Статья 'Ваххабизм в России: характеристика, взаимосвязь с терроризмом и экстремизмом, перспективы государственного регулирования ' - журнал 'Социодинамика' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Социодинамика
Правильная ссылка на статью:

Ваххабизм в России: характеристика, взаимосвязь с терроризмом и экстремизмом, перспективы государственного регулирования

Васнецова Анастасия Сергеевна

старший научный сотрудник, Академия Генеральной прокуратуры Российской Федерации

123022, Россия, г. Москва, г. Москва, ул. 2-Я звенигородская, 15, оф. 203

Vasnetsova Anastasiya Sergeevna

Senior Scientific Researcher, the Academy of Prosecution General of the Russian Federation

Russia, 123022, Moskva, ul. 2 Zvenigorodskaya, d.15, kab. 203.

a.vasnetsova@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2306-0158.2013.11.1018

Дата направления статьи в редакцию:



Дата публикации:

1-11-2013


Аннотация.

В статье рассматривается история возникновения ваххабизма в системе "мазхаб ханбалистского толка-салафийа-ваххабизм". Исследовано развитие, распространение и становление ваххабизма зарубежом и в России. Автором приводится критический анализ таких понятий как "исламизм", "традиционный ислам", "нетрадиционный ислам". С примерами из правоприменительной практики исследована гипотеза о взаимосвязи терроризма, экстремизма и ваххабизма. Впервые на уровне научной статьи раскрыты основные теоретические (философские, политологические, истоические и юридические) подходы к проблеме ваххабизма. Показываются основные подходы к правовому регулированию ваххабизма и связанных с ним религиозных течений в зарубежных странах.Автором проанализирована политико-правовая ситуация, взаимосвязанная с проблематикой ваххабизма и его правовым регулированием в России. Особое внимание уделяется: направлениям реформирования взаимодействия религиозных объединений с государством, управленческим и правовым проблемам.Сформулированы конкретные предложения по оптимизации и повышению эффективности государства и гражданского общества в сфере: религиозных взаимоотношений, противодейcтвия экстремизму и терроризму.

Ключевые слова: ваххабизм, салафийа, суннизм, ислам, исламизм, нетрадиционный ислам, традиционный ислам, религиозно-политическая деятельность, терроризм, экстремизм

Abstract.

The article is devoted to the history of formation of Wahhabism in the system 'Hanabilah - Salafi - Wahhabism'. The author of the article studies the development, expansion and formation of Wahhabism in Russia and abroad. The author carries out a critical analysis of such terms as 'Islamism', 'Traditional Islam',  and 'Nontraditional Islam'. By using examples from law enforcement pratice, the author carries out a research to approve or disapprove the thesis about terrorism, extremism and Wahhabism being interconnected. This article is the first one in Russian science to reveal the main theoretical (philosophical, politological, historical and judicial) approaches to the problem of Wahhabism. The author also describes the main approaches to the legal regulation of Wahhabism and related religious movements in foreign states. 
The author analyzes the political and legal environment with reference to Wahhabism and its legal regulation in Russia. 
Special attention is paid to the following: directions of reformation of relations between religious associations and the government, managerial problems and legal issues. The author also makes certain suggestions on how to improve and increase efficiency of state and civil society in the sphere of religious relations, suppression of extremism and terrorism. 

Keywords:

Wahhabism, Salafi movement, Sunnism, Islam, Islamism, nontraditional Islam, traditional Islam, religious political activity, terrorism, extremism

Введение

О религиях и религиозных течениях написано много. И это справедливо, так как в условиях современного российского идеологического многообразия религии и их представители оказывают все более ощутимое воздействие на жизнь государств, общества, каждого человека. Возрастание, неуклонное расширение религиозного фактора объективно неизбежно и неотвратимо и могло бы только радовать, если бы он не врывался в умы и жизнь населения нашей страны стихийно, неся новые проблемы, опосредованно влияя, в т.ч. на расширение преступной деятельности. Наибольшую проблему в последние годы представляет явление ваххабизма, которое некоторые исследователи напрямую связывает с террористической и экстремистской деятельностью, другие же – делают противоположные выводы. В этой связи, задача автора статьи состоит в том, чтобы проанализировав современное состояние вопроса ваххабизма, выявить его реальное влияние на политическую и криминальную ситуацию в стране.

Из истории возникновения ваххабизма

На современном этапе ислам представлен суннитами, шиитами, хариджитами и представителями иных религиозных течений в исламе (ахмадие, друзы и др.). Сунниты представляют подавляющее большинство мусульман (около 85 %) и представлены в большинстве исламских стран (страны Ближнего Востока, Северной Африки, Центральной и Южной Азии и т. д.). Основной отличительной чертой суннитов является приверженность в правовых вопросах одной из 4 общепризнанных суннитских правовых школ (мазхабов фикхамаликитскому (достаточно консервативному), ханифитскому (более либеральный), шафиитскому (допускает сравнительно свободное толкование Корана и критический анализ предания), ханбалистскому (объединяет «самую фанатично настроенную» часть духовенства и верующих).

На базе ханбалистской школы возник салафизм – направление мусульманской мысли, призывающее ориентироваться на пример пророка, его сподвижников и праведных предков. Мирровозренческая, правовая и философская основы салафизма были разработаны мусульманским ученым Ибн Теймией.

Ваххабиты – это последователи салафизма. Основатель движения М. ибн А. аль-Ваххаб (середина 18 в.) положил в его основу теоретическое наследие Ибн Теймии. Исторически ваххабизм сформировался как политическое движение, принявшее на вооружение не только методы мирной проповеди, но и силовые методы борьбы за распространение своих убеждений. Некоторые исследователи связывают это с тем, что ваххабизм сложился в период борьбы арабов с турецким владычеством, и таким образом изначально был взаимосвязан с политической борьбой.

Впоследствии ваххабиты продолжили активное участие в политической деятельности.

Так, С.А. Барелви, ознакомившись с положениями учений салафизма и ваххабизма, со своими сторонниками в Индии в 1824 г. объявил джихад колониальным властям. В 1830 г. они заняли Пешавар и создали там свое государство. Другие последователи ваххабизма также длительное время возглавляли антиколониальную борьбу в регионе. Идеи ваххабизма были популярны и в Индонезии, где на о. Суматра приверженцы этого течения боролись с голландскими колонизаторами. Идеи мусульманского реформаторства оказали большое влияние и на антиколониальные движения в Ливии, Судане и других странах [1] .

В настоящее время отдельные представители салафизма делают попытки отхода от учета в своей идеологии и деятельности какой-либо одной мусульманской правовой школы, выбирая от каждой школы наиболее соответствующее, по их мнению, Корану и Сунне[2]. Поэтому можно сделать вывод, что на современном этапе салафиты пытаются сформировать своего рода суперсуннитский ислам, объединяющий все соответствующие правовые мусульманские школы.

Теоретические подходы к соотношению ваххабизма с исламом и исламизмом

В современной науке не даны четкие дефиниции «традиционный ислам», «нетрадиционный ислам», «исламизм», «ваххабизм», «политический ислам», политизация ислама», «радикальный ислам», «религиозный экстремизм», «ваххабизм», «салафизм» и т.д., поэтому суждения об этих явлениях крайне противоречивы.

На современном этапе имеется несколько теоретических подходов к пониманию ваххабизма:

1) общетеоретически и концептуально ваххабизм можно рассматривать с нескольких позиций: социологии (М.Вебер «Социология религии»), межхозяйственных отношений и их влияния на религию (М.Вебер «Хозяйственная этика мировых религий»), отношения религии к миру (М.Вебер «Теорияступеней и направлений религиозного неприятия мира»), культуры (В.В.Бартольд «Культура мусульманства»), геополитики (Гаджиев К.С. «Геополитика»), международного взаимодействия (В.Е. Донцова «Ислам в международных отношениях», Л.Р. Полонская «Исламский фактор в международных отношениях»), взаимосвязи и взаимообусловленности религии, философии и политики (М.Т.Степанянц «Мусульманские концепции в философии и политике XIX и XX вв.», Н.В. Жданова и А.А.Игнатенко «Ислам на пороге XXI века», З.И.Левина «Мусульманское реформаторство и политика»), в историческом аспекте (Васильев А.М. «Пуритане ислама? Ваххабизм и первое государство Саудитов в Аравии (1744/45-1818)», «История Саудовской Аравии (1745-1973)), взаимодействия российских мусульман с единоверцами из-за рубежа (Г.Г.Косач и Е.С.Мелкумян «Саудовская Аравия и мусульманский мир: внутренний и внешний аспект финансовой помощи», А.А.Игнатенко «Халифы без халифата», А.В.Малашенко «Мусульманский мир СНГ», К.И.Поляков «Арабский Восток и Россия: проблема исламского фундаментализма»), вопроса фундаментализма (Ф.М. Мухаметшин «Взгляд на исламский фундаментализм»), конфликтов в исламе (Д.Макаров «Официальный и неофициальный ислам в Дагестане», А. ибн Хасана «Открытие славного», З.С. Арухов «Экстремизм в современном исламе», «Исламская оппозиция в Саудовской Аравии», А. ибн Дахлана «Заблуждения ваххабитов», С.Кутба «Вехи на пути», «Эта религия») и др.[3]

2) наиболее преобладающей в России является точка зрения ученых и общественных деятелей ислама о том, что ваххабизм и ислам разные понятия – от характеристики их как «социокультурно-несовместимых[4]» (Акаев В.Х.) до радикалистского «ваххабизм в России должен быть запрещен[5]» (В. Якупов)

3) существует мнение и о том, что ваххабизм – относится не к исламу, а к исламизму. Так,глава итальянских мусульман шейх А.Х. Палацци в своей статье «Исламисты ошибаются» обосновывает несколько концептуальных идей:

- наиболее важным признаком, отличающим ислам от исламизма, является то, что последний подчиняет политику религии.

Цитируя Х. Дюрана, он показывает, что исламизм напоминает фундаменталистов в других религиях, повторяет фашизм и коммунизм в стремлении совершенствовать методику господства над населением. По мнению Х. Дюрана некоторые мусульмане не отрицают, что политическая воля является частью мусульманской этики, но большинство не согласны с существованием четко определенной «исламской системы», отличающейся от других политических систем;

- исламисты, опираясь на современные европейские модели, устанавливают понимание своей политики в системе «революционное движение – элитарная схема управления обществом посредством тайных культов, действующих за кулисами, – консенсус, достигаемый путем пропаганды»;

- исламисты утверждают, что они авангард мусульман, интегрирующие веру и политику, но их главная задача – получение власти и реализация ее только исламистами с исключением из политического процесса иных сил;

- исламисты массово отрицают историю, вдохновляясь моделью идеального общества – идеализированным образом Аравии 7-го века, отвергают современные концепции плюрализма и толерантности, игнорируют историю ислама – мощной модели меняющейся социальной организации и адаптации к требованиям времени.

Подводя итог, Х.Палацци делает вывод о том, что ваххабизм – это «экстремистское еретическое движение, в основном, по причине отрицания его приверженцами традиционных суфийских учений и толкований [6] ».

4) председатель исламского Верховного Совета Америки шейх Х. Кабанни называет ваххабизм «узкой идеологией» в отличие от широкой идеологии самого ислама[7];

5) президент Международного союза мусульманских ученых Ю. Аль-Кардави придерживается определенных аспектов салафизма и ваххабизма, однако всемерно осуждает религиозный экстремизм[8];

6) некоторые ученые рассматривают ваххабизм в контексте традиционного и нетрадиционного ислама Можно привести выдержку из статьи А.Сидорова, опубликованной в т.н. «Живом журнале» – «традиционный Ислам является той формой Ислама, которую традиционно исповедует большинство исламского мира на протяжении его истории и, в первую очередь, большинство исламских учёных и правителей. Это феномен, который среди прочих отличительных качеств (цивилизационных, социальных, политических и т.п.) обладает собственными теологическими характеристиками, воспроизводство которых исламскими учёными, как их носителями, обеспечивает его существование на протяжении полутора тысячелетий [9] ». С одной стороны, исходя из мнения А.Сидорова, можно было бы легко сделать вывод (в противовес определению традиционного ислама) о том, что ваххабизм – это нововведение, нетрадиционная форма ислама, имеющая небольшой срок существования. И этот вывод поддерживается многими учеными и общественными деятелями, не знакомыми глубоко с историей ислама. Но, с другой стороны, этот вывод, по мнению автора, вряд ли верен. Он противоречит как истории ислама (согласно которой ваххабизм возник давно ), так и терминологии религиоведения, не разработавшего до настоящего времени четких определений «нетрадиционной религии» («нетрадиционного ислама» в нашем случа е) и «нетрадиционной религии».

7) По мнению религиоведа Р. А. Силантьева: «Сейчас под ваххабизмом понимается не конкретная и чётко выраженная религиозная идея, а совокупность идеологий исламского происхождения, проповедующих крайнюю нетерпимость к инаковерующим и инакомыслящим. И оправдывающих их убийство. Проще говоря, традиционные мусульмане уживаются с представителями иных исповеданий, а ваххабиты – нет [10] ». Представляется, что это мнение более отражает реальные социально-религиозные процессы. Оно ценно и тем, что, в условиях сложности вычленения феномена ваххабизма из всего многообразия религиозных идеологий, он выделяет именно криминальный по сути признак.

8) Представляет интерес мнение Баширова Л.А., показывающего, что негативную роль в этнополитических процессах в России сыграли новые для Северного Кавказа радикальные исламские движения, распространившиеся в 80-90-х годах XX в. и получившие названия «исламский фундаментализм», «исламизм», «салафизм», «ваххабизм». При этом он отмечает, что понятие «ваххабизм» имеет много разночтений. Башировым Л.А. доказывается, что «ваххабизм как идеология и практика сам по себе не представляет опасность для российского общества; опасны его трансформация, радикализация в специфических условиях Северного Кавказа, в основе чего лежит подмена реформаторской сущности этого религиозно-политического движения воинственно-радикальной ».

Также Башировым Л.А. презюмируется:

- радикализация ислама на Северном Кавказе – не причина, а следствие радикализации политической обстановки в регионе и внутренней политики Федерального центра. Исламский фундаментализм-салафизм в России можно рассматривать как реакцию на эти проблемы, как идеологическое прикрытие этой реакции.

- процесс радикализации ислама в России происходит на двух уровнях – 1) радикализация местного ислама, поддерживаемого властью и накопившего большой опыт приспособления к самым неблагоприятным политическим условиям и к любой власти, постоянно нарастающая; 2) проникновение радикальных форм ислама извне

- в России распространяется не сам ваххабизм в его классическом понимании, а его наиболее радикальная форма. Учение аль-Ваххаба, привнесенное в иные условия, трансформировалось и резко радикализировалось в условиях современной ситуации на Северном Кавказе.

- исламский фундаментализм – салафизм – ваххабизм российского «разлива» идеологически тесно связан с подобными движениями в зарубежных странах исламского мира.

- противоречия между суфизмом и ваххабизмом носят не столько догматический, сколько этнокультурный характер, что усиливает позиции первого.

- вмешательство государства в сферу внутрирелигиозных отношений в форме принятия законов о запрете ваххабизма, силовых акций в отношений ваххабитов не способствовало искоренению исламского радикализма как такового, а наоборот осложнило религиозную ситуацию, загнав радикальный ваххабизм в подполье и обеспечив государственную поддержку радикализации местного ислама.

- ислам – изначально политизированная религия, претендующая на политическую власть. В разные периоды истории политический аспект ислама меняется в зависимости от социально-экономических условий. Будущее ислама в России тесно связано с процессами государственного строительства.

- радикальные идеологи ваххабизма нашли понимание и поддержку у части населения в силу не только бедственного положения людей и равнодушия властей, но и привлекательности на этом фоне принципов социального переустройства мусульманских общин, предлагаемых ваххабитами.

- современное «непримиримое противостояние» между суфиями (тарикатистами) Северного Кавказа и местными ваххабитами носит больше экономико - политический, чем догматический характер: суфийские шейхи, устазы (учителя) не хотят терять места в мечетях и отказываться от положения приближенных к власти, и используемых ею (как в советские времена), но имеющих гарантированный материальный достаток и моральный статус в мусульманской общине 3

- не «чистый» ислам, не ваххабизм, не салафийа чужды мусульманам Северного Кавказа, а чужда его интерпретация радикальными идеологами ваххабизма, не допускающая никакого компромисса на этнонациональной почве[11].

9) по мнению Нурутдинова И.И., в экспертной среде существуют три тенденции: 1) встраивающая ваххабизм в дискурсы, связанные с российскими мусульманами ; 2) стратегия отстройки, противопоставляющая ваххабизм классической мусульманской религии и представляемая в виде радикального течения или секты ; 3) конструирует тесную связь между российским мусульманским духовенством и эмиссарами ваххабизма, на фоне чего отдельные т.н. традиционные имамы и муфтияты предстают как исключение из правил [12] .

10) по мнению Хайбулаева З.Х. ваххабизм – «ярко выраженное религиозно-политическое движение в суннитском исламе», которое «для установления всеобъемлющего божественного закона … объявило джихад в целях создания исламского государства на территориях ряда субъектов Российской Федерации [13] ».

11) По мнению Мантаева А.А. (по многим аспектам, совпадающим с мнением Баширова Л.А.):

- учитывая сложную ситуацию в России, прогрессирующий рост религиозного самосознания и необратимость дальнейшего процесса политизации религии идеи исламского фундаментализма будут распространяться;

- догматы ваххабизма полностью соответствуют двум основным исламским источникам: Корану и Сунне, тем не менее, ему присущ радикализм;

- существуют отличия религиозных течений движения Ибн Абд аль-Ваххаба, «дагестанского» ваххабизма, и современных саудовских «неоваххабитов»;

- радикальный, упрощенный подход к очищению ислама от поздних наслоений и построению исламского государства объединяет все современные «ваххабитские» группировки;

- в проведении внешней и внутренней политики современный саудовский режим сосредоточил свои усилия на благотворительной и просветительской деятельности. В то же время в Саудовской Аравии существует мощная неоваххабитская оппозиция, отличающаяся от классического ваххабитского движения, деятельность которой направлена, в основном, на борьбу с правящим саудовским режимом, противодействие американскому влиянию в регионе и поддержку исламистских группировок;

- восприимчивость Дагестана к ваххабизму обусловлена недостатками религиозной политики в регионе – в советский период он был изолирован от мусульманской цивилизации, вырван из лона ее тюрко-мусульманской ветви, формирование коммунистами «ручного» ислама привело к отрыву его как от государства и общества, так и способствовало его неполноценности и закостенелости. Падение «железного занавеса» и последовавшее распространение ислама обнажило противоречия между «дагестанским» исламом и традиционным исламом (т.е. «исламом во всем мусульманском мире»);

- говорить о «ваххабизме», как о привнесенном явлении, неправомерно, так как связь с исламским миром появилась лишь после перестройки, «ваххабизм» же в Дагестане был отмечен уже в 1982 г.;

- ваххабизм увлекает молодежь в условиях безработицы и кризисов, при отсутствии государственной религиозной политики (в Дагестане – это коррупция, отсутствие заботы власти о народе, сосредоточение материальных и иных ресурсов в руках узкой клики правящей элиты, полное отсутствие законности, вынуждающее общество отвернуться от власти в поисках справедливости, что они в полной мере находят в исламе);

- выделяются этапы «ваххабизации» населения;

- отмечается влияние религиозных разногласий на общественно-политическую ситуацию и эскалацию религиозно-политического конфликта. Роль ислама и политическое влияние традиционных исламских институтов с каждым годом усиливается. В Дагестане ислам был использован одним из этносов для усиления своего политического и религиозного влияния.

- ваххабизм в Дагестане и Чечне не однороден. В Дагестане существовало 3 направления: умеренное, радикальное и ультрарадикальное, ни одно из них не отождествляется с чеченским «ваххабизмом» (носившем военно-политический характер). В Дагестане «ваххабизм» представлен, прежде всего, на идейном уровне как движение за очищение ислама.

- в Дагестане произошла политизация религии с постепенным вовлечением официальных (Духовное управление) и неофициальных («ваххабитские» общины) исламских институтов в конфронтацию

- объясняется популярность и распространение радикального салафитского движения (низкий уровень религиозной подготовки официального духовенства и неспособность удовлетворить образовательно-религиозную потребность молодежи; этнические разногласия между традиционалистами и ваххабитами, монополизация духовной власти одной этнорелигиозной группой; нонконформизм «ваххабитов» и выделение ими своей общины как единственно «правильной», мощная финансовая поддержка и заинтересованность внешних сил в дестабилизации региона; неготовность и нежелание властей считаться с возрастанием исламского фактора, политика «заигрывания» с лидерами общин; неспособность и нежелание свести к компромиссу внутрирелигиозные противоречия и др.)

- официальный (или традиционный) ислам оттолкнул от себя немалую протестную (нонконформистскую) часть верующих, разочаровавшуюся в официальном духовенстве, скомпрометировавшем себя участием в политике в постперестроечное время, отстаиванием интересов «своих» этнополитических группировок.

- гонения на «ваххабитов» не искоренили это движение. Точное число общин и их последователей в настоящее время неизвестно, так как почти все «джамааты» ушли в подполье, многие из них пополнили ряды боевиков, что создает опасность «афганского синдрома[14]».

13) большинство авторов связывают ваххабизм с террористической и экстремистской деятельностью[15].

Основные характеристики ваххабизма

Мусульманские богословы сформулировали пять основных догматов, характеризующих ислам: 1) учение о единобожии (ат-таухид ); 2) вера в божественную справедливость, в правосудие Аллаха (ал-адл ); 3) признание пророческой миссии Мухаммада и предшествовавших пророков (нубувва ); 4) вера в судный день и потусторонний мир (ал-маад, или ал-кийама – вера в загробную жизнь ); 5) учение об имамате/ халифате.

В ваххабизме к этому дополняется:

1. Строгое соблюдение принципа таухида (единобожия) ;

2. Отрицание новшеств в религии (бид’а );

3. Критика всеобщего таклида – слепого следование какому-либо одному мазхабу (школе исламской правовой мысли);

4. Признание понимания саляфовправедных предков ») как единственно правильного в толковании атрибутов и имён Аллаха (отрицание иносказания в таких атрибутах как «йад » (рука ), то есть утверждение, что все атрибуты Аллаха должны толковаться «как есть» без иносказаний и без уподобления сотворённому [16] ).

Как показало исследование:

1) cвоей основной задачей ваххабиты считают борьбу за очищение ислама от различных чуждых (с их точки зрения), ему примесей, основанных на культурных, этнических или каких-то других особенностях тех или иных мусульманских народов;

2) отрицают суфизм, распространенный в России;

3) ваххабиты (и салафиты) призывают вернуться к «подлинному исламу» времен пророка Мухаммада, четырех праведных халифов и поколениям первых праведных мусульман;

4) как показал анализ современной салафитской и ваххабитской литературы не во всех произведениях содержатся призывы к насилию. Но, с другой стороны, отсутствует и единой богословский источник, освещающий все аспекты салафизма и ваххабизма, поэтому понять всю систему и общую идею всего ваххабизма сложно. Скорее можно сделать выводы о том, что таких систем и идей существует несколько, в зависимости от конкретных течений и научных школ в ваххабизме и салафизме.

Так, в одних книгах одного и того же автора могут содержаться призывы, направленные на возбуждение религиозной ненависти или вражды, а в других – могут и не содержаться. В некоторых книгах обосновывается «реформирование политической системы с помощью меча», в других допускаются компромиссы.

5) по мнению многих исследователей, ваххабизм наиболее представлен в слабых обществах;

7) ваххабизм – это не только религиозно-политическое движение, но и полноценная идеология, ставящая своей целью формирование религиозного общества и религиозного государства (с незначительными вариациями в зависимости от вида подтечения в нем). Разночтения в ваххабитской среде возникают не по поводу самой идеи, а по поводу допустимых методов их воплощения – насильственных или нет.

Выводы:

1) как показывает анализ основных положений, ваххабизм (и салафизм) – это сложное и неоднородное явление, в котором на современном этапе сформировались свои течения.

2) некоторые основы отдельных разновидностей (школ) салафизма и ваххабизма противоречат самому Корану (который не настаивает на обязательном выборедля вероисповедания даже самого ислама: «У вас – ваша вера, и у меня – моя!» (109:6)»);

3) основная методологическая проблема, по мнению автора (изучившего три перевода текста Корана (Кулиева, Пороховой и Осмаева)), в том, что сам Коран сложен для однозначного восприятия и содержит разнонаправленные понятия о дозволенности насилия;

4) поэтому необходима разработка в самой религиозной среде этических кодексов и более активная позиция мусульманских общественных деятелей в разграничении дозволенного и недозволенного в исламе.

Понимание зарубежом

Ваххабизм распространен в Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратах, Катаре, Бахрейне, Йеменской Арабской Республике, Кувейте, Индии. В указанных странах ханбалиты-ваххабиты достаточно мирно сосуществует с представителями других религий и религиозных течений (в Саудовской Аравии – с ханифитами, ханбалитами-салафийя, малакитами, шиитами, зейдитами, иудаистами, православными, протестантами, католиками; в ОАЭ – с суннитами-малакитами, суннитами-шафиитами, шиитами, ибадитами, христианами, индуистами; в Катаре – с малакитами, шиитами, индуистами, иудаистами, христианами; в Бахрейне – с суннитами-малакитами, шиитами, христианами, иудаистами, индуистами; в Йемене – шиитами-зейдитами, суннитами-шафиитами, исмаилитами, индуистами, иудаистами; в Кувейте – с суннитами-малакитами, шиитами, христианами, иудаистами; в Индии – индуистами, суннитами-ханифитами, шиитами, христанами, буддистами и др.) [17]

По данным Мантаева А.А. на сегодняшний день салафитские (ваххабитские) группы существуют во всех странах мусульманского мира, их объединяет единая идеология, мировоззрение и все они находятся в конфликте с обществом, за исключением тех стран, где эта идеология является доминирующей (в основном, это государства Персидского залива, хотя и там существуют радикальные группы). Однако в них салафиты утратили свою воинственность в силу высокого уровня жизни и достижения своих интересов, однако многих выходцев из этих стран можно обнаружить ведущими вооруженный джихад в зарубежных государствах[18].

Ваххабизм как религиозное течение неоднороден. Он тесно взаимосвязан с ханбалитской школой, салафийей, в своей основе – с другими направлениями в исламе (некоторые философские и богословские работы ханбалитских, салафитских, ваххабитских ученых признаны многими учеными мусульманского мира).

К ваххабизму частично причисляют себя группы полуваххабитского типа (байадийя в Йемене), сунниты ханбалистского толка с уклоном в ваххабизм (ОАЭ).

Ваххабизм развивается и видоизменяется, так в Саудовской Аравии действуют неоваххабитские группировки.

В постсоветский период ваххабизм и салафийа стали распространяться по территории бывшего Советского Союза (Россия, Таджикистан, Узбекистан и др. государства, имеющие значительную часть мусульманского населения).

В ряде из них течение салафийа запрещено.

Так, 8.01.2009, по иску генпрокурора Верховный Суд Таджикистана принял решение о запрете деятельности религиозного движения «Салафия» в стране. По мнению правоохранителей Таджикистана: «Все они - и «Салафия», и ваххабиты, и «Хизбут-Тахрир», придерживаются одинаковой политики, поэтому мы их запретили. Запрет «Салафии» - мера, упреждающая возможную в будущем дестабилизацию в обществе. Слишком много создается конфликтных ситуаций вокруг этого движения. В 90-х годах тоже начиналось примерно с этого…». По мнению самих салафитов, они не понимают, как их можно запретить, если «Салафия» не является конкретной организацией, по сути – запрещены не конкретные движение или организация, а идеология. Салафиты сообщают, что не видят смысла в официальной регистрации своего движения, поскольку считают себя просто сообществом братьев по вере. Другое мнение у независимых экспертов: «причины решения о запрете движения ««Салафия» необходимо искать не в сущности самого учения, а в конкретных действиях их конкретных представителей в Таджикистане. Грубые, непродуманные и политически ошибочные выступления некоторых молодых людей, называющих себя салафитами, подготовили почву для глубокого религиозного раскола в нашем обществе, который легко мог перерасти в общественно-политический конфликт [19] ».

Ваххабизм исповедуют представители некоторых запрещенных международных террористических организаций (в частности, «Братья-мусльмане»), использующих в своей работе методы как военные, так и мирной пропаганды, стремящихся оказывать влияние на политическую деятельность открыто и тайно (образно их деятельность представляется как «внутренний круг за кулисами»). Местные отделения «Братьев-мусульман» все более укореняются на Западе.

По данным главы итальянских мусульман шейха А.Х. Палацци в западных странах ваххабиты представляют не более 10 % от общего мусульманского населения, но при этом контролируют главные мусульманские организации и большинство мечетей в Западной Европе и Северной Америке. Интересна их тактика – утверждая, что они представляют всех мусульман, они рассчитывают получить (и получают) уважительный прием от немусульман, не разбирающихся в исламе.

По данным главы американских мусульман шейха Каббани экстремистскую идеологию восприняли уже свыше 80 % мечетей в США, т.о. идеология экстремизма по его мнению распространилась уже на 80 % мусульманского населения США [20] .

В плане пресечения распространения идеологии религиозного экстремизма (в т.ч. радикального ваххабизма) зарубежными странами (в т.ч. мусульманскими) применяется уголовное преследование, административная и гражданско-правовая ответственность, высылка наиболее одиозных фигур из страны, запрещение им въезда в страну, ряд ограничений в период пребывания в иностранном государстве (запрет распространять свои убеждения и т.д.), изъятие тиражей экстремистской литературы, запрет экстремистской литературы и материалов, запрет, ликвидация и приостановление деятельности экстремистски и террористически ориентированных религиозных организаций.

В современной науке и практике с существенным перевесом превалирует мнение о том, что распространение идей, связанных с ваххабизмом исходит от Саудовской Аравии. Многие западные исследователи феномена ваххабизма в структуре саудовского общества исследуют его в контексте необходимых условий стабильности государственности Саудовской Аравии, а также с точки зрения преодоления угроз ваххабизму, исходящих от религиозно-политической оппозиции. В связи с этим, рядом авторов делается вывод о том, что сложившаяся религиозно-политическая ситуация выгодна западному миру.По этой причине Запад снисходительно относится к попыткам реализовать проект панваххабизма[21].

Ислам и ваххабизм в России

В России среди мусульман преобладают сунниты ханифитского толка (большинство татар, башкир, казахов, дагестанские народы (кроме аварцев), кабардинцы, адыгейцы, черкесы, балкарцы, карачаевцы и др.), а также сунниты шафиитского толка (чеченцы, ингуши, многие мусульмане-осетины, аварцы и др.), представлены шииты (азербайджанцы) и др.

На Северном Кавказе достаточно распространены суфийские братства (тарикаты) – кадирийя, нашкабандийя, шазилийя и др. Суфийские братства имеют духовных лидеров – шейхов (например, в Дагестане, влиятельным шейхом был С.А. Чиркейский – глава нашкабандийского и шазилийского тарикатов), многие политические лидеры республик Северного Кавказа придерживаются того или иного тариката.

В 1980-е гг. среди советских мусульман стали распространяться идеи фундаментализма. Сторонники «чистого ислама» отличались от основной массы верующих активным неприятием «безбожных» общества и государства, оппозицией к «официальному» мусульманскому духовенству и критическим отношением к «традиционному народному исламу». За ними закрепилось наименование «ваххабитов», хотя они себя таковыми не всегда считали и в отличие от «истинных ваххабитов» не принадлежали к ханбалитскому мазхабу. В 1990-е гг. Северный Кавказ стал регионом России, где конфронтация между сторонниками «чистого» и «традиционного» ислама стала наиболее острой.

Сравнительно-временной анализ проблематики ваххабизма в России показывает, что подходы к нему меняются. В конце 90-х гг. – начале 2000-х гг. высказывания о ваххабизме были достаточно снисходительны, затем в течении более 10-летия следует активная проблематизация ваххабизма, он конструируется как отклонения от нормы и все более рассматривается во взаимосвязи с терроризмом и религиозным экстремизмом[22].

Превалирующим в научных кругах (и подтверждаемого материалами уголовных дел) стало мнение о том, что ваххабизм – это идеология построения на территории России в некоторых ее субъектах самостоятельного (-ых) государств на основах ислама и шариата. Для достижения своих целей «ваххабиты» стали вести вооруженную борьбу, тесно связанную с терроризмом, экстремизмом.

По мнению ряда авторов, ваххабизм – это одна из угроз для современной России. По экспертным оценкам, в России сейчас около 700 тыс. ваххабитов. В 2013 г. ваххабитские общины созданы во всех субъектах РФ, за исключением Чукотского АО [23] .

В настоящее время дискуссии по поводу ваххабизма стали менее активными, т.к. он заменился новой проблемой – салафизмом и расширением диапазона действия различных религиозных угроз (от политической деятельности «Хизбут тахрир» до совершения преступлений на религиозной почве и сращивания религиозного компонента с этническим).

Салафизм стал распространяться в России вместо ваххабизма в связи с сформированным негативным отношением населения и государственных органов к последнему и рядом других причин.

Изучение современных религиозных источников и правоприменительной практики показало определенную неопределенность в определении понятия «салафийа» («салафизм»). Так, некоторые салафиты преподносят свое религиозное течение как самое крупное в исламе, фактически причисляя к салафизму весь суннизм, по другим данным, «салафизм» – самостоятельное течение в суннитском исламе, по третьим источникам – «салафизм» тесно связано с «ваххабизмом» и фактически это одно и то же, но с иным названием[24].

Анализ современных салафитских сайтов (саляф.ру и др.) показывает, что: 1) точка зрения на «джихад» варьируется на них от мирной до воинственной, либо чаще встречается – совокупность этих взглядов; 2) вооруженный джихад и теракты оправдываются преследованиями со стороны представителей государственных органов и исламофобией; 3) при помощи положений Корана, хадисов, мусульманской литературы делается попытка легитимизировать вооруженное насилие; 4) наполнение сайтов активно связано с повседневной жизнью и жизненными интересами любого человека (от дачи советов – какие носки одевать для молитвы до обсуждения вопросов можно ли разводиться с беременной женой или выходить замуж за нелюбимого и т.д. ), в связи с чем образ жизни салафитов постепенно внедряется в сознание обычных мусульман и становится привлекательным для «новообращенных»; 5) на некоторых сайтах активно пропагандируется неприятие алкоголя, наркотиков, обмана в бизнесе, разврата и др. Делаются противопоставления «правильного» салафитского общества в противовес официальному государству, якобы погрязшему в беззаконии и коррупции; 6) салафиты становятся все более ориентированными на занятие общественной и политической деятельностью.


Взаимосвязь ваххабизма с терроризмом и экстремизмом

1. В России запрещены 15 международных террористических организаций. Их взаимосвязь с ваххабизмом в решениях Верховного суда РФ отражено следующим образом:

1) Из 15 только три указаны как имеющие прямое отношение к ваххабизму (или салафизму):

«Лашкар-И-Тайба» – пакистанская военизированная экстремистская исламская группировка ваххабитского толка;

«Общество возрождения исламского наследия» («Джамият Ихья ат-Тураз аль-Ислами») – под прикрытием благотворительных программ продвигает в жизнь главную цель «Движения салафитов», совпадающую с целью «Братьев-мусульман» – устранение неисламских правительств и установление исламского правления во всемирном масштабе путем воссоздания «Всемирного исламского Халифата», первоначально в регионах с преимущественно мусульманским населением, включая Россию и страны СНГ;

«Дом двух святых» («Аль-Харамейн») – международная исламская благотворительная неправительственная организация со штаб-квартирой в Саудовской Аравии, в 1997 г. оказывала активную финансовую поддержку дагестанским религиозно-экстремистским группировкам ваххабитского толка, ставившим перед собой задачу свержения существующего в республике конституционного строя и создания на территории Дагестана «Исламского государства».

2) В Решении Верховного Суда РФ от 8.02.2010 № ГКПИ 09-1715 признании международной организации «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират») террористической и запрете ее деятельности на территории РФ не указано, что основой деятельности Кавказского Эмирата является именно – «ваххабизм», а более обтекаемое – «создание исламского (шариатского) государства».

2. Как показало изучение автором 100 приговоров судов Чеченской Республики, Республики Ингушетия, Республики Дагестан, Республики Северная Осетия-Алания в отношении лиц, осужденных за террористическую деятельность:

В 95 приговорах вообще не была указана и не устанавливалась взаимосвязь террористической деятельности осужденных с каким-либо религиозным течением (в т.ч. – ваххабизмом). 2. В 1 приговоре было указано, на то, что осужденный придерживался экстремистского течения «ваххабизм». 3. В 3 приговорах отмечено, что целью террористической деятельности была «организация самостоятельного исламского государства на принципах шариата», в 1 приговоре – «насильственное утверждение исламского порядка экстремистского толка». 4. О том, что осужденные проходили обучение в религиозных учреждениях зарубежом, – указано в 3 приговорах.

Таким образом, можно сделать вывод, что на уровне судебных решений обусловленность терроризма ваххабизмом устанавливается явно недостаточно (в основном, такая информация содержится в материалах оперативных и уголовных дел). Так, следственными органами Республики Дагестан расследуется уголовное дело, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 205 УК РФ, по фактам преступной деятельности организованной группы приверженцев «салафистского» течения в исламе Л., А., Г. и др., к которому присоединен ряд уголовных дел, в т.ч. уголовное дело по факту самоподрыва К. в домовладении шейха А., в результате чего погибло 6 человек.

Сложившаяся ситуация обуславливает то, что неустановление юридическим официальным путем (судебным) криминальной сущности отдельных течений в ваххабизме и салафизме не дает возможности активно им противодействовать на идеологическом уровне (контрпропаганда и др.).

3. Лица, осужденные за террористическую деятельность, в подавляющем большинстве – граждане России. Иностранные граждане и лица без гражданства – редкость. Факты привлечения к ответственности т.н. «иностранных эмиссаров» за распространение религиозной экстремистской и террористической идеологии автором по судебным приговорам не были установлены. Неустановление же в официальном юридическом порядке распространения идеологии криминальных ваххабизма и салафизма из-за рубежа не дает возможности воздействовать на государства, граждане которых служат «источниками» криминального ваххабизма, осуществлять взаимодействие по этому поводу. Международное сотрудничество в сфере противодействия криминальному ваххабизму, а таким образом и терроризму, и экстремизму фактически на современном этапе является недостаточно реализованным.

4. Как показали исследования автора (командировки в Чеченскую Республику, Карачаево-Черкесскую Республику, Республику Дагестан и контент-анализ СМИ и Интернета):

– имеют место случаи т.н. называемого «мирного» ваххабизма и салафизма. Опрошенные девушки-сотрудницы правоохранительных органов рассказали, что они общаются с девушками, исповедующими чистый ислам, и те «нормальные, только по-особому одеваются». Это свидетельствует: о наличии течений в ваххабизме (салафизме), о взаимосвязях представителей традиционного и нетрадиционного ислама, о сложности процессов, протекающих в мусульманском сообществе и о нейтралитете населения по отношению к представителям «нетрадиционного» ислама.

фиксируются случаи, когда лица, исповедующие ваххабизм, как открыто признают свою принадлежность к этому течению, так и скрывают ее. Это говорит о том, что проводимая государственная политика, с одной стороны, ограничивает «неблагонадежную» часть населения, но с другой стороны – тайные общества исторически непредсказуемы, и во что выльется их деятельность неизвестно. Тем более, по ряду данных известно, что нетрадиционный ислам проникает и в среду госслужащих.

– данные правоохранительных органов не позволяют сделать оценку реальной ситуации в сфере криминального ваххабизма (по числу последователей, их ресурсным возможностям и т.д.)

– проблема распространения ваххабизма и салафизма продуцируется, как уже отмечалось экономическими, политическими и другими проблемами, среди которых особо следует выделить национальные и этнические проблемы.

Выводы:

1. Исследование подтвердило выводы других авторов о том, что ваххабизм и салафизм по сути своей могут быть мирными идеологиями и деятельностью, но однозначно преследуют цель создания своего религиозного государства либо четко обозначают дистанцирование от официального государства (свои школы, детсады, шариатские суды и др.).

В этом плане с особой остротой встает вопрос о том, как реагировать на факты попыток отдельных групп граждан ненасильственными способами изменить конституционный строй.

Есть несколько вариантов разрешения этой ситуации.

Первый – оставить все как есть, но это чревато постепенным усложнением ситуации и распространением ваххабизма и салафийи в их криминальном варианте.

Второй – решение вопроса преимущественно репрессивными способами, что повлечет протестную активность.

Третий – пожалуй, наиболее предпочтительный, правовой способ.

Автор считает, что в ст. 14 должны быть внесены поправки – в части закрепления на конституционном уровне вопросов взаимодействия с религиозными объединениями и их пределов. Это связано с тем, что, несмотря на ч. 2 ст.14 («религиозные объединения отделены от государства»), религиозные объединения оказывают реальное влияние на государство и общество.

Одновременно следует рассмотреть вопрос о внесении в ст. 14 положений о запрете деятельности религиозных объединений и религиозных групп, направленной на насильственное изменение конституционного строя, и установить пределы их вмешательства в политическую и общественную деятельность.

3. Некоторые религиозно-общественные деятели от салафизма пытаются наладить «диалог» с властями, к которому власти в силу конституционного положения «религиозные объединения отделены от государства» и отсутствия нормативных правовых актов и методик взаимодействия с религиозными группами и организациями, оказываются неготовыми. Представляется, что усиление позиций государства в части работы с религиозными сообществами может стать мощным предупредительным средством в системе противодействия терроризму. В связи с этим, следует разработать конкретные программы взаимодействия с религиозными объединениями (на федеральном уровне – типовую программу для субъектов федерации и муниципалитетов). В том числе должны быть разработаны и методики работы на государственном уровне с религиозными объединениями и организациями, занимающими весьма «своеобразную» позицию, а не формально «отделываться» от них.

3. Назрел вопрос о ведении в теорию криминологии и уголовной политики, а также в законодательство понятий «криминального ваххабизма» и «криминального салафизма» как разновидностей соответствующих религиозных течений, реализующих свои идеи криминальным путем, и выделения их идентифицирующих признаков .

4. Идеология криминального ваххабизма (криминального салафизма) и идеология терроризма понятия различающиеся, но имеющие точки соприкосновения в части осуществления вооружено-насильственной преступной деятельности (террористической) представителями криминального ваххабизма.

5. В России на данный момент преобладает терроризм на криминально-ваххабитской и криминально-салафитской почве, но взаимосвязанной с социальными, экономическими, духовными, национальными проблемами, и связанный с выдвижением конкретных политических требований.

6. Терроризм на криминально-ваххабитской почве, преобладающий на современном этапе в России, направлен преимущественно против государства, его безопасности, единства и целостности (а не только и не столько против общественной безопасности – как указано в УК РФ). В связи с этим следует рассмотреть вопрос о перенесении преступлений террористического характера в раздел 29 Главы УК РФ, что будет способствовать систематизации и оптимизации уголовно-правовой защиты безопасности государства.

Правовое регулирование

Международное сообщество признает право граждан на свободу совести и вероисповедания (ст. 18 Международного пакта о гражданских и политических правах), которое может быть ограничено лишь в случаях, установленных законом и необходимых для охраны общественной безопасности, порядка, здоровья, морали, основных прав и свобод других лиц . Аналогичные положения содержатся в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В Конституции РФ провозглашено, что «каждому гарантируется свобода совести и свобода вероисповедания (ст. 28).

В соответствии с ч. 5 ст. 13 Конституции РФ: «запрещается создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности РФ, подрыв безопасности государства, создание вооруженных формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни» (религиозные объединения – это вид общественных объединений –прим.автора ).

В Конституции РФ прямо закреплены нормы, запрещающие пропаганду или агитацию, возбуждающих религиозную вражду, пропаганду религиозного превосходства» (ч. 2 ст. 29).

В пп. «б» ч. 1 ст. 72 Конституции РФ вопросы свободы совести и свободы вероисповедания отнесены к совместному ведению РФ и субъектов РФ.

В Федеральном законе от 26.09.1997 № 125-ФЗ «О свободе совести и
о религиозных объединениях» закреплены принципы взаимоотношений государства, общества и религиозных организаций, а именно: РФ – светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной (ч. 1 ст. 4); религиозные объединения отделены от государства и равны перед законом (ч. 1 ст. 4); в РФ гарантируются право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать и менять, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними (ч. 1 ст. 3); государство не возлагает на религиозные объединения выполнение функций органов государственной власти (ч. 2 ст. 4) и не вмешивается в деятельность религиозных объединений (ч. 2 ст. 4); деятельность органов государственной власти и органов местного самоуправления не сопровождается публичными религиозными обрядами (ч. 4 ст. 4); религиозное объединение не участвует в деятельности политических партий и политических движений, не оказывает им материальную и иную помощь (ч. 5 ст. 4); религиозные организации вправе создавать образовательные учреждения (ч. 3 ст. 5); религиозные организации вправе распространять религиозную литературу и иные предметы религиозного назначения (ч. 1 ст. 17) и т.д.

В соответствии с ч. 3 ст. 9 Федерального закона от 11.07.2001 № 95-ФЗ
«О политических партиях» не допускается создание политических партий по признакам религиозной принадлежности (под признаками религиозной принадлежности понимаетсяуказание в уставе и программе политической партии целей защиты религиозных интересов, а также отражение указанных целей в наименовании политической партии).

В УК РФ предусмотрено, что совершение любого преступления по мотивам религиозной вражды или ненависти является обстоятельством, отягчающим наказание (п. «е» ст. 63).

Закон № 125-ФЗ в ч. 1 ст. 12 закрепляет положение о том, что религиозной организации может быть отказано в государственной регистрации, если ее цели и деятельность противоречат Конституции РФ и федеральному законодательству. Ч. 1 ст. 14 устанавливает, что религиозная организация может быть ликвидирована по решению суда в случае неоднократных или грубых нарушений норм Конституции РФ и федеральных законов. Ч. 2 ст. 14 определяет основания для ликвидации религиозной организации, запрета на деятельность религиозной организации или группы: нарушение общественной безопасности и общественного порядка, подрыв безопасности государства; действия, направленные на насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности РФ; создание вооруженных формирований; пропаганда войны, разжигание розни, человеконенавистничества; посягательство на личность, права и свободы граждан и др.

Законодательное регулирование деятельности религиозных объединений, нацеленное на противодействие религиозному экстремизму , нашло свое отражение в Федеральном законе от 25.07.2002 № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности».

Федеральным законом от 23.07.2008 № 160-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в связи с совершенствованием осуществления полномочий Правительства РФ» полномочия Правительства РФ по нормативно-правовому регулированию отношений в сфере свободы совести и религиозных объединений переданы Минюсту (ст. 48). Это нашло свое отражение в Положении о Минюсте (утв. Указом Президента РФ от 13.10.2004 № 1313 «Вопросы Министерства юстиции РФ»).

В субъектах РФ также имеется своя система источников правового регулирования отношений в религиозной сфере.

В некоторых субъектах РФ были приняты законы о противодействии религиозному экстремизму (Закон Республики Дагестан от 22.09.1999 «О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан»; Закон Кабардино-Балкарской Республики от 01.06.2001 «О запрете экстремистской религиозной деятельности и административной ответственности за правонарушения, связанные с осуществлением религиозной деятельности»).

Народным Собранием Республики Дагестан вносилось предложение о внесении изменений и дополнений в ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях» – о запрете на территории России ваххабитской и иной экстремистской деятельности, а также обеспечении усиления контроля за деятельностью религиозных групп.

Комитетом Госдумы по делам общественных объединений и религиозных организаций ФС РФ и Правительством РФ, было рекомендовано отклонить данный законопроект в связи: а) ответственность за указанную противоправную деятельность уже предусмотрена действующим законодательством (ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях»); б) законопроект вводит новые термины «ваххабитская деятельность» и «ваххабитские объединения (организации)», правовое содержание которых не объясняется.

В настоящее время проблематика противодействия именно криминальным ваххабизму и салафизму регулируется в целом ФЗ «О противодействии терроризму», ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности», ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях», специального законодательства не имеется.

Анализ современной нормативной базы показывает, что в целом: 1) она ориентирована на противодействие уже непосредственно деятельности, а не идеологии; 2) противодействию терроризму и экстремизму на уровне идеологии (контрпропаганде, государственной идеологии) придается мало внимания; 3) отсутствует определенность в терминах идеологической и религиозной сферы.

Направления правового регулирования противодействия криминальному ваххабизму и криминальному салафизму

1. В последние годы религии, религиозные течения, в т.ч. ислам, ваххабизм, салафизм превратились во влиятельный фактор общественной и политической жизни духовно-культурной жизни страны

2. Опыт России и зарубежных стран показывает, что незнание внутренней сути ислама, салафизма и ваххабизма, недостаток научных разработок на эту тематику на государственном уровне, непонимание внутриконфессиональной ситуации и непродуманные попытки урегулировать межрелигиозные конфликты приводят к конфликтам. Государство и его органы нередко оказываются игрушкой в руках религиозных идеологов, которые используют государственную мощь и государственный аппарат в своих интересах.

3. Быстрые радикалистские ваххабизация и салафизация мусульманского населения не произошли, но в тех или иных вариантах эти попытки продолжаются ( в т.ч. путем мирной пропаганды создания государства, живущего по шариатским законам. Важным представляется научная разработка вопросов того, насколько допустима в России смена ненасильственными путями (т.е. не запрещенными законом) основ конституционного строя на религиозные его основы.

4. Оперативно-боевые способы решения проблемы ваххабизма и салафизма, по мнению большинства исследователей, колеблются в диапазоне от нежелательных до недопустимых. По мнению автора, необходим отход именно от очевидно боевых способов (дающих быстрый, но краткосрочный результат), и переход более к оперативным, контрразведывательным, разведывательным, дипломатическим, политическим и пропагандистским способам. Представляется, что необходима и перестройка самой основы применения внутри страны по сути военных методов. Изучение современных достижений науки и практики спецслужб свидетельствует о возможности иных, мирных способов проведения спецопераций.

5. Стремление наладить сотрудничество с государством либо оказать на него активное влияние у религиозных идеологов не случайно. На нынешнем этапе российской истории сконцентрированы многие трудности идейно-политического характера: государство (власть) нуждается в своего рода «идеологическом обеспечении» своей деятельности; общество разобщено по многим признакам – социальным, политическим, религиозным и др. В сфере общественного сознания идет сложный процесс переосмысления прошлого страны. И в силах государства как наиболее влиятельного и авторитетного политического актора оказать влияние на современные религиозные процессы, наладить взаимодействие с религиозными объединениями на конструктивной основе, а не наоборот пасть их жертвой.

6. Злободневно обстоят дела и с выделением «криминальных религий». Несмотря на то, что «благодаря» ряду религиозных течений и религий, а также других идеологий, совершаются преступления, в современных гуманитарных науках не принято выделять «криминальные идеологии» и «криминальные религиозные идеологии» под предлогом того, что в целом идеи и идеологии запретить нельзя, что они способствуют развитию человеческого общества и т.д. По этой причине необходимо положить начало научному осмыслению конструкта «криминальные идеологии» и возможностей их выделения из всего массива идеологий вообще. В принципе, начало такой работе уже положено ФЗ «О противодействии терроризму», где прозвучал термин «идеология терроризма». И это верно, так как идея (идеология) всегда предшествует деянию (деятельности), и недостаточно реагировать только на результаты преступления. Автор предлагает расширить имеющуюся оперативно-розыскную теорию: «от работы с лицом к выявлению преступлению» (Жук О.Д.) к «от выявления идеи преступления к выявлению преступления».

7. Преступления террористического характера и экстремистской направленности на религиозной почве в России совершаются достаточно часто. Во многом этому способствует отсутствие нормативной базы в сфере обеспечения религиозной безопасности. В этих целях необходима доработка нормативной базы, положенной в основу профилактической составляющей общегосударственной системы борьбы с терроризмом. Также необходимо на законодательном уровне идентифицировать понятия традиционных религий, нетрадиционных религий, криминальных религий.

8. По мнению автора, следует на общегосударственном уровне официально провести ограниченное по времени (до 5 лет) объективное исследование проблематики криминальных ваххабизма и салафизма в аспекте их влияния на терроризм и экстремизм. В случае научного и юридического подтверждения взаимосвязи криминального ваххабизма и криминального салафизма с терроризмом, экстремизмом и сепаратизмом, необходимо идентифицировать их на официальном уровне (указать их отличия от ислама в целом, от течений в исламе, разграничить их с другими подвидами ваххабизма и салафизма)) и рассмотреть вопрос о запрете данных идеологий на территории России. Для части населения такое решение вопроса станет весьма значимым профилактирующим средством (так, по мнению В. Якупова – после того как была запрещена Хизбут-тахрир аль Ислами, ее представители стали вести себя в мечетях гораздо тише). Это тем более актуально в связи с ростом миграционных потоков из государств, уже столкнувшихся с проблемами ваххабизма и салафизма на своей территории. Запрет же отдельных организаций вопроса не решает, т.к. они воссоздаются под иными названиями или уходят в подполье.

9. Следует рассмотреть вопрос о возможности создания центра по изучению религий и религиозных течений на общегосударственном уровне, работу в котором строить на стыке различных научных исследований (в т.ч юридических), с учетом международного опыта и во взаимодействии с зарубежными государственными научными институтами.

10. Также необходимо решить вопрос о создании некой общегосударственной идеологии и доведения ее до сведения граждан страны. Конституция РФ в плане представления гражданам религиозных прав и свобод и распространения идеологий довольно либеральна. Но, установив свободу всех идеологий, она не установила целостную идеологию самого государства, традиционно свойственную России. И в этом плане главное направление работы – личности, общества и государства.

11. Требуется и повышение уровня координации и взаимодействия заинтересованных федеральных органов исполнительной власти в сфере противодействия религиозным экстремизму и терроризму (в настоящее эта сфера распределена между несколькими ведомствами), определение ответственного за организацию работы в этой сфере, законодательное закрепление обязанностей по обеспечению выполнения установленных обязанностей по противодействию религиозным терроризму и экстремизму в этих органах и установление ответственности за их неисполнение. В этом плане следует внимательно отнестись к опыту Саудовской Аравии, где создана т.н. «религиозная полиция».

12. Помимо указанных мер, нужны меры и общей профилактики, экономического, социального, политического и иного характера, повышение эффективности правоохранительных и следственных органов, а также судов (разработка алгоритмов составления приговоров, из которых бы были ясны проблемные ситуации, приведшие конкретного человека к совершению преступления).

Библиография
1.
Али-заде А. А. Исламский энциклопедический словарь. М.: Ансар, 2007. Эл.рес.: http://slovar-islam.ru/books/v.html/.
2.
А.-А. ибн Баз. Очерк о салафитском призыве и имаме М. ибн А.аль-Ваххабе. Эл.рес.: http://www.binbaz.org.sa/mat/10552/.
3.
Мантаев А. А. «Ваххабизм» и политическая ситуация в Дагестане. Дисс. …к.полит.н. М., 2002.
4.
Акаев В.Х. Суфизм в контексте арабо-мусульманской культуры. Автореферат дис. … д.философ.н. Ростов-на-Дону, 2004.
5.
Ваххабизм в России должен быть запрещен. Эл.рес.: http://muslem.ru/%d0%b2%d0%b0%d1%85%d1%85%d0%b0%d0%b1%d0%b8%d0%b7%d0%bc-%d0%b2-%d1%80%d0%be%d1%81%d1%81%d0%b8%d0%b8-%d0%b4%d0%be%d0%bb%d0%b6%d0%b5%d0%bd-%d0%b1%d1%8b%d1%82%d1%8c-%d0%b7%d0%b0%d0%bf%d1%80%d0%b5%d1%89/.
6.
A.H.Palazzi. The Islamists Have it Wrong. Эл.рес.: http://www.meforum.org/14/the-islamists-have-it-wrong.
7.
Там же.
8.
Аль-Кардави, Юсуп. Википедия. Эл.рес.: http://ru.wikipedia.org/wiki/%C0%EB%FC-%CA%E0%F0%E4%E0%E2%E8,_%DE%F1%F3%F4.
9.
Электрон.рес.: islamdag.ru›ljeideologii/2178.
10.
Силантьев Р.А. Россия ваххабитская. Эл.рес.: http://www.gazetanv.ru/article/?id=833.
11.
Баширов Л.А. Ислам в контексте этнополитических процессов в современной России : автореферат дис. ... д. философ.н.: 09.00.13. М., 2009.
12.
Нурутдинов И.И. Деконструирование девиантных практик: социологический анализ (на примере ваххабизма). Казань, 2012.
13.
Хайбулаев З.Х. Ваххабизм в исламе: Истоки и современность. Автореферат дисс. ..к.философ.н. Махачкала, 2001.
14.
Мантаев А. А. «Ваххабизм» и политическая ситуация в Дагестане. Дисс. … к.полит.н. М., 2002.
15.
Медов М.У. Терроризм в Российской Федерации и Западной Европе: основные причины и условия распространения/ Российский следователь, 2012, № 20; Станкевич Г.В. Терроризм под исламским прикрытием/ Общество и право, 2011, № 3; Колоколов Н.А. Терроризм не для присяжных/ЭЖ-Юрист, 2009, № 35; Метелев С. Международный терроризм: современные тенденции формирования/Законность, 2009, № 2 и др.
16.
Ваххабизм. Википедия. Эл.рес.: http://ru.wikipedia.org/wiki/%C2%E0%F5%F5%E0%E1%E8%E7%EC/
17.
Настольная книга атеиста. Под общ. ред. Сказкина С.Д. М., 1981.С. 76-78.
18.
Таджикистан: «Салафия» под запретом. К чему приведет запрет нового религиозного течения. Эл.рес.: http://www.kgcentr.info/?pid=4&cid=9&nid=671.
19.
A. H. Palazzi The Islamists Have it Wrong. Эл.рес.: http://www.meforum.org/14/the-islamists-have-it-wrong.
20.
Хайбулаев З. Х. Ваххабизм в исламе: истоки и современность. Дисс. … к. философ.н. (09.00.13), Махачкала, 2001. Об этом же свидетельствуют исследования таких авторов как Д. Костинер, Д. Пискатори, Д.Холден и др.
21.
Ваххабит шагает по стране. Эл.рес.: http://ria.ru/analytics/20130515/937476998.html.
22.
Шагавиев Д.А. Салафитская вероучительная литература в Татарстане. Эл.рес.: http://nac.gov.ru/files/Vestnik%20NAK%202012%207.pdf.
23.
И. О. Кошевой. Ислам против терроризма. // Национальная безопасность / nota bene. – 2010. – № 9.
24.
Г. В. Станкевич. Политический ислам: сущность, причины «возрождения». // Политика и Общество. – 2011. – № 3.
25.
К. А. Богатырев. Этноконфессиональное противостояние в Ферганской долине. // Национальная безопасность / nota bene. – 2011. – № 2.
26.
Пащенко И.В.. Глобальный Индекс Терроризма и ситуация на Северном Кавказе: мировые тенденции и региональные особенности // Национальная безопасность / nota bene. – 2013. – № 6. – С. 104-107. DOI: 10.7256/2073-8560.2013.6.10257.
27.
А. Э. Жалинский. Криминологическая характеристика терроризма в России // Национальная безопасность / nota bene. – 2012. – № 2. – С. 104-107.
28.
М. С. Музалевская. Исламская опасность: реакция британского общества и правительства на теракты 2005 г. в Лондоне // Политика и Общество. – 2012. – № 1. – С. 104-107.
29.
В. А. Соснин. Идеология Глобального Джихада как духовно-нравственная мотивация оправдания суицидального терроризма исламскими радикалами // Национальная безопасность / nota bene. – 2012. – № 1. – С. 104-107.
30.
Ф. Р. Солиев. Международный терроризм как международное преступное деяние // Право и политика. – 2011. – № 5.
31.
Е. С. Любарский. Ценностные ориентации идеологии терроризма. // Право и политика. – 2011. – № 3.
32.
Е. С. Любарский. Современный глобальный миропорядок как фактор расширения международного терроризма // Политика и Общество. – 2011. – № 4.
33.
А. А. Паненков. Проблемы борьбы с распространением идеологии международного терроризма, способствующей расширению социальной базы организованных преступных формирований на территории Российской Федерации // Национальная безопасность / nota bene. – 2011. – № 3. – С. 104-107.
34.
Т. М. Любимова, А. А. Данилова. Терроризм: лингвопрагматический анализ понятия // Национальная безопасность / nota bene. – 2011. – № 5. – С. 104-107.
35.
А. А. Паненков. Проблемы исполнения законодательства, направленного на обеспечение безопасности общего образования детей в Северо-Кавказском федеральном округе // Национальная безопасность / nota bene. – 2011. – № 4. – С. 104-107.
36.
Кузьмин А.В.. Правовая регламентация методов противодействии распространению экстремизма в молодежной среде // Полицейская деятельность. – 2012. – № 1. – С. 104-107.
37.
Х.В. Дзуцев, Ю.Ю. Синелина. Распространение религиозного течения ваххабизм в республиках Северо-Кавказского Федерального округа Российской Федерации: этносоциологический анализ // Национальная безопасность / nota bene. – 2013. – № 1. – С. 104-107. DOI: 10.7256/2073-8560.2013.01.9.
38.
К. А. Богатырев. Конфликт на Кавказе и геополитические особенности региона. // Национальная безопасность / nota bene. – 2009. – № 2.
39.
И. О. Кошевой. Ислам против терроризма. // Национальная безопасность / nota bene. – 2010. – № 9
40.
Паненков А.А. Криминологическая обусловленность государственной политики по борьбе с преступностью - залог успеха в борьбе с терроризмом и его финансированием в России // NB: Национальная безопасность. - 2012. - 1. - C. 1 - 54. URL: http://www.e-notabene.ru/nb/article_109.html
41.
Сочнев Д.В., Абасов М.М. Основные виды и наиболее распространенные формы международного терроризма // NB: Российское полицейское право. - 2013. - 2. - C. 91 - 108. DOI: 10.7256/2306-4218.2013.2.801. URL: http://www.e-notabene.ru/pm/article_801.html
42.
Пащенко И.В. Глобальный Индекс Терроризма и ситуация на Северном Кавказе: мировые тенденции и региональные особенности // Национальная безопасность / nota bene. - 2013. - 6. - C. 94 - 104. DOI: 10.7256/2073-8560.2013.6.10257.
43.
Мартыненко А.В. Основные тенденции развития интеллектуальной культуры ислама в Новое и Новейшее время // NB: Исторические исследования. - 2012. - 1. - C. 168 - 211. URL: http://www.e-notabene.ru/hr/article_328.html
44.
Соснин В.А. Духовно-религиозные основы суицидального терроризма: идеология Глобального Джихада как психологическая мотивация оправдания суицидального терроризма исламскими радикалами // NB: Национальная безопасность. - 2013. - 2. - C. 112 - 159. DOI: 10.7256/2306-0417.2013.2.614. URL: http://www.e-notabene.ru/nb/article_614.html
45.
Кутырев В.А. Идейные причины современного терроризма в мире и России // NB: Проблемы общества и политики. - 2012. - 3. - C. 1 - 33. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_303.html
46.
Сукиасян С.Г. Иллюзии и реальность современной цивилизации: уроки терроризма // NB: Психология и психотехника. - 2013. - 3. - C. 40 - 163. DOI: 10.7256/2306-0425.2013.3.298. URL: http://www.e-notabene.ru/psp/article_298.html
47.
Седых Н.С. К вопросу о психологических последствиях терроризма // NB: Психология и психотехника. - 2013. - 1. - C. 101 - 130. DOI: 10.7256/2306-0425.2013.1.229. URL: http://www.e-notabene.ru/psp/article_229.html
48.
Паненков А.А. Предварительный анализ реагирования правоохранительных органов и спецслужб на преступления террористической направленности в 2012 году и прогноз на 2013 год в России. Результаты научных исследований 2010-2012 гг. по борьбе с источниками финансирования терроризма в Республике Ингушетия (выводы и предложения) // NB: Национальная безопасность. - 2013. - 1. - C. 153 - 253. DOI: 10.7256/2306-0417.2013.1.326. URL: http://www.e-notabene.ru/nb/article_326.html
49.
Седых Н.С. Терроризм в контексте информационно-психологических угроз современности // NB: Национальная безопасность. - 2012. - 1. - C. 182 - 212. URL: http://www.e-notabene.ru/nb/article_163.html
50.
Седых Н.С. Психолого – политические особенности терроризма в условиях общества риска // NB: Проблемы общества и политики. - 2013. - 3. - C. 104 - 137. DOI: 10.7256/2306-0158.2013.3.525. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_525.html
References (transliterated)
1.
Ali-zade A. A. Islamskii entsiklopedicheskii slovar'. M.: Ansar, 2007. El.res.: http://slovar-islam.ru/books/v.html/.
2.
A.-A. ibn Baz. Ocherk o salafitskom prizyve i imame M. ibn A.al'-Vakhkhabe. El.res.: http://www.binbaz.org.sa/mat/10552/.
3.
Mantaev A. A. «Vakhkhabizm» i politicheskaya situatsiya v Dagestane. Diss. …k.polit.n. M., 2002.
4.
Akaev V.Kh. Sufizm v kontekste arabo-musul'manskoi kul'tury. Avtoreferat dis. … d.filosof.n. Rostov-na-Donu, 2004.
5.
Vakhkhabizm v Rossii dolzhen byt' zapreshchen. El.res.: http://muslem.ru/%d0%b2%d0%b0%d1%85%d1%85%d0%b0%d0%b1%d0%b8%d0%b7%d0%bc-%d0%b2-%d1%80%d0%be%d1%81%d1%81%d0%b8%d0%b8-%d0%b4%d0%be%d0%bb%d0%b6%d0%b5%d0%bd-%d0%b1%d1%8b%d1%82%d1%8c-%d0%b7%d0%b0%d0%bf%d1%80%d0%b5%d1%89/.
6.
A.H.Palazzi. The Islamists Have it Wrong. El.res.: http://www.meforum.org/14/the-islamists-have-it-wrong.
7.
Tam zhe.
8.
Al'-Kardavi, Yusup. Vikipediya. El.res.: http://ru.wikipedia.org/wiki/%C0%EB%FC-%CA%E0%F0%E4%E0%E2%E8,_%DE%F1%F3%F4.
9.
Elektron.res.: islamdag.ru›ljeideologii/2178.
10.
Silant'ev R.A. Rossiya vakhkhabitskaya. El.res.: http://www.gazetanv.ru/article/?id=833.
11.
Bashirov L.A. Islam v kontekste etnopoliticheskikh protsessov v sovremennoi Rossii : avtoreferat dis. ... d. filosof.n.: 09.00.13. M., 2009.
12.
Nurutdinov I.I. Dekonstruirovanie deviantnykh praktik: sotsiologicheskii analiz (na primere vakhkhabizma). Kazan', 2012.
13.
Khaibulaev Z.Kh. Vakhkhabizm v islame: Istoki i sovremennost'. Avtoreferat diss. ..k.filosof.n. Makhachkala, 2001.
14.
Mantaev A. A. «Vakhkhabizm» i politicheskaya situatsiya v Dagestane. Diss. … k.polit.n. M., 2002.
15.
Medov M.U. Terrorizm v Rossiiskoi Federatsii i Zapadnoi Evrope: osnovnye prichiny i usloviya rasprostraneniya/ Rossiiskii sledovatel', 2012, № 20; Stankevich G.V. Terrorizm pod islamskim prikrytiem/ Obshchestvo i pravo, 2011, № 3; Kolokolov N.A. Terrorizm ne dlya prisyazhnykh/EZh-Yurist, 2009, № 35; Metelev S. Mezhdunarodnyi terrorizm: sovremennye tendentsii formirovaniya/Zakonnost', 2009, № 2 i dr.
16.
Vakhkhabizm. Vikipediya. El.res.: http://ru.wikipedia.org/wiki/%C2%E0%F5%F5%E0%E1%E8%E7%EC/
17.
Nastol'naya kniga ateista. Pod obshch. red. Skazkina S.D. M., 1981.S. 76-78.
18.
Tadzhikistan: «Salafiya» pod zapretom. K chemu privedet zapret novogo religioznogo techeniya. El.res.: http://www.kgcentr.info/?pid=4&cid=9&nid=671.
19.
A. H. Palazzi The Islamists Have it Wrong. El.res.: http://www.meforum.org/14/the-islamists-have-it-wrong.
20.
Khaibulaev Z. Kh. Vakhkhabizm v islame: istoki i sovremennost'. Diss. … k. filosof.n. (09.00.13), Makhachkala, 2001. Ob etom zhe svidetel'stvuyut issledovaniya takikh avtorov kak D. Kostiner, D. Piskatori, D.Kholden i dr.
21.
Vakhkhabit shagaet po strane. El.res.: http://ria.ru/analytics/20130515/937476998.html.
22.
Shagaviev D.A. Salafitskaya verouchitel'naya literatura v Tatarstane. El.res.: http://nac.gov.ru/files/Vestnik%20NAK%202012%207.pdf.
23.
I. O. Koshevoi. Islam protiv terrorizma. // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2010. – № 9.
24.
G. V. Stankevich. Politicheskii islam: sushchnost', prichiny «vozrozhdeniya». // Politika i Obshchestvo. – 2011. – № 3.
25.
K. A. Bogatyrev. Etnokonfessional'noe protivostoyanie v Ferganskoi doline. // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2011. – № 2.
26.
Pashchenko I.V.. Global'nyi Indeks Terrorizma i situatsiya na Severnom Kavkaze: mirovye tendentsii i regional'nye osobennosti // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2013. – № 6. – S. 104-107. DOI: 10.7256/2073-8560.2013.6.10257.
27.
A. E. Zhalinskii. Kriminologicheskaya kharakteristika terrorizma v Rossii // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2012. – № 2. – S. 104-107.
28.
M. S. Muzalevskaya. Islamskaya opasnost': reaktsiya britanskogo obshchestva i pravitel'stva na terakty 2005 g. v Londone // Politika i Obshchestvo. – 2012. – № 1. – S. 104-107.
29.
V. A. Sosnin. Ideologiya Global'nogo Dzhikhada kak dukhovno-nravstvennaya motivatsiya opravdaniya suitsidal'nogo terrorizma islamskimi radikalami // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2012. – № 1. – S. 104-107.
30.
F. R. Soliev. Mezhdunarodnyi terrorizm kak mezhdunarodnoe prestupnoe deyanie // Pravo i politika. – 2011. – № 5.
31.
E. S. Lyubarskii. Tsennostnye orientatsii ideologii terrorizma. // Pravo i politika. – 2011. – № 3.
32.
E. S. Lyubarskii. Sovremennyi global'nyi miroporyadok kak faktor rasshireniya mezhdunarodnogo terrorizma // Politika i Obshchestvo. – 2011. – № 4.
33.
A. A. Panenkov. Problemy bor'by s rasprostraneniem ideologii mezhdunarodnogo terrorizma, sposobstvuyushchei rasshireniyu sotsial'noi bazy organizovannykh prestupnykh formirovanii na territorii Rossiiskoi Federatsii // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2011. – № 3. – S. 104-107.
34.
T. M. Lyubimova, A. A. Danilova. Terrorizm: lingvopragmaticheskii analiz ponyatiya // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2011. – № 5. – S. 104-107.
35.
A. A. Panenkov. Problemy ispolneniya zakonodatel'stva, napravlennogo na obespechenie bezopasnosti obshchego obrazovaniya detei v Severo-Kavkazskom federal'nom okruge // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2011. – № 4. – S. 104-107.
36.
Kuz'min A.V.. Pravovaya reglamentatsiya metodov protivodeistvii rasprostraneniyu ekstremizma v molodezhnoi srede // Politseiskaya deyatel'nost'. – 2012. – № 1. – S. 104-107.
37.
Kh.V. Dzutsev, Yu.Yu. Sinelina. Rasprostranenie religioznogo techeniya vakhkhabizm v respublikakh Severo-Kavkazskogo Federal'nogo okruga Rossiiskoi Federatsii: etnosotsiologicheskii analiz // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2013. – № 1. – S. 104-107. DOI: 10.7256/2073-8560.2013.01.9.
38.
K. A. Bogatyrev. Konflikt na Kavkaze i geopoliticheskie osobennosti regiona. // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2009. – № 2.
39.
I. O. Koshevoi. Islam protiv terrorizma. // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. – 2010. – № 9
40.
Panenkov A.A. Kriminologicheskaya obuslovlennost' gosudarstvennoi politiki po bor'be s prestupnost'yu - zalog uspekha v bor'be s terrorizmom i ego finansirovaniem v Rossii // NB: Natsional'naya bezopasnost'. - 2012. - 1. - C. 1 - 54. URL: http://www.e-notabene.ru/nb/article_109.html
41.
Sochnev D.V., Abasov M.M. Osnovnye vidy i naibolee rasprostranennye formy mezhdunarodnogo terrorizma // NB: Rossiiskoe politseiskoe pravo. - 2013. - 2. - C. 91 - 108. DOI: 10.7256/2306-4218.2013.2.801. URL: http://www.e-notabene.ru/pm/article_801.html
42.
Pashchenko I.V. Global'nyi Indeks Terrorizma i situatsiya na Severnom Kavkaze: mirovye tendentsii i regional'nye osobennosti // Natsional'naya bezopasnost' / nota bene. - 2013. - 6. - C. 94 - 104. DOI: 10.7256/2073-8560.2013.6.10257.
43.
Martynenko A.V. Osnovnye tendentsii razvitiya intellektual'noi kul'tury islama v Novoe i Noveishee vremya // NB: Istoricheskie issledovaniya. - 2012. - 1. - C. 168 - 211. URL: http://www.e-notabene.ru/hr/article_328.html
44.
Sosnin V.A. Dukhovno-religioznye osnovy suitsidal'nogo terrorizma: ideologiya Global'nogo Dzhikhada kak psikhologicheskaya motivatsiya opravdaniya suitsidal'nogo terrorizma islamskimi radikalami // NB: Natsional'naya bezopasnost'. - 2013. - 2. - C. 112 - 159. DOI: 10.7256/2306-0417.2013.2.614. URL: http://www.e-notabene.ru/nb/article_614.html
45.
Kutyrev V.A. Ideinye prichiny sovremennogo terrorizma v mire i Rossii // NB: Problemy obshchestva i politiki. - 2012. - 3. - C. 1 - 33. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_303.html
46.
Sukiasyan S.G. Illyuzii i real'nost' sovremennoi tsivilizatsii: uroki terrorizma // NB: Psikhologiya i psikhotekhnika. - 2013. - 3. - C. 40 - 163. DOI: 10.7256/2306-0425.2013.3.298. URL: http://www.e-notabene.ru/psp/article_298.html
47.
Sedykh N.S. K voprosu o psikhologicheskikh posledstviyakh terrorizma // NB: Psikhologiya i psikhotekhnika. - 2013. - 1. - C. 101 - 130. DOI: 10.7256/2306-0425.2013.1.229. URL: http://www.e-notabene.ru/psp/article_229.html
48.
Panenkov A.A. Predvaritel'nyi analiz reagirovaniya pravookhranitel'nykh organov i spetssluzhb na prestupleniya terroristicheskoi napravlennosti v 2012 godu i prognoz na 2013 god v Rossii. Rezul'taty nauchnykh issledovanii 2010-2012 gg. po bor'be s istochnikami finansirovaniya terrorizma v Respublike Ingushetiya (vyvody i predlozheniya) // NB: Natsional'naya bezopasnost'. - 2013. - 1. - C. 153 - 253. DOI: 10.7256/2306-0417.2013.1.326. URL: http://www.e-notabene.ru/nb/article_326.html
49.
Sedykh N.S. Terrorizm v kontekste informatsionno-psikhologicheskikh ugroz sovremennosti // NB: Natsional'naya bezopasnost'. - 2012. - 1. - C. 182 - 212. URL: http://www.e-notabene.ru/nb/article_163.html
50.
Sedykh N.S. Psikhologo – politicheskie osobennosti terrorizma v usloviyakh obshchestva riska // NB: Problemy obshchestva i politiki. - 2013. - 3. - C. 104 - 137. DOI: 10.7256/2306-0158.2013.3.525. URL: http://www.e-notabene.ru/pr/article_525.html
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"