Статья 'Процессуальный алгоритм обеспечения права на защиту несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого в досудебном производстве по уголовному делу ' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Процессуальный алгоритм обеспечения права на защиту несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого в досудебном производстве по уголовному делу

Корякина Зинаида Ивановна

кандидат юридических наук

доцент, кафедра уголовного права и процесса, Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования "Северо-Восточный федеральный университет имени М.К. Аммосова"

677000, Россия, республика Саха (Якутия), г. Якутск, ул. Белинского, 58

Koryakina Zinaida Ivanovna

PhD in Law

Associate Profesor of the Department of Criminal Law and Process at North-Eastern Federal University

677000, Russia, respublika Sakha (Yakutiya), g. Yakutsk, ul. Belinskogo, 58

z_koryakina@mail.ru

DOI:

10.25136/2409-7136.2019.10.30926

Дата направления статьи в редакцию:

30-09-2019


Дата публикации:

07-11-2019


Аннотация.

В соотношении с научным толкованием и правоприменительной деятельностью рассмотрено состояние уголовно-процессуального законодательства, регламентирующего обеспечение права на защиту подозреваемых и обвиняемых, не достигших к моменту производства по уголовному делу совершеннолетнего возраста. Основная проблема данной части уголовно-процессуальной деятельности заключается в том, что предусмотренная в Уголовно-процессуальном кодексе РФ процедура досудебного обеспечения права на защиту несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого не позволяет учитывать весь спектр принадлежащих им прав и законных интересов, что приводит к фактическому приравниванию их к совершеннолетним с аналогичным статусом. Цель исследования состоит в выполнении научной задачи, обусловленной необходимостью получения новых теоретических и практических положений о процессе обеспечения права на защиту несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому в досудебных стадиях уголовного судопроизводства.Задачи исследования направлены на анализ доктринального и нормативного состояния обеспечения права на защиту несовершеннолетним, выявление специфики данного процесса. В процессе исследования использовались социологический, формально-юридический, сравнительно-правовой, а также системного исследования и моделирования, историко-правовой и логико-юридический методы. В статье предлагаются новые положения, которые направлены на формирование механизма защиты прав и законных интересов несовершеннолетних с учетом не только возрастных, но и иных особенностей, обусловленных недостаточностью у них жизненного опыта. В этой связи научная новизна заключается в предложении обновленного процессуального порядка обеспечения права на защиту несовершеннолетних.

Ключевые слова: Уголовный процесс, несовершеннолетний, подозреваемый, обвиняемый, обеспечение, право, предварительное расследование, следователь, защитник, защита

Abstract.

In terms of scientific interpretation and law-enforcement practice, Koryakina analyzes criminal procedure legislation that regulates ensuring the right to defense of a suspect or accused who haven't reached their legal age at the time of trial. The main problem here is that the procedure of pre-trial ensurance of the right to defense of a minor suspect or accused do not cover the full range of legal rights and interests as it is set forth by the Criminal Procedure Code of the Russian Federation. Thus, the legal status of a minor is equalized to the status of an individual of legal age. The aim of the research is to discover new theoretical and practical provisions about the process of ensuring the right to defense of a minor suspect or accused at the pre-trial stage of criminal procedure. The research objectives include analysis of doctrinal and regulatory ensuring the right of minors to defense as well as analysis of specific features of such process. In her research Koryakina has also used sociological, formal legal, comparative legal analysis, systems approach and modelling, historical legal and logical legal methods. In her article the author offers new provisions aimed at developing the mechanism of protection of minors' legal rights and interests taking into account not only their age but also their lack of life experience. Thus, the scientific novelty of the research is caused by the fact that the author suggests to renew the procedure of ensuring the right of minors to defense. 

Keywords:

preliminary investigation, right, security, accused, suspect, minor, Criminal process, investigator, defender, to defense

Процессуальный алгоритм обеспечения права на защиту несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого в досудебном производстве по уголовному делу

Указом Президента Российской Федерации период с 2018 по 2027 гг. объявлен десятилетием детства [1]. Данное решение основывается на результатах реализации принятой несколькими годами ранее Национальной стратегии действий в интересах детей [2; 3]. Именно в ней впервые четко обозначена необходимость скорейшего и последовательного перехода к дружественному для ребенка правосудию и отмечено наличие таких проблем, как недостаточная эффективность имеющихся в РФ механизмов защиты прав и интересов несовершеннолетних, неисполнение международных стандартов в области прав ребенка, низкая эффективность профилактической работы.

В каком бы качестве ни вступал в производство по уголовному делу несовершеннолетний, в отношении него должны действовать предусмотренные международными актами, Конституцией РФ и действующим уголовно-процессуальным законодательством процессуальные гарантии, необходимые для обеспечения полноценной защиты его прав и законных интересов. Наиболее значимой из них является обеспечение и безусловная возможность реализации им своего права на защиту.

Однако внесённые в УПК РФ за последние годы изменения и дополнения практически никак не затрагивали процессуальное регулирование этого права в отношении несовершеннолетних. При этом именно этот сегмент процессуальной деятельности нуждается в повышенном внимании со стороны российского законодателя, основанном на чётком понимании фактического действия норм уголовно-процессуального закона в отношении лиц, которые в силу возраста не в состоянии самостоятельно и эффективно осуществлять свою защиту от уголовного преследования. Процессуальная регламентация права на защиту несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого в сочетании с подкрепляющими его нормативными гарантиями должна быть направлена на создание единого и внутренне не противоречивого процессуального алгоритма его обеспечения. Однако этому пока препятствуют некоторые обстоятельства, нередко приводящие к ущемлению данного права. Так, недостаточно чётко определены процессуальные положения, с момента наступления которых подлежит обеспечению право на защиту несовершеннолетних. Нормативное регулирование обеспечения участия защитника и законного представителя не учитывает социальных реалий, объективно усложняющих выполнение требований закона о своевременном их привлечении. В сфере обеспечения и реализации права на защиту отсутствуют единые координирующего значения законодательные, основанные на них иные положения, которые бы учитывали в полной мере специфику несовершеннолетнего возраста.

С учетом изложенного изучения требует вопрос обеспечения права на защиту несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого в соотношении с такими аспектами как досудебный механизм его реализации, соответствие и соблюдение при этом специфических особенностей несовершеннолетнего возраста, дифференцированных правил производства по уголовному делу, качество и содержание защиты, полнота уголовно-процессуальной деятельности в части обеспечения прав и законных интересов несовершеннолетних и их законных представителей.

Комплексных исследований, посвященных проблемам обеспечения несовершеннолетнему подозреваемому и обвиняемому права на защиту российскими процессуалистами давно не проводилось, хотя отдельные публикации по данной тематике в юридической литературе периодически появлялись [4 - 7].

Согласно ч. 2 ст. 16 УПК РФ к категории субъектов обеспечения права на защиту отнесены: суд, прокурор, следователь и дознаватель. Процессуальные обстоятельства, с возникновением которых должно быть обеспечено право на защиту, должны совпадать с началом процессуальных моментов, дающих основания для признания несовершеннолетнего подозреваемым (ч. 1 ст.46 УПК РФ) или обвиняемым (ч. 1 ст. 47 УПК РФ). В указанном перечне следует также предусмотреть обстоятельства, возникающие при осуществлении иных процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст.144 УПК РФ. Соответственно, прежде чем приступить к процессуальному контакту с лицом несовершеннолетнего возраста на начальном этапе уголовного преследования, следователем и дознавателем должен соблюдаться определенный алгоритм осуществления процессуальных действий.

Первое составляющее действие такого алгоритма предполагает обязательное установление и фиксацию факта нахождения подвергнутого уголовному преследованию лица в несовершеннолетнем возрасте в соответствии со ст.ст.19, 20 УК РФ, п.1 ч.1 ст.421, ст.73 УПК РФ. Возраст входит в число обстоятельств, подлежащих доказыванию, является одним из составных условий наступления уголовной ответственности и квалификации преступления.

Недопустимо, чтобы применение мер процессуального принуждения опережало действие по установлению возраста, в котором пребывал несовершеннолетний в момент совершения преступления. В последствии может выясниться, что фактически он оказался меньше предусмотренного законом четырнадцатилетнего либо шестнадцатилетнего возраста для привлечения к уголовной ответственности. В связи с нарушениями, допущенными при установлении несовершеннолетнего возраста также могут быть нарушены требования о привлечении для участия в следственных действиях педагога (психолога) в соответствии с ч.3 ст.425 УПК РФ.

В следственной практике возраст, как правило, фиксируется в объяснении либо протоколе первого допроса заподозренного лица. Для точной констатации несовершеннолетнего возраста было бы правильным составление специального процессуального документа с указанием подтверждающих его сведений: о принятых следователем или дознавателем мерах по точному определению возраста, и, конкретных, использованных для этого средств и способов (например, со слов несовершеннолетнего или его законных представителей, представленных ими документов, удостоверяющих личность, по результатам судебно-психиатрической экспертизы, иных источников) с последующим приложением соответствующих документов.

Вторым составляющим действием рассматриваемого алгоритма является выполнение требований ст. 16 УПК РФ об обязанности по разъяснению несовершеннолетним подозреваемому и обвиняемому права на защиту. Изучение практики показало, что в большинстве случаев, следователи и дознаватели разъясняют несовершеннолетним право на защиту путем ознакомления их с текстом составленного протокола о разъяснении права на защиту (72%), в котором, как правило, дословно воспроизводится содержание ст.ст.16 и 50 УПК РФ.

На наш взгляд, помимо данных статей, в содержание разъясняемых положений для несовершеннолетнего должны быть включены правила: об обязательном участии адвоката-защитника (с разъяснением отличий между «защитой приглашенной» и «защитой назначенной»), законного представителя и порядка их вступления в производство по уголовному делу, а также отстранения либо замены. Для подтверждения своевременного разъяснения права на защиту по дате и времени своего составления, данный протокол должен опережать все последующие процессуальные процедуры с участием несовершеннолетнего. В любом случае, разъяснение права на защиту должно проходить как можно более в полном объеме, подробно и содержательно. Знание своих прав и эффективность их осуществления для личности зависит не только от профессиональной юридической помощи либо его собственных интеллектуальных способностей, но и содействия в этом следователя или дознавателя, в производстве которого находится уголовное дело.

Так, в отличие от общих прав, указанных в ст.ст.46 и 47 УПК РФ несовершеннолетние подозреваемые, обвиняемые вправе пользоваться и специальными. Например, помощью более широкого круга лиц (законного представителя, педагога, психолога), рассчитывать на особые процессуальные гарантии и их обеспечение (при участии в следственных действиях, в судебном разбирательстве, при применении мер процессуального принуждения), ходатайствовать о дополнительных основаниях прекращения уголовного дела и т. д.

Для того чтобы знать свои права и связанные с ними процессуальные гарантии, пользоваться ими в целях своей защиты, несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому, необходимо с ними основательно ознакомиться. В этой связи, согласно ч.1 ст.11 и ч.2 ст.16 УПК РФ обязанность их разъяснения возложена на следователя, дознавателя. По справедливому мнению В. С. Шадрина «… если лицу не сообщено о принадлежащих ему правах, и они не разъяснены, то вряд ли можно говорить об их обеспечении. Без знания содержания своих прав, их субъект не в состоянии ими распорядиться» [8, с. 43-44]. Недопустимо, чтобы несовершеннолетний долгое время находился в неведении об особенностях своего правового и процессуального положения.

Как показало наше исследование, данное требование не всегда соблюдается должным образом. Изучение уголовных дел позволяет приводить в пример случаи адвокатского реагирования, получившие процессуальную фиксацию в протоколах следственного действия после наблюдения за процессом разъяснения прав несовершеннолетним. Например, в виде замечания о том, что процедура разъяснения прав выливается «в монотонное зачитывание (оглашение) содержания соответствующей статьи УПК РФ с последующей постановкой вопроса о том, понятны ли субъекту его права», либо «права разъяснены не в полном объеме» [9, 10].

По нашему убеждению обязанность следователя, дознавателя разъяснить права не предполагает просто «зачитать» их из текста УПК РФ. Основная задача разъяснения состоит в стремлении помочь понять их смысл, раскрыть содержание и правовые последствия, которые могут наступить в случае их реализации, и, наконец, обеспечить условия для того, чтобы он мог воспользоваться своими правами.

Пассивность со стороны следователей и дознавателей вызвана, по мнению некоторых ученых, формальным подходом к выполнению возложенной на них обязанности по разъяснению прав [11, с. 46; 12, с. 15]. В литературе встречаются также предложения о том, чтобы в полномочиях следователя, дознавателя особо выделить и детально расписать обязанности по обеспечению прав и интересов участников процесса, что указанное дополнение может способствовать укреплению их ответственности за соблюдением процессуальных гарантий [13, с. 246; 14]. Между тем содержание ч.1 ст.11 и ч.2 ст.16 УПК РФ все же предусматривают, хотя и без описания соответствующего механизма, обязанность должностных лиц разъяснять участникам уголовного судопроизводства их права. Ситуацию усложняет также и то, что сам процесс разъяснения прав подозреваемому и обвиняемому фактически бесконтролен (активность адвокатов при этом минимальна).

Важным является также и то, что несовершеннолетнему, в силу возрастных и иных особенностей сложно сразу и до конца понять и освоить суть своих прав (в силу того, что они выражены непростыми для его понимания юридическими терминами) и возможных вариантов их использования в ходе защиты. Можно привести пример из решения Европейского Суда по правам человека по делу о соблюдении государствами ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (в ней предусмотрено право на справедливое правосудие), в котором отмечено, что «нельзя требовать, чтобы несовершеннолетний понимал абсолютно все, что происходит в правовых ситуациях, поскольку даже взрослый человек (без специального юридического образования) часто не может до конца понимать происходящее. Вместе с тем, несовершеннолетний обвиняемый должен иметь возможность понимать происходящее в общем смысле: в т. ч. природу самого процесса и возможные его последствия, а также то, что говорится судом, прокурором и свидетелями» [15].

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ содержится руководящее разъяснение относительно того, что «предусмотренные УПК РФ права должны быть разъяснены в объеме, определяемом процессуальным статусом лица, в отношении которого ведется производство по делу с учетом стадий и особенностей различных форм судопроизводства» [16]. Если обратиться к содержанию ст.ст. 46 и 47 УПК РФ, в которых перечислены права подозреваемого и обвиняемого, не сложно убедиться, что в них отсутствуют те, которые принадлежат находящимся в этом статусе несовершеннолетним. Для прояснения ситуации можно обратить внимание на главу 50 УПК РФ, в которой регламентированы особенности производства по уголовным делам данной категории. Однако и в ней сосредоточены не все нормы о принадлежащих несовершеннолетним правах. Некоторые из них бессистемно рассредоточены по всему УПК РФ (например, в ст.ст.27, 48, 51, 96, 98, 105, 108, 113, 132, 154, 188, 191, 280, 397 и др.).

В целом, предусмотренные в УПК РФ права несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого можно классифицировать на две группы: общие, установленные ст.ст.46 и 47 УПК РФ и специальные, вытекающие из особенностей досудебного и судебного производства по уголовным делам о преступлениях несовершеннолетних. Соответственно этому, в определенных законом случаях, разъяснению должны подлежать все права несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, т. е. как общие, так и специальные. Иначе говоря, помимо общих прав, указанных в ст.ст.46 и 47 УПК РФ, подлежат также разъяснению их специальные права, связанные:

с обязательным участием профессионального защитника – адвоката (п.2 ч.1 ст.51 УПК РФ);

с обязательным участием и допуском законного представителя (ст.ст.16, 48, 426, 428 УПК РФ);

с применением мер процессуального принуждения по особым правилам (ст.423 УПК РФ);

с назначением процессуальных издержек (ч.8 ст.132 УПК РФ);

с вызовом к следователю, дознавателю, суд (ст.424 УПК РФ);

с участием педагога, психолога (ст.425 УПК РФ);

с выделением уголовного дела в отдельное производство (ст.422 УПК РФ);

с производством следственных действий по особым правилам (ст.425 УПК РФ);

с кругом обстоятельств, подлежащих доказыванию (ч.1 и 2 ст.421 УПК РФ);

с медицинским освидетельствованием (ч.4 ст.421 УПК РФ);

с исследованием состояния здоровья (ч.3 ст.421 УПК РФ);

с прекращением уголовного дела по альтернативным осуждению и наказанию основаниям (ст.427 УПК РФ, ст.ст.90 – 92 УК РФ);

со смягчением вины и наказания (ст.ст.60-61 УК РФ);

с отказом в ознакомлении несовершеннолетнего с теми материалами уголовного дела, которые могут оказать на него отрицательное воздействие (ч.3 ст.426 УПК РФ);

с иными процессуальными обстоятельствами (например, связанными с ограничением применения некоторых дифференцированных видов уголовного судопроизводства, предусмотренных гл.32.1., 40, 42 УПК РФ).

По результатам проведенного нами анкетного опроса более половины следователей и дознавателей (56,5%) отметили, что в своей практической деятельности разъясняют несовершеннолетним только их общие права, предусмотренные ст.ст.46 или 47 УПК РФ. Некоторые из опрошенных отметили, что дополнительные права несовершеннолетних разъяснению не подлежат, поскольку закон этого не требует. Полагаем, что данные обстоятельства могут негативно сказываться на эффективности правоприменительной деятельности, поскольку «… игнорирование специфики производства по делам несовершеннолетних, с очевидностью приводит к неполноте их производства» [17, с. 5]. Другими словами, возникает существенное упущение в деятельности по разъяснению прав, предоставленных федеральным законом именно несовершеннолетним, что явно не способствует всесторонности и полноте обеспечения права на защиту. Следует иметь в виду, что под «правом на защиту» понимается не только обеспечение непосредственного участия защитника (адвоката или иного лица) в уголовном процессе в соответствии с требованиями ст.ст.50 - 51 УПК РФ, но и конкретные права подозреваемого, обвиняемого, подсудимого по реализации своего права на защиту. И суть, характер, содержание этих прав у несовершеннолетнего намного шире и специфичнее, чем у совершеннолетних участников дела с аналогичным статусом.

Используемые в производстве по уголовным делам в отношении несовершеннолетних процессуальные документы, также должны в своем содержании учитывать эту специфику (в т.ч. протокол задержания; постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого; протокол разъяснения подозреваемому или обвиняемому права на защиту; протокол явки с повинной и др.). Поскольку в силу значительного объёма воспроизводить их по памяти способны далеко не все следователи и дознаватели. Следовательно, разъяснение при производстве следственных и иных процессуальных действий специальных прав несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, как составной части обеспечения и реализации права на защиту может не состояться.

Следующим составляющим звеном обеспечения права на защиту является создание условий для вступления адвоката-защитника в производство по делу, содержание которых зависит от того, по приглашению (соглашению) либо по назначению он будет участвовать.

В некоторых региональных адвокатских палатах широко внедряются и активно используются современные технологии привлечения адвокатов к участию в уголовных делах в качестве назначенного защитника. Случаи, когда адвокат получает дела напрямую от следователя или дознавателя, отслеживаются и если нарушение подтверждается, то выносится предупреждение, а само виновное лицо исключается из списка адвокатов, работающих по назначению [18]. Приведенный пример заслуживает положительного внимания и внедрения по всей территории РФ. В дополнение считаем нужным упомянуть инициативу Минюста России, заявленную в целях упорядочения назначения адвокатов с использованием автоматизированной информационной системы (АИС). Если приглашенный защитник не пришел на процесс, адвоката определят с использованием АИС. Необходимые поправки ведомство предлагает внести в ст.50 УПК РФ. По мнению инициаторов, нововведение позволит исключить влияние заинтересованных лиц на распределение поручений между адвокатами. Иными словами, никто не сможет влиять на то, какого защитника назначат фигуранту дела. При этом министерство предлагает считать недопустимым доказательством показания подозреваемого, обвиняемого, которые он дал в ходе досудебного производства по делу с участием защитника, назначенного с нарушением требований [19]. Таким образом, очевидно, что регулирование порядка назначения адвоката продолжает развиваться и находится в настоящий период на стадии совершенствования.

Следователю или дознавателю при подготовке требования в адвокатское образование необходимо как можно более полно информировать его представителей сведениями о личности несовершеннолетнего, с указанием: пола, языка, возраста, краткой информации о преступлении и иных данных. Такой подход оптимален в целях обеспечения гендерной и языковой совместимости защитника и несовершеннолетнего. Их наличие, в свою очередь, может способствовать предупреждению требований о замене адвоката-защитника, отказа в даче согласия на вступление назначенного защитника (ч.4.1. ст.49 УПК РФ) и соблюдению разумных сроков судопроизводства, обеспечению стабильной и максимально эффективной защиты в ходе досудебного производства.

После обеспечения участия адвоката в производстве по уголовному делу уполномоченное лицо приступает к обеспечению законного представителя. УПК РФ не устанавливает порядка определения (отбора) и назначения законного представителя. Поэтому на этом этапе важно выяснить мнение несовершеннолетнего о том, кого именно из своих родителей, усыновителей, опекунов или попечителей он хотел бы видеть в качестве законного представителя. Например, нормы ст.57 Семейного кодекса РФ предусматривают право ребенка с десятилетнего возраста выражать свое мнение при решении любого вопроса, затрагивающего его интересы. Навязывание кандидатуры законного представителя вопреки воле несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, будет противоречить предписаниям ч.ч.1 и 2 ст.16 УПК РФ. В изученных нами материалах уголовных дел иногда встречались ситуации, когда подросток просил приглашать, например, не отца (ввиду неприязненных с ним отношений), а мать [20].

Согласно п.12 ст.5 УПК РФ перечень установленных в нем законных представителей несовершеннолетних участников уголовного судопроизводства является исчерпывающей. В него включены: родители, усыновители, опекуны или попечители, представители учреждений или организаций, на попечении которых находится несовершеннолетний, органы опеки и попечительства.

На основании ст.426 УПК РФ следователю, дознавателю необходимо вынести постановление о допуске к участию законного представителя, содержание и порядок принятия которого закон не разъясняет. Следователь вправе допросить законного представителя в качестве свидетеля, собрать на него характеризующий материал (документ, удостоверяющий личность и подтверждающий степень родства с несовершеннолетним, справку из ИЦ МВД России по субъекту о наличии или отсутствии судимостей, характеристики с места работы и жительства и др.). Таким образом, следователю, дознавателю достаточно проверить статус законного представителя на предмет соотношения его с перечнем п.12 ст.5 УПК РФ и отсутствия обстоятельств, указанных в ч.4 ст.426 УПК РФ. Во избежание вероятности признания права на защиту нарушенным, недопустимо проводить с несовершеннолетним следственные и иные процессуальные действия, пока не будет обеспечено участие законного представителя. В отличие от судебного производства, когда неявка своевременно извещенного законного представителя несовершеннолетнего подсудимого не приостанавливает рассмотрения уголовного дела (ч.3 ст.428 УПК РФ), в досудебном процессе бремя обеспечения обязательного его участия законом установлено в императивном порядке. Одобряя такую процедуру, законодатель не учел, что ввиду внешних и субъективных факторов гарантировать своевременное, без задержек беспрепятственное участие законного представителя несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого из перечня п.12 ст.5 УПК РФ для следователя (дознавателя) является задачей не из легких.

Изучив сведения из судебно-следственной практики, мы пришли к выводу о том, что к препятствиям внешнего характера можно отнести сложные географические, климатические условия, дальние расстояния между населенными пунктами, неразвитая коммуникация, низкая платёжеспособность населения. Например, в одном из уголовных дел ввиду неприбытия (из-за плохих погодных условий) законного представителя несовершеннолетнего подозреваемого из кочевой общины, следователь вынужденно пригласил вместо него социального педагога из сельской школы, поскольку процессуальный срок истекал, а более подходящей кандидатуры для этого ему в отдаленной местности найти не удалось [21]. К препятствиям субъективного характера можно отнести проявления недобросовестного родительства, т.е. сознательное уклонение законного представителя от воспитания несовершеннолетних детей. Примечательно, что для уголовного судопроизводства участие законного представителя императивно, даже в тех случаях, когда родители несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого многократно судимы, злоупотребляют спиртным или ведут иной антиобщественный образ жизни, однако при этом официально не лишены родительских прав [22]. Такой подход создает значительные проблемы в следственной практике. Например, суд усмотрел нарушение права на защиту в том, что следственные действия с несовершеннолетним были проведены не с участием матери обвиняемого, а с сотрудником органов опеки и попечительства (ведущего специалиста отдела опеки и попечительства местной администрации), назначенного постановлением следователя. Суд пришёл к выводу, что следователь не принял надлежащих мер для обеспечения допуска в качестве законного представителя матери либо отца. Из показаний следователя Ч. в ходе предварительного слушания следует, что он неоднократно принимал все возможные меры к вызову матери и отца несовершеннолетнего, направлял повестки, уведомлял по телефону, в итоге неоднократно составлялись справки об их неявке. Позже по электронной почте получено заявление от матери, в котором она отказалась представлять интересы своего несовершеннолетнего сына в качестве законного представителя, и не возражала, чтобы её интересы представлял сотрудник соцзащиты [23].

По одному из изученных нами уголовных дел в качестве законного представителя была допущена бабушка, одна воспитывавшая несовершеннолетнего обвиняемого с малолетства. При этом мать подростка проживала в другом районе и воспитанием сына никогда не занималась [24]. В другом случае, в качестве законного представителя несовершеннолетнего подозреваемого, был допущен двоюродный брат, т.к. родители несовершеннолетнего злоупотребляли алкоголем, семья состояла на учете как неблагополучная [25].

В научной литературе заслуженно уделяется особое внимание тому, что асоциально настроенные родители и неблагополучная семейная среда являются основным фактором (базовой причиной) противоправного поведения несовершеннолетних [26; 27]. Добавим, что такие законные представители также ущемляют права и законные интересы своих детей на защиту.

В отличие от следователей и дознавателей такие ситуации практически никогда не находят понимания у судов, поскольку случаи привлечения для участия иного лица в качестве законного представителя, не указанного в п. 12 ст. 5 УПК РФ, признаются существенными нарушениями норм уголовно-процессуального закона [28; 29].

Следует также отметить проблему недостаточного в количестве штатного комплектования органов опеки и попечительства, что приводит к проблеме привлечения законных представителей из их числа [30, с. 52].

Учитывая приведенные социальные реалии, в интересах упрощения (деформализации) порядка обеспечения участия законного представителя, а также обеспечения несовершеннолетнего защитой, считаем, что назрела необходимость рассмотреть в действующем уголовно-процессуальном законодательстве возможность привлечения в качестве законного представителя и других лиц вне перечня, установленного п.12 ст.5 УПК РФ.

Изучая процессуальную литературу, мы встречали предложения о расширении этого круга за счет любых родственников [31, с. 203; 32, с. 68], приемных (патронатных) родителей [33, с. 25], инспекторов по делам несовершеннолетних [34, с. 45] и органов управления образованием [35, с.55]. Полагаем, что позиционирование в этом качестве инспекторов по делам несовершеннолетних не является оптимальным решением, поскольку их функции носят, прежде всего, правоохранительный характер (в рамках деятельности ОВД, полиции). Например, к материалам некоторых изученных нами уголовных дел были приобщены их рапорты об обнаружении признаков преступления, совершенного с участием несовершеннолетних, характеризующие сведения из учёта, на котором подросток состоял как трудный. Более того, как справедливо отмечают процессуалисты, незнакомые подростку, а фактически - чужие люди, назначенные из органов опеки либо представителей соответствующих учреждений и организаций вряд ли могут вызывать доверие и положительно влиять, заинтересованно и активно оказывать реальную помощь в защите его прав и законных интересов [36, с. 8; 37, с. 72; 6, с. 63]. Что же касается иных лиц, например, из числа родственников несовершеннолетнего, то такая точка зрения заслуживает одобрения.

Близкие родственники указаны в п.4 ст.5 УПК РФ в следующем перечне: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки. Соответственно, родственниками в п.37 этой же статье названы все иные лица, состоящие в родстве, за исключением близких родственников. Такие лица, основываясь на родственных либо нравственных началах должны быть способны брать на себя ответственность за процессуальное поведение несовершеннолетнего.

Замещение законного представителя иным лицом нам представляется возможным только на досудебном этапе уголовного преследования. Например, в связи с наступлением обстоятельств, когда необходимо: - допросить несовершеннолетнего в качестве подозреваемого на основании ч.2 ст.46 УПК РФ не позднее 24 часов с момента фактического задержания; - выполнить требования ч.3 ст.423 УПК РФ (незамедлительное уведомление о задержании); - разрешить ходатайство о мере пресечения согласно ч.4 ст.108 УПК РФ) и т.д. Актуальными могут быть также обстоятельства, когда несовершеннолетний в ходе доследственной проверки участвует для выяснения причастности к совершенному преступлению, в случаях явки его с повинной. Временная замена надлежащего законного представителя иным лицом только на досудебных стадиях представляется нам оптимальной также и потому, что на этом этапе от законного представителя не требуется выполнения существенных действий, связанных с принятием на себя обязательств в силу закона (например, выплаты процессуальных издержек по ч.8 ст.132 УПК РФ, судебного штрафа и т.д.). А такие действия, как выбор меры пресечения в виде присмотра за несовершеннолетним (ст.102 УПК РФ) могут быть реализованы другими, заслуживающими доверия лицами (ст.105 УПК РФ). В последующем, такие (временные) законные представители могут быть допущены в судебное производство уже в качестве защитника наряду с адвокатом и продолжить защиту несовершеннолетнего (ч.2 ст.49 УПК РФ) при условии разъяснения им такой возможности.

В каждом случае следует исходить из того, что близкие родственники и родственники всегда должны рассматриваться в качестве наиболее вероятных кандидатов для пребывания в этом процессуальном статусе. Примеры ответственности лиц за несовершеннолетнего, основанной на родственных отношениях и не являющихся законными представителями, мы можем увидеть в статьях 103, 105, 106 УПК РФ. Более того, родственные отношения являются основанием для отказа от дачи показаний, регламентированного ст.51 Конституции РФ. В производстве по уголовным делам о применении принудительных мер медицинского характера, близкий родственник приравнен к законному представителю (ч.1 ст.437 УПК РФ).

Результаты проведенного нами исследования приводят к следующим выводам.

Право на защиту в производстве по делам о преступлениях несовершеннолетних представляет собой обеспечиваемое в обязательном порядке уполномоченными органами правовое средство в целях защиты от уголовного преследования и осуждения, реализуемое несовершеннолетним подозреваемым, обвиняемым, а также лицом, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении при участии защитника и законного представителя с учетом особого порядка, установленного в УПК РФ.

Неотделимость права на защиту от гарантий его осуществления предусматривает обязанность разъяснения следователем и дознавателем несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому их прав и одновременно служит основой их соблюдения. В этой связи в УПК РФ должны быть предусмотрены нормативные предписания, обязывающие соответствующих участников уголовного судопроизводства при наступлении случаев, связанных с возникновением подозрения, обвинения, разъяснять не только общие, но и специальные права. Предлагаем внести в ст.420 УПК РФ новую часть, изложив ее в следующей редакции: «Суд, следователь и дознаватель разъясняют несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому права, предусмотренные статьями 46, 47, 48, 50, пунктом 2 части первой статьи 51 настоящего Кодекса с учетом особенностей производства по уголовным делам, предусмотренных настоящей главой».

С учетом специфики, а также в целях оптимизации средств и способов, основных направлений деятельности адвоката в процессе защиты несовершеннолетнего Федеральной Палате адвокатов предлагается разработать Стандарт осуществления адвокатом ювенальной защиты в уголовном судопроизводстве и вести специальные реестры адвокатов в регионах из числа наиболее опытных в ювенальной защите и представительстве.

В связи тем, что назначение надлежащих лиц из перечня п.12 ст.5 УПК РФ затруднительно, предлагаем внести в статью 426 УПК РФ новую часть 1.1.: «В случаях, не терпящих отлагательства, при невозможности обеспечить участие законного представителя в соответствии с перечнем п. 12 ст. 5 настоящего Кодекса, в том числе, если не удается установить его местонахождение либо участие установленного не представляется возможным на первом допросе несовершеннолетнего в качестве подозреваемого или обвиняемого, то, по постановлению следователя, дознавателя в качестве законного представителя могут быть допущены с их согласия один из близких родственников либо родственников несовершеннолетнего, о допуске которого ходатайствует подозреваемый, обвиняемый.

Участие указанных лиц допускается только в досудебном производстве по уголовному делу до устранения обстоятельств, препятствующих привлечению законных представителей, перечень которых определен п.12 ст.5 настоящего Кодекса».

Библиография
1.
Указ Президента Российской Федерации от 29 мая 2017 г. № 240 «Об объявлении в Российской Федерации Десятилетия детства»: Система «Гарант» [Электронный ресурс].
2.
Указ Президента РФ от 1 июня 2012 г. № 761 «О Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012-2017 годы»: Система «Гарант» [Электронный ресурс].
3.
Постановление Президиума Совета судей РФ от 1 декабря 2014 г. N 427 «О формировании дружественного к ребенку правосудия в системе правосудия РФ»: Система «Гарант» [Электронный ресурс].
4.
Тетюев С. В. Принципы обеспечения несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому права на защиту. Некоторые вопросы теории и практики / Проблемы правовой защиты общечеловеческих ценностей в современной России. Материалы конференции / под ред. Еникеева З. Д. Уфа.: БашГУ, 2005. Часть 4. С.142-151.
5.
Машинская Н. В. Проблемы реализации права несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого на защиту в стадии предварительного расследования // Вестник Омского университета. Серия «Право». 2014. №4 (41). С.207-211.
6.
Макаренко И. А. Обеспечение прав и законных интересов несовершеннолетнего обвиняемого в процессе расследования уголовного дела // Lex russica. 2015. №8. С.58-68.
7.
Согоян В. Л. Соблюдение интересов несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого) при обеспечении его права на защиту // Противодействие преступлениям, совершаемым несовершеннолетними и в отношении несовершеннолетних: материалы Междунар. науч.-практич. конф. (Москва, 13 февраля 2015 г.) / под ред. А. И. Бастрыкина. — М.: Юнити-Дана, 2015. С.340-344.
8.
Шадрин В. С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. М., 2000. С.43-44.
9.
Уголовное дело №1-1231/08 // Архив Якутского городского суда Республики Саха (Якутия);
10.
Уголовное дело №1-561/10 // Архив Якутского городского суда Республики Саха (Якутия).
11.
Усаров М. И. Право на жалобу как принцип уголовного процесса и средство защиты прав несовершеннолетних обвиняемых и потерпевших в стадии предварительного расследования: Дисс. .... канд. юрид. наук. – М., 2004. – 178 с.
12.
Сероштан В. В. Тенденции совершенствования законодательства в области обеспечения прав в уголовном процессе несовершеннолетних лиц // Закон и право. 2009. №2. С.15-16.
13.
Халиков А. Н. Вопросы соблюдения прав и свобод человека в деятельности следователя / Проблемы правовой защиты общечеловеческих ценностей в современной России. Материалы конференции / под ред. Еникеева З. Д. Уфа: Башгу, 2005. Часть 3. С.242 – 248.
14.
Склизков А. Н. Взаимодействие сторон уголовного судопроизводства на стадии предварительного расследования // Адвокатская практика. 2007. №3. С.21 – 25.
15.
Дело S.C. против Соединенного Королевства от 15.06.2004г. / Агальцова М. В. Развитие ювенальной юстиции в странах Совета Европы / Совершенствование механизмов работы с несовершеннолетними правонарушителями в РФ. Сборник аналитических материалов. – М.: ООО «Информполиграф», 2010. С.52-59.
16.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. №29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве // СПС «Консультант плюс»: Версия Проф. [Электронный ресурс].
17.
Гуковская Н. И., Долгова А. И., Миньковский Г. М. Расследование и судебное разбирательство дел о преступлениях несовершеннолетних. – М., 1974. – 290 с.
18.
Должностная инструкция координатора центра субсидируемой юридической помощи ПАСО (Самара) // Официальный сайт ПА Самарской области [Электронный ресурс]: URL: http://paso.ru/ru/ (дата обращения 13. 01. 2017 г.)
19.
Рамазанов И. Адвокатов по назначению будет определять компьютер // Уголовный процесс. 2018. №2. [Электронный ресурс]: URL: https://e.ugpr.ru/ (дата обращения 13. 05. 2018 г.).
20.
Уголовное дело №1-561-10 // Архив Якутского городского суда Республики Саха (Якутия).
21.
Уголовное дело 2-50-05 // Архив Верховного Суда Республики Саха (Якутия).
22.
Стельмах В.Ю. Процессуальный порядок и проблемные аспекты участия в уголовном судопроизводстве законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого (подозреваемого) // Уголовно-процессуальная охрана прав и законных интересов несовершеннолетних. 2016. №1 (3). Издательство: Воронежский институт Министерства внутренних дел Российской Федерации. С.166-170.
23.
Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда. Рег. № 22-1578/2013г. (№ 1-69/2013г.) / Государственная автоматизированная система Российской Федерации «Правосудие» [Электронный ресурс] URL: bsr.sudrf.ru (Дата обращения 3 мая 2018 г.).
24.
Уголовное дело №2-28-09 // Архив Верховного суда Республики Саха (Якутия).
25.
Уголовное дело №2-31-08 // Архив Верховного суда Республики Саха (Якутия).
26.
Ганишина И. С. Неблагополучная семья и девиантное поведение несовершеннолетних. – М.: Издательство Московского психолого-социального института; Воронеж: Издательство НПО «МОДЭК», 2006. – 288 с.
27.
Лелеков В. А. Ювенальная криминология. 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юнити-Дана: Закон и право, 2014. С.73 – 109.
28.
Апелляционное постановление Верховного Суда Республики Саха (Якутия) по уголовному делу 22-69/2014 (22-2671/2013) // Архив ВС Республики Саха (Якутия).
29.
Обобщение судебной практики Верховного Суда Республики Саха (Якутия) по уголовным делам, возвращенным прокурору за 2013 г. Утверждено Постановлением Президиума Верховного суда Республики Саха (Якутия). // [Электронный ресурс] URL: http://vs.jak.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&rid=26 (Дата обращения 03.03.2017 г.).
30.
Каминская Ю.Н. Роль органов прокуратуры в защите прав несовершеннолетних / Современные механизмы защиты прав семей с несовершеннолетними детьми: лучший российский опыт: материалы Всероссийской конференции (19-20 марта 2013 г., г. Якутск) / Администрация Главы и Правительства Республики Саха (Якутия); [редкол.: Д. Е. Глушко и др.; отв. ред.: А. А. Соловьева]. – Якутск: Медиа Холдинг Якутия, 2013. – 280 с.
31.
Фомин М. А. Сторона защиты в уголовном процессе (досудебное производство). – М.: Юрлитинформ, 2004. – 536 с.
32.
Литвинцева Н. Ю. Актуальные проблемы процессуального статуса законных представителей несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого // Сибирские уголовно-процессуальные и криминалистические чтения. 2017. №4. С.66-77.
33.
Марковичева Е. В. Проблемы назначения и замены законного представителя несовершеннолетнего в российском уголовном процессе // Судья. 2015. №7 (55). С.24-26.
34.
Макаренко И. А. Проблемы участия третьих лиц в процессе расследования уголовных дел в отношении несовершеннолетних // Вопросы ювенальной юстиции. 2007. №1. С.49-52.
35.
Кузнецова Н. П., Гаврилова С. Т. Проблемы предварительного расследования по делам несовершеннолетних: учебное пособие. Воронеж.: Воронежский институт МВД России, 2005. – 125 с.
36.
Дежнев А. С. Отношения родства, супружества и свойства в уголовном процессе: Автореферат дисс. … канд. юр. наук.-Омск, 2002. – 25 с.
37.
Адельгильдина М. З. Законное представительство при расследовании преступлений в отношении несовершеннолетних // Актуальные проблемы юриспруденции в России и за рубежом / Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции. №2. Новосибирск, 2015. С.72 – 78.
References (transliterated)
1.
Ukaz Prezidenta Rossiiskoi Federatsii ot 29 maya 2017 g. № 240 «Ob ob''yavlenii v Rossiiskoi Federatsii Desyatiletiya detstva»: Sistema «Garant» [Elektronnyi resurs].
2.
Ukaz Prezidenta RF ot 1 iyunya 2012 g. № 761 «O Natsional'noi strategii deistvii v interesakh detei na 2012-2017 gody»: Sistema «Garant» [Elektronnyi resurs].
3.
Postanovlenie Prezidiuma Soveta sudei RF ot 1 dekabrya 2014 g. N 427 «O formirovanii druzhestvennogo k rebenku pravosudiya v sisteme pravosudiya RF»: Sistema «Garant» [Elektronnyi resurs].
4.
Tetyuev S. V. Printsipy obespecheniya nesovershennoletnemu podozrevaemomu, obvinyaemomu prava na zashchitu. Nekotorye voprosy teorii i praktiki / Problemy pravovoi zashchity obshchechelovecheskikh tsennostei v sovremennoi Rossii. Materialy konferentsii / pod red. Enikeeva Z. D. Ufa.: BashGU, 2005. Chast' 4. S.142-151.
5.
Mashinskaya N. V. Problemy realizatsii prava nesovershennoletnego podozrevaemogo, obvinyaemogo na zashchitu v stadii predvaritel'nogo rassledovaniya // Vestnik Omskogo universiteta. Seriya «Pravo». 2014. №4 (41). S.207-211.
6.
Makarenko I. A. Obespechenie prav i zakonnykh interesov nesovershennoletnego obvinyaemogo v protsesse rassledovaniya ugolovnogo dela // Lex russica. 2015. №8. S.58-68.
7.
Sogoyan V. L. Soblyudenie interesov nesovershennoletnego podozrevaemogo (obvinyaemogo) pri obespechenii ego prava na zashchitu // Protivodeistvie prestupleniyam, sovershaemym nesovershennoletnimi i v otnoshenii nesovershennoletnikh: materialy Mezhdunar. nauch.-praktich. konf. (Moskva, 13 fevralya 2015 g.) / pod red. A. I. Bastrykina. — M.: Yuniti-Dana, 2015. S.340-344.
8.
Shadrin V. S. Obespechenie prav lichnosti pri rassledovanii prestuplenii. M., 2000. S.43-44.
9.
Ugolovnoe delo №1-1231/08 // Arkhiv Yakutskogo gorodskogo suda Respubliki Sakha (Yakutiya);
10.
Ugolovnoe delo №1-561/10 // Arkhiv Yakutskogo gorodskogo suda Respubliki Sakha (Yakutiya).
11.
Usarov M. I. Pravo na zhalobu kak printsip ugolovnogo protsessa i sredstvo zashchity prav nesovershennoletnikh obvinyaemykh i poterpevshikh v stadii predvaritel'nogo rassledovaniya: Diss. .... kand. yurid. nauk. – M., 2004. – 178 s.
12.
Seroshtan V. V. Tendentsii sovershenstvovaniya zakonodatel'stva v oblasti obespecheniya prav v ugolovnom protsesse nesovershennoletnikh lits // Zakon i pravo. 2009. №2. S.15-16.
13.
Khalikov A. N. Voprosy soblyudeniya prav i svobod cheloveka v deyatel'nosti sledovatelya / Problemy pravovoi zashchity obshchechelovecheskikh tsennostei v sovremennoi Rossii. Materialy konferentsii / pod red. Enikeeva Z. D. Ufa: Bashgu, 2005. Chast' 3. S.242 – 248.
14.
Sklizkov A. N. Vzaimodeistvie storon ugolovnogo sudoproizvodstva na stadii predvaritel'nogo rassledovaniya // Advokatskaya praktika. 2007. №3. S.21 – 25.
15.
Delo S.C. protiv Soedinennogo Korolevstva ot 15.06.2004g. / Agal'tsova M. V. Razvitie yuvenal'noi yustitsii v stranakh Soveta Evropy / Sovershenstvovanie mekhanizmov raboty s nesovershennoletnimi pravonarushitelyami v RF. Sbornik analiticheskikh materialov. – M.: OOO «Informpoligraf», 2010. S.52-59.
16.
Postanovlenie Plenuma Verkhovnogo Suda RF ot 30 iyunya 2015 g. №29 «O praktike primeneniya sudami zakonodatel'stva, obespechivayushchego pravo na zashchitu v ugolovnom sudoproizvodstve // SPS «Konsul'tant plyus»: Versiya Prof. [Elektronnyi resurs].
17.
Gukovskaya N. I., Dolgova A. I., Min'kovskii G. M. Rassledovanie i sudebnoe razbiratel'stvo del o prestupleniyakh nesovershennoletnikh. – M., 1974. – 290 s.
18.
Dolzhnostnaya instruktsiya koordinatora tsentra subsidiruemoi yuridicheskoi pomoshchi PASO (Samara) // Ofitsial'nyi sait PA Samarskoi oblasti [Elektronnyi resurs]: URL: http://paso.ru/ru/ (data obrashcheniya 13. 01. 2017 g.)
19.
Ramazanov I. Advokatov po naznacheniyu budet opredelyat' komp'yuter // Ugolovnyi protsess. 2018. №2. [Elektronnyi resurs]: URL: https://e.ugpr.ru/ (data obrashcheniya 13. 05. 2018 g.).
20.
Ugolovnoe delo №1-561-10 // Arkhiv Yakutskogo gorodskogo suda Respubliki Sakha (Yakutiya).
21.
Ugolovnoe delo 2-50-05 // Arkhiv Verkhovnogo Suda Respubliki Sakha (Yakutiya).
22.
Stel'makh V.Yu. Protsessual'nyi poryadok i problemnye aspekty uchastiya v ugolovnom sudoproizvodstve zakonnogo predstavitelya nesovershennoletnego obvinyaemogo (podozrevaemogo) // Ugolovno-protsessual'naya okhrana prav i zakonnykh interesov nesovershennoletnikh. 2016. №1 (3). Izdatel'stvo: Voronezhskii institut Ministerstva vnutrennikh del Rossiiskoi Federatsii. S.166-170.
23.
Apellyatsionnoe opredelenie Sankt-Peterburgskogo gorodskogo suda. Reg. № 22-1578/2013g. (№ 1-69/2013g.) / Gosudarstvennaya avtomatizirovannaya sistema Rossiiskoi Federatsii «Pravosudie» [Elektronnyi resurs] URL: bsr.sudrf.ru (Data obrashcheniya 3 maya 2018 g.).
24.
Ugolovnoe delo №2-28-09 // Arkhiv Verkhovnogo suda Respubliki Sakha (Yakutiya).
25.
Ugolovnoe delo №2-31-08 // Arkhiv Verkhovnogo suda Respubliki Sakha (Yakutiya).
26.
Ganishina I. S. Neblagopoluchnaya sem'ya i deviantnoe povedenie nesovershennoletnikh. – M.: Izdatel'stvo Moskovskogo psikhologo-sotsial'nogo instituta; Voronezh: Izdatel'stvo NPO «MODEK», 2006. – 288 s.
27.
Lelekov V. A. Yuvenal'naya kriminologiya. 2-e izd., pererab. i dop. – M.: Yuniti-Dana: Zakon i pravo, 2014. S.73 – 109.
28.
Apellyatsionnoe postanovlenie Verkhovnogo Suda Respubliki Sakha (Yakutiya) po ugolovnomu delu 22-69/2014 (22-2671/2013) // Arkhiv VS Respubliki Sakha (Yakutiya).
29.
Obobshchenie sudebnoi praktiki Verkhovnogo Suda Respubliki Sakha (Yakutiya) po ugolovnym delam, vozvrashchennym prokuroru za 2013 g. Utverzhdeno Postanovleniem Prezidiuma Verkhovnogo suda Respubliki Sakha (Yakutiya). // [Elektronnyi resurs] URL: http://vs.jak.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&rid=26 (Data obrashcheniya 03.03.2017 g.).
30.
Kaminskaya Yu.N. Rol' organov prokuratury v zashchite prav nesovershennoletnikh / Sovremennye mekhanizmy zashchity prav semei s nesovershennoletnimi det'mi: luchshii rossiiskii opyt: materialy Vserossiiskoi konferentsii (19-20 marta 2013 g., g. Yakutsk) / Administratsiya Glavy i Pravitel'stva Respubliki Sakha (Yakutiya); [redkol.: D. E. Glushko i dr.; otv. red.: A. A. Solov'eva]. – Yakutsk: Media Kholding Yakutiya, 2013. – 280 s.
31.
Fomin M. A. Storona zashchity v ugolovnom protsesse (dosudebnoe proizvodstvo). – M.: Yurlitinform, 2004. – 536 s.
32.
Litvintseva N. Yu. Aktual'nye problemy protsessual'nogo statusa zakonnykh predstavitelei nesovershennoletnego podozrevaemogo i obvinyaemogo // Sibirskie ugolovno-protsessual'nye i kriminalisticheskie chteniya. 2017. №4. S.66-77.
33.
Markovicheva E. V. Problemy naznacheniya i zameny zakonnogo predstavitelya nesovershennoletnego v rossiiskom ugolovnom protsesse // Sud'ya. 2015. №7 (55). S.24-26.
34.
Makarenko I. A. Problemy uchastiya tret'ikh lits v protsesse rassledovaniya ugolovnykh del v otnoshenii nesovershennoletnikh // Voprosy yuvenal'noi yustitsii. 2007. №1. S.49-52.
35.
Kuznetsova N. P., Gavrilova S. T. Problemy predvaritel'nogo rassledovaniya po delam nesovershennoletnikh: uchebnoe posobie. Voronezh.: Voronezhskii institut MVD Rossii, 2005. – 125 s.
36.
Dezhnev A. S. Otnosheniya rodstva, supruzhestva i svoistva v ugolovnom protsesse: Avtoreferat diss. … kand. yur. nauk.-Omsk, 2002. – 25 s.
37.
Adel'gil'dina M. Z. Zakonnoe predstavitel'stvo pri rassledovanii prestuplenii v otnoshenii nesovershennoletnikh // Aktual'nye problemy yurisprudentsii v Rossii i za rubezhom / Sbornik nauchnykh trudov po itogam mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii. №2. Novosibirsk, 2015. S.72 – 78.

Результаты процедуры рецензирования статьи

В связи с политикой двойного слепого рецензирования личность рецензента не раскрывается.
Со списком рецензентов издательства можно ознакомиться здесь.

Предмет исследования - процессуальный «алгоритм обеспечения права на защиту несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого в досудебном производстве по уголовному делу». Методология исследования – ряд методов, используемых автором: формально-юридический, анализ и синтез, логика и др. Актуальность хорошо обоснована автором и выражается в следующем: «Национальной стратегии действий в интересах детей [2; 3]. Именно в ней впервые четко обозначена необходимость скорейшего и последовательного перехода к дружественному для ребенка правосудию и отмечено наличие таких проблем, как недостаточная эффективность имеющихся в РФ механизмов защиты прав и интересов несовершеннолетних, неисполнение международных стандартов в области прав ребенка, низкая эффективность профилактической работы». Вот эти вопросы «Наиболее значимой из них является обеспечение и безусловная возможность реализации им своего права на защиту. Однако внесённые в УПК РФ за последние годы изменения и дополнения практически никак не затрагивали процессуальное регулирование этого права в отношении несовершеннолетних» рассматриваются в статье. Научная новизна хорошо обоснована в исследовании автора. Она заключается в теоретическом обосновании процессуального алгоритма «обеспечения права на защиту несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого в досудебном производстве по уголовному делу». Стиль, структура, содержание заслуживают особого внимания. Исследование имеет все необходимые структурные элементы: актуальность, постановка проблемы, цели и задачи, методология, предмет, основная часть и выводы. Что может только приветствоваться. Стиль работы хороший, она легко читается и носит исследовательский характер. Содержание отражает существо статьи. Автор логично подводит читателя к существующей проблеме. В начале статьи автор акцентирует внимание читателя на предмете статьи. Он показывает, что «Процессуальная регламентация права на защиту несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого в сочетании с подкрепляющими его нормативными гарантиями должна быть направлена на создание единого и внутренне не противоречивого процессуального алгоритма его обеспечения. Однако этому пока препятствуют некоторые обстоятельства, нередко приводящие к ущемлению данного права». Автор отмечает, что «недостаточно чётко определены процессуальные положения, с момента наступления которых подлежит обеспечению право на защиту несовершеннолетних. Нормативное регулирование обеспечения участия защитника и законного представителя не учитывает социальных реалий, объективно усложняющих выполнение требований закона о своевременном их привлечении. В сфере обеспечения и реализации права на защиту отсутствуют единые координирующего значения законодательные, основанные на них иные положения, которые бы учитывали в полной мере специфику несовершеннолетнего возраста», «С учетом изложенного изучения требует вопрос обеспечения права на защиту несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого в соотношении с такими аспектами как досудебный механизм его реализации, соответствие и соблюдение при этом специфических особенностей несовершеннолетнего возраста, дифференцированных правил производства по уголовному делу, качество и содержание защиты, полнота уголовно-процессуальной деятельности в части обеспечения прав и законных интересов несовершеннолетних и их законных представителей». Далее автор переходит к описанию проводимых в этой области исследований и отмечает: «Комплексных исследований, посвященных проблемам обеспечения несовершеннолетнему подозреваемому и обвиняемому права на защиту российскими процессуалистами давно не проводилось, хотя отдельные публикации по данной тематике в юридической литературе периодически появлялись [4 - 7]». Он также пишет: «Соответственно, прежде чем приступить к процессуальному контакту с лицом несовершеннолетнего возраста на начальном этапе уголовного преследования, следователем и дознавателем должен соблюдаться определенный алгоритм осуществления процессуальных действий». Далее автор раскрывает составляющие действия «такого алгоритма», а именно возраст «Для точной констатации несовершеннолетнего возраста было бы правильным составление специального процессуального документа с указанием подтверждающих его сведений…», право на защиту «На наш взгляд, … в содержание разъясняемых положений для несовершеннолетнего должны быть включены правила: об обязательном участии адвоката-защитника (с разъяснением отличий между «защитой приглашенной» и «защитой назначенной»), законного представителя и порядка их вступления в производство по уголовному делу, а также отстранения либо замены» и др. Автор замечает, опираясь на исследования других ученых: «Как показало наше исследование, данное требование не всегда соблюдается должным образом». При этом автор анализирует решения судов, работы ученых и делает правильный вывод: «…в определенных законом случаях, разъяснению должны подлежать все права несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, т. е. как общие, так и специальные. Иначе говоря, помимо общих прав, указанных в ст.ст.46 и 47 УПК РФ, подлежат также разъяснению их специальные права». Автор замечает: «По результатам проведенного нами анкетного опроса более половины следователей и дознавателей (56,5%) отметили, что в своей практической деятельности разъясняют несовершеннолетним только их общие права, предусмотренные ст.ст.46 или 47 УПК РФ. Некоторые из опрошенных отметили, что дополнительные права несовершеннолетних разъяснению не подлежат, поскольку закон этого не требует» и делает правильный вывод: «Следует иметь в виду, что под «правом на защиту» понимается не только обеспечение непосредственного участия защитника (адвоката или иного лица) в уголовном процессе в соответствии с требованиями ст.ст.50 - 51 УПК РФ, но и конкретные права подозреваемого, обвиняемого, подсудимого по реализации своего права на защиту. И суть, характер, содержание этих прав у несовершеннолетнего намного шире и специфичнее, чем у совершеннолетних участников дела с аналогичным статусом». Автор пишет, что «Следующим составляющим звеном обеспечения права на защиту является создание условий для вступления адвоката-защитника в производство по делу, содержание которых зависит от того, по приглашению (соглашению) либо по назначению он будет участвовать» и делает правильный вывод: «Таким образом, очевидно, что регулирование порядка назначения адвоката продолжает развиваться и находится в настоящий период на стадии совершенствования». И переходя к анализу вопроса «законного представителя», автор замечает, что «нормы ст.57 Семейного кодекса РФ предусматривают право ребенка с десятилетнего возраста выражать свое мнение при решении любого вопроса, затрагивающего его интересы. Навязывание кандидатуры законного представителя вопреки воле несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, будет противоречить предписаниям ч.ч.1 и 2 ст.16 УПК РФ». Автор подробно анализирует акты и правильно показывает, что «Во избежание вероятности признания права на защиту нарушенным, недопустимо проводить с несовершеннолетним следственные и иные процессуальные действия, пока не будет обеспечено участие законного представителя». И конечно правильно замечание автора о том, что «Учитывая приведенные социальные реалии, в интересах упрощения (деформализации) порядка обеспечения участия законного представителя, а также обеспечения несовершеннолетнего защитой, считаем, что назрела необходимость рассмотреть в действующем уголовно-процессуальном законодательстве возможность привлечения в качестве законного представителя и других лиц вне перечня, установленного п.12 ст.5 УПК РФ». При этом автор говорит, что «Временная замена надлежащего законного представителя иным лицом только на досудебных стадиях представляется нам оптимальной также и потому, что на этом этапе от законного представителя не требуется выполнения существенных действий, связанных с принятием на себя обязательств в силу закона (например, выплаты процессуальных издержек по ч.8 ст.132 УПК РФ, судебного штрафа и т.д.)». В заключение автор подводит итог: «Результаты проведенного нами исследования приводят к следующим выводам» и показывает их. Они могут быть квалифицированы как научные положения и выводы, так и практические предложения по внесению изменений в УПК РФ. Необходимо констатировать, что журнал, в который представлена статья является научным, и автор направил в издательство статью соответствующую требованиям, предъявляемым к научным публикациям, в частности для научной полемики он обращается к текстам научных статей, монографий и диссертационных работ оппонентов. Библиография достаточно полная и содержит помимо нормативных актов, большое количество современных научных исследований, к которым автор постоянно обращается. Это позволяет автору правильно определить проблемы. Он, исследовав их, раскрывает предмет статьи. Апелляция к оппонентам в связи с вышесказанным присутствует. Автором используется материал других исследователей. Выводы – работа заслуживает опубликования, интерес читательской аудитории будет присутствовать.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"