Статья 'Практическая направленность психодерматоглифического метода в диагностике криминального поведения' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Практическая направленность психодерматоглифического метода в диагностике криминального поведения

Бадиков Константин Николаевич

кандидат юридических наук

доцент, кафедра гражданско-правовых дисциплин, Российская таможенная академия

690024, Россия, Приморский край, г. Владивосток, ул. Абрикосовая, 5а

Badikov Konstantin Nikolaevich

PhD in Law

Associate professor of the Department of Civil and Legal Disciplines at Vladivostok Branch at Russian Customs Academy

690024, Russia, Primorskii krai, g. Vladivostok, ul. Abrikosovaya, 5 a

Badikovk@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2305-9699.2013.10.9771

Дата направления статьи в редакцию:



Дата публикации:

1-10-2013


Аннотация.

Интеграция Российской Федерации в мировое сообщество невозможна без повышения эффективности расследования преступлений. Внедрение инновационных методов в криминалистическую тактику связано с индивидуальным подходом к личности. Важным качеством дерматоглифических экспертиз в трасологии, стала их диагностическая направленность и возможность построения психологического профиля.Отечественная психологическая наука рассматривает поведение с позиций психопатологии или социально-психологического статуса личности. В психодерматоглифическом исследовании отклоняющееся поведение рассматривается в рамках интегрального подхода к проявлению психических процессов и состояний. При рассмотрении личности как сложной интегральной системы, отклоняющееся поведение на морфологическом уровне проявляется в определенных маркёрах дисморфологии – частных признаках дерматоглифики. Названный подход, с одной стороны, указывает на единство биологического и социального в поведении (девиантного, в том числе), с другой – единство морфологии и психологии человека. В итоге, для психодерматоглифического экспертного исследования особое значение приобретает интеграция «ЦНС – морфология – поведение», обусловленная функциональной билатерализацией мозга с позиций гемодинамики и специализации отдельных полушарий в онтогенезе.

Ключевые слова: Дерматоглифы, психика, поведение, отпечаток, маркёр, преступник, криминалистика, интеграция, расследование, психомодель

Abstract.

Integration of the Russian Federation into the global community is impossible without providing for greater efficiency of crime investigation. Introduction of innovative methods into the forensic tactics is related to the individual approach to personality.  An important quality of dermatoglyphic expertise within the trasology framework is their diagnostic vector and the possibility for the formation of psychological profile.  The Russian psychological science evaluates the behavior from the psychopathology standpoint or from the standpoint of social and psychological status of a person.  The psychodermatoglyphic studies regard deviant behavior within the integral approach to psychological processes and conditions.  Evaluating a personality as a complicated integrated system, one may find deviant behavior showing itself in certain dismorphological markers - certain dermatoglyphic characteristics.  The said approach shows correlation between biological and social behavior elements (including deviant ones), and it also shows unity of morphology and psychology of a person. As a result, the integration of the "central nervous system - morphology - behavior" gains special value for psychodermatoglyphic expertise, and it is due to functional bilaterization of brain from the standpoints of hemodynamics and specialization of brain hemispheres within the ontogenesis framework.

Keywords:

dermatoglyphs, psyche, behavior, print, marker, criminal, forensic studies, integration, investigation, psychomodel

Современные исследования дерматоглифики по выявлению психических свойств и состояний личности связаны с анализом папиллярных узоров и распределением узоров на пальцах. В частности, в 2003 году были получены результаты о взаимосвязи соматотипа, дерматоглифических узоров и некоторых психодинамических характеристик личности [1, С. 171-173].

Результаты наших исследований отражают иную грань дерматоглифики. А именно, ее корреляцию с мозговой организацией, психологией личности и частными признаками папиллярных линий.

Следы рук выступают наиболее информативным объектом идентификационных, классификационных и диагностических криминалистических экспертиз. Современное состояние разработанности проблем построения поисковой криминалистической модели личности (ПКМЛ или психологического профиля) в следственной и судебно-экспертной практике формирует необходимость дальнейших исследований, направленных на диагностику морфо-функционального потенциала личности и совершенствование ее методики.

Особый диагностический интерес в системе психодерматоглифической диагностики представляют пограничные нервно-психические расстройства (ПНПР). Среди ПНПР значительный поисково-диагностический потенциал имеют минимальные дисфункции мозга (МДМ) часто выступающие основанием снижения уровня социальной адаптации.

Психогенетические связи, передающиеся по наследству заболевания для психодерматоглифики выступают в качестве диагностических интегрально-интегративных параллелей. Нозология имеет непосредственное отношение к поведению. Определенные нозологические и психологические корреляции служат источником построения психологического профиля в психодерматоглифике.

Для построения ПКМЛ диагностический интерес представляют практически все заболевания ЦНС и вегетативной нервной системы (ВНС), имеющие даже минимальные клинические, в том числе и патохарактерологические признаки, так или иначе влияющие на поведение.

Минимальные дисфункции мозга (МДМ) и патология ЦНС могут иметь непосредственное отношение к личности преступника. «Такие резидуальные повреждения часто становятся своего рода переходным этапом между острым и хроническим поражением мозга, классифицируются у детей как энцефалопатии, а у взрослых, – как врожденная слабость нервной системы. Они как раз и составляют основу МДМ» [2, С. 164]. «Сравнительные наблюдения над поведением доношенных и недоношенных детей установили связь нарушений поведения с локализацией мозговых патологий, которые называются легкими и минимальными дисфункциями мозга (ЛДМ или МДМ)» [2, С. 163].

Результаты наших исследований подчеркивают роль и значение дерматоглифики дистальных фаланг первых пальцев рук при установлении психической и неврологической патологии. Дифференциальные критерии психиатрической и неврологической нозологии анализировались нами с позиций интегрально-интегративного подхода к психодиагностике по отпечаткам дистальных фаланг первых пальцев рук.

При построении ПКМЛ мы исходим из новейшей концепции этиологии психических заболеваний [3]. В контексте причинности любое психическое заболевание, коррелирует с болезнью головного мозга. А клиническая персонология, в свою очередь, является непременным условием успешного выявления и квалификации психических и неврологических симптомов при построении психологического профиля. Соответственно, в рамках психодерматоглифического исследования, наличие/отсутствие соответствующих нозологических и психологических паттернов позволяет делать выводы в отношении специфики индивидуального поведения – осуществлять психодиагностическую диагностику.

В рамках психодерматоглифической диагностики дифференциальные критерии нормы/патологии определены нами в системе морфологии/дисморфологии частных дерматоглифических признаков и социальной адаптации носителя, уровень которой связан с наличием/отсутствием патологии психики и ее различных клинических форм и видов. Причем, перечень нозологических единиц мозговой патологии и резидуальных поражений мозга дает широкое поле к поиску их психодерматоглифических маркёров.

Анализ и выявление психодерматоглифического маркёра криминального поведения и частных психодерматоглифических маркёров видов преступлений осуществлялся нами с учетом данных о врожденной патологии развития ЦНС и психики, а также их минимальных клинических форм. Статистический анализ частных дерматоглифических признаков определил их рейтинг среди отпечатков пальцев насильственных и корыстных преступников (дактилоскопический массив ИЦ УВД ПК).

На основании статистического анализа более трех тысяч дактилокарт первых пальцев рук (ИЦ УВД ПК) выявлено преобладание определенной совокупности частных дерматоглифических признаков – минуций среди различных категорий преступников. Названные совокупности отражают, как общие, характерные для типично криминальной личности, так и индивидуальные минуции видов преступлений. Первые характеризуют общую криминальную направленность личности, индивидуальные связаны с видовыми особенностями совершенных преступлений.

В целом, для криминального поведения характерны следующие одиннадцать частных признаков:

  • «островок» в центре папиллярного узора;
  • количество «островков», расположенных в центральной и периферической части узора более трех;
  • деформация двух и более папиллярных линий центральной части узора;
  • деформация двух и более папиллярных базового потока папиллярных линий
  • смещение центра папиллярного узора вверх-вниз по оси координат;
  • смещение центра папиллярного узора в радиальную или ульнарную часть;
  • частный дерматоглифический признак в форме трезубца с двух сторон («Ж»);
  • различный ГС (три и более папиллярных линии) в радиальной и ульнарной частях узора;
  • деформация дельты;
  • деформация верхней части (двух и более папиллярных линий) центрального участка папиллярного узора в форме конуса;
  • ГС базовых папиллярных линий, расположенных по средней линии узора, составляет 3-4 папиллярных линий (первая не считается).

В рамках получения психодерматоглифических маркёров различных видов преступлений выявлены частные признаки дерматоглифики. Для рецидива насильственного преступления и совершения его в состоянии аффекта характерны:

а) несбалансированность удаленности центра узора от дельты в радиальной и ульнарной частях узора;

б) деформация дельты;

в) несовпадение угла папиллярного узора гомогенных пальцев на 20-30°;

г) низкое расположение узора (при аффекте) [4, С. 127, 128].

Для дерматоглифики лиц, совершивших убийство (ст. 105 УК РФ) характерно:

а) несовпадение угла, проведенного через центр узора на гомогенных пальцах;

б) высоко расположенные петлевые узоры;

г) не симметричность узора [4, С. 128].

Для убийц характерно: высоко расположенные петлевидные узоры – 80%; не симметричность завиткового узора – 80%; несовпадение угла папиллярного узора гомогенных пальцев на 20-30° [4, С. 130]. В монографии 2012 года, данный вывод трансформирован как «смещение центра папиллярного узора (фактический центр) относительно центра отпечатка (формальный центр)». С нашей точки зрения, выявленное смещение является психодерматоглифическим маркёром минимальной дисфункции мозга (МДМ), формирующей не адекватную психическую реакцию на внешнее раздражение [5, С. 39, 229, 253-254].

Для корыстно-насильственного типа частными дерматоглифическими признаками являются: «островок» или «островки», расположенные на всех участках узора; совокупность папиллярных линий в форме трезубца с двух сторон («Ж»). Среди отпечатков пальцев рук убийц выявлено: «островок» в центре узора; деформация папиллярных линий в центре папиллярного узора; выступ в верхней части папиллярного узора в форме конуса; деформация папиллярных линий, составляющих базовый поток [6, С. 23, 70, 100].

Для дерматоглифики лиц, признанных невменяемыми характерно:

низко расположенный узор;

сложный, комбинированный, не сбалансированный тип узора;

деформация папиллярных линий на всех участках узора;

деформация папиллярных линий в форме выступа в верхней части головки узора.

Среди частных дерматоглифических признаков социально опасного преступника:

диссоциация типа «пунктирные гребешки»;

центр узора – «островок», наличие двух и более островков в центре узора;

увеличение количества «островков» по периферии узора. Для лиц с устойчивой психикой и высоким уровнем адаптации данные признаки не отмечаются [7, С. 71-72, 83-85].

Инновационный интегрально-интегративный подход к построению психологического профиля психодерматоглифическим методом отражает концептуальные положения генетической, нейропсихологической и психофизиологической науки. Существуют прямые и корреляционные связи между кожной, нервной, эндокринной и сердечно-сосудистой системами. Результаты генетических исследований подтверждают модулирующий эффект этих систем друг на друга. Особое диагностическое значение для повышения эффективности расследования преступлений имеет коррелятивная связь между врожденной аномалией развития и сдвигами в дерматоглифике [8, С. 33].

Информация о физиологическом и психическом состоянии носителя следов расширяет ПКМЛ нозологической составляющей и формирует целостное представление о его высших психических функциях. Приоритеты в психодерматоглифическом исследовании отданы анализу поведенческих особенностей лиц, страдающих патологией ВНД, ВНС, синдромальной патологией ЦНС и МДМ (СДВГ). Построение психологического профиля психодерматоглифическим методом осуществляется с позиций нозографического подхода, в рамках психологической и медицинской диагностики. Целью применения метода является получение, как идентификационной, так и диагностической криминалистически значимой информации.

Современные психогенетические исследования показали интегральную природу дерматоглифики [9]. Нервная система и дерматоглифические структуры подчиняются одним и тем же законам и принципам. Тем самым, при построении ПКМЛ психодерматоглифическим методом, сохраняется возможность применения междисциплинарных методов исследования, используемых при осуществлении судебных психолого-психиатрических и судебно-дерматоглифических экспертиз.

Теоретические основы нейропсихологии, фундаментальные механизмы функциональной асимметрии полушарий и механизмы интегративной деятельности мозга [10], позволили нам расширить понимание психодерматоглифических корреляций при построении психологического профиля. Особый диагностический статус дерматоглифики, ее междисциплинарный характер требует разработки собственных методов исследования. В исследованиях мы опираемся на базовый метод – метод корреляционного анализа. Его применение основано на двух принципах. Первый, отражает связь всех элементов системы (органов и систем) в единый комплекс или организм. Второй – подчинение всех элементов системы центральной нервной системе (ЦНС), которая имеет кросскорреляционные связи со всей совокупностью частных признаков организма.

Дерматоглифика отражает кросскорреляционные связи различных элементов целого, т.е. человеческого организма: морфологии головного мозга – эндокринной системы – нервной системы – физиологии мозга – дерматоглифики. Индивидуальные особенности организма связаны с уровнем функционирования его отдельных элементов (органов и систем). Результатом функционирования элементов системы является поведение или социально значимая последовательность действий человека.

Учет кросскорреляционных связей любого элемента целого позволяет диагностировать состояние отдельных частей системы независимо от его положения в системе признаков. Особую диагностическую значимость психодерматоглифическому методу придает стереотаксическое моделирование структур мозга и их проекция на отпечаток дистальных фаланг первых пальцев рук. В данном контексте, возникает возможность последовательного и послойного анализа всех диагностических систем, для построения развернутой ПКМЛ, которая содержит морфо-функциональную, биохимическую, нозологическую, психологическую и иную информацию о человеке и его личности.

С диагностических позиций поведение представляет собой знаковую систему отображения поведения (поступки, слова, жесты и т.п.), опосредованную определенными символами (рисунки, написание букв, личная подпись). Данная концепция устойчива к системе представлений А.Р. Лурия и Л.С. Выготского о знаковой структуре сознания [11]. В психодерматоглифическом исследовании дерматоглифы так же выступают как знаковая система. Она характеризуется качественными и количественными дерматоглифическими признаками.

Знаковая система психодерматоглифического исследования не рассматривает всю совокупность дерматоглифических признаков десяти пальцев рук и папиллярных узоров ладонной поверхности. Заявленный подход связан со значительным количеством разнообразной информации, заложенной в дерматоглифке всей ладонной поверхности кистей рук, переработка и анализ которой под силу крупному НИИ. Кроме того, научные данные и опыт работы с дерматоглификой первых пальцев рук позволяет нам сделать вывод о соотнесении дерматоглифики дистальных фаланг первых пальцев рук со структурами головного мозга.

Психодерматоглифический анализ направлен на получение такого объема информации, который бы в полной мере отвечал требованиям расследования, следствия и суда. Психодерматоглифический метод, как теория и способ построения психологического профиля (ПКМЛ), основан на достижениях нейропсихологической науки в области картирования мозга и его стереотаксической модели в системе координат отпечатка первого пальца руки.

«Данные о физиологическом обеспечении психических процессов все шире используется в философии для решения проблем материальных основ идеального» [12, С. 7]. Для реализации задач криминалистической диагностики эти слова выдающегося нейрофизиолога Н.П. Бехтеревой подчеркивают роль и значение системных физиологических и биохимических сдвигов в формировании высших функций мозга человека и патогенезе ряда заболеваний ЦНС. Фактически, указано на необходимость применения комплексного подхода при осуществлении диагностических исследований, в общем, и знаковой системе психодерматоглифики, в частности.

Диагностическая составляющая психодерматоглифики активно использует достижения нейрофизиологии и нейропсихологии. Результаты исследований подчеркивают роль и влияние биохимических процессов на поведение. Ведущие системы нейрогуморальной регуляции жизнедеятельности организма включаются в процессы формирования мозгового обеспечения разнообразных функций, определяют уровни адаптации к внешним факторам. Учет и анализ нейропсихологических основ картирования структур мозга, значение системных корреляций мозговых зон при их повреждении, постепенно формирует целостное представление о психодерматоглифике, как направлении научных исследований, подчинённым задачам выявления «проблемных точек», позволяющих диагностировать индивидуальные особенности функционирования ЦНС и ВНС для построения ПКМЛ.

При производстве дерматоглифических и дактилоскопических экспертиз специалисты в области судебной медицины и психогенетики, исследователи морфологической конституции человека акцентируют внимание на дерматоглифическом фенотипе. Как правило, учет дерматоглифических минуций осуществляется только в рамках классической идентификации. Знаковая система дерматоглифических минуций, их психо-диагностическая составляющая изучена мало.

Именно морфология папиллярных линий дистальных фаланг, их качественные, количественные параметры и стереотаксические проекции отражают значимость психодерматоглифческих связей для построения развернутой ПКМЛ. Психодерматоглифический метод ориентирован на изучение и анализ локальных объектов – частных признаков дерматоглифики, опосредующих вывод о морфо-функциональном потенциале человека. Посредством анализа кросскорреляционных соотношений морфологии папиллярного узора и нейропсихологических основ теории системной локализации высших психических функций [13] создается ПКМЛ, отражающая психологию индивидуальных различий.

В современной науке поле методологических исследований значительно изменилось. Это связано с концепцией социо-культурной обусловленности философской науки [14]. В целях построения психологического профиля психодерматоглифика использует общенаучный метод познания, применяемый в физиологических исследованиях регуляции психических функций [11, 12, 13].

Особый, междисциплинарный объект – морфология папиллярного узора, состоящий из множественности требует применения специального метода, реализующего классификационный и статистический компонент дерматоглифики в автоматическом режиме. Объем данных, получаемых при осуществлении психодерматоглифического метода, потребовал инноваций в программное обеспечение по распознаванию и статистике образов – минуций. В целях расширения возможностей психодерматоглифики разработана новая версия программы распознавания образов быстрого проектирования DELPHI (автор разработки В.В. Радовский, 2012 г.). Авторская программа распознавания образов успешно применяется параллельно со статистической программой SPSS.

Пальцевые узоры, выступая в качестве маркёров гипоталамо-гипофизарного комплекса, который является стержнем конституции, а энергетический, репродуктивный и адаптационный гомеостаты имеют морфогенетические связи с типами пальцевых узоров [15], определяют концептуальные положения построения психологического профиля психодерматоглифическим методом. Именно связь между адаптационным гомеостатом и пальцевыми узорами – основа к пониманию диагностического потенциала следов рук.

Особенности построения психологического профиля психодерматоглифическим методом больше связаны с выявлением локальных зон мозга и признаков дисморфологии папиллярного узора при различной врожденной и приобретенной патологии ЦНС, чем с идентификацией и классификацией, традиционно проводимых в дактилоскопии. Результаты исследований нейрохимических корреляций мозгового обеспечения психических функций, позволили получить принципиально новые сведения, касающиеся изменения функционального состояния мозга человека, как под воздействием факторов внешней среды, так и при изменении внутреннего гомеостаза [16]. Информация определяет значение функциональных систем и одновременно позволяет диагностировать проявление в психике человека врожденного типа нервной деятельности, некоторые психические состояния и психические свойства, характеризующие личность как социально адаптированную, так и многообразные формы аномального, девиантного поведения личности [17].

При построении психологического профиля учитывается социальное поле в котором находился, может находиться или находится субъект поиска. В анализ психомодели поведения включается «стойкость аффекта», т.е. пластичность функций ЦНС и способность личности к адаптации в новой социо-культурной среде. Таким образом, в психодерматоглифике прослеживается не только специфичность метода и объекта исследования. Так же видны междисциплинарные связи психодерматоглифики и комплексный характер экспертных исследований.

Учет интегрально-интегративных связей дерматоглифики расширяет возможности дактилоскопических экспертиз. Привлечение частных признаков папиллярных линий для построения психологического профиля, их статистические, пространственные и качественные показатели позволяют установить психодиагностический потенциал личности. Тем самым, по сравнению с традиционной дактилоскопической экспертизой объект психодерматоглического исследования приобретает широкие диагностические возможности.

Диагностика психических свойств и состояний по следам рук является новым и перспективным научным направлением в системе криминалистической диагностики. Смещение акцента с криминалистической идентификации частных признаков папиллярного узора на их диагностически важные характеристики определяют границы психодерматоглифики. Выявленные корреляции нейропсихологической синдромальной патологии, ее степени, очага поражения в системе первичных, вторичных и третичных цитоархитектонических полей коры головного мозга и частных признаков папиллярного узора, позволили нам сформулировать принципы стереотаксического картирования папиллярных узоров.

Несмотря на специфику объекта исследования, перед психодерматоглификой стоит традиционная задача науки – выявлять принципы, в соответствии с которыми, изменяются и развиваются объекты [18, С. 40]. Анализ дерматоглифики с позиций интегрально-интегративного статуса объекта определен тем, что, как и головной мозг, дерматоглифы не могут представлять только один компонент – морфологию минуций или статистику папиллярных линий и характеризовать лишь одно качество или свойство. Современными диагностическими методами получены данные о функциональной корреляции кожной, эндокринной, нервной и сердечно-сосудистой систем, психологии и физиологии. Подчеркнуто наличие и значение психодерматоглифических связей. Результаты наших исследований подчеркивают роль и значение частных признаков папиллярных линий (минуций), маркёров дизэмбриогенеза ЦНС, дисморфологии папиллярных линий и внешних признаков ННСТ в построении ПКМЛ (психологического профиля).

Рост психической патологии среди лиц, совершивших преступление, увеличение количества не мотивированных преступлений, общее снижение уровня раскрываемости преступлений, определяет необходимость применения современных, интегральных подходов в работе со следами рук. Структура психологического профиля может содержать клинические, нозологические, биохимические и иные характеристики, в дополнение к традиционному психологическому портрету личности.

Междисциплинарный подход к анализу морфологии папиллярного узора формирует представление о морфофункциональных, психологических и социальных характеристиках носителя следов. Предложенный подход ориентирован на личность как интегральную модель, которая представляет собой сложную динамическую систему, состоящую из морфофункциональных элементов. Интегрально-интегративное понимание объекта психодерматоглифических экспертиз отражает представление о генетически обусловленном влиянии врожденной мозговой патологии, ее минимальных клинических форм на выбор противоправного поведения.

Библиография
1.
Вихрук Т.И., Вихрук А.Я., Курьянович Е.Н. Особенности соматотипа, дерматоглифических узоров и некоторых психодинамических характеристик курсантов ВИФКа // Труды научной конф., посвящ. 80-летию со дня рождения проф. Е.А. Дыскина. – СПб. – 2003. – С. 171-173.
2.
Фесенко Ю.А. Пограничные нервно-психические расстройства у детей. – СПб. : Наука и Техника. – 2010.-С. 164.
3.
Сметанников П.Г. Психиатрия: Руководство для врачей. – Изд. 6-е, перераб. и доп. – М.: Медицинская книга. 2007.
4.
Дерматоглифические исследования в методике построения поисковой криминалистической модели личности / Изд-во ВФ РТА, 2003 – С. 127, 128.
5.
Психодерматоглифический метод комплексного исследования следов рук: понятия, методика, перспективы развития / Изд-во LAMBERT Academic Publisinq, 2012. С. 39, 229, 253-254.
6.
Психодерматоглифика как интегральная модель морфофункционального потенциала человека» (ДСП) / Изд-во ВФ РТА, 2007. – С. 23, 70, 100).
7.
Психодерматоглифика: понятие, системы, методики: монография. Изд-во Дальневост. федер. ун-та. 2011. С. 71-72, 83-85.
8.
Гусева И.С. Пальцевые узоры человека. Морфология. Морфогенез. Генетика. Дерматоглифика как маркёр в медицинской и спортивной антропологии /И.С. Гусева. – Минск: ФУАинформ, 2010. С.33.
9.
Никитюк Б.А. Генетические маркёры и проблемы конституции // Генетические маркёры в антропологии и медицине. – Хмельницкий, 1988. – С. 4-19; Негашева М.А. Морфологическая конституция человека в юнешеском периоде онтогенеза (интегральные аспекты): автореф. дисс. докт биол. наук. – М.: МГУ, 2008. С.48.; Гусева И.С. Пальцевые узоры человека. Морфология. Морфогенез. Генетика. Дерматоглифика как маркёр в медицинской и спортивной антропологии /И.С. Гусева. – Минск: ФУАинформ, 2010.
10.
Лурия А.Р. Мозг человека и психические процессы. – М.: Педагогика, 1963. Т.1; 1979. Т.2.
11.
Выготский Л.С., Лурия А.Р. Этюды по истории поведения (обезьяна, примитив, ребенок). – М.: Л., 1931; Лурия А.Р. Язык и сознание. – М.: МГУ, 1979.
12.
Бехтерева Н.П. Здоровый и больной мозг человека/ Н.П. Бехтерева; под ред. С.В. Медведева. – М.: АСТ; СПб: Сова; Владимир: ВКТ, 2010. С. 7.
13.
Лурия А.Р. Высшие корковые функции человека и их нарушение при локальных поражениях мозга. – М.: МГУ, 1962.
14.
Степин В.С. Становление научной теории. – Минск, 1976.
15.
Гусева И.С. Генетические проблемы в дерматоглифике. Дисс. докт. биол. наук. – Минск, 1982; Гусева И.С. Пальцевые узоры человека. Морфология. Морфогенез. Генетика. Дерматоглифика как маркёр в медицинской и спортивной антропологии / И.С. Гусева. – Минск: ФУАинформ, 2010. С.238.
16.
Бехтерева Н.П., Бундзен П.В., Гоголицын Ю.Л. Мозговые коды психической деятельности. Л.: Наука, 1977; Бехтерева Н.П., Бундзен П.В., Гоголицын Ю.Л., Каяплуновский А.С., Малышев В.И. Принципы организации нервного кода индивидуально-психической деятельности // Физиология человека. 1956. Т. 1. С. 55-58; Бехтерева Н.П., Дамбинова С.А. и др. // Физиология человека. 1984. Т. 10. С. 1092-1100; Разумникова О.М. Отражение личностных свойств в функциональной активности мозга / О.М. Разумникова. – Новосибирск: Наука, 2005.
17.
Платонов К.К. Структура и развитие личности. – М. – 1986; Семке В.Я. Основы персонологии. М.: Академический Проект, 2001. С. 476.
18.
Степин В.С. Теоретическое знание. – М.: «Прогресс-Традиция», 2000. С.40.
19.
Бадиков К.Н., Яровенко В.В. Возрастные и нозологические корреляции старения при проведении психодерматоглифических исследований //"NOTA BENE: Вопросы права и политики" № 5-2012. http://e-notabene.ru/author_menu.php;
20.
Яровенко В.В. Дерматоглифические особенности личности в контексте детерминации преступности / Байкальский криминологический журнал. 2013. № 1.
21.
В.В. Щербаков, М.Н. Александров. Правовая характеристика обязательной государственной дактилоскопической регистрации в свете положений Концепции национальной безопасности РФ. // Право и политика. – 2003. – № 4.
22.
Т.В. Яровенко, Е.А. Григорян. Применение технологии и фиксации при проведении следственных действий. // Право и политика. – 2008. – № 8.
23.
В. В. Яровенко. Понятие криминалистической дерматоглифики // Право и политика. – 2011. – № 3.
24.
В. В. Яровенко. Криминалистическая характеристика предметов, используемых в качестве оружия совершения преступления // Право и политика. – 2012. – № 3. – С. 104-107.
25.
К. Н. Бадиков. Определение возраста субъекта методами психодерматоглифического исследования // Право и политика. – 2012. – № 8. – С. 104-107.
26.
К. Н. Бадиков. Психодерматоглифический метод в теории и практике построения поисковой криминалистической модели личности // Право и политика. – 2012. – № 6. – С. 104-107
27.
Бадиков К.Н., Яровенко В.В. Возрастные и нозологические корреляции старения при проведении психодерматоглифических исследований // NB: Вопросы права и политики.-2012.-5.-C. 196-217. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_368.html
28.
Яровенко В.В. Криминалистическая дерматоглифика: // NB: Вопросы права и политики.-2013.-4.-C. 351-372. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.4.587. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_587.html
29.
К. Н. Бадиков Психодерматоглифический метод в теории и практике построения поисковой криминалистической модели личности // Право и политика.-2012.-6.-C. 1053-1061
30.
Бадиков К.Н. Психодерматоглифика в клинической персонологии лиц с противоправным поведением // NB: Вопросы права и политики. — 2013.-№ 7.-С.148-167. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.7.8823. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_8823.html
31.
Яровенко В.В., Бадиков К.Н. К вопросу о психологической дерматоглифики // NB: Вопросы права и политики. — 2013.-№ 6.-С.351-364. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.6.757. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_757.html
32.
Бадиков К.Н. Психодерматоглифический профиль "серийных" убийц // NB: Вопросы права и политики. — 2013.-№ 5.-С.247-267. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.5.505. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_505.htm
33.
Бадиков К.Н. Становление и перспективы психодерматоглифики // NB: Вопросы права и политики. — 2013.-№ 8.-С.194-212. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.8.5103. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_5103.htm
34.
Бадиков К.Н. Инновации психодерматоглифики // NB: Вопросы права и политики. — 2013.-№ 9.-С.69-80. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.9.9266. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_9266.htm
References (transliterated)
1.
Vikhruk T.I., Vikhruk A.Ya., Kur'yanovich E.N. Osobennosti somatotipa, dermatoglificheskikh uzorov i nekotorykh psikhodinamicheskikh kharakteristik kursantov VIFKa // Trudy nauchnoi konf., posvyashch. 80-letiyu so dnya rozhdeniya prof. E.A. Dyskina. – SPb. – 2003. – S. 171-173.
2.
Fesenko Yu.A. Pogranichnye nervno-psikhicheskie rasstroistva u detei. – SPb. : Nauka i Tekhnika. – 2010.-S. 164.
3.
Smetannikov P.G. Psikhiatriya: Rukovodstvo dlya vrachei. – Izd. 6-e, pererab. i dop. – M.: Meditsinskaya kniga. 2007.
4.
Dermatoglificheskie issledovaniya v metodike postroeniya poiskovoi kriminalisticheskoi modeli lichnosti / Izd-vo VF RTA, 2003 – S. 127, 128.
5.
Psikhodermatoglificheskii metod kompleksnogo issledovaniya sledov ruk: ponyatiya, metodika, perspektivy razvitiya / Izd-vo LAMBERT Academic Publisinq, 2012. S. 39, 229, 253-254.
6.
Psikhodermatoglifika kak integral'naya model' morfofunktsional'nogo potentsiala cheloveka» (DSP) / Izd-vo VF RTA, 2007. – S. 23, 70, 100).
7.
Psikhodermatoglifika: ponyatie, sistemy, metodiki: monografiya. Izd-vo Dal'nevost. feder. un-ta. 2011. S. 71-72, 83-85.
8.
Guseva I.S. Pal'tsevye uzory cheloveka. Morfologiya. Morfogenez. Genetika. Dermatoglifika kak marker v meditsinskoi i sportivnoi antropologii /I.S. Guseva. – Minsk: FUAinform, 2010. S.33.
9.
Nikityuk B.A. Geneticheskie markery i problemy konstitutsii // Geneticheskie markery v antropologii i meditsine. – Khmel'nitskii, 1988. – S. 4-19; Negasheva M.A. Morfologicheskaya konstitutsiya cheloveka v yunesheskom periode ontogeneza (integral'nye aspekty): avtoref. diss. dokt biol. nauk. – M.: MGU, 2008. S.48.; Guseva I.S. Pal'tsevye uzory cheloveka. Morfologiya. Morfogenez. Genetika. Dermatoglifika kak marker v meditsinskoi i sportivnoi antropologii /I.S. Guseva. – Minsk: FUAinform, 2010.
10.
Luriya A.R. Mozg cheloveka i psikhicheskie protsessy. – M.: Pedagogika, 1963. T.1; 1979. T.2.
11.
Vygotskii L.S., Luriya A.R. Etyudy po istorii povedeniya (obez'yana, primitiv, rebenok). – M.: L., 1931; Luriya A.R. Yazyk i soznanie. – M.: MGU, 1979.
12.
Bekhtereva N.P. Zdorovyi i bol'noi mozg cheloveka/ N.P. Bekhtereva; pod red. S.V. Medvedeva. – M.: AST; SPb: Sova; Vladimir: VKT, 2010. S. 7.
13.
Luriya A.R. Vysshie korkovye funktsii cheloveka i ikh narushenie pri lokal'nykh porazheniyakh mozga. – M.: MGU, 1962.
14.
Stepin V.S. Stanovlenie nauchnoi teorii. – Minsk, 1976.
15.
Guseva I.S. Geneticheskie problemy v dermatoglifike. Diss. dokt. biol. nauk. – Minsk, 1982; Guseva I.S. Pal'tsevye uzory cheloveka. Morfologiya. Morfogenez. Genetika. Dermatoglifika kak marker v meditsinskoi i sportivnoi antropologii / I.S. Guseva. – Minsk: FUAinform, 2010. S.238.
16.
Bekhtereva N.P., Bundzen P.V., Gogolitsyn Yu.L. Mozgovye kody psikhicheskoi deyatel'nosti. L.: Nauka, 1977; Bekhtereva N.P., Bundzen P.V., Gogolitsyn Yu.L., Kayaplunovskii A.S., Malyshev V.I. Printsipy organizatsii nervnogo koda individual'no-psikhicheskoi deyatel'nosti // Fiziologiya cheloveka. 1956. T. 1. S. 55-58; Bekhtereva N.P., Dambinova S.A. i dr. // Fiziologiya cheloveka. 1984. T. 10. S. 1092-1100; Razumnikova O.M. Otrazhenie lichnostnykh svoistv v funktsional'noi aktivnosti mozga / O.M. Razumnikova. – Novosibirsk: Nauka, 2005.
17.
Platonov K.K. Struktura i razvitie lichnosti. – M. – 1986; Semke V.Ya. Osnovy personologii. M.: Akademicheskii Proekt, 2001. S. 476.
18.
Stepin V.S. Teoreticheskoe znanie. – M.: «Progress-Traditsiya», 2000. S.40.
19.
Badikov K.N., Yarovenko V.V. Vozrastnye i nozologicheskie korrelyatsii stareniya pri provedenii psikhodermatoglificheskikh issledovanii //"NOTA BENE: Voprosy prava i politiki" № 5-2012. http://e-notabene.ru/author_menu.php;
20.
Yarovenko V.V. Dermatoglificheskie osobennosti lichnosti v kontekste determinatsii prestupnosti / Baikal'skii kriminologicheskii zhurnal. 2013. № 1.
21.
V.V. Shcherbakov, M.N. Aleksandrov. Pravovaya kharakteristika obyazatel'noi gosudarstvennoi daktiloskopicheskoi registratsii v svete polozhenii Kontseptsii natsional'noi bezopasnosti RF. // Pravo i politika. – 2003. – № 4.
22.
T.V. Yarovenko, E.A. Grigoryan. Primenenie tekhnologii i fiksatsii pri provedenii sledstvennykh deistvii. // Pravo i politika. – 2008. – № 8.
23.
V. V. Yarovenko. Ponyatie kriminalisticheskoi dermatoglifiki // Pravo i politika. – 2011. – № 3.
24.
V. V. Yarovenko. Kriminalisticheskaya kharakteristika predmetov, ispol'zuemykh v kachestve oruzhiya soversheniya prestupleniya // Pravo i politika. – 2012. – № 3. – S. 104-107.
25.
K. N. Badikov. Opredelenie vozrasta sub''ekta metodami psikhodermatoglificheskogo issledovaniya // Pravo i politika. – 2012. – № 8. – S. 104-107.
26.
K. N. Badikov. Psikhodermatoglificheskii metod v teorii i praktike postroeniya poiskovoi kriminalisticheskoi modeli lichnosti // Pravo i politika. – 2012. – № 6. – S. 104-107
27.
Badikov K.N., Yarovenko V.V. Vozrastnye i nozologicheskie korrelyatsii stareniya pri provedenii psikhodermatoglificheskikh issledovanii // NB: Voprosy prava i politiki.-2012.-5.-C. 196-217. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_368.html
28.
Yarovenko V.V. Kriminalisticheskaya dermatoglifika: // NB: Voprosy prava i politiki.-2013.-4.-C. 351-372. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.4.587. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_587.html
29.
K. N. Badikov Psikhodermatoglificheskii metod v teorii i praktike postroeniya poiskovoi kriminalisticheskoi modeli lichnosti // Pravo i politika.-2012.-6.-C. 1053-1061
30.
Badikov K.N. Psikhodermatoglifika v klinicheskoi personologii lits s protivopravnym povedeniem // NB: Voprosy prava i politiki. — 2013.-№ 7.-S.148-167. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.7.8823. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_8823.html
31.
Yarovenko V.V., Badikov K.N. K voprosu o psikhologicheskoi dermatoglifiki // NB: Voprosy prava i politiki. — 2013.-№ 6.-S.351-364. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.6.757. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_757.html
32.
Badikov K.N. Psikhodermatoglificheskii profil' "seriinykh" ubiits // NB: Voprosy prava i politiki. — 2013.-№ 5.-S.247-267. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.5.505. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_505.htm
33.
Badikov K.N. Stanovlenie i perspektivy psikhodermatoglifiki // NB: Voprosy prava i politiki. — 2013.-№ 8.-S.194-212. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.8.5103. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_5103.htm
34.
Badikov K.N. Innovatsii psikhodermatoglifiki // NB: Voprosy prava i politiki. — 2013.-№ 9.-S.69-80. DOI: 10.7256/2305-9699.2013.9.9266. URL: http://e-notabene.ru/lr/article_9266.htm
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"