Статья 'Фольклоризм творчества И. И. Башмакова в контексте «третьей культуры» (альманах «Междуделье»)' - журнал 'Litera' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Litera
Правильная ссылка на статью:

Фольклоризм творчества И. И. Башмакова в контексте «третьей культуры» (альманах «Междуделье»)

Усатов Константин Андреевич

аспирант, кафедра русской и зарубежной литературы и методики обучения, Вятский государственный университет

610042, Россия, 43 область, г. Киров, ул. Цеховая, 12, кв. 1

Usatov Konstantin Andreevich

Postgraduate student, the department of Russian and Foreign Literature and Teachning Technique, Vyatka State University

610042, Russia, 43 oblast', g. Kirov, ul. Tsekhovaya, 12, kv. 1

usatovkonstantin@yandex.ru

DOI:

10.25136/2409-8698.2021.3.32593

Дата направления статьи в редакцию:

09-04-2020


Дата публикации:

18-03-2021


Аннотация: Предмет исследования данной статьи – фольклоризм творчества И.И. Башмакова, в произведениях альманаха «Междуделье». И. И. Башмаков (Иван Ваненко) – один из представителей массовой литературы 1830-1850-х гг. Цель данного исследования – на материале произведений, включенных в альманах, показать особенности использования фольклорных сюжетов, мотивов и образов в поэтических и прозаических текстах «писателя из народа». И. И. Башмаков использует сюжетно-тематическое многообразие сказок, стилизацию под народные песни, былины, анекдоты. Есть в текстах И. И. Башмакова традиционные элементы соединения крестьянской и городской культуры («третьей культуры»). В данной работе автор использует культурно-исторический, историко-литературный методы анализа произведений альманаха «Междуделье» И. И. Башмакова. Новизна исследования заключается в том, что впервые обращается внимание на фольклоризм творчества И. И. Башмакова в контексте «третьей культуры». В научный оборот вводятся те произведения, которые автор поместил в альманахе «Междуделье». Фольклоризм творчества И. И. Башмакова связан, прежде всего, с использованием фольклорных сюжетов и образов, а также фольклорных художественно-стилистических особенностей, которые ставили его произведения в эстетический ряд «третьей культуры».


Ключевые слова: фольклоризм, третья культура, Иван Башмаков, Иван Ваненко, альманах Междуделье, сказка, былина, басня, фольклорный сюжет, поэтические средства фольклора

Abstract: The subject of this research is folklorismus of the works of I. I. Bashmakov, namely in almanac “In-Between Time” (“Mezhdudelye”). I. I. Bashmakov (Ivan Vanenko) is one of the representatives of mass literature of the 1830s – 1850s. The goal of this article is to demonstrate the peculiarities of using folklore plots, motifs, and images in the poetic and prose texts of the people’s writer. Bashmakov uses a thematic diversity of fairy tales, pastiche of folk songs, epic poems, and anectodes. His texts also feature traditional elements of the combination of peasant and urban culture (“third culture”). Analysis is conducted on the almanac “In-Between Time” (“Mezhdudelye”) by I. I. Bashmakov, using the cultural-historical and historical-literary methods. The novelty lies in consideration of folklorismus of the works of I. I. Bashmakov in the context of “third culture”. The works contained in the almanac “In-Between Time” (“Mezhdudelye”) are introduced into the scientific discourse. Folklorismus of the works of I. I. Bashmakov is associated primarily with application of folklore plots and images, as well as folklore artistic and stylistic peculiarities, based on which his works are attributed to aesthetic row of the “third culture”.



Keywords:

epic, fairy tale, almanac Mezhdudelye, Ivan Vanenko, Ivan Bashmakov, third culture, folklorism, fable, folk story, poetic means of folklore

Введение.

Проблемы взаимодействия фольклора и литературы в первой половине XIХ в. можно обнаружить в произведениях писателей различного уровня. В исследованиях В. Г. Базанова [1], Л. И. Емельянов [3], Р. М. Коволевой [4], К. Е. Кореповой [5], Е. А. Костюхина [6], А. М. Новиковой [11], А. И. Лазарева [7], С. Ю. Неклюдова [10] поднимались общие проблемы и аспекты фольклоризма. Однако при наличии большого количества работ, посвященных общим и частным вопросам использования фольклора теми или иными писателями XIХ-ХХ вв., эта проблема еще требует и некоторых уточнений. Фольклоризм литературного творчества в разные периоды истории русской литературы имеет свои виды, подвиды, типы. Это связано с представлениями о фольклоре, об орнаментальности фольклора в литературном произведении, о той читательской аудитории, к которой обращены тексты. На наш взгляд, немаловажным в развитии фольклоризма является принадлежность автора к той или иной социально-культурной категории. К фольклору обращались не только видные писатели и поэты, но чаще в произведениях «писателей из народа» встречались сюжет, мотивы и образы из народной поэзии. Как справедливо отмечал Ю. М. Лотман, «принято считать, что массовая литература близка к фольклору по принципам построения. При этом указывается на стабильность художественного языка, поэтику хорошего конца и многие другие общие признаки. Однако при этом существенно подчеркнуть другое: массовая литература возникает в обществе, имеющем уже традицию сложной “высокой” культуры нового времени, и на основе этой традиции» [8, с. 825]. К этим проблемам взаимодействия фольклора и «третьей культуры» ученые обращались неоднократно А. И. Рейтблат [15, 16], В. А. Поздеев [13, 14], Чжан Хун [14, 17]. В массовой литературе ХVIII - первой половины ХIХ вв. фольклорные сюжеты, мотивы и образы активно использовали так называемые «писатели из народа», которые развивали эстетику «третьей культуры». Издавать литературные альманахи начали в России в конце XVIII в. Они быстро завоевали признание как у читателей, так и писателей. Обилие альманахов 1810-1840 гг. дало повод В. Г. Белинскому называть эту эпоху «альманачным периодом». Однако с течением времени издание альманахов становится на «меркантильные рельсы», то есть издатель предполагает с меньшими затратами и меньшим качеством получить некую прибыль. Поэтому В. Г. Белинский уже в 1844 г. в рецензии писал, что «альманачный период закончился», хотя отметил, что «маленькие, тощенькие книжечки в 16-ю долю листа ежегодно появлялись чуть не десятками; в них помещались большей частию отрывки из романов и повестей в прозе, драм и комедий в прозе и в стихах, но больше всего отрывки из поэм в стихах, мелкие лирические стихотворения, преимущественно элегии. Молодая публика, которая теперь уже сделалась уже солидною, возмужалою публикою, тем с большим жаром принимала эти книжки, что и сама участвовала в их составлении» [2, с. 214].

И. И. Башмаков (Иван Ваненко) – один из представителей массовой литературы 1830-1850 гг. Его творчество почти не известно современным исследователям. И. И. Башмаков как поэт и прозаик ХIХ в. оставил после себя несколько сборников сказок-росказней, а также повестей и драматических произведений, стихотворных сборников пародий, которые по сути являлись отражением массовой литературы того времени или эстетики «третьей культуры». И. И. Башмаков издал альманах «Междуделье» (1848), в котором поместил свои литературные тексты разных жанров. Альманах Башмакова являлся, с одной стороны, продолжением традиционного «сборного» альманах, а, с другой стороны, это альманах одного автора. Хотя составитель в «подзаголовке» ориентировал читателей на то, что альманах состоит из «разнообразных статей по смыслу и качеству принадлежащих разным неизвестным писателям и собранных воедино» [9, с. 3]. Само название «Междуделье» имеет как бы двоякий смыл. Первое – эти произведения писались между делом, а второе – читатель может читать альманах между своими делами.

В «Предупреждении» автор-составитель обращается к читателям с разъяснениями цели своего издания: «Не ради славы, корысти или иного подобного самолюбивого добуждения издана сия лежащая пред вами книга, Любезный Читатель; нет: это, издание возбуждено желанием – многих неизвестных Вам писателей – увидеть в печати свои произведения». [9, с. 5]

В статьях и разборах В. Г. Белинский 1830-1840 гг. разделил альманахи по читательской аудитории, потому что составители и авторы альманахов с редкой прозорливостью могли улавливать потребности этих читателей: аристократов, мещан и «простого, черного народа». В частности, Белинский писал, что «альманахов последнего разряда не перечесть – так много их. <…> Альманахи-мужики наполнялись стряпнею сочинителей пятнадцатого класса, горемык, которые за удовольствие видеть себя в печати готовы были платить деньги. Вот почему некоторые писаки издавали свои собственные сочинения в виде альманахов!» [2, с. 215] И. И. Башмаков как бы оправдывается перед читателями за «качество» произведений, которые помещены в альманахе. При этом он отражает мнение своих друзей-писателей, которые принадлежат к «писателям из народа», то есть таким же как он. «Быть может Вы удивляетесь, Любезный Читатель, видя здесь множество таких стихотворений, которых и помещать быне следовало? – Не удивляйтесь: в рукописи их было впятеро более; но, увы! как я ни люблю этих неизвестных писателей, этих искренных друзей моих (они все мне друзья), но несколько совестлив, – и, не смотря на их настоятельные убеждения, которые мне и грустно было не выполнить – предал-таки несколько их сочиненийaudo-da-feт.е. возложил их на костер всесозжения...» [9, с. 6-7]. Такое признание говорит о том, что Башмаков адекватно оценивал свое творчество и произведения, вышедшие из-под пера «писателей из народа».

Фольклоризм произведений И. И. Башмакова в контексте «третьей культуры»

Состав альманаха не отходил от традиционной структуры, которая была распространена в подобных изданиях 1840 гг. Открывается альманах стихотворениями «На день рождества Христова», «Поздравление Москве. В воспоминание о ее семисотлетия», «Москва». Все эти стихотворения наполнены верноподданическими мотивами. Автор провозглашает здравицу Москве: «Москва! голубушка, родная, /Кормилица ты наша, Мать!/ Как чествовать тебя, святая,/ Как нам тебя благословлять? <…>Ты сердце Руси-исполина/ Благое сердце,– где любовь, Для Руси в страшные годины, /Свою же источала кровь...» [9, с. 17]. Уже в этих поэтических строках можно видеть отголоски фольклорной поэтики: использование эпитетов, сравнение Руси с исполином.

Наиболее ярко проявление фольклоризма можно отметить в «отрывке из русской сказки» «Битва Григория Царевича со Змеем Горынычем». Сюжет, как всегда у Башмакова заимствован из разных источников. Имя героини Елена отсылает к мифологии, имя Григорий тоже связано с библейской легендой о битве Змея и Григория Победоносца. Противник героя – сказочный Змей Горыныч, наделенный всеми сказочными качествами: двенадцатиглавый, дышит огнем, выпускает смрадный дым. Начало связано со сказочным сюжетом о спящем царевиче (царевне) СУС 410. Однако у И. И. Башмакова спит не Царевна, а Царевич, который должен защитить от Змея: «У Царевича битва со Змеем,/ За красу ненаглядной Елены!» [с.]. Крепкий сон Григория Царевича и пробуждение от слезы Елены автор «переиначил» из мотива спящей Царевны из сказки Пушкина. Битва Григория со Змеем выдержана в былинном стиле.«То не две-то громовые тучи/ В поднебесье просторном сходились,/ То не две исполинские горы/ Со своих основаньев тронулись;/ Но сошлися та сила с отвагой, /Храбрость ярости противустала,/ – Чтобы встретить друг друга грудь с грудью,/ Или пастьиль врага уничтожить!» [9, с. 29].

Отрубил Григорий сначала шесть голов «шесть фонтанов бьют огнекровавых…» [9, с. 30], но силы покидают героя, из последних сил «шесть голов одним махом он сносит/ – И сам падает на землю грудью, /Закрываючи ясные очи...» [9, с. 31]. Автор выдерживает стиль былины в основных элементах, но некоторые из них выдают литературные приемы. Например верный конь Царевича назван «Вихробег», или после победы над Змеем «с Востока,/ Задышал благовоньем цветочков; /И румяная в небеполоска,/Разстилаясь все шире и шире…» или «Вот хор музыкантов пернатых:/ Зачиликали пташки, запели…» [9, с. 31-32].

В альманахе помещено «Сказание о четырех кувшинах глиняных (Беседа Ковша и Ножа)». Само название отсылает к фольклорному жанру устной прозы. В произведении раскрывается сущность «бахвальства» тем, что налито в кувшинах: сытой-медом, брагой, фряжским вином и чистой водой. Автор выбирает интересную форму: беседу Ножа и Ковша, которые являются постоянными на столе хозяина, а вот кувшины с различными напитками могут разить, убрать, только кувшин с чистой водой всегда будет востребован. В заключении автор приводит своеобразную мораль: «Растолковал бы я вам, к чему это сказание, – да иной, неразумный, обидится; а толковитый – все это и сам поймет» [9, с. 46].

В разделе «Библиографическая хроника» журнала «Отечественные записки» за 1849 была помещена заметка об альманахе И. И. Башмакова «Междуделье» и о сборнике «Семейных приключениях животных». Анонимный автор заметки писал: «Имя г. Ивана Ваненки давно уже знакомо читателям. Оно приобрело некоторого рода известность, которая всегда, рано или поздно, служит наградою таланту, более или менее замечательному – по крайне мере такому, который не прокрадется незамеченным от журнальной оценки. При том этот талант или способность (не будем спорить о словах) ясно обозначился в своих свойствах, тем с большею определенностью, что все, написанное Иваном Ваненкой, относится к одному и тому же роду. Мы даже знаем, что и все будущие его сочинения не выйдут из границ своей сферы. Эта сфера – или сказка или пародия. В двух книжечках, теперь вышедших, есть то и другое. В сказках довольно верно воспроизводится характер народных былин; видно автору знакомы предания, поговорки и склад речи русского народа. Но пародии… какая цель их?.. Мы, признаться, не видим нужды в частом повторении одного и того же» [12, с. 95].

В стихотворении «Дума разбойника» автор обращается к популярной в народе теме вольной жизни разбойников. Начало стихотворения выдержано в стиле народной разбойничьей песни: «Ты раздолье наше, темный лес!/ Ты раздолье молодецкое!../ Что в тебе ли наша волюшка/ Разгулялась, распотешилась!...» [9, с. 60]. Автор знаком с народной разбойничьей песней «Не шуми, мати зеленая дубравушка», поэтому он называет стихотворение «Дума разбойника», однако, расширяет описание жизни и грабежей разбойников. Также раскрывает их этические правила: отпускать с пустыми фурами «честной народ». Заканчивает автор стихотворение, как в песне, но приводя детали виселицы. «И готовят, слышно, праздник нам,/Нам в потеху, в диво людям всем…/ Ворота, видишь, высокие /– Два столба со перекладиной;/Будут блоки в перекладине/ В блоках тех веревки витыя,/ На веревках петли крепкие,/ В петлях – наши буйны головы!..» [9, с. 63].

В альманахе помещены стихи, которые по содержанию, по мелодраматизму напоминают романсы: «Она», «Грусть красавицы», «Надежда», «Красавице», «Воспоминание», «Он», «Мое светило», «Невозвратимое», «Последнее свидание», «Минута грусти», «Незнакомке». «Жалоба». В большинстве из них описывается неразделенная любовь, покинутые возлюбленные, неравный брак. «Твоя мне открыта, красавица, тайна/ – Я знаю грустишь ты о прошлой любви,/ О радости прошлой, изменой изгнанной.../ Да, годы промчались, не кличь, не зови» [9, с. 106],«И те мечтанья были ложны;/ Любовь промчалась, изменя,/ И мимолетна, и ничтожна;/ И без награды для меня!» [9, с. 107], «Скажи, за что его ты полюбила?/ Ведь я тебе милее всех в мире был.../ И для него меня ты позабыла,/ – Ни для кого тебя я не забыл, – Скажи, за что его ты полюбила?» [9, с. 123].

Важным элементом фольклоризма является использование пародии на фольклорные тексты, поэтому Башмаков достаточно умело использует пародию народной песни. Так в стихотворении «Песня. (Из древней рукописи)» автор советует отступиться «басурманскому ворожею Скобею Ящерину» от «белотелых молодиц, а обратить внимание на «красных девиц». Однако девицы, хоть и «пух лебяжий груди их белыя,/ Ведь краше зарницы щеки их алыя,/ Ведь уж ярче звезд очи их ясныя…» [9, с. 148], порадуют, почествуют, но их сердца «зельем напояны». Они изведут Скобея Ящернина и как мораль «поделом тебе будет та лютая смерть:/ Чужим добром ты, злодей, не пользуйся!» [9, с. 148].

Составитель помещает стихотворение «Свадебная песня (Употреблявшаяся в старину на сговорах)», в котором раскрывается просьба на сговоре (скорее на парничнике, когда собираются друзья молодца) Евсея, сударь, Акинфьевича поворожить, поиграть в карты. Конец стихотворения выдержан в стиле величальной песни: «Ах и где еще такой есть молодец,/ Как Евсей, сударь, Акинфьевич!» [9, с. 149]. Это стихотворение выдержано в эстетике «третьей культуры», так как вводятся элементы, не характерные для крестьянской культуры, а привнесенные из городской жизни. Автор «смешивает» детали городской жизни: молодец просит гостей садиться за «зеленые столы», ворожить на «узорных ярлыках, на атласных на карточках», игра в карты может закончиться проигрышем, тогда молодец «коль нет денег, то росписочку возьмет» [9, с. 150].

В заключительной части альманаха «Кое что» помещены анекдоты, в современном понимании этого жанра. «Разговор мужичка с татарином» построен на использовании не столько фольклорных, сколько этнографических особенностях. В этом тексте упоминается традиционное обращение татар к русским «князь», а русских к ним «брат». Автор пытается передать особенности речи татарина: неправильное ударение, диалектные слова: «калела», «больно плоха». Узнав о том, что у татарина умерла жена, мужик подметил, что у татарина четыре жены [9, с. 169].

Заключение.

Таким образом, анализ элементов фольклоризма творчества И. Башмакова выявляет переплетение авторско-индивидуального с фольклорным и с эстетикой «третьей культуры». И. Башмаков не столько копирует фольклорные образцы, сколько варьирует в их духе, творчески развивает их глубинный потенциал. Фольклор и тексты «третьей культуры» существуют в произведениях И. И. Башмакова как естественное начало для «писателя из народа».

Библиография
1.
Базанов В.Г. От фольклора к народной книге. Л.: «Художественная литература», 1983.
2.
Белинский В.Г. Молодик на 1844 год, украинский литературный сборник. Издаваемый И.Бецким. В пользу Харьковского детского приюта. Санкт-Петербург. В тип.К.Жернакова. 1844 В 8-ю д.л. 250 стр.// Белинский В.Г. Полн. собр. соч. в 9 т., М.: Из-во АН СССР, 1955 Т. 8 С. 214.
3.
Емельянов Л.И. Методологические вопросы фольклористики/Л.И.Емельянов. – Л.: Наука,1978 206 с.
4.
Ковалева Р. М. Восточнославянский фольклор и литература: типология фольклоризма. http://davaiknam.ru/text/vostochnoslavyanskij-foleklor-i-literatura-tipologiya-foleklor (дата обращения 9.04. 2020).
5.
Корепова К.Е. Русская лубочная сказка. М.: ФОРУМ, 2012 464 с.
6.
Костюхин Е.А. Литература и судьбы фольклора// Живая старина. 1994 № 2 С.5-7.
7.
Лазарев А.И. Типология литературного фольклоризма: На материале истории русской литературы. Челябинск: Изд-во Челябинского госуниверситета, 1994 93 с.
8.
Лотман Ю. М. Массовая литература как историко-культурная проблема // Лотман Ю. М. О литературе. СПб.: Искусство, 1997 С.817-826.
9.
Междуделье. Альманах разнообразных статей, по смыслу и качеству принадлежащих разным неизвестным писателям и собранным воедино – Иваном Ваненко. М.: В тип. Лазаревых Института восточных языков. 1848 182 с.
10.
Неклюдов С.Ю. О слове устном и книжном// Живая старина. 1994 № 2 С.2-4.
11.
Новикова A.M. Фольклор и литература (проблемы их исторических взаимоотношений в русской фольклористике) //Фольклор и литература (проблемы их творческих взаимоотношений). М., 1982. С. 3-42.
12.
Отечественные записки, 1849, № 12. С. 95.
13.
Поздеев В А. Фольклор и литература в контексте «третьей культуры» /В.А. Поздеев. – М.: МГОПУ им. М. А. Шолохова, 2002. 375 с.
14.
Поздеев В. А., Чжан Хун «Страшные» и пародийные элементы в творчестве Ореста Сомова (Кикимора) и Александра Орлова (Чертовы ночи)// Przeglądrusycystyczny. 2019, № 1(165). С.121-131.
15.
Рейтблат А. И. Фаддей Булгарин: идеолог, журналист, консультант секретной полиции: Статьи и материалы. М.: Новое литературное обозрение, 2016. 632 с.
16.
Рейтблат А.И. От Бовы к Бальмонту и другие работы по исторической социологии русской литературы. М.: Новое литературное обозрение, 2009. 448 с.
17.
Чжан Хун. В. Г. Белинский о творчестве писателей третьего ряда //Вестник Вятского государственного гуманитарного университета. 2016. № 3. С. 95–100.
References (transliterated)
1.
Bazanov V.G. Ot fol'klora k narodnoi knige. L.: «Khudozhestvennaya literatura», 1983.
2.
Belinskii V.G. Molodik na 1844 god, ukrainskii literaturnyi sbornik. Izdavaemyi I.Betskim. V pol'zu Khar'kovskogo detskogo priyuta. Sankt-Peterburg. V tip.K.Zhernakova. 1844 V 8-yu d.l. 250 str.// Belinskii V.G. Poln. sobr. soch. v 9 t., M.: Iz-vo AN SSSR, 1955 T. 8 S. 214.
3.
Emel'yanov L.I. Metodologicheskie voprosy fol'kloristiki/L.I.Emel'yanov. – L.: Nauka,1978 206 s.
4.
Kovaleva R. M. Vostochnoslavyanskii fol'klor i literatura: tipologiya fol'klorizma. http://davaiknam.ru/text/vostochnoslavyanskij-foleklor-i-literatura-tipologiya-foleklor (data obrashcheniya 9.04. 2020).
5.
Korepova K.E. Russkaya lubochnaya skazka. M.: FORUM, 2012 464 s.
6.
Kostyukhin E.A. Literatura i sud'by fol'klora// Zhivaya starina. 1994 № 2 S.5-7.
7.
Lazarev A.I. Tipologiya literaturnogo fol'klorizma: Na materiale istorii russkoi literatury. Chelyabinsk: Izd-vo Chelyabinskogo gosuniversiteta, 1994 93 s.
8.
Lotman Yu. M. Massovaya literatura kak istoriko-kul'turnaya problema // Lotman Yu. M. O literature. SPb.: Iskusstvo, 1997 S.817-826.
9.
Mezhdudel'e. Al'manakh raznoobraznykh statei, po smyslu i kachestvu prinadlezhashchikh raznym neizvestnym pisatelyam i sobrannym voedino – Ivanom Vanenko. M.: V tip. Lazarevykh Instituta vostochnykh yazykov. 1848 182 s.
10.
Neklyudov S.Yu. O slove ustnom i knizhnom// Zhivaya starina. 1994 № 2 S.2-4.
11.
Novikova A.M. Fol'klor i literatura (problemy ikh istoricheskikh vzaimootnoshenii v russkoi fol'kloristike) //Fol'klor i literatura (problemy ikh tvorcheskikh vzaimootnoshenii). M., 1982. S. 3-42.
12.
Otechestvennye zapiski, 1849, № 12. S. 95.
13.
Pozdeev V A. Fol'klor i literatura v kontekste «tret'ei kul'tury» /V.A. Pozdeev. – M.: MGOPU im. M. A. Sholokhova, 2002. 375 s.
14.
Pozdeev V. A., Chzhan Khun «Strashnye» i parodiinye elementy v tvorchestve Oresta Somova (Kikimora) i Aleksandra Orlova (Chertovy nochi)// Przeglądrusycystyczny. 2019, № 1(165). S.121-131.
15.
Reitblat A. I. Faddei Bulgarin: ideolog, zhurnalist, konsul'tant sekretnoi politsii: Stat'i i materialy. M.: Novoe literaturnoe obozrenie, 2016. 632 s.
16.
Reitblat A.I. Ot Bovy k Bal'montu i drugie raboty po istoricheskoi sotsiologii russkoi literatury. M.: Novoe literaturnoe obozrenie, 2009. 448 s.
17.
Chzhan Khun. V. G. Belinskii o tvorchestve pisatelei tret'ego ryada //Vestnik Vyatskogo gosudarstvennogo gumanitarnogo universiteta. 2016. № 3. S. 95–100.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Вариации на тему «третьей культуры» для научного мира не так регулярны, ибо основное внимание отводится т.н. «популярным» именам, текстам, фамилиям. Предмет исследования рецензируемой работы – фольклоризм творчества Ивана Башмакова, цель статьи – выявление фольклорных элементов и определение их функциональной нагрузки. На мой взгляд, такой подход вполне оправдан, тем более, что методология анализа смежных вопросов наличествует в эмпирике научных данных. Использование культурно-исторического метода расширяет границы работы, делает ее более универсальной для потенциальных читателей. Новизна исследования определяет выбором фигуры – И.И. Башмакова, а также ориентиром оценки фольклорных элементов в его творчестве. Данная работа продумана, ее отличает четкость авторской концепции, умении изначально определить гипотезу, а далее развернуть анализ до аргументировано-объективной точки зрения. Вводная часть, на мой взгляд, является серьезным подспорьем систематизации «общей значимости» фольклора для писательского творчества. Отсылки к работам Ю.М. Лотмана и других исследователей говорят о том, что анализ фольклорных «элементов» у И.И. Башмакова сделан качественно и продуктивно. Автор обозначает, что «И. И. Башмаков как поэт и прозаик ХIХ в. оставил после себя несколько сборников сказок-росказней, а также повестей и драматических произведений, стихотворных сборников пародий, которые по сути являлись отражением массовой литературы того времени или эстетики «третьей культуры». И. И. Башмаков издал альманах «Междуделье» (1848), в котором поместил свои литературные тексты разных жанров. Альманах Башмакова являлся, с одной стороны, продолжением традиционного «сборного» альманах, а, с другой стороны, это альманах одного автора». Справки-иллюстрации создают для читателя объемное видение фигуры Ивана Ваненко, ориентируют на принципиальную/сущностную позицию относительно творчества писателя «третьей культуры». Большая часть тезисов данного сочинения объективна, серьезных фактических нарушений нет. Следовательно, можно предположить, что материал может быть использован при воссоздании «атмосферы» XIX века как в литературном, так и историческом, культурном планах. Примечателен факт, который вводит И.И. Башмакова в социальный пласт гуманитарного пространства, не забывается и контекст, динамика, художественная специфика. Достаточно последовательно автор статьи прорабатывает все основные приметы фольклора – сюжетика, проблематика, язык, образный строй. Доказательством объективности становится ссылочный блок, ибо цитации и есть важный инструментарий научной наррации. Ряд элементов/тезисов, на мой взгляд, можно продолжить в аспекте изучения, например, «важным элементом фольклоризма является использование пародии на фольклорные тексты, поэтому Башмаков достаточно умело использует пародию народной песни». Работа очень органична, она имеет цельный вид, главная целевая установка достигнута. Завершает текст вывод, который ориентирует на то, что «анализ элементов фольклоризма творчества И. Башмакова выявляет переплетение авторско-индивидуального с фольклорным и с эстетикой «третьей культуры». И. Башмаков не столько копирует фольклорные образцы, сколько варьирует в их духе, творчески развивает их глубинный потенциал. Фольклор и тексты «третьей культуры» существуют в произведениях И. И. Башмакова как естественное начало для «писателя из народа». Библиография к тексту достаточно объемна, весь критический пласт использован в основном текстовом массиве. Обязательные требования по структуре, форме, типу научной работы учтены. Содержание полностью соответствует задачам и заголовочной позиции. Какой-либо правки не требуется, фактический объем достаточен для раскрытия темы. Статья «Фольклоризм творчества И. И. Башмакова в контексте «третьей культуры» (альманах «Междуделье»)» может быть допущена к открытой публикации в журнале «Litera».
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"