Статья 'Раскулачивание в Центральном Черноземье на рубеже 1920-х - 1930-х годов: роль комсомола' - журнал 'Genesis: исторические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редакционный совет > Редакция и редакционная коллегия > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Genesis: исторические исследования
Правильная ссылка на статью:

Раскулачивание в Центральном Черноземье на рубеже 1920-х - 1930-х годов: роль комсомола

Ипполитов Владимир Александрович

кандидат исторических наук

Приборостроительный колледж (г.Тамбов)

393430, Россия, Тамбовская область, пос. Сатинка, ул. Южная, 56

Ippolitov Vladimir Aleksandrovich

PhD in History

post-graduate student of the Department of History and Philosophy at Tambov State Technical University

393430, Russia, Tambov Region, settl. Satinka, str. Yuzhnaya 56 

vladimir.ippolitov@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2409-868X.2016.3.17574

Дата направления статьи в редакцию:

13-01-2016


Дата публикации:

28-06-2016


Аннотация.

В статье исследуется роль комсомольских организаций в раскулачивании российского крестьянства в конце 1920-х - начале 1930-х годов. Раскрывается механизм участия молодежи в ликвидации кулачества как класса. Показано противоречивое отношение комсомольцев к данной кампании. Исследуются причины покушений крестьян на жизнь комсомольцев. Анализируются случаи искривления линии партии и борьба с ними. Географические рамки исследования включают в себя территорию Центрально-Черноземной области (ЦЧО) РСФСР. Основу источниковой базы исследования составили документы Государственного архива социально-политической истории Тамбовской области (ГАСПИТО). Особое внимание уделяется анализу документов первичных комсомольских организаций, так как это позволяет выяснить особенности деятельности и настроения рядовых членов союза, приблизиться к постижению социокультурного феномена комсомола. По мнению автора, показателем значительной роли комсомола в раскулачивании служат многочисленные факты покушений и убийства комсомольцев. Печальный факт - именно убийства комсомольцев, а не членов партии вызвали наиболее широкий резонанс и сведения о них дошли до нас. Восприимчивость части комсомольцев к идее раскулачивания объясняется большой долей представителей бедных слоев крестьянства. В этой среде уравнительные идеи были особенно популярны. Нередкими были случаи сведения личных счетов. В ходе кампании на членов союзы были возложены многочисленные технические функции по раскулачиванию. Авторитет комсомола в деревне был основательно подорван. Темпы и методы проведения кампании, впоследствии осужденные, диктовались комсомольцам вышестоящими органами. Активная работа ВЛКСМ поддерживалась постоянными угрозами исключения из союза. Однако значительная часть комсомольцев не воспринимала идеи классовой борьбы и предпочитала остаться в стороне. Небольшая часть молодежи открыто выступила против антикрестьянской политики партии.

Ключевые слова: комсомол, молодежь, коллективизация, раскулачивание, правый уклон, перегиб, крестьянство, кулачество, коммунистическая партия, история

УДК:

94(47).084.6

Исследование выполнено при поддержке РГНФ в рамках научно-исследовательского проекта № 15-31-01002 «а1» "Комсомол как социокультурный феномен XX века"

Abstract.

This article examines the role of Komsomol organizations in dekulakization of the Russian peasantry in the late 1920’s – early 1930’s.  Mechanism of youth participation in elimination of the kulaks as a social class is being revealed. The author demonstrates the contradictory attitude of the members of Komsomol towards this campaign, as well as examines the causes of attempt on the life of members of Komsomol by peasants. The geographical frameworks of this research contain the territory of Central Black Earth Region of RSFSR. The materials and documents from the State Archive of Sociopolitical History of Tambov Oblast comprised the foundation for this article. Special attention is given to the analysis of documents of the initial Komsomol organizations, which allows the author to determine the peculiarities of their activity and the attitudes of the regular members of the union, as well as to better understand the sociocultural phenomenon of Komsomol.  On the author’s opinion, the significant role of Komsomol in dekulakization is justified by the multiple facts of attempts on life and murders of the Komsomol members, as well as by presence of the big portion of the representatives of the poorest strata of the peasantry. The reputation of Komsomol in the villages was significantly undermined. The terms and the methods of conducting of campaign (later condemned) were dictated to Komsomol by the higher authorities. The active efforts of Komsomol were accompanied by constant threats of being excluded from the union. But majority of the Komsomol members did not support the idea of class warfare and preferred to remain neutral. A small part of the youth had openly protested the anti-peasantry policy of the party.

Keywords:

Komsomol, Youth, Collectivization, Dekulakization, Right deviation, Excess, Kulak, Peasantry, Communist Party, History

Тема участия комсомола в коллективизации, несмотря на идеологизацию, была подробно исследована в советской историографии. Роль комсомольских организаций в раскулачивании крестьянства освещена значительно меньше. В работах Г. И. Горбуновой [2], Н. А. Окатова [16] и др. советских историков большое внимание уделялось случаям террора против членов ВЛКСМ. Совершенно другой подход к данной проблеме применил в своем исследовании Р. Л. Никулин [14]. Автор проанализировал участие комсомола в раскулачивании, как части антикрестьянской политики партии. В работах А. А. Слезина [18 - 22] подробно рассмотрена противоречивая роль комсомола в коллективизации. Комсомол рассматривается, как часть и противник общекрестьянского фронта, показана окончательная этатизация союза.

Цель данной статьи — изучить роль ВЛКСМ в раскулачивании крестьянства, особое внимание уделяя анализу документов первичных комсомольских организаций. С нашей точки зрения, это позволит выяснить особенности деятельности и настроения рядовых членов союза. Географические рамки исследования включают в себя территорию Центрально-Черноземной области - административной единицы в составе РСФСР в 1928-1934 гг.

В конце 1920 – х годов в данном регионе не существовало кулачества, как слоя эксплуатировавшего наемный труд. Наиболее крепкие хозяйства уже были разорены налогами и хлебозаготовками. В такой ситуации дать четкое определение «кулака» было крайне сложно. Секретарь обкома ВКП(б) Центрально-Черноземной области (ЦЧО) И. Варейкис на вопрос о критериях понятия кулак, ответил, что «рассуждения о том, как понимать кулака – есть схоластика, гнилая, бюрократическая, бесцельная, никому не понятная и к тому же очень вредная» [14, с. 97]. Несмотря на отсутствие ясных критериев, раскулачивание было необходимо партийному руководству для ускорения процесса коллективизации, устранения её противников.

Согласно постановлению обкома ВЛКСМ ЦЧО «О практических задачах комсомольских организаций в сплошной коллективизации и ликвидации кулака» комсомол был обязан принять активнейшее участие во всех мероприятиях партии. В частности, ставились задачи: участвовать в выявлении злостных кулацких элементов, оказывать помощь соответствующим органам в принятии к ним надлежащих мер, добиваться высылки из районов «хулиганствующей кулацкой молодежи». Рекомендовалось создавать для помощи районным исполнительным комитетам, прокуратуре и ОГПУ ударные группы из наиболее стойких и выдержанных комсомольцев. На комсомол возлагались задачи противодействия попыткам «самораскулачивания», охраны конфискованного имущества, наблюдения за правильным его использованием. На узловых станциях должны были создаваться комсомольские бригады для наблюдения за эшелонами выселяемых кулаков. Секретарь Обкома ВЛКСМ Сорокин подчеркивал, что работа по раскулачиванию не должна носить узко-административного характера. Однако подобные пояснения до рядовых комсомольцев, как правило, не доходили [3, д. 140, л. 2-4].

18 февраля 1930 года на закрытом совещании Михайловской ячейки компания по ликвидации кулака как класса была признана своевременной и правильной [7, д. 39, л. 10]. При обсуждении доклада о раскулачивании комсомольцы задавали вопросы: «Почему сейчас раскулачивают? Куда выселять? Что делать с детьми?». Это говорит о том, что задачи и методы проведения раскулачивания были непонятны для комсомольцев. Инструкции сверху, как правило, состояли из общих фраз, поэтому конкретная деятельность определялась на месте, в зависимости от настроений исполнителей [7, д. 25, л. 27]. Доходило до того, что весной 1930 года во время очередной внутрисоюзной «чистки» на вопрос «Что делать с семьей выселенного кулака?» комсомолец ответил: «Уничтожить до младенца»[2, д. 158, л. 25].

В секретном постановлении Жердевского РК ВКП(б) указывалось, что при раскулачивании не следует ограничиваться рамками законности и искать юридических оправданий при экспроприации имущества [4, д. 37, л. 4]. Это вполне соответствовало указаниям партии, так на VII пленуме Обкома ВКП(б) И. Варейкис заявил, что «законы теперь – дело наживное. Кто ссылается на закон, на то, что нет приказа, тот не политик, не революционер, а чиновник, буквоед» [цит. по: 15 , с. 86]. Позднее районные комитеты признавали, что при раскулачивании была дана установка: «Скрытия и жалостей не должно быть». Отсутствие закона открывало дорогу для применения насилия и преступлений.

Комсомольское руководство призывало молодежь пресекать враждебную агитацию классового врага. В руководящих документах указывалось, что устраивая различные вечеринки и беседы, кулаки воздействуют на середняцкую и бедняцкую молодежь. Следовательно, комсомол не должен был стоять в стороне. Однако молодые члены союза еще были тесно связаны со своими односельчанами, несмотря на пропагандируемую идею «обострения классовой борьбы». Игнорируя директивы сверху, в Мучкапском районе комсомольцы не вели работы среди батрацко-бедняцкой молодежи, а «якшались и устраивали попойки с кулацкими «девками» [10, д. 93, л .8; использована лексика документа]. Окружное руководство объясняло подобные случаи политической неграмотностью и близорукостью молодежи.

В среде провинциального комсомола достаточно широко было распространено примиренческое отношение к кулаку. Деревенская ячейка Пересыпкинского района скрыла в своих рядах кулака Никитина, хозяйство которого было обложено по 28 статье УК РСФСР. В ячейке села Томниково Алгасовского района комсомольцы защищали кулака из боязни разорить его. Идеи классовой борьбы не могли быть быстро усвоены в среде молодежи. Комсомольцы ячейки «Красный октябрь» утверждали, что «у нас кулаков нет». Секретарь Сатинской ячейки Сампурского района снабжал дефицитными товарами кулаков [10, д. 93, л .8]. Все эти случаи свидетельствуют о силе общинных традиций в среде молодежи.

Молодежь, знавшая деревенскую жизнь не только по приказам руководящих органов, не могла не заметить абсурдность идей классовой борьбы. Члены ВЛКСМ открыто выражали протест против раскулачивания односельчан. Комсомольцы Куликинской ячейки рассуждали, что у нас кулаков нет, все равны. Комсомолец Селезнев утверждал, что «деревня отсталая, какая там может быть классовая борьба». Отрицательное отношение к идее ликвидации кулака было довольно широко распространено. Комсомольцы не могли не заметить «осереднячивание» деревни и практическое исчезновение кулаков к концу нэпа. Например, в Никифоровском районе некоторые комсомольцы стремились занять нейтральное положение, наблюдалась большая утечка на сезонную работу [2, д. 151, л. 58]. Отдельные комсомольцы проповедовали считавшееся недопустимым в ВЛКСМ «бережное» отношение к кулаку и возможность перевоспитания его детей и приема в колхоз. Идеи классовой борьбы в деревне навязывались партией молодым комсомольцам. Деятельность комсомольцев без классовой борьбы и борьбы с уклонами получила название «делячество».

Руководство ВЛКСМ решительно боролась с делячеством и случаями проявления правого уклона. Главным наказанием за отступление от генеральной линии партии являлось исключение из союза, что лишало молодого человека важных жизненных перспектив. Комсомолец Туголуков отказался участвовать в раскулачивании «из – за боязни», за что был исключен из союза. Член ВЛКСМ Беспалов был исключен, за то, что жил в доме кулака, «но ничего не предпринимал, так как его кормили блинами со сметаной» [2, д. 171, л. 65]. Всего по десяти районам Тамбовского округа за период с декабря по январь 1930 года за связь с чуждыми элементами и правый оппортунизм было исключено 109 человек [10, д. 93, л. 8]. Во время проведения сплошной коллективизации, когда законы фактически не действовали, исключение из союза было особенно опасно.

В Жердевском районе работа комсомола по раскулачиванию заключалась в экспроприации его средств производства и выселении за пределы области. Для этого были созданы две бригады в количестве 18 человек для командировок на места и одна караульная бригада в составе 9 человек. В Лев-Толстовском районе комсомольцы выявили 21 хозяйство, подлежащее раскулачиванию и сами осуществили выселение 8 хозяйств [2, д. 159, л. 30]. В Старо-Юрьевском районе все ячейки были заняты главным образом работой по ликвидации кулака, свозили семьи в районный центр. В Суренском районе комсомольская ячейка устроила ночную облаву в результате которой был задержан кулак, который вез два воза сена и два с сельско - хозяйственным инвентарем [2, д. 171, л. 65]. Таким образом, комсомол выполнял работу напрямую к его обязанностям не относящуюся. На комсомол местная администрация перекладывала наиболее трудную и грязную работу.

Ряд комсомольцев оказались небоеспособными в решительной борьбе с классовым врагом. Комсомольцы Медведев и Куренин отказались охранять у железно-дорожного клуба выселяемых кулаков. В Пичаево комсомолец Каширин отказался идти проводить опись имущества ликвидируемого кулака, сказав «мне его очень жалко». Районные комитеты и ячейки ВЛКСМ вели с подобными явлениями непримиримую борьбу [7, д. 62 а, л. 21]. Подобные случаи доказывают, что далеко не все члены ВЛКСМ были послушными исполнителями директив начальства. Значительный процент молодых людей стремился избежать участия в антикрестьянской кампании.

Березовский РК в отчете Окружкому, отмечал, что комсомол был первым по раскулачиванию и выявлению спрятанного кулацкого имущества. Однако, три комсомольца были исключены за агитацию против раскулачивания [2, д. 151, л. 3]. Единства по вопросу ликвидации кулака в сельских ячейках не было.

Секретарь Троекуровского РК ВЛКСМ с гордостью писал в окружком, что «ни один комсомолец при ликвидации кулака не струсил перед этой работой». Ячейки так увлеклись, что забыли про другую работу [2, д. 151, л . 93]. В Шехманском районе неудовлетворительно проходила политическая учеба, потому что РК постоянно снимал комсомольцев на слежку за кулаками. Участие в коллективизации и раскулачивании фактически превратилось в главную функцию провинциальных комсомольских организация.

Настоящие семейные трагедии разворачивались в ходе раскулачивания. Известен факт исключения за то, что сын - комсомолец перед собранием бедноты защищал отца, доказывая, что «он вреда никакого не делал» [2, д. 151, л . 3]. Поступок комсомольца, защищающего своего отца, вполне понятен, но в начале 1930 – х годов такие действия оценивались как проявление правого уклона.

Известны и противоположные примеры. Н.Маслова в заявлении с просьбой о восстановлении в комсомоле признавала раскулачивание своего отца правильным. Она писала, что «с родителями ничего общего не имею и не имела» [8, д. 150, л. 19]. Партия ставила перед молодыми людьми сложный моральный выбор: семья или комсомол. Подобный подход разрушал институт патриархальной семьи и выполнял задачу воспитания фанатично преданных, зависимых от государства молодых людей.

Члены ВЛКСМ не были застрахованы от того чтобы самим стать объектом раскулачивания. Необходимость репрессий в рядах союза объяснялась проникновением в союз классово-чуждых элементов.

Наиболее заметной была деятельность комсомольцев по экспроприации кулацкого имущества. Она надолго осталась в памяти, как крестьянства, так и комсомольских активистов. Опись и учет отобранных вещей носил произвольный характер. Часто не указывали приметы и цену вещи: просто шуба, часы, стол. В описи записывали такие предметы как «чугунок с гречневой кашей», «чашка с картофелем», грязное белье и т. д. Был такой случай, когда у середняка отобрали все имущество и даже собаку, оценив её в 50 копеек. В Суренском районе при раскулачивании комсомольцы «конфисковали чашки, ложки, ножи и прочее барахло, а инвентарь оставили» [2, д. 171, л . 59]. В описях была масса исправлений и перечеркивания, что способствовало расхищению конфискованного имущества. Милиционер Стрельников и комсомолец Филипов присвоили себе охотничье ружьё, золотой крест и кольцо. Комсомолец Лысов Г. себе и своей семье взял конфискованные сапоги. В одном из сел, отобранные вещи хранились в доме, как сказано в документе, шинкарки и проститутки [2, д .153, л.109]. Расхищению конфискованного имущества способствовал высокий процент бедных слоев крестьянства в комсомоле. Бедняки полагали, что им законно принадлежит часть отобранного у кулаков имущества.

Произвол, который творили партийцы и комсомольцы не мог не встретить сопротивление значительных масс крестьянства. Часто имели место угрозы убийством. В Березовском районе в ящик для жалоб клали записки с требованием возвратить кулакам конфискованное у них имущество, в противном случае работники РИКа будут по одному убиты. В Литовском сельском совете разбрасывались листовки «Долой коммунистов – даешь царя» [4, д. 37, л. 5]. В селе Стаеве сын раскулаченного избил секретаря комсомольской ячейки. Был даже случай, когда комсомолка Ветяринской ячейки участвовала в заговоре кулаков на покушение против советского работника [2, д. 146, л. 17]. Подобный случай демонстрирует раскол в среде сельского комсомола. Многие молодые люди, тесно связанные с деревней и своим хозяйством, не могли принять антикрестьянскую политику партии. В противостоянии власти и общества они становились на сторону последнего.

Значительно больше известны факты противостояния комсомола кулацкому террору. Жертвы террора становились примером для подражания. В селах происходили настоящие гонения на комсомольцев, на них смотрели «как на зверей». В одном из сельских советов Березовского района комсомольца, который вел активную работу по раскулачиванию, толпа женщин раздела догола и выбросила на снег [2, д. 151, л. 7].

Крайние формы борьбы – убийства встречались в это время довольно часто. Например, в Кирсановском районе произошло убийство активиста – комсомольца Митрошкина. В селе Томниково Алгасовского района с особой жестокостью убили (подожгли) комсомольца. В Моршанском районе был убит секретарь РК ВЛКСМ Тимофей Локтюхин, прибывший с бригадой по раскулачиванию. Местный партийный комитет, сыграл в этой трагедии, провокационную роль, советуя Локтюхину не церемониться с кулаком [23]. Ночью после собрания комсомолец был окружен толпой крестьян и забит до смерти, после чего тело долго не могли опознать. В ответ на это убийство его товарищи дали клятву: «Мы комсомольцы, трудящиеся, заявляем, что дело не законченное Т. Локтюхиным закончат десятки, тысячи других, таких как он» [16, с. 90]. Насилие комсомольцев над крестьянами вызывало ответное насилие, в этом состояла трагедия «великого перелома». Провокационное отношение местных властей проявлялось в оценке количества покушений на комсомольцев как показатель хорошей работы.

Острогожская организация потеряла убитыми пятерых комсомольцев [17, с. 76]. Всего с ноября 1929 года по 1 мая 1930 года в Тамбовском округе было совершено 24 террористических акта против партийных, советских и комсомольских работников [16, с. 74].

Комсомольцы чувствуя поддержку властей вели себя как хозяева деревни. В Орловском округе секретарь ячейки Семенов избил гражданку, заявив при этом: «Бойтесь меня и подчиняйтесь. Я – комсомолец!» [13, с. 29]. Комсомолец Волков, чувствуя свою власть, ходил с обыском, куда ему вздумается, однажды отобрал сундук с добром [8, д. 30, л. 82].

В Никифоровском районе уполномоченные по коллективизации Попов и Власова совершили откровенно хулиганские действия. Конфисковав у кулаков яйца, молоко и варенье, они тут же в присутствии хозяев все съели [2, д. 153, л .109]. В Жердевском районе комсомолец Федоров устроил пьянку в доме кулака. Член союза Калмыков, заперся с девушкой в доме бывшего кулака, в ответ на требование открыть дверь угрожал револьвером. Подобные случаи свидетельствуют о том, что перегибы, которые совершали члены ВЛКСМ стали возможны благодаря попустительству местных властей.

Не все комсомольцы, участвовавшие в раскулачивании, могли вынести психологическое напряжение этой жестокой кампании. Ленинградский рабочий - двадцатипятитысячник лично участвовал при отборе имущества. Крик и плач так сильно на него сильно подействовали, что он заявил, что «у меня порок сердца, и я работать в деревне сейчас не смогу». После этого комсомолец уехал, никого не предупредив [5, д. 316, л .32]. Для участия в подобных кампаниях была необходима безоговорочная вера в правильность партийной линии.

В фонде Козловского окружкома сохранился отчет комсомольца о недавно проведенном раскулачивании. В нем спокойным тоном написано, как был проведен вывоз семей, как нашли полузамерзших кулаков в стоге сена. В заключении комсомолец отметил, что «население отнеслось к произошедшему спокойно» [2, д .151, л .12]. Наиболее активные комсомольцы под влиянием пропаганды теории «обострения классовой борьбы», ожидали более серьезного сопротивления, и когда его не получили, начинали чувствовать свою безнаказанность.

Отношение крестьян к раскулаченным было неоднозначно. Беднота откровенно стремилась получить часть имущества кулаков, а большинство середняков старались сохранить нейтральную позицию. Интересный случай произошел в селе Леонтьевка Жердевского района. Местные власти потребовали, чтобы крестьяне предоставили подводы для вывоза кулацких семей. Крестьяне отказались, как полагало начальства из – за сочувствия к раскулаченным. Однако оказалось, они опасались, что на подводах привезут трактора и всех загонят в колхоз [6, д. 65, л. 3]. Единого общекрестьянского фронта сопротивления коллективизации и раскулачиванию не было. Однако недовольство крестьян часто приводило к открытым выступлениям.

В феврале – марте 1930 года на территории Центрально – Черноземной области произошло множество локальных крестьянских волнений. Комсомол воспринимался крестьянами, как часть репрессивной машины государства. Активная деятельность комсомольцев по ликвидации кулака, вызывала ненависть всего крестьянства. Неслучайно, что 19-20 февраля 1930 года одним из требований восставших крестьян в селе Тишанка было «долой коммунистов, комсомол и пионеров» [4, д. 37, л .7].

После появления статьи Сталина «Головокружение от успехов», комсомольцы, ревностно выполнявшие приказы начальства в один миг стали «перегибщиками». Обком ВЛКСМ вынужден был вести борьбу с элементами растерянности и паникерства в среде руководящего актива. Даже было принято решение запретить созыв всех окружных и районных совещаний по линии комсомола вплоть до завершения весеннего сева [2, д. 145, л. 33].

Комсомольская верхушка, еще недавно требовавшая активизации работы по раскулачиванию, переключилась на борьбу с перегибами. Начальство не устраивали отрывочные сведения, поступавшие с мест, требовалось обобщение результатов. В мае 1930 года Обком ВЛКСМ требовал от округов предоставить сведения о привлечении комсомольцев к ответственности за искривление линии партии. Требовались данные о том, сколько секретарей перебросили в другие районы, сколько комсомольцев отдано под суд, скольких освободили от работы. Обком интересовали также настроения актива и рядовых комсомольцев, причины наказания, возможности использования их в других округах [2, д.144, л .14]. В Рассказовском районе за перегибы в коллективизации и раскулачивании отдано под суд 12 человек, в том числе 4 партийца [7, д. 15 в, л. 1]. Рудовская ячейка ВЛКСМ на требование найти виновников перегибов, отвечала, что «ошибок в колхозном строительстве не было и исправлять их не надо». Очевидно, что ячейка стремилась воспрепятствовать попыткам начальства свалить вину на рядовых исполнителей. Все комсомольцы этой ячейки принимали активное участие в раскулачивании [9, д . 18, л. 24]. Районные организации объясняли наличие перегибов неверными инструкциями, которые давались на совещаниях уполномоченных. «На вопрос о раскулачивании заявляли – «бери все» и действительно брали» [2, д. 159, л.16]. Некоторые комсомольцы по оценке местных коммунистов «поступали с гражданами как белогвардейцы»: обыскивали, отбирали вещи, облигации, деньги [2, д. 152, л.147]. В результате обследования окружной комиссией в Березовском районе были выявлены многочисленные «перегибы»: раскулачивание проводилось в течение нескольких часов в ночное время, незаконно применялось огнестрельное оружие, массовые аресты, создавались несанкционированные боевые отряды [2, д. 153, л .178] . Комсомолец Мелесин на собрании крестьян в ответ на их крики заявил: «что вы гавкаете?» Ему сказали: «мы не собаки», комсомолец ответил: «хуже» [4, д. 54, л. 83].

На местах было выявлено огромное количество нарушений, и это не удивительно: ведь так называемые «перегибы» были не отклонением, а методом проведения раскулачивания. Секретарь ячейки Туршуев устроил в кулацком доме выпивку и расхищение имущества. Комсомолка Аненкова взяла себе костюм, швейную машинку, стулья. Комсомолец Турищев был исключен за неоднократную пьянку при охране кулацкого имущества [7, д .25, л. 27]. Член союза Косарев после раскулачивания кулака, ночевал с его дочерью. В Жердевском районе комсомолка Кокарева была исключена за то, что купила «раскулаченную вещь». В заявлении с просьбой о восстановлении она справедливо писала, что «здесь вина не меня одной», не было распоряжения, что такие вещи нельзя покупать [7, д. 66, л. 31]. До рядовых исполнителей обычно доходили лишь приказы – отобрать, выселить и т. д.

На общем собрании Урусовской ячейки ВЛКСМ признавалось, что нельзя было посылать недавно принятых комсомольцев на ответственную работу по раскулачиванию. Комсомолец Князев допустил расхищение имущества, но, как отмечало собрание, «он просто не учел обстановки». Принимая во внимание, что по выселению кулаков он работал хорошо, комсомолец отделался строгим выговором [2, д. 158, л. 1].

Приговоры по обвинению в искривлении линии партии были на редкость мягкими. Так, комсомолец, застреливший кулака, получил 5 лет лишения свободы. Однако приговор был пересмотрен и обвиняемый получил всего лишь один год принудительных работ [13, с. 29].

Борьба с перегибами давала комсомольцам некоторую надежду на справедливость. Раскулаченный комсомолец Елизаров В. просил Окружком восстановить его, так как их хозяйство было признано середняцким, а отобранное имущество возвратили [2, д. 152, л. 79].

Всего в Центрально-Черноземной области по подсчетам С.А. Есикова было раскулачено 77243 хозяйства, затем 31605 было восстановлено [11, С. 95]. Однако восстановленные в правах крестьяне уже не могли нормально работать: их судьбы были покалечены, а хозяйство разорено.

Много лет спустя в 1990 –е годы бывший комсомолец вспоминал эти события: «Справедливости никакой не было! Вот, к примеру, злой ты на меня. Говоришь: меня, мол, надо раскулачить! И кулачили» [1, с. 204]. Воспоминания об этих событиях наложили отпечаток на всю последующую деятельность комсомольских активистов.

Активная роль комсомола была признана руководством партией. Л.М. Каганович на IX съезде комсомола сказал, что «в деревнях, где не было партийных ячеек, комсомол не только организовывал колхозы, но и играл роль застрельщика в ликвидации кулачества как класса» [8, д. 194, л .10].

В некоторых партийных организациях после проведения кампании раскулачивания сложилось мнение, что комсомольцы только могут «болтаться под ногами» и способны только на перегибы [12, с. 2]. Партия стала все меньше привлекать комсомол к участию в кампании раскулачивания. Комсомол в коллективизации показал себя с двоякой стороны: ревностное исполнение и неприятие политики партии. Комсомол был слишком молодой организацией для подобной работы. На сельских комсомольцев возложили большую и сложную задачу организационно – хозяйственного укрепления недавно созданных колхозов.

Комсомол вынужденно принял активное участие в кампании раскулачивания. Роль ВЛКСМ в проведении экспроприации была довольно значительной. Комсомол наряду с партией сыграл важнейшую роль в этой кампании. Комсомольские организации в ЦЧО были намного многочисленнее, чем партийные. Показателем значительной роли комсомола в раскулачивании служат и многочисленные факты покушений и убийства комсомольцев. Печальный факт - именно убийства комсомольцев, а не членов партии вызвали наиболее широкий резонанс и сведения о них дошли до нас. Восприимчивость части комсомольцев к идее раскулачивания объясняется большой долей представителей бедных слоев крестьянства. В этой среде уравнительные идеи были особенно популярны. Нередкими были случаи сведения личных счетов. В ходе кампании на членов союзы были возложены многочисленные технические функции по раскулачиванию. Авторитет комсомола в деревне был основательно подорван. Темпы и методы проведения кампании, впоследствии осужденные, диктовались комсомольцам вышестоящими органами. Именно на них лежит основная ответственность за преступления против крестьянства. Активная работа ВЛКСМ поддерживалась постоянными угрозами исключения из союза. Однако значительная часть комсомольцев не воспринимала идеи классовой борьбы и предпочитала остаться в стороне. Небольшая часть молодежи открыто выступила против антикрестьянской политики партии. Наибольшую активность в проведении коллективизации и раскулачивания показывал комсомольский актив. Эта деятельность заслонила собой всю остальную работу, в том числе, воспитательную. Комсомол наряду с партией ответственен за насилие, имевшее место в ходе коллективизации. Раскулачивание крестьянства является одной из наиболее печальных страниц истории комсомола.

Библиография
1.
Голоса крестьян. Сельская Россия в крестьянских мемуарах.-М.: Аспект Пресс, 1996.- 412 с.
2.
Горбунова Г.И. Партийное руководство комсомолом в период коллективизации сельского хозяйства // Деятельность партийных организаций по созданию предпосылок и осуществлению коллективизации в Центральном Черноземье.-Тамбов, 1984.- С. 145-158.
3.
Государственный архив социально-политической истории Тамбовской области (ГАСПИТО). Ф. П-379. Оп. 1.
4.
ГАСПИТО. Ф. П-401. Оп. 1.
5.
ГАСПИТО. Ф. П-855. Оп. 1.
6.
ГАСПИТО. Ф. П-965. Оп. 1.
7.
ГАСПИТО. Ф. П-1172. Оп. 1.
8.
ГАСПИТО. Ф. П-1176. Оп. 1.
9.
ГАСПИТО. Ф. П-1196. Оп. 1.
10.
ГАСПИТО. Ф. П-1214. Оп. 1.
11.
Есиков С.А. Коллективизация сельского хозяйства в Центральном Черноземье.- Трагедия российской деревни. Тамбов: Пролетарский светоч, 2011. - 168 с.
12.
Комсомольская правда. - 1930.- 18 мая.
13.
Мигущенко О.Н. Молодёжь и коллективизация (по материалам ЦЧО) // Преподавание истории в школе. - 1994. - №5. - С. 27-29.
14.
Никулин Р. Л. Социально-политические аспекты деятельности комсомола на начальном этапе сплошной коллективизации (1929-1930 гг. На материалах Тамбовского и Козловского округов ЦЧО): Дис. …канд. ист. наук.-Тамбов, 2003.-229 с.
15.
Ноздрюхин В. И. «Великий прелом» в судьбах тамбовского крестьянства // Тамбовское крестьянство от капитализма к социализму (вторая половина XIX-нач. XX в.) Тамбов, 1996. С. 82-89.
16.
Окатов Н.А. Коллективизация в Тамбовском округе Центрально-Черноземной области // Деятельность партийных организаций по созданию предпосылок и осуществлению коллективизации в Центральном Черноземье.-Тамбов, 1984.- С. 74 – 101.
17.
Очерки истории комсомольских организаций Центрального Черноземья.-Воронеж.: Центр.-Чернозем. кн. изд-во, 1978.- 233 с.
18.
Слезин А.А. Комсомол Центрально-Черноземной области на начальном этапе сплошной коллективизации // Клио.-2000.-№2.-С. 202 – 213.
19.
Слезин А.А. Комсомол Центрального Черноземья в хлебозаготовках 1928-1929 годов // Вестник Тамбовского государственного технического университета.-2000.-Т.6.-№4.-С. 695-698.
20.
Слезин А.А. Комсомол в коллективизации: внутри и против общекрестьянского фронта // История в подробностях.-2011.-№ 10.-С. 66-74.
21.
Слезин А.А. Регулирование состава комсомола на рубеже 1920-х-1930-х годов и трансформация общественного правосознания //Право и политика.- 2010. - № 3. -С. 547-551.
22.
Слезин А.А. Молодежь и власть. - Тамбов: изд-во ТГТУ, 2002. - 220 с.
23.
Фетисов М. Ильин день // Коммунист (Моршанск). - 1983. - 16 апреля.
24.
Безгин В.Б. Традиции и перемены в жизни российской деревни, 1921-1928 гг.: По материалам губерний Центр. Черноземья: Автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. ист. наук.-Тамбов, 1998. - 19 с.
25.
Безгин В.Б. , Юдин А.Н. Политика большевизма и судьба русской общины // Политика и Общество.-2011.-№ 6.-С. 85-97.
26.
Билим Н.Н. Вклад молодёжи в развитие экономики Дальнего Востока в 20-40-е годы ХХ века // Наука и школа. – 2009.-№ 6 – С. 69-70.
27.
Билим Н.Н. Молодёжное движение и государственная молодёжная политика на Советском Дальнем Востоке (ноябрь 1922 – июнь 1941) – Хабаровск: Хабаровский пограничный институт ФСБ России, 2013. – 212 с.
28.
Гербер О.А. «Раскулачивание» немецкой деревни в Сибири: этапы и особенности.1929-1935гг. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 2013. — № 6. — Ч. 2 . — С. 50-55.
29.
Доброноженко Г.Ф. «Кулак» как объект социальной политики в 1928-1929 гг. : репрессии за индивидуальную идентичность // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. — 2014. — №10. – Ч. 1. – С. 70-73.
30.
Доброноженко Г. Ф. Нормативно-правовая база судебных репрессий при проведении политики "ликвидации кулачества как класса" (первая половина 1930 г.) // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики.-2011.-№ 4.-Ч. 1.-С. 49-54.
31.
Дорошина М.М. Кадровые чистки в комсомоле Тамбовской области накануне Великой Отечественной войны // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. — 2014. — № 8. — Ч. 2. — С. 45-47.
32.
Дорошина М.М. Корпус первых секретарей областного, городских и районных комитетов ВЛКСМ Тамбовской области в 1937-1941 гг. // «Белые пятна» российской и мировой истории. — 2014. — № 5. — С. 9-29.
33.
Есиков С.А. Крестьянское движение в Центральном Черноземье в период массовой коллективизации // Гуманитарные науки в Сибири. — 2010. — № 2. — С. 56-60.
34.
Ипполитов В.А. Деятельность сельских групп «легкой кавалерии» комсомола в первой половине 1930-х годов // Вопросы современной науки и практики. Университет им. В.И. Вернадского.-2014.-№ 1.-С. 219-223.
35.
Касимов Е.В. Роль принудительных мер воздействия на крестьянство при проведении сплошной коллективизации сельского хозяйства Чувашии // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. — 2011. — № 6-3.— С. 101-104.
36.
Люшилин Е.Л. Социальный протест в советской дальневосточной деревне 1930-х годов // Исторические, философские, политические и юридические науки, куль-турология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. — 2013.— № 4-2.— С. 113-118.
37.
Кротова Т.А. Тамбовское крестьянство и власть в конце 1920-х-начале 1930-х гг. Тамбов, 2007. — 230 с.
38.
Надиров С.Н. Участие молодежи в проведении коллективизации сельского хозяйства Дагестана // Известия Алтайского государственного университета.-2009.-№4-4.-С. 180-185.
39.
Слезин А.А. Антирелигиозное наступление советского государства в 1927-1929 гг. // Социодинамика.- 2013.-№5.-C. 125-189. DOI: 10.7256/2409-7144.2013.5.615. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_615.html
40.
Слезин А.А. История раннего комсомола: к характеристике архивно-источниковой базы // Исторический журнал: научные исследования.-2012.-№5.-C. 24-30.
41.
Слезин А.А. «Легкая кавалерия» комсомола в системе политического контроля // Вопросы истории.-2001.-№ 11-12.-С. 131-136.
42.
Слезин А.А. Современные исследования о становлении советской системы политического контроля // Право и политика.-2010.-№ 6.-С. 1171-1180.
43.
Суслов А. А. Изъятие крестьянской собственности в процессе социалистического преобразования деревни в начале 1930-х гг. (на примере Пермского края) // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. — 2013. — № 1 (27). — Ч. 2. — С. 172-177.
44.
Цубикова Л.С. Раскулачивание в Восточной Сибири в начале 1930-х гг. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. —2011. — №7. — Ч. 1. — С. 196-200.
45.
Слезин А. А. Антирелигиозный аспект «Великого перелома»: нормативная база и правоприменительная практика//Политика и общество.- 2009. - №7. - С.66-76.
46.
Ипполитов В.А. Провинциальный комсомол первой половины 1930-х годов как объект политического контроля // Genesis: исторические исследования. - 2015. - 2. - C. 1 - 24. DOI: 10.7256/2409-868X.2015.2.14250. URL: http://www.e-notabene.ru/hr/article_14250.html
47.
Слезин А.А. Организационно-теоретические основы формирования монополии комсомола в молодежном движении советской России // Политика и Общество. - 2015. - 12. - C. 1611 - 1626. DOI: 10.7256/1812-8696.2015.12.15574.
48.
Ипполитов В.А. Комсомольцы в хлебозаготовительной кампании 1930-го года // Социодинамика. - 2015. - 5. - C. 123 - 138. DOI: 10.7256/2409-7144.2015.5.15312. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_15312.html
49.
Слезин А.А. Антирелигиозное наступление советского государства в 1927 -1929 гг. // Социодинамика. - 2013. - 5. - C. 125 - 189. DOI: 10.7256/2409-7144.2013.5.615. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_615.html
50.
Слезин А.А., Скоропад А.Э. Институализация комсомола как государственного органа // Социодинамика. - 2013. - 4. - C. 185 - 208. DOI: 10.7256/2409-7144.2013.4.462. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_462.html
51.
Социокультурное пространство региона: общие тенденции, региональные особенности, локальная специфика (по материалам "Вестника Тамбовского центра краеведения") / Под ред. Г.П. Пирожкова. - Тамбов:Международный информационный нобелевский центр "Нобелистика", 2015. - 172 с.
52.
Ипполитов В.А. Рейд «Легкой кавалерии» комсомола в 1934-1935 гг. как способ развития общественной активности молодежи // Социодинамика. - 2015. - 11. - C. 168 - 181. DOI: 10.7256/2409-7144.2015.11.16781. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_16781.html
53.
Слезин А.А., Скоропад А.Э. Открытый внешний политический контроль над комсомольскими организациями в РСФСР (1918-1929 гг.) // Социодинамика. - 2013. - 12. - C. 97 - 123. DOI: 10.7256/2409-7144.2013.12.10702. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_10702.html
54.
Слезин А.А. Советская молодежь 1920-1930-х гг.: дальневосточный ракурс (Рецензия на книгу: Билим Н. Н. Молодежное движение и государственная молодежная политика на Советском Дальнем Востоке (ноябрь 1922 – июнь 1941). Хабаровск: Хабаровский пограничный институт ФСБ России, 2013. 212 с. ) // Политика и Общество. - 2014. - 8. - C. 962 - 967. DOI: 10.7256/1812-8696.2014.8.12771.
55.
Слезин А.А. Эволюция форм и методов политического контроля среди молодёжи на начальном этапе противоборства советского государства и церкви // Социодинамика. - 2013. - 2. - C. 68 - 118. DOI: 10.7256/2409-7144.2013.2.387. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_387.html
56.
Бугай Н.Ф., Чеботарева В.Г. Страницы истории немецкого крестьянства России // Genesis: исторические исследования. - 2013. - 1. - C. 70 - 128. DOI: 10.7256/2409-868X.2013.1.603. URL: http://www.e-notabene.ru/hr/article_603.html
57.
Ипполитов В.А. Комсомольцы в колхозах: противоречивые итоги деятельности первой половины 1930-х годов // Политика и Общество. - 2015. - 9. - C. 1176 - 1185. DOI: 10.7256/1812-8696.2015.9.15093.
References (transliterated)
1.
Golosa krest'yan. Sel'skaya Rossiya v krest'yanskikh memuarakh.-M.: Aspekt Press, 1996.- 412 s.
2.
Gorbunova G.I. Partiinoe rukovodstvo komsomolom v period kollektivizatsii sel'skogo khozyaistva // Deyatel'nost' partiinykh organizatsii po sozdaniyu predposylok i osushchestvleniyu kollektivizatsii v Tsentral'nom Chernozem'e.-Tambov, 1984.- S. 145-158.
3.
Gosudarstvennyi arkhiv sotsial'no-politicheskoi istorii Tambovskoi oblasti (GASPITO). F. P-379. Op. 1.
4.
GASPITO. F. P-401. Op. 1.
5.
GASPITO. F. P-855. Op. 1.
6.
GASPITO. F. P-965. Op. 1.
7.
GASPITO. F. P-1172. Op. 1.
8.
GASPITO. F. P-1176. Op. 1.
9.
GASPITO. F. P-1196. Op. 1.
10.
GASPITO. F. P-1214. Op. 1.
11.
Esikov S.A. Kollektivizatsiya sel'skogo khozyaistva v Tsentral'nom Chernozem'e.- Tragediya rossiiskoi derevni. Tambov: Proletarskii svetoch, 2011. - 168 s.
12.
Komsomol'skaya pravda. - 1930.- 18 maya.
13.
Migushchenko O.N. Molodezh' i kollektivizatsiya (po materialam TsChO) // Prepodavanie istorii v shkole. - 1994. - №5. - S. 27-29.
14.
Nikulin R. L. Sotsial'no-politicheskie aspekty deyatel'nosti komsomola na nachal'nom etape sploshnoi kollektivizatsii (1929-1930 gg. Na materialakh Tambovskogo i Kozlovskogo okrugov TsChO): Dis. …kand. ist. nauk.-Tambov, 2003.-229 s.
15.
Nozdryukhin V. I. «Velikii prelom» v sud'bakh tambovskogo krest'yanstva // Tambovskoe krest'yanstvo ot kapitalizma k sotsializmu (vtoraya polovina XIX-nach. XX v.) Tambov, 1996. S. 82-89.
16.
Okatov N.A. Kollektivizatsiya v Tambovskom okruge Tsentral'no-Chernozemnoi oblasti // Deyatel'nost' partiinykh organizatsii po sozdaniyu predposylok i osushchestvleniyu kollektivizatsii v Tsentral'nom Chernozem'e.-Tambov, 1984.- S. 74 – 101.
17.
Ocherki istorii komsomol'skikh organizatsii Tsentral'nogo Chernozem'ya.-Voronezh.: Tsentr.-Chernozem. kn. izd-vo, 1978.- 233 s.
18.
Slezin A.A. Komsomol Tsentral'no-Chernozemnoi oblasti na nachal'nom etape sploshnoi kollektivizatsii // Klio.-2000.-№2.-S. 202 – 213.
19.
Slezin A.A. Komsomol Tsentral'nogo Chernozem'ya v khlebozagotovkakh 1928-1929 godov // Vestnik Tambovskogo gosudarstvennogo tekhnicheskogo universiteta.-2000.-T.6.-№4.-S. 695-698.
20.
Slezin A.A. Komsomol v kollektivizatsii: vnutri i protiv obshchekrest'yanskogo fronta // Istoriya v podrobnostyakh.-2011.-№ 10.-S. 66-74.
21.
Slezin A.A. Regulirovanie sostava komsomola na rubezhe 1920-kh-1930-kh godov i transformatsiya obshchestvennogo pravosoznaniya //Pravo i politika.- 2010. - № 3. -S. 547-551.
22.
Slezin A.A. Molodezh' i vlast'. - Tambov: izd-vo TGTU, 2002. - 220 s.
23.
Fetisov M. Il'in den' // Kommunist (Morshansk). - 1983. - 16 aprelya.
24.
Bezgin V.B. Traditsii i peremeny v zhizni rossiiskoi derevni, 1921-1928 gg.: Po materialam gubernii Tsentr. Chernozem'ya: Avtoref. dis. na soisk. uchen. step. kand. ist. nauk.-Tambov, 1998. - 19 s.
25.
Bezgin V.B. , Yudin A.N. Politika bol'shevizma i sud'ba russkoi obshchiny // Politika i Obshchestvo.-2011.-№ 6.-S. 85-97.
26.
Bilim N.N. Vklad molodezhi v razvitie ekonomiki Dal'nego Vostoka v 20-40-e gody KhKh veka // Nauka i shkola. – 2009.-№ 6 – S. 69-70.
27.
Bilim N.N. Molodezhnoe dvizhenie i gosudarstvennaya molodezhnaya politika na Sovetskom Dal'nem Vostoke (noyabr' 1922 – iyun' 1941) – Khabarovsk: Khabarovskii pogranichnyi institut FSB Rossii, 2013. – 212 s.
28.
Gerber O.A. «Raskulachivanie» nemetskoi derevni v Sibiri: etapy i osobennosti.1929-1935gg. // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. 2013. — № 6. — Ch. 2 . — S. 50-55.
29.
Dobronozhenko G.F. «Kulak» kak ob''ekt sotsial'noi politiki v 1928-1929 gg. : repressii za individual'nuyu identichnost' // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. — 2014. — №10. – Ch. 1. – S. 70-73.
30.
Dobronozhenko G. F. Normativno-pravovaya baza sudebnykh repressii pri provedenii politiki "likvidatsii kulachestva kak klassa" (pervaya polovina 1930 g.) // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki.-2011.-№ 4.-Ch. 1.-S. 49-54.
31.
Doroshina M.M. Kadrovye chistki v komsomole Tambovskoi oblasti nakanune Velikoi Otechestvennoi voiny // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. — 2014. — № 8. — Ch. 2. — S. 45-47.
32.
Doroshina M.M. Korpus pervykh sekretarei oblastnogo, gorodskikh i raionnykh komitetov VLKSM Tambovskoi oblasti v 1937-1941 gg. // «Belye pyatna» rossiiskoi i mirovoi istorii. — 2014. — № 5. — S. 9-29.
33.
Esikov S.A. Krest'yanskoe dvizhenie v Tsentral'nom Chernozem'e v period massovoi kollektivizatsii // Gumanitarnye nauki v Sibiri. — 2010. — № 2. — S. 56-60.
34.
Ippolitov V.A. Deyatel'nost' sel'skikh grupp «legkoi kavalerii» komsomola v pervoi polovine 1930-kh godov // Voprosy sovremennoi nauki i praktiki. Universitet im. V.I. Vernadskogo.-2014.-№ 1.-S. 219-223.
35.
Kasimov E.V. Rol' prinuditel'nykh mer vozdeistviya na krest'yanstvo pri provedenii sploshnoi kollektivizatsii sel'skogo khozyaistva Chuvashii // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. — 2011. — № 6-3.— S. 101-104.
36.
Lyushilin E.L. Sotsial'nyi protest v sovetskoi dal'nevostochnoi derevne 1930-kh godov // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'-turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. — 2013.— № 4-2.— S. 113-118.
37.
Krotova T.A. Tambovskoe krest'yanstvo i vlast' v kontse 1920-kh-nachale 1930-kh gg. Tambov, 2007. — 230 s.
38.
Nadirov S.N. Uchastie molodezhi v provedenii kollektivizatsii sel'skogo khozyaistva Dagestana // Izvestiya Altaiskogo gosudarstvennogo universiteta.-2009.-№4-4.-S. 180-185.
39.
Slezin A.A. Antireligioznoe nastuplenie sovetskogo gosudarstva v 1927-1929 gg. // Sotsiodinamika.- 2013.-№5.-C. 125-189. DOI: 10.7256/2409-7144.2013.5.615. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_615.html
40.
Slezin A.A. Istoriya rannego komsomola: k kharakteristike arkhivno-istochnikovoi bazy // Istoricheskii zhurnal: nauchnye issledovaniya.-2012.-№5.-C. 24-30.
41.
Slezin A.A. «Legkaya kavaleriya» komsomola v sisteme politicheskogo kontrolya // Voprosy istorii.-2001.-№ 11-12.-S. 131-136.
42.
Slezin A.A. Sovremennye issledovaniya o stanovlenii sovetskoi sistemy politicheskogo kontrolya // Pravo i politika.-2010.-№ 6.-S. 1171-1180.
43.
Suslov A. A. Iz''yatie krest'yanskoi sobstvennosti v protsesse sotsialisticheskogo preobrazovaniya derevni v nachale 1930-kh gg. (na primere Permskogo kraya) // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. — 2013. — № 1 (27). — Ch. 2. — S. 172-177.
44.
Tsubikova L.S. Raskulachivanie v Vostochnoi Sibiri v nachale 1930-kh gg. // Istoricheskie, filosofskie, politicheskie i yuridicheskie nauki, kul'turologiya i iskusstvovedenie. Voprosy teorii i praktiki. —2011. — №7. — Ch. 1. — S. 196-200.
45.
Slezin A. A. Antireligioznyi aspekt «Velikogo pereloma»: normativnaya baza i pravoprimenitel'naya praktika//Politika i obshchestvo.- 2009. - №7. - S.66-76.
46.
Ippolitov V.A. Provintsial'nyi komsomol pervoi poloviny 1930-kh godov kak ob''ekt politicheskogo kontrolya // Genesis: istoricheskie issledovaniya. - 2015. - 2. - C. 1 - 24. DOI: 10.7256/2409-868X.2015.2.14250. URL: http://www.e-notabene.ru/hr/article_14250.html
47.
Slezin A.A. Organizatsionno-teoreticheskie osnovy formirovaniya monopolii komsomola v molodezhnom dvizhenii sovetskoi Rossii // Politika i Obshchestvo. - 2015. - 12. - C. 1611 - 1626. DOI: 10.7256/1812-8696.2015.12.15574.
48.
Ippolitov V.A. Komsomol'tsy v khlebozagotovitel'noi kampanii 1930-go goda // Sotsiodinamika. - 2015. - 5. - C. 123 - 138. DOI: 10.7256/2409-7144.2015.5.15312. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_15312.html
49.
Slezin A.A. Antireligioznoe nastuplenie sovetskogo gosudarstva v 1927 -1929 gg. // Sotsiodinamika. - 2013. - 5. - C. 125 - 189. DOI: 10.7256/2409-7144.2013.5.615. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_615.html
50.
Slezin A.A., Skoropad A.E. Institualizatsiya komsomola kak gosudarstvennogo organa // Sotsiodinamika. - 2013. - 4. - C. 185 - 208. DOI: 10.7256/2409-7144.2013.4.462. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_462.html
51.
Sotsiokul'turnoe prostranstvo regiona: obshchie tendentsii, regional'nye osobennosti, lokal'naya spetsifika (po materialam "Vestnika Tambovskogo tsentra kraevedeniya") / Pod red. G.P. Pirozhkova. - Tambov:Mezhdunarodnyi informatsionnyi nobelevskii tsentr "Nobelistika", 2015. - 172 s.
52.
Ippolitov V.A. Reid «Legkoi kavalerii» komsomola v 1934-1935 gg. kak sposob razvitiya obshchestvennoi aktivnosti molodezhi // Sotsiodinamika. - 2015. - 11. - C. 168 - 181. DOI: 10.7256/2409-7144.2015.11.16781. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_16781.html
53.
Slezin A.A., Skoropad A.E. Otkrytyi vneshnii politicheskii kontrol' nad komsomol'skimi organizatsiyami v RSFSR (1918-1929 gg.) // Sotsiodinamika. - 2013. - 12. - C. 97 - 123. DOI: 10.7256/2409-7144.2013.12.10702. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_10702.html
54.
Slezin A.A. Sovetskaya molodezh' 1920-1930-kh gg.: dal'nevostochnyi rakurs (Retsenziya na knigu: Bilim N. N. Molodezhnoe dvizhenie i gosudarstvennaya molodezhnaya politika na Sovetskom Dal'nem Vostoke (noyabr' 1922 – iyun' 1941). Khabarovsk: Khabarovskii pogranichnyi institut FSB Rossii, 2013. 212 s. ) // Politika i Obshchestvo. - 2014. - 8. - C. 962 - 967. DOI: 10.7256/1812-8696.2014.8.12771.
55.
Slezin A.A. Evolyutsiya form i metodov politicheskogo kontrolya sredi molodezhi na nachal'nom etape protivoborstva sovetskogo gosudarstva i tserkvi // Sotsiodinamika. - 2013. - 2. - C. 68 - 118. DOI: 10.7256/2409-7144.2013.2.387. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_387.html
56.
Bugai N.F., Chebotareva V.G. Stranitsy istorii nemetskogo krest'yanstva Rossii // Genesis: istoricheskie issledovaniya. - 2013. - 1. - C. 70 - 128. DOI: 10.7256/2409-868X.2013.1.603. URL: http://www.e-notabene.ru/hr/article_603.html
57.
Ippolitov V.A. Komsomol'tsy v kolkhozakh: protivorechivye itogi deyatel'nosti pervoi poloviny 1930-kh godov // Politika i Obshchestvo. - 2015. - 9. - C. 1176 - 1185. DOI: 10.7256/1812-8696.2015.9.15093.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"