Статья 'О башкирских суевериях антропологической направленности (на примере сглаза) ' - журнал 'Litera' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Litera
Правильная ссылка на статью:

О башкирских суевериях антропологической направленности (на примере сглаза)

Алчинова Галия Рустямовна

аспирант, кафедра Фольклористики, Институт истории, языка и литературы Уфимского федерального исследовательского центра Российской академии наук

450000, Россия, республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Проспект Октября, 71

Alchinova Galiya Rustyamovna

Postgraduate student, Junior Scientific Associate, the department of Folklore Studies, Institute of History, Language and Literature of Ufa Federal Research Center of the Russian Academy of Sciences

450000, Russia, respublika Bashkortostan, g. Ufa, ul. Prospekt Oktyabrya, 71

mgaliyar20@rambler.ru

DOI:

10.25136/2409-8698.2019.6.31498

Дата направления статьи в редакцию:

25-11-2019


Дата публикации:

23-12-2019


Аннотация.

Предметом исследования являются башкирские суеверные приметы антропологической направленности. Суеверные приметы – сложный, относительно малоизученный жанр устного народного творчества. На материале башкирского фольклора рассматривается распространенное у многих народов суеверие – сглаз – вредоносное влияние взгляда некоторых людей на кого-нибудь или на что-нибудь. Главными причинами сглаза считается либо зависть, либо восхищение. В исследовании использованы примеры башкирских суеверных примет, касающихся сглаза, защиты от него и методов его отвода, как опубликованные, так и записанные самим автором. Для достижения поставленных целей и задач были проведены анкетирование и опрос информантов из разных районов республики, анализ собранного материала, сравнение с ранее собранным фольклором курганских и оренбургских башкир. Тема актуальна тем, что человек часто, сам того не подозревая, верит в суеверную примету, что объясняется его беспокойным состоянием, поведением, направленным на защиту и охрану себя и близких от сглаза. Исходя из собранного материала, приходим к выводу, что в народе существует множество вариантов защиты от восхищенных или недобрых взглядов. Оберегами от сглаза служат оконные узоры, орнаменты, рисунки, вышивки, предметы украшения, из серебра (башкирские женщины всегда носили серебряные монеты). Оберегающая сила приписывается также священной книге (Коран), режущим предметам (нож, ножницы), предметам растительного (рябина, можжевельник и т.д.) или животного (клык волка или медведя, коготь беркута) происхождения. В башкирской литературе, в частности в романе З. Биишевой, также часто упоминается сглаз.

Ключевые слова: суеверие, вера, примета, запрет, сглаз, беременная женщина, защита ребенка, оберег, магия слова, поверье

Статья публикуется в рамках Гранта Республики Башкортостан молодым ученым

Abstract.

The subject of this research is the Bashkir superstitions of anthropological orientation. Superstitious beliefs are a complex, insufficiently studied genre of folklore. Using the example of Bashkir folklore, the author examine the widespread in multiple cultures superstition – the evil eye – a malevolent glance upon something or someone. Envy and admiration are considered the main reasons for evil eye curse. The article uses the examples of Bashkir superstitious beliefs related to evil eye and protection against it. For achieving the set tasks and goals, the author conducted questionnaire-based survey among informants from various districts of the republic analyzes the accumulated material and compares with the previously collected folklore of Kurgan and Orenburg Bashkirs. Relevance of the selected topic is substantiated by the fact that a person, often subconsciously, believes in superstition, which causes anxiety and behavioral pattern aimed at protecting himself and loved ones against the evil eye. The author comes to the conclusion that in the folklore there are multiple methods of protection against admiring or malevolent glances. Window tracery, ornaments, drawings, embroideries, décor items, silver (Bashkir women always carried silver coins) served as protective amulets. Protection power is also attributable to the Holy Book of Quran, cutlery (knife and scissors), object of flora (rowan and juniper) and animal nature (bear of wolf tooth, claw of golden eagle). Evil eye is also often mentioned in Bashkir literature, particularly in the novel of Z. Biiesheva.

Keywords:

child protection, pregnant woman, jinx, prohibition, sign, faith, superstition, amulet, magic words, belief

Суеверные приметы – неотъемлемое звено национальной культуры, составная часть менталитета нации, особый микрожанр со своей уникальной эстетикой, имеющий довольно много функций. Башкирские суеверные приметы нашли отражение в работах В. И. Даля, видного башкирского ученого-просветителя М. И. Уметбаева. Известный ученый-фольклорист Ф. А. Надршина рассматривала их как отдельный вид пословиц, в этнолингвистическом плане часть суеверий исследована Р. Н. Хадыевой, в контексте обычаев – Р. А. Султангареевой, запреты изучены Ф. Ф. Гайсиной и др. Однако, несмотря на вышеупомянутые работы, нужно отметить, что башкирские суеверные приметы изучены разрозненно.

Суеверные приметы – сложный, до конца неизученный жанр устного народного творчества. В их составе большое место занимают суеверия, относящиеся к частям человеческого тела, например, к глазам: «Уң күҙ тартhа – күрешеүгә, hулы – ҡайғыға» («Если дергается правый глаз – к встрече, а левый – к горю»); «Уң күҙ тартһа – шатлыҡҡа, һул күҙ – насарға» («Если дергается правый глаз – к счастью, если левый – к несчастью»). При этом, естественно, имеются противодействия: рекомендуется тереть глаз молоком или сметаной и сказать пожелание: «Пусть будет к добру» («Күҙ тартhа, hөт йәки ҡаймаҡ hөртөп, изгелеккә булыуын теләйhең»); протереть глаз белой вещью, приговаривая «Бисмилла», «Яҡшыға булһын!» («Пусть все будет хорошо!»). Если чешется глаз, нужно сказать, держась за белое: «Хәйерлегә булһын!» («Пусть все будет хорошо!»). Раньше полагалось прикоснуться к белой печке, а так как в настоящее время печей в домах все меньше, эта примета упростилась, прикасаются теперь к любому белому предмету. Тот, у кого на глазу ячмень, должен «посмотреть в горлышко кувшина, и все пройдет» или показать кулак, приговаривая заговорные слова: «Арпа сыҡҡан күҙенә мәмәликин мә күкиш» («Ячмень вышел на глазу, вот тебе кукиш»). Также есть словосочетание «күҙ пәрҙәһе » – «шторка» глаза, которая бережет глаза от различных резких ударов и т. д.

В данной статье мы рассматриваем суеверия, связанные со сглазом – «күҙ тейеү» (сглаз) или «ҡаты күҙ»(дурной глаз): распространенное у многих народов суеверие о вредоносном влиянии взгляда некоторых людей. В психологической науке это явление называется «омматофобия» (боязнь сглаза).

Актуальность темы определяется недостаточной разработанностью данной проблемы, несмотря на то, что само понятие «сглаз» часто встречается в башкирской фольклористике, в литературе как прошлых веков, так и в сегодняшней, а верящих в эту примету людей сейчас довольно много.

Следует отметить, что сглаз признается и религией, в частности исламом, который другие суеверия просто отвергает, например, не принимает суеверия типа: «Если лоб новорожденного мазать сажей, сглаз не подействует» и связанные с разными талисманами и т.д. Сглаз многократно упоминается в хадисах: «Сглаз (действенность сглаза) – это аль-хакк (не выдумка, а на самом деле реальность)». Имеет место информация о том, что пророка лечили от сглаза с помощью заклинаний. Муллы в мечетях пишут на листочках молитву (доға) или читают заклинание (өшкөрөү) над булавкой и дают человеку с рекомендацией носить ее на одежде как оберег от бед.

По народным представлениям, имеются две причины сглаза: зависть и восхищение, которые являются автоматическими психическими реакциями. Они похожи тем, что оба понятия оценивают кого-то или что-то либо со злобой, либо, наоборот, с искренней добротой. Считается, что глаза имеют особые стрелы (күҙ уғы), взгляд некоторых людей может нанести вред человеку, природе, любым вещам. От сглаза якобы болеют люди и животные, засыхают деревья, кого-то постигает неудача.

По народному суеверию, если восхищаешься собой, детьми, животными и т. д., то нужно про себя прочитать молитву и повторить три раза: «Чтобы не сглазить!», потом посмотреть в небо, что якобы защищает от сглаза.

Суеверия имеют несколько функций, одна из которых охранительная. Если после посещения какого-то человека ребенок заболевал или долго плакал, считалось, что у посетителя был дурной глаз, он-то и сглазил ребенка. Для таких случаев народом выработана целая система предохранительных мер, некоторые из них сохранились по настоящее время. Например, считается, что способностью сглаза обладают многие люди, но особенно те, у кого зеленый, черный, синий цвет глаз. Существовал запрет, по которому, глядя на ребенка, нельзя было хвалить его, говорить, что он красивый, здоровый. А если по неосторожности или случайно произносились эти слова в адрес ребенка, непременно следовало добавить « Күҙ теймәһен!» («Как бы не сглазить!») и при этом трижды плюнуть на него. В народе распространено мнение и о том, что если родители остерегаются показывать ребенка чужим людям, то он больше подвергается сглазу. Тем не менее вера в сглаз существует, о чем гласит народная пословица «Күҙ тейеү малды ҡаҙанға, кешене үлемгә килтерә» («Сглаз приводит скотину в котел, а человека – в могилу»).

С целью уберечь представительниц слабого пола от дурного глаза и болезней по его причине, им предписывалось придерживаться некоторых правил или выполнять определенные обычаи. Девочка должна носить серьги с малых лет: « Ҡыҙҙарға алҡа кейҙереү малайҙарҙы сөннәткә биреү менән бәрәбәр» («Проколоть мочку уха для серег у девочек – это одно и то же, что и обрезание у мальчиков») [1, с. 188]. Здесь определенную роль играет психология восприятия: если на человеке есть блестящая вещь, то собеседник в первую очередь обращает внимание на нее, отводя первый взгляд от человека, тем самым защищает его от сглаза. Поэтому, когда девочки теряют одну серьгу, говорят: «Хорошо, что серьга только потерялась, ведь сглаз мог плохо повлиять на тебя саму». Значит, по народному суеверию, потеря серьги объясняется сглазом.

Существовали различные методы лечения, вернее, избавления от сглаза. Согласно одному из них, отрывали нитку с одежды того, кто предположительно сглазил, сжигали ее и окуривали этим дымом пострадавшего. Другой метод сводился к тому, что, если ребенок капризничал после ухода гостей, ему вытирали лицо тряпкой, намоченной влагой с запотевшего окна. Считали, что образовавшийся пар в окне собирает энергию гостей. Естественно, таким образом нельзя избавиться от сглаза. Скорее всего, холодная влага успокаивала ребенка, и он засыпал.

У курганских башкир распространены следующие суеверия: «Инәһе йөҙөн сайҡатҡан һыуҙы балаһына һөртә» («Мать обтирает ребенка водой, которой ополоснула лицо»), «Күҙ тейгән балаға ете төрлөнән, ҡораманан тегеп күлдәк кейҙергәндәр» (На ребенка, которого сглазили, одевали рубашку, сшитую из семи лоскутков), «Ишек бауын, ете тәҙрә өлгөһөн, битеңде сайҡатҡан һыу менән баланың муйынына, биленә, яурынына, устарына һөртәһең» («Водой, которой ополоснули дверную ручку, семь окон, свое лицо, нужно протереть ребенку лицо, поясницу, плечи, ладони») [9, c. 15]; у челябинских башкир: «Кемдең күҙе тейгән, шуның өҫ кейеменән еп өҙөп алып осоҡтайың, баланың түңәрәгенән йөрөтөп» («Сорвать нитку с одежды того, кто сглазил, и водить ею над ребенком»), «Балаға күҙ тейһә, сынаяҡ йыуған һыу менән баланың битенә, муйынына һөртәбеҙ, ишек бауы сайҡап эсерәбеҙ»(«Если ребенка сглазили, протираем его лицо и шею водой, которой ополоснули чашки, и даем пить воду, которой ополоснули дверную ручку») [7, c. 11]. Лечили от сглаза разными способами: приводили ребенка к мулле, чтобы тот молитвами заговорил его; мыли заговоренной или смытой с дверной скобы и оконных рам водой; водой, набранной во время восхода солнца (таң һыуы);окуривали дымом кусочка платья сглазившего человека.

К другим методам защиты от сглаза относят следующее: «Баланың кеҫәләренә миләш һала инек. Сәңгелдәккә миләш ағасының бер бәләкәй генә сыбығын һалып ҡуя, хатта шуны билләп юнып, төймә кеүек итеп тегеп ҡуя инек баланың кейемдәренә. Күҙ тейеүҙән һаҡлай» («В карманы одежды ребенка клали рябину. Вешали над колыбелью, даже пришивали вместо пуговиц. Оберегает от сглаза») [10, c. 71]. Рябина считалась мощным средством от сглаза и порчи, охраняет дом и живущих в нем людей; «Һәңгүрсәккә шаршау ҡораң, күҙ теймәһен, тип» («На колыбель вешали шторы, чтобы не сглазить») [9, c. 11]; над входной дверью вешали можжевельник, молитвы «Аятел-курси». Маленькому ребенку на лоб мазали золу (сегодня помаду), одевали одежду ребенку наизнанку. Когда кто-то восхищается ребенком, он говорит: «Тьфү-тьфү, күҙ теймәһен» («Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить»), в исламе есть слово машалла һ или ему отвечают разными репликами, чаще со сниженной семантикой: « аяғыңа буҡ йәбешкән» («на ногу кал прилип»), « күҙеңә күтем» («моя попа на твой глаз»). Когда восхищаются человеком, в Баймакском районе РБ, например, принято говорить « күҙегеҙ бесәй күтенә» («ваш глаз на попу кота»), чтобы не сглазить хорошо выполненный труд человека или какую-либо вещь, говорят « аяғың осонда буҡ тора» («на пятку кал прилип»). Эти слова звучат грубо и неприятно, неэтично, но это народное творчество, цель которых направлена именно на отвод сглаза, т. к. сниженная семантика привлекает внимание человека, как бы шуточно эти слова не были сказаны. По сей день люди верят в магию этих слов и используют в речи. «Чем больше боишься сглаза, тем больше притягиваешь его, нельзя сомневаться в том, что кто-то тебя или твоего ребенка сглазит», – убеждают пожилые [2, с. 395].

Считается, что особенно легко сглазить беременную женщину, человека с длинными ресницами, новорожденного ребенка или животное, красиво цветущие растения.

Привлекает внимание следующее поверье: «Ҡатын-ҡыҙға көмөш тәңкә тағып йөрөргә кәрәк, күҙ тейеүҙән һаҡлар» («Женщине нужно носить серебряную монету, от сглаза сбережет») [9, c. 73]. У башкирки, которую считали даже самой бедной, были хотя бы две монеты из серебра. Девушки использовали монету для украшения кос. Они носили серьги, браслеты, кольца из серебра. Когда девушка шла, о ней говорили: «Башкирскую девушку раньше услышишь, чем увидишь». Это объяснялось тем, что они были вся в серебре. Считалось, что серебро бережет человека, так как обладает лечебными свойствами как способность лечить болезни, омолаживать, укреплять здоровье, поглощать все негативное, обеззараживать, не вызывает аллергической реакции, привыкания.

Большое значение имел цвет той или иной вещи. Способными отвлечь дурной глаз считались красный, черный и белый, как наиболее яркие. Даже имеется треугольный орнамент башкирского народа күҙ ҡарашы (взгляд), который был самым надежным средством от сглаза, и поэтому его прошивали на обуви детей и женщин. Особую этносемантику в обрядово-культовой системе имеет красный цвет. Его значение отгонной, оберегающей, защищающей силы просматривается во многих обрядах: от сглаза, для отпугивания нечистых сил на лбу младенца делают метку красного цвета. Это встречается не только у башкир, но и у других народов, в частности их ближайших соседей – татар. Как пишет Г. Гыйльманов: «Татарлар, балаларны күз тиюдән саклар өчен, аларның битләренә кара яки күк буяу белән сызыклар сызалар, янасе, күз, баланың йөзенә төшүдән элгәре, буяуларга төшә дә баланың исәнлегенә зыян китерә алмый» [4, с. 24] («Татары для того, чтобы охранять ребенка от сглаза, рисуют на его лице полоски черной или синей краской, рассчитывая на то, что перед тем как взгляд упадет на ребенка, он обратит внимание на эти краски и не принесет вреда здоровью малыша»); «Күз тигән баланы үзе керми торган өч мунчадан өч таш алып, кыздырып, аннары суга салып, шуның парына утырталар» [4, c. 25] («Если ребенка уже сглазили, нужно взять три камня из трех бань, в которых ребенок никогда не будет мыться, раскалить их и кинуть в воду, затем ребенок должен сидеть над их парами»).

В народе существует поверье, согласно которому на человека через пуповину может действовать сглаз, поэтому нельзя ходить и показывать пупок, надевать короткую кофту или тонкую одежду. Это касалось совершеннолетних девушек, молодых женщин, особенно беременных. «Части человеческого тела заключали в себе, по языческим понятиям, силу сверхъестественную. Особенно лицо, в котором стихийная сила проторгалась через глаза. Фантазия народная богата поверьями о страшной, злой силе глаза, насылающей бедствия и болезни» [11, c. 5].

Башкиры пытались прятать свое тело от дурного глаза или от шайтанов (ен-пәрей), поэтому на краях национальной одежды и сапог вышивали различные орнаменты. В башкирском языке название этого действия передается словами сик (граница), сиге ү (вышивка). Считалось, что после вышивки орнамента с краев одежды не сможет «войти» «черная сила». Створки окон, косяки также отделывали узорами, чтобы оберегать живущих в данном доме.

Считалось, что сглазу особенно подвержены маленькие дети, поэтому им на одежду, например, мальчикам на тюбетейки, пришивали белый гусиный пух, перламутровые пуговицы, чаще всего ракушку (ҡортбаш ). В благопожеланиях запечатлены отголоски веры в обереги, в сакральную силу предметов: перечисление их уже «обеспечивало» безопасность ребенку. Мотив культа камня наличествует как залог долгой жизни, крепости. Пришивая на головной убор украшения, кораллы или каури, приговаривали:

Ҡортбаш, аҡташ! Раковинки, камни белые!

Исемеңә – баш , Имени твоему – начало,

Үҙеңә – йәш! Тебе самому – многие лета! [8, c. 91].

Каури считался мощным оберегом. Пожелания повторяют магическое действо, смысл, значение предмета:

Яман һүҙ үтмәһен , Плохое слово пусть не коснется,

Яман күҙ теймәһен ! Дурной глаз пусть не берет!

Яман теш теймәһен ! Дурной зуб пусть не куснет! [8, c. 91].

Дурной глаз падал на белую раковину и сразу терял свою силу. Сглазить можно было не только людей, но и животных, и даже деревья (лошадь издыхала от сглаза, дерево сохло). Чтобы уберечь скотину от сглаза, ей в хвост (лошадям в гриву) вплетали яркие лоскутки материи. Их вешали и на борти, которые, кроме того, красили иногда внизу яркой краской [5, с. 278].

Суеверия не являются застывшим жанром, о чем свидетельствуют встречающиеся в народе современные суеверия. Например, журналисты считают, что, если после возвращения из командировки они болеют, значит, их сглазили, поэтому рекомендуется приколоть булавку к одежде на груди. Это сбережет от сглаза.

Использование суеверных примет известными писателями в своих произведениях также говорит об актуальности и распространенности этого явления. Например, в первой книге («Кәмһетелгәндәр» – «Униженные») трилогии «Яҡтыға» («К свету») З. Биишева несколько раз упоминает суеверия. Остановимся на тех, которые связанны со сглазом. Мачеха все время ругает главную героиню романа Емеш. По ее словам, все, чем падчерица любуется, либо рушится, либо кто-то из домашних животных умирает, либо не получается надуманное. Например, Сарбиямал кричит на девочку, когда она смотрит на резвящихся ягнят: «Күҙ тейҙерәһең! Ҡарама минең бәрәстәремә!» [3, с. 45] («Сглазишь! Не смотри на моих ягнят!»). Здесь же упоминается и цвет глаз девочки, так как по поверьям у кого глаза черные (зеленые, синие), те способны сглазить. Автор книги героиню романа – Гульемеш (Емеш) описывает как « сөм ҡара күҙле » (черноглазая).

Другой эпизод таких обвинений происходит, когда девочка смотрит за гусятами: «Һинең күҙең генә тейҙе, сиған балаһы! Йоторҙай булып текләй ҙә ултыра инең, күҙең сыҡҡыры! Бынан һуң шулай минең ҡош-ҡортома, мал-тыуарыма күҙ төшөргәнеңде күрәйем. Күҙҙәреңде соҡоп алырмын!» [3, с. 167] («Это только ты сглазила, цыганка! Смотришь так пристально, будто проглотить их хочешь! Еще раз будешь глазеть на моих птичек да животных, глаза выцарапаю!»). Когда Емеш слегла от болезни, бабушки вспомнили, что дед Шагит всегда хвалил и восхищался некоторыми качествами девочки, в связи с чем решили провести обряд от сглаза: «Ҡарттың берәй аламаһын өҙөп алып, өтәҫләп, Емешкә еҫкәтергә булдылар» [3, с. 23] («Они решили оторвать кусок одежды деда, сжечь и дать понюхать Емеш»). Учитывая, что это автобиографический роман, а Сарбиямал – реальное лицо, нужно отметить, что народ верил в суеверия и использовал их для защиты, охраны, предупреждения чего-то плохого или хорошего события и т.д.

Таким образом, сглаз – это религиозное суеверие о вредоносном влиянии взгляда, которое существует у многих народов. Если человек верит в суеверия, ему следует носить талисман в виде глаза, булавку или оберег треугольной формы с охранительной молитвой (бете ү ). Нужно стараться не верить в сглаз, чтобы избежать его. Если кажется, что на кого-либо подействовал дурной глаз, можно воспользоваться выше упомянутыми способами, чтобы отвести его.

Библиография
1.
Алчинова Г.Р. О суевериях, регламентирующих поведение женщины (на материале башкирского фольклора) // Международная научная конференция «Сетевое востоковедение: образование, наука, культура», 7–10 декабря 2017 г.: материалы / редкол.: Б.К. Салаев [и др.]. Элиста: Изд-во Калм. ун-та, 2017. 446 с.
2.
Алчинова Г.Р. Страх в контексте суеверий (на башкирском материале) // Материалы III Форума гуманитарных наук «Великая степь». Астана: «Ғылым» баспасы, 2018. 670 б.
3.
Биишева З.А. Кәмһетелгәндәр. Роман. Өфө: Башҡортостан китап нәшриәте, 1990. 432 б. (Биишева З.А. Униженные. Роман. Уфа: Башкирское книжное издательство, 1990. 432 с.).
4.
Гыйльманов Г.Х. Татар мифлары. Казан. Татарстан китап нәшрияты, 1996. 336 б. (Гильманов Г.Х. Татарские мифы. Казань: Татарское книжное издательство, 1996. 336 с.).
5.
Мухамедьянова А.М. Суеверие как одно из явлений культуры башкир // Россия и Башкортостан. Материалы Международной научно-практической конференции, посвященной 450-летию добровольного вхождения Башкирии в состав России. 5–6 июня 2007 г. Уфа: Гилем, 2007. 345 с.
6.
Руденко А.С. Башкиры: историко-этнографические очерки. Уфа: Китап, 2006. 376 с.
7.
Силәбе башҡорттары фольклоры: материалдар һәм тикшеренеүҙәр / Рәсәй фәндәр академияһы, Өфө ғилми үҙәге, Тарих, тел һәм әҙәбиәт ин-ты, Башҡортостан Республикаһы мәҙәниәт министрлығы, Республика халыҡ ижады үҙәге; / Төҙ. Хөсәйенова Г.Р., Юлдыбаева Г.В., Ғайсина Ф.Ф. – Өфө: Башҡортостан Республикаһының мәғарифты үҫтереү институты, 2012. – 204 б. (Фольклор челябинских башкир: материалы и исследования / Российская академия наук, Уфимский научный центр, Институт истории, языка и литературы, Министерство культуры РБ, Республиканский центр народного творчества; сост. Хусаинова Г.Р., Юлдыбаева Г.Р., Гайсина Ф.Ф. Уфа: ИРО РБ, 2012. 204 с.).
8.
Султангареева Р.А. Жизнь человека в обряде: фольклорно-этнографическое исследование башкирских семейных обрядов. Уфа: Гилем, 2005. 344 с.
9.
Фольклор курганских башкир (материалы и исследования) / сост. Хусаинова Г.Р., Юлдыбаева Г.В., Гайсина Ф.Ф. Уфа: ИРО РБ, 2013. 160 с.
10.
Фольклор оренбургских башкир (материалы и исследования) / сост. Хусаинова Г.Р., Юлдыбаева Г.В., Гайсина Ф.Ф. Уфа: Скиф, 2013. 192 с.: ил.
11.
Фохт А. Из истории народных врачебных верований. М.: Унив. тип. (Катков и К°), ценз. 1874. 369 с.
References (transliterated)
1.
Alchinova G.R. O sueveriyakh, reglamentiruyushchikh povedenie zhenshchiny (na materiale bashkirskogo fol'klora) // Mezhdunarodnaya nauchnaya konferentsiya «Setevoe vostokovedenie: obrazovanie, nauka, kul'tura», 7–10 dekabrya 2017 g.: materialy / redkol.: B.K. Salaev [i dr.]. Elista: Izd-vo Kalm. un-ta, 2017. 446 s.
2.
Alchinova G.R. Strakh v kontekste sueverii (na bashkirskom materiale) // Materialy III Foruma gumanitarnykh nauk «Velikaya step'». Astana: «Ғylym» baspasy, 2018. 670 b.
3.
Biisheva Z.A. Kәmһetelgәndәr. Roman. Өfө: Bashҡortostan kitap nәshriәte, 1990. 432 b. (Biisheva Z.A. Unizhennye. Roman. Ufa: Bashkirskoe knizhnoe izdatel'stvo, 1990. 432 s.).
4.
Gyil'manov G.Kh. Tatar miflary. Kazan. Tatarstan kitap nәshriyaty, 1996. 336 b. (Gil'manov G.Kh. Tatarskie mify. Kazan': Tatarskoe knizhnoe izdatel'stvo, 1996. 336 s.).
5.
Mukhamed'yanova A.M. Sueverie kak odno iz yavlenii kul'tury bashkir // Rossiya i Bashkortostan. Materialy Mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii, posvyashchennoi 450-letiyu dobrovol'nogo vkhozhdeniya Bashkirii v sostav Rossii. 5–6 iyunya 2007 g. Ufa: Gilem, 2007. 345 s.
6.
Rudenko A.S. Bashkiry: istoriko-etnograficheskie ocherki. Ufa: Kitap, 2006. 376 s.
7.
Silәbe bashҡorttary fol'klory: materialdar һәm tikshereneүҙәr / Rәsәi fәndәr akademiyaһy, Өfө ғilmi үҙәge, Tarikh, tel һәm әҙәbiәt in-ty, Bashҡortostan Respublikaһy mәҙәniәt ministrlyғy, Respublika khalyҡ izhady үҙәge; / Tөҙ. Khөsәienova G.R., Yuldybaeva G.V., Ғaisina F.F. – Өfө: Bashҡortostan Respublikaһynyң mәғarifty үҫtereү instituty, 2012. – 204 b. (Fol'klor chelyabinskikh bashkir: materialy i issledovaniya / Rossiiskaya akademiya nauk, Ufimskii nauchnyi tsentr, Institut istorii, yazyka i literatury, Ministerstvo kul'tury RB, Respublikanskii tsentr narodnogo tvorchestva; sost. Khusainova G.R., Yuldybaeva G.R., Gaisina F.F. Ufa: IRO RB, 2012. 204 s.).
8.
Sultangareeva R.A. Zhizn' cheloveka v obryade: fol'klorno-etnograficheskoe issledovanie bashkirskikh semeinykh obryadov. Ufa: Gilem, 2005. 344 s.
9.
Fol'klor kurganskikh bashkir (materialy i issledovaniya) / sost. Khusainova G.R., Yuldybaeva G.V., Gaisina F.F. Ufa: IRO RB, 2013. 160 s.
10.
Fol'klor orenburgskikh bashkir (materialy i issledovaniya) / sost. Khusainova G.R., Yuldybaeva G.V., Gaisina F.F. Ufa: Skif, 2013. 192 s.: il.
11.
Fokht A. Iz istorii narodnykh vrachebnykh verovanii. M.: Univ. tip. (Katkov i K°), tsenz. 1874. 369 s.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Замечания: «Однако, несмотря на вышеупомянутые работы, нужно отметить, что башкирские суеверные приметы изучены разрозненно (? в подходах к их изучению отсутствует систематичность?).» И далее: «Суеверные приметы – сложный, до конца неизученный жанр устного народного творчества. » Второе начало? Либо перенести на стартовые позиции, либо убрать. «Тот, у кого на глазу ячмень, должен «посмотреть в горлышко кувшина, и все пройдет» или показать кулак, приговаривая заговорные слова: «Арпа сыҡҡан күҙенә мәмәликин мә күкиш» («Ячмень вышел на глазу, вот тебе кукиш»). » Кулак и кукиш — не одно и тоже. И далее: «Также есть словосочетание «күҙ пәрҙәһе » – «шторка» глаза, которая бережет глаза от различных резких ударов и т. д. » К чему это сообщено и как связано с предыдущим? «По народным представлениям, имеются две причины сглаза: зависть и восхищение, которые являются автоматическими психическими реакциями. Они похожи тем, что оба понятия оценивают кого-то или что-то либо со злобой, либо, наоборот, с искренней добротой. Считается, что глаза имеют особые стрелы (күҙ уғы), взгляд некоторых людей может нанести вред человеку, природе, любым вещам. От сглаза якобы болеют люди и животные, засыхают деревья, кого-то постигает неудача. По народному суеверию, если восхищаешься собой, детьми, животными и т. д., то нужно про себя прочитать молитву и повторить три раза: «Чтобы не сглазить!», потом посмотреть в небо, что якобы защищает от сглаза.» В упоминаемых «народных суевериях» совершенно утрачивается национальная специфика, к которой, кстати, было бы уместно обратиться с самого начала, очертив общее и особенное в рамках предметного поля. «В народе распространено мнение и о том, что если родители остерегаются показывать ребенка чужим людям, то он больше подвергается сглазу. Тем не менее (?) вера в сглаз существует, о чем гласит народная пословица «Күҙ тейеү малды ҡаҙанға, кешене үлемгә килтерә» («Сглаз приводит скотину в котел, а человека – в могилу»). » Суть проводимого противопоставления непонятна. «Другой метод сводился к тому, что, если ребенок капризничал после ухода гостей, ему вытирали лицо тряпкой, намоченной влагой с запотевшего окна. Считали, что образовавшийся пар в окне собирает энергию гостей. Естественно, таким образом нельзя избавиться от сглаза (а каким можно?). Скорее всего, холодная влага успокаивала ребенка, и он засыпал. » Это «единичное разоблачение суеверий» неуместно. Либо проводить его последовательно и системно, либо — никак. «Когда восхищаются человеком, в Баймакском районе РБ, например, принято говорить « күҙегеҙ бесәй күтенә»(«ваш глаз на попу кота»), чтобы не сглазить хорошо выполненный труд человека или какую-либо вещь, говорят « аяғың осонда буҡ тора» («на пятку кал прилип»). Эти слова звучат грубо и неприятно, неэтично, но это народное творчество, цель которых направлена именно на отвод сглаза, т. к. сниженная семантика привлекает внимание человека, как бы шуточно эти слова не были сказаны. По сей день люди верят в магию этих слов и используют в речи.  » Если это — объяснение, оно неубедительно. Следует либо сделать его более проницательным, либо не приводить вовсе. «Особую этносемантику в обрядово-культовой системе имеет красный цвет. Его значение отгонной, оберегающей, защищающей силы просматривается во многих обрядах: от сглаза, для отпугивания нечистых сил на лбу младенца делают метку красного цвета. Это встречается не только у башкир, но и у других народов, в частности их ближайших соседей – татар. Как пишет Г. Гыйльманов: «Татарлар, балаларны күз тиюдән саклар өчен, аларның битләренә кара яки күк буяу белән сызыклар сызалар, янасе, күз, баланың йөзенә төшүдән элгәре, буяуларга төшә дә баланың исәнлегенә зыян китерә алмый» [4, с. 24] («Татары для того, чтобы охранять ребенка от сглаза, рисуют на его лице полоски черной или синей краской, рассчитывая на то, что перед тем как взгляд упадет на ребенка, он обратит внимание на эти краски и не принесет вреда здоровью малыша»); «Күз тигән баланы үзе керми торган өч мунчадан өч таш алып, кыздырып, аннары суга салып, шуның парына утырталар» [4, c. 25] («Если ребенка уже сглазили, нужно взять три камня из трех бань, в которых ребенок никогда не будет мыться, раскалить их и кинуть в воду, затем ребенок должен сидеть над их парами»). » Последний пример явно не из той серии. Зачем он приведен? Заключение: работа в целом отвечает требованиям, предъявляемым к научному изложению, и рекомендована к публикации с учетом замечаний.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"