Статья 'Понятие административного наказания' - журнал 'Юридические исследования' - NotaBene.ru
по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Публикация за 72 часа: что это? > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Юридические исследования
Правильная ссылка на статью:

Понятие административного наказания

Липинский Дмитрий Анатольевич

доктор юридических наук

профессор, Тольяттинский государственный университет

445667, Россия, г. Тольятти, ул. Белорусская, 14

Lipinsky Dmitriy Anatol'evich

Doctor of Law

Professor, Togliatti State University

445667, Russia, Samarskaya oblast', g. Tol'yatti, ul. Belorusskaya, 14

Dmitri8@yandex.ru
Другие публикации этого автора
 

 

DOI:

10.7256/2409-7136.2017.2.22105

Дата направления статьи в редакцию:

23-02-2017


Дата публикации:

02-03-2017


Аннотация.

Предметом исследования выступает понятие административного наказания во взаимосвязи с общетеоретическим понятием «юридическое наказание». Понятие «административное наказание» анализируется не сколько с административно-правовых позиций, а в большей степени с позиции науки теории государства и права. Отмечается не только юридический, но общесоциальный характер категории «наказание». Особое внимание уделяется начавшемуся в науке теории государства и права процессу формирования общетеоретического понятия «юридическое наказание». Следуя от общего к частному автор раскрывает признаки административного наказания, сопоставляя их с дефинициями, имеющимися в Уголовном кодексе РФ, а также с утратившим силу КоАП РФ. В целях исследования анализируются Постановления Конституционного Суда РФ, а также решения Верховного Суда РФ и международные нормативные правовые акты В процессе исследования применялся историко-правовой, формально-юридический и сравнительно-правовой. Основой исследования послужил диалектический метод, использовались философские законы перехода количественных изменения в качественные, единства и борьбы противоположностей, отрицания отрицания В статье сформулированы признаки административного наказания, основанные не на отраслевом, то есть административном подходе, а исходя из методологии свойственной науке теории государства и права. Обоснован общетеоретический, а не отраслевой характер понятия «наказания». Автором предлагается внести изменения в статью 3.1 КоАП РФ. По нашему мнению редакция данной статьи должна быть следующей: . «Административное наказание является установленной государством мерой административной за совершение административного правонарушения и применяется в целях кары, предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами, восстановления общественных отношений и воспитания правонарушителей».

Ключевые слова: наказание, ответственность, административное наказание, признаки наказания, признаки административного наказания, цели наказания, учение о наказании, административная ответственность, юридическая ответственность, социальный институт наказания

Abstract.

The research subject is the administrative punishment concept in its interconnection with the general theoretical concept of “legal punishment”. The “administrative punishment” concept is analyzed from the position of the theory of state and law, rather than from administrative and legal positions. The author notes not only the legal, but also the social character of the “punishment” category. Proceeding from the general to the particular, the author reveals the features of administrative punishment and compares them with the definitions, contained in the Criminal Code of the Russian Federation, and with the repealed Administrative Offences Code of the Russian Federation. The author analyzes the rulings of the Constitutional Court and international statutory instruments. The author applies the historical-legal, formal-legal and comparative-legal research methods. The study is based on the dialectical method and the philosophical laws of transition from quantity to quality, unity and struggle of opposites, and negation of negation. The author formulates the features of administrative punishment, based not on the administrative approach, but on the methodology of the theory of state and law. The author substantiates the general theoretical, rather than the sectoral nature of the concept of “punishment”. The author offers amending the article 3.1 of the Administrative Offences Code of the Russian Federation. In the author’s opinion, it should read as follows: “Administrative punishment is the measure of administrative responsibility imposed by the government for an administrative offence; it serves for the penalty and the prevention of new offences as by the same offender, so by other persons, and for the restoration of social relations and the correction of offenders”. 

Keywords:

doctrine of punishment, purpose of punishment, features of administrative punishment, signs of punishment, administrative punishment, responsibility, punishment, administrative responsibility, legal responsibility, social institution of punishment

В нашем исследовании мы выбрали методологию от общего к частному. На первый взгляд может показаться, что общего понятия «правовое наказание» в общетеоретическом плане не существует, а понятие «наказание» прочно вошло в лексикон исключительно науки уголовного права. При этом другие науки не оперируют данной категорией. За исключением науки административного права, которая вынужденно обратилась к данному понятию, в связи с тем, что термин «наказание» был введен в юридический оборот (в связи с принятием КоАП РФ и утратой юридической силы КоАП РСФСР). Нам могут возразить, что наличие двух нормативных правовых актов (УК РФ и КоАП РФ), в которых употребляется данное понятие еще не означает, что понятие «наказание» выступает общетеоретической категорией.

Для ответа на данный вопрос необходимо обратиться к истокам проблемы и применить историко-правовой метод исследования, а также посмотреть на данную проблему не только с юридических, но и с более широких, общесоциальных позиций.

Наказание – это социальный институт и применяется не только в юриспруденции. Так, принято говорить о социальном наказании, религиозном наказании, семейном наказании, моральном наказании и так далее [1, с. 8]. Как видно, этот термин характерен для социальной ответственности в целом, но в юриспруденции в советский период правоведения он применялся только в науке уголовного права.

Наказание как социальный институт имеет древнее происхождение. С момента возникновения человеческого общества и социального взаимодействия появляется потребность упорядочивании общественных отношений, а следовательно, и в охране установленного социального порядка.

«Как известно в тот период большинство социальных норм имело запретительный характер. В ходе разложения первобытнообщинного строя стали постепенно формироваться специфические способы социального управления, которые выступили между нормами первобытного строя и правом». Одним из таких промежуточных образований и явилась «система табу». Вслед за ней появилось общинное право. «Оно соответствовало во многих случаях особой стадии в процессе возникновения государства – военной демократии» [2, с. 31]. Так, Р.Л. Хачатуров в ходе исследования исторического аспекта юридической ответственности отмечает со ссылкой на А.Ф. Анисимова тот факт, что «система табу регламентировала в той или иной степени почти все стороны жизни первобытного человека, как личной, так и общественной, и по сути дела, представляла собой род санкции за отклонение от нормы» [2, с. 36].

Можно сказать, что право «выросло» из наказаний и в момент своего зарождения представляло собой совокупность карательных норм, основной целью которых было устрашение. В связи с чем представляется справедливым утверждение Р.Л. Хачатурова: «В те древние времена уголовное право и уголовная ответственность в определенном смысле брали на себя роль права вообще, стимулировали процесс возникновения и укрепления государства» [2, с. 37].

В тот период развития государственности существовали немногочисленные нормативные правовые акты и деление мер ответственности на уголовные или гражданско-правовые не проводилось. В тот период развития государственности существовала система жестких, а зачастую бесчеловечных и жестоких мер юридической ответственности. Уже с течением времени стало происходить «размежевание», иначе - дифференциация различных наказаний на уголовно-правовые и гражданско-правовые.

Ввиду их общих социальных и историко-правовых корней дореволюционный ученый-юрист А.А. Жижиленко провел исследование категории наказание с общеоретических, а не из узких отраслевых позиций [3]. В работе им отмечались общие черты уголовных и гражданско-правовых санкций. Несмотря на существование в тот период самого административного права, понятия административной ответственности и уголовной ответственности еще не различались. В своей работе А.А. Жижиленко указывает на необходимость формулирования четкого понятия «наказания», которое бы охватывало уголовные, дисциплинарные, гражданско-правовые санкции [3, с. 63]. Им верно отмечено, что «определение правовой природы наказания должно быть одинаково приемлемым для представителей самых разнообразных течений в науке» [3, с. 13]. Данному высказыванию более 100 лет, но оно не потеряло своей актуальности и в настоящее время.

Однако в советский период правоведения юридическая наука пошла иным путем, отдельно исследовались уголовные наказания, административные взыскания и дисциплинарные взыскания. В науке гражданского права вообще избегали употреблять термины аналогичные взысканию, а оперировали понятиями «штраф», «пеня», «неустойка», «гражданско-правовые санкции», «оперативные санкции» и так далее.

Исключение составляют единичные работы, в которых ученые обращались к категории «правовое наказание» [4, с. 18]. Изменилось положение дел с конца девяностых годов двадцатого столетия. В частности, появились работы В.В. Ныркова, А.В. Малько, А.С. Родионовой, в которых обосновывался общетеоретический характер категории «наказание» [5, 6, 7, 8].

Учеными было сформулировано общее понятие «юридическое наказание». А.В. Малько указывает, что «правовое наказание есть особое средство правового ограничения, применяемое в особом процессуальном порядке за совершение правонарушения на одной из стадий реализации юридической ответственности в целях общего и специального предупреждения, а также в целях исправления правонарушителя. К данной дефиниции можно добавить, что системные характеристики института наказания в праве также подлежат включению в его определение» [6, с. 20].

В целом поддерживая данную научную дефиницию, укажем на отдельные спорные моменты. Так, определение наказания через категорию «правовое ограничение» размывает рамки данного понятия. По своей сути и обычный запрет совершать те или иные действия и обязанность совершить определенные действия выступают правовыми ограничениями, но не являются юридическими наказаниями. Меры защиты, применяемые в целях безопасности общества и личности, аналогично выступают правовыми ограничениями, но не являются юридическими наказаниями.

Помимо целей общего и специального предупреждения правонарушений наказание преследует и цели восстановления общественных отношений и социальной справедливости. В частности, цель восстановления социальной справедливости непосредственно закреплена в Уголовном кодексе РФ. Так, в части 2 ст. 43 УК указывается: «Наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений».

В КоАП РФ не говорится о цели восстановления общественных отношений, но она непосредственно вытекает из ряда статей. Так, статья 4.7. КоАП РФ регулирует возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных административным правонарушением. Так, в части первой указанной статьи закреплено, что «судья, рассматривая дело об административном правонарушении, вправе при отсутствии спора о возмещении имущественного ущерба одновременно с назначением административного наказания решить вопрос о возмещении имущественного ущерба».

На основании изложенного считаем возможным сформулировать собственное определение понятия «юридическое наказание». Юридическое наказание – это мера юридической ответственности, применяемая в процессуальной форме за совершение правонарушения в завершающей стадии реализации юридической ответственности в целях кары, общей и специальной превенции, а также восстановления общественных отношений и воспитания правонарушителей.

Из указанного определения вытекают следующие признаки юридического наказания.

Во-первых, юридическое наказание – это мера юридической ответственности.

Во-вторых, данная мера применяется в особой процессуальной форме.

В-третьих, по своему содержанию эта мера несет ограничения имущественного, неимущественного, организационного характера, либо носит разовый порицающий характер.

В-четвертых, процессуальным основанием для реализации данной меры выступает особая разновидность актов применения права – акт применения юридической ответственности.

В-пятых, это мера наказания преследует цели общей и частной превенции, восстановления общественных отношений и воспитания правонарушителей.

В-шестых, административное наказание преследует цели кары, общей и частной превенции, восстановления общественных отношений, а также воспитания правонарушителей.

Определившись с общетеоретическим понятием «юридическое наказание» необходимо перейти к исследованию понятия «административное наказание». Для целей нашего исследования приведем еще раз его законодательное определение. Оно дается в статье 3.1 КоАП. В части первой данной статьи указано, что «административное наказание является установленной государством мерой ответственности за совершение административного правонарушения и применяется в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами». В части второй данной же статьи законодатель пишет следующее: «административное наказание не может иметь своей целью унижение человеческого достоинства физического лица, совершившего административное правонарушение, или причинение ему физических страданий, а также нанесение вреда деловой репутации юридического лица». При этом статья 3.1 носит название: «Цели административного наказания». Более правильно ее было назвать «Понятие и цели административного наказания».

Для достижения целей нашего исследования считаем необходимым привести понятие административного взыскания, которое давалось в КоАП РСФСР, утратившего силу в настоящее время. В статье 23 КоАП РСФСР указывалось, что: «Административное взыскание является мерой ответственности и применяется в целях воспитания лица, совершившего административное правонарушение, в духе соблюдения советских законов, уважения к правилам социалистического общежития, а также предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами».

Если сравнить два данных определения, то из него исчезла советская идеология, свойственная большинству нормативно-правовых актов советского периода, а термин взыскание был заменен на термин «наказание». В остальном смысл остался прежним.

Применяя сравнительно-правовой метод исследования необходимо привести и понятие уголовного наказания, даваемого в УК РФ. Так, статья 43 УК РФ носит название: «Понятие и цели наказания». В части первой данной статьи указывается, что: «Наказание есть мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда. Наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица». В части же второй статьи 43 сформулировано следующее: «Наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений».

С позиции точности формулировок и юридической техники понятие «уголовное наказание» сформулировано более качественно. Во-первых, указан вид правоприменительного акта, на основе которого применяется уголовное наказание – это приговор суда. Во-вторых, само название статьи отражает ее полное содержание - в ней сформулированы не только понятие наказание, но и его цели. При подготовке КоАП РФ законодатель упустил данный важный момент и статья 3.1 КоАП РФ носит название: «Цели административного наказания», несмотря на то, что в ней сформулировано и само понятие административного наказания.

Признаки административного наказания можно вывести исходя из его законодательного определения. Однако, если мы пойдем таким путем, это будет не совсем верно с методологической точки зрения. Задача юридической науки заключается не в слепом толковании законодательных формулировок. Ведь юридическая наука преследует цель вскрыть сущность правового явления, показать ее юридическую природу. Иными словами – юридическая наука начинается там, где мы можем сказать законодателю – «нет».

Для данных целей нашего исследования проанализируем те определения административного наказания, которые даются в юридической литературе. Так, по мнению Г.А. Кузьмичевой и Л.А. Калининой, «административное взыскание представляет собой разновидность административного принуждения, применяемого к лицу, признанному виновным в совершении административного правонарушения, и выражающего меру административной ответственности» [9, с. 36]. Ю.А. Тихомиров считает, что административное наказание –это реакция государства на совершенное административное правонарушение[10, с. 590]. По мнению М. Студеникиной, «административное наказание – это кара, то есть причинение виновному в совершении административного правонарушения определенных страданий, лишений» [11, с. 5].

Административное наказание понимают и как выражение отрицательной оценки государством совершенного правонарушения и самого правонарушителя. Его также рассматривают как меру ответственности за административное правонарушение. Иногда административное наказание отождествляют с самой санкцией нормы административного права. Ряд ученых при определении понятия административного наказания ограничиваются только его законодательной формулировкой, [12, с. 123] что на наш взгляд, является не совсем верным, ввиду несовершенства самого законодательства и изменчивости общественных отношений.

Каждое из указанных суждений содержит рациональное «зерно», ибо раскрывает какую то грань административного наказания, либо подчеркивает ее отдельную характеристику. Либо данное понимание административного наказания характерно для определённого этапа развития науки административного права.

Итак, исходя из законодательных и научных определений понятия «административное наказание» можно выделить его следующие признаки.

Во-первых, наказание это мера административной ответственности.

Во-вторых, по своему внутреннему содержанию наказание является карой за совершенное административное правонарушение.

В-третьих, формальным основанием применения административного наказания выступают нормы, закрепленные в КоАП и в законах субъектов РФ об административной ответственности. Так, в ряде субъектов РФ были принятые собственные кодексы об административных правонарушениях.

В-четвертых, фактическим основанием административного наказания является административное правонарушение.

В-пятых, процессуальным основанием административного наказания является специальный акт применения права – акт применения административной ответственности.

В-шестых, административное наказание влечет правовые последствия и после его исполнения, когда правонарушитель считается наказанным в течении определенного срока.

Из указанного наглядно следует, что часть признаков, характеризующих административные наказания «пересекаются» с признаками административной ответственности, которые были отмечены нами выше. На наш взгляд, здесь нет противоречий, так как административное наказание выступает характеристикой административной ответственности и ее наиболее важной составляющей.

Остановимся на наиболее спорных признаках административного наказания. Прежде всего необходимо обратить внимание на замену законодателем самого термина с «взыскание» на «наказание». Не все специалисты в области административного права согласились с такой позицией законодателя. В данном случае обоснованным выглядит мнение Ю.С. Адушкина, который отмечает, что «это в полной мере позволяет распространить на них общий режим международных стандартов механизма защиты прав и основных свобод человека, предполагающего универсальную трактовку правовой категории «наказания» ввиду несовпадений и других особенностей регулирования в национальных правовых системах оснований и процедур применения уголовных и административных санкций» [13, с. 41]. Во многих странах мира отсутствуют Кодексы об административных правонарушениях, а административные правонарушения относятся к разновидности преступлений, не представляющих большой общественной опасности.

Кроме того, употребление термина «наказание» показывает карательную сущность административного наказания, что позволяет распространить на них конституционные положения о запрете жестокого и унижающего человеческое достоинство обращения.

Для того, чтобы определиться с природой административного наказания и соотнести с термином «взыскание», необходимо обратиться к этимологическому значению слова «наказание». Так, толковый словарь русского языка определяет слово «взыскание» как переносное по смыслу со словом «наказание», мера воздействия. Одновременно сумма значений производного глагола «взыскать» более велика, чем у слова «наказывать». Она включает в себя не только значения «подвергнуть наказанию», привлечь кого-либо к ответственности, но и значение «заставить уплатить» [14, с. 81]. Следовательно в нашем языке данные термины несут одинаковую смысловую нагрузку и используются как синонимы. Кроме того, одновременное употребление терминов «наказание» и «взыскание» нарушает принципы унификации терминологии отечественного законодательства. Схожие по своему назначению и юридической природе меры должны носить одинаковое название, во избежание их двоякого толкования.

Остановимся на формальном признаке административного наказания, заключающегося в том, что основанием применения административного наказания выступают нормы, закрепленные в КоАП и в законах субъектов РФ об административной ответственности.

Данный признак непосредственно вытекает из ряда положений КоАП РФ. Согласно ст. 1.1 КоАП РФ «законодательство об административных правонарушениях состоит из настоящего Кодекса и принимаемых в соответствии с ним законов субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях».

Предписания части первой указанной статьи рассматривают понятие административного законодательства в узком смысле, относительно применения мер ответственности. В совокупности с положениями части 2 настоящей статьи административное законодательство рассматривается в широком смысле, включающем как нормативные акты общего характера, так и специальные. Положения части 2 закрепляют два принципиальных аспекта.

В первую очередь, речь идет об установлении взаимосвязи КоАП РФ и Конституции РФ. Поскольку Конституция является Основным Законом государства, она призвана регламентировать режим законности, регулировать все виды правоотношений, возникающих на территории государства. При этом следует помнить, что одним из основных свойств данного документа является его прямое действие, то есть непосредственное применение при урегулировании правоотношений. В случае если нормы КоАП РФ не соответствуют или противоречат предписаниям Конституции РФ, то применяются положения Основного Закона государства. В то же время Конституция является актом общего регулирования, то есть ее предметом являются не только административные, но и иные виды правоотношений, в полной мере регламентируемые данным нормативным актом. В частности, о непосредственном применении норм Конституции РФ к административным правоотношениям свидетельствует активная позиция Конституционного суда РФ - органа, призванного устанавливать соответствие отдельных правовых предписаний Конституции РФ.

Так, Конституционный Суд РФ признает, что законодатель в пределах своих правотворческих полномочий вправе вводить и изменять меры ответственности за конкретные виды правонарушений, а также их вид и размер [15].

Вместе с этим предписания ч. 3 ст. 55 Конституции РФ применительно к свободе экономической деятельности допускают возможность ограничения прав физических и юридических лиц федеральным законом. При условии если такое ограничение базируется на общих принципах права, отвечает требованиям справедливости, является адекватным, соразмерным конституционно значимым целям и ценностям и необходимо для их защиты. На этой же позиции базируется и Европейский суд по правам человека. Его позиция выражается в том, что если вытекающее из уплаты штрафа финансовое обязательство возлагает на лицо чрезмерное бремя или оказывает значительное влияние на его финансовое состояние, то это может поставить под сомнение право такого лица на уважение своей собственности, гарантированное абзацем 1 ст. 1 Протокола № 1 к «Конвенции о защите прав человека и основных свобод». Единство правовой позиции указанных органов правосудия свидетельствует о единстве правовых предписаний не только государственного, но и международного характера.

Примером применяемых международных норм может выступать «Договор об особенностях уголовной и административной ответственности за нарушения таможенного законодательства Таможенного союза и государств - членов Таможенного союза» [16]. В соответствии с данным договором, лицо, совершившее административное правонарушение на таможенной территории Таможенного союза, подлежит привлечению к административной ответственности по законодательству той стороны, на территории которой выявлено административное правонарушение.

Таким образом, законодательство об административной ответственности следует рассматривать в его совокупности. Причем одной из особенностей административной ответственности является возможность нормативного регулирования составов административных правонарушений, а также мер ответственности за них не только КоАП РФ, но также и иными нормативными актами, в том числе и региональными. Данная особенность также свидетельствует о комплексном восприятии законодательства об административных правонарушениях.

Статьей 1.3. КоАП регламентируется разграничение предметов ведения в области законодательства об административных правонарушениях. Пункт 2 части первой данной статьи указывает, что «к ведению РФ в области законодательства об административных правонарушений относится установление «перечня и видов административных наказаний и правил их применения». Кроме того, что из пункта три вытекает, что к ведению РФ относится установление «административной ответственности по вопросам, имеющим федеральное значение, в том числе административной ответственности за нарушение правил и норм, предусмотренных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации».

Законодательство об административных правонарушениях составляет предмет совместного ведения Российской Федерации и субъектов РФ, в связи с чем возникает потребность разграничения компетенции государства и его регионов в данной сфере. Положения настоящей статьи призваны определить предмет ведения Российской Федерации, который регламентируется в соответствии с Конституцией РФ и детализируется применительно к рассматриваемой сфере нормами КоАП РФ. Традиционно для российского законодательства в ведении государства находится решение наиболее важных задач, определение ведущих направлений политики в области административных правонарушений. Следует заметить, что в рамках настоящей статьи КоАП речь идет об исключительной компетенции федеральных органов государственной власти, которая реализуется ими непосредственно и не может быть делегирована иным субъектам.

Поскольку законодательство об административных правонарушениях во главе с КоАП РФ представляет собой единый комплекс нормативных правовых актов, подлежащих применению на всей территории государства, т.е. охватывает собой территории всех субъектов РФ, то утверждены такие положения могут быть исключительно на федеральном уровне [17, с. 12]

Определение перечня видов административных наказаний и правил их применения также отнесено к федеральной компетенции. Однако следует заметить, что особенностью административной ответственности является возможность установления состава административного правонарушения не только нормами КоАП РФ, но и иных нормативных актах, в том числе регионального уровня. Однако, независимо от предоставленной свободы деятельности уполномоченных субъектов, государство устанавливает и регламентирует единую систему мер государственного реагирования. В связи с чем только Российская Федерация формирует перечень административных санкций и порядок их реализации. Исходя из общеправовых принципов юридической ответственности, за каждое деяние меры ответственности должны быть законными, обоснованными и соответствующими тяжести совершенного деяния. Об этом неоднократно указывалось в различных Постановлениях конституционного Суда РФ [18, 19, 20, 21].

Подобный подход позволяет обеспечить лишь централизованное правовое регулирование со стороны государства. Единым является и порядок производства по делам об административных правонарушениях. Применение мер ответственности различными уполномоченными органами государственной власти определяется применительно к юрисдикции данного органа и его полномочиям. Установление иных различий и особенностей в отношении установленного порядка применения указанных мер недопустимо. Единство правил административного процесса относит его к исключительной компетенции Российской Федерации. Исполнение постановлений о назначении административных наказаний осуществляется не только территориальными органами Федеральной службы судебных приставов РФ, но и иными уполномоченными органами, компетенция которых регламентируется федеральными нормативными актами, что свидетельствует о единстве установленных требований к порядку исполнения наказания и их правовой регламентации федеральными правовыми предписаниями.

В статье 1.3.1 КоАП регламентированы предметы ведения субъектов РФ в области законодательства об административных правонарушениях. Из части первой указанной статьи вытекает, что к ведению субъектов РФ относится «установление законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях административной ответственности за нарушение законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, нормативных правовых актов органов местного самоуправления».

Наряду с деятельностью федеральных органов государственной власти определенными полномочиями в отношении дел об административных правонарушениях наделены и субъекты РФ. Следует обратить внимание, что КоАП РФ предусматривает лишь исключительную компетенцию Федерации и ее регионов, исключая возможность совместного осуществления части полномочий [22, с. 36].

В ведении Российской Федерации находятся наиболее важные и значимые аспекты административных правоотношений, которые в большинстве случаев носят общий характер и распространяются на всю территорию государства. Однако немаловажное значение имеет и компетенция каждого отдельного субъекта РФ в рассматриваемой сфере – здесь КоАП РФ наделяет российские регионы и нормотворческими, и охранительными, и иными функциями.

Нормотворческая функция субъектов РФ реализуется в рамках разработки и принятия ими региональных законов по вопросам административной ответственности и административных правонарушений. Регионы в рамках собственных правовых предписаний наделены возможностью определения специальных составов правонарушений и ответственности за их совершение. Но при этом следует учитывать, что наказание за такие правонарушения может определяться лишь в рамках установленной государством системы административных санкций. Формировать собственную систему санкций субъекты РФ не вправе.

Перечень определенных статьей 1.3.1 КоАП РФ нормотворческих полномочий является открытым и позволяет субъектам РФ регулировать в рамках собственных законодательных актов и иные вопросы, перечень которых определяется КоАП РФ. Таким образом, открытый характер указанного перечня является в большей степени условным, поскольку требует наличия специального предписания, которое может быть определено исключительно нормами комментируемого акта. Ни один иной акт не уполномочен на разграничение компетенции между федеральными и региональными органами государственной власти, а соответственно, и их правовых предписаний.

Разграничение предметов ведения Российской Федерации и ее субъектов, а также регламентация предметной компетенции каждого отдельного органа направлена на оптимизацию применения мер административной ответственности и эффективное решение задач, определенных КоАП РФ.

Следующий признак административного наказания, на котором мы остановимся, заключается в том, что по своему внутреннему содержанию наказание является карой за совершенное административное правонарушение. Следует отметить, что представители науки уголовного права значительно раньше приступили к исследованию кары как характеристики уголовного наказания. Более того, данная проблема на протяжении уже нескольких десятилетий выступает предметом оживленных дискуссий. Поэтому считаем необходимым обратиться к уголовно-правовым исследованиям, в которых раскрывается сущность кары. Понимая близость понятий «уголовное наказание» и «административное наказание» следует обратиться и к утратившему силу УК РСФСР. Так, в ст. 20 УК РСФСР указывалось, что «наказание не только является карой за совершенное преступление, но и имеет целью…..». Таким, образом, УК РСФСР 1960 года прямо указывал на наказание как на кару за совершенное преступление.

Несмотря на это в юридической литературе как в уголовно-правовой, так и административно-правовой, существует целая палитра мнений, от признания кары сущностью наказания[23, 24] до полного ее отрицания[25, с. 31]. Причем наказание как кару рассматривают не только в юридической, но и в философской литературе [26, с. 31], а также в религиозной литературе [27, 28].

В.К. Дуюнов справедливо отмечает, что «термин «кара» не является специфическим правовым. Это широкое общесоциальное понятие, которое употребляется там и тогда, где и когда речь идет о реализации ответственности виновного лица за совершенный им «грех», проступок, преступление – за зло, причиненное им государству, обществу или отдельному лицу. Кара – это соответствующая негативная реакция государства, общества, общественного объединения ил определенных лиц (например, родителей), а верующие скажут – бога, на неправильное поведение субъекта, нарушении им той или иной социальной (вовсе не только уголовно-правовой) нормы – нормы морали, религии, корпоративной, правовой» [23, с. 44].

Кара – это претерпевание определенных лишений, ограничений, она может быть сопряжена с внутренними страданиями субъекта, его переживаниями по поводу совершенного проступка. В каре соединяются как внутренние переживания, так и внешнее принудительное воздействия. Если говорить словами житейской мудрости, то «для одного человека и предупреждение будет означать сильные моральные сострадания, а для другого тюрьма - дом родной».

Многих ученых и обычных граждан отталкивает сам термин «кара», так как его иногда ассоциируют с жестокими наказаниями. Между тем, «кара – это справедливое (в современном смысле, а не в средневековом значении талиона) осуждение, порицание виновного, объективное в своей основе, соразмерное воздаяние ему за совершенный им проступок, которое вовсе не обязательно сопровождается страданиями осужденного» [23, с. 31].

Понятие «кары» с течением времени трансформировалось, в него стали вкладывать иное содержание. Причем как Конституция РФ, так и международные нормативные правовые акты устанавливают ряд важных запретов, свойственных современному цивилизованному обществу и основанному на его культуре, традициях, менталитете. В статье 21 Конституции РФ закрепляется, что «никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам». В ФЗ РФ «О полиции» указано, что «Сотруднику полиции запрещается прибегать к пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению. Сотрудник полиции обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняются боль, физическое или нравственное страдание» [29].

В «Европейской Конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания в ст. 3 указывается, что никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращение или наказанию» [30]. В Хартии Европейского Союза об основных правах (Страсбург, 12 декабря 2007 г) в статье 4 содержится аналогичная формулировка[31].

Другой признак административного наказания состоит в том, что его фактическим основанием является административное правонарушение. Понятие административного правонарушения раскрывается законодателем в статье 2.1 КоАП РФ. Указанная статья гласит: «Административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность».

Исходя из приведенного определения, а также из положений, которые выработаны теорией государства и права, а также наукой административного права можно сформулировать следующие признаки административного правонарушения.

Во-первых, это деяние (действие или бездействие) физического или юридического лица.

Во-вторых, данное деяние является административно-противоправным.

В-третьих, данное деяние является общественно опасным, то есть оно либо причиняет вред общественным отношениям, либо ставит общественные отношения под угрозу причинения вреда.

В-четвертых, субъектами данного деяния могут быть как физические, так и юридические лица.

В-пятых, за данное деяние предусмотрена административная ответственность.

В-шестых, деяние, которое совершено субъектом должно быть виновным, то есть наличие вины является обязательным признаком административного правонарушения.

Остановимся на наиболее спорных признаках административного правонарушения. Уже не одно десятилетие оживленные дискуссии вызывает признак общественной опасности административного правонарушения. Так, одни ученые полагают, что общественной опасностью обладают все без исключения правонарушения [32, с. 86], а другие считают, что общественная опасность характеризует только преступления [33, с. 16]. Применительно к нашему исследованию мы не будем вторгаться в полемику о том, являются ли конституционные правонарушения, гражданско-правовые правонарушения общественно опасными. Мы сосредоточим свое внимание на вопросе о том, являются ли административные правонарушения опасными для общества.

Думается, что и административные правонарушения обладают признаком общественной опасности. От преступлений они отличаются характером и степенью общественной опасности. Данный вывод косвенно вытекает из статьи 2.9 КоАП. Так, в ней указывается, что «при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием». Малозначительность означает отсутствие общественной опасности, а следовательно, и административного правонарушения.

Понятие малозначительности раскрывается в «Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 № 5 (ред. от 19.12.2013) «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях». Так, в нем указывается, что «малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не повлекшее существенного нарушения охраняемых правоотношений» [34].

При этом необходимо помнить, что с учетом признаков объективной стороны некоторых административных правонарушений, они ни при каких обстоятельствах не могут быть признаны малозначительными, поскольку существенно нарушают охраняемые общественные отношения. Такие обстоятельства, как, например, личность и имущественное положение привлекаемого к ответственности лица, добровольное устранение последствий правонарушения, возмещение причиненного ущерба, не являются обстоятельствами, характеризующими малозначительность правонарушения. Они учитываются при назначении административного наказания.

Наличие общественной опасности у административного правонарушения вытекает и из того, что законодатель изменил сам термин с «взыскания» на «наказание», показав близость юридической природы административных правонарушений и преступлений. Поэтому мы полагаем, что административные правонарушения характеризуются общественной опасностью, но степень этой опасности меньше, в сравнении с преступлениями.

Следующий признак, который характеризует административное правонарушение – это наличие административной ответственности. По иному его еще называют наказуемостью. А.А. Гогин указывает, что «еще с дореволюционных лет существует мнение о спорности таких выводов, ибо во многих случаях складывается ситуация, когда то или иное физическое лицо, совершившее противоправное деяние, остается ненаказанным в силу многих объективных и субъективных причин (нераскрытое преступление или его декриминализация, истечение срока давности существенное изменение политической обстановки в стране и пр.). В частности, наказуемость не является обязательным признаком многих административных проступков, гражданско-правовых деликтов, дисциплинарных проступков, нарушений в сфере бюджетных отношений и в области публичной банковской деятельности» [35, с. 11].

Мы полагаем, что позиция А.А. Гогина противоречит действующему административному законодательству, так как наказуемость прямо указывается в КоАП как обязательный признак административного правонарушения. Если посмотреть составы административных правонарушений, которые закреплены в КоАП, то за их совершение предусмотрены меры административного наказания. Доводы профессора А.А. Гогина о том, что наказуемость нельзя считать обязательным признаком административного правонарушения, ввиду того, что не всегда может быть выявлен правонарушитель, доказана его вина и так далее, нельзя признать убедительными, ввиду смешения понятий. Привлечение к ответственности, которое зависит от компетентности правоохранительных органов находится уже в сфере действия принципа неотвратимости административной ответственности, но не понятия административного правонарушения. Кроме того, посредством признака наказуемости подчеркивается государственная и общественная реакция на правонарушение. Норма об административной ответственности, лишенная санкции, не может выступать нормой как таковой.

Не совсем обоснованным выглядит и аргументация А.А. Гогина, основанная на обращении к историческому аспекту проблемы. Так, в «Уложении о наказаниях уголовных и исправительных» 1845 года в редакции 1866 и 1885 гг. указывалось, что «преступлением или проступком признается как само противозаконное деяние, так и неисполнение того, что под страхом наказания уголовного или исправительного законом предписано» [36, с. 204]. Известный дореволюционный ученый-юрист Н.С. Таганцев определял преступление как «деяние, посягающее на юридическую норму в ее реальном бытии, деяние, посягающее на охраняемый юридической нормой интерес запрещенное под страхом наказания» [37, с. 131].

С административной наказуемостью связана еще статья 122 Кодекса административного судопроизводства, в которой регламентируется наложение судебных штрафов. Из статьи 122 КАС РФ вытекает, что «судебные штрафы налагаются судом в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом. Размер судебного штрафа, налагаемого на орган государственной власти, иной государственный орган, не может превышать ста тысяч рублей, на орган местного самоуправления, иные органы и организации, которые наделены отдельными государственными или иными публичными полномочиями, - восьмидесяти тысяч рублей, на организацию - пятидесяти тысяч рублей, на должностное лицо - тридцати тысяч рублей, на государственного или муниципального служащего - десяти тысяч рублей, на гражданина - пяти тысяч рублей».

Если проанализировать основания наложения штрафа, то его применяют за различные виды процессуальных правонарушений. Например, статьей 364 КАС РФ предусмотрена ответственность в виде штрафа за утрату исполнительного документа.

В данном случае природа такого штрафа не административная, а административно-процессуальная. Эту разновидность штрафа следует отнести не к мере административной, а к мере административно-процессуальной ответственности. В связи с принятием и вступлением в силу КАС РФ административная-процессуальная ответственность, которая ранее исследовалось как разновидность административной ответственности окончательно обособилась в самостоятельный институт юридической ответственности.

На основе проведенного анализа можно заключить, что наказуемость является обязательным признаком административного правонарушения.

Следующий признак административного наказания, на котором мы остановимся заключается в том, что процессуальным основанием его реализации выступает акт применения административной ответственности. Акт применения административного наказания относится к разновидности охранительных актов права. Согласно ст. 29.9. КоАП РФ по «результатам рассмотрения дела об административном правонарушении может быть вынесено постановление о назначении административного наказания». Статьей 29.10 КоАП регламентируется форма и содержание постановления по делу об административном правонарушении.

В случае наложения административного штрафа в постановлении по делу об административном правонарушении должна быть указана информация о получателе штрафа, необходимая в соответствии с правилами заполнения расчетных документов на перечисление суммы административного штрафа. Там должна содержаться и информация о сумме административного штрафа, который может быть уплачен в соответствии с частью первой статьи 32.2 КоАП РФ.

Если при решении вопроса о назначении судьей административного наказания за административное правонарушение одновременно решается вопрос о возмещении имущественного ущерба, то в постановлении по делу об административном правонарушении указываются размер ущерба, подлежащего возмещению, а также сроки и порядок его возмещения.

Акт применения юридической ответственности «это официальное решение по конкретному делу, индивидуализирующее права и обязанности сторон правоотношения ответственности и содержащее государственно-властное веление о применении мер государственно-принудительной или добровольной формы реализации юридической ответственности, направленное на индивидуальное регулирование общественного отношения» [38, с. 3]. На основе данного определения и положений КоАП РФ можно сформулировать следующее определение акта применения административного наказания.

Акт применения административного наказания – это официальное решение суда, судьи, иного должностного лица или органа, уполномоченного рассматривать дела об административных правонарушения, облеченное в форму постановления, в котором индивидуализируются права и обязанности сторон правоотношения административной ответственности и содержится государственно-властное веление о применении меры административной ответственности.

Необходимо отметить, что в КоАП РФ должно быть сформулировано новое понятие административного наказания.

Мы предлагаем следующую редакцию статьи 3.1 КоАП РФ:

Статья 3.1. Понятие и цели административного наказания.

1. Административное наказание является установленной государством мерой административной за совершение административного правонарушения и применяется в целях кары, предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами, восстановления общественных отношений и воспитания правонарушителей.

Библиография
1.
Путилкин П.А. Соотношение правового и религиозно-православного регулирования общественных отношений: Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Казань, 2012. – 22 с.
2.
Хачатуров Р.Л., Ягутян Р.Г. Юридическая ответственность. Тольятти: Акцент, 1995.-202 с.
3.
Жижиленко А.А. Наказание. Его понятие и отличие от других правоохранительных средств. Пг., 1914 . – 909 с.
4.
Черных Е.В. Соотношение юридической ответственности и наказания // Вопросы теории государства и права. Актуальные проблемы теории социалистического государства и права: межвузовский научный сборник. Саратов, 1983.-С. 159-161.
5.
Нырков В.В. Наказание и поощрение как парные юридические категории. –Саратов: СГАП, 2006. – 180 с.
6.
Малько А.В. Наказание и ответственность в российском праве: актуальные проблемы /Под ред. А.В. Малько. – М.: Юрлитинформ, 2014. 304 с.
7.
Родионова А.С. Система наказаний в Российском праве (общетеоретический аспект): Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Саратов, 2013. – 22 с.
8.
Малько А.В., Липинский Д.А. Обзор «круглого стола» журналов «Государство и право», «правовая политика и правовая жизнь», «Вектор науки ТГУ. Серия «Юридические науки» на тему: «проект концепции правовой политики в сфере юридической ответственности и наказаний в современной России» // Государство и право. 2013. № 3. С. 118-123
9.
Кузьмичева Г.А., Калинина Л.А. Административная ответственность. М.: Юриспруденция, 2000. С. 36-39.
10.
Тихомиров Ю.А. Административное право и процесс. М., 2004. – 590 с.
11.
Студеникина М. Основные новеллы кодекса РФ об административных правонарушениях // Закон. 2002. № 7.-С. 5-7.
12.
Нагорнов Д.С. Административное наказание как составная часть института административной ответственности // Бизнес в законе. 2009. № 1.-С. 294-297.
13.
Адушкин Ю.С. Система административных наказаний // Актуальные проблемы административного законодательства и правоприменительной практики: Материалы межрегиональной научно-практической конференции. Тамбов, 2003. С. 41-43.
14.
Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.: Книжный мир, 2009.-980 с.
15.
Постановление Конституционного Суда РФ от 17.01.2013 № 1-П «По делу о проверке конституционности положения части 5 статьи 19.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «Маслянский хлебоприемный пункт» // Вестник Конституционного Суда РФ. 2013. № 1.
16.
Договор об особенностях уголовной и административной ответственности за нарушения таможенного законодательства таможенного союза и государств-членов таможенного союза" (подписан в г. Астане 05.07.2010) (с изм. от 10.10.2014) // Международное право в документах. М.: Юрид. лит, 2015.
17.
Росинский Б.Ф. Развитие положений Кодекса РФ об административных правонарушениях, регламентирующих ответственность юридических лиц // Законы России: опыт, анализ, практика. 2014. № 3.-С. 1-14.
18.
Постановление Конституционного Суда РФ от 17 декабря 1996г. «По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части первой ст. 11 Закона Российской Федерации от 24 июня 1993 года «О федеральных органах налоговой полиции» // Собрание законодательства РФ. 1997. № 1. Ст. 197
19.
Постановление Конституционного Суда РФ от 11 марта 1998 г. «По делу о проверке конституционности ст. 286 ТК РФ, ч. 2 ст. 85 и ст. 222 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях» // Собрание законодательства РФ. 1998. № 12. Ст. 1458
20.
Постановление Конституционного Суда РФ от 12 мая 1998 г. «По делу о проверке конституционности отдельных положений абзаца шестого статьи 6 и абзаца второго части первой статьи 7 Закона Российской Федерации от 18 июня 1993 года «О применении контрольно-кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением» в связи с запросом Дмитровского районного суда Московской области и жалобами граждан» // Собрание законодательства РФ. 1998. № 20. Ст. 520.
21.
Постановление Конституционного Суда РФ от 25 января 2001 г. «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, С.И. Кальянова и Н.В. Труханова» // Собрание законодательства РФ. 2001. № 7. Ст. 700.
22.
Мусаткина А.А. К вопросу о институте административной ответственности // Административное право и практика администрирования. 2015. № 3.-С. 30-36. Мусаткина А.А. О соотношении административно-правовой и финансово-правовой ответственности // Административное право и процесс. 2016. № 3. С. 32-37.
23.
Дуюнов В.К. Проблемы уголовного наказания в теории, законодательстве и судебной практике. Курск: РОСИ, 2000.-С. 43-46.
24.
Малько А.В., Дуюнов В.К. Запреты как средства правовой политики (круглый стол журналов «Государство и право», «Правовая политика и правовая жизнь» и «Вестник Самарской гуманитарной академии» // Государство и право. 2013. № 9.-С. 101-107.
25.
Курганов С.И. Назначение наказания и освобождение от наказания. М., 2015.-С. 17-21.
26.
Щеглова А.Е. Отношение к поощрениям и наказаниям педагогов и мыслителей стран западной Европы XVII века // XXI век: итоги прошлого и проблемы настоящего. 2015. Т. 1. № 1.-С. 116-121.
27.
Путилкин П.А. Соотношение религиозного и религиозно-православного регулирования общественных отношений: Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Казань, 2015. – С. 22.
28.
Беспалько В.Г. Система и виды наказаний в девтеромической редакции Моисеева уголовного права (по материалам книги Второзаконие Ветхого Завета) // Вестник Владимирского юридического института. 2014. № 1. С. 44-57.
29.
Собрание законодательства РФ. 2011. № 7. Ст. 900.
30.
Собрание законодательства Российской Федерации от 7 сентября 1998. № 36. Ст. 4465.
31.
Международное право в документах. М.: Юрист, 2005. С. 319.
32.
Липинский Д.А., Чуклова Е.В. Спорные вопросы процессуальных правонарушений // Advances in Law Studies. 2013. № 2.-С. 81-87.
33.
Гогин А.А. К вопросу о понятии и признаках экологического правонарушения // Вектор науки Тольяттинского государственного университета. Серия. Юридические науки. 2013. № 4.-С. 16-20.
34.
Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2005. № 6.
35.
Гогин А.А. Наказуемость как обязательный признак правонарушения: неоднозначные аспекты // Вестник Волжского университета им. В.Н. Татищева. 2015. № 4. С. 11-18.
36.
Отечественное законодательство XI-XX веков. Часть. 1 /Под ред. О.И. Чистякова. М.: Юрист, 1999. – 420 с.
37.
Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая. Т. 1. М.: Наука, 1994. – 980 с.
38.
Липинский Д.А. О понятии и функциях актов применения юридической ответственности // Российская юстиция. 2013. № 5.-С. 3-5.
References (transliterated)
1.
Putilkin P.A. Sootnoshenie pravovogo i religiozno-pravoslavnogo regulirovaniya obshchestvennykh otnoshenii: Avtoreferat dissertatsii na soiskanie uchenoi stepeni kandidata yuridicheskikh nauk. Kazan', 2012. – 22 s.
2.
Khachaturov R.L., Yagutyan R.G. Yuridicheskaya otvetstvennost'. Tol'yatti: Aktsent, 1995.-202 s.
3.
Zhizhilenko A.A. Nakazanie. Ego ponyatie i otlichie ot drugikh pravookhranitel'nykh sredstv. Pg., 1914 . – 909 s.
4.
Chernykh E.V. Sootnoshenie yuridicheskoi otvetstvennosti i nakazaniya // Voprosy teorii gosudarstva i prava. Aktual'nye problemy teorii sotsialisticheskogo gosudarstva i prava: mezhvuzovskii nauchnyi sbornik. Saratov, 1983.-S. 159-161.
5.
Nyrkov V.V. Nakazanie i pooshchrenie kak parnye yuridicheskie kategorii. –Saratov: SGAP, 2006. – 180 s.
6.
Mal'ko A.V. Nakazanie i otvetstvennost' v rossiiskom prave: aktual'nye problemy /Pod red. A.V. Mal'ko. – M.: Yurlitinform, 2014. 304 s.
7.
Rodionova A.S. Sistema nakazanii v Rossiiskom prave (obshcheteoreticheskii aspekt): Avtoreferat dissertatsii na soiskanie uchenoi stepeni kandidata yuridicheskikh nauk. Saratov, 2013. – 22 s.
8.
Mal'ko A.V., Lipinskii D.A. Obzor «kruglogo stola» zhurnalov «Gosudarstvo i pravo», «pravovaya politika i pravovaya zhizn'», «Vektor nauki TGU. Seriya «Yuridicheskie nauki» na temu: «proekt kontseptsii pravovoi politiki v sfere yuridicheskoi otvetstvennosti i nakazanii v sovremennoi Rossii» // Gosudarstvo i pravo. 2013. № 3. S. 118-123
9.
Kuz'micheva G.A., Kalinina L.A. Administrativnaya otvetstvennost'. M.: Yurisprudentsiya, 2000. S. 36-39.
10.
Tikhomirov Yu.A. Administrativnoe pravo i protsess. M., 2004. – 590 s.
11.
Studenikina M. Osnovnye novelly kodeksa RF ob administrativnykh pravonarusheniyakh // Zakon. 2002. № 7.-S. 5-7.
12.
Nagornov D.S. Administrativnoe nakazanie kak sostavnaya chast' instituta administrativnoi otvetstvennosti // Biznes v zakone. 2009. № 1.-S. 294-297.
13.
Adushkin Yu.S. Sistema administrativnykh nakazanii // Aktual'nye problemy administrativnogo zakonodatel'stva i pravoprimenitel'noi praktiki: Materialy mezhregional'noi nauchno-prakticheskoi konferentsii. Tambov, 2003. S. 41-43.
14.
Ozhegov S.I., Shvedova N.Yu. Tolkovyi slovar' russkogo yazyka. M.: Knizhnyi mir, 2009.-980 s.
15.
Postanovlenie Konstitutsionnogo Suda RF ot 17.01.2013 № 1-P «Po delu o proverke konstitutsionnosti polozheniya chasti 5 stat'i 19.8 Kodeksa Rossiiskoi Federatsii ob administrativnykh pravonarusheniyakh v svyazi s zhaloboi obshchestva s ogranichennoi otvetstvennost'yu «Maslyanskii khlebopriemnyi punkt» // Vestnik Konstitutsionnogo Suda RF. 2013. № 1.
16.
Dogovor ob osobennostyakh ugolovnoi i administrativnoi otvetstvennosti za narusheniya tamozhennogo zakonodatel'stva tamozhennogo soyuza i gosudarstv-chlenov tamozhennogo soyuza" (podpisan v g. Astane 05.07.2010) (s izm. ot 10.10.2014) // Mezhdunarodnoe pravo v dokumentakh. M.: Yurid. lit, 2015.
17.
Rosinskii B.F. Razvitie polozhenii Kodeksa RF ob administrativnykh pravonarusheniyakh, reglamentiruyushchikh otvetstvennost' yuridicheskikh lits // Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika. 2014. № 3.-S. 1-14.
18.
Postanovlenie Konstitutsionnogo Suda RF ot 17 dekabrya 1996g. «Po delu o proverke konstitutsionnosti punktov 2 i 3 chasti pervoi st. 11 Zakona Rossiiskoi Federatsii ot 24 iyunya 1993 goda «O federal'nykh organakh nalogovoi politsii» // Sobranie zakonodatel'stva RF. 1997. № 1. St. 197
19.
Postanovlenie Konstitutsionnogo Suda RF ot 11 marta 1998 g. «Po delu o proverke konstitutsionnosti st. 286 TK RF, ch. 2 st. 85 i st. 222 Kodeksa RSFSR ob administrativnykh pravonarusheniyakh» // Sobranie zakonodatel'stva RF. 1998. № 12. St. 1458
20.
Postanovlenie Konstitutsionnogo Suda RF ot 12 maya 1998 g. «Po delu o proverke konstitutsionnosti otdel'nykh polozhenii abzatsa shestogo stat'i 6 i abzatsa vtorogo chasti pervoi stat'i 7 Zakona Rossiiskoi Federatsii ot 18 iyunya 1993 goda «O primenenii kontrol'no-kassovykh mashin pri osushchestvlenii denezhnykh raschetov s naseleniem» v svyazi s zaprosom Dmitrovskogo raionnogo suda Moskovskoi oblasti i zhalobami grazhdan» // Sobranie zakonodatel'stva RF. 1998. № 20. St. 520.
21.
Postanovlenie Konstitutsionnogo Suda RF ot 25 yanvarya 2001 g. «Po delu o proverke konstitutsionnosti polozheniya punkta 2 stat'i 1070 Grazhdanskogo kodeksa Rossiiskoi Federatsii v svyazi s zhalobami grazhdan I.V. Bogdanova, A.B. Zernova, S.I. Kal'yanova i N.V. Trukhanova» // Sobranie zakonodatel'stva RF. 2001. № 7. St. 700.
22.
Musatkina A.A. K voprosu o institute administrativnoi otvetstvennosti // Administrativnoe pravo i praktika administrirovaniya. 2015. № 3.-S. 30-36. Musatkina A.A. O sootnoshenii administrativno-pravovoi i finansovo-pravovoi otvetstvennosti // Administrativnoe pravo i protsess. 2016. № 3. S. 32-37.
23.
Duyunov V.K. Problemy ugolovnogo nakazaniya v teorii, zakonodatel'stve i sudebnoi praktike. Kursk: ROSI, 2000.-S. 43-46.
24.
Mal'ko A.V., Duyunov V.K. Zaprety kak sredstva pravovoi politiki (kruglyi stol zhurnalov «Gosudarstvo i pravo», «Pravovaya politika i pravovaya zhizn'» i «Vestnik Samarskoi gumanitarnoi akademii» // Gosudarstvo i pravo. 2013. № 9.-S. 101-107.
25.
Kurganov S.I. Naznachenie nakazaniya i osvobozhdenie ot nakazaniya. M., 2015.-S. 17-21.
26.
Shcheglova A.E. Otnoshenie k pooshchreniyam i nakazaniyam pedagogov i myslitelei stran zapadnoi Evropy XVII veka // XXI vek: itogi proshlogo i problemy nastoyashchego. 2015. T. 1. № 1.-S. 116-121.
27.
Putilkin P.A. Sootnoshenie religioznogo i religiozno-pravoslavnogo regulirovaniya obshchestvennykh otnoshenii: Avtoreferat dissertatsii na soiskanie uchenoi stepeni kandidata yuridicheskikh nauk. Kazan', 2015. – S. 22.
28.
Bespal'ko V.G. Sistema i vidy nakazanii v devteromicheskoi redaktsii Moiseeva ugolovnogo prava (po materialam knigi Vtorozakonie Vetkhogo Zaveta) // Vestnik Vladimirskogo yuridicheskogo instituta. 2014. № 1. S. 44-57.
29.
Sobranie zakonodatel'stva RF. 2011. № 7. St. 900.
30.
Sobranie zakonodatel'stva Rossiiskoi Federatsii ot 7 sentyabrya 1998. № 36. St. 4465.
31.
Mezhdunarodnoe pravo v dokumentakh. M.: Yurist, 2005. S. 319.
32.
Lipinskii D.A., Chuklova E.V. Spornye voprosy protsessual'nykh pravonarushenii // Advances in Law Studies. 2013. № 2.-S. 81-87.
33.
Gogin A.A. K voprosu o ponyatii i priznakakh ekologicheskogo pravonarusheniya // Vektor nauki Tol'yattinskogo gosudarstvennogo universiteta. Seriya. Yuridicheskie nauki. 2013. № 4.-S. 16-20.
34.
Byulleten' Verkhovnogo Suda Rossiiskoi Federatsii. 2005. № 6.
35.
Gogin A.A. Nakazuemost' kak obyazatel'nyi priznak pravonarusheniya: neodnoznachnye aspekty // Vestnik Volzhskogo universiteta im. V.N. Tatishcheva. 2015. № 4. S. 11-18.
36.
Otechestvennoe zakonodatel'stvo XI-XX vekov. Chast'. 1 /Pod red. O.I. Chistyakova. M.: Yurist, 1999. – 420 s.
37.
Tagantsev N.S. Russkoe ugolovnoe pravo. Lektsii. Chast' Obshchaya. T. 1. M.: Nauka, 1994. – 980 s.
38.
Lipinskii D.A. O ponyatii i funktsiyakh aktov primeneniya yuridicheskoi otvetstvennosti // Rossiiskaya yustitsiya. 2013. № 5.-S. 3-5.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"