Статья 'Неоквинтилиановская парадигма современных молодежных медиа' - журнал 'Litera' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Litera
Правильная ссылка на статью:

Неоквинтилиановская парадигма современных молодежных медиа

Мурзина Ольга Викторовна

кандидат педагогических наук

доцент, кафедра журналистики и телевизионных технологий, Российский государственный университет им. А.Н. Косыгина

117997, Россия, г. Москва, ул. Садовническая, 33, стр. 1

Murzina Ol'ga Viktorovna

PhD in Pedagogy

Docent, the department of Journalism and Broadcast Technologies, Russian State University named after A. N. Kosygin

117997, Russia, g. Moscow, ul. Sadovnicheskaya, 33, str. 1

murzina-ov@rguk.ru
Готовцева Анастасия Геннадьевна

доктор филологических наук

профессор, кафедра журналистики и телевизионных технлогий, Российский государственный университет им. А.Н. Косыгина

125993, Россия, г. Москва, ул. Садовническая, 33, стр. 1

Gotovtseva Anastasiya Gennad'evna

Doctor of Philology

Professor, the department of Journalism and Broadcast Technologies, Russian State University named after A. N. Kosygin; Leading Scientific Associate, Institute of Scientific Information on Social Sciences of the Russian Academy of Sciences

125993, Russia, g. Moscow, ul. Sadovnicheskaya, 33, str. 1

brunhilda@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-8698.2021.4.35318

Дата направления статьи в редакцию:

24-03-2021


Дата публикации:

06-04-2021


Аннотация: Предметом исследования в настоящей статье является трансформация классической античной риторики в современных медиа: в частности, исследуется трансформация такой обязательной части классического выступления по Марку Фабию Квинтилиану, как опровержение доводов противника. В качестве материала исследования привлечены высказывания авторов различных блогов на базе развлекательных порталов, и их взаимодействие с комментариями других пользователей. Ответ на возникшие возражения был важной частью канона выступления в античности: тем самым оратор демонстрировал уверенное владение предметом и в то же время показывал, что защищаемая им тема не бесспорна, она нуждается в защите и требует аргументирования. Редукция состязательного красноречия превратила эту часть канона в ритуальную, и связь ее с реальной речевой практикой ослабла. В современности можно наблюдать возвращение опровержения доводов противника в качестве самостоятельного жанра – автор в своих публикациях рассчитывает на опровержение и продумывает его заранее. Новизна исследования связана с тем, что неоквинтилиановская парадигма современных молодежных медиа анализируется впервые.Метод исследования включает сплошную выборку постов и комментариев с ответами автора, выделение логической схемы аргументации и экстраполяцию ее на другие контексты.Основными выводами данного исследования является выявление трансформации и деформации классического канона: будучи своего рода культурной константой, классический канон античной риторики приходит к современным пользователям через взаимодействие с признанными образцами. Современная молодая аудитория воспринимает канон опосредованно, через одобряемые либо осуждаемые образцы красноречия, и извлекает из него фрагменты – так, смысловая связь доказательства и опровержения является одним из таких вариантов деформированного, но узнаваемого канона.


Ключевые слова: риторика, масс-медиа, молодежные СМИ, Квинтилиан, структура речи, аргумент, доказательство, опровержение, топосы, комментарий

Abstract: The subject of this research is the transformation of classical ancient rhetoric in modern media, namely of such a mandatory part of the classical presentation of speech according to Marcus Fabius Quintilianus, as rebuttal to an opponent's argument. The article employs posts of the authors of various blogs on the entertainment portals and their interaction with users’ commentaries. Response to an objection was an important element of the canon of presentation of speech in antiquity: by doing so, the speaker demonstrated a confident command of the topic, and at the same time, that the topic is objectionable and requires argumentation. The reduction of competitive eloquence turned this part of the canon into a ritual weakened its ties with the actual speech practice. In modernity, we can observe the return of rebuttal to an opponent's arguments as an independent genre – the author in his publications counts on rebuttal and prepares in advance. The novelty of this research consists in the fact that the Neo-Quintilian paradigm of modern youth media is analyzed for the first time. The main conclusions lies in revelation of transformation and deformation of the classical canon: being the so-called cultural constant, the classical canon of ancient rhetoric is conveyed to modern users through interaction with accepted patterns. The modern young audience perceives the canon indirectly, through approved or criticized examples of eloquence, eliciting rfagments thereof – thus, the semantic connection of argument and rebuttal is one of the versions of the deformed, but recognizable canon.



Keywords:

evidence, argument, structure of speech, Quintilian, youth media, mass media, rhetoric, refutation, topos, comment

Современное пространство для реализации идей и мнений является, главным образом, электронным: авторы популярных видеоблогов и текстовых блогов в социальных сетях стремительно завоевывают популярность, в первую очередь, у молодой аудитории, активно пользующейся интернетом. Характерной чертой современной массовой коммуникации является практически полное отсутствие телепередач, журналов и газет, позиционирующих себя как молодежные [12] (в отличие от ситуации Советского Союза, когда существовали журнал «Костер», газета «Пионерская правда», телепередача «До 16 и старше» и пр.) – взаимодействие с молодой аудиторией переместилось в интернет и привело к стихийному возвращению к античной риторической парадигме в части, касающейся взаимодействия с частной аудиторией.

Риторический канон античности зачастую воспринимают в современных категориях: так, говоря об ораторе, представляют себе, например, кандидата в президенты, взаимодействующего на митинге с многотысячной толпой или ведущего теледебаты для массового зрителя. Между тем, большинство приемов и канонов античной риторики были задуманы как схемы взаимодействия с небольшой аудиторией, как правило, досконально известной оратору. Так, в греческом полисе оратор выступал, главным образом, перед несколькими десятками граждан, уполномоченными принимать решения – например, совет буле в Афинах насчитывал 500 членов, а непосредственным управлением занимались 50 человек [8, c. 108]. В большинстве случаев оратор хорошо представлял, какие именно люди будут его целевой аудиторией, вплоть до того, что ему были известны их имена и предпочтения. Именно поэтому в подготовке выступления практиковалась разработка тезы по топосам: оратор старался найти аргументацию, которая будет убедительно для конкретной частной аудитории.

Классическая схема построения выступления, разработанная в Древнем Риме Марком Фабием Квинтилианом, включала в себя среди прочего такую часть, как «опровержение»: после аргументации в пользу своей точки зрения («доказательство», по Квинтилиану), оратор переходил к опровержению аргументации противника, и эта часть выступления призвана была укрепить аудиторию в правильности точки зрения выступающего [14, c. 309]. Замысел Квинтилиана включал в себя апелляцию к противнику по двум причинам: во-первых, если у оратора не было оппонентов, это автоматически уничтожало ценность аргументации – в таком случае предполагалось, что он постулирует некую всем известную истину. Во-вторых, красноречие античности было, главным образом, состязательным, и в оппонентах недостатка не было – в большинстве случаев выступление готовилось уже в качестве ответа конкретному человеку или группе людей [6, c. 16]. Помимо этого, в ряде случаев часть «опровержение» была вариативной: готовясь к выступлению, оратор мог продумать повествование (историю вопроса), описание (рассказ о положении дел в настоящее время), доказательство (аргументы в пользу своей точки зрения), а о тех аргументах, которые применит противник, мог только догадываться [1, c. 21]. Именно для грамотного опровержения позиции противника оратору рекомендовалось предварительно продумать систему аргументации в пользу обратной точки зрения: так он мог предположить, с какими именно доводами ему придется работать. Для всесторонней проработки темы так же, как в классической греческой риторике, предполагалась амплификация по топосам: инструментарий общих мест помогал найти аргументы в пользу той или иной точки зрения [5].

Со временем схема Квинтилиана начинает восприниматься как закрепившийся канон: в эпоху Средневековья ее структуру повторяют уже в отрыве от публичного состязательного красноречия [6, c. 64], а система топосов как способ всестороннего поиска аргументации также существует отвлеченно: изучающий риторику знает, что она необходима, однако уже не знает – зачем. Спустя несколько столетий это приводит к неизбежному отталкиванию канона: рационализм Декарта через риторику Пор-Рояль отрицает ценности частной аудитории и необходимость взаимодействия с ними [11, c. 20]. Аргументация рационализируется и теряет связь с контекстом: аргумент считается ценным независимо от того, для какой аудитории он предназначен. Практика коллегиального принятия решений исчезает, и жанр совещательных речей фактически вырождается – работа с частной аудиторией и тщательная проработка темы сохраняется только в практике суда присяжных.

В связи с этим формируется новая практика взаимодействия с аудиторией: в эпоху Просвещения и в Новое время взаимодействие с частной аудиторией и проработка темы с привлечением альтернативной точки зрения становятся рудиментами, а в центре внимания, в соответствии с концепцией Бернара Лами [11], оказывается аргументация, произвольно найденная самим оратором. В российской риторике эту тенденцию воплощает критика В.Г. Белинским риторики Н.Ф. Кошанского: «Что же касается до ораторских речей в стихах, которыми бессмертный Ломоносов пленял слух верных Россов; до надутых пузырей риторического эмфаза в «торжественных одах» Петрова; до водяных разглагольствований Капниста, в которых он, по правилам риторики г. Кошанского, оплакивает свои утраты и «злополучия» … они годятся только для того, чтоб магнетически погружать душу читателей в тяжкую скуку и сонную апатию» [7, с. 48]. Белинский, как и многие другие критики и литераторы XIX столетия, ставил под сомнение полезность риторики как таковой: в создании текста стало цениться вдохновение, а не рациональное планирование с учетом ценностей и потребностей потенциальной аудитории.

Это модифицирует восприятие канона: слушатель, как правило, ожидает не спланированного и сбалансированного выступления, движущегося по определенному плану, а вдохновенной речи, которую произносит оратор, увлекаемый эмоциями. Если в классической риторике предполагалось, что слушатели оценят, насколько интересно автор выступления выразил свою позицию в рамках канона, то в риторике Нового Времени приоритетна была эмоциональность оратора, а не используемые им композиционные средства. Так, в подборке «Речей, изменивших мир», собранных С.С. Монтефиоре по следам исторических событий XIX и XX столетия [3], отсутствуют выступления, построенные по схеме Квинтилиана.

В ХХ веке обновление восприятия схемы Квинтилиана возникает в рамках концепции «неориторики» Хаима Перельмана и его соавтора Люси Ольбрехт-Тытека: Перельман постулирует необходимость взаимодействия с ценностями частной аудитории, так называемыми «объектами соглашения» [4, с. 194]. На прямую солидаризацию Перельмана с Квинтилианом, Цицероном, Аристотелем и противостояние Платоновско-Декартовской парадигме указывают, в частности, Уильям Клабак и Мортимер Бекер в подробном анализе «Нового трактата об аргументации» [2]. Платоновско-Декартовская линия предполагает взаимодействие с «условным слушателем», который по определению не может возражать оратору, так как убежден его вдохновленной речью (хотя сократовская «майевтика», переданная в диалогах Платона, предполагала диалогический подход, однако при этом Сократ занимался обучением, а не убеждением). Аристотелевско-Квинтилиановский подход, обновленный и переосмысленный Хаимом Перельманом, предполагает, напротив, работу с аксиологической системой частной аудитории и ее активное участие в процессе порождения речи – в частности, через этап опровержения.

Стихийное возвращение к правилам античной риторики можно наблюдать на примере молодежных СМИ уже в XXI веке, когда площадкой для самовыражения становятся ниши блогов и социальных сетей, что неизбежно вернуло выступающих к концепту частной аудитории и необходимости взаимодействия с реальным оппонентом. Такими оппонентами современных выступающих становятся комментаторы – те, кто реально отвечает на записанное видео или текстовое высказывание. После долгого существования риторического дискурса в отрыве от оппонента публичное высказывание вернулось к прямому взаимодействию с аудиторией – оратор не всегда видит лица, но взаимодействует с прямой текстовой или видео-реакцией.

Это порождает жанр «ответа на комментарий», по нашему мнению, являющийся современным вариантом опровержения. В соответствии с Квинтилиановским каноном, автор, постулирующий некую идею, взаимодействует с диверсифицированной аудиторией несогласных, оперативно отвечая на комментарии. При большом количестве «хейтеров» автор не успевает ответить каждому, и поток негативной информации оказывается сильнее – автор тем самым расписывается в собственном бессилии.

В качестве примера современной реализации разберем серию постов пользователя с ником inquieto на портале pikabu.ru. Автор в течение двух лет, в 2019 – 2021 гг. публикует посты о жизни в Таиланде, постулируя привлекательность этого государства для жизни и отмечая позитивные стороны: «Получилось так, что я в начале 2018 уехал в Таиланд, потом жил на Филиппинах, потом застрял в РФ из-за пандемии, а несколько месяцев назад вот снова вернулся в Тай. Как сюда попасть в нынешних реалиях, что для этого нужно, и сколько это стоит – тема для отдельного поста, но я лучше расскажу о том Таиланде, который большинство туристов и в глаза не видело. Я тут живу, на севере, вдали от моря, и это, пожалуй, лучшее место из всех, где мне доводилось жить» [13].

Характерной особенностью данного автора, обусловившей интерес к его блогу, является его оперативное взаимодействие с комментаторами: он быстро отвечает, не оставляя без внимания практически ни одного опровергающего комментария, например (все комментарии и ответы приводятся в авторской орфографии):

«Так разные люди пишут. Многие вообще в Таиланде живут, потому что в уголовном розыске в РФ. …

В Тае мало кто скрывается от розыска, тут жёсткий контроль за перемещением каждого иностранца уже давно, пусть и не очень явный» [13].

В данном случае автор отвечает буквально в течение часа и апеллирует к своему опыту, имплицитно подразумевая, что он сам обладает большими сведениями, чем пишущий, поскольку давно проживает в Таиланде.

«А как вы живёте нелегалом? Тай же не даёт гражданство. Расскажите все хитрости

Я не живу нелегалом, я живу с визой, а работаю удалённо на РФ, так что закон я не нарушаю. Про визы и приезд в Тай в условиях пандемии позже напишу пост)» [10]

Такой ответ на аргумент противника – вполне в духе античной риторики: автор постов отвергает отрицательно окрашенный ярлык («нелегал») и постулирует, что он подлежит юрисдикции Российской Федерации (статус отвода в классической риторике).

«Здоровенных пауков много, опасности для жизни они, в отличие от некоторых змей и многоножек, не представляют. Скорпионы тоже есть. Но в городе всей этой живности минимум, а вот джунгли ею просто кишат, так что в кемпингах стоит быть осторожнее…

Привыкшим жить, на севере России, стремно как то

Привыкаешь ко всему)) Я на Пхукете частный дом арендовал, видел и змей, и прочее. Элементарные меры предосторожности помогают)) Типа "не ходить по траве" и "не ходить пешком по неосвещённым дорогам ночью, чтобы не наступить на какую-нибудь змею"» [13].

В этом ответе используется аргумент к месту: в одном из комментариев, отвечая на вопрос о фауне Таиланда, автор уже отметил, что опасные змеи и ядовитые скорпионы водятся, главным образом, в джунглях, а на комментарий пользователя он реагирует достаточно оперативно сформулированной мыслью, усиливающей аргумент к месту: достаточно не ходить по траве и неосвещенным дорогам, и тогда не встретишь никакого опасного животного.

Анализ комментариев к записям пользователя и ответов на них показывает, что автор, вероятно, сам того не осознавая, активизирует культурную парадигму античности: взаимодействие с отрицающими становится важнейшей частью его аргументации. Так, например, он сознательно не пишет о часто вспоминаемой в связи с Таиландом тематике: не упоминает юношей, выдающих себя за женщин (ледибоев) – в комментариях возникает множество вопросов по этой теме. Ему не нужно, как оратору без аудитории, использовать схему Квинтилиана в качестве логического упражнения и взаимодействовать с воображаемым противником: у него есть возможность привлечь реальную частную аудиторию.

Следует отметить, что жанр «ответа на комментарий» стремительно становится отдельным самостоятельным жанром интернет-мемов: на порталах pikabu.ru, fishki.net, adme.ru и других популярных развлекательных порталах современного интернета регулярно публикуются скриншоты переписки в комментариях. Ответ представляет собой не всегда остроумную шутку – в каких-то случаях это пример опровергающей аргументации, например (скриншот обсуждения проглатывания деталей от конструктора маленькими детьми) [9]:

- в пластик для кубиков «Лего» добавляют сульфат бария, чтобы на снимке было хорошо видно

- ну надо же, какие продуманные!

- я думаю, что компания, которая девяносто лет занимается производством игрушек из мелких деталей для детей, наверняка уже сталкивалась с проглатыванием этих самых деталей и подготовила средства для помощи пользователям

- почему это не касается российского автопрома?

- дети довольно редко глотают запчасти от жигулей»

В данном случае комментатор считывает (намеренно) не то логическое основание, к которому апеллирует автор вопроса (имеется в виду, почему производители российских машин не могут так же заботиться о своих пользователях, как производители конструктора), а то основание, о котором шла речь выше (проглатывание деталей), используя reduction ad absurdum.

В целом, возможность свободного и открытого комментирования высказываний и ответа на такой комментарий стала своего рода завоеванием интернета как площадки и дала возможность раскрыться и упрочиться новому оригинальному жанру: ответам на комментарии. Современный ньюсмейкер, свободно высказываясь в электронном пространстве, взаимодействует с частной аудиторией и учитывает ее ценности – это возвращает интерес к парадигме классической античной риторики, где живой диалог с аудиторией был частью принятого канона.

Библиография
1.
Аристотель Риторика. Не убеждать, но в каждом отдельном случае находить способы убеждения. Перевод М. Платоновой. М.: Эксмо Пресс, 2015. 256 с.
2.
Безменова Н.А. Очерки по теории и истории риторики. М.: Наука, 1991. 158 с.
3.
Белинский В.Г. Сочинения Белинского. В 3 т. Т. 2, СПб: типография Стасюлевича, 1913. Т. 2. 3210 с.
4.
Бузескул В.П. История афинской демократии. СПб: ИЦ Гуманитарная академия, 2003. 480 с.
5.
Дети и мелкие детали // [Электронный ресурс]. URL: https://pikabu.ru/story/deti_i_melkie_detali_8085877
6.
Жизнь в Таиланде за 500$. Цены и что, где, почём // [Электронный ресурс]. URL: https://pikabu.ru/story/zhizn_v_tailande_za_500_tsenyi_i_chto_gde_pochyom_8092806
7.
Пастернак Е.Л. «Риторика» Бернара Лами в истории французской филологии. М.: Языки славянской культуры, 2002. 328 с.
8.
Суслова О.В. Молодежные издания в современной России. М.: Норма, 2018. 316 с.
9.
Таиланд без моря, или как тут жить за 500$ // [Электронный ресурс]. URL: https://pikabu.ru/story/tailand_bez_morya_ili_kak_tut_zhit_za_500_8090440
10.
Шуйская Ю.В. Динамика риторической диспозиции от античности до наших дней // Культура и цивилизация. 2017. Т. 7. № 1A. С. 301-310.
11.
Clarke M. L. Rhetoric at Rome. A Historical Survey. London: Cohen & West ltd. The University Press, Glasgow, 1953. 213 p.
12.
Kluback W., Becker M. The Significance of Chaim Perelman’s Philosophy Of Rhetoric // Revue Internationale de Philosophie. 1979. Vol. 33, No. 127/128: La nouvelle rhétorique the new rhetoric: Essais en hommage à Chaïm Perelman, pp. 33-46.
13.
Montefiore S.S. Speeches that changed the world. London: Quercus Publishing, 2007. 224 p.
14.
Perelman Ch., Olbrechts-Tyteca L. The New Rhetoric. A Treatise on Argumentation. Indiana: Notre Dame University Press, 1969. 576 p.
References (transliterated)
1.
Aristotel' Ritorika. Ne ubezhdat', no v kazhdom otdel'nom sluchae nakhodit' sposoby ubezhdeniya. Perevod M. Platonovoi. M.: Eksmo Press, 2015. 256 s.
2.
Bezmenova N.A. Ocherki po teorii i istorii ritoriki. M.: Nauka, 1991. 158 s.
3.
Belinskii V.G. Sochineniya Belinskogo. V 3 t. T. 2, SPb: tipografiya Stasyulevicha, 1913. T. 2. 3210 s.
4.
Buzeskul V.P. Istoriya afinskoi demokratii. SPb: ITs Gumanitarnaya akademiya, 2003. 480 s.
5.
Deti i melkie detali // [Elektronnyi resurs]. URL: https://pikabu.ru/story/deti_i_melkie_detali_8085877
6.
Zhizn' v Tailande za 500$. Tseny i chto, gde, pochem // [Elektronnyi resurs]. URL: https://pikabu.ru/story/zhizn_v_tailande_za_500_tsenyi_i_chto_gde_pochyom_8092806
7.
Pasternak E.L. «Ritorika» Bernara Lami v istorii frantsuzskoi filologii. M.: Yazyki slavyanskoi kul'tury, 2002. 328 s.
8.
Suslova O.V. Molodezhnye izdaniya v sovremennoi Rossii. M.: Norma, 2018. 316 s.
9.
Tailand bez morya, ili kak tut zhit' za 500$ // [Elektronnyi resurs]. URL: https://pikabu.ru/story/tailand_bez_morya_ili_kak_tut_zhit_za_500_8090440
10.
Shuiskaya Yu.V. Dinamika ritoricheskoi dispozitsii ot antichnosti do nashikh dnei // Kul'tura i tsivilizatsiya. 2017. T. 7. № 1A. S. 301-310.
11.
Clarke M. L. Rhetoric at Rome. A Historical Survey. London: Cohen & West ltd. The University Press, Glasgow, 1953. 213 p.
12.
Kluback W., Becker M. The Significance of Chaim Perelman’s Philosophy Of Rhetoric // Revue Internationale de Philosophie. 1979. Vol. 33, No. 127/128: La nouvelle rhétorique the new rhetoric: Essais en hommage à Chaïm Perelman, pp. 33-46.
13.
Montefiore S.S. Speeches that changed the world. London: Quercus Publishing, 2007. 224 p.
14.
Perelman Ch., Olbrechts-Tyteca L. The New Rhetoric. A Treatise on Argumentation. Indiana: Notre Dame University Press, 1969. 576 p.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Разнообразные формы коммуникативного диалога привлекают исследователей достаточно часто. Все больше предлагается версий описания той и иной ситуации, которая рождает тип взаимодействия, взаимоконтакта, складывающегося в новых социально-исторических условиях. Однако, при этом заметна тенденция авторов в некоем попустительском отношении к разработке серьезной и значимой концепции, либо нежелание обозначить достаточно прочную и серьезную аргументационную базу для верификации нетривиальной точки зрения. Как видно из предложенной к публикации статьи предметная область интересна исследователю, автор сориентирован на то, чтобы конкретизировать как изменяется классический вариант риторического канона в «новых» установках медийного пространства. Правда формальная составляющая работы несколько превалирует над аналитической, оценочно-объективной магистралью. Материал, на мой взгляд, сконфигурирован по принципу буквальной компиляции данных, то есть очевидные факты преподнесены без какого-либо критического разбора, да и ссылки / цитации почему-то приводятся не по серьезным научным работам, а по непрофильным, неканоническим «текстам». Фундаментальный блок – труды Аристотеля, Квинтилиана, Цицерона – нивелируется, что не совсем продуктивно для научного изыскания. Автор мог сделать более серьезный обор литературы, разместив данные во вводной части статьи. Далее же – в основное звено – на примере развлекательных блогов – предложить концептуальный, научно выверенный анализ. Считаю, что «риторический канон» понимается в работе несколько узко, бессистемно, выборочно. Явно недостаточна разверстка данной проблемы и во временном плане, ибо выпадает из поля зрения ХХ век, когда в Европе, на Западе, Америке, да и в России риторика меняет свою направленность, трансформируется, принимает новые формы. Без этой парадигмы говорить о состоянии «канона» в ХХI веке просто сложно и неправильно! Замечу, что ряд позиций не имеют буквальной научной новины, а это постулировано как «достижение»: прогнозирование исхода диалога было как в Античную эпоху, так и остается на сегодняшний день. Говорящий формирует (сознательно или бессознательно) для себя некоего «идеального» слушателя. Последний сведущ во всем, таким образом, «ответная» реакция, так или иначе, прогнозируется, а схемы / модели могут быть конкретизированы и уточнены. Работа сложно применима к практике языковых дисциплин, мешает нарочитая гипотетичность точки зрения. Автор не дает полновесной картины аргументов и доказательств «трансформации» классики в «нео-вид». Примеры, внесенные в работу, разрознены, цельность верификации жанра «ответа на комментарий» условна. Вероятно, что данный материал может быть доведен до серьезного научного труда, но необходимо полностью пересмотреть текстовый массив (обзор, система), создать правильную / оригинальную структуру (классика жанра научного труда), главное – определиться с концептуальностью (верификацией) авторской точки зрения. С учетом сказанного отмечу, что статья «Неоквинтилиановская парадигма современных молодежных медиа» в данном виде не может быть рекомендована к отрытой публикации в журнале «Litera» ИД "Nota Bene".

Результаты процедуры повторного рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

В статье «Неоквинтилиановская парадигма современных молодежных медиа» привлекает неожиданный и перспективный предмет исследования – риторический канон античности в молодежном интернет-общении. Автор статьи отмечает стихийностью этого процесса, а причину воскрешения правил античной риторики видит в необходимости искать пути взаимодействия блогера с частной аудиторией. Изучение нового типа коммуникации, а также выявление специфики интернет-общения в определенной возрастной среде обусловило актуальность и новизну данного исследования.
В статье выделяются две основных части, которые служат глубокому раскрытию темы. Во-первых, дается обзор двух практик взаимодействия оратора с аудиторией – практики эпохи античности и эпохи Просвещения и Нового времени. Во-вторых, проводится анализ комментариев к записям пользователя и ответов на них в молодежных СМИ, блогах и соцсетях в свете правил античной риторики. Обе части связаны между собой и каждая имеет научную и практическую ценность. Кроме того, такая структура статьи позволяет, с одной стороны, раскрыть теорию вопроса, определить методологическую базу исследования, с другой – продемонстрировать методику анализа в действии.
В первой части описывается классическая схема построения выступления, разработанная Квинтилианом, особый акцент в ней сделан таком элементе, как опровержение, который предполагал апелляцию к оппоненту, продумывание «системы аргументации в пользу обратной точки зрения». Так обозначалась диалогическая природа данной риторической модели. Ее сменяет риторика Нового времени, в которой, как показано в статье, важна «вдохновенная речь, которую произносит оратор, увлекаемый эмоциями». Важным этапом эволюции риторической традиции в XX веке, по утверждению автора, является концепция «неориторики» Хаима Перельмана и Люси Ольбрехт-Тытека, представляющая собой обновленную схему Квинтилиана. В ней учитывается система ценностей частной аудитории и предполагается «ее активное участие в процессе порождения речи – в частности, через этап опровержения». Современным аналогом «опровержения», по мнению автора, является «ответ на комментарий», который в статье рассматривается как особый жанр. Именно в выстраивании этого дискурса автор статьи и обнаруживает интуитивное следование риторическим правилам, восходящим к Квинтилиану. Материалом для анализа стала серия постов пользователя с ником inquieto на портале pikabu.ru. Но думается, что этот пример вполне репрезентативен, так как он является типичным, в нем реализуются устойчивые формулы интернет-общения.
Материалы статьи будут востребованы в вузовском преподавании при изучении курсов «Теория коммуникации», «Введение в теорию коммуникации», «Язык СМИ». Также выводы и наблюдения автора будут интересны культурологам, психологам, социологам. Статья целостна, самостоятельна, оригинальна. В заключительной части подведены итоги исследования, сделаны обобщающие выводы.
Библиография к тексту достаточна, содержит работы как отечественных, так как зарубежных исследователей, оформлена в соответствии с правилами. Ссылки на труды других ученых приводятся для подтверждения и более глубокой мотивировки собственных наблюдений и выводов.
Статья «Неоквинтилиановская парадигма современных молодежных медиа» рекомендуется к публикации.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"