Статья 'Вертикальный дедлок в публичных корпорациях' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Вертикальный дедлок в публичных корпорациях

Мурдалов Дени Русланович

LLM, юрист АБ "А2"

121099, Россия, Москва область, г. Москва, ул. Смоленская, 10, кв. 161

Murdalov Deni Ruslanovich

LLM, Lawyer, "A2" Law Firm

121099, Russia, Moskva oblast', g. Moscow, ul. Smolenskaya, 10, kv. 161

dmurdalov@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-7136.2020.6.33454

Дата направления статьи в редакцию:

15-07-2020


Дата публикации:

10-08-2020


Аннотация.

В работе рассматривается проблема реализации советом директоров компетенции на расторжение договора с регистратором в публичных коммерческих корпоративных юридических лицах. Автор приводит ряд аргументов, позволяющих отнести реализацию указанного полномочия органа публичного акционерного общества к тупиковым ситуациям. На основе последнего приводится классификация дедлоков по уровню их возникновения на горизонтальные и вертикальные, описываются характерные черты последнего. Предмет исследования Предмет исследования составляют нормы, регулирующие компетенцию членов наблюдательного совета хозяйственных обществ в гражданском праве, правоприменительная практика в этой связи, а также теоретические положения различных ученых.    Научная новизна исследования заключается в том, что в настоящей работе проведен анализ актуальных практических проблем, связанных с возникновением тупиковых ситуаций в связи с деятельностью совета директоров. Детальному изучению и анализу подвергнута практика судов, которые сталкиваются с проблемами горизонтальных тупиковых ситуаций.Результаты исследования, в которых отражена научная новизна работы, проявляются в следующем:1. В исследовании предлагается классификация дедлоков по уровню их возникновения на горизонтальные и вертикальные. 2. Предлагаются определения горизонтальных и вертикальных дедлоков. 3. Рассматриваются механизмы выхода из горизонтальных дедлоков.

Ключевые слова: злоупотребление правом, корпоративный конфликт, компетенция совета директоров, расторжение договора, право на акции, тупиковая ситуация, вертикальный дедлок, дедлок, корпорация, корпоративный тупик

Abstract.

This work explores the problem of directorial board execution of the competency of voiding a contract with the registrar in public commercial corporate legal entities. The author provides a number of arguments that allow designating the aforementioned authority of the public joint-stock company as a deadlock situation. Based on the latter, classification is carried out on the deadlocks by level of their emergence into horizontal and vertical, describing characteristic traits of the vertical deadlock. The subject of this research is comprised on the norms that regulate the competence of the members of the oversight committee of corporations in civil law, pertinent law enforcement practice, as well as theoretical positions of various experts. The scientific novelty of this research consists in the analysis of the relevant practical issues associated with emergence of deadlock situations due to the activity of the directorial board. Detailed study and analysis is conducted on the case law of the courts dealing the problems of horizontal deadlock situations. The results of this work include proposed classification of deadlocks by the level of their emergence into horizontal and vertical; definitions of the horizontal and vertical deadlocks; examination of the mechanisms of resolution of horizontal deadlocks.

Keywords:

deadlock, vertical deadlock, dead-lock, right on shares, termination of the contract, board competency, corporate conflict, abuse of right, corporation, corporate dead end

Тематика дедлоков (от англ. deadlock - тупиковая ситуация, неразрешимые разногласия) и способов выхода из них за последние несколько лет достигла своего сравнительного апогея популярности. Произведение спроса экономических субъектов, пробелы в законодательстве и многогранность корпоративных отношений поддерживают актуальность выявления, анализа, а также поиска способов преодоления тупиковых ситуаций. Этим, во многом, и объясняется, что многие талантливые деятели юридической науки отдают предпочтения в пользу исследования этого явления.

Традиционно под тупиковой ситуацией понимается корпоративный конфликт, возникший между членами одного уровня органов управления корпорации: между членами коллегиального исполнительного органа, или совета директоров, или общего собрания участников и др., который приводит к невозможности осуществлению компанией своей деятельности.[1] Иными словами, дедлок – это высшая форма корпоративного конфликта, которая приводит к парализации деятельности организации.

Принято считать, что тупиковая ситуация – это противоречие между равноправными субъектами корпоративного управления. К примеру, Е.В. Глухов, объясняя, что такое тупиковая ситуация в совместных предприятиях, выделяет следующие уровни возникновения дедлока (i) уровень общего собрания акционеров (участников); (ii) уровень совета директоров; (iii) уровень коллегиального исполнительного органа; (iv) уровень генеральных директоров - в случае, когда в обществе назначено два и более генеральных директора с полномочиями представлять общество совместно.[2] Возникновение дедлока в горизонтальной плоскости отношений (между членами одного уровня органа управления) обусловлено тем, что компетенция общего собрания акционеров, наблюдательного совета и исполнительного органа разделены таким образом, чтобы конфликтов между разноуровневыми органами, которые приводят к неразрешимым разногласиям, не было (принцип отсутствия конкуренции компетенций) .

Принцип отсутствия конкуренции компетенций между органами хозяйственных обществ предопределён сущностью корпоративного управления. Прежде всего, высший орган корпорации, общее собрание, обладая безусловным правом прямо или косвенно определять и назначать нижестоящие органы управления, выступает превентивным и/или регулятивным органом в части разрешения или преодоления конфликта или спора, которые могут быть инициированы нижестоящими органами управления.

Еще одним фактором, олицетворяющим принцип отсутствия конкуренции применительно к органам корпорации, является и то, что все ее органы подчиняются единым императивным общим правилам деятельности, они должны действовать в интересах корпорации добросовестно и разумно (ст. ст. 53, 53.1 ГК РФ). Такая идеальная модель в этой связи предполагает, что ни исполнительный орган, ни члены советы директоров не должны представлять интересы отдельного акционера или группы акционеров, не взирая на то, что они могут быть ими избраны.

Функциональное назначение каждого органа юридического лица отличается друг от друга, что также влияет на принцип, упомянутый выше. К примеру, общее собрание принимает решения по вопросам, имеющим категорическое значение для жизнедеятельности хозяйственного общества; в свою очередь, совет директоров осуществляет общее руководство деятельностью общества, а также контролирует исполнительный орган, который выступает от имени юридического лица и руководит операционной деятельностью общества. В совокупности с компетенцией высшего органа управления подобная структура позволяет избегать конфликт между разными органами организации.

Наконец, применительно к публичным обществам нормативными положениями, в сущности устанавливающими принцип отсутствия конкуренции компетенций, выступают, в том числе п. 3 ст. 48 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – «ФЗ N 208»), согласно которому общее собрание акционеров публичного общества не вправе рассматривать и принимать решения по вопросам, не отнесенным к его компетенции; а также п. 2 ст. 65 ФЗ N 208, в соответствии с которым вопросы, отнесенные к компетенции наблюдательного совета нельзя передать исполнительному органу корпорации.

Во многом, именно в силу вышеописанных содержательных элементов принципа отсутствия конкуренции компетенций принято считать, что тупиковая ситуация, которая блокирует или существенно затрудняет деятельность компании, возникает между членами одного органа управления, преимущественно между участниками или акционерами в силу верховенства их управленческих прав. В таком случае часто органы управления выступают лишь инструментом давления, выражая волю фаворизируемого участника или акционера.

Вопреки этому, развитие корпоративных отношений неминуемо ведет к выявлению неизведанных девиантных форм поведения, которые приводят к новым научным изысканиям.

Так, возможность разделения тупиковых ситуаций на вертикальные и горизонтальные, рассматриваемая в настоящей статье, обусловлена выявлением компетенции наблюдательного совета, которая позволяет последнему заблокировать деятельность публичных корпораций. Рассмотрим указанное полномочие поподробнее.

В соответствии с пп. 17 п. 1 ст. 65 ФЗ N 208 к компетенции совета директоров общества относится утверждение регистратора общества и условий договора с ним, а также расторжение договора с ним. На первый взгляд в приведенном полномочие наблюдательного совета нет ничего, что могло бы выходить за рамки допустимой компетенции для органа, не являющегося высшей управленческой единицей, но это не так.

В сущности расторжение договора с регистратором является совершаемое от имени общества с согласия органа юридического лица действие, направленное на прекращение отношений. Целью данной сделки, следуя логике ее законодательного смысла, следует считать заключение договора с новым реестродержателем. Однако, исходя из буквального толкования пп. 17 п. 1 ст. 65 ФЗ N 208, получается, что совет директоров может косвенно расторгнуть договор, не совершая иных действий, связанных с утверждением нового регистратора, что подтверждается судебной практикой (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2018 N 09АП-59643/2018, 09АП-61086/2018, 09АП-61087/2018, 09АП-61089/2018, 09АП-61090/2018, 09АП-61091/2018 по делу N А40-85104/18-34-572 – далее «Дело N А40-85104/18-34-572»). На практике, в том числе в Деле N А40-85104/18-34-572,реализация правомочия таким образом приводит к ограничению гражданских прав участников общества как в отношении права на распоряжение их акциями, так и права на участие в управлении делами корпорации.

Распоряжение имуществом его собственником входит в триумвират прав, составляющих институт права собственности (владение, пользование, распоряжение). Так, собственник акций обладает абсолютным правом по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам.[3] В свою очередь, акции переходят в собственность приобретателя с момента внесения приходной записи по его лицевому счету, а по смыслу Главы 7 Положения о требованиях к осуществлению деятельности по ведению реестра владельцев ценных бумаг (утв. Банком России 27.12.2016 N 572-П) (далее – «Положение»), когда договор с регистратором расторгнут, последний прекращает проведение операций в реестре. В итоге участник, пожелавший реализовать свои акции, попадает в ситуацию, при которой он, например, не может их передать в связи с тем, что невозможно совершить запись в реестре. В таком случае возникает вопрос, законно ли правомочие совета директоров косвенно препятствовать волеизъявлению собственника акций. Подобная компетенция органа юридического лица, по мнению автора, создает угрозу нарушения незыблемых прав и свобод гражданина-акционера, закрепленных п. 2 ст. 35 Конституции РФ, в котором провозглашается, что каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им.

С точки зрения корпоративного управления, последствия реализации советом директоров полномочия расторгнуть договор с реестродержателем носят абсурдный характер, противоречащий сущности корпоративных организаций. Так, понятие корпорации раскрывается законом через призму обладания ее учредителями правом участия в нем и формирования ими его высшего органа управления.[4] Участники подобных организаций в связи с правом участия обладают корпоративными правами, краеугольным камнем которых следует признать право на участие в управлении делами общества. Фундаментальный характер данного организационно-управленческого права подчеркивается Гражданским кодексом, к примеру, в части открытого перечня прав, которыми обладают участники корпорации, закрепленного в п. 1 ст. 65.2 ГК РФ, в вышеуказанном пункте которой, среди прочего, выделяется именно право на участие в управлении делами корпоративного юридического лица.

Реализация данного права осуществляется в силу обладания участием в корпорации посредством в том числе голосования и принятия решений в высшем органе управления, которым является общее собрание участников. Таким образом, особая значимость права на участие в управлении корпоративной организацией обосновывается тем, что оно является связующим звеном между содержательными частями понятия корпорации: обладанием правом участия и формированием высшего органа управления, соответственно.

Более того, высшим органом управления в корпорациях признается общее собрание акционеров, к исключительной компетенции которого относится формирование совета директоров. Как уже было сказано, последний обладает компетенцией расторгнуть договор с реестродержателем. Принятие решения общим собранием акционеров ПАО и состав его участников, присутствовавших при его принятии подтверждается лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров такого общества и выполняющим функции счетной комиссии.[5] В случае если совет директоров принимает решение о расторжении договора с регистратором, а Генеральный директор направляет соответствующее уведомление, то деятельность общего собрания акционеров блокируется, что приводит к парализации деятельности бизнеса.

Решение собрания о прекращении договора с реестродержателем следует отнести к юридическим фактом, ограничивающим право участников принимать участие в общем собрании акционеров в силу того, что последние не могут участвовать в голосовании, во-первых, потому что лицо уполномоченное на проведение собрания не может получить список лиц, имеющих право голосовать, а из этого вытекает, что участники не могут надлежащим образом быть уведомлены, а, во-вторых, неподтвержденные решения собрания по смыслу абз. 3 п. 107 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – «ПП ВС N 25») являются ничтожными. Применительно к вышесказанному следует полагать, что полномочие совета директоров на расторжение договора с регистратором противоречит основам корпоративного законодательства, так как его реализация приводит к ограничению права акционеров на участие в общем собрании.

Если представить ситуацию, при которой наблюдательный совет расторгает договор с регистратором, то очевидно, что в обществе существует в том или ином виде корпоративный конфликт. В большинстве случаев такой конфликт будет иметь место в споре между участниками компании, а расторжение договора станет инструментом получения контроля над обществом. К примеру, если инвестор купил крупный пакет акций у мажоритария публичного общества, а последний в своих недобросовестных целях повлиял на совет директоров и исполнительный орган, которые, в свою очередь, расторгли договор с реестродержателем, то очевидно контроль над обществом останется за бывшим мажоритарием и его аффилированными лицами в органах управления. Подобный случай представляется в сущности типичным примером горизонтальной тупиковой ситуации, когда имеет место спор между акционерами, а совет директоров и генеральный директор на стороне одного из участников становится инструментом давления. Тем не менее, данная форма злоупотребления имеет ряд отличительных признаков.

Если рассмотреть дедлок как явление, то очевидно он имеет длящийся характер; инициатором дедлока всегда является орган юридического лица, обладающий определенной компетенцией, способной влиять прямо или косвенно на менеджмент компании; результатом дедлока является парализация управления компанией. Дедлок –это всегда корпоративный конфликт по смыслу определения, предложенного Дедовым Д.И. и Молотниковым А.Е. - нарушение прав и (или) законных интересов участников и (или) общества в результате совершения неправомерных действий со стороны других участников или менеджмента общества.[6]

Если сравнить вертикальный дедлок, т.е. тупик между вышестоящим и нижестоящими органами юридического лица – это крайне редкая, в большинстве случаев даже немыслимая ситуация, когда конфликт возникает между органами юридического лица разного уровня. Допустим ситуацию, при которой члены совета директоров по тем или иным причинам недовольны внутрикорпоративной политикой публичного общества, в таком случае расторжение договора с реестродержателем может также являться инструментом давления на высший орган управления. Последнее представляет особую ценность в научной разработке классификации тупиковых ситуаций, которая обусловлена возможностью совета директоров инициировать дедлок общества

Следуя приведенной выше логике, все дедлоки можно условно разделить по уровню их возникновения на горизонтальные , т.е. возникающие на одном уровне «власти» (между участниками или между членами коллегиального органа управления), и вертикальные , представляющие собой конфликты иерархически неравных субъектов управления публичной корпорацией, который приводит к парализации ее деятельности (между акционерами и советом директоров). Наиболее часто встречающиеся и ввиду этого изученные неразрешимые ситуации выражаются в противоречие воззрений по тем или иным вопросам между субъектами, обладающими относительно равными правами управления в соответствующей организации. В то время как в вертикальном корпоративном тупике участники не равны в своих правах, при этом нижестоящий орган ПАО обладает возможностью инициировать блокировку жизнедеятельности организации.

Вертикальный корпоративный тупик может возникнуть только в акционерных обществах, в связи с тем, что, во-первых, при прекращении ведения реестра невозможно установить акционеров и уведомить их о проведении собрания, а во-вторых, по смыслу п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, только регистратор вправе подтвердить решения общего собрания акционеров в ПАО. Примечательно, что законодательно установленная гарантия профессиональности учета акционеров и равенства их прав на голосовании создает возможность для потенциального злоупотребления со стороны наблюдательного совета.

Основное различие между вертикальными и горизонтальными формами дедлоков состоит в части способов их разрешения, что предопределено структурой корпоративных отношений. Так, в рассматриваемом случае участники корпоративных организаций не обладают возможностью урегулировать неразрешимые корпоративные ситуации во внесудебном порядке, к примеру, предусмотрев заранее в корпоративных документах механизмы их преодоления посредством акционерных соглашений, опционов и т.д. Поэтому единственная возможность разрешить тупик – суд.

Следует полагать, что при разрешении вертикального тупика возможны, по меньшей мере два варианта; первый – ликвидация корпорации как в Деле N А40-85104/18-34-572, второй – оспаривание решения органов управления в суде, т.е. решение совета директоров о прекращении отношений с регистратором и сделки по расторжению, совершенной от имени эмитента. К сожалению, последний не имеет подтверждения в судебной практике. Можно предположить, что в случае лояльности суда к положению акционеров, в силу описанных в настоящей работе обстоятельств (ограничение права на распоряжения и ограничения права на управления), материальным обоснованием признания недействительным решения и сделки может явиться применение п. 1 ст. 32 Федеральный закон от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – «ФЗ N 14») по аналогии, в соответствии с которым решения органов общества, ограничивающие права участников присутствовать на общем собрании участников, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии решений, ничтожны.[7] В пункте 107 ПП ВС N 25 также подтверждается приведенная позиция ФЗ N 14. В свою очередь, далее сделка, направленная на расторжение договора с регистратором, может быть оспорена как совершенная без необходимого в силу закона согласия органа юридического лица.

Как видно из всего вышесказанного, вопрос расторжения договора с регистратором, отнесенный к исключительному предмету ведения совета директоров общества, является формой злоупотребления корпоративным правом. При этом законодательный пробел в этой части при его реализации приводит к парализации публичного акционерного общества. Указанное действие, невзирая на его сущность и характер, позволяет классифицировать, пускай и на частном примере, корпоративные конфликты по уровню их возникновения на горизонтальные и вертикальные, а также определить характерные черты последнего. Так, под вертикальным дедлоком следует понимать тупиковую ситуацию, при которой из-за действия нижестоящего органа в иерархии органов управления высший орган корпорации, общее собрание акционеров, не может принять решения по вопросам своей компетенции, что влечет за собой парализацию деятельности компании. Его характерными чертами являются, во-первых, возникновение в акционерных обществах; во-вторых, инициация нижестоящим органом блокирования деятельности высшего органа управления; и, наконец, выход из подобной неразрешимой ситуации возможен только в судебном порядке.

Библиография
1.
Степанов Д.И. Дедлоки в непубличных корпорациях: возможные варианты развития законодательства и судебной практики // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2015. N 9. С. 60 - 113; N 10. С. 62 – 115 // СПС КонсультантПлюс.
2.
Глухов Е.В. Корпоративный договор: подготовка и согласование при создании совместного предприятия [Электронное издание]. М.: М-Логос, 2017. 672 с. // СПС «КонсультантПлюс».
3.
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 N 51-ФЗ ред. от 03.08.2018, п.2 ст. 209 // СПС КонсультантПлюс.
4.
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 N 51-ФЗ ред. от 03.08.2018, п. 1 Ст. 65.1; // СПС КонсультантПлюс.
5.
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 N 51-ФЗ ред. от 03.08.2018, п. 3 ст. 67.1 // СПС КонсультантПлюс.
6.
Дедов Д.И., Молотников А.Е. Корпоративное право: Учебник / Коллектив авторов, отв. ред. Шиткина И.С. М., 2015. С. 915.
7.
Федеральный закон от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (ред. от 23.04.2018), п. 1 ст. 32 // СПС КонсультантПлюс.
8.
Федеральный закон от 26.12.1995 N 208-ФЗ «Об акционерных обществах» // СПС КонсультантПлюс.
References (transliterated)
1.
Stepanov D.I. Dedloki v nepublichnykh korporatsiyakh: vozmozhnye varianty razvitiya zakonodatel'stva i sudebnoi praktiki // Vestnik ekonomicheskogo pravosudiya Rossiiskoi Federatsii. 2015. N 9. S. 60 - 113; N 10. S. 62 – 115 // SPS Konsul'tantPlyus.
2.
Glukhov E.V. Korporativnyi dogovor: podgotovka i soglasovanie pri sozdanii sovmestnogo predpriyatiya [Elektronnoe izdanie]. M.: M-Logos, 2017. 672 s. // SPS «Konsul'tantPlyus».
3.
Grazhdanskii kodeks Rossiiskoi Federatsii (chast' pervaya) ot 30.11.1994 N 51-FZ red. ot 03.08.2018, p.2 st. 209 // SPS Konsul'tantPlyus.
4.
Grazhdanskii kodeks Rossiiskoi Federatsii (chast' pervaya) ot 30.11.1994 N 51-FZ red. ot 03.08.2018, p. 1 St. 65.1; // SPS Konsul'tantPlyus.
5.
Grazhdanskii kodeks Rossiiskoi Federatsii (chast' pervaya) ot 30.11.1994 N 51-FZ red. ot 03.08.2018, p. 3 st. 67.1 // SPS Konsul'tantPlyus.
6.
Dedov D.I., Molotnikov A.E. Korporativnoe pravo: Uchebnik / Kollektiv avtorov, otv. red. Shitkina I.S. M., 2015. S. 915.
7.
Federal'nyi zakon ot 08.02.1998 N 14-FZ «Ob obshchestvakh s ogranichennoi otvetstvennost'yu» (red. ot 23.04.2018), p. 1 st. 32 // SPS Konsul'tantPlyus.
8.
Federal'nyi zakon ot 26.12.1995 N 208-FZ «Ob aktsionernykh obshchestvakh» // SPS Konsul'tantPlyus.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

РЕЦЕНЗИЯ на статью на тему «Вертикальный дедлок в публичных корпорациях». Предмет исследования. Предложенная на рецензирование статья посвящена проблеме определения категории «вертикальный дедлок в публичных корпорациях» на основании доктринальной литературы и судебной практики в Российской Федерации. Предметом исследования выступили нормы российского корпоративного законодательства, материалы судебной практика, доктринальная литература, связанная с заявленными авторами проблемами. Методология исследования. Цель исследования прямо в статье не заявлена. При этом она может быть ясно понята из названия и содержания работы. Цель рецензируемой статьи может быть обозначена в качестве установления сущности, признаков вертикального дедлока в публичных корпорациях, а также в систематизации примеров названного явления в судебной практике Российской Федерации. Исходя из поставленных цели и задач автором, выбрана методологическая основа исследования. В частности, автором используется совокупность общенаучных методов познания: анализ, синтез, аналогия, дедукция, индукция, другие. Так, методы анализа и синтеза позволили обобщить и разделить выводы различных научных подходов к предложенной тематике, а также сделать конкретные выводы из материалов судебной практики. Так, в контексте цели и задач исследования автором обобщены подходы, существующие в научной литературе по поводу сущности и признаков категории «дедлок в корпоративных отношениях». Наибольшую роль сыграли специально-юридические методы. В частности, автором активно применялся формально-юридический метод, который позволил провести анализ и осуществить толкование норм действующего законодательства (прежде всего, положений корпоративного законодательства: ГК РФ, федеральных законов). Например, сделан такой важный в контексте исследования вывод: «Еще одним фактором, олицетворяющим принцип отсутствия конкуренции применительно к органам корпорации, является и то, что все ее органы подчиняются единым императивным общим правилам деятельности, они должны действовать в интересах корпорации добросовестно и разумно (ст. ст. 53, 53.1 ГК РФ)». Следует положительно оценить возможности эмпирического метода исследования, связанного с изучением материалов судебной практики (в частности, автором делаются выводы на основе Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2018 по делу N А40-85104/18-34-572). Можно было бы порекомендовать автору использовать сравнительно-правовой метод исследования и сопоставить применение норм законодательства по поводу дедлока в корпоративном праве в России и других странах. Это улучшило бы выражение автором результатов своего исследования, так как многие категории корпоративного права пришли из-за рубежа (в т. ч. «дедлок», что видно из его названия, пришедшего из английского языка). При этом отсутствие сравнительно-правового метода в исследовании не может быть безусловным основанием для отказа в принятии статьи к публикации, так как автор имеет право рассмотреть анализируемую категорию исключительно с позиции российского права. Таким образом, в целом выбранная автором методология в полной мере адекватна цели исследования, позволяет изучить все аспекты темы в ее совокупности. Актуальность. Актуальность заявленной проблематики не вызывает сомнений. Имеется как теоретический, так и практический аспекты значимости предложенной темы. С позиции теории важно установить понятие и признаки категории «дедлок в корпоративном праве». Данная категория постепенно входит в научный оборот, что подтверждают имеющиеся в науке исследования. Однако для многих понятие является новым и неоднозначным. С позиции практики необходимы рекомендации судебным органам и участникам корпоративных отношений по поводу того, как поступать в ситуации дедлока, высшей формы корпоративного конфликта, приводящей к парализации деятельности организации. К сожалению, на практике случаются подобные проблемы достаточно часто, но решить их имеющимися в законе методами практически невозможно. Тем самым, научные изыскания в предложенной области стоит только поприветствовать. Научная новизна. Научная новизна предложенной статьи не вызывает сомнений. Во-первых, она выражается в конкретных выводах автора по поводу сущности и признаков категории «вертикальный дедлок в публичных корпорациях». Среди них, например, такой вывод: «под вертикальным дедлоком следует понимать тупиковую ситуацию, при которой из-за действия нижестоящего органа в иерархии органов управления высший орган корпорации, общее собрание акционеров, не может принять решения по вопросам своей компетенции, что влечет за собой парализацию деятельности компании. Его характерными чертами являются, во-первых, возникновение в акционерных обществах; во-вторых, инициация нижестоящим органом блокирования деятельности высшего органа управления; и, наконец, выход из подобной неразрешимой ситуации возможен только в судебном порядке». Указанный и иные теоретические выводы могут быть использованы в дальнейших научных исследованиях в сфере корпоративного права. Во-вторых, автором предложены идеи по совершенствованию практики применения законодательства и деловой практики. В частности, «при разрешении вертикального тупика возможны, по меньшей мере два варианта; первый – ликвидация корпорации как в Деле N А40-85104/18-34-572, второй – оспаривание решения органов управления в суде, т.е. решение совета директоров о прекращении отношений с регистратором и сделки по расторжению, совершенной от имени эмитента». Приведенный вывод может быть актуален и полезен в правоприменительной деятельности, а также работе корпоративных юристов. Таким образом, материалы статьи могут иметь определенный интерес для научного сообщества с точки зрения развития вклада в развитие науки. Стиль, структура, содержание. Тематика статьи соответствует специализации журнала «Юридические исследования», так как она посвящена правовым проблемам, связанным с корпоративным правом, вопросами правового регулирования отношений, связанных с участием в управлении корпоративного юридического лица. Содержание статьи в полной мере соответствует названию, так как автор рассмотрел заявленные проблемы. В начале статьи обозначается актуальность и значимость темы исследования. Далее предлагается авторский подход к сущности и признакам категории «вертикальный дедлок в публичных корпорациях». В рамках статьи также анализируются материалы судебной практики, связанные с темой исследования. В завершении предлагаются авторские оригинальные выводы. Качество представления исследования и его результатов следует признать в полной мере положительным. Из текста статьи прямо следуют предмет, задачи, методология и основные результаты исследования. Оформление работы в целом соответствует требованиям, предъявляемым к подобного рода работам. Существенных нарушений данных требований не обнаружено. Имеются некоторые несущественные замечания по поводу оформления работы. Например, в п. 1 библиографии следует разделить включенные в него два источника на отдельные пункты, как это принято по правилам редакции. Также автору следует сделать ссылки на материалы судебной практики, указав их в библиографии. Библиография. Следует высоко оценить качество использованной литературы. Автором активно использована литература, представленная авторами из России (Степанов Д.И., Михальчук Ю., Глухов Е.В., Дедов Д.И., Молотников А.Е.). Цитируемые ученые являются признанными учеными в области корпоративного права. Хотело бы отметить использование автором большого количества материалов судебной практики, что позволило придать исследованию правоприменительную направленность. Авторов не приведено в библиографии большого числа источников, что в контексте данного исследования обосновано и допустимо, так как категория «дедлок» не является общеизвестной и общепризнанной в России. Не имеется большого количества исследований по приведенному предмету. Таким образом, труды приведенных авторов соответствуют теме исследования, обладают признаком достаточности, способствуют раскрытию различных аспектов темы. Апелляция к оппонентам. Автор провел серьезный анализ текущего состояния исследуемой проблемы. Все цитаты ученых сопровождаются авторскими комментариями. То есть автор показывает разные точки зрения на проблему и пытается аргументировать более правильную по его мнению. Особенно сказанное касается вопроса установления сущности категории «дедлок в корпоративном праве», который автор рассматривает в разных сторон, приводя различные подходы ученых. Выводы, интерес читательской аудитории. Выводы в полной мере являются логичными, так как они получены с использованием общепризнанной методологии. Статья может быть интересна читательской аудитории в плане наличия в ней систематизированных позиций автора применительно к сущности дедлока в корпоративном праве и путей разрешения вертикального дедлока в публичных корпорациях. Таким образом, автору следует исправить некоторые частные несущественные замечания по оформлению работы, после чего работа может быть опубликована. На основании изложенного, суммируя все положительные и отрицательные стороны статьи «Рекомендую опубликовать»
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"