subject of this research is the Syrian mass media at the current stage. The object is the Syrian media space in the time of armed conflict (2011 – to the present). The goal lies in determining the peculiarities of functionality of the Syrian media during the armed conflict. The authors traces the path of establishment of the Syrian modern mass media system, to examines its peculiarities prior to the conflict and at the time of its escalation, examines the key groups of mass media that became parties to the conflict. Such aspect as the fragmentation of the Syrian media space by military-political grounds is discussed. The conclusion is made that throughout several decades of the rule of the Ba'ath Party under the leadership of Hafez al-Assad, the country has established the single-party system of control over mass media; slow transformations have been noticed after his son Bashar al-Assad came to power. The armed conflict that began in 2011 divided the country and its media space into three areas: governmental, oppositional, and Kurdish. It is extremely difficult to overcome such fragmentation of media space with its versatile narrative and agendas in the conditions of protracted armed conflict.



Keywords:

Bashar al-Assad, Kurdish mass media, opposition media, pro-government media, media space fragmentation, armed conflict, Syria, Baath government, cautious liberalization, anti-government agenda

ВВЕДЕНИЕ

Массовые волнения, начавшиеся в Сирии в 2011 г., и последовавший за ними вооруженный конфликт тяжело сказались на сирийском обществе, на экономике страны. Население Сирии, насчитывавшее 21 млн. чел. до 2011 г., резко сократилось. Согласно данным Комиссии ООН по беженцам (UNHCR) более половины граждан превратилось в перемещенных лиц: около 5,6 млн. чел. стали беженцами в соседних странах - Турции, Ливане, Иордании и других, 6,1 млн. чел. превратились в беженцев внутри страны [5, р. 6]. Обширные площади городов и других населенных пунктов были разрушены бомбардировками и артиллерийскими обстрелами, предполагаемая стоимость послевоенных восстановительных работ оценивается в 350 - 400 млрд. долл. США [10, p. 21]. Все это не могло не сказаться на единстве медиапространства Сирии, оказавшегося фрагментированным вслед за дроблением территории и населения страны вследствие продолжительных вооруженных столкновений на ее территории.

ФОРМИРОВАНИЕ ОДНОПАРТИЙНОЙ СИСТЕМЫ СМИ СИРИИ

Современная система СМИ Сирии начала складываться с приходом к власти в стране партии «Баас» в 1963 г. Под революционным руководством «Баас» согласно Закону № 48 от 1963 г. была создана централизованная государственная организация «издательский дом Аль-Вахда» [2]. С 1965 г. Союз журналистов Сирии начал контролироваться баасистским правительством, к концу этого года подавляющее большинство центральных и местных периодических изданий было поставлено под контроль партии «Баас». В 1960-е гг. партия ввела социалистическую плановую экономику, сделала упор на национализацию предприятий и введение государственной собственности в подавляющем большинстве отраслей экономики.

Для проведения в жизнь данного курса баасистскому правительству требовалась «мобилизационная пресса», которая главной своей задачей ставила бы организационное обеспечение общественных сил с целью осуществлению планов сирийского руководства. На несколько десятилетий в стране сложилась система партийно-государственного руководства прессой, радиовещанием, телевидением, прочей аудиовизуальной продукцией. С 1962 г. в Сирии долгие десятилетия действовало чрезвычайное положение, которое было частично отменено в 2005 г. и полностью отменено в 2011 г. Таким образом, в руках сирийского руководства с 1963 г. по 2000 г. возглавляемого Хафезом аль-Асадом, были сосредоточены регулярные и чрезвычайные рычаги управления страной и ее СМИ.

НАЧАЛО ОСТОРОЖНОЙ ЛИБЕРАЛИЗАЦИИ СМИ БАШАРОМ АЛЬ-АСАДОМ

В конце 1980-х гг. с ослаблением, а затем и распадом Советского Союза влияние партии «Баас» было вынуждено пойти на ряд изменений в экономической, политической, а также медийной системах страны. В 1991 г. с принятием закона №10 экономика страны была приоткрыта для частных инвестиций. На СМИ данные изменения отразились лишь в секторе аудиовизуальной продукции: началось весьма активное развитие телевизионных игровых сериалов [10, p. 23]. Больше изменений стало заметно в стране с приходом к власти в Сирии Башара аль-Асада, сына умершего в 2000 г. Хафеза аль-Асада. Экономика стала еще более открытой внешним рынкам, расширились масштабы приватизации, снизилась зависимости ряда отраслей экономики от государственного субсидирования. В Сирии начал наблюдаться умеренный рост численности класса предпринимателей, лояльных правительству. В свою очередь правительство предприняло ряд шагов по ослаблению контроля за СМИ, при этом не допуская широких политических реформ.

В 2001 г. правительство Башара аль-Асада приняло новых закон о публикациях, согласно которому, несмотря на сохранение большинства традиционных положений государственно-партийного контроля, допускалась частная собственность в области периодической печати. В результате довольно скоро появилась сатирическая газета «Ад-Думари». Правда, она просуществовала недолго, до 2003 г. [10, p. 23]. Правительство старалось избегать резких перемен, поэтому частными владельцами в области СМИ становились фигуры, близкие Башару аль-Асаду. В Интернете появились новостные сайты, многие из которых отличались от традиционных для Сирии СМИ тем, что на них содержались материалы дискуссионного характера по вопросам внутренней сирийской политики.

ТРИ МЕДИАСРЕДЫ СИРИИ ПЕРИОДА КОНФЛИКТА

Политический и территориальный раскол страны, ее фрагментация, возникшая после начала конфликта в 2011 г., привели во-первых, к возникновению параллельных экономических, политических, медийных систем, причем, последние отмечены радикальными различиями в зависимости от своей политической и территориальной принадлежности. Пожалуй, необходимо выделить три основные медийные зоны в Сирии:

1) регионы, находящиеся под контролем центрального правительства Башара аль-Асада: это район вокруг столицы Дамаска, города Хомс и Хама, прибрежные провинции Латакия и Тартус и ряд примыкающих к ним регионов;

2) медийная зона, возникшая в результате захвата части внутренних и пограничных районов страны группами антиправительственных сил, которые после военной кампании при поддержке российских Воздушно-космических сил были отодвинуты в анклав Идлиб на границе с Турцией и несколько других анклавов, расположенных по границам страны с соседним Ираком. Данное медийное пространство также распространяется на территории соседних стран, в которые переместились массы сирийских беженцев (Турция, Ливан, Иордания), также ряд европейских стран, куда в конечном счете переместились беженцы;

3) северо-восточные регионы Сирии (получившие самоназвание Рожава), в которых компактно проживают курды, здесь под руководством самой крупной политической силы - Партии демократического союза - возникли автономные органы управления, а также СМИ, действующие в интересах этой и других политических группировок.

РЕФОРМЫ СМИ В УСЛОВИЯХ КОНФЛИКТА

Начиная с 2011 г., дамасское правительство Башара аль-Асада начало проводить в жизнь ряд конституционных реформ в ответ на вызовы, брошенные протестным движением. Эти реформы включали в себя, в частности, отмену статьи 8 Конституции страны, предоставлявшей партии «Баас» единоличное руководство сирийским правительством, а также введение в практику более свободного доступа к политическому процессу альтернативных кандидатов. В условиях разгоравшегося вооруженного конфликта в Сирии на практике данные преобразования было реализовать весьма сложно, тем не менее в 2014 г. были проведены президентские выборы, в результате которых с результатом 88,7% голосов победу одержал правящий президент Башар Аль-Асад [10, p. 25]. Ожидаемо данные результаты встретили яростный отпор разнообразных оппозиционных политических сил, большинство которых с оружием в руках боролись против центрального сирийского правительства.

В отношении масс-медиа правительство Башара аль-Асада в 2011 г. приняло закон № 108, который заменил прежде действовавшее законодательство в данной области [3]. Закон содержит несколько более либеральных положений, включая статьи, запрещающие монополии в области СМИ, а также положения, посвященные частным вкладам в масс-медиа: агентства новостей, теле- и радиовещание, периодическую печать и Интернет-СМИ (статья 35) [4, p. 19].

Данный законодательный акт также включал в себя положения, гарантирующие свободу слова и право открытого доступа к публичной информации, а также отменял предварительную цензуру «если масс-медиа не нарушает своей ответственности» (Статья 6) [Ibid]. Согласно данному закону, Министерство информации должно рассматривать заявки на учреждение СМИ, утверждать и отзывать лицензии на деятельность частных масс-медиа, контролировать повседневную деятельность СМИ, предоставлять аккредитацию иностранным журналистам, намеревающимся работать на территории страны (Статья 22) [Ibid.]. Вместе с тем закон предусматривает ограничения, касающиеся содержания материалов СМИ в случае создания «угрозы национальному единству», «разжигания сепаратистских настроений и религиозной вражды», «оскорбления национальных символов», публикации секретных данных о вооруженных силах (Статья 12) [Ibid.]. На наш взгляд, с одной стороны, по сравнению с предыдущим законодательством, несомненно, правительство Б. аль-Асада расширило права СМИ, с другой - в условиях ожесточенного вооруженного конфликта, отмеченного также вмешательством внешних сил, враждебных центральному правительству, упомянутые ограничения выглядят вполне оправданно.

Находясь под давлением вооруженной оппозиции, часть отрядов которой исповедуют откровенно экстремистскую идеологию (как, например, «Исламское государство»), сирийское руководство принимает в 2012 г. антитеррористическое законодательство, которое вызвало ожесточенную критику противников правительства Б. Асада внутри страны и поддерживающих их сил из-за рубежа, протестовавших против ареста оппозиционных журналистов, выступавших в онлайн-СМИ с антиправительственных позиций, в частности, таких как Мазен Дарвиш, Хусейн Гхрер, Хани аз-Зитани [1].

ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЙ СЕГМЕНТ СМИ СИРИИ

В период вооруженного конфликта вещательный сектор сирийских СМИ, несмотря на сложность внутри- и внешнеполитической обстановки, порой грозившей самому существованию единой сирийской государственности, преимущественно является сферой влияния правительственных каналов информации. Теле- и радиовещание Сирии подотчетны Организации сирийского арабского радиовещания и телевидения (для нее в международной терминологии используется аббревиатура ORTAS), государственной организации, которая напрямую подчиняется Совету министров центрального правительства.

В настоящее время государство ведет вещание двух эфирных каналов: «Аль-Уля» и «Ас-Сания», трех спутниковых каналов «Аль-Фадаийя», «Аль-Ихбарийя», также известного как Syria News,и «Сурия Драма», а также одного частного канала «Ад-Дунья» [9]. Указанные правительственные телеканалы «являются наиболее популярными в районах, контролируемых центральным правительством. При этом они имеют довольно высокий рейтинг и в районах, находящихся в руках так называемой демократической оппозиции, как отмечает не заподозренная в симпатии сирийскому правительству «Фри пресс анлимитед» [7].

КУРДСКИЕ СМИ: АВТОНОМНЫЙ РЕЖИМ

В курдском регионе Рожава, не подконтрольном центральному правительству с 2012 г., установился своеобразный автономный режим правления в трех основных районах компактного проживания курдов, составляющих подавляющее большинство населения северо-востока Сирии. Деятельность СМИ в этом ареале регулируется согласно местному закону об информации от 2015 г., принятому курдской администрацией. Данное законодательство содержит положения, гарантирующие свободу самовыражения и право на учреждение СМИ, а также закрепляет право на свободный доступ к информации за исключением вопросов национальной безопасности и межгосударственных отношений [10, p.27]. В Рожаве создан Высший совет по СМИ, в который входят 15 членов, избираемых профессиональным сообществом курдского региона. Данный орган наделен правом предоставления и отзыва лицензий для местных и иностранных масс-медиа, а также журналистов-фрилансеров [Ibid.].

Медиаландшафт автономной Рожавы определяется в основном СМИ, поддерживающими крупнейшую политическую курдскую группировку - Партию демократического союза (ПДС), среди которых выделяется медиаорганизация «Ронахи», имеющая телеканал, газету и информационный сайт на курдском и арабском языках [6]. Однако своеобразие Рожавы заключается в том, что в регионе действуют соперничающие с ПДС политические группировки, например, Национальный совет Курдистана, имеющий свои СМИ, а также менее крупные объединения с собственными масс-медиа, что не может не усложнять медийную и политическую обстановку в курдских районах. Рожава привлекает внимание всевозможных зарубежных организаций (часто американских и европейских), заявляющих о своем стремлении оказать поддержку независимым СМИ в регионе, поэтому в курдских районах за годы гражданского конфликта возникло некоторое количество мелких местных радиостанций, печатных журналов, новостных сайтов, существование которых без иностранной финансовой помощи было бы вряд ли возможно, учитывая нестабильную военно-политическую обстановку и крайне ограниченные экономические возможности местного рынка. На этом пестром и нестабильном фоне выделяется более или менее стабильно работающая при поддержке европейских и американских средств радиостанция Arta FM, к тому же имеющая отделение в пограничном анклаве Ракка [10 - p.27].

ОППОЗИЦИОННЫЕ СМИ

Еще одно, «параллельное» медиапространство Сирии, которое может быть охарактеризовано как антиправительственное, представлено СМИ разнообразных антибашаровских группировок от радикальных исламистских вооруженных формирований - последователей ИГИЛ и «Аль-Каеды» до «умеренных» Сирийских демократических сил. Эти масс-медиа действуют как в анклавах Идлиб и Дейр аз-Зор и ряде других внутренних районов в Сирии, контролирующихся данными формированиями, так и экстерриториально, нацеливаясь на потенциальную аудиторию сирийских беженцев В этой медиареальности ситуация еще более фрагментированная и пестрая, чем в курдских регионах, поскольку и количество военно-политических группировок превышает несколько десятков, и представляющие их интересы СМИ весьма разнородны: от «медиа-активистов», действующих с помощью социальных сетей до «медиа-инициатив» - наспех организованных СМИ, действующих с территории Турции и ряда арабских государств, а также весьма высокопрофессиональных иностранных масс-медиа.

Все эти СМИ объединяет лишь антибашаровкий нарратив, резко контрастирующий с официальными сирийскими масс-медиа, однако дискурс этих антиправительственных СМИ варьируется в зависимости от идеологических установок весьма разнородных антиправительственных группировок: от непримиримого воинствующего исламизма последователей ИГИЛ и «Аль-Каеды» до неких «либеральных» повесток дня, использующих риторику евроатлантического типа в своей критике «режима Башара аль-Асада». В период, когда центральное правительство в Дамаске терпело поражение в противостоянии с массированным натиском антиправительственных сил, на подконтрольные антибашаровским силам территории хлынули потоки денежных средств от иностранных спонсоров, и к 2014 г. в оппозиционных районах действовало 93 оппозиционных СМИ [10, p. 28].

С 2016 г. количество оппозиционных СМИ, действующих на территории Сирии, начало значительно сокращаться по мере продвижения правительственных войск при поддержке российских ВКС и дружественных башаровскому руководству иранских группировок. В связи с изменением расстановки сил в пользу центрального правительства начал сокращаться поток иностранной финансовой помощи оппозиционным СМИ, которые были вынуждены перегруппироваться, перенеся свои редакции на территорию Турции и других государств ближневосточного региона. Наиболее заметным примером оппозиционного СМИ является канал Syria TV [8] со штаб-квартирой в Стамбуле, который входит в катарскую Fadat Media Group, которой подчиняются также оппозиционные телеканалы Zaman al-Wasl и The New Arab. Антиправительственную повестку дня также продвигает базирующийся в Дубае Orient News TV и принадлежащий Гасану Абуду, оппозиционно настроенному сирийскому бизнесмену, находящемуся в эмиграции. К Турции и нефтяным монархиям Персидского залива присоединяется также Международная ассоциация журналистов, признающая базирующуюся в Париже Ассоциацию сирийских журналистов, объединяющую антибашаровски настроенных журналистов евроатлантического направления [10, p. 29].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Территориальная, политическая и медийная фрагментация Сирии, вызванная конфликтом, начавшимся в 2011 г., означает, что сирийская аудитория разделена на три различные медиапространства. Каждое из этих медиапространств функционирует согласно своей логике, дискурсу, сложившимся военно-политическим условиям. Между этими тремя медиапространствами происходит минимальное взаимодействие. В основном СМИ трех параллельных сирийских медиасфер обмениваются взаимными нападками, обвиняя друг друга в фабрикации, искажении информации. В условиях реальных военных действий на полях сражений, информационных войн противоборствующих сторон идет «война нарративов» - правительственного (руководство Башара аль-Асада), оппозиционного (антиправительственные военно-политические группировки), курдского.

Профессиональное журналистское сообщество Сирии также расколото: трудно сегодня представить себе лояльного Башару аль-Асаду журналиста, выступающего в СМИ оппозиционного анклава Идлиба или Рожавы, невозможно вообразить курдского журналиста, выступающего в проправительственных масс-медиа и т.д. Постепенное укрепление центральной власти и ее СМИ, с одной стороны, способствуют отодвиганию Сирии от края пропасти распада государственности, с другой - ставит вопрос о будущем курсе государственной политики в отношении СМИ, глубины возможных будущих преобразований и реформ в медийной сфере, которые запоздали в период 1990-х - 2000-х гг.

Библиография
1.
Prison Census-Syria: Mazem Darwish, Hussein Ghrer, Hani al-Zitani/Committee to Protect Journalists. UNHCR. RefWorld. Available at: https://www.refworld.org/docid/54980496125.html /(Accessed 02 April 2021)
2.
Dajani, N. H., & Najjar, O. A. Syria, Lebanon, and Jordan, Status of media in. In D. H. Johnston (Ed.), Encyclopedia of International Media and Communications. Cambridge: Academic Press, 2003, pp. 301–15
3.
Legislative Decree 108/2011. Media Law. Syrian Law Journal. Available at: http://www.syria.law/index.php/main-legislation/media-law/(Accessed 02 April 2021)
4.
National report submitted in accordance with paragraph 15 (a) of the annex to Human Rights Council resolution5/1. Human Right Council. Working Group on the Universal Periodic Review/ UN General Assembly/A/HRC/WG.6/12/SYR/1, p. 19. Available at: https://lib.ohchr.org/HRBodies/UPR/Documents/session12/SY/A_HRC_WG.6_12_SYR_1_Syrian%20Arab%20Republic_E.pdf/ (Accessed 02 April 2021)
5.
Report of the Independent International Commission of Inquiry on the Syrian Arab Republic. Human Rights Council. Forty-sixth session. 22 February–19 March 2021. UN General Assembly. A/HRC/46/54. Available at: https://www.ohchr.org/EN/HRBodies/HRC/IICISyria/Pages/ReportoftheCommissionofInquirySyria.aspx/ (Accessed 02 April 2021)
6.
Ronahi TV. Available at: https://ronahi.tv/ (Accessed 05 April 2021)
7.
Syria Audience Research. Free Press Unlimited. Available at: https://www.freepressunlimited.org//sites/freepressunlimited.org/files/audience_research_syria_2016.pdf/ (Accessed 05 April 2021)
8.
Telefision Suriya. Available at: https://www.syria.tv/ (Accessed 05 April 2021)
9.
TV Channels from Syria. Available at: https://wwitv.com/television/240.htm/ (Accessed 05 April 2021) [10) Yazan Badran. Syria: A Fragmented Media System//Arab Media Systems. Open Book Publishers, 2011-368 p.
References (transliterated)
1.
Prison Census-Syria: Mazem Darwish, Hussein Ghrer, Hani al-Zitani/Committee to Protect Journalists. UNHCR. RefWorld. Available at: https://www.refworld.org/docid/54980496125.html /(Accessed 02 April 2021)
2.
Dajani, N. H., & Najjar, O. A. Syria, Lebanon, and Jordan, Status of media in. In D. H. Johnston (Ed.), Encyclopedia of International Media and Communications. Cambridge: Academic Press, 2003, pp. 301–15
3.
Legislative Decree 108/2011. Media Law. Syrian Law Journal. Available at: http://www.syria.law/index.php/main-legislation/media-law/(Accessed 02 April 2021)
4.
National report submitted in accordance with paragraph 15 (a) of the annex to Human Rights Council resolution5/1. Human Right Council. Working Group on the Universal Periodic Review/ UN General Assembly/A/HRC/WG.6/12/SYR/1, p. 19. Available at: https://lib.ohchr.org/HRBodies/UPR/Documents/session12/SY/A_HRC_WG.6_12_SYR_1_Syrian%20Arab%20Republic_E.pdf/ (Accessed 02 April 2021)
5.
Report of the Independent International Commission of Inquiry on the Syrian Arab Republic. Human Rights Council. Forty-sixth session. 22 February–19 March 2021. UN General Assembly. A/HRC/46/54. Available at: https://www.ohchr.org/EN/HRBodies/HRC/IICISyria/Pages/ReportoftheCommissionofInquirySyria.aspx/ (Accessed 02 April 2021)
6.
Ronahi TV. Available at: https://ronahi.tv/ (Accessed 05 April 2021)
7.
Syria Audience Research. Free Press Unlimited. Available at: https://www.freepressunlimited.org//sites/freepressunlimited.org/files/audience_research_syria_2016.pdf/ (Accessed 05 April 2021)
8.
Telefision Suriya. Available at: https://www.syria.tv/ (Accessed 05 April 2021)
9.
TV Channels from Syria. Available at: https://wwitv.com/television/240.htm/ (Accessed 05 April 2021) [10) Yazan Badran. Syria: A Fragmented Media System//Arab Media Systems. Open Book Publishers, 2011-368 p.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Тема рецензируемой работы является достаточно актуальной, так как представляет собой наличную систематизацию особенностей сирийского медиапространства. Автор пытается объективировать данный вопрос в рамках периода обострения конфликта на указанной территории. Пожалуй, это и определяет научную новизну исследования. Работы достаточно профессионально сконфигурирована, дробность частей есть логически выверенная манифестация позиции автора на проблему. Фактических данных достаточно для раскрытия темы, наличного объема текста преимущественно также хватает. Большая часть тезисов оригинальна, интересна; считаю, что материал можно использовать при изучении курсов культурологического порядка, а также филологической направленности. Например, «для проведения в жизнь данного курса баасистскому правительству требовалась «мобилизационная пресса», которая главной своей задачей ставила бы организационное обеспечение общественных сил с целью осуществлению планов сирийского руководства. На несколько десятилетий в стране сложилась система партийно-государственного руководства прессой, радиовещанием, телевидением, прочей аудиовизуальной продукцией», или «в конце 1980-х гг. с ослаблением, а затем и распадом Советского Союза влияние партии «Баас» было вынуждено пойти на ряд изменений в экономической, политической, а также медийной системах страны. В 1991 г. с принятием закона №10 экономика страны была приоткрыта для частных инвестиций. На СМИ данные изменения отразились лишь в секторе аудиовизуальной продукции: началось весьма активное развитие телевизионных игровых сериалов…» или «политический и территориальный раскол страны, ее фрагментация, возникшая после начала конфликта в 2011 г., привели во-первых, к возникновению параллельных экономических, политических, медийных систем, причем, последние отмечены радикальными различиями в зависимости от своей политической и территориальной принадлежности…» и т.д. Автор используется в исследовании принцип модерации данных, в связи с этим структурируется и наличная аргументационная база. Основные смысловые узлы работы объективно представлены: думаю, что целостное рассмотрение особенностей сирийского медиапространства в годы конфликта произведено дано качественно. В статье много новых данных, которые объединены в некую единую «позицию», для подобной раскладки автор использует т.н. принцип хронологии, он, пожалуй, самый выигрышный в подобной ситуации. Также нарочито звучит в тексте и сравнительно-сопоставительный фон: например, «еще одно, «параллельное» медиапространство Сирии, которое может быть охарактеризовано как антиправительственное, представлено СМИ разнообразных антибашаровских группировок от радикальных исламистских вооруженных формирований - последователей ИГИЛ и «Аль-Каеды» до «умеренных» Сирийских демократических сил. Эти масс-медиа действуют как в анклавах Идлиб и Дейр аз-Зор и ряде других внутренних районов в Сирии, контролирующихся данными формированиями…», или «в этой медиареальности ситуация еще более фрагментированная и пестрая, чем в курдских регионах, поскольку и количество военно-политических группировок превышает несколько десятков, и представляющие их интересы СМИ весьма разнородны: от «медиа-активистов», действующих с помощью социальных сетей до «медиа-инициатив» - наспех организованных СМИ, действующих с территории Турции и ряда арабских государств, а также весьма высокопрофессиональных иностранных масс-медиа» и т.д. Заключительный блок – выводы созвучны основной части, в данном фрагменте обозначено, что «Территориальная, политическая и медийная фрагментация Сирии, вызванная конфликтом, начавшимся в 2011 г., означает, что сирийская аудитория разделена на три различные медиапространства. Каждое из этих медиапространств функционирует согласно своей логике, дискурсу, сложившимся военно-политическим условиям. Между этими тремя медиапространствами происходит минимальное взаимодействие. В основном СМИ трех параллельных сирийских медиасфер обмениваются взаимными нападками, обвиняя друг друга в фабрикации, искажении информации…», «профессиональное журналистское сообщество Сирии также расколото: трудно сегодня представить себе лояльного Башару аль-Асаду журналиста, выступающего в СМИ оппозиционного анклава Идлиба или Рожавы, невозможно вообразить курдского журналиста, выступающего в проправительственных масс-медиа и т.д.». Библиографические источники полновесны, открытой данных говорит о беспринципности высказанной в работе точке зрения. Стиль сочинения тяготеет к собственно научному типу, термины / понятия, используемые в работе, универсальны. Рекомендую статью «Особенности сирийского медиапространства в годы конфликта» к публикации в журнале «Litera».
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"