по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Рецензирование за 24 часа – как это возможно? > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Социодинамика
Правильная ссылка на статью:

Сакральное в медицине: динамика социокультурных смыслов
Максименко Людмила Александровна

доктор философских наук

заведующая, кафедра философии и социально-гуманитарных наук, Омский государственный медицинский университет

644099, Россия, Омская область, г. Омск, ул. Ленина, 12, оф. кафедра философии и социально-гуманитарных наук

Maxsimenko Liudmila Aleksandrovna

Doctor of Philosophy

Professor, the department of Philosophy and Socio-Humanitarian Sciences, Omsk State Medical University

644099, Russia, Omsk, Lenina Street 12

msw60@yandex.ru

Аннотация.

Предметом исследования в данной статье являются смыслы медицины как особой социокультурной практики, выстраивающиеся вокруг исторически исходного понятия сакрального. Медицина, выступая объектом исследования, предстает как феномен европейской культуры, берущий свое начало с косской школы Гиппократа. Историческая динамика «внутреннего ядра» медицины как особой социокультурной практики была связана с глобальными историческими трендами в истории европейской культуры. В статье подробно рассматривается «что» и «как» как повлияло на тектонические сдвиги в архитектонике смыслов ее ядра. Методология исследования включает в себя метод сравнительно-исторического анализа, примененный для реконструкции смыслов, и герменевтический метод с его базовой техникой – интерпретацией, включающей, прежде всего, языковую процедуру (анализ этимологии и смыслов). Основными выводами проведенного исследования являются установление того, что смысл сакрального в медицинской практике исторически был связан с понятием жизни и табуированием действий врача, посягающих на жизнь в любом ее качестве. Десакрализация жизни и социокультурная гегемония медицины оказались тесно взаимосвязаны. Доверие к биоэтике как новому социальному институту строится на юридизации ее норм. Идея гуманитарной экспертизы оказывается «инфицированной» трилеммой Мюнхгаузена. Все это говорит о том, что современная западная медицина, находясь в «обществе риска» и «рынка», демонстрирует запрос на новый виток гуманизации и доказательства своей продуктивности как социального института и духовной сферы культуры.

Ключевые слова: медицина, культура, жизнь, сакральное, биоэтика, клятва Гиппократа, табу, гуманитарная экспертиза, медикализация, социальный институт

УДК:

17.033+316.7

DOI:

10.7256/2409-7144.2016.10.2076

Дата направления в редакцию:

17-10-2016


Дата рецензирования:

18-10-2016


Дата публикации:

31-10-2016


Работа выполнена при поддержке РГНФ, проект № 15-03-00710/16 «Категориальная оппозиция «альтруизм-эгоизм» в морально-нравственном дискурсе современности

Abstract.

The subject of this research is the meanings of medicine as a special sociocultural practice built around the historically original notion of sacral. Being the object of this research, medicine manifests as the phenomenon of European culture, which take its roots in Hippocrates Kos School. The historical dynamic of the “inner core” of medicine as a peculiar sociocultural practice was associated with the global historical trends in the history of the European culture. The article thoroughly examines “what” and “in which way” influenced the tectonic shifts in architectonics of the meanings of its core. The main conclusion of the conducted research consists in establishment of the fact that the meaning of sacral within medical practice was historically connected with the notion of life and tabooing the actions of therapist who endangers the life in any way. The trust to bioethics as the new social institution forms on the basis of juridification of its norms. The idea of humanitarian expertise becomes a “contaminated” Münchhausen trilemma. All of these speaks that the modern Western medicine, being in the “risk society” or “market” demonstrates the inquiry for the new turn of humanization and proof of its productiveness as the social institution and spiritual area of the culture.

Keywords:

human expertise, taboo, Hippocratic Oath, bioethics, sacral, life, culture, medicine, medicalization, social Institutution

Исторические истоки медицины как особой социокультурной практики генетически связаны с религией и философией. Мощь медико-философского взаимодействия во многом детерминировала становление важных механизмов воспроизводства европейской культуры. Гиппократ и его косская школа стали своеобразной «точкой отчета», положив начало не только западной медицине, но и комплементарной ей этики. Эта комплементарность не случайна: в греческой философии в это время (а это время Сократа и Платона) происходит «антропологический поворот» – фокус философский размышлений смещается на человека. Один из авторитетнейших исследователей античности В. Йегер подчеркивал, что в «античности медицина вышла за границы просто ремесла и превратилась в ведущую культурную силу греческого народа» [1, с. 13]. Уже в V-IV вв. до н. э. врачебное сословие пользовалось в обществе высоким авторитетом, занимая почетное положение, как в духовной, так и в социальной жизни. Платон, который был на 32 года моложе Гиппократа, ставил его в один ряд со знаменитыми скульпторами Поликлетом и Фидием [2, с. 18]. В. Йегер с сожалением констатирует, что современная высокоразвитая врачебная наука утратила такое положение в культуре, она «не похожа на свою античную прародительницу» [1, с. 13].

Вероятно, это связано с трансформацией тех смыслов, которые выстраивались вокруг сакрально ядра медицины, ведь наука, по меткому замечанию М. Вебера, вселила уверенность, что «нет никаких таинственных, не поддающихся учету сил», а это означает, что «мир расколдован» [3, с. 713-714]. Цель настоящей статьи эксплицировать эти смыслы. Ведь медицина, несмотря на свой современный естественнонаучный профиль, гуманистична по своей сути, а значит – требует обращения к культурным и духовным аспектам бытия человека. Это обращение особо актуально на фоне возрастающего технологического могущества медицины и контрпродуктивности как социального института.

В широком смысле сакральное – мировоззренческая категория, которая обозначает свойство, обладание которым наделяет объект исключительной значимостью, делает его непреходящей ценностью и на этом основании требует благоговейного отношения. Онтологически сакральное принадлежит высшему уровню реальности. Гносеологически оно относится к истинному знанию, аксиологически – к абсолютному, императивному, глубоко чтимому [4, с. 482-483].

Наиболее явственно сакральное обнаруживает себя в сфере религии, где оно сопрягается с понятием божества. Именно поэтому понятие сакрального исследовалось, прежде всего, философами и теологами (Р. Отто, М. Эллиаде, П. Труссон и др.), в общественной жизни – видными представителями социологии (Э. Дюркгейм, М. Мосс, Р. Кайуа, Л. Леви-Брюль Т. Лукман, А. Шюц, Ж. Бодрийар). Вопрос о сакральном в медицине специально не исследовался. Это связано, по-видимому, с тем, что в секуляризованной культуре индустриального и постиндустриального общества «светская» медицина в качестве науки и собственно социального института все дальше дистанцировалась от сферы сакрального. Сегодня сакральное противопоставляется не столько профанному, сколько секулярному и постсекулярному [5]. И если в XVII веке голландский натуралист Ян. Сваммердан еще мог эпатажно заявить: «Я докажу вам существование божественного проведения, анатомируя вошь» [3, с. 718], то в ХXI веке итальянский нейрохирург С. Канаваро эпатирует общество сенсационным заявлением о пересадке головы без апелляции к божественному проведению. Поскольку понятие сакрального в мышлении людей «всегда и повсюду отделено от понятия светского, поскольку, – подчеркивал Э. Дюркгейм, – мы усматриваем между ними нечто вроде логической пустоты, ум испытывает неодолимое отвращение к тому, чтобы соответствующие явления смешивались или даже просто оказывались в контакте» [6, с. 221]. В качестве социальных регуляторов медицины сегодня все больше выступает право и все меньше - мораль, все слабее опирающаяся на традиционные религиозные ценности.

Идею сакрального в медицине репрезентировала «Клятва Гиппократа», ставшая новацией языческого мира. Не сбрасывая со счетов первоначальный «юридический» контекст этого документа, можно предположить, что если бы в нем отсутствовало сакральное ядро, то история не сохранила бы ни саму «Клятву», ни ее различные модификации, ставшие основой для последующих этических кодексов в медицине. Достаточно напомнить, что Женевская Декларация 1948 года, принятая Всемирной медицинской ассоциацией, была названа «Клятвой Гиппократа ХХ века». «Клятва» и сегодня остается символом медицины, несмотря на попытки ее элиминации как базисного основания врачебного сознания [7; 8], пребывающего в иных исторических и социальных реалиях, в «расколдованном наукой» культурно-плюралистичном мире.

В общественном сознании «Клятва» чаще всего ассоциируется с принципом «не навреди». Однако сакральное в ней связано не с ним, а с самоценностью жизни. «Дело медицины» беречь и сохранять жизнь как нечто священное. «Священные вещи – это те, которые защищены и отделены запретами» – писал Э. Дюркгейм [6, с. 222]. Именно поэтому в «Клятве Гиппократа» сформулированы основополагающие табу, поставившие пределы медицинской практики – запрет на аборт и эвтаназию. В античном мире и то, и другое было легитимным и не выходило за рамки общепринятых социальных норм. Об этом свидетельствуют сочинения Платона и Аристотеля, которые разделяли подобные взгляды, но при этом почитали Гиппократа как образец врачебного искусства [1, с. 261]. Каковы основания этих императивов, заявивших о сакрализации жизни? Подсказку может дать язык.

Репрезентация жизни в древнегреческом языке, как указывает крупнейший исследователь античной мифологии и религии К. Кереньи, была представлена двумя словами – zoe и bios. Жизнь, понятая как zoe , есть «жизнь вообще», не имеющая очертаний, кроме устойчивой противоположности к смерти. Словом «bios » обозначалась отдельная жизнь, извлеченная из «жизни вообще», а потому – конечная с определенными и устойчивыми характеристиками [9, с. 19-22]. Степень близости «жизни вообще» к конкретно представленному образу определялась степенью ее оформленности, а значит, обособленности от чего-то более масштабного.

Это устойчиво удерживающееся лингвистическое различие преломилось в мифологическо-религиозном понимании в двух разных жизнеощущениях, персонифицированных в образах главных эллинских божеств – Диониса (zoe) иАполлона ( bios) . Важно подчеркнуть, что сакральное, связанное с интуицией жизни, «в переводе» на философский язык сопрягается с онтологическим, всеобщим, выражающими рациональными способами мысль о полноте, цельности бытия. Поэтому когда греческие врачи приносили «Клятву» Аполлону, из-за его спины всегда выглядывал Дионис, олицетворяющий «жизнь вообще».

В настоящее время табу, охраняющие святость жизни, утратили свою безусловную неприкосновенность. Тем не менее, ускользающее из медицины сакральное напоминает о себе жаркими дискуссиями в современном обществе по проблемам, связанным с «началом» и «концом» человеческой жизни. Острота этих медико-социальных проблем свидетельствует, что сакральное все же на этом микроуроне вплетено в ткань социального бытия.

Однако биомедицина как социокультурная система воспроизводит свои иные, мало связанные с ним социальные и культурные смыслы. Это происходит в процессе медицинской социализации и репрезентации жизни как информационно-сконструированной биологической реальности. В настоящее время ее объектами стали «клинические тела, а также клеточные материалы, биомолекулы, гены, базы биологических данных и т.д.» [10, с. 239]. В западноевропейской культуре, как отметил М. Фуко, «медицинская мысль по полному праву заняла статус философии человека» [11, с. 295].

Социокультурная гегемония медицины в современном обществе оборачивается, по утверждению известного социального критика И. Иллича, своей контрродуктивностью [12]. Современные исследователи процесса медикализации вынуждены констатировать, что в нее «оказались вовлечены слишком многочисленные силы – не только врачи, но и политики, бизнес, масс медиа и бесчисленные люди, не знающие точно, кто они – пациенты или потребители» [13, с. 263].

В таких условиях спасительным щитом представляется биоэтика, стихийно совершившая «memory turn» – своеобразный « антропологический поворот», исторический реверс к новому переживанию памяти и культурного опыта. Освоенный в прагматике настоящего, он «делает биоэтику формой самосознания современной культуры» [14, с. 119].

Нельзя не отметить, что, во-первых, столь претензионные общения традиционно относились к философии в целом, охватывающей память и опыт культуры, измеряемый тысячелетиями, а не полувековой давностью в пестрой и «текучей современности». Режим «on-line», в котором пребывает рефлексирующее сознание культуры, еще больше осложняет превращение его в «самосознание». Слишком мала историческая дистанция.

Во-вторых, столь большие надежды биоэтика, «импортированная» в Россию, как и все новое с традиционным отставанием, «открывает» только отечественным исследователям. На Западе ученые, философы, врачи (Э. Чаргафф, А. Бадью, И. Иллич, Х. Энгельгардт, К. Дернер, Ж.-П. Дюпюи и др.) более сдержанно и даже критично оценивают возможности нового социального института. Основания такой сдержанности содержатся в особенностях современной культуры в целом, медицины и науки, в частности. Пытаясь перейти от дескрипций к выработке этических норм, биоэтика, остается бессильна перед многими остро стоящими перед ней проблемами. Так, рабочая группа международных экспертов Руководящего комитета по биоэтике Совета Европы в 2003 году вместо юридически обязывающего документ, направленного на защиту эмбрионов и зародышей человека, создала «протокол разногласий». Эксперты оказались не в состоянии прийти к согласованному решению о том, с какого момента начинается человеческая жизнь [15].

Идея гуманитарной этической экспертизы любых технологических достижений, включая достижения медико-биологических наук, столь значимая в биоэтике, наталкивается на внутреннее логическое противоречие. В условиях тотального господства проективного и конструктивного характера любой деятельности гуманитарная экспертиза сама превращается в «технологию», нуждающуюся в более независимой экспертной оценке, которая опять же будет рождена какой-то новой, сконструированной, возможно еще более независимой инновационной технологией и так далее.

Выйти из этого затруднения, весьма напоминающего «трилемму Мюнхгаузена», можно, так же как из нее – тремя возможными способами: бесконечно регрессируя в создание новых, более могущественных технологий, или оставаться в логическом круге зависимостей, искушаясь акторами, заинтересованными в скорейшем продвижении новинок, или разорвать в некотором месте круг. Очевидно, что первый сценарий – сценарий хайггеровского по-става, превращающий технику-технологию в самостоятельный субъект действия. Второй – не менее опасен в «обществе риска». Остается третий. «Место разрыва» может быть связано с тайной, сакральным.

К. Ясперс, описывая духовную ситуацию в первой половине прошлого века, отмечал, что к профессиям, «служащим человеческой индивидуальности», неприложима бухгалтерия исчислений и технические посредники: «То, что делает врач, учитель, священник и т. п., нельзя рационализировать по существу его деятельности, так как это относится к экзистенциальному существованию». Результат воздействия на них технического мира, несмотря на определенные положительные моменты, привел к «упадку практического применения их профессий». В медицине «личное доверие к врачу заменяют доверием к институту» [16, с. 329].

В современной технологичной и секулярной культуре степень «расколдованности мира» достигла своего предела: «Наука, потерявшая благоговение перед тайной, смирение перед непостижимостью, перерастает свои границы и становится псевдо-религией» [17, с. 84]. В год, официально считающийся годом появления биоэтики (1967), М. Моруа выступил с докладом «О призвании врача» на съезде французских медиков. Говоря об изменениях в медицине и непреходящем значении «Клятвы», он выразил уверенность: «Завтра, как и сегодня, понадобятся врачи. Как и сегодня, врач сохранит свой сан жреца, а вместе с ним и свою страшную, все возрастающую ответственность. Медицинская наука станет еще точней, ее оснащение приумножится, но рядом с ней, как и сегодня будет стоять, сохранить свое место в медицине врач классического типа» [18, с. 86]. Что сегодня готовы ответить французскому романисту современные врачи?

Библиография
1.
Йегер В. Пайдейя. Воспитание античного грека. М.: «Греко-латинский кабинет»® Ю.А. Шичалина, 1997. С. 76.
2.
Карпов В.П. Гиппократ и Гиппократов сборник // Гиппократ. Избранные книги. М.: Гос. изд-во биол. и мед. лит-ры, 1936. 736 с.
3.
Вебер М. Наука как призвание и профессия // Вебер М. Избранные произведения. М.: Прогресс, 1990. С. 707-735.
4.
Забияко А.П. Сакральное // Новая философская энциклопедия. Т.3. М.: Мысль, 2010. С. 482-483.
5.
Осыка Я.М., Мишенин В.Ю. Сакральное в современной культуре: подходы к определению и границы понимания // Научные ведомости. Серия «Философия. Социология. Право». 2013. № 16(159). Вып. 25. С. 262-267.
6.
Дюркгейм Э. Элементарные формы религиозной жизни // Мистика. Религия. Наука. Классики мирового религиоведения. Антология. М.: Канон+, 1998. С. 87.
7.
Бобров О.Е. Мифы и иллюзии клятвы Гиппократа // URL: http://netoncology.ru/press/1316/1637/
8.
Мелик-Гайказян И.В., Мещерякова Т.В. Клятва Гиппократа: трансформация семантики и возрождение прагматики // ΣΧΟΛΗ (Schole). Философское антиковедение и классическая традиция. 2015. № 1. Т. 9. С. 35-44.
9.
Кереньи К. Дионис. Прообраз неиссякаемой жизни. М.: Ладомир, 2007. 319 с.
10.
Михель Д. В. Биомедицина как культурная система: краткий обзор медико-антропологических представлений // Гуманитарные ориентиры научного познания: сборник статей. МСК.: Издательский дом «Навигатор», 2014. 352. С. 236-243.
11.
Фуко М. Рождение клиники. М.: Смысл, 1998. 310 с.
12.
Иллич И. Пределы медицины или Медицинская Немезида (отрывки из книги) // URL:http://www.pubhealth.spb.ru/Illich/index.htm
13.
Михель Д.В. Медикализация как социальный феномен // Вестник СГТУ. 2011. № 4(60). Вып. 2. С. 256-263.
14.
Мелик-Гайказян И.В. Memory turn: проявленная биоэтикой бренность интеллектуальных традиций // Гуманитарные ориентиры научного познания: сборник статей. МСК.: Издательский дом «Навигатор», 2014. С. 108-119.
15.
Резниченко А.А. Долгий спор о защите эмбрионов // Человек. 2011. № 3. С. 125-140.
16.
Ясперс К. Духовная ситуация времени // Ясперс К. Смысл и назначение истории. М.: Политиздат, 1991. 527 с.
17.
Варава В.В. Наука как религия: парадокс секулярной культуры // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2008. № 2. Т. 9. С. 74-86.
18.
Моруа А. О призвании врача // Химия и жизнь. 1979. № 1. С. 79-86.
19.
Гуревич П.С. Внутрь, в бездонность своей души… (Психологические проблемы социального управления) // Психология и Психотехника. 2015. № 8. C. 757-760. DOI: 10.7256/2070-8955.2015.8.16263.
References (transliterated)
1.
Ieger V. Paideiya. Vospitanie antichnogo greka. M.: «Greko-latinskii kabinet»® Yu.A. Shichalina, 1997. S. 76.
2.
Karpov V.P. Gippokrat i Gippokratov sbornik // Gippokrat. Izbrannye knigi. M.: Gos. izd-vo biol. i med. lit-ry, 1936. 736 s.
3.
Veber M. Nauka kak prizvanie i professiya // Veber M. Izbrannye proizvedeniya. M.: Progress, 1990. S. 707-735.
4.
Zabiyako A.P. Sakral'noe // Novaya filosofskaya entsiklopediya. T.3. M.: Mysl', 2010. S. 482-483.
5.
Osyka Ya.M., Mishenin V.Yu. Sakral'noe v sovremennoi kul'ture: podkhody k opredeleniyu i granitsy ponimaniya // Nauchnye vedomosti. Seriya «Filosofiya. Sotsiologiya. Pravo». 2013. № 16(159). Vyp. 25. S. 262-267.
6.
Dyurkgeim E. Elementarnye formy religioznoi zhizni // Mistika. Religiya. Nauka. Klassiki mirovogo religiovedeniya. Antologiya. M.: Kanon+, 1998. S. 87.
7.
Bobrov O.E. Mify i illyuzii klyatvy Gippokrata // URL: http://netoncology.ru/press/1316/1637/
8.
Melik-Gaikazyan I.V., Meshcheryakova T.V. Klyatva Gippokrata: transformatsiya semantiki i vozrozhdenie pragmatiki // ΣΧΟΛΗ (Schole). Filosofskoe antikovedenie i klassicheskaya traditsiya. 2015. № 1. T. 9. S. 35-44.
9.
Keren'i K. Dionis. Proobraz neissyakaemoi zhizni. M.: Ladomir, 2007. 319 s.
10.
Mikhel' D. V. Biomeditsina kak kul'turnaya sistema: kratkii obzor mediko-antropologicheskikh predstavlenii // Gumanitarnye orientiry nauchnogo poznaniya: sbornik statei. MSK.: Izdatel'skii dom «Navigator», 2014. 352. S. 236-243.
11.
Fuko M. Rozhdenie kliniki. M.: Smysl, 1998. 310 s.
12.
Illich I. Predely meditsiny ili Meditsinskaya Nemezida (otryvki iz knigi) // URL:http://www.pubhealth.spb.ru/Illich/index.htm
13.
Mikhel' D.V. Medikalizatsiya kak sotsial'nyi fenomen // Vestnik SGTU. 2011. № 4(60). Vyp. 2. S. 256-263.
14.
Melik-Gaikazyan I.V. Memory turn: proyavlennaya bioetikoi brennost' intellektual'nykh traditsii // Gumanitarnye orientiry nauchnogo poznaniya: sbornik statei. MSK.: Izdatel'skii dom «Navigator», 2014. S. 108-119.
15.
Reznichenko A.A. Dolgii spor o zashchite embrionov // Chelovek. 2011. № 3. S. 125-140.
16.
Yaspers K. Dukhovnaya situatsiya vremeni // Yaspers K. Smysl i naznachenie istorii. M.: Politizdat, 1991. 527 s.
17.
Varava V.V. Nauka kak religiya: paradoks sekulyarnoi kul'tury // Vestnik Russkoi khristianskoi gumanitarnoi akademii. 2008. № 2. T. 9. S. 74-86.
18.
Morua A. O prizvanii vracha // Khimiya i zhizn'. 1979. № 1. S. 79-86.
19.
Gurevich P.S. Vnutr', v bezdonnost' svoei dushi… (Psikhologicheskie problemy sotsial'nogo upravleniya) // Psikhologiya i Psikhotekhnika. 2015. № 8. C. 757-760. DOI: 10.7256/2070-8955.2015.8.16263.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"