по
Философская мысль
12+
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция журнала > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Статьи автора Беляев Вадим Алексеевич
Философская мысль, 2018-6
Беляев В.А. - От социологии философий к социологии предельных теорий c. 73-95

DOI:
10.25136/2409-8728.2018.6.23565

Аннотация: С одной стороны, эта статья является критическим анализом позиции Р.Коллинза относительно философии и социокультурной реальности, выраженной в его монографии «Социология философий». С другой стороны, автор статьи предлагает свой вариант разработки исторической социологии философии, который он называет «социологией предельных теорий». Главными принципами, которые отличают «социологию философий» от «социологии предельных теорий», утверждаются историзм и проектность: философия участвует в критике и проектировании социокультурной реальности и сама качественно развивается в процессе изменения этой реальности. Автор стремится показать, что неявными посылками позиции Коллинза являются контр-системность, контр-историзм и контр-проектность. Итогом статьи является система принципов «социологии предельных теорий», которая может служить исследовательской программой для конкретных исследований. В качестве результата автор формулирует следующую систему принципов для социологии философий: принцип социологического материализма, принцип системности, принцип историзма, принцип проектности, принцип сообщаемости с социокультурными процессами, принцип символической опосредованности, принцип глобальности, принцип социокультурной приоритетности, принцип проективности, принцип культурной относительности, принцип множественности и взаимодействия форм предельного теоретизирования, принцип выделенности философии среди других форм предельного теоретизирования.
Культура и искусство, 2015-3
Беляев В.А. - Логика и методология в контексте диалектики модерна. Часть 2

DOI:
10.7256/2454-0625.2015.3.14284

Аннотация: Поводом к написанию этой статьи стало прочтение автором книги В.М.Розина «Логика и методология: От «Аналитик» Аристотеля к «Логико-философскому трактату» Л.Витгенштейна». Статья написана как развернутый аналитический комментарий к этой книге. Главная тема последней – методология, идущая от Московского методологического кружка. Розин занимается выражением и обоснованием «методологической позиции» как «мышления о мышлении». Для этого он подробно исследует те контексты европейской традиции (и соответствующие им персонажи), в которых находит значимые для понимания методологии моменты возникновения «мышления о мышлении». Одним из таких контекстов оказывается и новоевропейская культура – модерн. Рамочно Розин располагает место рождения методологии в модерне. Но у Розина нет теории модерна, такой теории, которая связала бы логику модерна и логику методологии. Это влияет на содержание его разговора с разного рода «неметодологами»: «логиками», «учеными», «феноменологами», «мирскими эзотериками». Методология в этом разговоре не может уйти с линии противопоставления себя, как одной философской позиции, другим позициям. Мое предложение состоит в том, чтобы выйти на разговор о связи философских позиций с социокультурными системами. В этом случае мы должны будет построить теорию модерна как выработку и реализацию в виде социокультурной системы определенной мировоззренческой стратегии. У модерна появятся стратегические противники и союзники. Методология должна будет занимать определенное место среди союзников и сможет говорить от имени модерна. Так мы сможем разработать и определенную теорию модерна, и определенную связь методологии с модерном. Важным пунктом в этой разработке должна стать «диалектика модерна» как его акцентуации на различных (в том числе и противоположных) принципах. Поскольку в методологии можно увидеть диалектическую схему бесконечного открывания мира, то эту схему надо увидеть как базовую схему самого модерна на определенной фазе его развертывания. Разработка этих и других важных тем, относящихся к модерну и методологии, составляет содержание статьи.
Философская мысль, 2015-3
Беляев В.А. - «Третья научная картина мира» и транссистемная направленность модерна c. 20-76

DOI:
10.7256/2409-8728.2015.3.14866

Аннотация: Эта статья представляет собой попытку рассмотреть одно из направлений постмодернистской философии техники, называемое его автором Б.И.Кудриным «технетикой». В рамках этого направления формируется так называемая «третья научная картина мира». Технетика и третья научная картина мира рассматриваются автором статьи в контексте общей логики модерна (новоевропейской культуры) на основе проектно-системного подхода, предполагающего: во-первых, что модерн надо мыслить как проект мира (или систему проектов); во-вторых, надо мыслить эти проекты как ответы на определенную систему жизненных вызовов; в-третьих, надо видеть в этих проектах прежде всего антропологическое содержание. Следуя логике проектно-системного подхода, автор рассматривает общее представление о «природе», сформировавшееся в раннем модерне как проекцию «открытого универсума» на реальность по ту сторону человека. Это представление находит свое выражение в классической естественнонаучной картине мира, которую Кудрин называет «первой научной картиной». Между предлагаемой Кудриным «третьей картинной», которая является способом выхода за пределы «системной» организации человечества и универсума, и «первой» располагается «вторая», в которой собственно эта системная организация и тематизирована. В статье показывается, каким образом происходит формирование той логики модерна, которая находит свое выражение, среди прочего, в указанных трех «научных картинах мира». Также показывается непосредственный контекст формирования «третьей картины».
Культура и искусство, 2015-2
Беляев В.А. - Логика и методология в контексте диалектики модерна. Часть 1

DOI:
10.7256/2454-0625.2015.2.14283

Аннотация: Поводом к написанию этой статьи стало прочтение автором книги В.М.Розина «Логика и методология: От «Аналитик» Аристотеля к «Логико-философскому трактату» Л.Витгенштейна». Статья написана как развернутый аналитический комментарий к этой книге. Главная тема последней – методология, идущая от Московского методологического кружка. Розин занимается выражением и обоснованием «методологической позиции» как «мышления о мышлении». Для этого он подробно исследует те контексты европейской традиции (и соответствующие им персонажи), в которых находит значимые для понимания методологии моменты возникновения «мышления о мышлении». Одним из таких контекстов оказывается и новоевропейская культура – модерн. Рамочно Розин располагает место рождения методологии в модерне. Но у Розина нет теории модерна, такой теории, которая связала бы логику модерна и логику методологии. Это влияет на содержание его разговора с разного рода «неметодологами»: «логиками», «учеными», «феноменологами», «мирскими эзотериками». Методология в этом разговоре не может уйти с линии противопоставления себя, как одной философской позиции, другим позициям. Мое предложение состоит в том, чтобы выйти на разговор о связи философских позиций с социокультурными системами. В этом случае мы должны будет построить теорию модерна как выработку и реализацию в виде социокультурной системы определенной мировоззренческой стратегии. У модерна появятся стратегические противники и союзники. Методология должна будет занимать определенное место среди союзников и сможет говорить от имени модерна. Так мы сможем разработать и определенную теорию модерна, и определенную связь методологии с модерном. Важным пунктом в этой разработке должна стать «диалектика модерна» как его акцентуации на различных (в том числе и противоположных) принципах. Поскольку в методологии можно увидеть диалектическую схему бесконечного открывания мира, то эту схему надо увидеть как базовую схему самого модерна на определенной фазе его раз-вертывания. Разработка этих и других важных тем, относящихся к модерну и методологии, составляет содержание статьи.
Философская мысль, 2015-2
Беляев В.А. - «Исторический антропоцентризм» М.К.Петрова и проектно-антропологическая логика европейской истории c. 63-186

DOI:
10.7256/2409-8728.2015.2.14639

Аннотация: Данная работа представляет собой аналитический комментарий к книге М.К.Петрова «Язык. Знак. Культура». Петров принадлежит к поколению советских философов второй половины ХХ века. Центральная идея его философии – «онаучнивание» общества, постановка по-новоевропейски понимаемой науки в качестве универсальной объединяюще-освобождающей инстанции для всего человечества. Реализуя эту программу, Петров, с одной стороны, вводит представление о структурном подлежащем разных культурных миров – социокоде. На основе этого понятия он отделяет европейскую культуру от неевропейских. С другой стороны, он вводит представление о «дисциплинарной структуре» науки, которая выражает в сжатом виде то структурно-антропологическое подлежащее европейского мира, которое и выражено в понятии «социокод». Европейский социокод устанавливает индивидуального человека как существо инновационно-всеобщее, то есть как имеющее право на инновацию и участие в конструировании мира в целом. Соединяя генезис европейского мира с дисциплинарной структурой современной науки, Петров реализует две задачи. Первая – построить генезис европейской культуры как переход от «традиционного» социокода к европейскому. Вторая – построить переход от «дисциплинарной структуры» философии через теологию к науке. Реализация второй задачи Петрова и является главным объектом критики в данной работе. Автор акцентирует, что тот способ, каким Петров идет к дисциплинарной структуре науки и само понимание этой структуры депроблематизирует проектно-антропологическую логику европейской истории. Вместо того, чтобы говорить о европейской истории как об истории постановки и критики проектов мира (и, прежде всего, проектов человека), Петров исследует логику «дисциплинарной преемственности» философии, теологии и науки. В результате, в частности, логика разлома европейской истории между средневековьем и новым временем, оказывается отодвинутой в сторону. Хотя именно она, по мнению автора, должна быть поставлена в центр внимания при определении сути фундаментальных структур новоевропейского мира вообще и науки в частности. Исследуя логику этого разлома, можно будет и значительно осложнить понятие науки, поставить его в связь с новоевропейским антропологическим проектированием, и выйти к пониманию позиции самого Петрова как еще одной актуализации этого проекта в контексте борьбы с «закрытостью» тоталитарно-авторитарной системы.
Философская мысль, 2014-12
Беляев В.А. - Философия К.Поппера и мировая посткультурная революция c. 1-97

DOI:
10.7256/2409-8728.2014.12.1430

Аннотация: Цель данной работы – показать связь между принципами философской позиции К.Поппера и фундаментальными принципами новоевропейской культуры – модерна. Модерн можно представить как развертывание мировой посткультурно-интеркультурной революции. В этом смысле философия Поппера рассматривается автором как одно из ярких выражений идеологии этой революции, особенно в ее посткультурном аспекте. Модерн в посткультурном аспекте можно представить как реализацию трех базовых проектов: «открытого общества», открытой природы» и «открытой теории познания». Поппер выступает в ХХ веке как один из радикальных идеологов «открытого общества» и позитивистски понимаемой науки. Это дает возможность показать, как в его философии реализуются указанные проекты. Посткультурно-интеркультурная интерпретация модерна дает возможность увидеть принципиальную связь между идеологом «открытого общества» и идеологом «открытой природы», то есть между «либералом» и «ученым». Философская позиция Поппера демонстрирует такую связь особенно ярко. Поппер – идеолог и «открытого общества» и позитивистски понимаемой науки, в которой сплелись стратегии «открытой природы» и «открытой теории познания». Поппер противостоит власти «концептуальных каркасов» культур над индивидуалистически понимаемым человеком, «объективной реальностью» и «объективной истиной». В этом можно увидеть отражение общей логики «критики культуры», которая выражает посткультурно-интеркультурную логику развертывания модерна. Поппер является приверженцем «эпистемологии без познающего субъекта». Это выражает модерновую логику движения к «объективной реальности», расположенной по ту сторону «Бога» и «человека». Завершается работа анализом философской позиции И.Лакатоса, который считает себя развивающим эпистемологическую логику Поппера. У него появляется диалектическая схема бесконечного «открывания» мира, которая выражает диалектику зрелого модерна, обнаруживающего невозможность для человека отказаться от стремлений к «закрытости».
Культура и искусство, 2014-5
Беляев В.А. - Эстетическая сторона модерна в перспективе посткультурно-интеркультурной логики его развертывания и образ современного художника. Части 1 и 2

DOI:
10.7256/2454-0625.2014.5.12612

Аннотация: Главная цель данной работы – нарисовать портрет модерна в перспективе логики развертывания проекта посткультуры (логики «критики культуры» в соотношении «культура – индивид»). Посткультурой («дифференцирующей культурой») автор называет такой тип социокультурного построения, который процесс дифференциации (индивидуализации) антропологического универсума ставит как главный процесс. В противоположность этому «культура» («интегрирующая культура») ставит в качестве первоприоритетной задачу интеграции индивида в мировое целое. Точкой, относительно которой автор рассматривает проектирование посткультуры, является Просвещение, а точнее, критическая философия Канта, внутри которой был дан проект «чистой посткультуры». «До» и «после» этого проекта рассматривается как логика движения к нему и, соответственно, логика построения альтернатив ему. В центре авторского портрета развертывания модерна лежит философский план, но одновременно, автор старается показать, как эволюция модернистских интенций выражалась в искусстве (в основном в изобразительном искусстве). Свой разговор автор начинает с противопоставления друг другу негативных портретов «интегрирующей культуры» и «дифференцирующей культуры» в искусстве. Далее он переходит к логике позитивного проекта посткультуры, данного Кантом. Отталкиваясь от него, как от центральной точки отсчета, автор показываю логику развертывания движения к нему, попытку его реализации (в Великой французской революции), и логику развертывания «культурных альтернатив» ему: классицистско-гегельянскую и неклассически-марксистскую. Рассматривая логику ХХ века как, в основном, логику построения постмодерна, отталкивающегося от критики общеевропейской посткультурной победы после первой мировой войны, автор переходит к разговору о «современности» и «интеркультурности» (показываю логику развертывания «критики культуры» в соотношении «культура – культура»). Здесь актуализируется разговор об эпохе разнообразных попыток восстановления «культурной» социокультурной архитектуры (культурных ремиссий), самыми значимыми из которых являются социально-политические постановки коммунизма и фашизма. Особым ракурсом разговора является обрисовка образа «современного», то есть посткультурного художника (человека искусства). Прослеживая логику его формирования от романтизма до конца ХХ века, автор показывает его структурную определенность чувственно-индивидуалистическим полюсом посткультуры. Завершая свою работу, автор анализирую позицию В.М.Розина в отношении современного искусства и художника, изложенную им в статье «Размышление о современном искусстве».
Культура и искусство, 2014-5
Беляев В.А. - Эстетическая сторона модерна в перспективе посткультурно-интеркультурной логики его развертывания и образ современного художника. Часть 2

DOI:
10.7256/2454-0625.2014.5.12613

Аннотация: Главная цель данной работы – нарисовать портрет модерна в перспективе логики развертывания проекта посткультуры (логики «критики культуры» в соотношении «культура – индивид»). Посткультурой («дифференцирующей культурой») автор называет такой тип социокультурного построения, который процесс дифференциации (индивидуализации) антропологического универсума ставит как главный процесс. В противоположность этому «культура» («интегрирующая культура») ставит в качестве первоприоритетной задачу интеграции индивида в мировое целое. Точкой, относительно которой автор рассматривает проектирование посткультуры, является Просвещение, а точнее, критическая философия Канта, внутри которой был дан проект «чистой посткультуры». «До» и «после» этого проекта рассматривается как логика движения к нему и, соответственно, логика построения альтернатив ему. В центре авторского портрета развертывания модерна лежит философский план, но одновременно, автор старается показать, как эволюция модернистских интенций выражалась в искусстве (в основном в изобразительном искусстве). Свой разговор автор начинает с противопоставления друг другу негативных портретов «интегрирующей культуры» и «дифференцирующей культуры» в искусстве. Далее он переходит к логике позитивного проекта посткультуры, данного Кантом. Отталкиваясь от него, как от центральной точки отсчета, автор показываю логику развертывания движения к нему, попытку его реализации (в Великой французской революции), и логику развертывания «культурных альтернатив» ему: классицистско-гегельянскую и неклассически-марксистскую. Рассматривая логику ХХ века как, в основном, логику построения постмодерна, отталкивающегося от критики общеевропейской посткультурной победы после первой мировой войны, автор переходит к разговору о «современности» и «интеркультурности» (показываю логику развертывания «критики культуры» в соотношении «культура – культура»). Здесь актуализируется разговор об эпохе разнообразных попыток восстановления «культурной» социокультурной архитектуры (культурных ремиссий), самыми значимыми из которых являются социально-политические постановки коммунизма и фашизма. Особым ракурсом разговора является обрисовка образа «современного», то есть посткультурного художника (человека искусства). Прослеживая логику его формирования от романтизма до конца ХХ века, автор показывает его структурную определенность чувственно-индивидуалистическим полюсом посткультуры. Завершая свою работу, автор анализирую позицию В.М.Розина в отношении современного искусства и художника, изложенную им в статье «Размышление о современном искусстве».
Философская мысль, 2014-4
Беляев В.А. - Конструируем модерн как систему антропологических проектов c. 92-197

DOI:
10.7256/2306-0174.2014.4.11772

Аннотация: Цель этой работы – представить общий план новоевропейской культуры как систему антропологических проектов: «реформации», «просвещения» и «критики культурного разума». В качестве точки отталкивания для развертывания своего дискурса я буду использовать общий план представлений о «диалектике просвещения», созданных в рамках Франкфуртской школы социальной философии. В общем смысле моя позиция является альтернативой тем вариантам представлений о модерне, которые основаны на представлении о том или ином варианте проекта «покорения природы», лежащим в ее основе. Такие представления я воспринимаю как вызов. Ответом на этот вызов является попытка рассмотреть «диалектику просвещения» как результат реализации не проекта «покорения природы», а проектов «покорения человека». Я предлагаю рассматривать Просвещение как чисто антропологический проект, результатом реализации которого и должна была стать то проблемная ситуация, которую распознает Франкфуртская школа. Причем все множество проблемных полей, которые я перечислил, должно в своих основных чертах быть проекциями реализации просвещенческого антропологического проекта. (В том числе и «покорение природы».) Я сказал, что мою позицию можно рассматривать как ответ на позицию Франкфуртской школы. Это не значит, что я буду заниматься критическим анализом ее позиций. Рассмотрение новоевропейской культуры как реализации проекта «покорения природы» достаточно распространено на сегодняшний день. Поэтому я отвечаю на вызов такой распространенности. Франкфуртская школа в данном случае играет роль «представителя позиции». Для меня здесь важно то, что Франкфуртская школа центрирована на той фазе реализации проекта Просвещения, который можно считать интегральным результатом его институциональной победы: середина XIX – середина ХХ в. Интегральная реальность, которая выражается системой понятий: «натурализм», «реализм», «позитивизм», «индивидуализм», «демократизм», «либерализм», «буржуазность», «капитализм», «научность», «рационализм», «сциентизм» – эта реальность стала выраженной во множестве ракурсов (принципов, идеалов, институтов) победой просвещенческого проекта. Те противоречия, которые в ней обнаружились – внутренние реализационные противоречия этого проекта. В том числе и те противоречия, которые кажутся отрицающими сам просвещенческий проект. Пафос моей позиции состоит в обнаружении это внутренней противоречивости. Те противоречие, которые связаны с понятиями: «национализм», «фашизм» и «коммунизм», – я тоже буду раскрывать в контексте диалектики проектов «реформации», «просвещения» и «критики культурного разума».
Философская мысль, 2014-3
Беляев В.А. - Конструируем критическую философию И.Канта как «философскую реформацию» и «критику культурного разума» c. 60-99

DOI:
10.7256/2306-0174.2014.3.11222

Аннотация: Что такое «философская реформация»? И что такое «критика культурного разума»? «Философской реформацией» я буду называть то интегральное действие, которое Кант совершает своей критической философией. «Критикой культурного разума» я буду называть то интегральное действие, которое совершается новоевропейской культурой, модерном. Я буду рассматривать модерн как социокультурный проект. Этот проект я буду называть «критикой культурного разума». («Критику культурного разума» я буду держать как уже готовую понятийную конструкцию, суть которой была разработана мной в ряде монографий.) Само содержание понятий «философская реформация» и «критика культурного разума» будет раскрываться по ходу разговора о критической философии Канта. Его философию я условно разделю на критику теоретического и критику практического разума. Начну я с анализа критики практического разума, предполагая, что она должна играть центральную роль для всей кантовской критики. Через этот анализ я выйду к возможности выразить кантовскую критику в целом через «критику культурного разума», покажу ограничения, которые здесь возникают. Затем я покажу, как кантовская критика выражается через «философскую реформацию». «Философскую реформацию» я рассмотрю как вариант христианской Реформации. Закончу я демонстрацией того, что кантовская «философская реформация», являясь парадигмальным выражением стратегии Просвещения, является одновременно и одним из предельных вариантов множества «реформаций», из которых состоит модерн. Я покажу, что, с другой стороны, кантовская «реформация» и другие «реформации» модерна, являются частными случаями «критики культурного разума», которая начинается с ответа на эпоху религиозных войн после Реформации и является способом построения мирного сосуществования субъектов-культур в неустранимо плюралистическом мире.
Философская мысль, 2014-1
Беляев В.А. - Критика религиозного разума Ю.Хабермаса как часть критики культурного разума c. 20-64

DOI:
10.7256/2306-0174.2014.1.10709

Аннотация: Данная статья построена как критический анализ статьи Ю.Хабермаса «Религиозная толерантность как пионер прав культурной жизни». С одной стороны, автор анализирует стратегию культурной толерантности, которая по Хабермасу начинается с установлений религиозной терпимости и получает завершенное воплощение в логике современного конституционно-демократического общества. С другой стороны, автор присоединяет к разговору Хабермаса свой разговор о теории интеркультуры как социокультурной стратегии построения новоевропейского мира. В итоге разговор идет о логике формирования новоевропейского социокультурного пространства в перспективе широко понимаемой программы толерантности, которая в свою очередь расширяется до логики формирования интеркультурности. Автор рассматривает позицию Хабермаса как продолжение кантовской критики практического разума и считает возможным добавить к его кругу этических понятий такую систему понятий и понятийных связок, которая соединила бы широко понимаемую стратегию толерантности с теми ракурсами новоевропейской культуры, которые выражаются понятиями «натурализм» и «рационализм». При таком расширенном понимании программы толерантности новоевропейский натурализм и рационализм связываются внутренней логикой со стратегией мирного сосуществования множества культурных миров. Они оказываются следствием направленности на толерантное построение общего жизненного мира. В этом смысле, рассматривая новоевропейский мир как воплощение «критики культурного разума», автор рассматривает позицию Хабермаса как часть этой критики.
Культура и искусство, 2014-1
Беляев В.А. - Выучила ли религия урок модерна? К вопросу о позиции религиозного человека в постсекулярном мире

DOI:
10.7256/2454-0625.2014.1.11948

Аннотация: Размышления, приведенные в этой статье, инициированы дискуссиями о положении религии в современном мире как постсекулярном. Активизация религиозного сознания, связанная с этим и инициируемая этим, принимает разные формы и степени. Одной из позиций такого постсекулярного религиозного сознания является отрицание модерна как того, что имеет свой смысл, свою истину, связанную с религиозными истинами и религиозными способами организации жизни. Эту позицию можно назвать антимодерновой. Антимодерновое религиозное сознание видит в модерне и секуляризации, с ним связанной, желание поставить истину, заведомо малозначимую как истину предельной значимости. Построенный так модерн становится в глазах антимодернового сознания легкой мишенью для критики. Примером такой позиции является для меня статья А.И.Кырлежева «Постсекулярная концептуализация религии». В связи с этим я ставлю своей целью выяснить «минимальные» права модерна и его секуляризации, которые религиозное сознание не может у него отнять, выяснить «урок модерна», который современное религиозное сознание должно выучить, чтобы быть конструктивным. Вначале я проанализировал статью Кырлежева, оценил его притязания, затем показал два направления выяснения неотъемлемой «правды» секуляризации, сконструировал на основе этой правды «минимальный модерн» и подвел итоги, выразив их в виде «символа веры человека постсекулярной эпохи».Конструируя модерн, я опирался на свою концепцию модерна как «интеркультуры». В той части конструирования, которая связана с анализом современного конституционно-демократического государства как институционального итога модерна, я основывался на работах Ю.Хабермаса.
Философская мысль, 2013-10
Беляев В.А. - Когнитивная интеркультура c. 245-277

DOI:
10.7256/2306-0174.2013.10.759

Аннотация: Эта статья продолжает знакомить читателя с теорией интеркультуры, разработанной авто-ром. В статье рассматриваются когнитивный ракурс интеркультуры. Автор считает, что этот ракурс, как другие ракурсы интеркультуры конститутивно несет в себе отпечаток базовых принципов интеркультуры. Среди множества когнитивных традиций, существующих в границах интеркультуры, ее специфические принципы реализует то, что называется научностью и наукой. А еще более конкретно и жестко – экспериментальное математическое естествознание. Научность – это когнитивная форма «справедливого и законного принижения человеческого духа». В статье показывается, как из группы жизненных вызовов, породивших интеркультуру как ответ, вырисовывается специфически новоевропейская когнитивная традиция. Науч-ность рассматривается как решение задачи поиска приемлемой для всех истины, прием-лемой для всех объективности и приемлемой для всех законосообразности. Показывается внутренняя противоречивость науки, возможность ее превращения для ученых в культур-ную ремиссию.Работа предназначена для всех, кто интересуется философской антропологией.
Философская мысль, 2013-9
Беляев В.А. - Интеркультурный проект О.Конта c. 405-435

DOI:
10.7256/2306-0174.2013.9.659

Аннотация: Статья представляет собой очередной шаг введения в теорию интеркультуры, разработан-ную автором. В этой части введения анализируется позитивистский проект Огюста Конта. Исследуется вызов, ответом на который можно считать философию Конт, его «дух позитивной философии». Этот вызов рассматривается в контексте вызовов для новоевропейской философии в целом. В этом контексте философия Конта показывается в виде предельной попытки осуществить «справедливое и законное принижение человеческого духа», осуществить интеркультурную революцию. Контовский позитивизм представлен как своеобразный предел материалистической устремленности интеркультуры. Знаменитая контовская теория трех фаз развития человечества рассматривается как стра-тегия преодоления огромного социального кризиса человечества – того, что и стало ос-новным вызовом для Конта. Автор предлагает интерпретировать новоевропейский проект покорения природы как проекцию на природу более глубокого и изначального проекта покорения человека, введение его в конструктивное русло совместного существования. Статья предназначена для всех, кто интересуется философской антропологией.
Философская мысль, 2013-8
Беляев В.А. - Кризис интеркультуры и «столкновение цивилизаций» c. 117-146

DOI:
10.7256/2306-0174.2013.8.662

Аннотация: Статья представляет собой очередной шаг введения в теорию интеркультуры, разработан-ную автором. В этой части введения в контексте теории интеркультуры анализируется идея С.Хантингтона о «конфликте цивилизаций». Сравниваются жизненные вызовы для теории Хантингтона и теории интеркультуры. Оценивается объем эвристических возможностей теории Хантингтона и сравнивается с эвристическими возможностями теории интеркультуры. Дается основание необходимости рассматривать интеркультуру с самого начала Нового Времени. Дается основание необходимости строить полную теорию интеркультуры для адекватного понимания современного «столкновения цивилизаций». «Конфликты цивилизаций» раскрываются в зрения точки теории интеркультуры как культурные ремиссии – попытки на разных уровнях и масштабах восстановить «культурный» способ организации жизни. Анализируются системы личностной и групповой идентификации и из роль в логике возникновения культурных ремиссий.Особая роль отведена анализу «столкновению цивилизаций» (культурных ремиссий) в современной России. Статья предназначена для всех, кто интересуется философской антропологией.
Философская мысль, 2013-7
Беляев В.А. - Кризис интеркультуры и культурные ремиссии c. 580-617

DOI:
10.7256/2306-0174.2013.7.557

Аннотация: Статья представляет собой очередной шаг введения в теорию интеркультуры, разработан-ную автором. В этой части ведения акцентируется понятие «культурная ремиссия». Куль-турными ремиссиями автор называет формы проявления ценностной геометрии типа «культура» в контексте интеркультуры. Отдельной задачей для автора является показ то-го, как современная идеология либерализма, оперирующая понятиями «глобализация», «обратная глобализация», «либеральное равенство», «стремление к культурному обособ-лению» – тяготеет к теории, подобной теории интеркультуры. Автор показывает, как тео-ретическое пространство интеркультуры, от первых ее идеологов до современных, опери-рует сходной системой принципов и понятий, принимает одни и те же жизненные вызовы, давая стратегически сходные ответы на них – то есть развертывает теоретическое пространство интеркультуры. Одновременно показывается ограниченность таких теорий, тяготение к их взаимному соизмерению и синтезу в одну теорию, которую автор и называет теорией интеркультуры. В качестве примера ограниченной современностью теорией берется книга С.Бенхабиб «Притязания культуры. Равенство и разнообразие в глобальную эру». Автор показывает, как через критический анализ этой монографии можно выйти к понятиям «интеркультура» и «культурные ремиссии». Статья предназначена для всех, кто интересуется философской антропологией.
Философская мысль, 2013-6
Беляев В.А. - Интеркультура по–преимуществу c. 475-513

DOI:
10.7256/2306-0174.2013.6.588

Аннотация: Статья представляет собой очередной шаг введения в теорию интеркультуры, разработан-ную автором. В этой части ведения акцентируется понятие «интеркультура по–преимуществу». Интеркультурой по–преимуществу автор называет Соединенные Штаты Америки. Такое выделение США как центральной части интеркультуры имеет свои осно-вания. США к прошли своеобразный и по–своему уникальный путь. Отцы–основатели Америки своим первоначальным положением и проектом уже задали интеркультурное ядро «очищенной от старого» новой новоевропейской культуры. Выполняя задачу представить США как интеркультуру по–преимуществу, автор старался при этом вводить и часть основных понятий теории интеркультуры, необходимых для понимания смысла статьи. Понятие «интеркультура по–преимуществу» можно восприни-мать и как проект идеальной интеркультуры и как реальный проект, реализующий иде-альные формы насколько это возможно. Автор старается раскрыть обе стороны этого по-нятия и показать, насколько реальное воплощение проекта может быть далеким от идеала.В качестве точки отталкивания при разговоре о интеркультурной Америке автор берет книгу Н.В.Злобина «Америка… Живут же люди!». Статья предназначена для всех, кто интересуется философской антропологией.
Философская мысль, 2013-5
Беляев В.А. - К идее интеркультуры c. 309-346

DOI:
10.7256/2306-0174.2013.5.443

Аннотация: Статья представляет собой краткое введение в теорию интеркультуры, разработанную ав-тором. Интеркультурой автор называет особое социокультурное построение, которое тра-диционно называют новоевропейской культурой. В статье представлены основные поня-тия и принципы теории интеркультуры, ее эвристические возможности в отношении ана-лиза различных ракурсов и размерностей новоевропейского социокультурного мира. На концептуальном уровне раскрывается отличие ценностного строения интеркультуры от строения традиционных социокультурных систем – культур. Раскрывается стратегиче-ское ограничение миросистемы культур. Показывается жизненный вызов, который выте-кает из этого ограничение, и ответом на который можно считать рождение интеркультуры. Вырисовываются стратегические направления развития интеркультурного мира и его стратегические границы. Введение в теорию интеркультуры сочетается с анализом кантовской стратегии построения «вечного мира». Автор показывает, как из–за структуры кантовской работы проступают черты теории интеркультуры. Работа предназначена для всех, кто интересуется философской антропологией.
Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"