Статья 'Культурная идентичность городских сообществ исторических реконструкторов' - журнал 'Урбанистика' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакция и редакционный совет > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Урбанистика
Правильная ссылка на статью:

Культурная идентичность городских сообществ исторических реконструкторов

Божок Николай Сергеевич

кандидат социологических наук

доцент, кафедра Психология и прикладная социология, Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Саратовский государственный технический университет имени Гагарина Ю.А.»

410054, Россия, Саратовская область, г. Саратов, ул. Политехническая, 77, оф. 103

Bozhok Nikolay Sergeevich

PhD in Sociology

Senior Scientific Associate, Scientific and Educational Regional Center for Monitoring Research of Yuri Gagarin State Technical University of Saratov; Docent, the department of Psychology and Applied Sociology, Yuri Gagarin State Technical University of Saratov

410054, Russia, Saratovskaya oblast', g. Saratov, ul. Politekhnicheskaya, 77, of. 103

nikolaybozhok@gmail.com
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2310-8673.2019.3.29882

Дата направления статьи в редакцию:

29-05-2019


Дата публикации:

10-09-2019


Аннотация.

Объектом исследования является культурная идентичность городских сообществ исторических реконструкторов. Предмет научного интереса автора статьи – механизмы и практики, обусловливающие специфику позитивной культурной идентичности сообществ, объединенных в рамках движения исторической реконструкции. Подробно рассматриваются доминантные тенденции развития современного реконструкторского движения: тенденция к фрагментации движения и усложнению структуры коллективной идентичности и интенция к сплоченности. Особое внимание уделяется выявлению механизмов, позволяющих сохранять и поддерживать баланс между процессами дифференциации и интеграции изучаемого движения. Методологически авторское понимание специфики коллективной идентичности исторических реконструкторов опирается на теоретические идеи Г. Блумера, Н. Смелзера, П. Штомпки, теорию новых социальных движений, акцентирующих внимание на их социокультурном измерении. Эмпирический материал для проведения исследования получен автором на основе сочетания метода включенного наблюдения, анализа дискурсов и актуальных культурных практик, реализуемых городскими сообществами исторических реконструкторов. Новизна настоящего исследования состоит в том, что впервые комплексно проанализирована культурная составляющая коллективной идентичности движения исторической реконструкции, выявлены ее структурные компоненты, механизмы и характерные особенности. Обосновано, что под воздействием глобальных трендов современности культурная идентичность реконструкторов наряду со своими базовыми составляющими приобретает качественно новые, способствующие повышению культурно-исторической мобильности и сплоченности реконструкторского движения.

Ключевые слова: культурное многообразие, город, городские сообщества реконструкторов, культурная идентичность, культурно-идентитарное разнообразие, компоненты коллективной идентичности, трансформация культурной идентичности, общероссийское реконструкторское движение, социальная мобильность, сплоченность

Исследование выполнено при финансовой поддержке РНФ в рамках научного проекта № 18-18-00321 Социальный урбанизм как доступность городской среды в параметрах темпорального неравенства и концептах социальной политики (на примере российских провинциальных городов).

Abstract.

The object of this research is the cultural identity of urban communities of the historical reenactors. The subject of the author’s scientific interest is the mechanisms and practices substantiating the specificity of positive cultural identity of the communities, united within the framework of the historical reenactment movement. The article examines the dominant trends in the development of modern reenactment movement: trend towards the fragmentation of movement and complication of the structure of collective identity, and intention towards unity. Special attention is given to the identification of mechanisms that allow retaining and maintaining balance between the processes of differentiation and integration of reenactment movement. Methodologically, the author’s understanding of the specificity of collective identity of the historical reenactors is based on the theoretical ideas of H. Blumer, N. Smelser and P. Sztompka, as well as the theory of new social movements that focus attention on their sociocultural dimension. The scientific novelty consists in the fact that this article is first to comprehensively analyze cultural components of the collective identity of the historical reenactment movement; as well as determine its structural components, mechanism and characteristic attributes. It is substantiated that under the influence of the modern global trends, cultural identity of reenactors along with the basic components attaints the new ones that contribute to the expansion of cultural-historical mobility and cohesion of reenactment movement.

Keywords:

transformation of cultural identity, components of collective identity, cultural identity diversity, cultural identity, urban communities of reenactors, city, cultural diversity, all-Russian reconstruction movement, social mobility, cohesion

На рубеже XX-XXI вв. проблема культурной идентичности приобретает особую актуальность в контексте усиления культурного плюрализма и многовариативности развития современного мира под влиянием глобализации, консьюмеризации, информатизации и сетевизации. Эти важнейшие тренды современности наиболее рельефно проявляются в городах, детерминируя сложность, амбивалентность, и динамичность культурного пространства урбанизированных территорий. Многовекторность воздействия глобальных трендов на город, с одной стороны, коррелирует с размыванием городской идентичности, снижением социокультурной солидарности и сплоченности [13, с. 42]. С другой стороны, современные города концентрируют значимые социальные и культурные ресурсы, позволяющие преодолеть разобщённость городских сообществ.

Перспективы преобразования социокультурного пространства города эксперты связывают с проблемами самоорганизации горожан, актуализацией культурно-исторической памяти, преодолением оппозиции городских властей, стремящихся к регламентации деятельности в сфере культуры, и городских сообществ [20], выступающих в качестве субъектов культурного многообразия. Современные научные разработки свидетельствуют, что высоким консолидирующим потенциалом обладают городские сообщества, целенаправленно реализующие стратегии конструирования коллективных идентичностей на основе актуализации историко-культурных ресурсов урбанизированных территорий [21, с. 33]. Сохранение коллективной истории и создание коллективных нарративов необходимо для поддержания групповых идентичностей, целостности группы, сообщества или общественного движения [26, с. 9] в условиях динамично изменяющейся социокультурной реальности.

Репрезентативным примером формирования устойчивой коллективной идентичности представляются городские сообщества исторических реконструкторов. В течение трех десятилетий историческая реконструкция, возникшая как досуговая молодежная субкультура, трансформировалась в динамично развивающееся общественное движение, обладающее значительным потенциалом для решения актуальных социокультурных задач в российском социуме. Анализируя данный процесс сквозь призму культурной сложности современного мира, В.А. Тишков констатирует: то, что ранее считалось «субкультурой», обретает влиятельные общественные позиции. Согласно мнению ученого, реконструкторы и схожие с ними сообщества «по (суб)культурным практикам и групповой солидарности», «уже вышли за пределы клубных тусовок», и благодаря накопленному общественно-политическому капиталу оказались «в центре общественной жизни» став субъектами политики и инструментом общественных перемен [19, с. 14-15]. Артикулированный вектор анализа приобретает особую актуальность в контексте объединения локальных реконструкторских сообществ в рамках общероссийского социально ориентированного движения. Теоретическую и практическую значимость представляет проблема выявления механизмов формирования позитивной культурной идентичности, анализа её роли в повышении мобильности и сплочённости исторических реконструкторов.

Современная академическая дискуссия выстраивается преимущественно вокруг осмысления воспитательного и культуротворческого потенциала движения исторической реконструкции, перенося фокус исследования в досуговую сферу. В данном контексте рассматриваются отдельные аспекты коллективной идентичности реконструкторов – когнитивные и аксиологические [4, 17]. В единичных публикациях на примере локальных кейсов раскрывается специфика дискурсивной идентичности участников реконструкторского движения [12]. В целом же проблема научной интерпретации культурной составляющей коллективной идентичности, релевантной современному этапу трансформации движения исторической реконструкции, остается нерешенной. Целью данного исследования является комплексный анализ культурной идентичности городских сообществ, входящих в состав общероссийского движения исторической реконструкции, с позиции оценки ее интеграционного потенциала.

Авторское понимание специфики коллективной идентичности исторических реконструкторов методологически опирается на теоретические идеи Г. Блумера, Н. Смелзера, П. Штомпки, акцентирующих внимание на социокультурном измерении социальных движений. Согласно Н. Смелзеру социальное движение интерпретируется как «организованные усилия группы для осуществления социокультурных изменений» [18, с. 605]. П. Штомпка артикулирует ценностную ориентацию социокультурных движений, стремящихся «изменить убеждения, кредо, ценности, нормы, символы» [24, с. 346]. Г. Блумер, выделив два типа социальных движений – общие и специфические, утверждает: «Общие движения ориентированы на последовательные и всеобъемлющие изменения человеческих ценностей – изменения, которые могут быть названы культурными течениями» [3, с. 195]. Именно развитие новых ценностей мотивирует участников общих движений к формированию новых представлений о самих себе, потребностей и интересов, которые не согласуются с их реальным положением в жизни. Стремление к реализации рефлексируемых потребностей представляет основу для специфических движений, которые правомерно рассматривать как «кристаллизацию значительной доли мотивации неудовлетворенности, надежды и желания, пробужденных общим социальным движением, и сосредоточение этой мотивации на какой-либо специфической цели» [3, с. 195].

Проблема культурной идентичности артикулирована в теории новых социальных движений, возникшей в новой культурологической ситуации, порождаемой культурным поворотом [15, с. 120]. Центральным в дискурсе данного типа движений, имеющих, по мнению С. Холла, «сильный культурный уклон и форму» [23], является формирование общей культурной идентичности, ценностно-нормативных фреймов, посредством которых придается смысл коллективным действиям. В рамках этого дискурса обсуждаются коммуникативный и процессуальный характер коллективных идентичностей [15, с. 121-122].

В контексте теории новых социальных движений проблема культурной идентичности реконструкторов оказывается более сложной и многогранной, чем она представлена в литературе, релевантной теме исследования. Объективная сложность научно-теоретического анализа изучаемого феномена связана с размытостью концепта «идентичность», трудностями эмпирической верификации идентичности, интерпретируемой С. Хантингтоном как «неявное множество, не поддающееся строгому определению и не подвластное стандартным методам измерения» [22, с. 39]. Современные аналитики признают наиболее очевидными показателями усложнения процессов коллективного самоопределения подвижность групповых границ, формирование множественных идентичностей, актуализацию и конструирование партикулярных идентичностей, появление которых обусловлено «феноменом корней», интеграцию их в более масштабные сообщества, включая нации-государства [19, с. 13-15]. Проекция этих идей на движение исторической реконструкции открывает новую аналитическую перспективу, значимую с точки зрения рефлексии качественных изменений культурной составляющей коллективной идентичности реконструкторов, обусловленных актуальными социокультурными трендами современности.

Важной предпосылкой смены оптики исследования явилось привлечение нового эмпирического материала, полученного на основе сочетания метода включенного наблюдения, анализа дискурсов и актуальных культурных практик, формирующих коллективную идентичность исторических реконструкторов. Продолжительное включенное наблюдение осуществлялось автором в процессе участия в фестивалях исторической реконструкции и Всероссийских сборах руководителей клубов исторической реконструкции, проводимых Федеральным агентством по делам молодежи РФ в 2016-2018 гг. Инструментарий дискурсивного подхода применялся при анализе интернет-ресурсов реконструкторского движения. Наиболее информативными были контент специализированного интернет-форума livinghistory.ru и созданного в «ВКонтакте» тематического сетевого сообщества «ООДРеконструкторы».

Систематизация результатов проведенных исследований позволяет выделить две доминантные тенденции в развитии современного реконструкторского движения, совпадающие по своей сути с общемировыми трендами современности: тенденцию к фрагментации движения и усложнению структуры коллективной идентичности и интенцию к сплоченности и институализации форм социокультурной активности. Первая из рассматриваемых тенденций опосредована социокультурной гетерогенностью движения исторической реконструкции, которая часто интерпретируется исследователями как вызов устойчивой коллективной идентичности и сплоченности. Данная проблема имеет различные ракурсы анализа. Превалирующим является подход, в соответствии с которым основными критериями и принципами дифференциации сообществ внутри изучаемого движения признаются атрибуция объединений реконструкторов по степени аутентичности воссоздаваемого исторического периода или артефакта, «объектам реконструкции», культурно-историческим эпохам и регионам [10; 11; 17, с. 150]. Другой ракурс гетерогенности предполагает рассмотрение организационной дифференциации движения, обусловленной наличием различных типов и режимов функционирования реконструкторских сообществ. Выделяются такие формы организации движения, как функционерский клуб, учебная группа, клуб любителей, клуб общения, творческий клуб, «реактивная группа» [10]. Указанные объединения могут быть как неформальными, так и формальными, имеющими правовой статус некоммерческих организаций.

В качестве значимых дифференцирующих факторов рассматриваются профессионализация и коммерциализация ряда направлений исторической реконструкции [6, с. 105-106; 11; 16; 25, с. 22], интерпретируемые исследователями как стремление участников движения к имплементации легитимных стратегий социализации и карьеры. В частности, высказывается предположение о прогрессирующем обособлении двух культурных кластеров – потребителей «историчных» артефактов и их производителей, обусловленном коммерциализацией обмена внутри реконструкторского движения. Кроме того, осуществляется дифференциация реконструкторских сообществ по критериям социокультурной активности, солидарности и сплоченности. Так, сообщества мастеров, солидаризирующихся с общими ценностями и задачами исторической реконструкции, но реализующих преимущественно индивидуальные консьюмеристские практики, идентифицируются как «нестабильные, временные, диффузные социальности, которые базируются на слабых связях и реляционной близости» [16].

В контексте современных трансформаций движения исторической реконструкции актуальной исследовательской задачей становится выявление механизмов, позволяющих сохранять и поддерживать баланс между процессами дифференциации и интеграции реконструкторских сообществ. В связи с этим представляется целесообразным сосредоточить внимание на выявлении приоритетной идентификации, определяющей мобильность и сплочённость участников движения исторической реконструкции. Исследования, проведенные нами в 2009-2019 гг. [5, 6, 7, 25], показали, что позитивное воздействие на эти процессы оказывает внутренняя культурная идентичность, включающая общие для большинства реконструкторских сообществ взаимосвязанные и взаимообусловленные компоненты: когнитивный, ценностно-нормативный и деятельностный.

Формирование когнитивного компонента культурной идентичности реконструкторов осуществляется через познание прошлого, формирующего у участников движения специфические навыки работы с историческими источниками, осознанный интерес к изучению истории, экспериментальной археологии, этнографии и фольклора, ролевое погружение в атмосферу реконструируемого культурно-исторического периода [5, с. 101; 25, с. 22]. Авторское исследование выявляет позитивное влияние исторической среды и культурных ландшафтов города на идентичность реконструкторских сообществ [5, с. 103; 7, с. 353-357]. С точки зрения семиотического подхода они могут рассматриваться как тексты-источники исторического знания. «Семиотическое содержание определенной местности <…> выступает исходной точкой для активной рефлексии исторически развитых, взаимодополняющих, напластовывающихся или взаимопроникающих исторических пространств», создавая «непосредственно переживаемое и аутентичное отношение к современности», и одновременно отражая выработанное ранее историческое знание о конкретном городе [1].

Позитивное отношение к культурно-историческому опыту обусловливает специфику нормативно-ценностного компонента коллективной идентичности участников реконструкторского движения. Ценностно-символическая система реконструкторов включает универсальные общекультурные и общегуманитарные ценности, а также специфические ценности и нормы изучаемого движения, обусловленные смысловым содержанием и практиками исторической реконструкции. Ключевыми составляющими данной нормативно-ценностной системы выступают патриотизм, ценности самовыражения и самореализации, как на физическом, так и на интеллектуальном, духовном уровне, коммуникативные ценности. Доминантной специфической ценностью реконструкторских сообществ является аутентичность, понимаемая как максимально достоверное с точки зрения исторических фактов, воссоздание боевых практик и событий прошлого, обрядов и ритуалов [4, с. 31-34; 5, с. 101; 12, с. 132; 17, с. 152-154]. Эти ценности приобрели характер устойчивых ценностных фреймов движения исторической реконструкции, детерминирующих культурные паттерны поведения и социального действия.

Проблематизируя деятельностный компонент коллективной идентичности реконструкторов, целесообразно отметить роль культурных практик в ее становлении и развитии. Специфической особенностью практик исторической реконструкции является содержательная глубина, многообразие сфер (наука, образование, музееведение, культурные/креативные индустрии, туризм) и форм, позволяющих участникам движения реализовать свои духовные потребности в культурной самоидентификации и социализации [5, с. 101]. Представляя собой сложившиеся и устойчивые формы взаимодействия, культурные практики, способствуют сохранению и воспроизводству базовых ценностных оснований коллективной идентичности реконструкторов. Вместе с тем они стимулируют поиск новых идентификационных оснований, адекватных культуре проектно-сетевого социума.

Современный вектор трансформации культурной идентичности реконструкторского движения определяют креативные практики, отличающиеся проектным мышлением, «способностью конвертировать ресурс исторической памяти в социальное созидание, устремленностью в будущее» [9, с. 42]. Репрезентативны в этом отношении инновационные проекты сообществ реконструкторов, направленные на сохранение и актуализацию культурно-исторического наследия городов, мобилизацию ресурсов культуры с целью конструирования туристических достопримечательностей, развития историко-познавательного и событийного туризма, мультимедийные и образовательно-воспитательные проекты (например, уроки «живой истории»). Формируемая в процессе совместной деятельности креативная идентичность, трактуется аналитиками как «новая форма коллективного самоопределения, ориентированная на социальное творчество» и обладающая значительным интеграционным потенциалом [8, с. 25]. Важным условием его эффективного использования представляется развитие проектно-сетевых отношений в российском социуме.

Аналитика культурных практик исторической реконструкции показывает, что артикулированная нами ранее тенденция сближения объединений реконструкторов с обществом [25, с. 24], развивающаяся в логике проектно-сетевого взаимодействия, приобрела устойчивый характер [7, с. 349-364]. Однако рассмотрение данной тенденции на примере интеракций реконструкторских сообществ с властными структурами различных уровней демонстрирует сложность и противоречивость влияния сетевого формата сотрудничества на трансформацию культурной идентичности изучаемого движения. Формируемое государством институционально-правовое пространство, с одной стороны, создает возможности для легального функционирования объединений реконструкторов, имеющих статус НКО, получения ими государственной поддержки в сфере проектной деятельности. С другой стороны, сложившаяся нормативно-правовая база продуцирует барьеры, ограничивающие общественные культурные инициативы. Регламентируются направления деятельности НКО (гражданско-патриотическое воспитание, репрезентация официально одобренных исторических образов и событий), целевые аудитории (дети, молодежь), условия предоставления финансовой помощи (политическая лояльность, участие в государственных программах и проектах патриотического воспитания) [5, с. 102-103]. Проблемную ситуацию создает недооценка некоторыми государственными структурами научного, культуротворческого и воспитательного потенциала движения исторической реконструкции, инструментальное использование его участников для достижения наибольшей массовости мероприятий, направленных на репрезентацию официальной версии исторического прошлого. Комментируя сложившуюся ситуацию, лидеры движения констатируют: «<…> Минкульт и рвио воспринимают реконструкторов только в формате аниматоров за редким исключением <…> как яркую картинку и контент для инфоповодов - не более. Аспекты научной, экспериментальной, созидательной, воспитательной и патриотической составляющей нашей деятельности не видят» [14].

Иммитационным и упрощенным коммеморативным практикам, ориентированным на массовую аудиторию, противопоставляется аутентичность, научно-обоснованный подход к интерпретации исторических фактов: «<…> по сути своей реконструкция стремится работать в научном ключе и продвигать в массы именно научный взгляд на проблемы истории, те же самые вышеупомянутые организации если и работают с наукой, то лишь исключительно под нужным их целям ключом» , маскируясь под реконструкторов [3, с. 1].

Обсуждение проблем и перспектив развития взаимодействия сообществ реконструкторов с государственными структурами приобрело характер широкой общественной дискуссии, способствующей активизации идентификационного процесса в реконструкторском движении. В ходе дискуссии выявилась вариативность дискурсивных позиций представителей реконструкторских сообществ по данным вопросам. Превалирующая точка зрения сводилась к выводу: «реконструкция давно переросла хобби», на основе которого была артикулирована идеялегитимации Общероссийского общественного движения исторической реконструкции. Для продвижения этой инициативы активно использовались сетевые ресурсы, интегрированные в онлайн- и офлайн- пространстве. Наиболее активная полемика развернулась во время проведения Всероссийских сборов руководителей клубов исторической реконструкции (ноябрь 2016-декабрь 2017 гг.), на заседании круглого стола Общественной палаты Российской Федерации (ноябрь 2017 г.), региональных конференциях объединений реконструкторов.

Особая роль в консолидации общероссийского общественного движения исторической реконструкции принадлежала созданному в «ВКонтакте» сетевому сообществу «ООДРеконструкторы», ставшему основной дискуссионной площадкой. Анализируемые материалы онлайн-дискуссии как одной из актуальных форм дискурсивных практик позволяют сделать вывод об актуализации рефлексивного компонента коллективной идентичности реконструкторов. Во взаимоотношениях с государственными структурами принципиально важным для них являлся ответ на вопрос: «Статисты мы или нет?».

Целенаправленно конструируя позитивный образ движения, участники дискуссии уделяют особое внимание репрезентации специфики его культурной идентичности. Реконструкторы репрезентируются как движение, обеспечивающее сохранение и передачу аутентичного культурно-исторического опыта и духовных традиций российского общества. В качестве значимых компонентов коллективной идентичности представлены патриотизм и гражданская активность. В интерпретации лидеров движения оно позиционируется как «определенный срез Российского общества, имеющий своими целями сохранение и изучение истории, пропаганду ратных подвигов героев Отечества, <…> интерактивную форму патриотического воспитания, адекватного и полезного увлечения людей с активной гражданской позицией <…> [14].

Общероссийское движение идентифицируется как коллективный актор, обладающий значительным потенциалом для адекватного представительства и отстаивания интересов реконструкторских сообществ на социетальном уровне. Предполагается, что его легитимация будет способствовать достижению гражданских целей: «<…> мы все осознаем необходимость общего объединения и главная задача стоит создать единое объединение людей по идейному <…> признаку, для защиты своих прав, интересов, поддержки на местах и консолидации наших мощностей» , <…> продвижения законотворческих инициатив, развития движения в целом» [14].

Осознание проблемы самоопределения как общезначимой определило переход от декларирования культурной идентичности к качественным институциальным изменениям в реконструкторском движении. В 2018-2019 гг. его трансформация достигла той институциальной стадии, на которой «наблюдается кристаллизация движения в фиксированную организацию с определенным составом и структурой, предназначенную для осуществления целей этого движения» [3, с. 195-199]. Официальный статус получило Общероссийское общественное движение клубов исторической реконструкции, агрегирующее интересы социально активного сегмента движения.

В целом обобщение и анализ теоретического и актуального эмпирического материала позволили сформировать новое проблемное поле, характеризующееся смещением фокуса внимания с описания процессов фрагментации российского движения исторической реконструкции на выявление механизмов, позволяющих сохранять и поддерживать баланс между процессами дифференциации и интеграции реконструкторских сообществ. Современный вектор трансформации изучаемого движения определяет позитивная культурная идентичность, формируемая на основе глубокой рефлексии культурно-исторического опыта и современной социокультурной реальности. Значительным потенциалом для ее развития обладают поликультурные практики исторической реконструкции. Представляя собой сложившиеся и устойчивые формы взаимодействия, культурные практики способствуют сохранению и воспроизводству базовых оснований коллективной идентичности реконструкторов – когнитивного, ценностно-нормативного и деятельностного. Вместе с тем они стимулируют развитие новых идентификационных оснований, адекватных культурной сложности современного социума. Приобретая креативный, проектный и сетевой характер, культурная идентичность становится значимым ресурсом мобильности и качественной трансформации реконструкторского движения. Важным итогом этих изменений является легитимация Общероссийского общественного движения клубов исторической реконструкции.

Библиография
1.
Аккерман Ф., Аккерман Я., Литтке А., Ниссер Ж., Томанн Ю. Прикладная история, или Публичное измерение прошлого // Неприкосновенный запас. 2012. № 3 (83). – URL: http://magazines.russ.ru/nz/2012/3/a19.html (дата обращения: 03.10.2018).
2.
Бережной А. Б. Всероссийский сбор реконструкторов. Обсуждение вопросов повестки – URL: https://vk.com/topic-156152771_35945810 (дата обращения: 15.04. 2019).
3.
Блумер Г. Коллективное поведение / пер. Д. Водотынского // Американская социологическая мысль: Тексты / сост. Е. И. Кравченко; под В. И. Добренькова. М.: Изд-во МГУ, 1994.-496 с.
4.
Богданов С. В., Волошинов А. В. Инженерия духа: движение военно-исторической реконструкции в формировании ценностей современного общества // Обсерватория культуры. 2014. № 6. С. 30-35.
5.
Божок Н. С. Культура патриотизма российского городского сообщества: дискурс культурно-исторической реконструкции // Вестник Поволжского института управления. 2018. Т. 18. № С. 97-106.
6.
Божок Н. С., Ярская В. Н. Путь к сплочённости как ресурсу взаимопонимания участников фестивалей исторической реконструкции // Калейдоскоп времени: ускорение, инверсия, нелинейность, многообразие (Саратов, 25-26 сентября 2015 года) [Электронное издание комбинированного распространения] Сборник статей по материалам Международной междисциплинарной конференции / науч. ред. В.Н. Ярская – Саратов: СГТУ, 2016. С. 103-111.
7.
Божок Н. С. Сплочённость в дискурсе культурно-исторической реконструкции // Социальная сплочённость как категория темпорализма в контексте современности: коллективная монография / Науч. ред. В. Ярская-Смирнова. М.: Вариант, 2017. С. 341-364.
8.
Волков Ю. Г. Креативность в контексте формирования российской идентичности // Гуманитарий Юга России. 2014. Том. 10. № 1. – URL: https://jour.isras.ru/index.php/hsr/article/view/3578/3364 (дата обращения: 22.06. 2019).
9.
Волков Ю. Г. Солидарная активность в российском обществе: креативные практики // Социологические исследования. 2017. № 2. С. 41-48.
10.
Кадер А. М. Организационные формы движения исторической реконструкции // Труды института бизнес-коммуникаций: научное издание ; под общ. ред. М. Э. Вильчинской-Бутенко.-Санкт-Петербург, 2017. Т. I. С. 172-174.-URL: http://publish.sutd.ru/docs/content/trudyIBK_2017.pdf (дата обращения: 29.07.2019).
11.
Клюев А. И., Свешников А. В. Движение исторической реконструкции – от хобби к бизнесу // Неприкосновенный запас. 2018. № 1. URL: http://magazines.russ.ru/nz/2018/1/dvizhenie-istoricheskoj-rekonstrukcii-ot-hobbi-k-biznesu.html (дата обращения: 05.11.18).
12.
Клюев А. И., Свешников А. В. Дискурсивная идентичность современного исторического реконструктора (на материале медиевальных клубов исторической реконструкции) // Диалог со временем. 2019. № 1. С. 120-136.
13.
Многоэтничный город. Проблемы и перспективы управления культурным разнообразием в крупнейших городах / О. Вендина, Э. Паин.-Москва : Сектор, 2018. – 184 с.
14.
Новиков А. Ю. Почему реконструкторам нужно общероссийское движение? – URL: https://vk.com/wall32365779_6397 (дата обращения: 28.08.2017).
15.
Павлова Т. В. Социальные движения как фактор трансформации институциональной среды: проблемы теории // Политические исследования. 2008. № 5. С. 113-124.
16.
Поляков С. И. Мастер исторической реконструкции на сцене и в жизни // Этнографическое обозрение. 2017. № 4. – URL: https://publications.hse.ru/ articles/ 185478309 (дата обращения: 03.12.2017).
17.
Радченко Д.А., Писарев А.Е. Историческая реконструкция: нормативное пространство и фольклор субкультуры // Традиционная культура. 2012. № 1. С. 150-161.
18.
Смелзер Н. Социология / под ред. В. А. Ядова. М.: Феникс, 1994.-688 с.
19.
Тишков В. А. Усложняющее разнообразие: как его понимать и упорядочить // Культурная сложность современных наций / Отв. ред. В. А. Тишков, Е. И. Филиппова; Институт этнологии и антропологии им. Н. Н. Миклухо-Маклая РАН. – М.: Политическая энциклопедия, 2016.-384 с.
20.
Устьянцев В. Б. Культурно-историческое пространство крупного города: исходные структуры. – URL: http://www.comk.ru/HTML/ustyancev_doc.htm (дата обращения: 30.09.2018).
21.
Федотова Н. Г. Формирование городской идентичности: факторный и институциональный аспекты // Журнал социологии и социальной антропологии. 2017. Т. XX. № 3. С. 32-49.
22.
Хантингтон С. Кто мы?: Вызовы американской национальной идентичности. М.: АСТ, 2004.-635 с.
23.
Холл С. Вопрос культурной идентичности // Художественная жизнь: [веб-сайт]. 2015. № 77-78.-URL: http://xz.gif.ru/numbers/77-78/hall (дата обращения: 02.03.2019).
24.
Штомпка П. Социология социальных изменений / пер. с англ.; под ред. В. А. Ядова. М.: Аспект-Пресс, 1996.-416 с.
25.
Ярская В. Н., Божок Н. С. Перспектива поколения: движение исторической реконструкции // Изв. Сарат. ун-та. Нов. сер. Сер. Социология. Политология. 2014. Т. 14. Вып. 2. С. 19-26.
26.
Ярская В. Н., Ярская-Смирнова Е. Р. Предисловие редакторов // Власть времени: социальные границы памяти / Под ред. В. Н. Ярской и Е. Р. Ярской-Смирновой.-М., 2011. С. 7-10.
References (transliterated)
1.
Akkerman F., Akkerman Ya., Littke A., Nisser Zh., Tomann Yu. Prikladnaya istoriya, ili Publichnoe izmerenie proshlogo // Neprikosnovennyi zapas. 2012. № 3 (83). – URL: http://magazines.russ.ru/nz/2012/3/a19.html (data obrashcheniya: 03.10.2018).
2.
Berezhnoi A. B. Vserossiiskii sbor rekonstruktorov. Obsuzhdenie voprosov povestki – URL: https://vk.com/topic-156152771_35945810 (data obrashcheniya: 15.04. 2019).
3.
Blumer G. Kollektivnoe povedenie / per. D. Vodotynskogo // Amerikanskaya sotsiologicheskaya mysl': Teksty / sost. E. I. Kravchenko; pod V. I. Dobren'kova. M.: Izd-vo MGU, 1994.-496 s.
4.
Bogdanov S. V., Voloshinov A. V. Inzheneriya dukha: dvizhenie voenno-istoricheskoi rekonstruktsii v formirovanii tsennostei sovremennogo obshchestva // Observatoriya kul'tury. 2014. № 6. S. 30-35.
5.
Bozhok N. S. Kul'tura patriotizma rossiiskogo gorodskogo soobshchestva: diskurs kul'turno-istoricheskoi rekonstruktsii // Vestnik Povolzhskogo instituta upravleniya. 2018. T. 18. № S. 97-106.
6.
Bozhok N. S., Yarskaya V. N. Put' k splochennosti kak resursu vzaimoponimaniya uchastnikov festivalei istoricheskoi rekonstruktsii // Kaleidoskop vremeni: uskorenie, inversiya, nelineinost', mnogoobrazie (Saratov, 25-26 sentyabrya 2015 goda) [Elektronnoe izdanie kombinirovannogo rasprostraneniya] Sbornik statei po materialam Mezhdunarodnoi mezhdistsiplinarnoi konferentsii / nauch. red. V.N. Yarskaya – Saratov: SGTU, 2016. S. 103-111.
7.
Bozhok N. S. Splochennost' v diskurse kul'turno-istoricheskoi rekonstruktsii // Sotsial'naya splochennost' kak kategoriya temporalizma v kontekste sovremennosti: kollektivnaya monografiya / Nauch. red. V. Yarskaya-Smirnova. M.: Variant, 2017. S. 341-364.
8.
Volkov Yu. G. Kreativnost' v kontekste formirovaniya rossiiskoi identichnosti // Gumanitarii Yuga Rossii. 2014. Tom. 10. № 1. – URL: https://jour.isras.ru/index.php/hsr/article/view/3578/3364 (data obrashcheniya: 22.06. 2019).
9.
Volkov Yu. G. Solidarnaya aktivnost' v rossiiskom obshchestve: kreativnye praktiki // Sotsiologicheskie issledovaniya. 2017. № 2. S. 41-48.
10.
Kader A. M. Organizatsionnye formy dvizheniya istoricheskoi rekonstruktsii // Trudy instituta biznes-kommunikatsii: nauchnoe izdanie ; pod obshch. red. M. E. Vil'chinskoi-Butenko.-Sankt-Peterburg, 2017. T. I. S. 172-174.-URL: http://publish.sutd.ru/docs/content/trudyIBK_2017.pdf (data obrashcheniya: 29.07.2019).
11.
Klyuev A. I., Sveshnikov A. V. Dvizhenie istoricheskoi rekonstruktsii – ot khobbi k biznesu // Neprikosnovennyi zapas. 2018. № 1. URL: http://magazines.russ.ru/nz/2018/1/dvizhenie-istoricheskoj-rekonstrukcii-ot-hobbi-k-biznesu.html (data obrashcheniya: 05.11.18).
12.
Klyuev A. I., Sveshnikov A. V. Diskursivnaya identichnost' sovremennogo istoricheskogo rekonstruktora (na materiale medieval'nykh klubov istoricheskoi rekonstruktsii) // Dialog so vremenem. 2019. № 1. S. 120-136.
13.
Mnogoetnichnyi gorod. Problemy i perspektivy upravleniya kul'turnym raznoobraziem v krupneishikh gorodakh / O. Vendina, E. Pain.-Moskva : Sektor, 2018. – 184 s.
14.
Novikov A. Yu. Pochemu rekonstruktoram nuzhno obshcherossiiskoe dvizhenie? – URL: https://vk.com/wall32365779_6397 (data obrashcheniya: 28.08.2017).
15.
Pavlova T. V. Sotsial'nye dvizheniya kak faktor transformatsii institutsional'noi sredy: problemy teorii // Politicheskie issledovaniya. 2008. № 5. S. 113-124.
16.
Polyakov S. I. Master istoricheskoi rekonstruktsii na stsene i v zhizni // Etnograficheskoe obozrenie. 2017. № 4. – URL: https://publications.hse.ru/ articles/ 185478309 (data obrashcheniya: 03.12.2017).
17.
Radchenko D.A., Pisarev A.E. Istoricheskaya rekonstruktsiya: normativnoe prostranstvo i fol'klor subkul'tury // Traditsionnaya kul'tura. 2012. № 1. S. 150-161.
18.
Smelzer N. Sotsiologiya / pod red. V. A. Yadova. M.: Feniks, 1994.-688 s.
19.
Tishkov V. A. Uslozhnyayushchee raznoobrazie: kak ego ponimat' i uporyadochit' // Kul'turnaya slozhnost' sovremennykh natsii / Otv. red. V. A. Tishkov, E. I. Filippova; Institut etnologii i antropologii im. N. N. Miklukho-Maklaya RAN. – M.: Politicheskaya entsiklopediya, 2016.-384 s.
20.
Ust'yantsev V. B. Kul'turno-istoricheskoe prostranstvo krupnogo goroda: iskhodnye struktury. – URL: http://www.comk.ru/HTML/ustyancev_doc.htm (data obrashcheniya: 30.09.2018).
21.
Fedotova N. G. Formirovanie gorodskoi identichnosti: faktornyi i institutsional'nyi aspekty // Zhurnal sotsiologii i sotsial'noi antropologii. 2017. T. XX. № 3. S. 32-49.
22.
Khantington S. Kto my?: Vyzovy amerikanskoi natsional'noi identichnosti. M.: AST, 2004.-635 s.
23.
Kholl S. Vopros kul'turnoi identichnosti // Khudozhestvennaya zhizn': [veb-sait]. 2015. № 77-78.-URL: http://xz.gif.ru/numbers/77-78/hall (data obrashcheniya: 02.03.2019).
24.
Shtompka P. Sotsiologiya sotsial'nykh izmenenii / per. s angl.; pod red. V. A. Yadova. M.: Aspekt-Press, 1996.-416 s.
25.
Yarskaya V. N., Bozhok N. S. Perspektiva pokoleniya: dvizhenie istoricheskoi rekonstruktsii // Izv. Sarat. un-ta. Nov. ser. Ser. Sotsiologiya. Politologiya. 2014. T. 14. Vyp. 2. S. 19-26.
26.
Yarskaya V. N., Yarskaya-Smirnova E. R. Predislovie redaktorov // Vlast' vremeni: sotsial'nye granitsy pamyati / Pod red. V. N. Yarskoi i E. R. Yarskoi-Smirnovoi.-M., 2011. S. 7-10.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Данная статья посвящена весьма интересной и относительно новой для России проблеме - реконструкторскому движению. В статье данный социокультурный феномен рассматривается в новом научном аспекте - с точки зрения анализа формирования идентичности городских сообществ реконструкторов. Подобная постановка задачи говорит о том, что тематика данной статьи относится либо к области социологии (в частности, социологии города или городских сообществ) или культурологии, а не к урбанистике, как это заявлено в описании, сопровождающем данную статью. Статья имеет четкую структуру, выраженную в наличии разделов, название и содержание которых соответствует стандартам академического письма. В первом разделе автор обосновывает актуальность поставленной проблемы, говоря о том, что историческая реконструкция превратилась в социальное движение, "обладающее значительными ресурсами для решения актуальных социокультурных задач в современном российском социуме". Второй раздел статьи представляет собой описание степени разработанность научной проблемы и это также представляется рецензенту положительной стороной исследования, тем более что это описание проведено грамотно и достаточно полно. Третий раздел статьи, озаглавленный "Многоаспектность поставленной проблемы, ее междисциплинарный хаорактер", обосновывает необходимость применения методов различных научных дисциплин и множества научных подходов к решению проблемы, намеченной в названии статьи. Завершается текст краткими выводами. Ознакомившись со структурой статьи, рецензент отмечает, что около 40 процентов ее объема занимает раздел "Степень разработанности проблемы", а около 50 процентов - раздел "Многоаспектность поставленной проблемы, ее междисциплинарный характер". Очевидно, что основное содержание проведенного автором исследования должно было бы размещаться именно в этом разделе. Однако в этом разделе мы лишь находим ряд упоминаний о некотором исследовании, проведенном автором статьи, фактически, автор лишь описывает некоторые характеристики проделанной им работы, своего оригинального исследования, практически полностью оставшегося за рамками данной статьи. Таким образом, статья содержит не описание исследования, не его результаты, но лишь характеризует его отдельные моменты. У рецензента сформировалось мнение, что представленный на рецензию текст, по своей сути является фрагментом какого-то другого, существенно большего, научного текста, например, диссертации или ее автореферата, поскольку содержит элементы, свойственные именно диссертации, а не научной статье. В таком случае понятно, почему все ключевые моменты исследования остались за рамками статьи. Таким образом, мы можем сформулировать сказанное в форме нескольких замечаний: 1. Данный, без сомнения научный, текст не является статьей, поскольку в нем отсутствует целый ряд формальных моментов, например, формулировка цели проведенного исследования, его ход, то есть исходные данные, их анализ, научная обработка и результат. 2. Выводы, завершающие данный текст, по сути являются общими фразами и никак не связаны с содержанием исследования. В принципе, первого замечания уже было бы достаточно, чтобы отказать автору в рекомендации к публикации. Однако рецензент отмечает оригинальность темы авторского исследования, соглашается с ее актуальностью, а также с логикой автора в области определения объекта и предмета его исследования. Поэтому рецензент рекомендует автору доработать данный текст так, чтобы он соответствовал жанровым требованиям научной статьи.

Результаты процедуры повторного рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Замечания: «Перспективы преобразования социокультурного пространства города эксперты связывают с проблемами самоорганизации горожан, актуализацией культурно-исторической памяти, преодолением оппозиции городских властей, стремящихся к регламентации деятельности в сфере культуры, и городских сообществ (что — городских сообществ? Проблемами? Это не совсем понятно; может быть, городскими сообществами?)  [20], выступающих в качестве субъектов культурного многообразия. » И далее: «Современные научные разработки свидетельствуют, что высоким консолидирующим потенциалом обладают городские сообщества (при чем здесь научные разработки? Речь о итогах обследований-исследований?), целенаправленно реализующие стратегии конструирования коллективных идентичностей (кто выступает субъектом их (стратегий) разработки?) на основе актуализации историко-культурных ресурсов урбанизированных территорий [21, с. 33]. » «Анализируя данный процесс сквозь призму культурной сложности современного мира, В.А. Тишков констатирует: то, что ранее считалось «субкультурой», обретает влиятельные общественные позиции. Согласно мнению ученого, реконструкторы и схожие с ними сообщества «по (суб)культурным практикам и групповой солидарности», «уже вышли за пределы клубных тусовок», и благодаря накопленному общественно-политическому капиталу оказались «в центре общественной жизни» став субъектами политики и инструментом общественных перемен [19, с. 14-15].  » Поскольку речь, судя по всему, зашло о генеральном предмете, мнения Тишкова (при всем к нему уважении) «маловато будет». «Именно развитие новых ценностей мотивирует участников общих движений к формированию новых представлений о самих себе, потребностей и интересов, которые не согласуются с их реальным положением в жизни. » Сомнительное определение, целиком основанное отрицанием («бунтарским духом»). Далее, впрочем, тезис отчасти раскрывается: «Стремление к реализации рефлексируемых потребностей представляет основу для специфических движений, которые правомерно рассматривать как «кристаллизацию значительной доли мотивации неудовлетворенности, надежды и желания, пробужденных общим социальным движением, и сосредоточение этой мотивации на какой-либо специфической цели» [3, с. 195]. » Тем не менее, описание тяготеет к форме, обходя содержание (цели сосредоточения мотивов). «В контексте теории новых социальных движений проблема культурной идентичности реконструкторов оказывается более сложной и многогранной, чем она представлена в литературе, релевантной теме исследования.  » Непонятно, что чему противопоставляется. «Ценностно-символическая система реконструкторов включает универсальные общекультурные и общегуманитарные ценности, а также специфические ценности и нормы изучаемого движения, обусловленные смысловым содержанием и практиками исторической реконструкции. Ключевыми составляющими данной нормативно-ценностной системы выступают патриотизм, ценности самовыражения и самореализации, как на физическом, так и на интеллектуальном, духовном уровне, коммуникативные ценности. Доминантной специфической ценностью реконструкторских сообществ является аутентичность, понимаемая как максимально достоверное с точки зрения исторических фактов, воссоздание боевых практик и событий прошлого, обрядов и ритуалов [4, с. 31-34; 5, с. 101; 12, с. 132; 17, с. 152-154]. » Звучит довольно убедительно, и все же не оставляет сомнение в возможности (бесконфликтного) сочетания «универсальных общекультурных и общегуманитарных ценностей» с «аутентичостью» (боевых практик). Заключение: работа отвечает требованиям, предъявляемым к научному изложению, и рекомендована к публикации.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"