Статья 'Виктимологическое антикоррупционное просвещение: понятие, содержание, формы и средства осуществления' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Online First Pre-Publication > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Виктимологическое антикоррупционное просвещение: понятие, содержание, формы и средства осуществления

Кабанов Павел Александрович

доктор юридических наук

профессор, Казанский инновационный университет им. В.Г. Тимирясова

420111, Россия, г. Казань, ул. Московская, 42

Kabanov Pavel Aleksandrovich

Doctor of Law

Professor, the department of Criminal Law and Procedure, Kazan Institute of Economics, Management and Law

420111, Russia, respublika Tatarstan, g. Kazan', ul. Moskovskaya, 42, of. NII protivodeistviya korruptsii

kabanovp@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.25136/2409-7136.2017.6.23077

Дата направления статьи в редакцию:

21-05-2017


Дата публикации:

23-06-2017


Аннотация: Предметом проведенного исследования выступает виктимологическое антикоррупционное просвещение как криминологический межотраслевой инструмент профилактики коррупции.Основная цель проведенного исследования – раскрыть содержание виктимологического антикоррупционного просвещения, формы и средства осуществления и предложить его рабочее определение как научной категории современной российской виктимологии коррупции.Основные задачи исследования: - найти и описать основные правовые источники, закрепляющие необходимость осуществления антикоррупционного просвещения жертв коррупции в современном российском обществе;- провести анализ действующих и утративших силу российских нормативных правовых актов по вопросам антикоррупционного просвещения жертв коррупции;- раскрыть содержание и выявить специфику антикоррупционного просвещения жертв коррупции. Методология и методика исследования обусловлена спецификой избранного предмета исследования виктимологического антикоррупционного просвещения и включает в себя набор общенаучных методов научного познания (анализ, синтез, группировку, сравнение и др.). Научная новизна проведенного исследования заключается в том, впервые в российской юридической науке выработано новое понятие "виктимологическое антикоррупционное просвещение", раскрыто его содержание, описаны основные формы и средства его осуществления. В качестве основных форм осуществления исследованы виктимологической антикоррупционное информирование и виктимологическое антикоррупционное консультирование.


Ключевые слова: коррупция, жертва, антикоррупционная пропаганда, антикоррупционное просвещение, антикоррупционное консультирование, виктимологическое консультирование, антикоррупционное информирование, виктимология коррупции, антикоррупционная политика, виктимология

Abstract: The research subject is victimologic anti-corruption education as a criminological interdisciplinary instrument of corruption prevention. The purpose of the research is to reveal the content of victimologic anti-corruption education, forms and means of its realization, and to formulate its draft definition as a scientific category of the modern Russian corruption victimology. The main research tasks are:
-         To find and to describe the main legal sources formalizing the need for anti-corruption education of the victims of corruption in the modern Russian society;
-         To analyze the current and the stale Russian statutory documents on the issues of anti-corruption education of the victims of corruption;
-         To reveal the content and the specificity of anti-corruption education of the victims of corruption.
The research methodology is determined by the specificity of the research subject and includes the set of general scientific methods of cognition (analysis, synthesis, grouping, comparison, etc.). The scientific novelty of the study consists in the fact that the author is the first Russian legal scholar to elaborate the new concept of “victimologic anti-corruption education”, reveal its content, describe the new forms and means of its realization. The author studies victimologic anti-corruption informing and victimologic anti-corruption consulting. 



Keywords:

anti-corruption informing, victimologic consulting, anti-corruption consulting, anti-corruption education, anti-corruption propaganda, Victim, Corruption, corruption victimology , anti-corruption policy, Victimology

Введение

Противодействие коррупции входит в число важнейших направлений государственной политики Российской Федерации на современном этапе. О необходимости и важности формирования и реализации государственной политики противодействия коррупции не однократно заявляли высшие должностные лица страны. В России принято необходимое количество федеральных и региональных законов и подзаконных нормативных правовых актов по вопросам противодействия коррупции, использованию отдельных инструментов такого противодействия и совершенствованию отдельных направлений антикоррупционной деятельности. В числе достаточно надежных и эффективных антикоррупционных инструментов региональным законодательством о противодействии коррупции выделяется антикоррупционное просвещение [51; 56; 57; 58; 59; 60; 61]. Исследованию организации и применения этого антикоррупционного инструмента в отношении различных категорий лиц (государственных и муниципальных служащих [108, c.708-712], представителей сферы образования [3, c.20-28; 4; 7, c.140-141; 28, c.189-197; 109, c.55-65], избирателей [2, c.4-5; 12, c.386-393; 31] и др.) посвящено значительное количество научных и учебных работ отечественных специалистов. Вместе с тем внимание российских специалистов не привлекли вопросы антикоррупционного просвещения отдельных категорий субъектов информационного воздействия – потерпевших или пострадавших от коррупционных правонарушений, а точнее жертв коррупционных правонарушений. Следует иметь в виду, что в федеральных, региональных и муниципальных нормативных правовых актах некоторое время уже используются категории «потерпевший от коррупционных проявлений» [82; 88], «пострадавший от акта коррупции» [80], «пострадавший от действий коррумпированных чиновников» [62; 63; 66; 84; 89] и «пострадавший от коррупции» [49; 67], а в научной виктимологической литературе чаще используется другое словосочетание «жертва коррупции» [42, c.43-46; 43, c.129-131; 105, c.53-56] в различных вариантах интерпретации («жертва криминальной коррупции» [15, c.26-29], «жертва корпоративной криминальной коррупции» [16, c.286-289], «жертва криминального коррупционного поведения» [17, c.8-17; 18; 19, c.117-127; 21, c.41-52; 22], «жертва коррупционной преступности» [27, c.42-45; 45, c.353-356], «жертва коррупционных девиаций» [24, c.64-71], «жертва коррупционной сделки» [32, c.253-260] и/или «жертва коррупционных преступлений» [11, c.98-99; 26, c.30-34; 41, c.14], а так же «жертва коррупционных преступлений и правонарушений» [25, c.22-25]). Среди современных исследователей вопросов противодействия коррупции словосочетание «жертва коррупции» уже прочно вошло в научный оборот и разместилось в специализированных антикоррупционных терминологических словарях [5, c.26; 9, c. 24; 10, c.24; 13, c.51-53; 30, c.56].

Отечественными специалистами в области криминальной (криминологической) виктимологии в рамках исследования вопросов виктимологической профилактики преступности и её отдельных видов, в качестве одного из средства такой профилактики рассматривается виктимологическое просвещение без раскрытия его содержания [14, c.138-142; 106, c.248, 263; 107, c.203]. Даже специалисты в области виктимологии коррупции специальных научных исследований посвященных вопросам антикоррупционного просвещения жертв коррупции до настоящего времени не проводили. Такое положение дел вызвано рядом причин. Во-первых, состоянием развития самого научного направления виктимологии коррупции, находящегося на начальной стадии своего формирования. Во-вторых, отсутствием крепких межотраслевых криминологических связей между криминологической виктимологией и криминологией коррупции. В-третьих, небольшим интересом исследователей к данной проблематике. Эти причины обеспечивает абсолютную научную новизну проведенного исследования, а возможность использования виктимологического антикоррупционного просвещения в виктимологической профилактике коррупции придает ему практическую значимость.

Правовой и одновременно эмпирической базой исследования являются 143 федеральных, региональных и муниципальных нормативных правовых актов по вопросам противодействия коррупции, в которых рассматриваются различные аспекты осуществления антикоррупционного просвещения, в том числе и жертв коррупции.

Хронологические и территориальные рамки проведенного исследования ограничены исключительно территорией Российской Федерации и периодом с 2008 по 2017 годы.

Результаты проведенного исследования

Проведенный нами анализ отечественных литературных источников по вопросам противодействия коррупции и виктимологической профилактике правонарушений показал, что в современной российской науке не разработано понятие «виктимологическое антикоррупционное просвещение» как криминологической научной категории, а также не раскрыто содержание этого вида профессиональной антикоррупционной деятельности. В качестве инструментального определения, на основе анализа российского антикоррупционного законодательства, выработана лишь научная правовая категория «антикоррупционное просвещение» [8, c.77-82; 38, c.42-51; 111, c.106-109], включающая в себя две формы его организации и осуществления – антикоррупционное консультирование [35, c.14-20; 110] и антикоррупционное информирование [34, c.40-46], содержание которых нами раскрыты в предыдущих исследованиях, опубликованных в общедоступных российских рецензируемых научных периодических изданиях [36, c. 634-642; 37, c.35-55; 40, c.12-27].

Проведенный нами анализ действующих и утративших юридическую силу российских нормативных правовых актов показал, что в большинстве федеральных, региональных и муниципальных нормативных правовых актов не предусмотрено антикоррупционное просвещение жертв коррупции. Впервые вопросы организации и осуществления антикоррупционого просвещения жертв коррупции появились на небольшой период в нормативных правовых актах Самарской области, регулирующих вопросы краткосрочного антикоррупционного планирования. Более того, органами государственной власти предусматривалось финансирование организации и осуществления мер по правовому просвещению потерпевших от коррупционных проявлений [82; 88]. Несколько позже о необходимости просвещения жертв коррупции указывалось в нормативных актах республик Бурятия [63; 84; 89] и Тыва [62], а также Калужской области [66]. Однако меры направленные на осуществление антикоррупционного просвещения жертв коррупции оказались не долгими. В настоящее время исключением из этого правила является Волгоградская область, в законодательстве и подзаконных нормативных правовых актах которой предусмотрено оказание юридической помощи пострадавшим от коррупции [48], в том числе путем осуществления антикоррупционного консультирования обратившихся за помощью жертв коррупции и их антикоррупционного информирования. В соответствии с ведомственными и муниципальными нормативными правовыми актами этого субъекта Российской Федерации осуществление антикоррупционного просвещения возможно лишь в случаях обращения жертв коррупции за помощью в органы государственной власти или органы местного самоуправления по «телефону доверия», в соответствии с документами, регулирующими его деятельность [70; 71; 72; 73; 74; 75; 76; 77].

Очевидно, что антикоррупционное просвещение жертв коррупции как и иных субъектов антикоррупционного информационного воздействия имеет свои особенности. Для определения этих особенностей мы рассмотрим структуру виктимологического антикоррупционного просвещения, анализируя следующие его элементы:

а) основные цели и задачи виктимологического антикоррупционного просвещения;

б) субъекты виктимологического антикоррупционного просвещения;

в) объекты виктимологического антикоррупционного просвещения;

г) основные формы и средства виктимологического антикоррупционного просвещения.

В отечественной литературе по вопросам виктимологического противодействия коррупции уже обозначались отдельные задачи по информационному воздействию на виктимологические факторы коррупции без указания на использование виктимологического антикоррупционного просвещения, полагая что такими средствами выступают виктимологическая пропаганда и виктимологическое информирование (просвещение) [18, c.133-137; 23, c.10-11]. Однако в этих публикациях авторами не рассматривался вопрос об основных целях и задачах виктимологического просвещения жертв коррупции.

Обратившись к содержанию целей виктимологического антикоррупционного просвещения следует иметь в виду, что этот вид антикоррупционной профилактической деятельности, с позиции современной криминальной (криминологической) виктимологии, направлен, в первую очередь, на снижение коррупционной виктимности потенциальной и/или реальной жертвы коррупционного поведения, которыми выступают физические и юридические лица [1, c.80; 11, c.98-99; 20, c.25; 39, c.109; 42, c.45;]. Следовательно, основная цель виктимологического антикоррупционного просвещения может быть сформулирована как снижение возможности физических и юридических лиц стать жертвой коррупционного поведения (снижение их коррупционной виктимности). Определившись с основной целью виктимологического антикоррупционного просвещения можно приступить к рассмотрению его основных задач с позиций профилактики коррупционной виктимности различных категорий жертв коррупции.

Анализ некоторых региональных и муниципальных нормативных правовых актов Волгоградской области позволяет выделить лишь две основные задачи виктимологического антикоррупционного просвещения. Первая задача в этих документах сформулирована как формирование стойкого неприятия коррупции, а вторая как формирование нетерпимого отношения к проявлениям коррупции [68; 71; 74; 75; 76; 77; 96], обусловленные правовым регулированием вопросов организации и использования антикоррупционного просвещения в качестве инструмента противодействия коррупции. Вместе с тем в научной литературе отмечается, что в качестве общих задач, стоящих перед антикоррупционным просвещением является формирование навыков антикоррупционного поведения [33; 44, c.93-98; 46, c.59-62; 104, c.36-38], антикоррупционной культуры [112, c.189-193; 113, c.112-116] и антикоррупционного правосознания [6, c.86-92; 29, c.114-120]. Следовательно, применительно к виктимологическому антикоррупционному просвещению его задачи следует скорректировать (уточнить, дополнить) с учетом специфики объекта антикоррупционного информационного воздействия и определить их содержание. Во-первых, одной из основных задач виктимологического антикоррупционного просвещения станет формирование и развитие навыков антикоррупционного поведения различных категорий жертв коррупционных правонарушений. Во-вторых, в качестве основной задачи перед виктимологического антикоррупционного просвещения станет формирование особой разновидности культуры жертв коррупции, сочетающий в себе виктимологическую и антикоррупционную культуры – антикоррупционной виктимологической культуры различных категорий жертв коррупционных правонарушений. Следует отметить, что научное определение этого явления и механизмы его осуществления не являются предметом нашего исследования, поэтому мы их разработка является перспективным направлением будущих исследований в области виктимологии коррупции. В-третьих, особой задачей виктимологического антикоррупционного просвещения следует признать формирование и развитие антикоррупционного правосознания различных категорий жертв коррупционных правонарушений.

Разумеется, что основным элементом системы виктимологического антикоррупционного просвещения различных категорий жертв коррупции выступают его субъекты. В качестве субъектов виктимологического антикоррупционного просвещения следует выделять подразделения федеральных органов государственной власти специальной компетенции – подразделения по профилактике коррупционных и иных правонарушений и органы субъектов Российской Федерации по профилактике коррупционных и иных правонарушений или уполномоченные ими должностные лица. При этом в органах государственной власти и органах местного самоуправления полномочиями по осуществлению антикоррупционного просвещения, в том числе и жертв коррупционного поведения, обладают подразделения и сотрудники кадровых служб по профилактике коррупционных или иных правонарушений [74] либо сотрудники юридических служб [96] или иные должностные лица, наделенные такими полномочиями [67; 68]. Необходимо отметить, что в нормативных правовых актах отсутствует правовое закрепление в качестве субъектов виктимологического антикоррупционного просвещения иных органов, учреждений, организаций и частных лиц, в том числе образовательных организаций и библиотечных учреждений, что не исключает их участия в этой общественно полезной деятельности по собственной инициативе. Здесь важнейшим требованием к исполнителям является наличие профессиональной антикоррупционной и виктимологоической компетентности.

Региональные и муниципальные нормативные правовые акты Волгоградской области и некоторых муниципальных образований других субъектов Российской Федерации, регулирующие вопросы организации и осуществления противодействия коррупции, в том числе и использования виктимологического антикоррупционного просвещения как инструмента противодействия ей, в качестве объектов такого просвещения выделяют лишь две категории жертв:

- физических лиц (граждан), пострадавших от коррупции;

- юридических лиц, пострадавших от коррупции [74; 75; 83; 102;].

При этом термину «пострадавший от коррупции» придается широкий социально-правовой смысл. В соответствии с ним, пострадавший от коррупции – это физическое или юридическое лицо, которое считает, что в отношении его органом государственной власти (органом местного самоуправления), государственным (муниципальным) учреждением или организацией либо государственными (муниципальными) служащими, руководителем государственным (муниципальным) учреждением или организации принимается или уже принято решение, которое противоречит действующему законодательству, нарушает его права и/или его законные интересы. Совокупность противоправных действий представителей органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций и учреждений, по мнению обратившегося, именуется в этих документах словосочетанием «злоупотребления коррупционной направленности» [64; 65; 67; 68; 71; 72; 96]. Фактически правовое регулирование рассчитано лишь на определенную категорию лиц подлежащих антикоррупционному просвещению – лиц, попавших, по их мнению, в коррупционную и/или коррупционно-опасную ситуацию, требующую выхода из неё без материальных и социальных потерь со стороны жертвы. В результате такого регионального и муниципального правового регулирования вне антикоррупционного просвещения оказывается целая группа жертв коррупции – потенциальные жертвы коррупционных правонарушений.

Важнейшей составляющей процесса организации и осуществления виктимологического антикоррупционного просвещения являются его средства, отражающие содержание этого вида антикоррупционного информационного воздействия. В качестве таковых федеральные, региональные и муниципальные нормативные правовые акты выделяют опосредованные средства информационного воздействия:

- средства массовой информации;

- информационно-телекоммуникационная сеть Интернет;

- научную, методическую и учебную литературу;

- средства антикоррупционной рекламы (плакаты, баннеры и т.д.);

- видео-ролики и электронные приложения;

- мультимедийные презентации;

- проведение конкурсов и выставок по вопросам противодействия коррупции;

- непосредственное информационное воздействие:

а) лекции;

б) беседы;

в) консультации;

г) тренинги;

д) брифинги;

е) совещания (коллегии, круглые столы, семинары) и т.д. [52; 54]

На наш взгляд, виктимологическое антикоррупционное просвещение реализуется в современном российском обществе, с использованием указанных средств, в двух основных видах целенаправленной информационной деятельности: виктимологическом антикоррупционном информировании и виктимологическом антикоррупционном консультировании.

Как показывает федеральный и региональный опыт противодействия коррупции, содержание виктимологического антикоррупционного информирования заключается в доведении субъектами противодействия коррупции до сведения потенциальных жертв коррупции с использованием различных информационных средств, следующей информации:

- о путях коррупционной виктимизации, то есть о типичных способах совершения коррупционных правонарушений;

- о типичных коррупционных ситуациях;

- о существующих коррупционных схемах;

- о средствах и способах девиктимизации коррупционных ситуаций;

- о способах и механизмах защиты от коррупционного поведения.

При этом следует иметь в виду, что виктимологическое антикоррупционное информирование может быть официальным, то есть информирование, осуществляемое органами государственной власти, органами местного самоуправления, учреждениями и организациями, так и не официальным, осуществляемым из не официальных источников (общественных организаций, независимых СМИ, источниками из сети интернет и др.). Официальное виктимологическое антикоррупционное информирование ограничивается лишь некоторыми аспектами. Во-первых, созданием в органе публичной власти, органе местного самоуправления, организации или учреждении специального инструмента «телефона доверия» [53; 90; 97; 99] и/или «телефона горячей линии» [78; 93; 98; 100] по вопросам противодействия коррупции и/или антикоррупционному просвещению [92; 95] по которому может обратиться любой желающий, иногда такие институты именуют «антикоррупционными телефонными линиями» [79; 94]. В дополнение к телефонной связи органы государственной власти дополнительно используют возможности сети Интернет для получения необходимой информации по электронной почте [69; 91] и формируют «электронный ящик доверия» [47]. Важнейшей составляющей работы этого инструмента антикоррупционного просвещения является доведение до сведения широкого круга лиц, потенциальных жертв коррупции, об их функционировании. Как правило, такая информация размещается на стендах органов, организаций и учреждений, в средствах массовой информации, официальных сайтах в сети Интернет с указанием порядка функционирования и режиме работы «телефона доверия» и/или «телефона горячей линии». Во-вторых, правовое закрепление и публичное информирование широкого круга лиц, потенциальных жертв коррупции, о наличии в органе публичной власти, органе местного самоуправления, организации и учреждении коррупциогенных или коррупционно-опасных функций [103] при реализации ими управленческих процессов и/или функций. В-третьих, публичное информирование неопределенного круга лиц, потенциальных жертв коррупции, о наличие в органе публичной власти, органе местного самоуправления, организации и учреждении должностей, в наибольшей степени подверженных риску коррупции [85; 86], коррупциогенно опасных [101] и/или коррупциогенных должностей [55; 87; 81]. В-четвертых, публичное информирование широкого круга лиц, потенциальных жертв коррупции, о требованиях антикоррупционного законодательства, о результатах деятельности по его исполнению и как избежать коррупционно опасных ситуаций при обращении в государственный орган, органа местного самоуправления, учреждение или организацию.

В качестве наиболее распространенных форм опосредованного информационного воздействия выступают разработка и доведение до различных категорий жертв коррупции электронных и печатных методических рекомендаций по вопросам противодействия коррупции. Как показывает личный исследовательский опыт автора, количество разработанных, опубликованных и размещенных на сайтах органов публичной власти, организаций и учреждений таких печатных и электронных методических рекомендаций (пособий, памяток, разъяснений, буклетов, средств антикоррупционной рекламы и т.п.) постоянно возрастает, а их качество становится выше.

После краткого описания системы виктимологического антикоррупционного информирования необходимо обратится в виктимологическому антикоррупционному информированию как второй не менее значимой форме виктимологического антикоррупционного просвещения. На наш взгляд, виктимологическое антикоррупционное консультирование заключается в разъяснении физическим лицам и/или представителям юридических лиц, в доступной для них форме, вопросов виктимологической профилактики, виктимологической защиты, виктимологической помощи или виктимологической реабилитации реальных и/или потенциальных жертв коррупции. Чаще всего, такое консультирование является индивидуальным, реже групповым, как правило, вызванным чрезвычайным происшествием либо массовым коррупционным поведением. Следует отметить, что наиболее распространенным непосредственным средством виктимологического антикоррупционного просвещения, закрепленным отдельными нормативными правовыми актами является индивидуальное виктимологическое антикоррупционное консультирование [65; 77]. Индивидуальное виктимологическое антикоррупционное консультирование, как правило, касаться вопросов линии поведения потенциальной жертвы, попавшей в коррупционно-опасную ситуацию представителями органов государственной власти и органов местного самоуправления в соответствии с установленным порядком. Виктимологическое антикоррупционное консультирование уже признанной потерпевшей (реальной жертвой) по уголовному делу о совершении в отношении её коррупционного преступления для защиты своих прав и законных интересов осуществляется профессиональными юристами.

В практике виктимологического антикоррупционного просвещения возникают случаи, когда по вопросам профилактического воздействия в отношении потенциальных жертв (подрядчиков, поставщиков, партнеров, конрагентов и т.д.) за профессиональными консультациями обращаются представители заинтересованных органов государственной власти, органов местного самоуправления, учреждений и организаций при наличии в их деятельности коррупционно опасных функций. Основными целями получения виктимологического антикоррупционного консультирования являются вопросы, связанные с организацией и осуществлением виктимологической профилактики коррупции. Безусловно, это более высокий управленческий уровень виктимологического антикоррупционного консультирования для осуществления которого требуются более высокие квалификационные требования к его субъекту.

Основные выводы по проведенному исследованию

С учетом проведенного нами структурного анализа содержания виктимологического антикоррупционного просвещения, основных форм его организации и осуществления в современном российском обществе можно сделать некоторые наиболее общие не бесспорные выводы.

Во-первых, предложить определение виктимологического антикоррупционного просвещения как научной категории формирующейся частной межотраслевой криминологической теории виктимологии коррупции. На наш взгляд, виктимологическое антикоррупционное просвещение – это система распространения субъектами государственной политики противодействия коррупции достоверной информации любым способом, в любой форме с использованием любых информационно-коммуникативных средств в отношении реальных и потенциальных жертв коррупционного поведения, направленная на формирование у них антикоррупционного мировоззрения, антикоррупционного сознания, антикоррупционной виктимологической культуры и основанного на них антикоррупционного поведения, предполагающего снижения их коррупционной виктимности .

Во-вторых, основными формами виктимологического антикоррупционного просвещения выступают относительно самостоятельные его виды: виктимологическое антикоррупционное информирование и виктимологическое антикоррупционное консультирование. Данные виды виктимологического антикоррупционного просвещения современными отечественными и зарубежными специалистами ещё не исследованы и являются перспективными для новых научных изысканий в области виктимологии коррупции.

Разумеется, что предложенное нами определение виктимологического антикоррупционного просвещения, раскрывающее его содержание как одного из видов антикоррупционного просвещения, основанное на практике его правового регулирования и правоприменения в отдельных российских регионах и муниципальных образованиях, не является идеальным, возможны и другие, альтернативные, подходы к его формированию. Вместе с тем, предложенные нами направления дальнейшего научного поиска – антикоррупционная виктимологическая культура, виктимологическое антикоррупционное информирование и виктимологическое антикоррупционное консультирование могут быть востребованы уже в ближайшее время не только теорией виктимологии коррупции, но и правоприменительной практикой.

Библиография
1.
Аглямова Г.М. Виктимологические аспекты предупреждения коррупционной преступности в сфере местного самоуправления // Вестник Удмуртского университета. Серия: Экономика и право. 2012. №4. С.74-82.
2.
Акунченко Е.А. К вопросу об антикоррупционном просвещении молодых избирателей // Проспект Свободный-2016: электронный сборник материалов Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых. Красноярск, 2016. С.4-5.
3.
Акунченко Е.А. К вопросу об организационно-правовых основах антикоррупционного просвещения в сфере образования // Наука и школа. 2017. №1. С.20-28.
4.
Акунченко Е.А., Вырва П.А., Дамм И.А., Коваль Ю.А., Константинов А.С., Сухарева К.С., Щедрин Н.В., Янов О.А. Основы антикоррупционного просвещения в сфере образования. – Красноярск, 2016. – 200 с.
5.
Антикоррупционный словарь. – Бишкек: Министерство экономики Кыргызской Республики, 2013. – 96 с.
6.
Бараненков В.В. Проблемы формирования антикоррупционного правосознания военнослужащих // Право в Вооруженных силах. 2015. № 12 (222). С. 86-92.
7.
Белый Ю.В. Методика антикоррупционного просвещения в рамках преподавания курса правовых дисциплин в высшем учебном заведении // Роль современного университета в технической и кадровой модернизации российской экономики сборник трудов IХ Международной научно-методической конференции. Кострома, 2015. С.140-141.
8.
Березовский Д.В., Моргунов В.И. Антикоррупционное просвещение государственных гражданских служащих // Вестник Международного института рынка. 2016. Т. 1. № 2. С. 77-82.
9.
Бикеев И.И., Гарипов И.М., Кабанов П.А и др. Коррупция и антикоррупционная политика: терминологический словарь / под общ. ред. Г.И. Райкова, П.А. Кабанова, Д.К. Чиркова. М.: МедиаПресс, 2010. 126 с.
10.
Бикмухаметов А.Э., Газимзянов Р.Р., Кабанов П.А. и др. Коррупция и антикоррупционная политика: словарь-справочник / под общ. ред. П.А. Кабанов. – М.: МедиаПресс, 2008. 117 с.
11.
Вишневецкий К.В. Виктимологический механизм коррупции // Теория и практика общественного развития. 2014. № 14. С. 98-99.
12.
Волкова М.А. Роль избирательных комиссий субъекта Российской Федерации в антикоррупционном просвещении молодых избирателей (на примере Красноярского края) // Политические партии и выборы: проблемы современности: сборник научных статей по материалам Всероссийской научно-практической конференции (с международным участием). Оренбург, 2016. С. 386-393.
13.
Все о коррупции и противодействии ей: терминологический словарь / под общ. ред. И.И. Бикеева, П.А. Кабанова. – Казань: изд-во «Познание», 2014. 230 с.
14.
Гаджиева А.А. Значение виктимологической пропаганды в борьбе с преступностью // Вестник Дагестанского государственного университета. 2014. №2. С.138-142.
15.
Гарипов И.М. Жертва криминальной коррупции как криминологическая категория // Следователь. 2010. № 2 (142). С.26-29.
16.
Гарипов И.М. Виктимологическая характеристика жертв корпоративной криминальной коррупции в Республике Татарстан // Право и практика. Научные труды Кировского института МГЮА имени О.Е. Кутафина в городе Кирове. 2011. №8. С.286-289.
17.
Гарипов И.М. Виктимологическая характеристика жертв криминального коррупционного поведения в Республике Татарстан (криминологический анализ статистических показателей за 2007-2011 гг.)//Следователь. 2012. №12. С.8-17.
18.
Гарипов И.М. Виктимологические аспекты противодействия криминальному коррупционному поведению в Республике Татарстан / под науч. ред. д-ра юрид. наук П.А. Кабанова. – Казань: Изд-во «Познание», 2013. 172 с.
19.
Гарипов И.М. Виктимологические аспекты криминального коррупционного поведения в Республике Татарстан : криминологическое осмысление региональной криминальной статистики за 2009 год // Право и практика. Научные труды Кировского института МГЮА им. О.Е Кутафина в г. Кирове. – 2010. – №7. – С.117-128.
20.
Гарипов И.М. Виктимологические факторы и виктимологические ситуации криминального коррупционного поведения в Республике Татарстан // Виктимология. 2016. №4. С.23-35.
21.
Гарипов И.М. Жертва криминального коррупционного поведения как виктимологическая категория // Виктимология. 2016. №3 (9). С.41-52.
22.
Гарипов И.М. Жертвы криминального коррупционного поведения: понятие, содержание, группировка: учебное пособие/под ред. д-ра юрид. наук, проф. П.А. Кабанова. Казань: Изд-во «Познание» Института экономики, управления и права, 2010.-55 с.
23.
Гарипов И.М., Кабанов П.А. Виктимологическая профилактика криминального коррупционного поведения в Республике Татарстан // Следователь. 2014. №3. С.10-11.
24.
Гарипов И.М., Кабанов П.А. Криминологическая классификация жертв коррупционных девиаций // Коррупция: основы противодействия: сборник документов в 5-ти частях. Часть II. Теория и практика: Материалы конференции "Социальные и правовые основы противодействия коррупции (24 марта 2010 года, Южно-Уральский государственный университет). Челябинск: Полиграф-Мастер, 2010. С.64-71.
25.
Гарипов И.М., Кабанов П.А. Криминологическая классификация жертв коррупционных преступлений и правонарушений //Следователь. 2010. №4. С.22-25.
26.
Гарипов И.М., Кабанов П.А. Криминологическая типология жертв коррупционных преступлений: понятие и содержание//Следователь. 2010. №2. С.30-34.
27.
Гарипов И.М., Кабанов П.А., Садеев М.М. Криминологическая характеристика жертв коррупционной преступности в Республике Татарстан: анализ статистических показателей за 2008 год//Актуальные вопросы права и правоприменительной практики: мат-лы «круглого стола», проведенного 20 ноября 2009 г./под ред. д-ра юрид. наук, доц. А.А. Юнусова. Нижнекамск: Нижнекамский филиал МГЭИ, 2009. Вып. 4. С.42-45.
28.
Гармаев Ю.П. Антикоррупционное просвещение в вузах // Проблемы правового обеспечения безопасности личности, общества и государства сборник статей по материалам ежегодной международной научно-практической конференции: в 3 томах. Новосибирск, 2016. С. 189-197.
29.
Гаспарян Г.С. Антикоррупционное правосознание в формировании и реализации антикоррупционной политики РФ // Российский журнал правовых исследований. 2015. № 4 (5). С. 114-120.
30.
Глоссарий юридических терминов по антикоррупционной тематике: словарь-справочник / сост. Н.А. Власенко, А.М. Цирин, Е.И. Спектор [и др.]. – М.: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации: ИНФРА-М, 2016. – 166 с.
31.
Дамм И.А., Акунченко Е.А. Организация антикоррупционного просвещения молодых избирателей. Опыт Избирательной комиссии Красноярского края. – Красноярск, 2015. 120 с.
32.
Иванова А.А. Виктимологический аспект коррупционной сделки // Актуальные проблемы экономики и права. 2015. № 4 (36). С. 253-260.
33.
Исхаков Э.Р., Линевич В.Л., Бикчинтаева Л.Г., Гайнуллина А.В. Формирование антикоррупционного правосознания и поведения у сотрудников органов внутренних дел: методические рекомендации. Уфа, 2016. 56 с.
34.
Кабанов П.А. Антикоррупционное информирование как форма антикоррупционного просвещения: понятие и содержание // Мониторинг правоприменения. 2015. №2 (15). С.40-46.
35.
Кабанов П.А. Антикоррупционное консультирование как правовая категория и её содержание // Следователь. 2015. №8. С.14-20.
36.
Кабанов П.А. Антикоррупционное консультирование как разновидность антикоррупционного просвещения: понятие и содержание //Административное и муниципальное право. 2015. №6. С.634-642.
37.
Кабанов П.А. Антикоррупционное просвещение в субъектах Российской Федерации: опыт правового регулирования организации и перспективы развития // NB: Административное право и практика администрирования. 2016. № 4. С. 35-55.
38.
Кабанов П.А. Антикоррупционное просвещение как средство противодействия коррупции: понятие и содержание // Актуальные проблемы экономики и права. 2014. № 4 (32). С. 42-51.
39.
Кабанов П.А. Виктимология коррупции: понятие, предмет, структура // Право и практика. Научные труды Кировского института Московской государственной юридической академии. 2010. №7. С.107-111.
40.
Кабанов П.А. Понятие и содержание антикоррупционного просвещения как средства профилактики коррупции // Юридические исследования. 2015. №2. С.12-27. DOI: 10.7256/2409-7136.2015.2.14150.
41.
Кабанов П.А., Мулюков Ш.М., Газимзянов Р.Р. Коррупция и борьба с ней: краткий терминологический словарь / под общ. ред. Р.Ф. Муратова, Н.Х. Сафиуллина. Казань, 2004. – 56 с.
42.
Кабанов П.А., Садеев М.М. Виктимология коррупции как частная виктимологическая теория: понятие, предмет и некоторые задачи, связанные с оказанием помощи жертвам коррупции // Следователь. 2008. №5. С.43-46.
43.
Кабанов П.А., Садеев М.М. Жертвы коррупции в Республике Татарстан: анализ виктимологической статистики за 2008 год // Актуальные проблемы экономики и права. 2009. № 3. С.129-131.
44.
Каримов Б.А. Развитие антикоррупционного поведения // Сентябрьский международный научный форум 2016: Сборник научных трудов по итогам международной научно-практической конференции. Пермь, 2016. С. 93-98.
45.
Любимов Е.А. Виктимологический аспект коррупционной преступности // Актуальные проблемы юридической науки. VI Всероссийская научно-практическая конференция студентов, магистрантов и аспирантов, посвященная 85-летию Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА) и 45-летию Волго-Вятского института (филиала) Университета имени О.Е. Кутафина (МГЮА): сборник научных докладов. Киров, 2016. С.353-356.
46.
Марголина Ж.С. Формирование антикоррупционного поведения как основа предупреждения коррупции // Управление экономическими системами. 2016. № 1 (13). С. 59-62.
47.
О "телефоне доверия" и "электронном ящике доверия" по фактам коррупционной направленности в администрации муниципального образования "Облученский муниципальный район": постановление администрации муниципального образования "Облученский муниципальный район" Еврейской автономной области от 14.05.2014 №635 // Искра Хингана. 2014. 15-16 мая.
48.
О бесплатной юридической помощи на территории Волгоградской области: закон Волгоградской области от 27.11.2012 №164-ОД (в ред. от 05.02.2016 №2-ОД) // Волгоградская правда. 2012. 5 декабря.
49.
О внесении изменений в постановление Главы Администрации Волгоградской области от 27 мая 2010 г. № 798 "Об утверждении Программы противодействия коррупции в Волгоградской области на 2010-2012 годы": постановление Губернатора Волгоградской области от 01.06.2012 № 430 // Волгоградская правда. 2012. 20 июня.
50.
О коррупционно опасных функциях, выполняемых исполнительными органами государственной власти Санкт-Петербурга: распоряжение Правительства Санкт-Петербурга от 06.03.2013 №15-рп // Вестник Администрации Санкт-Петербурга. 2013. №3.
51.
О мерах по профилактике коррупции в Новосибирской области: закон Новосибирской области от 27 апреля 2010 года №486-ОЗ (в ред. от 02.07.2014 №461-ОЗ) // Советская Сибирь. 2010. 30 апреля.
52.
О некоторых вопросах организации деятельности исполнительных органов государственной власти Пензенской области по противодействию коррупции: распоряжение Губернатора Пензенской области от 08.04.2014 №100-р (в ред. от 20.12.2016 №533-р) // Пензенские губернские ведомости. 2014. 30 апреля. С. 27.
53.
О Порядке работы "телефона доверия" Главы Республики Дагестан по вопросам противодействия коррупции: указ Главы Республики Дагестан от 25.05.2016 №163 // Дагестанская правда. 2016. 3 июня.
54.
О предоставлении информации об организации контроля за выполнением мероприятий, предусмотренных ведомственными планами противодействия коррупции: письмо ФНС России от 17.12.2015 №СА-18-4/1593@ // http://nalogcodex.ru/Prikazy-Minfina-i-FNS/Pismo-FNS-Rossii-ot-17.12.2015-N-SA-18-4_1593_/ (Дата обращения: 22.03.2017).
55.
О Примерном порядке формирования реестра наиболее коррупционно опасных сфер деятельности органов местного самоуправления и наиболее коррупциогенных должностей муниципальной службы в Ямало-Ненецком автономном округе: постановление Администрации Ямало-Ненецкого автономного округа от 08.06.2009 №275-А (в ред. от 27.01.2011 №4-П) // Красный Север. 2009. 11 июня.
56.
О противодействии коррупции в Архангельской области: закон Архангельской области от 26 ноября 2008 года №626-31-ОЗ (в ред. от 01.06.2016 №431-26-ОЗ) // Волна. 2008. 9 декабря.
57.
О противодействии коррупции в Белгородской области: закон Белгородской области от 7 мая 2010 года №338 (в ред. от 06.06.2016 №82) // Белгородские известия. 2010. 28 мая.
58.
О противодействии коррупции в Брянской области: закон Брянской области от 11.07.2007 №105-З (в ред. от 27.05.2016 №41-З) // Брянский рабочий. 2007. 27 июля.
59.
О противодействии коррупции в Костромской области: закон Костромской области от 10 марта 2009 года №450-4-ЗКО (в ред. от 21.03.2016 №80-6-ЗКО) // СП-нормативные документы. 2009. 13 марта.
60.
О противодействии коррупции: закон Чувашской Республики от 4 июня 2007 года №14 (в ред. от 22.02.2017 №6) // Собрание законодательства Чувашской Республики. 2007. №5. Ст. 253.
61.
О профилактике коррупции в Воронежской области: закон Воронежской области от 12.05.2009 №43-ОЗ (в ред. от 28.10.2016 №133-ОЗ) // Собрание законодательства Воронежской области. 2009. №5. Ст.172.
62.
О республиканской программе «Противодействие коррупции в Республике Тыва на 2010-2011 годы»: постановление Правительства Республики Тыва от 18.10.2010 №429 // Тувинская правда. 2010. 24 ноября.
63.
О Республиканской целевой программе "Противодействие коррупции в Республике Бурятия на 2009-2011 годы": постановление Правительства Республики Бурятия от 14.01.2009 № 2 (в ред. от 28.10.2009 №398) // Бурятия. 2009. 20 января.
64.
О создании "телефона доверия" для обращения граждан о злоупотреблениях коррупционной направленности: распоряжение главы Жирновского муниципального района Волгоградской области от 12.07.2010 №393-Р // Жирновские новости. – 2010. – 17 июля.
65.
О создании "телефона доверия" для обращения граждан о злоупотреблениях коррупционной направленности: распоряжение администрации Верхнегнутовского сельского поселения Чернышковского муниципального района Волгоградской области от 30.12.2011 г. № 76-р // admvgnutov.ucoz.ru (Дата обращения:06.05.2017).
66.
Об областной целевой программе "Правопорядок" на 2007-2009 годы: закон Калужской области № 270-ОЗ от 08.12.2006 // Весть. – 2006. – 14 декабря.
67.
Об определении и обеспечении работы "телефона доверия" для обращения граждан и юридических лиц о злоупотреблениях коррупционной направленности с оказанием юридической консультативной помощи пострадавшим от коррупции: постановление администрации Новониколаевского муниципального района Волгоградской области от 01.10.2014 №738 // Вестник. – 2014. – 9 октября.
68.
Об определении и обеспечении работы "телефона доверия" для обращения граждан и юридических лиц о злоупотреблениях коррупционной направленности с оказанием юридической консультативной помощи пострадавшим от коррупции: постановление администрации Новониколаевского муниципального района Волгоградской области от 19.08.2010 № 672 // Вестник. – 2010. – 23 сентября.
69.
Об организации в министерстве экономического развития, инвестиций и торговли Самарской области телефона горячей линии для приема сообщений о фактах коррупции: приказ министерства экономического развития, инвестиций и торговли Самарской области от 14.04.2016 №55 // Волжская коммуна. – 2016. – 17 мая.
70.
Об организации и обеспечении работы “телефона доверия“: приказ Комитета по здравоохранению Администрации Волгоградской области от 22.10.2010 №2046 // http://zakon-region.ru/volgogradskaya-oblast/17307/.
71.
Об организации и обеспечении работы «телефона доверия» для обращения граждан о злоупотреблении коррупционной направленности, администрации городского поселения города Суровикино: постановление администрации городского поселения г. Суровикино Волгоградской области от 05.03.2013 №61 // http://www.surovikino.ru /index.php?option=com_content&task=view&id=1632&Itemid=1 (Дата обращения: 08.05.2017);
72.
Об организации и обеспечении работы в администрации Кумылженского муниципального района "телефона доверия" для обращения граждан о злоупотреблениях коррупционной направленности: распоряжение администрации Кумылженского муниципального района Волгоградской области от 30.06.2010 №112-р // Победа. – 2010. – 8 июля.
73.
Об организации на территории Котовского муниципального района "телефонов доверия": постановление главы Котовского муниципального района Волгоградской области от 28.07.2010 №1744 // Маяк. – 2010. – 5 августа.
74.
Об организации работы "телефона доверия" администрации Дубовского муниципального района для обращений граждан и юридических лиц по фактам коррупционной направленности: постановление администрации Дубовского муниципального района Волгоградской области от 16.05.2014 №318 // http://www.dubovreg.ru/anticorruption/Normativ_akti/NPA/ (Дата обращения: 08.05.2017);
75.
Об организации работы "телефона доверия" администрации Ленинского муниципального района Волгоградской области: постановление администрации Ленинского муниципального района Волгоградской области от 05.03.2011 №125 // Знамя. – 2011. – 28 апреля.
76.
Об организации работы "телефона доверия" администрации Среднеахтубинского муниципального района Волгоградской области для обращений граждан и юридических лиц по фактам коррупционной направленности: постановление администрации Среднеахтубинского муниципального района Волгоградской области от 12.08.2015 №799 // Звезда. – 2015. – 25 августа.
77.
Об организации работы "телефона доверия" администрации Суровикинского муниципального района для обращений граждан и юридических лиц по фактам коррупционной направленности: постановление администрации Суровикинского муниципального района Волгоградской области от 15.07.2013 №1143 (в ред. от 20.05.2016 №838) // Заря. – 2013. – 1 августа.
78.
Об организации работы постоянно действующей "горячей линии" (телефона доверия) для сообщений о проявлении фактов коррупции в Рыбновском муниципальном районе: распоряжение Администрации муниципального образования-Рыбновский муниципальный район Рязанской области от 20.01.2015 № 7-р // Приокская новь. – 2015. – 6 февраля.
79.
Об организации работы телефона антикоррупционной линии и электронной почты по вопросам противодействия коррупции в Администрации МГО и признании утратившим силу постановления Администрации МГО от 05.09.2013 г. №5796: постановление администрации Миасского городского округа Челябинской области от 08.06.2015 №3519 // http://www.regionz.ru/index.php?ds=2422393 (Дата обращения: 21.05.2017).
80.
Об утверждении и введении в действие статистического отчета «Прокурорский надзор за исполнением законодательства о противодействии коррупции и результатах расследования уголовных дел о преступлениях коррупционной направленности» по форме К и Инструкции по её составлению: приказ Генеральной прокуратуры России от 29.08.2016 №528 // http://docs.cntd.ru/document/456016231 (Дата обращения: 07.05.2017).
81.
Об утверждении критериев отнесения должностей муниципальной службы к должностям, в наибольшей степени подверженных риску коррупции, Реестра сфер деятельности Администрации города Пскова, наиболее подверженных риску коррупции, и Реестра должностей муниципальной службы Администрации города Пскова, замещение которых связано с коррупционными рисками" Постановление Администрации города Пскова от 29.04.2013 № 1000 // Псковские новости. – 2013. – 1 мая.
82.
Об утверждении Мероприятий в сфере противодействия коррупции в Самарской области на 2007 год: постановление Правительства Самарской области от 13.12.2006 №175 // Волжская коммуна. – 2006. – 22 декабря.
83.
Об утверждении муниципальной целевой программы «Противодействие коррупции в Малодербетовском районном муниципальном образовании Республики Калмыкия на 2012 – 2014 годы»: постановление главы администрации Малодербетовского районного муниципального образования Республики Калмыкия от 2 июля 2012г. № 207 // http://pandia.ru/text/79/347/45904.php (Дата обращения: 06.05.2017).
84.
Об утверждении отчета об исполнении Закона Республики Бурятия "О Программе социально-экономического развития Республики Бурятия на 2008-2010 годы и на период до 2017 года" за 2008 год: закон Республики Бурятия от 14.07.2009 № 979-IV // Бурятия. – 2009. – 18 июля.
85.
Об утверждении перечня должностей в исполнительных органах государственной власти Кемеровской области, в наибольшей степени подверженных риску коррупции: постановление Коллегии Администрации Кемеровской области от 17.08.2009 №354 (в ред. от 09.10.2015 №335) // Электронный бюллетень Коллегии Администрации Кемеровской области: http://www.zakon.kemobl.ru, 18.08.2009.
86.
Об утверждении Перечня должностей муниципальной службы в Администрации муниципального образования город Абаза и других должностей, замещение которых в наибольшей степени подвержено риску коррупционных проявлений: постановление Главы муниципального образования г. Абаза Республики Хакасия от 01.02.2011 №56 // Абазинский вестник. – 2011. – 17 февраля.
87.
Об утверждении Перечня коррупциогенных должностей государственной гражданской службы в Управлении государственных инспекций по надзору за строительством зданий, сооружений и эксплуатацией жилищного фонда Республики Адыгея: приказ Управления государственных инспекций по надзору за строительством зданий, сооружений и эксплуатацией жилищного фонда Республики Адыгея от 14.02.2011 № 9 // Советская Адыгея. – 2011. – 15 марта.
88.
Об утверждении Плана мероприятий по противодействию коррупции в Самарской области на 2005 год: распоряжение Правительства Самарской области от 24.05.2005 №66-р // Волжская коммуна. – 2005. – 1 июня.
89.
Об утверждении Плана мероприятий по реализации Послания Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации на 2010 год: распоряжение Правительства Республики Бурятия от 30.12.2009 № 743-р // Бурятия. – 2010. – 12 января.
90.
Об утверждении Положения о "телефоне доверия" по вопросам противодействия коррупции в органах местного самоуправления г. Улан-Удэ: постановление Администрации г. Улан-Удэ от 17.05.2013 № 202 // Муниципальный вестник города Улан-Удэ. – 2013. – 24 мая.
91.
Об утверждении Положения о "телефоне доверия": приказ Управления по экологии и природопользованию Воронежской области от 30.12.2011 № 258 // Воронежский курьер. – 2012. – 4 февраля.
92.
Об утверждении положения о порядке организации и проведения телефонной "Прямой линии" с гражданами по вопросам антикоррупционного просвещения в департаменте поддержки предпринимательской деятельности и внешнеэкономических связей Краснодарского края: приказ Департамента поддержки предпринимательской деятельности и внешнеэкономических связей Краснодарского края от 10.04.2015 № 51 // Официальный сайт администрации Краснодарского края http://admkrai.krasnodar.ru, 10.04.2015.
93.
Об утверждении Положения о порядке работы системы "Телефон горячей линии" для приема сообщений граждан и организаций по фактам коррупционной направленности: постановление главы Ковровского района Владимирской области от 28.07.2011 № 685 // Знамя труда. – 2011. – 29 июля.
94.
Об утверждении Положения о работе телефонной "Антикоррупционной горячей линии" Государственного комитета Кабардино-Балкарской Республики по энергетике, тарифам и жилищному надзору: Приказ Государственного комитета Кабардино-Балкарской Республики по энергетике, тарифам и жилищному надзору от 30.04.2015 №51-ОД // Официальная Кабардино-Балкария. – 2015. – 4 декабря.
95.
Об утверждении Положения об организации в Управлении делами Губернатора Свердловской области и Правительства Свердловской области телефонной "прямой линии" с гражданами по вопросам антикоррупционного просвещения: приказ Управления делами Губернатора Свердловской области и Правительства Свердловской области от 30.10.2015 №144 // Официальный интернет-портал правовой информации Свердловской области http://www.pravo.gov66.ru, 12.11.2015.
96.
Об утверждении Положения по обеспечению работы "телефона доверия" администрации Серафимовичского муниципального района по обращению граждан о злоупотреблениях коррупционной направленности: постановление администрации Серафимовичского муниципального района Волгоградской области от 06.02.2015 №43 // http://volgograd.regnews.org/doc/kq/80.htm (Дата обращения: 08.05.2017).
97.
Об утверждении Порядка организации работы системы "телефон доверия" по фактам коррупционной направленности, с которыми граждане и организации столкнулись в процессе взаимодействия с должностными лицами исполнительных органов государственной власти Архангельской области и представительств Архангельской области: указ Губернатора Архангельской области от 14.07.2011 №105-у (в ред. от 26.09.2016 №126-у) // Волна. – 2011. – 26 июля.
98.
Об утверждении Порядка организации работы телефона "горячей линии" и электронной почты "korrupciinet@cherepovetscity.ru" для приема сообщений граждан и юридических лиц по фактам коррупции в мэрии города и в подведомственных предприятиях и учреждениях: постановление Мэрии г. Череповца от 16.01.2017 №142 // Речь. – 2017. – 24 января.
99.
Об утверждении порядка работы "телефона доверия" по вопросам противодействия коррупции в аппарате Губернатора и Правительства области: приказ Аппарата Губернатора и Правительства Оренбургской области от 26.01.2015 № 43 // Оренбуржье. – 2015. – 5 февраля.
100.
Об утверждении Порядка работы телефона "Горячей линии" для приема обращений граждан и организаций по вопросам противодействия коррупции в администрации города Перми: постановление Администрации г. Перми от 15.02.2017 № 110 // Официальный бюллетень органов местного самоуправления муниципального образования город Пермь. – 2017. – №13.
101.
Об утверждении Программы проведения административной реформы в Министерстве культуры и массовых коммуникаций Российской Федерации в 2007-2008 годах: приказ Минкультуры РФ от 25.04.2007 №466 // http://www.alppp.ru/law/obrazovanie--nauka--kultura/kultura/12/prikaz-minkultury-rf-ot-25-04-2007--466.html (Дата обращения: 21.05.2017).
102.
Об утверждении Программы противодействия коррупции в Волгоградской области на 2010-2012 годы: постановление Главы Администрации Волгоградской области от 27.05.2010 №798 (в ред. от 01.06.2012 №430) // Волгоградская правда. – 2010. – 2 июня.
103.
Перечень коррупционно-опасных функций Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, утвержденный Роспотребнадзором 02.09.2013 // Текст документа приведен в соответствии с публикацией на сайте http://rospotrebnadzor.ru по состоянию 07.11.2013.
104.
Поляков А.В. Антикоррупционное поведение сотрудников уголовно-исполнительной системы: особенности формирования // Вестник Владимирского юридического института. 2016. № 4 (41). С. 36-38.
105.
Развин Я.М. Виктимология коррупции // Виктимология. 2016. №1 (7). С.53-56.
106.
Ривман Д.В. Криминальная виктимология. СПб., 2002. – 320 с.
107.
Ривман Д.В., Устинов В.С. Виктимология: монография. Н. Новгород, 1998. 196 с.
108.
Третьякова Е-Д. С. Правовое просвещение в сфере борьбы с коррупцией для государственных гражданских и муниципальных служащих // Научные труды РАЮН. Вып.14: в 2 т. Т.2. М.: Юрист, 2014. С.708-712.
109.
Ушакова Д.С. Основные направления программы антикоррупционной подготовки студентов юристов // Ростовский научный журнал. 2017. № 2. С. 55-65.
110.
Хайрутдинова Л.Р. Антикоррупционное консультирование: понятие, виды и содержание // Политика, государство и право. 2015. № 6 [Электронный ресурс]. URL: http://politika.snauka.ru/2015/06/3056 (дата обращения: 01.05.2017).
111.
Хайрутдинова Л.Р. Антикоррупционное просвещение: понятие, цели и значение // Гуманитарные научные исследования. 2015. № 1-1 (41). С. 106-109.
112.
Хамдеев А.Р. Особенности к вопросу о формировании антикоррупционной культуры обучающихся // Вестник Волжского университета им. В.Н. Татищева. 2012. № 2 (76). С. 189-193.
113.
Хамдеев А.Р. Педагогические условия формирования антикоррупционной культуры студентов // Казанский педагогический журнал. 2013. № 6 (101). С. 112-116.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"