Статья 'Трансформация идентичности под влиянием глобализационных процессов и технологического развития современного общества' - журнал 'Социодинамика' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Социодинамика
Правильная ссылка на статью:

Трансформация идентичности под влиянием глобализационных процессов и технологического развития современного общества

Атласкиров Альберт Русланович

кандидат социологических наук

Старший научный сотрудник, Центр социально-политических исследований КБНЦ РАН

360051, Россия, республика Кабардино-Балкарская республика, г. Нальчик, ул. Пушкина, 18

Atlaskirov Albert Ruslanovich

PhD in Sociology

Senior Scientific Associate, Center for Socio-Political Research of Kabardino-Balkar Scientific Center of the Russian Academy of Sciences

360051, Russia, respublika Kabardino-Balkarskaya respublika, g. Nal'chik, ul. Pushkina, 18

atlaskirov.albert@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-7144.2019.10.30001

Дата направления статьи в редакцию:

13-06-2019


Дата публикации:

02-10-2019


Аннотация.

Большую популярность в современных гуманитарных исследованиях приобрел концепт идентичности, отодвинув на второй план ранее широко применявшиеся для аналитики и типологизации социокультурных процессов концепты – культура, сознание, мировоззрение и т.д. В представленной работе академические труды, связанные с исследованиями идентичности, разделены на несколько тематических групп: в первую группу отнесены работы, содержащие анализ методологии исследования концепта идентичности; вторую группу составляют работы посвященные формированию идентичности в контексте глобализационных процессов; к третьей группе относятся исследования, направленные на выявление региональных особенностей формирования идентичности. Выявлено, что в условиях ускорения глобализационных процессов и технологического прогресса во многих областях общественной жизни, идентичность человека из устойчивой, во многом статичной категории (пол, раса, профессия и т.д.), трансформируется в «зыбкую», неустойчивую структуру социальных ориентаций человека, способную в короткие сроки измениться под влиянием различных факторов.

Ключевые слова: Идентичность, глобализация, технологический прогресс, натуралистически-эссенциалистский подход, конструктивистский подход, аскриптивная идентичность, приобретенная идентичность, национальная идентичность, раса, кризис идентичности

Abstract.

The concept of identity enjoys wide popularity within the modern humanity studies, relegating to the background the concepts of culture, mentality, worldview, and others extensively used in analytics and classification of sociocultural processes. This article divides the academic works associated with the study of identity into several themed groups: the first group encompasses the works containing the analysis of research methodology for the concept of identity; the second group consists of the works dedicated to the formation of identity in the context of globalization processes; the third group incorporates the research aimed at determination of the regional peculiarities of identity building. It is revealed that in the context of boosting the globalization processes and technological progress in many spheres of social life, identity of a person from stable and static category (gender, race, profession, etc.) transforms into a “vague”, unstable structure of social orientations of a person that can change within a short time under the influence of various factors.

Keywords:

ascriptive identity, constructivist approach, naturalistic-essentialist approach, technological progress, globalization, Identity, acquired identity, national identity, race, identity crisis

Возрастающая сложность и динамичность общественных процессов предполагает постоянное совершенствование инструментария, используемого для анализа и объяснения происходящих вокруг изменений. В силу того, что основная задача социальных наук состоит в упорядочении существующих явлений общественной жизни и создании новых идей и смыслов, необходимых для дальнейшего поступательного развития, эффективное использование аналитических категорий, описывающих субъективную сторону происходящих трансформаций, приобретает ключевое значение.

Концепт идентичности занимает прочное место в современной академической науке. Масштабное «внедрение» идентичности в исследования общественно-политических процессов характерно для конца XX – начала XXI века. Вместе с тем, следует отметить, что активное применение данного концепта в академической и публицистической литературе сопровождается неутихающими спорами о роли идентичности в социальных отношениях, в условиях технологической революции и ускорения глобализационных процессов. Кроме того, важным остается вопрос соотнесения в рамках общего понятия идентичности Я-идентичности , которая характеризует личностную индивидуальность, и Мы-идентичности , указывающую на общие ориентиры, формирующиеся в процессе социализации в рамках различных групп (этнических, религиозных, профессиональных и т.д.)[26].

Целью работы является исследование особенностей трансформации идентичности под влиянием технологического развития и глобализационных процессов.

Первые исследования идентичности связывают с психологической наукой, и являются ответом на возникшую потребность в объяснении мотивации поведения человека в условиях трансформации социальных отношений. После выхода во второй половине XX века работы Эрика Эриксона [22], исследования идентичности стали широко практиковаться не только в психологии, но в социологии, политологии и других гуманитарных науках. Это привело к тому, что некоторые понятия, которые ранее в различных науках выполняли функции аналитики и типологизации социокультурных процессов, отошли на второй план. К таким понятиям относятся – сознание, культура, менталитет, мировоззрение и т.д. По мнению К.Г. Холодковского, близкие по смыслу к идентичности концепты, способны в исследовательском процессе обогащаться содержанием, но всей совокупностью изложенных ею преимуществ, не обладает ни один из них [18, с. 42].

В представленной работе академические труды, связанные с исследованиями идентичности, разделены на несколько тематических групп. В первую группу входят работы, содержащие анализ методологии исследования концепта идентичности [13, 5]. О.В. Попова отмечает, что во многих научных работах вопросы методологии исследования идентичности замалчиваются или решаются абсолютно волюнтаристски. Несмотря на то, что применение отдельных методологий в исследовании имеет определенные ограничения, понятие «идентичность» продолжает широко применяться, что свидетельствует о необходимости и неизбежности дальнейших поисков более универсальных принципов исследования данного концепта [10]. В современной академической литературе наиболее остро протекает полемика между натуралистически-эссенциалистским и конструктивистским толкованием идентичности [16].

Вторую группу составляют работы посвященные формированию идентичности в контексте глобализационных процессов [21, 15]. На рубеже третьего тысячелетия, в силу технологической революции и ускоряющегося процесса трансформации традиционных обществ, существовавший до недавних пор упорядоченный мир идентичностей распадается, меняется форма и содержание социальных взаимодействий. Добавляются новые линии размежевания, углубляются внутренние разломы в социокультурных ландшафтах, формируются новые социальные неравенства [25, 12]. Разделенные группы вступают в противоборство друг с другом, и, чтобы избежать радикализации таких противостояний, по мнению исследователей, важно не уставать показывать, что напряжение между безопасностью стоящей за традицией, и свободой, предлагаемой модерностью, универсально [20]. Однако пути преодоления такого напряжения посредством политики идентичности не универсальны, и зависят от конкретных особенностей политической культуры населения.

К третьей группе относятся исследования, направленные на выявление региональных особенностей формирования идентичности, получившие большую популярность в условиях геополитических потрясений начала XXI века [9, 11, 6]. Одним из наиболее общих измерений идентичности является цивилизационная идентичность. Исследованию жизненных циклов различных культур и цивилизаций посвящены труды О. Шпенглера [19], А.Дж. Тойнби [14], Н. Бердяева [1] и многих других ученых. В своей, ставшей уже классической, работе «Столкновение цивилизаций» [17] С. Хантингтон делит человечество на западную, исламскую, православную, конфуцианскую, латиноамериканскую и другие цивилизации. Он отмечает, что после исчезновения биполярной системы международных отношений, наиболее значимые конфликты глобальной политики будут разворачиваться между нациями и социальными группами, которые принадлежат к различным локальным цивилизациям. Цивилизационная идентичность является одним из наиболее устойчивых, статичных способов соотнесения себя с какой-либо социальной группой, существующих на протяжении длительного времени.

Выше нами было отмечено, что в научной литературе остро проходит полемика между натуралистически-эссенциалистским и конструктивистским толкованием идентичности. Натуралистически-эссенциалистский подход основывается на признании природных сущностей индивида – семья, раса, язык, этнос и т.д. Согласно данному подходу схожесть характеристик идентичности вытекает «из общих и объективно присущих психологических черт и установок, структурных характеристик общества и прочих «естественных» параметров, сохраняющих свою неизменность» [16]. Конструктивистский подход, в отличие от натуралистически-эссенциалистского, рассматривает идентичность не как данность от природы, а как конструируемое человеком и обществом явление. Вместе с тем, следует отметить, что конструктивизм признает достаточно устойчивое состояние наиболее общих «природных» категорий идентичности – раса, нация, цивилизация, этнос и т.д.

По мнению Р. Брубейкера натуралистически-эссенциалистский подход слишком статичный, жесткий, а конструктивистский, наоборот, слишком мягок. Он отмечает, что «Эссенциализм действительно был подвергнут суровой критике, и сегодня конструктивистские жесты сопровождают большинство суждений об идентичности. И все же мы часто сталкиваемся с тревожной амальгамой конструктивистского языка и эссенциалистской аргументации. Она не свидетельствует об интеллектуальной неразборчивости. Скорее, она отражает двойственную установку многих ученых-идентитарианцев как аналитиков и вместе с тем — приверженцев политики идентичности. Она отражает несогласованность между конструктивистским языком, который требуется академической корректностью, и фундаменталистским или эссенциалистским смыслом, который может потребоваться для достижения практической эффективности взываний к идентичности. И не нужно искать выхода в более последовательном конструктивизме: ведь неясно, почему вообще то, что обыкновенно характеризуется как множественное, фрагментарное и текучее, следует определять как идентичность» [2, с. 72-74].

В социологию из психологии перешли два понятия, активно использующиеся в идентитарных исследованиях – аскриптивная и приобретенная идентичности. Эти понятия ввел в возрастную психологию М. де Левит, рассматривая их в качестве базовой разновидности социальной идентичности, наряду с «заимствованной» идентичностью. Под аскриптивной идентичностью подразумевается предопределенное, заданное от момента рождения индивида отождествление его с определенной социальной группой. Традиционно к аскриптивной идентичности относят возрастную, расовую, половую, национальную идентичности, как правило, предписанную помимо воли и сознания индивида. В особых случаях к аскриптивной идентичности может быть отнесена и статусная идентичность. Например, в сословном или кастовом обществе принадлежность к аристократическому роду или касте брахманов задаётся по факту рождения в определенной семье.

Приобретенная идентичность основывается на самостоятельном, осознанном выборе индивида и начинает формироваться в подростковом возрасте. Вместе с тем, необходимо отметить, что аскриптивная и приобретенная идентичности не могут существовать друг без друга, они обуславливают друг друга. В любом обществе, вне зависимости от того демократия это или тоталитаризм, существует зависимость приобретенных идентичностей от аскриптивных. Например, при всей «идеальности» демократической системы США, возможность получения качественного высшего образования сохраняет сильную зависимость от семьи, в которой родился человек. Следует отметить, что в последние годы ведутся острые научные дискуссии относительно актуальности разграничения аскриптивных и приобретенных идентичностей, вследствие достижений научно-технического прогресса.

Кризис традиционных представлений о статичности социально обусловленной природы человека, системы разделяемых им ценностей и социальных ориентаций обусловил повсеместное внедрение в научный дискурс понятия «кризис идентичности». Идентичность традиционных обществ отличалась устойчивостью, основанной на доминировании традиций, представлений о мироздании, передававшихся из поколения в поколение. Идентичность не выступала предметом анализа, так как не воспринималась как проблема. В качестве меняющейся и проблематизируемой величины она возникла в эпоху глобализации на рубеже XX-XXI веков. Происходившие вслед за техническим прогрессом социальные и культурные сдвиги меняли содержание идентичности. По мнению В.В. Лапкина «кризис идентичностей следует рассматривать в качестве аналитической категории, открывающей возможности изучения механизмов содержательного усложнения и развития представлений об идентичности, выявления новых граней феномена самовосприятия, новых подходов к исследованию влияния институциональных и социокультурных перемен на способности индивида реконструировать индивидуальную идентичность и тем самым повышать свои адаптационные возможности в условиях стремительных социальных перемен» [8, с. 301].

В начале XXI века особую популярность обрел постмодернистский подход. В рамках подхода исследователи отказывались считать формообразующими компонентами идентичности существующие традиционные институты и систему социальных отношений, отмечая «текучесть» критериев идентичности на современном этапе человеческого развития. Е.Н. Данилова и В.А. Ядов в ходе исследований пришли к выводу, что «неустойчивое, лабильное состояние социальной идентичности становится нормой современных обществ» [4, с. 30]. Они отмечают, что «наступает эпоха нормализации неустойчивых социально-идентификационных состояний личности. И процесс этот не следует драматизировать, но принимать как социальный факт» [4, с.30]. Однако данная точка зрения сталкивается с критикой. Оппоненты считают, что исходящая от постмодернистов радикальное предложение совсем отказаться от классических методологий, и поставить под сомнение саму возможность формирования устойчивых моделей идентичности, фактически обрекают на неудачу применение данного подхода в среднесрочной перспективе [10].

Рассмотрим развитие ряда ключевых критериев формирования человеческой идентичности. Национальная идентичность представляет собой одну из самых устойчивых форм идентичности. Вместе с тем, нельзя не отметить, что глобализационные процессы привели к формированию надтерриториальных и транснациональных структур, оказывающих непосредственное влияние на трансформацию социальных отношений в регионах своего присутствия (Евросоюз, НАТО, Facebook, Google, Amazon и т.д.). Границы национальных государств пронизывают многочисленные потоки вещей, людей, информации, которые являются следствием растущей «пористости» международных барьеров. У крупной транснациональной корпорации офис может находиться в Сингапуре, сборочный цех в Мексике, фабрика по производству комплектующих материалов в Китае и т.д. Миллиарды людей общаются через социальные сети, которые позволяют не только наладить контакт, но и визуализировать общение вне зависимости от места расположения собеседников. Подросток, живущий в небольшом городе, например в Нальчике (Кабардино-Балкарская Республика, Россия), при помощи социальных сетей может чаще общаться и видеться со своим другом из Сан-Франциско (штат Калифорния, США), чем с соседями по подъезду.

Однако многие исследователи отмечают преждевременность «забвения» национальной идентичности. В научной и публицистической литературе появляются работы, рассматривающие рост национального самосознания в различных регионах мира. Одним из наиболее ярких доводов предстаёт так называемый Brexit – выход Великобритании из Европейского союза. Представляется, что процесс «всплеска» британской национальной идентичности, как и многие другие подобные явления (торговые войны между Китаем и США, между Евросоюзом и США, геополитическая напряженность между Россией и странами Запада и т.д.) в масштабе исторического времени являются лишь ямами на дороге, периодически беспокоящими пассажиров на пути к точке назначения. При условии отсутствия масштабных социальных катаклизмов, глобализационные процессы будут только нарастать. Высока вероятность того, что национальная идентичность, являвшаяся одной из самых устойчивых и стержневых категорий самоидентификации человека в XX веке, в веке XXI потеряет свою устойчивость и ключевое значение в структуре идентичностей.

В настоящее время сильному трансформационному давлению подвергается одна из наиболее устойчивых форм идентичности – половая идентичность. В традиционном обществе место мужчины и женщины было четко определено. Общество в процессе социализации передавало индивиду специфический набор ценностных ориентиров, которые были характерны для представителей мужского и женского пола. Любое отклонение от заданных для данного пола ценностных ориентиров порицалось в обществе, приводя к маргинализации не вписывающегося в нормы индивида. На современном этапе исторического развития представления о социальных ролях мужчины и женщины претерпевают изменения. Движения в защиту прав женщин активно развиваются во всех уголках нашей планеты. Феминистские общественные организации обладают большим политическим влиянием во многих странах мира. Помимо женского правозащитного движения большую популярность во многих странах мира обрели движения в защиту лиц с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Принимаются законы, выводящие данную категорию населения из маргинальных задворок общества и легитимирующие их образ жизни. «В декабре 2000 года парламент Нидерландов первым принял закон о легализации однополых браков, который вступил в силу на следующий год. Пример оказался заразителен. В 2003 году ему последовала Бельгия. В 2004 Массачусетс и за ним еще 8 американских штатов. Год спустя однополые браки разрешили Канада и Испания. В 2006 – ЮАР. В 2009 к клубу присоединились Норвегия и Швеция. Еще через год Исландия, Португалия и Аргентина. В 2011 два мексиканских штата, и в 2012 три штата Бразилии и Дания» [23]. Помимо этого, можно отметить, что в ряде развитых стран мира в правовом поле появились новые понятия «родитель 1» и «родитель 2», которые призваны заменить понятия традиционного общества – отец и мать. «Национальное собрание Франции приняло поправку о замене понятий «отец и мать» на «родитель 1 и родитель 2» в школьных формулярах. Это связано, в том числе, с растущим числом французских семей, где дети воспитываются родителями одного пола» [24]. Данный подход к семейной политике был применен и в Италии, однако после острой общественной дискуссии итальянцы вернули в свои удостоверения личности термины – отец и мать [3].

Можно отметить и ряд других некогда устойчивых форм идентичности, которые потеряли свою «устойчивость» вследствие глобализации и технологического прогресса. Расовая идентичность не представляется в настоящее время неизменной, данной от рождения идентичностью. Например, во многих азиатских странах большую популярность обрели пластические операции. В столице Южной Кореи Сеуле услугами пластических клиник воспользовались 40% женщин и 10% мужчин. Клиенты клиник приходят с желанием быть похожими на европейцев. Исправляют форму век, скул, губ и многое другое [7]. Профессиональная идентичность, которая в предыдущие столетия представляла собой достаточно устойчивую величину, в настоящее время утратила это свойство. В XX веке, человек решивший пойти работать в металлургический комбинат, с большой долей вероятности, проработал бы там до выхода на пенсию. В настоящее время не представляется большой проблемой получение нескольких специальностей, повышение своей квалификации, смена работы, переезд в другую страну на заработки. Современные медицинские технологии постоянно развиваются и достигли того уровня, который позволяет поставить под сомнение возрастную самоидентификацию человека. В целом, структура идентичности теряет свою устойчивость, а «текучесть» идентичности имеет потенциал превращения в норму социального взаимодействия.

Итоги. Растущая сложность и динамичность общественных процессов предполагает постоянное совершенствование инструментария, используемого для анализа и объяснения происходящих вокруг изменений. Большую популярность в гуманитарных исследованиях приобрел концепт идентичности, отодвинув на второй план ранее широко применявшиеся для аналитики и типологизации социокультурных процессов концепты – культура, сознание, мировоззрение и т.д. Идентичность традиционных обществ отличалась устойчивостью, основанной на доминировании традиций, представлений о мироздании, передававшихся из поколения в поколение. Идентичность не выступала предметом анализа, так как не воспринималась как проблема. В качестве меняющейся и проблематизируемой величины данный концепт возник в эпоху глобализации на рубеже XX-XXI веков. Происходившие вслед за техническим прогрессом социальные и культурные сдвиги меняли содержание идентичности.

Ускорение глобализационных процессов и технологического прогресса во многих областях общественной жизни приводит к тому, что идентичность человека из устойчивой категории (пол, профессия, раса и т.д.) трансформируется в «зыбкую», неустойчивую структуру социальных ориентаций человека. Вместе с тем, по мнению ряда исследователей в современном, нестабильном мире, где принципиально невозможна стабильная социальная идентичность, явление, которое обозначается «кризисом идентичности», вовсе не является кризисом, но нормальным состоянием общества.

Библиография
1.
Бердяев Н.А. Русская идея. М.: Азбука. 2015. – 320с.
2.
Брубейкер, Р. Этничность без групп [Текст] /пер. с англ. И. Борисовой; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». — М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2012. С. 72-74.
3.
Газета.ru. В Италии вернули определения «мать» и «отец» в удостоверения личности. URL: https://www.gazeta.ru/social/news/2019/04/15/n_12866875.shtml (дата обращения: 17.05.2019)
4.
Данилова Е.Н., Ядов В.А. Нестабильная социальная идентичность как норма современного общества/Социологические исследования. 2004. № 10 (246). С. 27-30.
5.
Даудрих Н.И. Социальная идентичность: методический аспект / Социология: Методология, методы, математические модели. 2000. № 12. С. 77-95.
6.
Кудряшова И.В. Мусульманская политическая идентичность в современную эпоху: священный текст и социальный опыт / Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Политология. 2017. Т. 19. № 4. С. 349-365.
7.
Коммерсантъ. В Южной Корее ограничили рекламу пластической хирургии. URL: https://www.kommersant.ru/doc/2441313 (дата обращения: 17.05.2019)
8.
Лапкин В.В. Кризис идентичности / Идентичность: Личность, общество, политика. Энциклопедическое издание/Отв. ред. И.С. Семененко/ИМЭМО РАН. М.: Издательство «ВЕСЬ МИР», 2017. С. 301.
9.
Мчедлова М.М., Гаврилов Ю.А., Шевченко А.Г. Российская идентичность: патриотизм, государство, религиозно-мировоззренческий фактор / Ислам в современном мире: внутригосударственный и международно-политический аспекты. 2015. Т. 11. № 3. С. 35-48.
10.
Попова О.В. Теоретико-методологические подходы и модели концептуализации идентичности/ Идентичность: Личность, общество, политика. Энциклопедическое издание/Отв. ред. И.С. Семененко/ИМЭМО РАН. М.: Издательство «ВЕСЬ МИР», 2017. С. 44-49.
11.
Пантин В.И. Цивилизационная идентичность в политическом измерении/ Идентичность: Личность, общество, политика. Энциклопедическое издание/Отв. ред. И.С. Семененко/ИМЭМО РАН. М.: Издательство «ВЕСЬ МИР», 2017. С. 143-147.
12.
Сассен С. Две остановки в новой современной глобальной географии: формирование новой рабочей силы и режимов занятости. – Постфордизм: концепции, институты, практики (под ред. М.С. Ильченко, В.С. Мартьянова). М.: Политическая энциклопедия. 2015. С. 79-136.
13.
Семененко И.С. Категория идентичности в социальных науках: понятие, когнитивный потенциал, приоритеты исследования/ Идентичность: Личность, общество, политика. Энциклопедическое издание/Отв. ред. И.С. Семененко/ИМЭМО РАН. М.: Издательство «ВЕСЬ МИР», 2017. С. 18-32.
14.
Тойнби А.Дж. Постижение истории. М.: Прогресс. 1991. – 736 с.
15.
Федотова В.Г., Колпаков В.А., Федотова Н.Н. 2008. Глобальный капитализм: три великие трансформации. Социально-философский анализ взаимоотношений экономики и общества. М.: Культурная революция. 608 с.
16.
Федотова Н.Н. Концепции идентичности в условиях нелинейной социокультурной динамики//Знание. Понимание. Умение. №. 2. 2013. С. 52-62.
17.
Хангтингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: ООО «Издательство АСТ», 2003. – 603
18.
Холодковский К.Г. Идентичность и сопряженные понятия: контуры исследовательского поля / Идентичность: Личность, общество, политика. Энциклопедическое издание/Отв. ред. И.С. Семененко/ИМЭМО РАН. М.: Издательство «ВЕСЬ МИР», 2017. С. 42.
19.
Шпенглер О. 1993. Закат Европы. Очерки морфологии мировой истории. Т. 1. М.: Мысль. 667 с.
20.
Эриксен Т.Х. Что такое антропология? [Текст]: учебное пособие / пер. с англ. А.И. Карасевой; под науч. ред. Ж.В. Корминой; предисл. Ж.В. Корминой; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики».-М.: Издательский дом Высшей школы экономики. 2014. С. 207-225.
21.
Bauman Z. 2004. Identity. Conversation with Benedetto Vecchi. Cambridge, Malden: Polity Press. 104p.
22.
Erikson E. 1968. Identity: Youth and Crisis. New-York: W.W. Norton&Co.336p.
23.
Euronews. Однополые браки шагают по планете. URL: https://ru.euronews.com/2013/01/11/same-sex-marriage-evolving-in-europe (дата обращения: 16.05.2019)
24.
Euronews. Родитель 1 и родитель 2 вместо матери и отца. URL: https://ru.euronews.com/2019/02/15/parent-one-parent-two-in-france-ru (дата обращения: 16.05.2019)
25.
Guelke A.. Politics in Deeply Divided Societies. Cambridge: Polity Press. 2012. 178p.
26.
Wagner, P. Theorizing Modernity. Inescapability and Attainability in Social Theory.L. ; Thousand Oaks; New Delhi: Sage. 2001. 63 р.
References (transliterated)
1.
Berdyaev N.A. Russkaya ideya. M.: Azbuka. 2015. – 320s.
2.
Brubeiker, R. Etnichnost' bez grupp [Tekst] /per. s angl. I. Borisovoi; Nats. issled. un-t «Vysshaya shkola ekonomiki». — M.: Izd. dom Vysshei shkoly ekonomiki, 2012. S. 72-74.
3.
Gazeta.ru. V Italii vernuli opredeleniya «mat'» i «otets» v udostovereniya lichnosti. URL: https://www.gazeta.ru/social/news/2019/04/15/n_12866875.shtml (data obrashcheniya: 17.05.2019)
4.
Danilova E.N., Yadov V.A. Nestabil'naya sotsial'naya identichnost' kak norma sovremennogo obshchestva/Sotsiologicheskie issledovaniya. 2004. № 10 (246). S. 27-30.
5.
Daudrikh N.I. Sotsial'naya identichnost': metodicheskii aspekt / Sotsiologiya: Metodologiya, metody, matematicheskie modeli. 2000. № 12. S. 77-95.
6.
Kudryashova I.V. Musul'manskaya politicheskaya identichnost' v sovremennuyu epokhu: svyashchennyi tekst i sotsial'nyi opyt / Vestnik Rossiiskogo universiteta druzhby narodov. Seriya: Politologiya. 2017. T. 19. № 4. S. 349-365.
7.
Kommersant''. V Yuzhnoi Koree ogranichili reklamu plasticheskoi khirurgii. URL: https://www.kommersant.ru/doc/2441313 (data obrashcheniya: 17.05.2019)
8.
Lapkin V.V. Krizis identichnosti / Identichnost': Lichnost', obshchestvo, politika. Entsiklopedicheskoe izdanie/Otv. red. I.S. Semenenko/IMEMO RAN. M.: Izdatel'stvo «VES'' MIR», 2017. S. 301.
9.
Mchedlova M.M., Gavrilov Yu.A., Shevchenko A.G. Rossiiskaya identichnost': patriotizm, gosudarstvo, religiozno-mirovozzrencheskii faktor / Islam v sovremennom mire: vnutrigosudarstvennyi i mezhdunarodno-politicheskii aspekty. 2015. T. 11. № 3. S. 35-48.
10.
Popova O.V. Teoretiko-metodologicheskie podkhody i modeli kontseptualizatsii identichnosti/ Identichnost': Lichnost', obshchestvo, politika. Entsiklopedicheskoe izdanie/Otv. red. I.S. Semenenko/IMEMO RAN. M.: Izdatel'stvo «VES'' MIR», 2017. S. 44-49.
11.
Pantin V.I. Tsivilizatsionnaya identichnost' v politicheskom izmerenii/ Identichnost': Lichnost', obshchestvo, politika. Entsiklopedicheskoe izdanie/Otv. red. I.S. Semenenko/IMEMO RAN. M.: Izdatel'stvo «VES'' MIR», 2017. S. 143-147.
12.
Sassen S. Dve ostanovki v novoi sovremennoi global'noi geografii: formirovanie novoi rabochei sily i rezhimov zanyatosti. – Postfordizm: kontseptsii, instituty, praktiki (pod red. M.S. Il'chenko, V.S. Mart'yanova). M.: Politicheskaya entsiklopediya. 2015. S. 79-136.
13.
Semenenko I.S. Kategoriya identichnosti v sotsial'nykh naukakh: ponyatie, kognitivnyi potentsial, prioritety issledovaniya/ Identichnost': Lichnost', obshchestvo, politika. Entsiklopedicheskoe izdanie/Otv. red. I.S. Semenenko/IMEMO RAN. M.: Izdatel'stvo «VES'' MIR», 2017. S. 18-32.
14.
Toinbi A.Dzh. Postizhenie istorii. M.: Progress. 1991. – 736 s.
15.
Fedotova V.G., Kolpakov V.A., Fedotova N.N. 2008. Global'nyi kapitalizm: tri velikie transformatsii. Sotsial'no-filosofskii analiz vzaimootnoshenii ekonomiki i obshchestva. M.: Kul'turnaya revolyutsiya. 608 s.
16.
Fedotova N.N. Kontseptsii identichnosti v usloviyakh nelineinoi sotsiokul'turnoi dinamiki//Znanie. Ponimanie. Umenie. №. 2. 2013. S. 52-62.
17.
Khangtington S. Stolknovenie tsivilizatsii. M.: OOO «Izdatel'stvo AST», 2003. – 603
18.
Kholodkovskii K.G. Identichnost' i sopryazhennye ponyatiya: kontury issledovatel'skogo polya / Identichnost': Lichnost', obshchestvo, politika. Entsiklopedicheskoe izdanie/Otv. red. I.S. Semenenko/IMEMO RAN. M.: Izdatel'stvo «VES'' MIR», 2017. S. 42.
19.
Shpengler O. 1993. Zakat Evropy. Ocherki morfologii mirovoi istorii. T. 1. M.: Mysl'. 667 s.
20.
Eriksen T.Kh. Chto takoe antropologiya? [Tekst]: uchebnoe posobie / per. s angl. A.I. Karasevoi; pod nauch. red. Zh.V. Korminoi; predisl. Zh.V. Korminoi; Nats. issled. un-t «Vysshaya shkola ekonomiki».-M.: Izdatel'skii dom Vysshei shkoly ekonomiki. 2014. S. 207-225.
21.
Bauman Z. 2004. Identity. Conversation with Benedetto Vecchi. Cambridge, Malden: Polity Press. 104p.
22.
Erikson E. 1968. Identity: Youth and Crisis. New-York: W.W. Norton&Co.336p.
23.
Euronews. Odnopolye braki shagayut po planete. URL: https://ru.euronews.com/2013/01/11/same-sex-marriage-evolving-in-europe (data obrashcheniya: 16.05.2019)
24.
Euronews. Roditel' 1 i roditel' 2 vmesto materi i ottsa. URL: https://ru.euronews.com/2019/02/15/parent-one-parent-two-in-france-ru (data obrashcheniya: 16.05.2019)
25.
Guelke A.. Politics in Deeply Divided Societies. Cambridge: Polity Press. 2012. 178p.
26.
Wagner, P. Theorizing Modernity. Inescapability and Attainability in Social Theory.L. ; Thousand Oaks; New Delhi: Sage. 2001. 63 r.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Автор представил в журнал «Социодинамика» оригинальную статью, в которой поставлен вопрос об исследовании трансформации идентичности под влиянием глобализационных процессов и технологического развития современного общества. Следует признать, что данный вопрос актуален для междисциплинарного исследования, поскольку затронутая проблематика дискутируется в рамках различных областей современного социально-гуманитарного знания; в то же время интерес к данной теме вполне объясним в силу ее актуальности и с позиций социального знания. Поэтому автором могут быть продемонстрированы результаты, заслуживающие внимания. Между тем формулируя проблему, автор признает, что возрастающая сложность и динамичность общественных процессов предполагает постоянное совершенствование инструментария, используемого для анализа и объяснения происходящих вокруг изменений. В силу того, что основная задача социальных наук состоит в упорядочении существующих явлений общественной жизни и создании новых идей и смыслов, необходимых для дальнейшего поступательного развития, эффективное использование аналитических категорий, описывающих субъективную сторону происходящих трансформаций, приобретает ключевое значение. Целью работы является исследование особенностей трансформации идентичности под влиянием технологического развития и глобализационных процессов. Автору материала важно было показать, что рассматриваемый концепт идентичности занимает прочное место в современной академической науке. Масштабное «внедрение» идентичности в исследования общественно-политических процессов характерно для конца XX – начала XXI века. Вместе с тем, следует отметить, что активное применение данного концепта в академической и публицистической литературе сопровождается неутихающими спорами о роли идентичности в социальных отношениях, в условиях технологической революции и ускорения глобализационных процессов. Кроме того, важным остается вопрос соотнесения в рамках общего понятия идентичности Я-идентичности, которая характеризует личностную индивидуальность, и Мы-идентичности, указывающую на общие ориентиры, формирующиеся в процессе социализации в рамках различных групп (этнических, религиозных, профессиональных и т.д.). Рассматривая специфику обозначенного предмета исследования, автор специально подчеркивает важность анализа проблемы трансформации идентичности под влиянием глобализационных процессов и технологического развития современного общества. Отмечается при этом, что приобретенная идентичность основывается на самостоятельном, осознанном выборе индивида и начинает формироваться в подростковом возрасте. Вместе с тем, необходимо отметить, что аскриптивная и приобретенная идентичности не могут существовать друг без друга, они обуславливают друг друга. В любом обществе, вне зависимости от того демократия это или тоталитаризм, существует зависимость приобретенных идентичностей от аскриптивных. Приводится показательный пример: при всей «идеальности» демократической системы США, возможность получения качественного высшего образования сохраняет сильную зависимость от семьи, в которой родился человек. Следует отметить, что в последние годы ведутся острые научные дискуссии относительно актуальности разграничения аскриптивных и приобретенных идентичностей, вследствие достижений научно-технического прогресса. Особое место в статье занимает вопрос о рассмотрении ряда ключевых критериев формирования человеческой идентичности. Автор статьи при этом обращает внимание на то, в частности, что национальная идентичность представляет собой одну из самых устойчивых форм идентичности. Вместе с тем, нельзя не отметить, что глобализационные процессы привели к формированию надтерриториальных и транснациональных структур, оказывающих непосредственное влияние на трансформацию социальных отношений в регионах своего присутствия (Евросоюз, НАТО, Facebook, Google, Amazon и т.д.). Границы национальных государств пронизывают многочисленные потоки вещей, людей, информации, которые являются следствием растущей «пористости» международных барьеров. У крупной транснациональной корпорации офис может находиться в Сингапуре, сборочный цех в Мексике, фабрика по производству комплектующих материалов в Китае и т.д. Автором отмечается и ряд других некогда устойчивых форм идентичности, которые потеряли свою «устойчивость» вследствие глобализации и технологического прогресса. Расовая идентичность не представляется в настоящее время неизменной, данной от рождения идентичностью. Приводится пример: во многих азиатских странах большую популярность обрели пластические операции. В столице Южной Кореи Сеуле услугами пластических клиник воспользовались 40% женщин и 10% мужчин. Клиенты клиник приходят с желанием быть похожими на европейцев. Исправляют форму век, скул, губ и многое другое. Профессиональная идентичность, которая в предыдущие столетия представляла собой достаточно устойчивую величину, в настоящее время утратила это свойство. В XX веке, человек решивший пойти работать в металлургический комбинат, с большой долей вероятности, проработал бы там до выхода на пенсию. Итак, представляется, что автор в своем материале затронул важные для современного социогуманитарного знания вопросы, избрал для анализа актуальную тему, рассмотрение которой в научно-исследовательском дискурсе помогает некоторым образом изменить сложившиеся подходы или направления анализа проблемы, затрагиваемой в представленной статье. Какие же новые результаты демонстрирует автор статьи? 1. Автор статьи привел доводы по поводу того, что ускорение глобализационных процессов и технологического прогресса во многих областях общественной жизни приводит к тому, что идентичность человека из устойчивой категории (пол, профессия, раса и т.д.) трансформируется в «зыбкую», неустойчивую структуру социальных ориентаций человека. Вместе с тем, как отмечается в материале, в современном, нестабильном мире, где принципиально невозможна стабильная социальная идентичность, явление, которое обозначается «кризисом идентичности», вовсе не является кризисом, но нормальным состоянием обществ. 2. Установлено, что профессиональная идентичность, которая в предыдущие столетия представляла собой достаточно устойчивую величину, в настоящее время утратила это свойство. В XX веке, человек решивший пойти работать в металлургический комбинат, с большой долей вероятности, проработал бы там до выхода на пенсию. В настоящее время не представляется большой проблемой получение нескольких специальностей, повышение своей квалификации, смена работы, переезд в другую страну на заработки. Современные медицинские технологии постоянно развиваются и достигли того уровня, который позволяет поставить под сомнение возрастную самоидентификацию человека. В целом, структура идентичности теряет свою устойчивость, а «текучесть» идентичности имеет потенциал превращения в норму социального взаимодействия. Как видим, автор выполнил поставленную цель, получил определенные научные результаты, позволившие обобщить материал. Этому способствовал адекватный выбор соответствующей методологической базы. Статья обладает рядом преимуществ, которые позволяют дать положительную рекомендацию данному материалу, в частности, автор раскрыл тему, привел достаточные аргументы в обоснование своей авторской позиции, выбрал адекватную методологию исследования. Библиография позволила автору очертить научный дискурс по рассматриваемой проблематике (было использовано 26 источников, в том числе на иностранном языке). Таким образом, представленная статья не лишена новизны, соответствует в целом по жанру научному материалу, содержит анализ и обобщение, в также авторский взгляд на заявленную проблему. На основе изложенного считаю, что статья может представлять интерес для читателей и заслуживает того, чтобы претендовать на опубликование в научном издании.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"