Статья 'Взаимосвязь терроризма с организованной преступностью' - журнал 'Национальная безопасность / nota bene' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > Требования к статьям > Порядок рецензирования статей > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала
Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Национальная безопасность / nota bene
Правильная ссылка на статью:

Взаимосвязь терроризма с организованной преступностью

Васнецова Анастасия Сергеевна

старший научный сотрудник, Академия Генеральной прокуратуры Российской Федерации

123022, Россия, г. Москва, г. Москва, ул. 2-Я звенигородская, 15, оф. 203

Vasnetsova Anastasiya Sergeevna

Senior Scientific Researcher, the Academy of Prosecution General of the Russian Federation

Russia, 123022, Moskva, ul. 2 Zvenigorodskaya, d.15, kab. 203.

a.vasnetsova@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2454-0668.2019.5.28002

Дата направления статьи в редакцию:

12-11-2018


Дата публикации:

07-11-2019


Аннотация.

Предметом настоящего исследования является исследование взаимосвязей терроризма с организованной преступностью. Уделено особое внимание изучению связей между незаконным оборотом наркотиков, организованной преступностью и террористической преступной деятельностью, усугубляющимися использованием оружия и взрывчатых веществ, торговлей наркотиками, насилием, незаконной торговлей людьми и предметами культуры, природными ресурсами, включая золото, другие драгоценные металлы и камни, минералы, ресурсы дикой природы, древесный уголь, нефть и нефтепродукты, а также похищением людей в целях получения выкупа и других преступлений, включая вымогательство и ограбление банков,создающим угрозу конституционному строю государств и нарушая основные права человека. В качестве методов исследования выступают сравнительно-правовой, исследование материалов правоприменительной практики Российской Федерации (в т.ч. изучение приговоров судов и материалов уголовных дел). Научная новизна исследования заключается в том, что в нем впервые обобщен правоприменительный опыт правоохранительных органов Российской Федерации, подтверждающий взаимосвязь терроризма с различными проявлениями организованной преступности (организованные преступные формирования, корыстная преступность, незаконный оборот оружия и др.), что дало возможность автору сделать выводы о необходимости выработки системных мер реагирования на симбиоз указанных высоко общественно опасных явлений.

Ключевые слова: терроризм, террористические организации, организованная преступность, организованные преступные формирования, криминальные рынки, транснациональная организованная преступность, незаконный оборот оружия, торговля людьми, международный терроризм, глобальная безопасность

Abstract.

 
The subject of this research is examination of the link between terrorism and organized crime. Particular attention is dedicated to studying the link between illegal drug trafficking, organized crime and terrorist criminal activities, worsened by use of arms and explosives, illegal drug trade, violence, human trafficking, illegal trade of artefacts, natural resources, including gold and other precious metals and gemstones, minerals, wild nature resources, charcoal, oil and petroleum products;  kidnapping for ransom, and other crimes related to extortion and bank raid, which create a threat to the state’s constitutional order and violate the fundamental human rights. The research methodology contains the comparative-legal method and analysis of the materials of law enforcement practice of the Russian Federation (such as court verdicts and criminal law cases and materials). The scientific novelty is defined by the fact that the author is first to summarize the law enforcement experience of the Russian Federation confirming the link between terrorism and various manifestations of organized crime (organized criminal groups, criminal profiteering, arms trafficking, and others). The conclusion is made on the need to develop system response measures to symbiosis of the aforementioned socially dangerous phenomena.
 

Keywords:

human trafficking, arms trafficking, transnational organized crime, criminal markets, organized crime groups, organized crime, terrorist organizations, terrorism, international terrorism, global security

Как отмечается в научной литературе, на современном этапе терроризм – органическая составляющая сложных и глобальных явлений, тесно взаимосвязанных с преступностью, прежде всего с ее организованными и транснациональными проявлениями [1].

Современный терроризм годы претерпевает существенные изменения: происходит его глобализация, сращивание с транснациональной организованной преступностью, существенно возрастает степень опасности террористических вызовов, представляющих реальную угрозу миру и безопасности, социальной стабильности и устойчивому развитию государств. Трансграничные и транснациональные МТО все активнее налаживают сотрудничество и взаимодействие в вопросах пропаганды радикализма, финансирования, поставки снаряжения и средств вооружения, совершенствования методов вербовки и специальной подготовки новых членов. Эскалация террористической активности стала катализатором, порождающим опасные антигосударственные и антиобщественные проявления в различных регионах планеты[2].

Международный аспект данной проблемы обусловлен тем, что политические, экономические, идеолого-социальные интересы различных стран и негосударственных акторов, во-первых, являются противоречивыми и конфликтными, а во-вторых, смыкаются в таких сферах, как производство, сбыт и распространение наркотических веществ, нелегальная торговля оружием, людьми, легализация преступных доходов. Всё это создает почву для распространения терроризма и организованной преступности по всему миру и террористические формирования, таким образом, становятся одним из ключевых звеньев в международной сети преступного мира.

В международных документах неоднократно отмечалась взаимосвязь терроризма с организованной преступностью. В документах ООН последовательно отмечается, что организованную преступность и террористическую деятельность необходимо рассматривать как взаимосвязанные явления. Так, говорится, что «преступные организации все более широко защищают свой «ареал» с помощью насильственных средств». Отмечается, в частности, и то, что «организации, занимающиеся незаконным оборотом наркотиков, неоднократно прибегают к террору для устрашения правительств и их судебных, полицейских или военных властей с тем, чтобы не допустить задержания, преследования и заключения или выдачи своих членов». Уделяется особое внимание связям между незаконным оборотом наркотиков, организованной преступностью и террористической преступной деятельностью, усугубляющимся использованием оружия и взрывчатых веществ, выражается озабоченность по поводу возрастающих и опасных связей между террористическими группами и торговцами наркотиками и их полувоенными бандами, которые прибегают к любым видам насилия, тем самым, создавая угрозу конституционному строю государств и нарушая основные права человека.

Международное сообщество серьезно обеспокоено и тем, что в некоторых случаях ИГИЛ, «Аль-Каида» и связанные с ними лица, группы, предприятия и организации продолжают извлекать выгоду из участия в транснациональной организованной преступной деятельности, в том числе из незаконного оборота оружия и наркотиков, незаконной торговли людьми и предметами культуры, природными ресурсами, включая золото, другие драгоценные металлы и камни, минералы, ресурсы дикой природы, древесный уголь, нефть и нефтепродукты, а также из похищения людей в целях получения выкупа и других преступлений, включая вымогательство и ограбление банков, признается необходимость того, чтобы государства - члены предотвращали неправомерное использование неправительственных, некоммерческих и благотворительных организаций террористами и в террористических целях, отмечается, что в ходе продолжающейся международной кампании по борьбе с финансированием терроризма были выявлены отдельные случаи эксплуатации террористами и МТО некоторых некоммерческих организаций в целях мобилизации и перевода финансовых средств, предоставления материально-технической поддержки (см.: Резолюция S/RES/2368 (2017), принятая Советом Безопасности на его 8007-м заседании 20.07.2017) .

1) терроризм и организованная преступность – взаимосвязанные явления, подпитывающие и дополняющие друг друга;

Следует отметить, что тенденция к слиянию организованной преступности, криминальных рынков, как их первоосновы, и терроризма наметилась с начала 2000-х гг. и продолжила свое развитие в последующие десятилетия по ряду направлений. Во-первых, лидеры и участники террористических формирований заинтересованы в расширении различных проявлений преступности, в т.ч. организованной, как социальных явлений, сопутствующих ему и продуцирующих терроризм. Во-вторых, террористы, создавая собственную систему жизнедеятельности и инфраструктуру, в качестве её элемента предусматривают организованные преступные формирования. В-третьих, лидеры террористов, обеспечивая себе идеологическое прикрытие, проводят линию на заимствование идей и методов организованной преступности, в т.ч. касающихся взаимодействия с легалистским обществом, органами власти, коммерческими структурами и гражданами.

Терроризм, как метод и практика достижения поставленных целей, становится важным признаком организованной преступности. Терроризм можно рассматривать в рамках организованной преступности, так как он обладает основными признаками последней. Терроризм – это не только основанное на экстремистской идеологии специфическое насилие, которое используют различные общеизвестные формы организованной преступности (банда, незаконное вооруженное формирование), но и самостоятельная форма проявления организованной преступности.

Террористы, в свою очередь, используют возможности организованной преступности. Учёные и практики давно отмечают, что терроризм и организованная преступность имеют различные механизмы детерминации и внешнее проявление, однако, при этом очевидна их внутренняя и внешняя связь [3]. В документах ООН отмечается, что весьма схожие акты, вызывающие аналогичный террор или ужас среди населения, совершаются по обычным преступным мотивам, таким как вымогательство крупных денежных сумм. Мотивы действий преступников при этом не интересуют терроризируемое ими общество[4]. Так, B.C. Овчинский справедливо отмечает, что мотивы деятельности террористических и общеуголовных преступных организаций могут не совпадать, чего нельзя сказать об их стратегии в достижении своих целей, которые если и можно будет отличить, то с большим трудом[5].

Численность террористических организаций, взаимодействующих с организованными преступными формированиями, возрастает, повышается уровень их соорганизованности, укрепляется взаимодействие между отдельными террористическими группами, происходит объединение их усилий при проведении масштабных операций[6]. В отдельных случаях наблюдается формирование своего рода «террористического интернационала», образованного в результате сращивания терроризма с наркобизнесом и незаконной торговлей оружием и направляющего свои усилия на создание своеобразных «террористических анклавов» на территории государств, где по той или иной причине образовался вакуум легитимной политической власти (Афганистан, Ирак, Сирия). Террористы, используя рычаги коррупции и прямое насилие, вызывают дестабилизацию обстановки в различных странах, устрашают и устраняют неугодных государственных, политических и общественных деятелей, продвигают своих соучастников, в том числе в силовые ветви власти, проникают в информационные структуры[7]». Деятельность корпораций терроризма становится все более изощренной и агрессивной, нацеленной на увеличение количества жертв и нанесение максимального ущерба[8]. Террористы, практикуя рассредоточение сил и средств, кооперируются с транснациональными организованными преступными группировками[9], стремятся получить доступ к оружию массового уничтожения, используют в своих целях последние достижения в области высоких технологий, ведут активную идеологическую и пропагандистскую работу, вербовку и подготовку новых сторонников, используют радикальные настроения, питаемые международными и внутренними конфликтами, политическими кризисами, межэтническими и межконфессиональными противоречиями.

Сращивание террористических структур с организованными преступными формированиями, значительно расширяющее материальные и управленческие возможности обоих участников данного альянса признано новым вызовом на самом высоком уровне[10]. Как уже отмечалось, основными сферами «кооперации» являются наркобизнес, торговля оружием, захват заложников, мошенничество в финансово-кредитной сфере. Данный «альянс» обеспечивает значительное расширение возможностей деятельности обеих сторон, что усложняет работу спецслужб и правоохранительных органов. К примеру, осевшие в странах Европы участники бандформирований входят в этнические преступные группы, основная часть доходов которых направляется на нужды действующих в России террористических структур[11] .

Действенных контрмер требует реализуемая террористическими организациями в «содружестве» с организованными преступными группами новая стратегия «тысячи уколов», которая позволяет наносить государствам значительный экономический и моральный ущерб путем задействования широкого круга участников преступной деятельности при минимальной предварительной подготовке, техническом оснащении и финансовых затратах. Особого осмысления требует угроза проникновения представителей и сторонников террористических организаций в общественно-политические движения и органы государственной власти. Следует отметить, что относительное ослабление ядра крупных террористических формирований, связанное с ликвидацией ряда их лидеров, компенсируется возрастающей активностью подконтрольных или взаимодействующих с ними региональных и местных террористических организаций и ячеек, использующих в своих целях национальные, религиозные и этнические конфликты, и действующих в связке с организованными преступными группами коррупционной и насильственно-корыстной направленности[12].

2) террористическая преступность тесно взаимосвязана с криминальными рынками

Изучение современной террористической преступности позволяет определить ее через механизм функционирования криминальных рынков как сложную систему организованных террористических формирований, их отношений и деятельности в связи с организацией и функционированием криминальных рынков, которые являются устойчивой средой и основным условием достижения целей террористических организованных групп или террористических сообществ (террористических организаций)[13].

В числе наиболее распространенных криминальных рынков[14], которые включены в сферу интересов террористических формирований можно выделить: торговлю людьми и организацию незаконной миграции, использование принудительного труда жертв торговли людьми субъектами экономической деятельности, производство, распространение и контрабанду наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров; преступную деятельность в топливно-энергетическом комплексе, в бюджетной сфере, строительном комплексе, жилищно-коммунальном хозяйстве и в реализации целевых государственных программ, незаконный оборот драгоценных камней, цветных и черных металлов, их лома и отходов; рейдерские захваты, особенно при проведении мероприятий нового этапа приватизации государственной собственности; отмывание (легализация) преступных доходов в банковской системе России и за рубежом; незаконные производство и оборот оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств и др.

Тревожной тенденцией может стать объединение рынков в единую масштабную преступную деятельность, в которую вольются наркобизнес, порнобизнес, криминальные рынки легализации преступных доходов, водных биоресурсов, рынок незаконной миграции и торговли людьми, незаконные организация и проведение азартных игр и т.п. В этом случае у правоохранительных органов не будет ресурсов для ответного удара (точка невозврата будет пройдена)[15].

Постепенно происходит «усложнение схем и механизмов получения преступных доходов», сильно затрудняющих, по мнению Ю.Н. Адашкевича, процесс выявления признаков преступлений и собирания доказательств, необходимых для возбуждения уголовных дел. Значительные финансовые средства, полученные незаконным путём, в свою очередь стали инструментом террористической деятельности (по принципу «терроризм делают деньги»), для чего создается определённая экономическая база («общак»), средства которой направляются на воспроизводство как организованной преступной деятельности, так и террористической. По мере возрастания финансового и материального потенциала организованной и террористической преступности у их руководителей и наиболее активной части объективно проявляется стремление к оказанию влияния на власть.

К сожалению, статистические данные по объемам криминальных рынков, взаимосвязанных с террористическими формированиями и функционирующих в России, отсутствуют, что, несомненно, является существенным пробелом в организации работы по противодействию терроризму, а особенно его финансированию.

В качестве иллюстрации, можно привести данные по МТО «ИГИЛ». Так, по разным подсчетам, ИГИЛ в разные периоды контролировало активы, которые превышают 2 трлн долл., а текущий годовой оборот составлял 2,9 млрд долл. Часть денежных средств игиловцами получена, в т.ч. в результате совместной криминальной деятельности с другими преступными сообществами (в частности, по захвату и перепродаже предметов антиквариата на нелегальном рынке или похищению людей ). Кроме того, по заявлению губернатора провинции Ниневии, в 2014 г. боевики похитили 425 млн долл. из мосульского филиала Центрального банка Ирака[16] .

3) террористическая преступность является разновидностью организованной преступности

Как показало проведенное исследование материалов судебной практики (с 2011 по 2018 гг.), практически все террористические преступления совершаются организованными преступными формированиями.

На современном этапе в Российской Федерации сложился конгломерат различных видов террористических сетей[17]. При этом, эксперты выделяют в основе построения таких сетей несколько видов базовых сетевых моделей (линейную цепь, осевую структуру, матричную структуру), либо указывают на сочетание таких моделей в деятельности преступных организаций.

Запрещенные террористические организации «Кавказский Имарат», ИГИЛ и др. ряд ученых относит к сетевым моделям: «всенаправленная структура» («полная матрица»); сегментированная, многоцентричная, идеологически интегрированная сеть (т.н. SPIN-структура); сотовая структура. Общие черты таких моделей, по мнению исследователей, в том, что они состоят из нескольких групп с разными лидерами и разной специализацией своей деятельности, но имеющие тесные взаимосвязи друг с другом (могут объединяться или взаимодействовать для решения общих задач), и в качестве объединяющего стержня которых выступает общая идеология, религиозная или этническая доминанта.

Приобретение террористическими организациями свойств сетевых структур позволило им уменьшить уязвимость своих членов, что произошло в связи с переходом от старых методов жесткой централизации к более эффективным управлению, координации и конспирации своей деятельности. Террористические группы относительно автономны в принятии решений и совершении преступлений, расширились их собственные организационные возможности, что не в малой степени обусловлено и активным использованием современных каналов обмена информацией. Соответственно усложнилось и работа правоохранительных органов по противодействию и прогнозированию крупномасштабной и разнообразной преступной деятельности, когда каждый из ее узлов самостоятельно и практически непредсказуемо корректирует методы своей преступной деятельности.

Отличительными признаками современной террористической организации, в соответствии с изученными решениями судов по уголовным делам о крупных террористических формированиях[18], являются: а) наличие организационного ядра, в обязанности которого входит руководство организацией; и иерархическая подчиненность внутри организации; б) система организационных связей между различными структурными подразделениями; в) наличие программы действий, в которой формулируются основные направления деятельности, цели и задачи организации; г) создание специализированных структурных подразделений (групп) внутри организации; д) обеспечение собственной безопасности; е) отработанные каналы финансирования и материально-технического снабжения; ж) внутриорганизационная система отбора и криминальной подготовки кадров и др.

Справедливости ради следует отметить, что не все террористические преступления совершаются организованными преступными формированиями. Исключение составляют преступления, совершенные лицами:

психически больными ( Так, Ш., будучи инвалидом 2 группы по психическому заболеванию,в период с 2012 г. по 15.10.2013 г. совершилприготовление к террористическому акту на Канавинском рынке г. Нижнего Новгорода // Апелляционное определениеСудебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 30.05.2017 в отношении Ш., освобожденного от уголовной ответственности за совершение в состоянии невменяемости запрещенных уголовным законом деяний, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ, ч. 1 ст. 223 УК РФ, ч. 1 ст. 222 УК РФ, ч.1 ст. 30, ч.1 ст. 205 УК РФ (дело № 201-АПУ17-18)

и разово использующими терроризм для решения своих житейских проблем (т ак, из приговора Волгоградского областного суда от 24.03.2011 в отношении С., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 205 УК РФ, следует, что С. в электронной форме отправил обращение Президенту РФ с просьбой оказать содействие в принятии мер по исполнению решения суда о внеочередном предоставлении ему и его сыну жилья, угрожая в случае неисполнения решения суда в течение месяца произвести взрыв в одном из учреждений органов власти (справка: судом содеянное С. было переквалифицировано на ст. 207 УК РФ).

Лица, публично оправдывающие терроризм либо призывающие к нему, преимущественно в сети Интернет, также включены в поле деятельности террористических формирований и связаны с ними.

Так, З. признан виновным и осуждён за публичные призывы к осуществлению террористической деятельности и публичное оправдание терроризма, совершенные с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» путём размещения на своей странице социальной сети «ВКонтакте» видео- и аудиозаписей, созданных и распространяемых членами МТО «ИГИЛ» ( Апелляционное определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 07.03.2017 в отношении З., осужденного по ч. 1 ст. 205.2 УК РФ, ч. 1 ст. 280 УК РФ, ч. 2 ст. 280 УК РФ, ч. 1 ст. 282 УК РФ (дело № 203-АПУ 17-3).

Наблюдаемое в последние годы распространение преступлений, совершенных террористами-инициативниками и террористами-одиночками, также показывает, что все они имеют прямые преступные связи с террористическими структурами:

- с сетевыми, например, Н. решил вступить в МТО «ИГИЛ» с целью участия в боевых действиях на территории Сирии против действующего правительства. Во исполнение задуманного с 25.06.2015 по 06.05.2016 Н., используя ноутбук, изучал размещённую в сети «Интернет» информацию о деятельности ИГИЛ, о политической обстановке в Сирии, о методах подготовки новобранцев в указанной МТО, материалы, связанные с минно-взрывным делом, а также наметил маршрут следования от г. Петрозаводска до Сирии и рассчитал стоимость проезда. В целях получения дополнительной информации Н., используя созданную им в социальной сети «ВКонтакте» страницу с учетной записью, наладил связь и вёл электронную переписку с неустановленными следствием лицами, поддерживающими противоправную деятельность ИГИЛ // Апелляционное определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 18.05.2017 в отношении Н., осуждённого к лишению свободы: по ч. 1 ст. 30 ч. 2 ст. 2055 УК РФ; по ч. 1 ст. 282 УК РФ (дело № 201-АПУ17-14).

- или опосредованно знакомы с террористической деятельностью и потенциально готовы в нее включиться.

Примером последнему может служить решение суда в отношении А., осужденного за склонение ряда лиц:1) к совместному совершению захвата в качестве заложников военнослужащих из числа командования Военной академии связи им. С.М. Буденного, с целью выдвижения государственным органам Российской Федерации в качестве условия освобождения заложников требования по обмену на лиц, осужденных за совершение преступлений террористической направленности; 2) к участию в совершении взрыва на территории одной из воинских частей г. Санкт- Петербурга в целях дестабилизации деятельности органов власти. Допрошенный в качестве свидетеля Н. показал, что А. стал высказывать желание срочно действовать после того, как узнал о ликвидации правоохранительными органами двух его одноклассников, являвшихся участниками незаконного вооруженного формирования (Апелляционное определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 21.12.2017 в отношении А., осужденного за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 2051 УК РФ за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 282 УК РФ (дело № 201-АПУ17-52).

4) функционирование организованной преступности на территориях государств выступает детерминирующим терроризм фактором

В настоящее время изменения в методах и практике террористической деятельности происходят под влиянием сложных процессов, динамически развивающихся во всех сферах жизни общества, государства и международного сообщества. Особое место при этом занимает организованная преступность, оказывающая влияние на процессы детерминации терроризма, которое проявляется в следующем:

а) определенное ослабление в результате функционирования организованной преступности роли государства в регулировании экономики, социальных и политических процессов;

б) наличие нестабильности, имущественного расслоения населения, неустойчивость жизненного уровня граждан, резкое изменение социального статуса ряда лиц, не позволяющее им вернуться в легальную среду;

б) повышение виктимности населения и рост его криминального потенциала, радикализация отдельных социальных групп граждан;

в) возникновение негативных социально-психологических процессов в российском социуме в связи с возникновением новых геополитических и внутригосударственных вызовов и угроз;

г) деформация нравственной позиции части населенияв отдельных регионах страны в отношении преступности вообще и к терроризму в частности.

5) взаимосвязь транснациональной организованной преступности и терроризма

Не вызывает сомнения и связь между транснациональной организованной преступностью (далее – ТОП) и терроризмом.

Во-первых, такая связь прослеживается на теоретическом уровне. ТОП и международный терроризм – это во многом сходные явления: они действуют в глобальном пространстве; представляют организованную преступную деятельность; связаны с перемещением потоков информации, денег, физических объектов, людей, других материальных и нематериальных средств через государственные границы. Обращает на себя внимание экономическая мотивация деятельности членов ТОП и МТО. Экономические аспекты ТОП и МТО могут не только пересекаться (например, при финансировании терроризма за счет источников ТОП), но даже и сливаться (в частности, в таких явлениях как торговля углеводородами, наркотрафик, вымогательство денег).

Во-вторых, связь ТОП и МТО подтверждается и практикой. В зонах активной террористической деятельности совершаются преступления экономической направленности, функционирует криминальный рынок – оборот товаров и услуг, запрещенных к легальному обороту. Террористические и другие преступные организации расширяют свои ряды за счет коррумпированных либо шантажируемых сотрудников государственных органов, лиц, оказывающих разовое техническое содействие в подготовке преступления, отмывающих преступные доходы. В международных оценках ТОП соотносится с международным терроризмом: именно их обозначают в качестве главных геополитических угроз эксперты Всемирного экономического форума. В свою очередь, ТОП и коррупция влияют практически на все мировые процессы, включая динамику цен на нефть и продовольствие, миграционные потоки, финансовый кризис и даже межгосударственные конфликты.

В-третьих, наблюдаются многочисленные примеры выделения специализации банд внутри террористических организаций, что подтверждает стремление террористов к завладению чужой собственностью. По мере того как формируются такие альянсы, возникают гибридные группы и организации, объединяющие в себе террористическую идеологию и корыстную криминальную мотивацию[19]. Тенденция к слиянию ТОП и МТО находится на подъеме и представляет одну из угроз глобальной безопасности.

В-четвертых, создаются криминальные группы, объединяющие в своей деятельности как методы ТОП, так и возможности международного терроризма. Примером такой новой криминальной организации является « D - company », которая обвиняется в торговле наркотиками, оружием, наемных убийствах, фальшивомонетничестве, отмывании денег, коррупции, связанных с террористическими организациями и выполнении их заказов на территории Индии.

В-пятых, отмечается использование ТОП и МТО в качестве политических акторов со стороны отдельных квазигосударственных образований и государств. Так, ИГИЛ материально обеспечивает свой режим путем опоры на группировки, промышляющие криминальной деятельностью (нелегальный нефтебизнес, торговля людьми и т.д.). В то же время ТОП И МТО – это относительно самостоятельные феномены, имеющие собственные идеологические основы, традиции и инфраструктуры. Как нам представляется, различие заключается в рыночном характере ТОП и идеологизированном – у МТО.

Структура и направленность функционирования ОПГ, использующих терроризм для поддержания своих финансовых основ в той или иной форме, достаточно разнообразны. Полагаем, что необходимо выделять следующие их виды:

1) МТО, непосредственно осуществляющие финансирование терроризма (например, Аль-Каида );

2) транснациональные ОПГ, осуществляющие террористическую деятельность, используя в качестве финансовой основы существования незаконные доходы от наркобизнеса (например, структуры ИГИЛ в Афганистане);

3) локальные ОПГ, использующие финансовую «подпитку» для террористической деятельности от иных форм преступной деятельности (торговля людьми, оружием);

4) иные виды ОПГ, опосредовано связанные с финансовыми структурами и террористическими организациями.

Таким образом, процесс оформления и закрепления тех или иных признаков взаимосвязи организованной преступности и терроризма – это вопрос времени. Поскольку в силу специфики своей деятельности симбиоз террористических и организованных преступных формирований не может функционировать бесструктурно, они стремятся к созданию соответствующей их интересам организации и достаточно оперативно эту идею реализуют на практике.

Кроме того, транснациональные преступные организации активно используют методы и практику террора. Некоторые транснациональные преступные организации, например, итальянская мафия или колумбийские картели, использовали тактику террористических актов, направленных против государства и его представителей, в попытке помешать расследованиям, воспрепятствовать введению или продолжению энергичной политики правительства по борьбе с ними, ликвидировать активных сотрудников правоохранительных органов, принудить судей к вынесению более мягких приговоров, в целом создать наиболee благоприятную обстановку для преступной деятельности[20].

Второй элемент заключается в готовности террористических групп устанавливать прямые связи с транснациональными преступными организациями. Так, например, PKK/KCK, возглавляющая список террористических организаций, действующих против Турции, как в прошлом, так и в настоящее время значительную часть своего финансирования обеспечивает за счет наркотиков и принимает участие во всех этапах производства и сбыта наркотиков. Организация, которая поначалу брала с наркоторговцев комиссионные за то, что закрывала глаза на их деятельность и обеспечивала их безопасность, узнав, какие большие доходы приносит торговля наркотиками, решила сама заняться этим. В результате операций, проведенных отделами по борьбе с наркотиками, были получены сведения, которые подтвердили эти обстоятельства, и доказали, что РКК и КСК не только получали прибыль от лиц, занятых в наркоторговле, но также играли важную роль на всех этапах организации наркотрафика. В период 1980-2017 годов было проведено 414 наркоопераций, связанных с РКК и КСК, в которых было задержано 1325 подозреваемых, десятки тонн наркотических веществ, около 88 миллионов растений конопли. Эта ситуация явно показывает, насколько тесно была связана террористическая организация с торговлей наркотиками. Было доказано, что РКК и КСК:

cами координировали посадку, сбор растений одурманивающего характера, доставку и продажу,

cобирали дань со всех лиц и организаций, которые перевозили наркотики, пытались ввезти их нелегально в страну, производили их, под видом «налогов»,

занимались распределением и уличной продажей наркотиков в Европе,

изымали все наркотики, принадлежащие лицам или организациям, которые занимались торговлей без уведомления РКК и КСК,

обеспечивали место и охрану организациям, занимающимся производством наркотиков,

играли активную роль в незаконном посеве конопли в Восточной и Юго-Восточной Анатолии,

управляли ячейками внутри организации, которые занимались торговлей наркотиками и не сообщали об этом другим террористам[21] .

Условием, продуцирующим объединение международного терроризма с транснациональной преступностью, является и изменившаяся геополитическая обстановка, и развитие международного антитеррористического законодательства. Государства, поддерживающие терроризм, стремятся не подпадать под критерии, по которым их могут включить в список государств, поддерживающих терроризм и ввести соответствующие санкции. Финансовая поддержка террористических организаций со стороны таких государств снижается, поэтому террористические организации вынуждены переходить на самофинансирование, обращаться к криминальным группировкам, включаться в криминальные рынки для получения альтернативных источников доходов.

Исходя из этого можно сделать несколько выводов:

1) изучение уголовных дел (подавляющее большинство которых отражает многоэпизодные преступления) показало, что на территории Российской Федерации осуществляется широкомасштабная и разнонаправленная террористическая деятельность организованных групп, банд, незаконных вооруженных формирований, преступных сообществ (преступных организаций), экстремистских и террористических сообществ и организаций. Она реализуется:

а) во взаимосвязи террористической деятельности с другими видами организованной преступной деятельности;

б) в определенной инспирированности террористических и экстремистских угроз гражданами иностранных граждан, что влечет возникновение и развитие уже налаженных трансграничных преступных связей;

в) в широком спектре совершаемых преступлений: от террористических до общеуголовных. Путем совершения общеуголовных преступлений ряд участников террористических формирований приобретают денежные средства для финансового обеспечения своей террористической деятельности, что особенно актуально в условиях снижения финансовых потоков из-за рубежа;

г) функционирование организованной преступности на территориях государств выступает детерминирующим терроризм фактором;

д) террористическая деятельность является разновидностью организованной преступной деятельности.

Несмотря на указанные обстоятельства, системная связь организованной преступной деятельности и терроризма, наличие у них единого криминального менеджмента далеко не всегда находит свое отражение в соответствующей квалификации конкретных преступлений террористической направленности. Сведения о существовании такой связи в большей мере рассредоточены по разным уголовным делам и практически не находят отражения в приговорах судов. Обстоятельства наличия вполне конкретных форм взаимодействия организованной преступной деятельности и терроризма не выявляются в ходе осуществления ОРД и не исследуются в ходе предварительного расследования.

2) в контексте выявления взаимосвязи транснациональной организованной преступности и терроризма:

а) cуществуют государства, не обладающие необходимыми ресурсами для успешного противостояния МТО и ТОП. Терроризм и ТОП находят в этих государствах удобные условия для существования. В этой связи следует оценить возможности противодействия терроризму и ТОП каждого государства, оценить риски и выработать общую стратегию обеспечения международной безопасности;

б) выделяются государства, которые несут настолько существенный урон от международных террористических организаций, что могут потерять собственный суверенитет и территориальную целостность;

в) ТОП и МТО являются субъектами, воздействующими на политику государств Ближнего Востока и Центральной Азии. Высока вероятность использования ими миграционных потоков, в том числе для организации транзита иностранных боевиков-террористов, наркотрафика, трансграничного перемещения вооружения и других средств террора.

Можно сделать общий вывод: эффективное противодействие терроризму и ТОП невозможно без учета специфики их взаимодействия и взаимообусловленности, что указывает на необходимость правового сотрудничества государств в этих сферах и создания организационных структур и механизмов реагирования на указанные угрозы. Особое внимание следует уделить реализации Программы сотрудничества государств - участников СНГ в борьбе с терроризмом и иными насильственными проявлениями экстремизма на 2017 - 2019 гг. (принято в г. Бишкеке 16.09.2016) и выработке на этой основе механизмов взаимодействия государств – членов ОДКБ.

В заключение хотелось бы отметить, что целям дальнейшего укрепления международного сотрудничества в сфере противодействия транснациональной организованной преступности и борьбы с международным терроризмом будут соответствовать следующие меры:

совершенствование международной нормативно-правовой базы, предусматривающей в том числе разработку модельных законов и программ по борьбе с отдельными опасными видами преступлений в странах, подписавших Конвенцию против транснациональной организованной преступности (принята в г. Нью-Йорке 15.11.2000 Резолюцией 55/25 на 62-ом пленарном заседании 55-ой сессии Генеральной Ассамблеи ООН);

оптимизация порядка международного розыска лиц, причастных к транснациональной преступной деятельности и терроризму;

разработка и реализация совместных целевых программ и долгосрочных планов по противодействию транснациональной преступности в рамках основных институтов системы международной безопасности;

расширение сотрудничества правоохранительных и контролирующих органов стран – участниц Конвенции против транснациональной организованной преступности, государств – участников СНГ, государств – членов ОДКБ.

В целях же организации результативного противодействия распространению организованной преступности и терроризма в Российской Федерации следует рассмотреть вопрос о дополнении Федерального закона от 06.03.2006 № 35-ФЗ «О противодействии терроризму» положениями, регламентирующими специфику борьбы с организованными формами терроризма, а также вернуться к обсуждению проблемы законодательной регламентации борьбы с организованной преступностью.

Библиография
1.
Криминология: учебник для академического бакалавриата / под ред. О.С. Капинус. – М.: Издательство ЮРАЙТ, 2016. С. 1033-1035.
2.
Дамаскин О.В. Криминологические аспекты детерминации современного экстремизма и терроризма: монография, М., 2018. 259 с.
3.
Безопасность образовательной среды: противодействие экстремизму и терроризму на современном этапе/ Сборник материалов Региональной научно-практической конференции. 21.10.2014 г.// Под ред. Климовой О.В. – Троицк: ТФ ЧелГУ, 2014. Электронный ресурс:http://www.csu.ru/Shared%20Documents/Troitck/Science/%D0%91%D0%95%D0%97%D0%9E%D0%9F%D0%90%D0%A1%D0%9D%D0%9E%D0%A1%D0%A2%D0%AC%20%D0%9E%D0%91%D0%A0%D0%90%D0%97%D0%9E%D0%92%D0%90%D0%A2%D0%95%D0%9B%D0%AC%D0%9D%D0%9E%D0%99%20%D0%A1%D0%A0%D0%95%D0%94%D0%AB.%20%D0%A1%D0%91%D0%9E%D0%A0%D0%9D%D0%98%D0%9A.pdf. Дата обращения: 14.11.2018.
4.
Там же.
5.
Емельянцев А.Г. Преступления террористического характера как метод деятельности организованной преступности // Вестник ИрГТУ № 1 (29)/2007. С. 203-204.
6.
Мусалимов Р.А. Проблемы и перспективы контртеррористической политики в контексте эскалации современного терроризма: дис. ... канд. полит. наук. Москва, 2009. Электронный ресурс: http://www.dslib.net/glob-razvitie/problemy-i-perspektivy-kontrterroristicheskoj-politiki-v-kontekste-jeskalacii.html. Дата обращения: 08.11.2018.
7.
Исаева К.А., Сейлханова С.А. Основные факторы, влияющие на активизацию криминальной деятельности ОПГ в сфере терроризма и незаконного оборота оружия в отдельных странах СНГ//Актуальные проблемы российского права.2018.4(89).апрель. С. 170-175.
8.
Анненков В.И., Баранов С.Н., Хархалуп С.С. Ядерный терроризм: современные угрозы международному сообществу: учебник. Под общ. ред. В. И. Анненкова. М., 2013. 455 с
9.
Концептуальный документ Международной конференции по терроризму и организованной преступности (Комитет экспертов по терроризму (CODEXTER), Европейского Комитета по проблемам преступности (CDPC), 25-26.09.2014, Малага Испания.
10.
Часть 1 раздела 1 Концепции противодействия терроризму в Российской Федерации (утв. Президентом РФ 05.10.2009); пункт 16 заявления лидеров G20 о противодействии терроризму (подписано в г. Гамбурге 07.07.2017) и др.
11.
Тихонов А., Медведев С. Как противостоять терроризму. Электронный ресурс: URL:http://archive.redstar.ru/index.php/eliseeva/item/5018-kak-protivostoyat-terrorizmu (дата обращения: 20.08.2018).
12.
Вестник Национального антитеррористического комитета Российской Федерации, 2 (07). Москва, 2012. С. 7.
13.
Борьба с криминальными рынками в России: монография / под общ. ред. В.В. Меркурьева. – Москва: Проспект, 2015. – 312 с.
14.
Там же. С. 308
15.
Меркурьев В.В. Организованная преступность: понятие, состояние, структура, динамика и реагирование на угрозу национальной безопасности России // Вестник Владим. юрид. ин-та. 2014. № 2 (31). С. 136 – 147.
16.
Глебова Н. Экономика «Исламского государства» Электронный ресурс:http://rabkor.ru/columns/analysis/2015/07/15/the-isis-economy/. Дата обращения: 18.08.2018.
17.
Стол С., Стол М. Террористические сети: теоретические подходы и теоретические решения. Stohl C., Stohl, M. Networks of Terror: Theoretical Assumptions and Pragmatic Consequences // Communication Theory. 17 (2007). С. 93-124
18.
Например, апелляционное определение Судебной коллегии по делам военнослужащих Верховного Суда РФ от 17.10.2017 в отношении 9 лиц, осужденных за участие в террористической организации «Объединенный Вилайат Кабарды, Балкарии и Карачая» (Дело № 205-АПУ17-29) и др.
19.
Клейменов И.М. Международный терроризм и транснациональная организованная преступность // Вестник Омского университета, 3(52). 2017. С. 159-162.
20.
Грачев С. И. Терроризм и его активная интеграция с организованной преступностью в условиях глобализма //Российский следователь», 2007, № 18.
21.
Роль террористической организации PKK/KCK в торговле наркотиками. Электронный ресурс: URL:https://www.trt.net.tr/russian/programmy/2018/03/01/rol-tierroristichieskoi-orghanizatsii-pkk-kck-v-torghovlie-narkotikami-920438 (дата обращения: 25.08.2018).
References (transliterated)
1.
Kriminologiya: uchebnik dlya akademicheskogo bakalavriata / pod red. O.S. Kapinus. – M.: Izdatel'stvo YuRAIT, 2016. S. 1033-1035.
2.
Damaskin O.V. Kriminologicheskie aspekty determinatsii sovremennogo ekstremizma i terrorizma: monografiya, M., 2018. 259 s.
3.
Bezopasnost' obrazovatel'noi sredy: protivodeistvie ekstremizmu i terrorizmu na sovremennom etape/ Sbornik materialov Regional'noi nauchno-prakticheskoi konferentsii. 21.10.2014 g.// Pod red. Klimovoi O.V. – Troitsk: TF ChelGU, 2014. Elektronnyi resurs:http://www.csu.ru/Shared%20Documents/Troitck/Science/%D0%91%D0%95%D0%97%D0%9E%D0%9F%D0%90%D0%A1%D0%9D%D0%9E%D0%A1%D0%A2%D0%AC%20%D0%9E%D0%91%D0%A0%D0%90%D0%97%D0%9E%D0%92%D0%90%D0%A2%D0%95%D0%9B%D0%AC%D0%9D%D0%9E%D0%99%20%D0%A1%D0%A0%D0%95%D0%94%D0%AB.%20%D0%A1%D0%91%D0%9E%D0%A0%D0%9D%D0%98%D0%9A.pdf. Data obrashcheniya: 14.11.2018.
4.
Tam zhe.
5.
Emel'yantsev A.G. Prestupleniya terroristicheskogo kharaktera kak metod deyatel'nosti organizovannoi prestupnosti // Vestnik IrGTU № 1 (29)/2007. S. 203-204.
6.
Musalimov R.A. Problemy i perspektivy kontrterroristicheskoi politiki v kontekste eskalatsii sovremennogo terrorizma: dis. ... kand. polit. nauk. Moskva, 2009. Elektronnyi resurs: http://www.dslib.net/glob-razvitie/problemy-i-perspektivy-kontrterroristicheskoj-politiki-v-kontekste-jeskalacii.html. Data obrashcheniya: 08.11.2018.
7.
Isaeva K.A., Seilkhanova S.A. Osnovnye faktory, vliyayushchie na aktivizatsiyu kriminal'noi deyatel'nosti OPG v sfere terrorizma i nezakonnogo oborota oruzhiya v otdel'nykh stranakh SNG//Aktual'nye problemy rossiiskogo prava.2018.4(89).aprel'. S. 170-175.
8.
Annenkov V.I., Baranov S.N., Kharkhalup S.S. Yadernyi terrorizm: sovremennye ugrozy mezhdunarodnomu soobshchestvu: uchebnik. Pod obshch. red. V. I. Annenkova. M., 2013. 455 s
9.
Kontseptual'nyi dokument Mezhdunarodnoi konferentsii po terrorizmu i organizovannoi prestupnosti (Komitet ekspertov po terrorizmu (CODEXTER), Evropeiskogo Komiteta po problemam prestupnosti (CDPC), 25-26.09.2014, Malaga Ispaniya.
10.
Chast' 1 razdela 1 Kontseptsii protivodeistviya terrorizmu v Rossiiskoi Federatsii (utv. Prezidentom RF 05.10.2009); punkt 16 zayavleniya liderov G20 o protivodeistvii terrorizmu (podpisano v g. Gamburge 07.07.2017) i dr.
11.
Tikhonov A., Medvedev S. Kak protivostoyat' terrorizmu. Elektronnyi resurs: URL:http://archive.redstar.ru/index.php/eliseeva/item/5018-kak-protivostoyat-terrorizmu (data obrashcheniya: 20.08.2018).
12.
Vestnik Natsional'nogo antiterroristicheskogo komiteta Rossiiskoi Federatsii, 2 (07). Moskva, 2012. S. 7.
13.
Bor'ba s kriminal'nymi rynkami v Rossii: monografiya / pod obshch. red. V.V. Merkur'eva. – Moskva: Prospekt, 2015. – 312 s.
14.
Tam zhe. S. 308
15.
Merkur'ev V.V. Organizovannaya prestupnost': ponyatie, sostoyanie, struktura, dinamika i reagirovanie na ugrozu natsional'noi bezopasnosti Rossii // Vestnik Vladim. yurid. in-ta. 2014. № 2 (31). S. 136 – 147.
16.
Glebova N. Ekonomika «Islamskogo gosudarstva» Elektronnyi resurs:http://rabkor.ru/columns/analysis/2015/07/15/the-isis-economy/. Data obrashcheniya: 18.08.2018.
17.
Stol S., Stol M. Terroristicheskie seti: teoreticheskie podkhody i teoreticheskie resheniya. Stohl C., Stohl, M. Networks of Terror: Theoretical Assumptions and Pragmatic Consequences // Communication Theory. 17 (2007). S. 93-124
18.
Naprimer, apellyatsionnoe opredelenie Sudebnoi kollegii po delam voennosluzhashchikh Verkhovnogo Suda RF ot 17.10.2017 v otnoshenii 9 lits, osuzhdennykh za uchastie v terroristicheskoi organizatsii «Ob''edinennyi Vilaiat Kabardy, Balkarii i Karachaya» (Delo № 205-APU17-29) i dr.
19.
Kleimenov I.M. Mezhdunarodnyi terrorizm i transnatsional'naya organizovannaya prestupnost' // Vestnik Omskogo universiteta, 3(52). 2017. S. 159-162.
20.
Grachev S. I. Terrorizm i ego aktivnaya integratsiya s organizovannoi prestupnost'yu v usloviyakh globalizma //Rossiiskii sledovatel'», 2007, № 18.
21.
Rol' terroristicheskoi organizatsii PKK/KCK v torgovle narkotikami. Elektronnyi resurs: URL:https://www.trt.net.tr/russian/programmy/2018/03/01/rol-tierroristichieskoi-orghanizatsii-pkk-kck-v-torghovlie-narkotikami-920438 (data obrashcheniya: 25.08.2018).

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Представленная на рецензирование рукопись посвящена исследованию взаимосвязи организованных преступных групп с террористическими группами как в рамках одной страны, так и их взаимодействие на международном уровне. Кроме того, в работе предлагается ряд мер, направленных на одновременное противодействие как первому, так и второму преступному явлению. В качестве методов научного познания автор использует системно-структурный, логический, формально-юридический методы, метод моделирования, синтеза и анализа. Актуальность данной темы не вызывает сомнений. Действительно, в современном мире террористические угрозы достигли такого уровня потенциальной опасности, что любые меры, направленные на снижение данного уровня, искоренение терроризма требуют поддержки и немедленного практического использования. Научная новизна видится, во-первых, в глубоком, аргументированном выводе о тесной взаимосвязи организованной преступности с терроризмом, во-вторых, в выявленных автором формах взаимодействия организованных преступных групп с террористическими организациями, в-третьих, в выводе о необходимости разработки совместных мер, и невозможности искоренения терроризма без ликвидации организованной преступности, и наконец, в тех мерах, которые предлагаются для борьбы с терроризмом, в том числе в рамках международного сотрудничества. Структурно, статья разбита на 4 части. В первой, автором ставится проблема и аргументируется ее актуальность (что ясно и без дополнительного обоснования). Во второй части рассматриваются различные аргументы в пользу взаимосвязи организованной преступности и терроризма, и приводятся примеры и проявления такого взаимодействия, в том числе связь террористической преступности с криминальными рынками, транснациональной организованной преступностью. В третьей части, автором предлагаются меры, направленные на укрепление международного сотрудничества в сфере борьбы с терроризмом и организованной преступностью. В четвертой сделаны общие выводы. Замечаний к публикации не имеется. Материал изложен на высоком профессиональном уровне, грамотно и логично. Суждения автора кажутся аргументированными и научно обоснованными. На основании изложенного, полагаем, что публикация может представлять интерес для читателей журнала «Национальная безопасность», содержит интересные выводы и предложения, отличается новизной. Рекомендуем к опубликованию.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"