по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Рецензирование за 24 часа – как это возможно? > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Человек, общество и наркотические средства: социальный, общеправовой и криминологический аспекты отношения
Попов Евгений Александрович

доктор философских наук

профессор, Барнаульский юридический институт МВД России, заведующий, Алтайский государственный университет

656049, Россия, г. Барнаул, ул. Димитрова, 66, оф. 502

Popov Evgenii Aleksandrovich

Doctor of Philosophy

Head of the department of General Sociolog, Professor, Altai State University; the department of Foreign Languages of the Power Engineering Institute, Tomsk Polytechnic University

656049, Russia, g. Barnaul, ul. Dimitrova, 66, of. 502

popov.eug@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

Статья посвящена важной проблеме, в решении которой заинтересованы не только конкретные теоретические и прикладные отрасли современного социогуманитарного знания, но и государство и общество в целом, равно как и каждый человек. Речь идет о проблеме распространения наркотизации населения в России и о мерах по противодействию этому негативному влиянию. Таким образом, в статье с точки зрения социального, общеправового и криминологического аспектов предлагаются важные моменты в решении обозначенной проблематики. Используемые методы компаративистики, анализа, обработки вторичных данных, некоторые методов прикладной социологии позволили достаточно полно раскрыть вопрос. Сделанные выводы позволяют в дальнейшем развивать целое самостоятельное криминологическое направление исследований, связанное с проблемами наркотизации населения России.

Ключевые слова: Человек, Общество, Наркотизация, Наркотики, Противодействие, Государство, Социум, Право, Криминология, Криминологический аспект

Дата направления в редакцию:

17-09-2019


Дата рецензирования:

17-09-2019


Дата публикации:

1-2.4-2012


Abstract.

The article is devoted to an important problem,  and it is not only specific theoretical and applied branches of modern socio-humanitarian knowledge, but also the state and society as a whole as well as each person are interested in finding solutions to it. This is the problem of the spread of narcotization of the population of Russia and measures against this negative influence. Thus,  from  the standpoints of social, general legal and  criminological aspects, the article discusses some  of important features for solving the designated problems. The methods of comparative linguistics, analysis, processing of secondary data, as well as some of the methods of  applied sociology allowed the author to adequately analyze the issue. The findings allow to further develop the an independent vector of  criminological research regarding the problems of narcotization of the population of Russia.

Keywords:

individual, society, narcotization, narcotics, counteraction, state, society, law, criminology, criminological aspect

Введение

Противодействие наркотизации населения имеет правовую, медицинскую и социально-психологическую природу. Как известно, правовая модель доминирующую роль отводит законодательному регулированию проблем, связанных с преодолением наркотизации. Она же предполагает и карательно-репрессивное воздействие на лиц, потребляющих наркотики без назначения врача, в том числе наркоманов, и иных лиц, участвующих в нелегальном обороте наркотических средств и психотропных веществ.

Медицинская модель основана на постулате о том, что злоупотребление наркотиками представляет собой серьезный болезненный процесс, а его распространение носит характер эпидемии. Поэтому медицинская модель отдает предпочтение мерам медицинского характера.

Социально-психологическая модель рассматривает потребителя наркотиков через призму разнообразных психологических процессов, происходящих в личности, во взаимодействии с окружающей средой. Этот подход обусловливает многообразие мер преодоления наркотизации, предлагаемых сторонниками данной модели.

Правовая модель объединяет в своем содержании законодательные, а также организационно-технические меры, имеющие целью противодействие осуществлению в стране нелегального оборота наркотических средств и психотропных веществ и преодоление наркотизации в целом. К основным международно-правовым актам, регламентирующим подходы к определению стратегии борьбы с наркоманией, ориентированной на интегрированные усилия государств-членов ООН, относятся три конвенции: Единая конвенция о наркотических средствах 1961 г., Венская конвенция о психотропных веществах 1971 г. и Конвенция Организации Объединенных Наций о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 г. Но каждое национальное законодательство имеет свои особенности. Законодательные положения российской системы права в данной сфере в основном отвечают требованиям принципа верховенства норм международного права и международных договоров Российской Федерации, закрепленного в Конституции РФ (п. 4 ст. 15) и в отраслевом законодательстве (в частности, ч. 2 ст. 1 УК РФ). Так, законами Российской Федерации предусмотрен жесткий контроль за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, установлены запрет на совершение с ними действий в целях, противоречащих правовым предписаниям, а также меры ответственности за его нарушение. В стране сформированы и действуют специализированные государственные структуры, призванные обеспечивать соблюдение антинаркотического законодательства и наделенные для этого соответствующими полномочиями. Однако отдельные правовые установления свидетельствуют о преобладании репрессивного уклона в отношении лиц, страдающих наркоманией и совершающих незаконные действия с наркотическими средствами либо психотропными веществами без цели сбыта. Главным образом это относится к нормам уголовного закона.

Историко-правовой анализ борьбы с незаконным оборотом наркотических средств.

Историко-правовой анализ борьбы с незаконным оборотом наркотических средств свидетельствует о том, что в течение всего развития человеческой цивилизации в разные исторические периоды и у различных народов всевозможные наркотические средства находили применение в религиозных обрядах, медицине и повседневном быту. Многие народы, населяющие современную территорию российского государства, с древнейших времен применяли более 100 различных наркотиков, которые получали из травянистых растений, мхов, ягод, грибов и т.п. Еще в дохристианскую эпоху ведуны и волхвы (языческие жрецы) использовали наркотические средства в лечебных или ритуальных целях и следили за тем, чтобы люди не злоупотребляли этим «зельем». В России уголовная ответственность за действия, связанные с незаконным оборотом наркотиков, была впервые установлена в 1915 году Указом «О мерах по борьбе с опиумом». Данным Указом в российское уголовное право введены такие понятия, как «хранение, приобретение и перевозка наркотиков».

Одним из первых нормативных документов Советского государства было Постановление Совета Народных Комиссаров (СНК) от 28 февраля 1918 г. (без номера) «О борьбе со спекуляцией». Согласно данному постановлению виновный в спекуляции какими-либо товарами, в том числе и наркотиками, подвергался конфискации всего имущества и предавался суду Революционного трибунала. Следующим наиболее важным нормативным документом являлось Предписание СНК от 31 июля 1918 г. № 7206-7212 «О борьбе со спекуляцией кокаином». Это предписание было направлено для исполнения в структуры ВЧК, Московского Совета, Управления городской милиции, уголовного розыска, Народного Комиссариата Юстиции (НКЮ), Народного Комиссариата здравоохранения, НКВД.

В первом УК советской власти, введенном в действие на территории РСФСР с 1 июля 1922 года, отсутствовали конкретные составы преступлений, устанавливающие ответственность за незаконные действия с наркотиками. Этот пробел некоторое время восполнялся применением уголовно-правовых норм по аналогии с теми или иными его статьями, так называемыми общими нормами.

К примеру, по ст. 215 УК РСФСР преследовалось приготовление ядовитых и сильнодействующих веществ лицами, не имеющими на то права. Подобные действия карались штрафом до 300 руб. золотом или принудительными работами. Несколько позднее вышло Постановление СНК от 6 ноября 1924 г. «О мерах регулирования торговли наркотическими веществами». Постановлением запрещалось свободное (в пределах РСФСР) обращение всех сильнодействующих средств, разрушающих народное здоровье (кокаин и его соли, опий и его производные: морфий, героин и др.).

15 декабря 1924 года было принято постановление ВЦИКа и СНК РСФСР о дополнении УК РСФСР 1922 г. статьей 140-д. Эта статья устанавливала ответственность за «изготовление и хранение с целью сбыта и самый сбыт кокаина, опия, морфия, эфира и других одурманивающих веществ, без надлежащего разрешения». Несомненным достоинством ст. 140-д явилось то, что эта норма карает не потребителя, а производителя и торговца наркотическими средствами (веществами), а недостатком то, что изготовление для собственного лишь употребления, как и хранение для себя без цели сбыта ст.140-д не охватывается.

Как и в УК РСФСР 1922 г. (ст.ст. 46-47), так и в УК РСФСР 1926 г. (ст. 24) имелись нормы социальной защиты в виде мер принудительного лечения наркоманов, совершивших преступление. Таких лиц врачи и суд определяли «морально дефективными». В УК РСФСР 1926 г. была предусмотрена только одна норма, направленная против наркотизации, которая из статьи 140-д УК РСФСР 1922 г. с незначительными редакционными изменениями преобразовалась в ст. 104 УК РСФСР 1926 г.

В 1934 году 1 декабря в УК РСФСР 1926 г. была введена вторая норма аналогичной направленности, включенная в статью 179-а. Эта норма была помещена в главу восьмую, именовавшуюся «Нарушение правил, охраняющих народное здоровье, общественную безопасность и порядок». Эта статья состояла из одной части и устанавливала ответственность за «производство посевов опийного мака и индийской конопли без соответствующего разрешения».

Следующим этапом борьбы с наркотизацией на законодательном уровне явилось принятие третьего УК РСФСР, который был утвержден 27 октября 1960 г. Верховным Советом РСФСР. В первоначальной редакции УК РСФСР 1960 г. содержались три статьи об ответственности за преступления, связанные с наркотиками: 224, 225 и 226. Статья 224 «Изготовление или сбыт наркотических и других сильнодействующих и ядовитых веществ» устанавливала ответственность за изготовление, сбыт, а равно хранение или приобретение с целью сбыта наркотических веществ без специального на то разрешения. А запрет на действия с наркотиками без цели сбыта отсутствовал длительное время, что вызывало объяснимое недоумение практиков и ученых.

Следующие две статьи – 225 и 226 УК РСФСР 1960 г. предусматривали ответственность за посев опийного мака или индийской конопли без разрешения и содержание притонов и сводничество.

Бурное развитие российского уголовного законодательства, направленного на борьбу с наркотизацией, приходится на 70 – 90-е годы. В этот период наиболее существенные изменения и дополнения в УК РСФСР 1960 г. были внесены Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 15 июля 1974 г. «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РСФСР». Этот нормативный акт был принят в связи с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 апреля 1974 г. «Об усилении борьбы с наркоманией». Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 15 июля 1974г. нормы, касающиеся ответственности за незаконное изготовление, приобретение, хранение или сбыт сильнодействующих и ядовитых веществ, были из ст. 224 исключены и помещены во вновь введенную ст. 2262 УК РСФСР 1960 г., которой устанавливалась ответственность за перечисленные деяния, а также за перевозку или пересылку названных веществ.

Таким образом, в целом к началу 90-х годов в России была создана и действовала достаточно полная система норм, составлявшая базу уголовно-правовой борьбы с наркотизацией, находившаяся на вооружении системы подразделений, осуществляющих такую борьбу.

Правоохранительная деятельность государства в области предупреждения наркотизации населения.

Рассмотрев некоторые особенности правоохранительной деятельности в области предупреждения наркотизации, мы пришли к выводу, что правовое ужесточение борьбы с наркотиками в зарубежных странах не дало желаемых результатов. Но изменение мер на более мягкие также результатов не дает. Очевидно, только правовые меры не могут быть эффективны, они должны быть дополнены другими факторами. Кроме того, согласно правовой модели противодействие наркотизации является утопией, его масштабное сокращение на сегодняшний день маловероятно, но возможна консервация этого процесса в определенных рамках. Поэтому общество, государство должны придерживаться стратегии сокращения вреда от уже реально существующего и в данных условиях неискоренимого негативного социального явления. Правовая модель адресована конкретным социальным субъектам и ограничена существующим национальным законодательством.

Анализ современного уголовного законодательства в Российской Федерации обнаруживает некоторые правовые проблемы, возникающие в отношении конкретных норм, устанавливающих ответственность за преступления, связанные с наркотизацией населения. В частности, некоторые авторы [1, 2] отмечают следующие особенности эффективности и действенности уголовного закона в отношении лиц, совершающих преступления с использованием наркотических средств. Например, конструкция ст. 228 УК РФ слишком громоздка, так как в данной статье предусмотрены четыре разновидности составов преступлений: два основных (ч. 2 и ч. 5), один привилегированный (ч. 1), три квалифицированных (пп. «а», «б» и «в» ч. 3) и два особо квалифицированных (ч. 4). При этом в качестве привилегированного, квалифицированных и особо квалифицированных указанные составы выступают по отношению к основному составу, предусмотренному ч. 2 ст. 228 УК РФ. Это порождает дополнительные сложности в правоприменительной деятельности и приводит к необходимости квалифицировать последовательные действия, которые лицо совершает с одним и тем же наркотиком в крупном или особо крупном размере, по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228 УК РФ и ч. 3 или ч. 4 ст. 228 УК РФ, в результате чего искусственно и существенно увеличивается степень общественной опасности действий, совершаемых без цели сбыта. В плане совершенствования нормы представляется необходимым разделить данный состав на три самостоятельных состава с выделением четвертого, то есть: а) первый состав (ст. 228) должен предусматривать уголовную ответственность за незаконное приобретение или хранение, изготовление, переработку, перевозку, пересылку в целях сбыта либо сбыт наркотических средств или психотропных веществ. Он содержит несколько частей. Так, имея в виду, что общественная опасность таких действий может повышаться в зависимости от некоторых обстоятельств, то в части второй целесообразно предусмотреть ответственность за те же незаконные действия, совершенные группой лиц по предварительному сговору, неоднократно, в отношении наркотических средств или психотропных веществ в особо крупном размере либо сбыт заведомо несовершеннолетним. Часть третья предусматривает ответственность за деяния, предусмотренные частями первой или второй этой же статьи, совершенные лицом, ранее два или более раза судимым за совершение преступлений, предусмотренных данной статьей, организованной группой либо в отношении наркотических средств или психотропных веществ в особо крупном размере;

б) второй состав (ст. 2281) должен предусматривать уголовную ответственность за незаконное приобретение или хранение, изготовление, переработку, перевозку, пересылку без цели сбыта наркотических средств или психотропных веществ в крупном размере. В квалифицированном составе предусмотреть уголовную ответственность за совершение группой лиц по предварительному сговору, неоднократно и в особо крупном размере;

в) третий состав (ст. 2282) охватывает деяния, предусмотренные ч. 5 ст. 228 УК РФ, которую необходимо выделить в самостоятельную норму, так как она предусматривает самостоятельный состав преступления, который отличается от ч.ч. 1-4 ст. 228 УК РФ, во-первых, объективными признаками, во-вторых, субъективными признаками. В квалифицированном составе предусмотреть уголовную ответственность за совершение группой лиц по предварительному сговору, неоднократно и повлекшие тяжкие последствия;

г) четвертый состав (ст. 2283) должен предусматривать уголовную ответственность за нарушение по неосторожности специальных правил законного оборота наркотических средств или психотропных веществ.

В прикладном исследовании Е.Л. Харьковского [2] приводится вывод о том, что в центре наркотической преступности находится не наркоман (как это обычно признается в уголовно-правовой теории), а сбытчик наркотических средств и психотропных веществ (в том числе и изготовитель, производящий в целях сбыта или сбывающий указанные средства и вещества). Именно от него исходит источник наркотизации, равно как и конечный путь оборота наркотиков – реализация, что впоследствии приводит к заболеваемости наркоманией (сбытчик наркотических средств корыстно заинтересован распространять большее количество наркотических средств, тем самым расширяя круг потребителей наркотиков). Поэтому, чтобы эффективно противостоять распространению наркомании и злоупотреблению наркотиками, необходим комплексный подход уголовно-правовых мер, направленных на жесткое пресечение всех действий, связанных с распространением наркотиков, а также медицинских и социальных мер.

В целом регулирование вопросов, касающихся наркотизации и наркопотребления в Российской Федерации, опирается на полный спектр источников права, образующих определенную иерархию. На вершине позитивного права, как известно, находится Конституция Российской Федерации. По нисходящей следуют международные договоры Российской Федерации, федеральные законы, указы Президента России, постановления правительства Российской Федерации, нормативно-правовые акты Центрального Банка, министерств, ведомств и т.д. Аналогичная система существует в субъектах Российской Федерации. Органы местного самоуправления принимают решения в пределах полномочий, предоставленных им законодательством Российской Федерации. Существует более 100 нормативных правовых актов, регулирующих тот или иной аспект оборота наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов и прекурсоров [3]. Анализ указанной иерархии нормативно-правовых актов позволяет представить последовательность формирования и реализации государственной политики в области противодействия наркотизации, правовой механизм регулирования ее основных направлений.

Определение государственной политики в сфере регулирования вопросов, связанных с потреблением наркотиков, было сформулировано в Концепции государственной политики по контролю за наркотиками в Российской Федерации как «баланс мер, направленных на предупреждение и пресечение незаконного предложения наркотических средств и уменьшения спроса на них». Согласно указанной Концепции государственная политика должна строиться по следующим направлениям: совершенствование порядка регулирования законного оборота наркотических средств; борьба с их незаконным оборотом; предупреждение незаконного потребления этих средств; лечение и социальная реабилитация больных наркоманией [4].

Осуществление государственной политики противодействия наркотизации предусматривает реализацию закрепленного в Конституции Российской Федерации права граждан на свободу и личную неприкосновенность (ст. 22), охрану здоровья (ст. 41), защиту прав и свобод человека (ст. 46) в неразрывной связи с осуществлением адекватных мер по устранению или минимизации условий, способствующих распространению наркомании [3].

Федеральный закон «О наркотических средствах и психотропных веществах» от 08.01.1998г. № 3-ФЗ (в ред. ФЗ от 25.07.2002г. № 116-ФЗ; от 10.01.2003г. № 15-ФЗ; от 30.06.2003г. № 86-ФЗ) установил правовые основы государственной политики в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и в области противодействия их незаконному обороту в целях охраны здоровья граждан, государственной и общественной безопасности. Этот закон определил, что «государственная политика в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и в области противодействия их незаконному обороту будет направлена на установление строгого контроля за оборотом наркотических средств, психотропных веществ, на постепенное сокращение числа больных наркоманией, а также на сокращение количества правонарушений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ» [5]. Одновременно им были определены принципы государственной политики в рассматриваемой сфере, выполняющие роль приоритетных правовых ограничений:

- государственная монополия на основные виды деятельности, связанные с оборотом наркотических средств и психотропных веществ;

- лицензирование всех видов деятельности, связанных с оборотом наркотических средств, психотропных веществ;

- координация деятельности федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления;

- приоритетность мер по профилактике наркомании и правонарушений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ, стимулирование деятельности, направленной на антинаркотическую пропаганду;

- государственная поддержка научных исследований в области разработки новых методов лечения наркомании;

- привлечение негосударственных организаций и граждан к борьбе с распространением наркомании и развитию сети учреждений медико-социальной реабилитации больных наркоманией;

- развитие международного сотрудничества в области противодействия незаконному обороту наркотических средств, психотропных веществ на многосторонней и двусторонней основе [5].

29 июня 1999 года в соответствии с федеральным законодательством решением Совета Безопасности Российской Федерации были утверждены руководящие принципы и основные направления деятельности в Российской Федерации по противодействию незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ и злоупотреблению ими. Эта программа рассчитана на период до 2008 года. В данном нормативно-правовом документе описаны основные меры, которые надлежит принимать для осуществления программ сокращения спроса на наркотики, реализации стратегий противодействия незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ, установления строгого контроля за легальным оборотом наркотиков, расширения и повышения эффективности международного сотрудничества в борьбе с незаконным оборотом наркотиков и злоупотреблением ими [6].

На основании Федерального закона «О наркотических средствах и психотропных веществах» и вышеуказанных принципов, федеральным органом исполнительной власти по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ (в данный момент им является Федеральная служба Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков) совместно с Правительственной антинаркотической комиссией РФ, которая образована решением Правительства Российской Федерации в 2007 году, разрабатывается Федеральная целевая программа – «Комплексные меры противодействия злоупотреблению наркотиками и их незаконному обороту на период 2005 – 2009 годов». Она утверждена постановлением Правительства Российской Федерации № 561. Субъекты Федерации также реализуют свои комплексные программы, действующие на региональных уровнях в стране. В частности, в Алтайском крае существует такая программа – КЦП «Комплексные меры противодействия злоупотреблению наркотиками и их незаконному обороту в Алтайском крае на 2005-2008 годы», утвержденная постановлением АКСНД от 29.12.2004 г. № 545. В этих документах содержится описание конкретных программных мероприятий по указанным направлениям, объемы финансирования и сроки реализации, ключевые исполнители и ожидаемые результаты. Так, главной целью Федеральной целевой программы является сокращение к 2010 году масштабов незаконного потребления наркотических средств и психотропных веществ в Российской Федерации на 16-20 % по сравнению с 2004 годом [7]. Таким образом, по мере продвижения по иерархии правовых документов – от конституционных до региональных – происходит конкретизация мер противодействия наркотизации населения, переход от декларативных принципов и теоретических основ к вполне реальным действиям, направленным на получение эффективного результата.

Что касается правового регулирования отдельных направлений противодействия наркотизации, то следует отметить, что несмотря на выдвинутый федеральным законом о наркотических средствах приоритет профилактики наркомании и пропаганде здорового образа жизни, большая часть всех правовых документов, также как и объема финансирования в данной области посвящена силовому пресечению незаконного оборота наркотиков. Статья 41 Федерального закона «О наркотических средствах и психотропных веществах» регулирует организацию противодействия незаконному обороту наркотиков, определяя органы исполнительной власти, которые должны осуществлять противодействие (п. 1), орган исполнительной власти, осуществляющий координацию деятельности в области противодействия (п. 2), правовое основание организации противодействия (п. 3), в качестве которого выступает Федеральная целевая программа, предоставляет право субъектам Федерации принимать свои целевые программы, направленные на противодействие незаконному обороту наркотических средств, психотропных веществ и прекурсоров (п. 4).

Нарушения законодательства в области незаконного оборота наркотиков регулируется Кодексом об административных правонарушениях (глава 6) и Уголовным кодексом (статьи 228-234 главы 25). Размеры наркотических средств, от которых зависит, будет ли квалифицирован проступок как административное правонарушение или уголовное преступление и применены соответствующие санкции, устанавливается согласно постановлению Правительства российской Федерации от 7 февраля 2006 года «Об утверждении крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228, 228¹ и 229 Уголовного кодекса Российской Федерации». Данное постановление явилось возвратом к репрессивной политике по отношению к потребителям наркотиков в отличие от предыдущего более либерального постановления «О размерах средних разовых доз наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228, 228¹ и 229 Уголовного кодекса Российской Федерации» от 6 мая 2004 года. Кроме того, употребление наркотиков косвенным образом описывается в других нормативно-правовых актах. Так, принудительное лечение наркомании рассматривается в Уголовно-исполнительном кодексе (глава 7), судебное преследование преступлений, связанных с наркоманией, описывается в Уголовно-процессуальном кодексе (п. 8 ст. 335, ст. 433). Гражданский кодекс Российской Федерации позволяет отграничивать правоспособность лица, употребляющего наркотики (ст. 30, ст. 1077, ст. 1078), а Семейный кодекс РФ предоставляет основания для лишения лица, злоупотребляющего наркотиками, родительских прав (ст. 69). По Трудовому кодексу работодатель имеет право расторгнуть трудовой договор с работником из-за появления последнего «в состоянии наркотического опьянения» (п. 6 ст. 81). Контролируемые поставки наркотических средств и психотропных веществ предусмотрены ст. 227 Таможенного кодекса России.

Таким образом, государственная политика в сфере противодействия наркотизации населения в современной России характеризуется перевесом силовых, ограничительных методов регулирования ситуации с наркопотреблением, недостаточностью внимания к профилактике злоупотребления наркотическими средствами, лечению и реабилитации потребителей наркотиков. Установление монополии государства на все приоритетные направления противодействия приводит к недооценке роли партнерства между государственными, негосударственными организациями и гражданским обществом в осуществлении противодействия наркотизации населения.

Криминологические и социальные особенности механизма противодействия наркотизации

В изучении явления наркотизации населения важность приобретает обоснование эффективности механизмов и различных способов противодействия наркотизации.

Наркомания (как вид негативной зависимости) является многофакторным (мультипричинным) негативным социальным явлением. Факторы наркотизации условно можно разделить на объективные и субъективные. Наличие объективных факторов не зависит от индивида, это объективно существующие условия, влиять на которые человек практически не может. Внутри объективных причин выделяют макропричины и микропричины. Макропричины – это условия, существующие в обществе в целом, а микропричины – это условия внутри той социальной группы, в которой находится субъект. К объективным макро причинам относят экономическое/социальное неблагополучие, неблагоприятное социальное окружение, общественную необустроенность, противоречия и несогласованность в законодательстве, доступность алкоголя и наркотиков, рекламу наркотических средств преимущественно в глянцевых журналах. К объективным микро причинам относят частые перемены места жительства, семейную предрасположенность, недостаточное воспитание, подростковый кризис, общение с девиантными сверстниками и взрослыми, неуспеваемость в школе, позитивное отношение к наркомании.

Субъективные причины разделяются на индивидуально-биологические, индивидуально-психологические и личностно- психологические. Они согласуются с теми ценностными ориентациями, традициями, обычаями и нормами жизни и жизнедеятельности, приемлемыми или характерными для данного человека.

Оценка наркоситуации должна проводиться не только с помощью статистического подсчета стоящих на учете людей, употребляющих наркотики или составляющих группу риска. Необходимо понимать условность выделения «группы риска», поскольку каждый индивид в силу различных социальных особенностей обладает склонностью к формированию у него предпосылок негативной (в том числе наркотической) зависимости.

Одним из важнейших факторов, влияющих на включение индивида в наркопотребление, является неудовлетворенность собственной жизнью, отдельными ее сферами и, в первую очередь, самим собой. Здесь находят свое выражение как объективные, так и субъективные обстоятельства человеческого бытия, определяющие смысл существования индивида, сильные и слабые стороны его характера и т.д. Эти и другие причины учитываются при разноаспектном анализе причин и последствий наркотизации населения, осуществляющемся в рамках различных научных областей, в том числе в исследовании криминологических и социальных особенностей механизма противодействия наркотизации.

Большое значение для оценки наркотизации населения имеет структура употребляемых наркотических веществ. По международной классификации все наркотики и наркотически действующие вещества разделяются на следующие группы: первую группу составляют опиоиды производные опийного мака (т.н. опиаты) и синтетические препараты с морфиноподобным действием: опий, морфин, омнопон, кодеин, диопин, промедол, метадон, фентанил, кокнар, героин и др.; вторую группу составляют психостимуляторы: кокаин и его производные, включая «крэк», кофеин, фенамин (амфетамин), эфедрон, первитин и др.; к третьей группе относятся психодепрессанты: барбитураты и другие снотворные препараты (барбамил, этаминал-натрий, ноксирон), алкоголь; в четвертую группу включены производные каннабиса – индийской, чуйской, дальневосточной конопли: марихуана и гашиш; к пятой группе отнесены галлюциногены – мескалин, псилоцибин, ЛСД, фенциклидин и др. [8]

К наркотическим средствам те или иные вещества относят обычно по следующим критериям:

- способность вызывать эйфорию (приподнятое настроение) или, по крайней мере, приятные субъективные переживания;

- способность вызывать зависимость (психическую и/или физическую) – то есть непреодолимую потребность снова и снова использовать наркотик;

- существенный вред, приносимый психическому и/или физическому здоровью регулярно употребляющего их;

- возможность и опасность широкого распространения этих веществ среди населения;

- в данной культурной среде потребление рассматриваемого вещества не должно быть традиционным [9, с. 58-59].

В годовом отчете Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) по итогам 2011 года [10] приводятся следующие данные относительно доминирования основных групп потребляемых наркотических средств в усредненных значениях по стране: 1) героин (61,8%); 2) опиаты, изготовленные самостоятельно (ханка) – 23,6%; 3) стимуляторы (например, эфедрин) – 11,2%.

В исследовании механизма противодействия наркотизации необходима оценка распространенности численности потребителей наркотических средств, поскольку эти данные позволяют влиять на характер и направленность основных процедур противодействия наркотизации, а именно:

- планировать и распределять ресурсы с целью контроля, лечения и профилактики потребления наркотиков и его последствий;

- осуществлять мониторинг ключевых ориентиров политики, проводимой в отношении наркотиков: например, обобщать информацию о доле проблемных потребителей наркотиков, проходящих лечение, или о сфере охвата мероприятий по снижению вреда;

- интерпретировать основные виды вреда, ассоциируемые с употреблением наркотических средств с учетом распространения ВИЧ и вируса гепатита С, гибели людей из-за передозировки и связанной с употреблением наркотиков преступности среди населения в целом.

Одним из широко распространенных методов сбора информации о злоупотреблении наркотиков является проведение общих демографических опросов. Однако стандартные методы обследования являются неприемлемыми для оценки распространенности хронического потребления наркотиков из-за следующих двух основных факторов:

  1. неполный охват . Многие потребители наркотиков «со стажем» находятся за рамками домашних хозяйств, в связи с чем остаются неохваченными: например, обитатели улиц, находящиеся под арестом и, возможно, лица, проходящие стационарное лечение;
  2. представление неполной информации . Лица, употребляемые наркотики, могут просто отказываться отвечать на вопросы или давать отрицательные ответы.

Эти факторы понижают и без того низкий (относительно реальных масштабов) показатель выявляемости хронического потребления наркотиков и в целом снижают верификацию процесса наркотизации населения по стране в целом и в конкретных российских регионах в частности.

Кроме того, обследования домохозяйств являются технически сложными мероприятиями, требующими значительных ресурсных затрат, и во многих случаях они просто нецелесообразны. Вместо этого можно использовать косвенные методы оценки числа лиц этих категорий, злоупотребляющих наркотиками [11].

Из всех методов, распространенных в исследовании девиантного поведения людей, в том числе и в изучении наркотизации населения, в последнее время наибольшую актуальность приобретает метод «захват – повторный захват» (двойной охват). Как известно, первоначально этот метод использовался для изучения популяций животных с целью подсчета их численности, и эта терминология прижилась: методы исследования популяции животных перекочевали в социогуманитарные научные области, в частности, в сферу оценок распространенности потребления наркотиков и в целом наркотизации населения [12].

Исследования с помощью данного метода двойного охвата можно проводить, используя уже существующие списки, в частности списки обследуемой популяции лиц, употребляющих наркотики, и списки, в которых указанных лиц можно идентифицировать (по фамилии или номеру удостоверения личности или иным способом). Важно иметь в виду, что сами списки почти наверняка не охватывают всю обследуемую популяцию, и процедура подсчета по методу двойного охвата дает итоговое число употребляющих наркотики лиц, которые не фигурируют ни в одном из этих списков. Так, например, в период 2010-2011 года были собраны списки из 4 источников: Алтайского краевого наркологического диспансера, службы скорой помощи, Алтайского краевого центра борьбы со СПИДом и токсикологического отделения горбольницы № 3, изучение которых позволило сделать вывод о том, что количество потребителей наркотических средств по городу Барнаулу в этот временной отрезок составило 7 643 человека, распространенность наркопотребления среди населения 15-44 лет - 2,6% (на момент исследования).

Как видим, использование различных методов в оценке наркотизации населения как в масштабе страны со ссылкой на обобщенные данные ФСКН России и других правоохранительных органов, а также общественных организаций и медицинских учреждений, так и в любом из регионов Российской Федерации позволяет получить достаточно полные сведения о характере и направленности наркотизации населения в стране и в регионах. Тем не менее такие технологии все же не в полной мере позволяют получить данные о состоятельности, эффективности и действенности определенных механизмов противодействия наркотизации с точки зрения их криминологического аспекта.

Поэтому применение криминологического анализа в изучении различных способов и механизмов противодействия наркотизации позволяет определить роль и место противодействия наркотизации в совокупной системе общественных отношений, установить степень адекватности выполняемых ими функций потребностям социальной системы в целом, а также выявить характер основных механизмов противодействия наркотизации (правового, социального, экономического и т.д.) и их взаимосвязи. В этом смысле границы именно криминологической характеристики наркотизации населения значительно расширяются в сферу общей теории права, изучения общественных отношений на широком фоне социальных, политических и экономических изменений в стране, а это значит, что она становится явлением комплексным , неоднонаправленным. С этой точки зрения противодействие наркотизации населения выступает как совокупность исторически сложившихся, устойчивых видов социальных и правовых взаимодействий, призванных удовлетворить потребности общества в снижении темпов и объемов наркотизации и последующей минимизации ее негативных последствий.

Некоторые исследователи в области криминологии, рассматривающие особенности преступности в сфере здоровья населения и общественной нравственности, отмечают транснациональный характер наркопреступности, сложившийся в последнее время в России, тем самым признавая наибольшую общественную опасность и сложность раскрытия данного вида преступности. Эту точку зрения разделяют, например, Кравченко А.И. [13] и Романова Л.И. [14]. Учитывая это обстоятельство, можно дать следующее определение наркотизации: это процесс распространения наркотической зависимости среди различных социальных групп населения, который приобретает транснациональный характер и угрожает социальной безопасности государства . Таким образом, можно утверждать несколько важнейших черт наркотизации населения: 1) процессуальный характер; 2) широкий охват населения; 3) транснациональная детерминация; 4) угроза социальной безопасности. Эти черты являются маркерами процесса наркотизации населения, на что обращает внимание и криминологическое изучение данного явления.

Что касается противодействия наркотизации, то этот механизм также имеет свои специфические особенности, в числе которых выделяются следующие:

- наличие круга субъектов, вступающих в процессе деятельности в отношения, приобретающие устойчивый характер;

- определенная (более или менее формализованная) организация;

- наличие специфических социальных норм и предписаний, регулирующих поведение людей;

- обезличенный, деперсонифицированный тип регламентации социальных взаимодействий;

- организующее влияние на социальную жизнь в целом и социальную безопасность государства в частности.

Материальный компонент механизма противодействия наркотизации находит свое выражение в наличии учреждений, выполняющих определенные регламентирующие правовые и социальные функции. Именно в рамках подобного рода учреждений организуется широкий спектр видов деятельности по реализации целей и задач по противодействию наркотизации населения, стремительного расширения этого процесса и закрепление за ним транснациональной характеристики.

В реальной жизни учреждения, занимающиеся противодействием наркотизации, представляют собой совокупность федеральных и региональных социальных, медицинских и правоохранительных структур, на которые возложены конкретные обязанности и ответственность в деле борьбы с распространением наркотизации населения. Главный стержень их работы заключается во взаимодействии данных учреждений, и выработка единой стратегической линии в противодействии наркотизации. Этот момент позволяет утверждать тот факт, что для наиболее успешного противодействия наркотизации необходимо наличие специфического социально-правового механизма , регулирующего все основные этапы и предпринимаемые меры в отношении противодействия наркотизации.

Выработку концепции такого специфического социально-правового механизма можно считать одним из актуальных и перспективных направлений современной криминологической науки в части исследования основных характеристик наркопреступности. Так полагает, к примеру, Н.Д. Матрусов [15, С. 50] или А.И. Поздняков [16, с. 34]. Между тем само понятие «механизма» в науке многозначно и трактуется в различных областях по-разному. Однако в криминологии также приводится подобное определение «механизма» - например, как полагает Г.В. Иващенко, «механизм в методологии криминологических исследований выражает выделение в объекте особого образования (системы элементов и связей), которые обеспечивают функционирование и развитие объекта, будучи относительно устойчивым, стабильным; выделение механизма позволяет объяснить существование объекта» [17, с. 56]. В принципе, в подобной трактовке понимание «механизма» известно и социогуманитарному знанию в целом.

Социально-технологическое видение механизма предполагает его осмысление как совокупности приемов, технологий реализации цели, достижения определенного результата, удовлетворения общественного и индивидуального интереса. На этом основании под механизмом противодействия наркотизации подразумевается устойчивая система взаимодействия социальных, экономических, правовых и других факторов, определяющих реализацию принципов общественной потребности в борьбе с распространением наркотиков и наркотической зависимости населения и затрагивающих интересы социальной безопасности и социального благополучия. Зачастую в понимание механизма противодействия наркотизации включается и понятие социального актора, реализующего определенный вид деятельности. Так, механизм противодействия наркотизации – это еще и взаимодействие социальных акторов, устремления которых направлены на пресечение любых возможностей по преодолению наркотизации населения на территории государства.

По мысли Заславской Т.И., в качестве акторов процесса противодействия следует рассматривать социальных субъектов, действия которых непосредственно вызывают или косвенно влекут за собой изменения в наркоситуации (независимо от осознания этого факта самими субъектами). Данные акторы «характеризуются разной развитостью волевого и рефлективного сознания, неодинаковой способностью к целерациональному поведению и сознательной реализации возможностей, открываемых индивидуальной свободой» [18, с. 10].

Социальные акторы – правоохранительные органы, государственные и муниципальные учреждения, общественные организации и фонды – принимают непосредственное участие в законодательной и нормотворческой деятельности, направленной на борьбу с наркотизацией населения; формировании антинаркотической политики, позволяющей организовать межсекторальное и межведомственное взаимодействие; реализации организационных и правовых мер противодействия злоупотреблению наркотиками и препятствовании их незаконному обороту; профилактике злоупотребления наркотическими средствами; лечении и реабилитации лиц, потребляющих наркотики без назначения врача; обеспечении контроля за производством и распределением наркотиков; международном сотрудничестве в области борьбы с незаконным оборотом наркотиков [19]. Эффективность противодействия наркотизации на данном уровне зависит от степени развитости у акторов политических, организационно-административных, социально-экономических сил, специфики их взаимодействия друг с другом.

Одним из показателей эффективности механизма противодействия наркотизации населения является эффективное лечение наркотической зависимости, но и в этой области пока не наблюдается значительных позитивных результатов. Согласно статистическим данным Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения Российской Федерации (Росздравнадзора) [20] удельный вес больных, окончивших реабилитационный курс после медикаментозного лечения составляет всего 25% из 100% пролеченных больных. 12-15% госпитализируются повторно в неотложных состояниях, всего 15% пролеченных стационарно наркопотребителей имеют ремиссию более одного года, а из стоящих на учете ремиссию от года до 2-х лет имеют 8-9%, свыше 2-х лет – 4-5%, что свидетельствует об очень низкой эффективности лечения. В этой ситуации насущно необходимо изучение причин и определение основных путей искоренения наркотической зависимости. Решение данных задач возможно с привлечением не только криминологических и общеправовых аналитических систем, но и приемов социологического анализа услуг по лечению наркотической зависимости, учитывающего мнения двух сторон – с одной стороны специалистов по лечению, профилактике наркопотребления и реабилитации лиц, оказавшихся в зоне наркотической зависимости, организаторов данных услуг, а с другой стороны, самих лиц, потребляющих наркотические средства.

Механизм противодействия наркотизации населения оказывается действенным в том случае, если определены основные группы лиц, потребляющих наркотические средства или склонных к их потреблению. Это необходимо также для того, чтобы представить, в какой жизненной ситуации находятся эти люди, какое социально положение они занимают и каковы особенности их «наркокарьеры».

По данным Росздравнадзора [20], социально-демографическая структура потребителей наркотических средств, обращающихся за лечением, представлена следующими характерными чертами: возраст до 25 лет (65%), мужской пол (72%), низкий уровень образования (у 55% респондентов он находится на уровне средней общеобразовательной школы), отсутствие собственного жилья (71%) и постоянного источника заработка (82%). Таков социальный потрет современного потребителя наркотиков, который имеет абсолютные показатели социального неблагополучия.

Средний возраст начала употребления наркотиков составил 16,8 лет. Вопреки существующему стереотипу, что употребление наркотиков начинается с их легких видов, а затем осуществляется переход к более тяжелым, 40% респондентов отметили, что первым употреблением наркотиков была анаша или марихуана, а 52% – мак, ханка или героин. Остальной процент (8%) приходится на медицинские препараты, психостимуляторы и токсические вещества.

Почти половина опрошенных употребили наркотик впервые инъекционно, 45% выбрали в качестве способа употребления наркотика курение. Средний возраст начала инъекционного употребления наркотиков составил 17,4 года. До момента обращения за медицинской помощью наиболее употребляемыми наркотиками были ханка, мак (70,2%), героин (68,3%), винт (31,7%), героин и винт одновременно (13,5%), то есть чаще всего потребители инъекционных наркотических средств обращаются за лечением опиатной зависимости. Стаж употребления наркотиков инъекционно до лечения варьируется от нескольких месяцев до нескольких десятков лет, однако наиболее представлены группы, употребляющие наркотики от 2 до 5 лет (38,5%) и 6-10 лет (33,7%).

Злоупотребление наркотическими средствами неизбежно сказывается на физическом и психическом состоянии человека: 80% опрошенных сообщили о существующих у них проблемах со здоровьем. Среди них 42% обеспокоены возникающими у них состояниями депрессии и тревожности, 27% – гепатитом С, 19% – ВИЧ-инфекцией, 18% – абсцессами и тромбами вен, 16% – потерей веса, в том числе значительной и т.д.

Таким образом, исходя из анализа вышепредставленных данных Росздравнадзора, можно заключить, что в момент обращения за лечением большинство потребителей наркотических средств находятся в трудной жизненной ситуации, отягощенной длительной зависимостью от наркотиков, лишены физических, социальных, экономических и духовных сил для поддержания нормального уровня жизни

Обобщая рассмотренные в данном параграфе положения, необходимо подчеркнуть, что изучение наркотизации населения должно учитывать различные аспекты и направления протекания этого процесса, но в целом носить выраженный комплексный характер, который позволяет расширить исследовательское пространство и получить не декларативные результаты, а вполне реальные конструкты, которые будут использованы в перспективе.

В целом категория механизма противодействия наркотизации выполняет ряд важных методологических и методических функций ее использования в рамках криминологической характеристики наркотизации населения, в частности:

- обеспечивает целостное видение процесса противодействия наркотизации населения в современной России;

- дает возможность раскрыть особенности формирования и развития наркопреступности;

- актуализирует междисциплинарные исследования противодействия наркотизации;

- помогает придать более системный и операциональный характер межрегиональным и международным сравнениям противодействия наркотизации населения;

- позволяет сформулировать направление модернизации механизма противодействия наркотизации и наркомании в аспекте криминологического анализа.

Библиография
1.
Преступность и правонарушения (1991-1995 гг.): стат. сб. / Мин-во внутр. дел Российской Федерации; Мин-во юстиции Российской Федерации, Межгоскомстат СНГ. М.: Финансы и статистика, 1996.
2.
Харьковский, Е.Л. Уголовная ответственность за незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ: автореф. дис… канд. юрид. наук / Е.Л. Харьковский. М., 2002.
3.
Батлер, У. ВИЧ/СПИД и злоупотребление наркотическими средствами в России: программы снижения вреда и российская правовая система / У. Батлер. М., 2003.
4.
Тонков, Е.Е. Проблемы формирования государственной политики противодействия наркотизации общества / Е.Е. Тонков.-[Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.ecad.ru/index-rus.html.
5.
Федеральный закон от 8 января 1998 г. № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» (с послед. изм. и дополн.) // Практикум по основам оперативно-розыскной деятельности: Уч. пособие / Под ред. И.В. Васильева. М.: Уч. лит-ра, 2007.
6.
Руководящие принципы и основные направления деятельности в Российской Федерации по противодействию незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ и злоупотреблению ими на период до 2008 года // Сборник нормативно-правовых актов, регламентирующих правоохранительную деятельность в Российской Федерации. М., 2007.
7.
Федеральная целевая программа «Комплексные меры противодействия злоупотреблению наркотиками и незаконному обороту на 2005-2009 годы» (Утверждена постановлением Правительства Российской Федерации от 13 сентября 2005 г., № 561) // Российская газета. 2005. № 168.
8.
Брант С. Энциклопедия преступности: пер. с англ. М., 2007.
9.
Комиссаров, Б.Г. SOS: наркомания. Ростов-н-Д., 2000.
10.
Комплексный отчет Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков «О борьбе с наркопреступностью, профилактике наркозависимости и противодействии наркотизации». М., 2011.
11.
Найт Ф. Понятие риска и неопределенности // THESIS. 1994. № 5.
12.
Организованная преступность: сб. ст. М., 1998. Вып. 4.
13.
Кравченко А.И. Уголовно-правовые проблемы борьбы с наркобизнесом: автореф. дис… канд. юрид. наук. Ростов-н-Д., 1999.
14.
Романова Л.И. Наркотики и преступность: Уч. пособие. Владивосток, 1998.
15.
Матрусов Н.Д. О необходимости создания целостной системы национальной безопасности России: основные принципы, подходы, элементы // Безопасность: информ. сб. фонда национал. междунар. безопасности. 1996. № 3-4.
16.
Поздняков А.И. О понятийном аппарате теории безопасности // Безопасность: информ. сб. фонда национал. междунар. безопасности. 2002. № 7-8.
17.
Иващенко Г.В. О понятии «безопасность» // Credo. Оренбург, 2000. № 6.
18.
Заславская, Т.И. Социальный механизм трансформации российского общества // Социологический журнал. 1995. № 3.
19.
Ежегодный комплексный отчет Росздравнадзора РФ «Эффективность лечения наркозависимости и социально обусловленных заболеваний по регионам Российской Федерации» по итогам 2006 г. // Известия Минздравсоцразвития РФ. 2007. № 4.
20.
А.А. Паненков — Проблемы борьбы с незаконным оборотом наркотиков в Чеченской Республике//Национальная безопасность / nota bene, №3-2010
21.
Попов Е. А. Правовые основы противодействия наркотизации населения в современной России//Право и политика, №8-2012
22.
Горничар Г. М. Пробелы в статье 230 УК РФ: склонение к потреблению наркотических средств или психотропных веществ//Право и политика, №9-2011
23.
Савченко В. В. Наркотизации молодежи российской провинции как угроза национальной безопасности страны//Национальная безопасность / nota bene, №11-2010
24.
Любимова Т. М. Суггестивное воздействие на сознание в средствах массовой информации (на примере публикации о наркомании)//Национальная безопасность / nota bene, №9-201
25.
Гуляихин В.Н. Психосоциальные формы правового нигилизма человека // NB: Вопросы права и политики. - 2012. - 3. - C. 108 - 148. DOI: 10.7256/2305-9699.2012.3.240. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_240.html
References (transliterated)
1.
Prestupnost' i pravonarusheniya (1991-1995 gg.): stat. sb. / Min-vo vnutr. del Rossiiskoi Federatsii; Min-vo yustitsii Rossiiskoi Federatsii, Mezhgoskomstat SNG. M.: Finansy i statistika, 1996.
2.
Khar'kovskii, E.L. Ugolovnaya otvetstvennost' za nezakonnyi oborot narkoticheskikh sredstv i psikhotropnykh veshchestv: avtoref. dis… kand. yurid. nauk / E.L. Khar'kovskii. M., 2002.
3.
Batler, U. VICh/SPID i zloupotreblenie narkoticheskimi sredstvami v Rossii: programmy snizheniya vreda i rossiiskaya pravovaya sistema / U. Batler. M., 2003.
4.
Tonkov, E.E. Problemy formirovaniya gosudarstvennoi politiki protivodeistviya narkotizatsii obshchestva / E.E. Tonkov.-[Elektronnyi resurs]. – Rezhim dostupa: http://www.ecad.ru/index-rus.html.
5.
Federal'nyi zakon ot 8 yanvarya 1998 g. № 3-FZ «O narkoticheskikh sredstvakh i psikhotropnykh veshchestvakh» (s posled. izm. i dopoln.) // Praktikum po osnovam operativno-rozysknoi deyatel'nosti: Uch. posobie / Pod red. I.V. Vasil'eva. M.: Uch. lit-ra, 2007.
6.
Rukovodyashchie printsipy i osnovnye napravleniya deyatel'nosti v Rossiiskoi Federatsii po protivodeistviyu nezakonnomu oborotu narkoticheskikh sredstv i psikhotropnykh veshchestv i zloupotrebleniyu imi na period do 2008 goda // Sbornik normativno-pravovykh aktov, reglamentiruyushchikh pravookhranitel'nuyu deyatel'nost' v Rossiiskoi Federatsii. M., 2007.
7.
Federal'naya tselevaya programma «Kompleksnye mery protivodeistviya zloupotrebleniyu narkotikami i nezakonnomu oborotu na 2005-2009 gody» (Utverzhdena postanovleniem Pravitel'stva Rossiiskoi Federatsii ot 13 sentyabrya 2005 g., № 561) // Rossiiskaya gazeta. 2005. № 168.
8.
Brant S. Entsiklopediya prestupnosti: per. s angl. M., 2007.
9.
Komissarov, B.G. SOS: narkomaniya. Rostov-n-D., 2000.
10.
Kompleksnyi otchet Federal'noi sluzhby Rossiiskoi Federatsii po kontrolyu za oborotom narkotikov «O bor'be s narkoprestupnost'yu, profilaktike narkozavisimosti i protivodeistvii narkotizatsii». M., 2011.
11.
Nait F. Ponyatie riska i neopredelennosti // THESIS. 1994. № 5.
12.
Organizovannaya prestupnost': sb. st. M., 1998. Vyp. 4.
13.
Kravchenko A.I. Ugolovno-pravovye problemy bor'by s narkobiznesom: avtoref. dis… kand. yurid. nauk. Rostov-n-D., 1999.
14.
Romanova L.I. Narkotiki i prestupnost': Uch. posobie. Vladivostok, 1998.
15.
Matrusov N.D. O neobkhodimosti sozdaniya tselostnoi sistemy natsional'noi bezopasnosti Rossii: osnovnye printsipy, podkhody, elementy // Bezopasnost': inform. sb. fonda natsional. mezhdunar. bezopasnosti. 1996. № 3-4.
16.
Pozdnyakov A.I. O ponyatiinom apparate teorii bezopasnosti // Bezopasnost': inform. sb. fonda natsional. mezhdunar. bezopasnosti. 2002. № 7-8.
17.
Ivashchenko G.V. O ponyatii «bezopasnost'» // Credo. Orenburg, 2000. № 6.
18.
Zaslavskaya, T.I. Sotsial'nyi mekhanizm transformatsii rossiiskogo obshchestva // Sotsiologicheskii zhurnal. 1995. № 3.
19.
Ezhegodnyi kompleksnyi otchet Roszdravnadzora RF «Effektivnost' lecheniya narkozavisimosti i sotsial'no obuslovlennykh zabolevanii po regionam Rossiiskoi Federatsii» po itogam 2006 g. // Izvestiya Minzdravsotsrazvitiya RF. 2007. № 4.
20.
A.A. Panenkov — Problemy bor'by s nezakonnym oborotom narkotikov v Chechenskoi Respublike//Natsional'naya bezopasnost' / nota bene, №3-2010
21.
Popov E. A. Pravovye osnovy protivodeistviya narkotizatsii naseleniya v sovremennoi Rossii//Pravo i politika, №8-2012
22.
Gornichar G. M. Probely v stat'e 230 UK RF: sklonenie k potrebleniyu narkoticheskikh sredstv ili psikhotropnykh veshchestv//Pravo i politika, №9-2011
23.
Savchenko V. V. Narkotizatsii molodezhi rossiiskoi provintsii kak ugroza natsional'noi bezopasnosti strany//Natsional'naya bezopasnost' / nota bene, №11-2010
24.
Lyubimova T. M. Suggestivnoe vozdeistvie na soznanie v sredstvakh massovoi informatsii (na primere publikatsii o narkomanii)//Natsional'naya bezopasnost' / nota bene, №9-201
25.
Gulyaikhin V.N. Psikhosotsial'nye formy pravovogo nigilizma cheloveka // NB: Voprosy prava i politiki. - 2012. - 3. - C. 108 - 148. DOI: 10.7256/2305-9699.2012.3.240. URL: http://www.e-notabene.ru/lr/article_240.html
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"