по
Меню журнала
> Архив номеров > Рубрики > О журнале > Авторы > О журнале > Требования к статьям > Редсовет > Редакция > Порядок рецензирования статей > Политика издания > Ретракция статей > Этические принципы > Политика открытого доступа > Оплата за публикации в открытом доступе > Политика авторских прав и лицензий > Политика цифрового хранения публикации > Политика идентификации статей > Политика проверки на плагиат
Журналы индексируются
Реквизиты журнала

Публикация за 72 часа - теперь это реальность!
При необходимости издательство предоставляет авторам услугу сверхсрочной полноценной публикации. Уже через 72 часа статья появляется в числе опубликованных на сайте издательства с DOI и номерами страниц.
По первому требованию предоставляем все подтверждающие публикацию документы!
ГЛАВНАЯ > Вернуться к содержанию
Функции и система организационных договоров
Андрющенко Ангелина Валерьевна

аспирантка, Юридический институт, Национальный исследовательский Томский государственный университет

634050, Россия, Томская область, г. Томск, ул. Ленина, 36

Andryushchenko Angelina Valer'yevna

Postgraduate at the Department of Civil law of the National Research Tomsk State University 

634050, Russia, Tomsk, ul. Lenina, 36

linsy_lapochka@mail.ru
Другие публикации этого автора
 

 

Аннотация.

Предметом исследования является система организационных договоров, складывающаяся в настоящее время в рамках системы гражданско-правовых договоров. Целями исследования являются классификация и систематизация многообразных организационных договоров. Особое внимание уделяется поиску классификационных и систематизирующих критериев, а также рассмотрению выделенных на их основании групп организационных договоров. Автор подробно исследует такие аспекты темы как общие и специфические функции организационных договоров, рассматриваемые в качестве одного из возможных критериев классификации организационных договоров. Методологической базой исследования являются диалектический, системный, индуктивный, дедуктивный методы исследования, а также функциональный и формально-юридический методы. Новизна исследования заключается в том, что по функциональному критерию выделяются организационные предпосылочные договоры и организационные оптимизирующие договоры. Предпосылочные договоры направлены на возникновение правовой связи между сторонами, а оптимизирующие договоры направленны на изменение или устранение правовой связи. Автор приходит к выводу, что система организационных договоров строится в зависимости от связи организационного договора со специальной договорной конструкцией. Система организационных договоров представлена, с одной стороны, вспомогательными организационными договорами, конструируемыми с помощью специальных договорных конструкций, а с другой стороны, самостоятельными (самодостаточными) организационными договорами, не опирающимися на те или иные законодательные модели.

Ключевые слова: функции договора, организационные договоры, система организационных договоров, вспомогательные организационные договоры, самодостаточные организационные договоры, предварительный договор, рамочный договор, корпоративный договор, учредительный договор, межкредиторское соглашение

DOI:

10.25136/2409-7136.2018.10.21315

Дата направления в редакцию:

07-12-2016


Дата рецензирования:

06-12-2016


Дата публикации:

12-11-2018


Abstract.

The subject of the research is the organizational contracts' system that has been developing as part of the civil law contracts. The objectives of the research is to classify and systematize the variety of organizational contracts. Andryuschenko pays special attention to classification criteria as well as analysis of organizational contracts that can be defined based on these criteria. The author examines such aspects of the topic as general and specific functions of organizational contracts that are viewed by the author as one of possible criteria for organizational contracts. The methodological basis of the research involves dialectical, systems, inductive and deductive research methods as well as functional and formal law methods. The novelty of the research is caused by the fact that the author uses the functional criterion to define organizational preliminary contracts and organizational optimizing contracts. Preliminary contracts create the legal bond between the parties while optimizing contracts either change or eliminate the legal bond. The author concludes that the structure of the organizational contract system depends on the relation of the organizational contract to special contractual structures. The organizational contract system is represented by accessory organizational contracts created using special contractual structures, of the one part, and self-sufficient organizational contracts that are not based on any legislative models, of the other part. 

Keywords:

memorandum of association, corporate contract, preliminary agreement, frame contract, self-sufficient organizational contracts, accessory organizational contracts, organizational contract's system, organizational contracts, contract features, inter-creditor agreement

Функции организационных договоров

Современный гражданский оборот представляет собой динамичный процесс взаимодействия субъектов по поводу перехода материальных благ. Участники гражданского оборота стремятся к организации этого процесса для достижения наилучшего экономического результата, в том числе путем налаживания стабильных юридических связей со своими деловыми партнерами. Организация таких отношений в какой-то мере обеспечивается существованием гражданско-правовых норм, определяющих императивные правила, которым должны следовать участники гражданско-правовых сделок. Гражданское право, выступая нормативно-правовым регулятором организационных отношений, не всегда способно должным образом удовлетворить необходимость их правового регулирования. В рыночной экономике нередко возникают ситуации, в которых требуется более гибкое (индивидуальное) регулирование организационных отношений их участниками. Имущественные договоры, опосредующие акты товарообмена, не полностью справляются с задачей регулирования организационных отношений.

В условиях современной рыночной экономики все более распространение получают организационные договоры, которые позволяют участникам гражданского оборота осуществлять координацию деятельности друг с другом. Потребность в координации возникает в самых разных сферах деятельности (банковская, кредитно-расчетная, страховая, транспортная и др.), что предопределяет разнообразие вырабатываемых практикой видов организационных договоров.

Однако, в науке гражданского права, как и в действующей редакции Гражданского кодекса Российской Федерации (в дальнейшем – ГК РФ), не прослеживается четкой системы организационных договоров, поскольку основное внимание ученых уделяется изучению элементов этой системы – конкретных видов организационных договоров. В связи с этим прослеживается недостаточность теоретических исследований общих вопросов заданной темы, в частности, юридической природы, общих признаков и функций организационных договоров как отдельной самостоятельной группы гражданско-правовых договоров, их роли и значения на данном этапе развития гражданского права. Не отличаются единообразием и предлагаемые в доктрине гражданского права классификации организационных договоров.

Например, М. А. Егорова различает по критерию правовой цели организационно-координирующие договоры и организационно-формирующие договоры. Целью первых выступает координация существующих отношений, а целью вторых – формирование условий для возникновения новых общественных отношений. Также автор выделяет организационно-корпоративные договоры, правовой целью которых является формирование корпоративно-правового отношения [7, с. 42]. На наш взгляд, последняя группа организационных договоров не в полной мере отражает многообразие организационных договоров, оставляя за рамками организационные договоры, направленные на формирование коллективных образований, но при этом не являющихся корпорациями (например, договор простого товарищества, договор о создании финансово-промышленной группы).

Выбирая критерием способ организации отношений, С. Ю. Морозов выделял договоры, направленные на возникновение и формирование условий иных договоров, и договоры, направленные на упорядочение деятельности сторон в рамках данных договоров [11, с. 42]. Практическая ценность указанной систематизации заключается в том, что она позволяет определить обязательность заключения договоров – приложений во исполнение организационного договора.

Каждая из приведенных классификаций, безусловно, имеет свою ценность и позволяет изучать многообразие организационных договоров с различных точек зрения. В данной работе мы предлагаем осуществить классификацию организационных договоров по функциональному критерию, в соответствии с той функцией, которую каждый из них выполняет.

Понятие функций гражданско-правового договора по-разному рассматривается учеными. Однако всеми исследователями признается высокая роль исследований функциональных характеристик изучаемого объекта. Значимость изучения функций гражданско-правовых договоров состоит в том, что функции договора, воздействуя на общественные отношения (то есть, функционируя), обеспечивают динамику договорного процесса. Рассмотренные нами признаки организационных договоров дают представление об организационных договоров в статике. Выявленные функции договора указывают на то, каким образом договор действует вовне, то есть на объективную реальность.

Как известно, гражданско-правовые договоры выполняют множество различных функций: инициативную, программно-координационную, информационную, гарантийную, защитную и др. [9, с. 16-20]. Будучи общими, указанные функции присущи и организационным договорам (в особенности, программно-координационная и информационная).

Б. И. Пугинский указывает, что организационные договоры выполняют такие функции как: формирование и стабилизация долгосрочных отношений участников договора; основание заключения и исполнения договоров определенного вида; создание условий и предпосылок для последовательного совершенствования взаимоотношений сторон [12, с. 101, 105 - 107]. Таким образом, организационные договоры служат отправной точкой для целой цепочки правовых явлений: заключения и исполнения договоров, следовательно, предпосылкой возникновения различных гражданских правоотношений из таких договоров, что, в свою очередь, приводит к формированию правоотношений между множеством субъектов гражданского оборота. Формирование правоотношений между сторонами включает в себя как возникновение правоотношений между ними, так и изменение и даже прекращение этих правоотношений.

Определяя цель организационных договоров как создание предпосылок и условий для эффективного и оптимального взаимодействия сторон организуемого правоотношения, отметим, что средством достижения цели организационного договора, а, следовательно, и его специфической функцией можно назвать установление конкретного правового режима экономических связей, или порядка согласованных действий, который позволил бы добиться такого взаимодействия.

Если принять за исходную функцию установления упорядоченного правового режима экономических связей, можно декомпозировать указанную функции на три подфункции, выражающие различные направления воздействия организационных договоров:

1) Предпосылочная функция. Выступая предпосылкой возникновения договорных гражданских правоотношений, организационные договоры выполняют предпосылочную функцию. Суть предпосылочной функции организационных договоров состоит в организации взаимоотношений сторон, которые на момент заключения организационного соглашения не имеют правовой связи. Но, желая стать партнерами, участники гражданского оборота согласуют программу их будущих взаимоотношений, и заключая организационный договор, порождают организационную связь.

2) Оптимизирующая функция . Суть данной функции организационных договоров состоит в создании условий и предпосылок для последовательного совершенствования взаимоотношений сторон, т.е. для оптимизации существующих гражданских правоотношений. В ситуации, когда стороны организационного договора состоят в гражданском правоотношении, может возникнуть необходимость в их реконструкции с целью достижения большего эффекта от взаимодействия партнеров. Здесь речь идет в первую очередь о согласовании в организационном договоре программы изменений существующего правоотношения с тем, чтобы оно продолжало существовать в преобразованном виде.

На наш взгляд, организация может включать в себя также и определение сторонами порядка прекращения правовой связи в наиболее оптимальной для них форме. Соответственно, организационные договоры способны оптимизировать не только процесс изменения правоотношений, но и процесс их прекращения. Поэтому оптимизирующая функция организационных договоров представлена двумя смежными подфункциями: изменяющей и прекращающей.

Таким образом, предлагаются следующие группы организационных договоров по функциональному критерию. Во-первых,следует выделять организационные предпосылочные договоры , выполняющие предпосылочную функцию. Предпосылочные организационные договоры призваны организовать «рождение» новых гражданских правоотношений, т.е. создать предпосылки и условия для возникновения юридической связи между сторонами организационного договора. В эту группу входит большинство организационных договоров.

В зависимости от способа исполнения договора они делятся на договоры, предполагающие заключение исполнительских сделок (предварительные договоры, рамочные договоры) и договоры, которые не предполагают заключения исполнительских сделок (договор простого товарищества).

Во-вторых, в рамках классификации по функциональному критерию необходимо рассматривать организационные оптимизирующие договоры -договоры, направленные на изменение или устранение правовой связи. Как в случае с изменением правовой связи, так и в случае с ее прекращением, мы имеем дело с оптимизацией гражданского правоотношения, поскольку «оптимизировать» означает выбрать такой вариант преобразования объекта, который в наибольшей степени адекватен пожеланиям сторон и сложившейся ситуации. И вполне возможно, что лучшим вариантом может оказаться полное прекращение правового взаимодействия. Для упорядочения процесса прекращения, также, как и для определения порядка изменения правоотношения, стороны вправе использовать такой инструмент как организационный договор.

В группу оптимизирующих изменяюшщих договоров допустимо включить все те организационные договоры, стороны которых уже состоят в определенных имущественных или неимущественных правоотношениях. Оптимизирующие организационные договоры призваны упорядочить существующие гражданские правоотношения. В рамках существующего правоотношения происходит трансформация его содержания по организационному соглашению сторон.

На наш взгляд, к оптимизирующим изменяющим договорам относятся соглашение кредиторов о порядке удовлетворения их требований должником, корпоративные договоры, соглашение об изменении договора, реорганизационные договоры.

Оптимизирующие прекращающие договоры – это договоры, направленные на устранение правовой связи сторон. Эта группа представлена соглашениями о прекращении (расторжении) договора и их видами (например, соглашение о новации).

Группа организационных оптимизирующих договоров, составляя меньшинство по сравнению с организационными предпосылочными договорами, в большей степени представлена соглашениями об изменении и расторжении договоров. Принимая во внимание легальное понятие договора (ст. 420 ГК РФ), следует признать, что такие соглашения отвечают признакам гражданско-правового договора, так как изменяют и прекращают гражданские права и обязанности. Их место в системе договоров не определено.

Система организационных договоров

Прежде чем определять классификационный критерий и выстраивать систему организационных договоров, следует ответить на вопрос: образует ли совокупность всех представленных в теории и на практике организационных договоров единую систему? Такое мнение уже не раз было высказано в современной науке [2, с. 62].

В данном аспекте заслуживает внимания точка зрения ряда авторов на вопрос о правовой природе ряда договоров, расположенных в Общей части ГК РФ, в том числе организационных предварительного и рамочного договоров. Так, Ю. В. Шанаурина считает, что сами по себе предварительные договоры в отрыве от основных договоров обязательствами не становятся, и не являются видом какого-либо типа гражданско-правовых договоров [13, с. 17-18]. Все больше исследователей говорят о т. н. специальных договорных конструкциях, к которым относят публичный договор, договор в пользу третьего лица, договор присоединения, предварительный и рамочный договоры. Специальные договорные конструкции подлежат применению практически к любым типам (видам) договоров и отличаются от договоров, поименованных во второй части ГК РФ, тем, что договорами не являются вообще [4, с. 23],[1, с. 154].

Специальные договорные конструкции не относятся к числу рядовых видов (разновидностей) гражданско-правовых договоров и по этой причине не «вписываются» в традиционные классификации гражданско-правовых договоров [5, c. 15]. Но есть ли им место в системе организационных договоров, наряду с договорами о совместной деятельности, корпоративными и иными организационными договорами?

Расположение норм о предварительном и рамочном договорах в Общей части ГК РФ говорит о том, что теоретически они могут быть «привязаны» почти к любому имущественному договору из Особенной части. И в этом смысле нормы о таких договорах действительно можно назвать общими договорными конструкциями, поскольку невозможно заключить предварительный или рамочный договор без всякой привязки к какому-либо договорному типу. Однако, используя конструкции предварительного или рамочного договоров, стороны заключают уже конкретные организационные договоры: предварительный договор купли-продажи, предварительный договор поставки, предварительный договор аренды и т. д. Не вызывает сомнений, что заключенные на основе общих договорных конструкций, организационные договоры являются гражданско-правовыми договорами со всеми присущими им признаками. Таким образом, специальные договорные конструкции предварительного и рамочного договоров соотносятся с конкретными, заключенными на их основе, предварительными и рамочными договорами, как законодательная модель и объект моделирования [14, с.77].

Ряд авторов считают, что опционные договорные конструкции, недавно закрепленные в ГК РФ, порождают организационные договоры [3], другие полагают, что опционные соглашения укладываются в конструкцию предварительного договора [10, с.31], поскольку его конструкция предполагает установление обязанности одной из сторон заключить договор по заранее определенным в опционе условиям по требованию другой стороны [6, с. 39].

Способны ли опционные договорные конструкции стать моделями для создания организационных договоров? Организационные договоры, как не опосредующие перемещение материальных благ, традиционно считают неимущественными. Обе опционные конструкции предусматривают непосредственное перемещение благ в виде 1) права на заключение договора в соглашении на предоставление опциона и право требовать исполнения договора в опционном договоре с одной стороны, и 2) опционной премии, с другой стороны. В случае с опционами право на заключение договора и право требовать исполнения договора приобретают товарный характер. В качестве компенсации за предоставление управомоченной стороне подобных прав, обязанная сторона имеет право требовать уплаты вознаграждения (премии).

Таким образом, налицо отсутствие организационного характера опционных соглашений. Во-первых, эти соглашения носят непосредственно товарный, имущественный характер. Во-вторых, в них четко определяются роли должника и кредитора.

Особенность, вносимая в классический договор конструкцией опциона или опционного договора, заключается в предоставлении одной стороне опционного соглашения определять момент заключения имущественного договора или момент исполнения опционного договора соответственно. Но наш взгляд, ни одна из них не делает конкретный договор организационным; он остаётся в любом случае имущественным, поскольку опосредует акт товарообмена с отложенным сроком заключения или исполнения договора.

Еще одна новая конструкция – это конструкция абонентского договора. Особенность, привносимая конструкцией абонентского договора заключается в неопределённости момента и объема исполнения, которые будут определяться абонентом, за что абонент обязуется предоставить другой стороне встречное предоставление (абонентскую плату). Вышесказанное подтверждает имущественный характер заключаемых на основе конструкции абонентского договора конкретных договоров.

Нельзя с уверенностью сказать, что все специальные договорные конструкции закреплены в главе 27 ГК РФ. На наш взгляд, сущностным признаком специальных договорных конструкций можно назвать их универсальность (каждую из специальных договорных конструкций, мы можем применить практически к любому имущественному договору). Другим важным признаком специальной договорной конструкции можно назвать ее неразрывную связь с конструируемым договором, без которого сама по себе конструкция не имеет никакого содержания.

Основываясь на этих положениях, отметим, что сходство с договорными конструкциями имеют соглашения об изменении и расторжении договора. Подобные соглашения могут заключаться в отношении абсолютно любого гражданско-правового договора, значит они универсальны. Без основы в виде какого-либо гражданско-правового договора такие соглашения лишены смысла, т.к. невозможно изменить или прекратить несуществующий договор, значит они тесно связаны с тем конкретным договором, который они призваны изменить или прекратить. Соглашения об изменении и расторжении договора законодательно закреплены в ГК РФ. Кроме того, нормы о такого рода соглашениях содержатся в Общей части ГК РФ (так же, как и об «официально признанных» договорных конструкциях), что подразумевает распространение их действия на договоры, закрепленные в Особенной части.

Резюмируя вышесказанное, отметим, что исследуя организационные договоры, с одной стороны, мы можем выделить вспомогательные организационные договоры, конструируемые с помощью специальных договорных конструкций, а с другой стороны, самостоятельные (самодостаточные) организационные договоры, не опирающиеся на те или иные законодательные модели.

Их различие, помимо наличия или отсутствия связи с типовыми договорными конструкциями, состоит в том, что вспомогательные организационные договоры, построенные с помощью договорных конструкций, тесно связаны с теми «исходными» (в основном имущественными) договорами, что не характерно для самодостаточных организационных договоров.

Необходимо различать организационную договорную конструкцию рамочного и предварительного договоров от конкретных организационных предварительных и рамочных договоров, заключаемых сторонами. Организационные договорные конструкции, не являясь гражданско-правовыми договорами, позволяют смоделировать организационный договор, призванный упорядочить те или иные имущественные или неимущественные отношения. При использовании организационной договорной конструкции классическая конструкция того или иного имущественного договора приобретает организационные черты, тем самым преобразуя типичный имущественный договор в договор организационный, опосредующий имущественные отношения. Но организационные договоры, сформированные на основе специальных организационных конструкций, не являются самостоятельными в том смысле, что без их связи с имущественными договорами (основным договором и договорами-приложениями) они не могут иметь правового значения.

Тем не менее, конкретные договоры, являясь в полной мере гражданско-правовыми договорами, могут быть включены в систему организационных договоров, наряду с самодостаточными организационными договорами. Такие договоры предлагается именовать вспомогательными. Их особенность заключается в том, что они не обладают самостоятельной договорной природой; перед нами всегда общая договорная конструкция. Их сущность каждый раз определяется тем, какой самостоятельный договорный тип они призваны обслуживать.

«Переходный, вспомогательный характер» рамочного и предварительного договоров уже отмечала Л.Г. Ефимова [8, с. 59]. И действительно, вспомогательные организационные договоры служат своеобразным переходом от момента отсутствия правовой связи субъектов к полноценному гражданско-правовому правоотношению. Они лишь помогают удовлетворить интерес сторон, который простирается за пределы предмета вспомогательного организационного договора.

Таким образом, к вспомогательным организационным договорам будет отнесена та совокупность договоров, которая формируется на основе конструкций предварительного, рамочного договоров, а также на основе соглашений об изменении и расторжении договора.

Предварительный договор является организационным предпосылочным организационным договором. Его целью является создание предпосылок и условий для оптимального взаимодействия его сторон в форме заключения основного договора. Такие предпосылки и условия выражаются в установлении правовой связанности сторон друг с другом, в определении условий будущих договорных взаимоотношений, в определении сроков наступления договорного сотрудничества.

Признаками предварительного договора как организационного является то, что они определяют исключительно будущие договорные взаимоотношения сторон и регулируют внутренние отношения сторон, суть которых заключается в установлении промежуточного, преддоговорного этапа их сотрудничества.

Особенностью предварительного договора можно назвать тесную связь с обслуживаемым основным договором. Еще одна отличительная особенность предварительного договора в том, что он порождает состояние такой жесткой связанности сторон, которое не может длится долго, дестабилизируя тем самым гражданский оборот. Поэтому даже если стороны не согласовали срок заключения основного договора в предварительном договоре, есть диспозитивное правило о годичном сроке исполнения предварительного договора. Рамочные договоры, в отличие от предварительных не связывают так жестко стороны, которые вправе не заключать договоры-приложения, и поэтому стороны рамочных договоров не связаны императивными сроками исполнения.

Исходя из п. 3 ст. 429 ГК РФ, в настоящее время возможно выделение трех разновидностей предварительного договора: конструкция предварительного договора, которая содержит, помимо всех существенных условий, все или часть случайных условий основного договора; конструкция предварительного договора, которая содержит лишь обязательные существенные условия основного договора (условие о предмете); конструкция предварительного договора, который не содержит всех существенных условий основного договора (случайные условия могут присутствовать либо нет).

Последняя разновидность конструкции предварительного договора наиболее близка к рамочному договору, также устанавливающему «рамки» взаимоотношений сторон. Их разница заключена в обязательности заключения организуемого договора, которая выступает непременным признаком конструкции предварительного договора, в отличие от конструкции рамочного договора.

Рамочный договор, как и предварительный, является предпосылочным. Содержание организационного правоотношения, возникающего на основании рамочного договора, будет включать в себя связанность обеих сторон в случае их вступления в договорные правоотношения, предусмотренные рамочным договором, «рамками» указанного договора. Отличием рамочного договора от предварительного, помимо необязательного характера заключения отдельных договоров, является тот факт, что рамочный договор всегда сосуществует с отдельными договорами, они дополняют друг друга, образуя систему, то есть рамочный договор не прекращается в связи с заключением отдельного договора или в связи с подачей заявки одной из сторон.

К настоящему моменту в литературе сложились две позиции по поводу соотношения рамочных и организационных договоров. Первая группа ученых определяет рамочные договоры как вид (тип) организационных договоров [8, с. 67]. Вторая группа считает, что рамочные договоры не подпадают под понятие организационных договоров [1, с. 153]. В качестве аргумента в пользу последней позиции говорят, что в отличие от организационного договора, суть рамочного договора сводится уже не к организации другого правоотношения, а к созданию базового договора, на основе и во исполнение которого в дальнейшем будут заключаться отдельные договоры.

Предметом рамочного договора выступают действия сторон по организации их будущих договорных правоотношений. Исходя из легального определения рамочного договора, его целью является не перемещение материальных благ, а определение общих условий взаимоотношений сторон, то есть определение в общем виде порядка будущего сотрудничества.

Другим аргументом противников концепции организационного характера рамочного договора можно назвать то, что рамочное соглашение порождает обязательство. Исходя из легального определения обязательства и рамочного договора рамочный договор не порождает обязательственных правоотношений. Для этого требуется внесение определенности, уточнение предмета обязательства. Рамочный договор порождает организационное правоотношение, цель которого состоит не в непосредственном регулировании имущественных отношений, а в определении общих рамок взаимоотношений сторон, а также в определении порядка сужения этих рамок путем уточнения предмета обязательства в дальнейшем. Обязательственные правоотношения возникнут лишь на основании отдельных договоров, заключенных во исполнение рамочного.

Безоговорочной квалификации рамочного договора в качестве организационного во многом мешает п. 2 ст. 429.1 ГК РФ, определивший, что к отношениям сторон, не урегулированным отдельными договорами, в том числе в случае незаключения сторонами отдельных договоров, подлежат применению общие условия, содержащиеся в рамочном договоре, если иное не указано в отдельных договорах или не вытекает из существа обязательства.

Основываясь на буквальном толковании п. 2 ст. 429.1 ГК РФ, получается, что стороны рамочного договора могут не согласовывать существенные условия гражданско-правового договора, лишь назвав его рамочным, и он будет регулировать их имущественные отношения без всякого согласования существенных условий сторонами такого договора. Такое применение нормы права о рамочном договоре представляется сомнительным.

Самодостаточные организационные договоры, по сравнению со вспомогательными, сводятся к конкретному договорному типу. Каждый их них входит в систему типизации гражданско-правовых договоров. Следовательно, самодостаточные организационные договоры всегда имеют свои квалифицирующие признаки. Вспомогательным организационным договорам присущи лишь обобщенные свойства типовых договорных конструкций. Квалифицирующие признаки проецируются в них только от конкретных договорных типов. Специальные правила, применяемые к вспомогательным организационным договорам закреплены законодательно, но эти нормы применяются не сами по себе, как это имеет место в отношении самодостаточных организационных договоров, а в составе норм того или иного договорного типа.

К самодостаточным организационным договорам предлагается относить две крупные группы организационных договоров: договоры о совместной деятельности и договоры, устанавливающие порядок осуществления прав.

Первые представляют собой довольно многочисленную группу организационных договоров, квалифицирующим признаком которых является не только наличие общей цели у сторон договора (это общий признак организационных договоров), но и совместная деятельность сторон договора, их взаимосвязанные и взаимообусловленные действия. В иных организационных договорах совместная деятельность не является определяющей (хотя и может иметь место).

Еще одним признаком, общим для договоров о совместной деятельности следует назвать наличие определенного в договоре конкретного результата, на достижение которого направлены совместные действия (совместная деятельность) сторон. Таким результатом выступает создание коллективного образования. Например, подобными результатами могут выступать образование нового юридического лица (лиц) в результате реорганизации, учреждение юридического лица в форме акционерного общества, создание простого товарищества и т.д.

В таком случае договоры о совместной деятельности представляют собой как бы следующую ступень организованности сторон: если иные организационные договоры оптимизируют корпоративное или договорное взаимодействие участников гражданского оборота, то договоры о совместной деятельности, помимо этого, способны включить в себя механизм слаженных совместных действий сторон ради достижения строго заданного результата.

Например, в корпоративном договоре стороны согласовывают порядок осуществления корпоративных прав и обязанностей; в содержании договора не упоминается тот будущий желаемый результат, которого стороны хотят достичь, организуя корпоративные отношения. Стороны предварительного и рамочного договоров преследуют цель организации будущих договорных взаимоотношений сторон. Но ни один из них не предусматривает достижение сторонами строго определенного экономического результата. Речь идет лишь об упорядочении договорных отношений сторон.

Для договоров о совместной деятельности характерна тесная связь с материальными благами. В содержании таких договоров мы нередко находим имущественный элемент, что позволяет назвать их организационными договорами с имущественным элементом. Имущественное содержание договоров о совместной деятельности зависит от его организационной составляющей. Договор простого товарищества как организационный договор, направлен, в первую очередь, на координацию совместной деятельности сторон, а включаемые в него имущественные условия лишь дополняют его организационные аспекты.

Модель договора о совместной деятельности, закрепленная в главе 55 ГК РФ (договора простого товарищества), является очень гибкой, и позволяет использовать ее участникам гражданского оборота для достижения самых разнообразных целей. Поэтому договоры о совместной деятельности можно назвать общим, родовым понятием по отношению к видовым договорам о совместной деятельности сторон.

Договоры о совместной деятельности можно разграничить в зависимости от предмета договора. Первую группу составляют договоры о совместной деятельности в чистом виде: договоры о создании юридического лица, договор о создании финансово-промышленных групп, а также реорганизационные договоры. Их предмет представляет собой совместные действия сторон по созданию коллективного образования. Порядок деятельности образованных юридических лиц определяется не в соглашении о создании юридического лица и не в реорганизационных договорах. Эту функцию выполняет учредительный документ – устав. Также особенностью подобных соглашений является то, что если они не содержат условий о порядке деятельности коллективного образования либо о процессе управления коллективным образованием, их действие прекращается с момента достижения цели создания коллективного образования. Как следствие, участниками подобных соглашений становятся лишь учредители коллективных образований. Субъекты, вступающие в эти образования по завершении стадии создания, не становятся сторонами данных договоров; они не создают для них новых прав или обязанностей.

Во вторую группу договоров о совместной деятельности необходимо включить те договоры, которые определяя совместные действия сторон, помимо этого, определяют порядок управления коллективным образованием и (или) порядок его деятельности. Вследствие этого, данные соглашения не прекращается созданием коллективного образование, то есть это бессрочные договоры, которые продолжают действовать в течение всего периода существования коллективного образования. Все участники коллективного образования должны быть сторонами подобного рода соглашений. Это касается не только создателей коллективного образования, но и субъектов гражданского оборота, вступающих в коллективное образование впоследствии. Видами таких договоров являются учредительный договор, соглашение о создании крестьянского (фермерского) хозяйства и соглашение об управлении партнерством.

Все договоры о совместной деятельности (за исключением реорганизационных договоров) в зависимости от выполняемых функций относятся к организационным предпосылочным договорам. Реорганизационные договоры можно отнести к оптимизирующим изменяющим договорам, поскольку они способствуют преобразованию правовых связей между сторонами договорного правоотношения.

Предметом договоров о совместной деятельности как организационных договоров являются совместные действия сторон по созданию или преобразованию юридического лица или иного коллективного образования и (или) по управлению им. В целом их правовой целью выступает создание предпосылок и условий для осуществления сторонами совместной деятельности.

Вторая группа самодостаточных организационных договоров представлена договорами, устанавливающими порядок осуществления принадлежащих субъектам прав (договоры об осуществлении гражданских прав). Их особенность состоит в том, что его главной целью является не наделение субъектов гражданского оборота новыми правами и обязанностями, а определение того, каким образом стороны договора будут осуществлять уже принадлежащие им субъективные права одинакового рода.

Выделение данной группы договоров не означает, что договоры об осуществлении прав не закрепляют новых прав и обязанностей. Разумеется, закрепляют, и эти права и обязанности могут носить как организационный, так и имущественный характер. Но целью этой группы организационных договоров будет создание предпосылок и условий для эффективного осуществления сторонами одинаковых принадлежащих им имущественных или неимущественных прав.

Договоры об осуществлении гражданских прав всегда преобразуют заданный алгоритм поведения сторон в рамках уже существующего правоотношения. Вследствие этого договоры об осуществлении гражданских прав относятся к организационным оптимизирующим договорам, поскольку изменяя существующий порядок осуществления прав, меняют в целом гражданское правоотношение.

Предметом договоров об осуществлении гражданских прав являются действия сторон по соблюдению определенного порядка осуществления однородных имущественных или неимущественных прав. Целью договоров об осуществлении гражданских прав является создание предпосылок и условий для эффективного и оптимального процесса осуществления сторонами принадлежащих им однородных и взаимосвязанных прав.

Предмет подобных соглашений, как правило, не содержит действий, которые обязаны произвести стороны, а скорее закрепляет определенные границы осуществления прав, которые стороны не должны пересекать.

К договорам об осуществлении имущественных прав относятся межкредиторские соглашения (соглашения кредиторов о порядке удовлетворения их требований к должнику), определяющие порядок осуществления обязательственных прав (прав требования) кредиторов, а также соглашения сособственников об определении порядка пользования и владения объектом права общей собственности. Последние определяют порядок реализации вещных прав собственников одной вещи.

К договорам об осуществлении личных неимущественных прав можно отнести соглашение соавторов о порядке использования произведения (п.2 ст.1258 ГК РФ).

Примером договора об осуществлении неличных неимущественных прав являются корпоративные договоры (ст. 67.2 ГК РФ) и соглашения о порядке ведения переговоров (п.5 ст. 434.1 ГК РФ). Корпоративные договоры устанавливают порядок осуществления корпоративных прав, а соглашения о порядке ведения переговоров - порядок реализации прав на вступление, участие и проведение переговоров.

Библиография
1.
Ананьева А.А. О соотношении организационных и рамочных договоров. // Вестник Волжского университета имени В.Н. Татищева. 2014. Вып. 4. С. 150-155.
2.
Батрова Т.А. Система организационных договоров в торговой деятельности // Законы России: опыт, анализ, практика. 2011. № 5. С. 62-67.
3.
Битюцкий Д.В. Опцион на заключение договора и опционный договор в гражданском законодательстве РФ // Экономика и социум. 2015. № 6(19). URL: http://iupr.ru/domains_data/files/zurnal_19/Bityuckiy%20Opcion%20i%20opcionnyy%20dogovor.pdf Дата обр. 20.11.2016.
4.
Витрянский В.В. Общие положения о договоре в условиях реформирования гражданского законодательства // Хозяйство и право. 2012. № 4. С. 3-26.
5.
Витрянский В.В. Специальные договорные конструкции в условиях реформирования гражданского законодательства // Хозяйство и право. 2011. № 10. С. 3-17.
6.
Дендак Г.М. Предварительный договор в юридической доктрине и правоприменительной практике: особенности регулирования и актуальные проблемы // Провинциальные научные записки. 2015. № 2. С. 38-43.
7.
Егорова М.А. Организационное отношение и организационные сделки в гражданско-правовом регулировании // Законы России: опыт, анализ, практика. 2011. № 5. С. 10-21.
8.
Ефимова Л.Г. Рамочные (организационные) договоры / Л.Г. Ефимова. М.: Волтерс Клувер, 2006. 104 с.
9.
Красавчиков О.А. Гражданско-правовой договор и его функции / Межвуз. сб. науч. трудов. Свердловск: УрГУ, 1980. 141 с.
10.
Васильев А.В. Предварительный договор в праве России и США: дисс. … к.ю.н. М., 2007. 179 с.
11.
Морозов С. Ю. К вопросу о систематизации организационных договоров // Закон и право. 2009. № 7. С. 40-42.
12.
Пугинский Б.И. Теория и практика договорного регулирования. М.: ИКД "Зерцало-М", 2008. 213 с.
13.
Шанаурина Ю. В. Институт предварительного договора в гражданском праве России: дисс. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2006. 165 с.
14.
Юренкова О.С. Некоторые проблемы применения специальной договорной конструкции предварительного договора // Вестник ТвГУ. Серия «Право». 2014. № 1. С. 73-78.
References (transliterated)
1.
Anan'eva A.A. O sootnoshenii organizatsionnykh i ramochnykh dogovorov. // Vestnik Volzhskogo universiteta imeni V.N. Tatishcheva. 2014. Vyp. 4. S. 150-155.
2.
Batrova T.A. Sistema organizatsionnykh dogovorov v torgovoi deyatel'nosti // Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika. 2011. № 5. S. 62-67.
3.
Bityutskii D.V. Optsion na zaklyuchenie dogovora i optsionnyi dogovor v grazhdanskom zakonodatel'stve RF // Ekonomika i sotsium. 2015. № 6(19). URL: http://iupr.ru/domains_data/files/zurnal_19/Bityuckiy%20Opcion%20i%20opcionnyy%20dogovor.pdf Data obr. 20.11.2016.
4.
Vitryanskii V.V. Obshchie polozheniya o dogovore v usloviyakh reformirovaniya grazhdanskogo zakonodatel'stva // Khozyaistvo i pravo. 2012. № 4. S. 3-26.
5.
Vitryanskii V.V. Spetsial'nye dogovornye konstruktsii v usloviyakh reformirovaniya grazhdanskogo zakonodatel'stva // Khozyaistvo i pravo. 2011. № 10. S. 3-17.
6.
Dendak G.M. Predvaritel'nyi dogovor v yuridicheskoi doktrine i pravoprimenitel'noi praktike: osobennosti regulirovaniya i aktual'nye problemy // Provintsial'nye nauchnye zapiski. 2015. № 2. S. 38-43.
7.
Egorova M.A. Organizatsionnoe otnoshenie i organizatsionnye sdelki v grazhdansko-pravovom regulirovanii // Zakony Rossii: opyt, analiz, praktika. 2011. № 5. S. 10-21.
8.
Efimova L.G. Ramochnye (organizatsionnye) dogovory / L.G. Efimova. M.: Volters Kluver, 2006. 104 s.
9.
Krasavchikov O.A. Grazhdansko-pravovoi dogovor i ego funktsii / Mezhvuz. sb. nauch. trudov. Sverdlovsk: UrGU, 1980. 141 s.
10.
Vasil'ev A.V. Predvaritel'nyi dogovor v prave Rossii i SShA: diss. … k.yu.n. M., 2007. 179 s.
11.
Morozov S. Yu. K voprosu o sistematizatsii organizatsionnykh dogovorov // Zakon i pravo. 2009. № 7. S. 40-42.
12.
Puginskii B.I. Teoriya i praktika dogovornogo regulirovaniya. M.: IKD "Zertsalo-M", 2008. 213 s.
13.
Shanaurina Yu. V. Institut predvaritel'nogo dogovora v grazhdanskom prave Rossii: diss. … kand. yurid. nauk. Ekaterinburg, 2006. 165 s.
14.
Yurenkova O.S. Nekotorye problemy primeneniya spetsial'noi dogovornoi konstruktsii predvaritel'nogo dogovora // Vestnik TvGU. Seriya «Pravo». 2014. № 1. S. 73-78.
Ссылка на эту статью

Просто выделите и скопируйте ссылку на эту статью в буфер обмена. Вы можете также попробовать найти похожие статьи


Другие сайты издательства:
Официальный сайт издательства NotaBene / Aurora Group s.r.o.
Сайт исторического журнала "History Illustrated"